- -
- 100%
- +
Фокусник надевал кожаный плащ всегда в дождливую погоду. У этого плаща была своя необыкновенная легенда. Но её человек никому никогда не рассказывал. И в тот знаменательный день по своему обыкновению в своём необыкновенном плаще он отправился гулять, выбрав для прогулки детский парк.
Там можно было показывать фокусы детям и разным другим людям, которые уже давно перестали верить в чудеса, но фокусник пока не решался устраивать представления. Изредка он подумывал организовать свой цирк, но тоже не решался. Имелась у него пока стабильная и совершенно прозаическая работа, о которой он не особенно распространялся. Потому что всегда любил чувствовать себя чуточку волшебником.
В детском парке не было ничего примечательного. Но только с точки зрения взрослого. Дети видели вокруг сплошные чудеса. И наверняка, визжа на всевозможных качелях, каруселях и горках, представляли себя в будущем космонавтами, капитанами кораблей или как минимум – автомобилистами и банкирами, щедро расплачивающимися за удовольствия в жизни. Пока же они лишь отсчитывали мелочь, полученную от родителей на карманные расходы.
Фокусник садился на свою любимую лавочку и часами наблюдал за происходящим…
Может быть в такие минуты он вспоминал, каким сам был в детстве, а может пытался угадать невинные детские мечты. И думал о том, что все люди в любом возрасте – мечтатели. Но мечтатели дети и мечтатели взрослые сильно отличались: дети были уверены, что все их мечты осуществятся сами собой, а взрослые понимали – такое случается только в сказках, и занимаясь своими будничными делами уже не верили в волшебников и объясняли любое чудо, случившееся в жизни, искусностью продуманного и хитрого манипулятора. А коварная безжалостная госпожа по имени Жизнь одинаково приземляла с заоблачных высот как взрослых, так и детей…
Никто не заметил в тот день, как и почему маленькая девочка в парке упала с велосипеда. Видимо, плохо ещё умела ездить. Она сразу заплакала. Но никто не поспешил утешить – парк располагался в шумном центре города и многих детей родители отпускали туда одних. Девочка плакала громче и громче.
Тогда её обступили посторонние. Фокусник тоже был бы рад помочь. Но не брал он с собой на прогулки ни бинт, ни йод. И ни у кого из подошедших к девочке людей тоже не оказалось при себе этого необходимого – ведь мы порой всю жизнь беззаботно верим, что любая предосторожность излишня и нелепа, и ничего плохого не произойдёт. Так что зачем бинты?
Плачущую девочку подняли с асфальта и усадили на лавочку рядом с фокусником. Она испачкала и порвала на коленках свои летние оранжевые брючки, поранила до крови ладошки. Продавщица сахарной ваты протёрла её руки минеральной водой. А потом протянула огромный розовый моток своего сладкого лакомства.
Девочка сразу перестала плакать. И заговорила тотчас же, рассуждая, словно взрослая.
– Моё желание! Оно исполнилось! – воскликнула она. – А я уже сильно сомневалась, действительно ли случаются в жизни чудеса.
– Какое желание ты загадала? – спросил фокусник.
– Я хотела получить бесплатно что-нибудь сладкое.
– Ты наверно попросила об этом добрую фею? – спросил фокусник.
– Нет. Фей не бывает, – ответила девочка.
– А я? Разве я не добрая фея? – заметила продавщица сахарной ваты.
Девочка засмеялась.
– Но я искала волшебный цветок, – затараторила она. – И кажется, нашла его. Он растёт вон там, на клумбе, сейчас принесу.
Малышка убежала, не переставая откусывать большими кусками розовую вату.
– Как бы и я хотела такую же, – воскликнула продавщица.
– Вату? – уточнил фокусник, хотя конечно же понял, о чём она повела речь.
– Не вату, ваты у меня полно, – поправила та. – Хочу такую вот дочку.
Милая девочка через минуту прибежала обратно, неся в руке отцветающий цветок с единственным не облетевшим лепестком, который держался за центр соцветия едва-едва.
– Почему ты решила, что именно он волшебный? – спросил фокусник.
– Не знаю, – ответила девочка. – Я срывала лепестки с разных цветков и загадывала желания. Но они не исполнялись. А вчера сорвала с этого. И сегодня уже оно исполнилось. Это сказка такая есть, мне родители её читали, когда я была совсем маленькая.
– Как замечательно, когда дети растут на тех же сказках, на каких выросли их родители, – заметил фокусник и поразмыслив спросил. – Что же ты теперь сделаешь с последним лепестком?
– Жалко, что цветок отцвёл и лепестки облетели сами, у меня осталось ещё много всяческих желаний, но придётся загадать что-нибудь доброе.
– Ты хочешь, чтобы было всё, как в сказке?
– Если получится. Ведь сказки для того и придумывают, чтобы в них верить.
«Умная девочка», – подумал фокусник. А она продолжала.
– Я часто вижу, как здесь гуляет человек без рук, вот я и хочу очень, чтобы у него выросли руки. Вон он!
Последние слова она прокричала очень громко, и по-детски вытянула пальчик, указывая куда-то вдаль. Все машинально посмотрели в ту сторону. Там действительно шёл человек зрелых лет с протезами вместо рук. Фокусник тоже видел его здесь уже ни раз. Девочка оторвала последний лепесток и позволила ветру унести его. Её пытливый взгляд безотрывно следил за происходящим. Безрукий человек приближался, однако вместо рук у него по-прежнему оставались протезы.
– А ты знаешь, девочка, что издеваться над инвалидами самое последнее дело! – прокричал он в бешенстве издалека.
– Я не издеваюсь, – напугалась девочка. – И вообще никогда не занимаюсь последними делами, я занимаюсь только самым главным, тем, что на первом месте. Давайте подождём, может быть волшебство всё-таки случится и руки вырастут.
– Волшебство? Я в детстве был таким же наивным и тоже ждал, когда подобное чудо случится, – отозвался инвалид. – Завидовал акулам, ведь у них вырастают новые зубы, и зайцам тоже завидовал. Но человеческие руки совсем другое.
– Этот цветок волшебный, он уже исполнил одно моё желание.
Малышка протянула безрукому свой большой моток розовой ваты, но он не стал угощаться.
– Ты загадала желание, чтобы получить это лакомство? – удивился он.
– Мне родители не покупают, говорят, от сладкого портятся зубы.
– А ты такая непослушная и не боишься остаться без зубов?
Девочка не отвечала, беззаботно продолжая откусывать вату.
– А я в детстве мечтал стать космонавтом или хотя бы лётчиком, – задумчиво проговорил безрукий.
– Мечты и возможности всегда чрезвычайно противоречивы и это величайшая трагедия всех людей, – сказал фокусник.
После этого его высказывания все задумчиво замолчали.
Безрукий человек думал о том, что на самом деле возможности людей безграничны – были бы руки! К этой мысли он пришёл ещё в юности и всё сильнее она укреплялась день ото дня… Продавщица сахарной ваты, как и любой другой продавец, была уверена – возможности зависят от содержимого кошелька… Девочка же ещё не знала наверняка, что подразумевало слово «возможности», она пока умела только мечтать… А фокусник знал: и мечты, и возможности имеют одно большое сходство – они похожи на воздушные шарик, которые лопаются, потому что бессмысленны и неприменимы в жизни, и норовят улететь высоко в небо, наивно полагая, что счастье обитает именно в недоступных высотах.
– Завтра приду сюда с внуками, – сказал человек без рук. – Расскажу им, что здесь катается на велосипеде очаровательная маленькая принцесса.
Девочка засмеялась. Она уже доела сладкую розовую вату, и уже видимо давным-давно позабыв о неприятном падении, снова побежала кататься на своём велосипеде. Продавщица сахарной ваты посмотрела на безрукого с удивлением.
– Вы были женаты? – спросила она.
– Вас это удивляет? – переспросил он и нотки агрессии прозвучали в его голосе.
– Но ведь женщины любят, когда их носят на руках.
– Я был женат трижды. По любви.
– Ого!
– Когда-нибудь расскажу об этом. Просто наши мечты порой дают нам удивительные возможности, о которых мы сами не подозреваем. Если мечтать всей душой, обязательно получится поймать заветный шанс.
– Или целых три шанса, – добавила продавщица сахарной ваты.
Но безрукий уже не слышал её слов, он отправился дальше гулять по парку, оставив своих случайных собеседников.
– А у меня похоже нет ни одного, – продолжала, будто говоря сама с собой, продавщица.
– Чего нет? – поинтересовался фокусник.
– Шансов.
– Шансы есть у всех, но не все их замечают и редко умеют пользоваться.
– Я бы заметила.
– А чего ты хочешь? Замуж?
– Хотя бы просто свиданий. Влюбилась, но он не смотрит.
– Кто он?
– Здешний, из парка – даёт напрокат машинки детям покататься и роликовые коньки.
– При деньгах наверно?
– Не богач.
– Красавчик?
– Да. И весь какой-то прямо шикарный. Но я не королева красоты, и мне о таком напрасно даже мечтать.
– А ты всё равно мечтай! Нельзя жить без мечты.
– Почему нельзя?!. Многие живут.
– Мне кажется, люди и созданы для того, чтобы мечтать. Этим мы отличаемся от животных.
– А разве животные ни о чём-то не мечтают? Не может быть, что они всем довольны в своей жизни.
– Может и мечтают. Но с другой стороны, что такое мечта?!. Она как твоя сахарная вата, вся такая розовая и соблазнительно-аппетитная. Но стоит только пару раз надкусить, как можешь разочароваться. Поэтому я с детства не люблю сахарную вату! Ведь она, если честно, совсем не вкусная, и на губах превращается в какой-то липкий комок.
Продавщица засмеялась.
– Я тоже её не ем, но детишки любят.
– И таким образом понемногу привыкают к иллюзиям жизни.
В этот момент фокусник заметил, что собеседница его уже не слушает и смотрит куда-то вдаль. Он посмотрел туда же. Прогуливающихся в парке было много, а в той стороне, куда смотрела продавщица, и вовсе оказалось особенно людно. Однако вдруг ослепительная красотка привлекла его внимание. Неописуемо красивая, хотя уже не молодая. Гуляла она с двумя детьми – девочкой-подростком и малышкой, сидящей в коляске. Фокусник был уверен, что видел эту женщину уже когда-то и даже не один раз. Не мог только вспомнить, когда и где. Продавщица сахарной ваты напомнила ему это.
– Раньше работала в нашем городском театре. До замужества. Актриса. Красота даёт самый главный шанс, чтобы хорошо устроиться в жизни.
Фокусник посмотрел внимательно на свою собеседницу и понял бесконечную трагедию её судьбы – была эта женщина не просто совсем не привлекательная, а даже неприятно отталкивающая, и не имела совсем ничего, за что мог бы радостно зацепиться взгляд – и лицом дурнушка, и фигурой толстушка. Но неимоверными усилиями она старалась выглядеть хорошо и несомненно мастера салонов красоты трудились над её внешностью, насколько хватало её зарплаты.
– Была бы я такой красивой, и проблемы в жизни исчезли бы сами собой, – мечтательно проговорила она.
– И у красавиц бывают проблемы, – сказал фокусник.
– Но не с мужчинами.
– Поверь, любят не только за красоту.
– За что же ещё? Неужели могут полюбить за сахарную вату?
Оба рассмеялись. «За вату конечно тебя не полюбят, – подумал фокусник, – а вот за добрый нрав очень может быть».
– У меня есть большая просьба, – сказала вдруг толстушка и глаза её забегали, будто у сумасшедшей.
Вся она встревожилась, сделала таинственным лицо. Фокуснику стало бесконечно жаль эту женщину, он подумал, что она не в себе – много ему доводилось видеть за свою жизнь ненормальных людей. Он приблизился к ней, дотронулся до её руки – хотелось приободрить, успокоить. Продавщица продолжала говорить, и он слушал её теперь с удвоенным вниманием.
– Мне очень нужен этот мужчина, я люблю его сильнее жизни и хочу, чтобы он был моим, – лепетала она, и при этом так торопилась, что проглатывала некоторые слова, а на некоторых заикалась.
– Любовь – это не война, чужое сердце не завоюешь, хоть сколько бейся, – проговорил фокусник.
– У меня и нет сил больше биться, – ответила ему бедняжка. – Чего только я не перепробовала.
– И не надо, забудь, – посоветовал он.
– Я расспрашивала всех вокруг, чтобы узнать о его привычках и пристрастиях.
– Вот это глупость!
– Изучала его гороскоп, надеясь на помощь звёзд.
– Ха!
– Я наряжалась и дефилировала перед ним целыми днями.
– Это лишнее.
– Точно. Потому что показывать нечего. Ещё я пыталась его соблазнить.
– Как унизительно.
– Сто раз заговаривала о разных пустяках.
– Ужасная навязчивость.
– Подкарауливала всюду, где только могла.
– Так поступают круглые дуры.
– Что же мне в таком случае делать?
– А ничего! Забыть его.
– Но это невозможно! Именно такого я искала всю жизнь.
– И наверняка уже давным-давно прошла мимо своего счастья.
– Поэтому я и обращаюсь к вам.
Взгляд женщины стал таким умоляющим, что мог разжалобить любого и фокусник охотно помог бы, если просьба её была бы ему по силам.
– Вы ведь колдун, маг, приворожите мне этого мужчину, – выпалила наконец она.
Фокусник опешил.
Он хотел было тотчас же покачать головой, давая понять, что ответом его будет «нет», потому что на самом деле искусством магии он вовсе не владел, он всего лишь фокусник, и трюки его не способны ничего по-настоящему изменить в жизни. Но рассудил он – его такой категоричный отказ лишит несчастную влюблённую последней надежды. А надежда – такая необходимая в жизни вещь, что никто никогда не в праве её отнимать.
– Знаете, почему я стал фокусником? – задал он тогда вопрос, уверенный, что никто кроме его самого не сможет дать ответ.
Продавщица сахарной ваты покачала головой.
– Потому что в детстве я верил в сказки и добрых волшебников, – сказал фокусник.
– Я тоже верила, но не умею показывать фокусы, – отозвалась его собеседница.
– Я верил слишком сильно, и не мог смириться с тем, что волшебство – это вымысел, и что сказки просто придумывают люди. Да и никто не может с этим обманом смириться, поэтому во взрослой жизни все начинают верить в магию и в то, что высшие силы могут помочь.
– Это от беспомощности, от полного бессилия.
– А ещё от лени, от слабости души. Хочется, чтобы взмахнул кто-нибудь волшебной палочкой и сразу бы что-нибудь случилось хорошее. Но надо трудиться.
– Я трудилась.
– Это напрасный труд. Любовь ведь как благодать, подарок небес. И если человек его заслужил, он его получает.
– Значит, я не заслужила.
– Придёт время, получишь и ты свой подарок.
– Но время не делает меня моложе и красивей. А я хочу быть счастливой уже сейчас, прямо немедленно.
– Почему ты думаешь, что мужчина этот непременно сделает тебя счастливой?
– Я люблю его и хочу быть с ним рядом.
– Ты не собачка, чтобы быть рядом.
– Тогда я хочу, чтобы он был рядом.
– Но и он не собачка. Любовь часто приносит много страданий.
– Безответная любовь! Я это уже поняла.
– Порой люди соединяются по большой любви и потом разочаровываются от своих союзов.
– Всё, я больше не хочу это слушать, хватит, – взвизгнула продавщица и закрыла уши ладонями.
В этот момент к ней подбежали детишки и она продала им сахарную вату – такую розовую и воздушную, как красивая детская мечта. Накал разговора стал исчезать, но фокусник не покинул свою собеседницу. Она бросала в его сторону выжидающие взгляды, вполне расположенная поговорить ещё.
– У детей свои сказки, у взрослых свои, – продолжил тогда фокусник. – И это правильно, потому что людям всегда надо во что-то верить. Без веры нельзя, без веры жизнь не получится.
– Вот и я верю, что мужчина этот сделает меня счастливой.
– Посторонний человек никогда не сделает тебя счастливой, хоть как он близко, хоть какой он любимый и любящий.
– А что же сделает меня счастливой?
Фокусник многозначительно улыбнулся, но ничего не сказал, потому что у него не было ответа на этот вопрос. Лицо же его собеседницы внезапно озарилось блаженной улыбкой. Она отвернулась в сторону и смотрела куда-то, не моргая. Нетрудно оказалось понять, чего она там увидела – видный мускулистый мужчина расставлял яркие детские машинки, и детвора уже толпилась вокруг, сжимая в ладонях полученные от родителей монеты и препираясь друг с другом, кто будет кататься первым, а кто следующим. Объект любви продавщицы сахарной ваты по-отечески рассаживал их за руль, заботливо следил за каждым, старательно инструктировал.
– Как бы я хотела, чтобы у моих детей был такой отец, – мечтательно проговорила влюблённая женщина.
Фокусник ничего уже не стал ей говорить, понимая – все убеждения напрасны.
В парке в этот день он гулял уже достаточно долго, и пора было возвращаться домой, возвращаться в свою обычную жизнь. Он уже знал, что в свой очередной ближайший выходной придёт сюда снова и был уверен – ничего здесь не поменяется: и люди будут те же, и проблемы у них останутся. В их небольшом городке редко случалось что-нибудь новое, и наверняка только какой-нибудь фокус-покус мог сделать жизнь ярче и увлекательней.
* * *
Фокусник жил один, он будто боялся приоткрывать для чужого взгляда дверцу в свою жизнь, за которой хранились всяческие его тайны и секреты.
Любимый плащ висел на почётном месте в шкафу, ожидая новых дождей – теперь же погода установилась по-настоящему летняя, можно было ходить в футболках и майках. Но ведь это хорошо, потому что любимым вещам порой надо давать отдыхать! Сам фокусник тоже любил отдых и беззаботно наслаждался всевозможными радостями обычной жизни. Из таких ежедневных наслаждений состояла вся его жизнь, а больше всего нравилось созерцать из окна городские красоты.
Уютный домик его располагался высоко в горах, откуда открывался удивительный вид. Город N… Так порой фокусник называл город, в котором жил. Когда он выезжал куда-нибудь, непременно интриговал своих собеседников, которые всеми силами пытались угадать, что это за город такой удивительный. Когда угадать не получалось, пытались выспросить, разузнать. А фокусник лишь бросал расплывчатые намёки, сгущая таинственность ещё больше. Сам он никогда не боялся вступать в диалог с жизнью и часто правильно угадывал все её загадки. А потому нередко и сам любил их загадывать. Но сейчас просто любовался дивными пейзажами, которые открывались из его окна…
Отцветающая черёмуха трепетала от ветра, отчаянно пытаясь нарисовать что-нибудь своими белыми кистями на прозрачно-голубом небе. Внизу располагались другие улочки и городской пруд, другие горы и дома виднелись вдали. Он знал – район этот самый старый в городе и представлял, как несколько веков назад рабочие-мастеровые жили здесь же и тоже вот так смотрели из своих окон. Сейчас город N упорно заявлял о своей исторической значимости, все изучали свои корни, пытались прославиться с помощью своей славной истории.
Все эти мысли фокусника прервал громкий хлопок. Он вздрогнул, в который раз уличая себя в отвратительной трусости – это хлопнула мышеловка под кроватью, такой своеобразный фокус-покус произошёл с мышиной жизнью, жестокий, но очень необходимый. Нехотя фокусник полез под кровать, чтобы выбросить пойманного грызуна. Такое подчас происходило и с людьми, стоило им позариться на доступно преподнесённый соблазн.
А город N тем временем продолжал жить своей привычной жизнью, которая по сути не особенно отличалась от жизни сотен других городов, разбросанных на карте огромной страны. Хотя фокусник всё-таки улавливал кое-какие едва заметные отличия. Он мог бы даже наверно загадать загадку, чтобы какие-нибудь чужестранцы по нескольким приметам вычислили этот город из множества остальных и безошибочно произнесли его название.
… Во-первых, здесь были горы, так что хотелось, словно на крыльях, перелетать с одной горы на другую или, вскочив на какого-нибудь крылатого коня, помчаться высоко вверх. Во-вторых, что весьма необычно, все жители здесь терпимо принимали плохую погоду. И в-третьих, здесь делали красивые вещи из металла и драгоценных камней.
Жаль многие горожане не замечали в родном городе ничего особенного, они не придумывали загадки о нём и не пытались угадывать те, которые загадывала им жизнь – такие загадки они называли проблемами, неприятностями, неудачами, да в общем-то как угодно. Ведь загадки угадывать любят только дети, а взрослым уже вовсе не до них. Разбираться в загадках жизни для них становится серьёзным, трудным делом и непосильной неразрешимой задачей, отчего начинает болеть голова, случается депрессия…
Так, где-то в недрах улиц, у себя дома продавщица сахарной ваты наверняка снова не могла заснуть в тот вечер, ломая голову, как же ей завоевать сердце понравившегося мужчины. А родители девочки, которая упала с велосипеда, наверняка сильно отругали её за испачканные и порванные брюки, так что теперь она навряд ли скоро появилась бы в парке… У человека без рук были свои загадки в жизни и свои проблемы, которые наверняка человеку с руками даже не пришли бы на ум. Но думать обо всём этом всерьёз было скучно и неинтересно.
Город N засыпал. В очередной раз. Как день за днём и круглый год уже несколько веков подряд.
* * *
В свой следующий выходной фокусник снова отправился в парк. Он не сомневался, что встретит там тех же самых людей, и может получится с ними какой-нибудь интересный разговор. А может какое событие интересное произойдёт.
Взял с собой ленточки, чтобы показывать фокусы. Грустно было, что пока его появления никто не ждал и никто ему не радовался. Но он надеялся – когда-нибудь всё изменится.
Солнце светило ярко, что было большой редкостью здешних мест. Вскоре появился человек без рук. На этот раз он действительно привёл внуков и подошёл вместе с ними к фокуснику, как к своему давнему знакомому. Неожиданно рассказал забавную историю. Историю о том, как он учился летать!!!
– Обычным людям не понять, каково это, обходиться в жизни без рук, – начал он. – А я таким родился и считаю великим и главным счастьем иметь всё тело полноценное. В детстве к сверстникам я никогда не тянулся, боялся, чувствуя явное их превосходство. Но всегда хотел хоть в чём-то превзойти их. Да только разве такое соревнование по плечу инвалиду? А потом в город наш приехал цирк. Были там и клоуны, и акробаты, и дрессированные животные. Меня же больше всего заинтриговал фокусник: поверил я, что он настоящий волшебник и по силам ему сотворить любое чудо, стоит лишь попросить… Я пробрался к вагончику циркачей как-то вечером после представления, спросил фокусника. Он появился сразу же и был сильно навеселе. Я рассказал о своём желании научиться летать. Он ничуть не смутился и обещал помочь. Тотчас показал множество упражнений, которые я должен был делать каждый день, и тогда спустя определённое время всё должно было получиться само собой. Я поверил. Убежал воодушевлённый и в тот же вечер начал заниматься. Упорно тренировался неделю, две, три. Цирк уже к тому времени уехал, и обманщик-фокусник наверняка забыл свою коварную шутку. Он подарил мне эту нелепую надежду, эту иллюзию… Вскоре наступил миг, когда я почувствовал – пора, теперь смогу полететь. Об ощущении этом меня предупреждал в нашу беседу и мой жестокий наставник… Я изловчился взобраться на крышу сарая по приставленной к нему лестнице. Там ворковали голуби. «Птицы, я смогу полететь вместе с вами!» – Воскликнул я и разбежался. Казалось, с разбегу полететь легче всего. Птицы напугались моего крика и разлетелись. Очнулся я на земле, лёжа лицом вниз.
Безрукий замолчал.
– С тех пор ты не веришь в чудеса? – спросил у него фокусник.
– Верю! – воодушевлённо закричал он. – Иначе не был бы трижды женат.
И он засмеялся таким звонким смехом, что можно было подумать, будто смеётся ребёнок. Продавщица сахарной ваты издали слушала этот разговор.
– Я бы не смогла вас полюбить, – искренне призналась она.
Он не обиделся, а засмеялся ещё сильней.
– С первой своей женой я познакомился, когда был студентом, она в столовой работала официанткой, – начал рассказывать он. – Всегда улыбалась мне и подкладывала больше хлеба. Мы даже не разговаривали ни разу. Я просто однажды сказал: «Выходи за меня!». Она и вышла. Со второй женой познакомился в библиотеке. А с третьей здесь, в парке.
– И всех вы сделали счастливыми? – спросила продавщица.
– Разве я похож на кондитера? – засмеялся человек без рук.
Фокусник понял его шутку. Он давно раскусил этот ловкий трюк кондитеров всех эпох – в своих сладостях они пытались воплотить доступный им концентрат удовольствий, и потому, переедая сладкое, люди в жизни уже не замечали ничего хорошего. Ведь в ней, в жизни, действительно нет ничего такого, что превосходило бы приторный кондитерский вкус – сладость рассеяна и её можно ощутить едва, лишь собирая по крупицам. Фокусник, ощущая эту сладость время от времени, пытался в разных ситуациях развить, усугубить свою мысль.