Мечтай до заката

Начало.

Эта страшная история случилась в Италии, куда Никита и Лиля приехали на две недели после защиты диплома факультета журналистики. Первая неделя отдыха прошла безмятежно, а потом будто кто-то шепнул парню волнующую подсказку.

– Мы не сделаем никакой сенсационный репортаж, лёжа вот так на пляже и катаясь по экскурсиям, – сказал в какой-то момент он.

– И не надо, просто отдохнём, а вернувшись домой, будем искать работу, – отозвалась Лиля.

– Не найдём.

– Почему?

– Таких, как мы, полно везде и всюду, надо чем-то отличиться, тогда нас заметят – во всех творческих профессиях всегда так.

– Что ты предлагаешь?

Парень задумался, видимо сомневаясь, стоит ли вот так сразу раскрывать карты, а может осуществить затею в одиночку и тогда все лавры забрать себе. Потом всё-таки решился и стал рассказывать, хотя начал издалека.

– Ты не чувствуешь здесь какую-то странную атмосферу? – спросил вкрадчиво, будто и сам боялся своей тайны.

– Может быть, – согласилась Лиля.

Она внимательно осмотрелась, словно ожидая увидеть странное прямо тут, рядом, но нигде ничего особенного не обнаружила. Побережье Адриатики кипело своей жизнью, загорелые отдыхающие купались и наслаждались отдыхом, со всех сторон слышалась иностранная речь – курорт в Римини нравился многим.

Девушка ещё раз окинула взглядом всех вокруг. То, что подразумевал её спутник, она всё-таки улавливала, хотя не могла чётко объяснить это словами. Странная атмосфера… Да, она ощущалась. И проявлялась вовсе не в происходящем, а в том, что неуловимо скользило в воздухе… Скользило и в какой-то миг будто застывало где-то рядом, так что появлялось желание резко оглянуться, будто тут был кто-то невидимый, но явный. После этого ощущения, случайно вздрогнув, ни в коем случае не хотелось оставаться в одиночестве.

– Это потому, что в старину здесь творили свои дела чернокнижники, – сказал Никита, опережая мысли девушки.

– Я думала, всё дело в итальянской мафии, – возразила Лиля.

– Вовсе нет. Просто много веков назад здесь постоянно обращались к Дьяволу.

– И что? Он правда пришёл и теперь где-то здесь?

Никита засмеялся. Хотя смех этот получился каким-то искусственным, впрочем может вовсе не от страха, а потому что парень каждую минуту замечал, как много женских взглядов обращено в его сторону. Он был красавчиком, и даже Лиля, сколько бы ни старалась жеманиться и наряжаться, уступала ему в этом. Оба мечтали работать на телевидении и полагали, что хотя бы их внешность должна поспособствовать осуществлению этой мечты.

– Дьявола здесь точно нет, – отозвался парень. – точнее он не здесь, но можно его найти.

Тогда засмеялась Лиля. Смех у этой худощавой высокой блондинки был заразительным, и многие тотчас посмотрели на неё, но ей такое внимание сейчас было вовсе не нужно, тогда она спросила совсем тихо.

– Ты не перегрелся?

Парень не обиделся. Видимо поразмыслив короткое время, пока продолжался их разговор, он всё-таки решил, что Лиля составит ему хорошую компанию в предстоящем приключении.

– В Пьемонте есть старое аббатство, с ним связана куча слухов и домыслов, – продолжил Никита.

– Говори прямо – там можно встретить Дьявола? – переспросила Лиля и в голосе её прозвучала ирония.

На самом деле девушке было вовсе не смешно, просто так проявлялось её волнение, когда она предчувствовала, что речь может зайти об очень серьёзных вещах.

– Точнее он там живёт, – выпалил парень и счёл, что после такого заявления надо сделать паузу.

Тишины, разумеется, не получилось – кругом торопливые голоса отдыхающих заглушали размеренный плеск волн Адриатики. Казалось, никто не слушает столь волнующий звук моря, и только двое, Никита и Лиля, будто пытались в эту минуту различить в нём что-то особенное, возможно услышать ответы на какие-то свои тайные вопросы, которые никому другому не могли задать и в общем-то даже которых боялись сами.

– А зачем нам Дьявол? – спросила неожиданно Лиля.

Спутник её вздрогнул. Хотя повода для испуга вовсе не было, и даже если бы они стали обсуждать эту тему очень громко, никто бы не стал их слушать – просто мало кто понимал здесь русскую речь.

– Ну, просто, для сенсации, – неуверенно отозвался Никита.

Он явно был не готов к такому вопросу и желание своё больше объяснял стремлением к неведомому.

– Я считаю, в любом деле должна быть чёткая цель, – сказала Лиля.

Она замолчала и Никита заглянул ей в глаза – теперь уже по-настоящему испугался, потому что увидел там такой блеск, какого никогда прежде не замечал… Хотя дружили они все годы учёбы и теперь после окончания института собирались пожениться, называя это своё путешествие предсвадебным, парень понял – в характере его избранницы ещё остаются для него неведомые черты. Этот блеск показался ему даже каким-то нездоровым, отчего стало не по себе, но спрашивать в свою очередь, не перегрелась ли она, он не стал, заметно оробев.

Лиля тем временем просматривала страницы интернета.

– Вот, нашла – аббатство Санта Мария ди Лучедио. Правильно?

– Да, это оно. По-другому – княжество Люцифера.

– Но во-первых, это далековато отсюда, а во-вторых, тут написано, что уже давным-давно место это входит в состав рисоводческой фермы.

– Заметь – и продолжает оставаться аномальной зоной.

– Может быть, но туристов туда не пускают.

– Разумеется. Кто же пустит. Так проберёмся.

Девушка кивнула, по-прежнему оставаясь двусмысленно насмешливой.

– Всё же ты не ответил, зачем тебе Дьявол.

– Хочу… Взять у него интервью, – выпалил Никита. – представляешь, как это будет круто!

– Не представляю. И навряд ли такое получится. Хотя место это всё-таки любопытно посетить.

– Отдадим материал во все ведущие издания, может что-то удастся заснять. Тогда предложения о работе посыплются на нас со всех сторон – ещё сами выбирать будем, где нам больше нравится.

– Хорошо, давай съездим. У нас есть семь дней, почему бы ни рискнуть.

– Восемь дней – вместе с сегодняшним. Если выехать завтра с утра, к вечеру будем там. Ведь явно в таких местах лучше бродить ночью.

Теперь Никита уже тараторил, не робея и без заминок.

– Я всё обдумал, – продолжал он. – поедем на поезде. Доберёмся до места, а там сориентируемся по карте.

Его спутница слушала и всё сильнее ощущала, как по коже пробегает неведомый прежде холодок… В голосе парня она улавливала совсем чуждые ему интонации, а ещё казалось, его слова перемежаются с какими-то другими, которые звучат совсем тихо, будто их кто-то нашёптывает на каком-то неведомом языке, возможно даже вовсе не на итальянском. Лиля поняла, что уже не сможет бездействовать – ей захотелось поехать в это зловещее место прямо немедленно, а до утра ещё оставалось так долго ждать. Ещё вдруг подумала, что именно такого приключения хотела, отправляясь в Италию.

– Круто ты изменился, – сказала она в то же время ровным голосом.

– В чём? – не понял её спутник.

– Ещё недавно мы боялись отстать от экскурсии и затеряться в толпе в Венеции, потом боялись заблудиться в Риме… А теперь откуда смелость взялась?

Никита сдержанно улыбнулся. В этой улыбке проскользнуло какое-то дьявольское лукавство, так что можно было засомневаться, далеко ли в самом деле Дьявол. А может он притаился совсем рядом?

***

Весь вечер они провели в сборах.

Главным было не только добраться до загадочного аббатства и что-нибудь там разузнать, но и вовремя вернуться, чтобы успеть на самолёт. Сильно смущало незнание языка, однако надеялись – разговорник их выручит. С собой взяли совсем немного, решив не отягощать себя вещами – можно было подумать, они отправлялись на обычную однодневную экскурсию, и оба вовсе не думали о том, где остановятся на все предстоящие семь дней. Впрочем, в любой момент можно было вернуться – по крайней мере в этом они не сомневались.

Когда уже совсем стемнело, отправились в ресторан.

Итальянцы имеют такую странную непонятную особенность – наедаться очень плотно вечерами и засиживаться в ресторанах с заката до полуночи. Однако если турист хоть однажды попробует сделать так же, уже на следующий вечер захочет повторить такой долгий неторопливый ужин.

Никита и Лиля заказали большую тарелку мидий – хоть сытости от них не было никакой, оба чувствовали, что им надо и сосредоточиться, и расслабиться одновременно. Как достичь столь противоречивой цели, они не знали, однако процесс поедания мидий казался для этого наиболее подходящим… Оба медленно раскрывали створки ракушек, доставая оттуда маленькое варёное тельце несчастной обитательницы. За соседними столиками расположились шумные итальянские компании. Голоса раздавались повсюду, потому что во всех прибрежных ресторанах уже не оставалось свободных мест.

Солнце клонилось к горизонту и едва различимая дымка облаков приглушала его яркость всё настойчивей, но бледнея, оно всё равно обжигало, хотя в какой-то миг появлялось необъяснимое волнение и совсем не хотелось, чтобы наступила ночь.

Вечерами не становилось прохладней и кондиционеры усиленно работали везде и всюду.

– Давай ещё закажем спагетти с нашим любимым соусом, – сказала Лиля, когда с мидиями было покончено.

В отеле спагетти никогда не давали, только макароны, хотя и хорошо приготовленные. Никита кивнул и открыл меню.

Теперь они заказали две порции и не знали, как объяснить, чтобы спагетти поварили подольше – часто им попадались совсем не доваренные.

– Уж если мы такой пустяк объяснить не можем, как доберёмся до Пьемонта? – сказала, задумавшись, Лиля.

В то же время намерений отговорить Никиту от поездки у неё не было. Ей даже казалось, если он передумает, она поедет одна – затея эта всё больше казалась не просто классной, а такой, которую невозможно бросить просто так.

Он пожал плечами.

– Доберёмся, – только и сказал, рассеянно глядя туда, где только что скрылось солнце.

***

Утром всё пошло как-то даже подозрительно гладко – Никита держал Лилю за руку и уверенно вёл за собой. Она покорно шла, чувствуя, что ещё не совсем проснулась, и вполне доверяя своему спутнику. В конце концов, ведь они не летели на другую планету, везде были люди, ходил транспорт, продавалась еда. Так чего бояться!

Они сели на поезд, уверенные, что доедут туда, куда нужно. Никого ни о чём не спрашивали.

– Часов восемь потратим на дорогу точно, а может больше, – говорил парень. – я прикинул по карте расстояние.

Слушая его, Лиля ничего не отвечала. Рассеянно смотрела по сторонам, будто только теперь понемногу просыпаясь, и это странное запоздалое пробуждение всё больше вызывало тревогу.

– Только не говори, что ты хочешь вернуться, – сказал Никита, в какой-то момент внимательно посмотрев на неё.

– Нет-нет, – возразила она. – я просто кое-что забыла в отеле.

– Что-то важное?

– Косметичку. Ну, там зеркальце, помада, расчёска.

– Ты расстроилась?

– Немного. Но это не важно. Я думаю, Дьяволу будет всё равно, сделаю ли я макияж.

Оба рассмеялись. Теперь Лиля почувствовала окончательно, что происходящее вовсе не тревожный сон, а самое обычное настоящее.

– Потом будем вспоминать и смеяться, – сказала она.

– Почему смеяться? – не понял Никита. – и когда это будет – потом?

– Смеяться, потому что заблудимся, а потом – в глубокой старости, если доживём, – сразу на оба вопроса ответила девушка.

– А ты сомневаешься, что доживём?

– После таких похождений, как знать.

Они снова хотели засмеяться, но как-то неловко замерли – прежнее веселье понемногу исчезало.

– Нам надо попасть в городок Трино, а после – в провинцию Верчелли, – задумчиво сказал Никита, рассматривая пейзажи, мелькающие за окнами поезда.

– Попадём, – уверенно ответила Лиля.

Возможно казалось обоим, что перемещаются они в какое-то другое измерение, где не только произойдёт с ними что-то особенное, но и узнают они много такого, чего не ведают и не подозревают другие люди. Им об увиденном они расскажут, если только захотят. А – нет, значит навсегда оставят его своей тайной. Таковой была профессия журналиста, по крайней мере так считали эти вчерашние выпускники. Оба чувствовали в то же время, как сильная тревога всё нарастает, однако как ни странно это нравилось.

Путешествовать по Италии на поезде очень комфортно, видимо поэтому в вагоне, где ехали Никита и Лиля, не оставалось свободных мест. Современные станции вокзалов восхищали. Оба посматривали за окна и переглядывались, причём чем дальше ехали, тем взгляды их становились серьёзней.

– Послушай, – сказала в конце концов Лиля. – здесь всё настолько современное, что я очень сомневаюсь, как могло где-то в какой-то итальянской провинции затеряться настоящее зло.

– Нелепо ты рассуждаешь, – отозвался Никита, немного поразмыслив.

– Почему?

– Думаешь, зло может устареть?

– Ну… Странная фраза – устаревшее зло.

– Вот именно. Потому что зло не устаревает никогда. Оно всегда найдёт себе укромный уголок, найдёт лазейку, чтобы вылезти в неподходящий момент.

– А для зла разве могут быть подходящие моменты?

– Возможно. Ведь для чего-то оно всё-таки существует.

– Просто его не могут победить. Никакими способами.

– И это верно.

Оба в эту минуту наверняка подумали о том, что и они с ним сталкивались в большей или меньшей мере. Сразу будто рядом проскользнуло что-то неуловимое, отчего каждый из них настороженно оглянулся – однако нигде поблизости ничего плохого не происходило, также и им не грозило никакой опасности.

– В мире и так полно всяческого проявления зла, а мы пытаемся отыскать какое-то особенное, самое большое и серьёзное, – это сказал Никита.

– Смотря что считать злом, – добавила его спутница. – если какая-то аномальная сущность поселилась в старом аббатстве и от неё никому нет никакого вреда, зло ли это в самом деле.

– Наверняка в этом аббатстве случалось немало бед, иначе его не закрыли бы и не поползли бы слухи.

К этому времени они уже узнали из интернета и про странные находки в тамошних подземельях и про найденные замурованные скелеты, про плачущую колонну и про суды инквизиции, происходившие там в зале правосудия, про саркофаг с неизвестным захоронением и чернокнижника, который когда-то давно попытался вызвать там самого Дьявола. Дьявол явился, но совладать с ним чернокнижник не смог – сущность эта до сих пор якобы обитала там. А ещё знали про современных ведьм, которые устраивали на территории аббатства свой шабаш. Впустую они туда не сунулись бы – значит был толк и был результат их колдовства.

– Зачем вообще люди занимаются магией? – задумчиво проговорила Лиля, и хотя слова её прозвучали как вопрос, тотчас она ответила сама себе. – скорее всего это от отчаяния. И ещё – от беспомощности. Ведь все хотят в жизни всего и побольше, но мало у кого получается.

– Скажи честно, ты боишься? – спросил напрямую Никита.

Всё больше он замечал, как неуловимо меняется настроение его спутницы и многие сказанные ею фразы он никак не мог объяснить… Зачем она так говорила? Передумала ехать или пыталась вселить сомнения в него?

– Не боюсь, просто в косметичке, которую я забыла в отеле, остался мой талисман.

– Талисманы надо носить на шее. Или где угодно ещё, но поближе к телу.

– Не предусмотрела. Думаю теперь – это дурной знак. Со мной может что-то случиться.

Никита рассердился – определённо Лиля старалась лишить его уверенности в этом их путешествии.

Он повернулся к ней и удивился, как в этот момент изменилось её лицо. Даже страшная мысль промелькнула у него – он подумал, что Дьявол не существует сам по себе, он непременно селиться в человеке, потому что бесплотный и никак иначе не может являться людям. Так неужели это Зло теперь завладело его спутницей? В любом случае именно Дьявол всегда сеял сомнения… А он начинал сомневаться.

***

Дальше ехали молча, но несмотря на то, что проснулись рано, задремать, как это случалось в поездах на родине, совсем не получалось – оба сонными глазами смотрели за окно, будто боясь пропустить самое важное, хотя ехать им предстояло до конечной остановки…

Так в полусне они и доехали, вышли на перрон.

– Что дальше? – спросила Лиля, осматриваясь.

Вопрос этот прозвучал даже дерзко и такое же настроение отразилось на её лице.

– Надо спрашивать, – отозвался Никита и достал разговорник.

Спутница его принялась изучать карту.

– Мне кажется, мы заблудились, – сказала она.

– Говорю же – надо спрашивать, – повторил парень.

Всюду торопливо сновали люди, их было не слишком много, но все куда-то спешили и явно не знали русский язык.

– Давай отойдём в сторону, – предложила девушка, чувствуя, как нелепо они выглядят со стороны и всем мешают.

– А лучше, зайдём куда-нибудь, где можно перекусить, – заметил её спутник.

Тогда они направились в город, впрочем, шли наугад, потому что всё равно не знали наверняка, куда им идти… Скромный ресторанчик заметили спустя некоторое время.

– Зайдём сюда, – сказал Никита. – заодно отведаем настоящие местные блюда. Наверняка здесь готовят совсем иначе, чем в курортных районах.

Пиццу, которую они всё никак не могли распробовать и понять, в меню не нашли. Расстроились. В прибрежных ресторанчиках в Римини пиццу готовили как-то странно и совсем не вкусно – тесто в основном оказывалось слишком чёрствым, а томатный соус отдавал уксусом. Российские туристы даже сходились во мнении, что у них на родине пиццу делают гораздо вкуснее, хотя явно вовсе не следуют итальянским рецептам.

– С пиццей снова облом, – вздохнул Никита.

Почему-то оба полагали, что именно в глубинке Италии непременно попробуют её настоящую. Грустно переглянувшись, решили заказать пельмени с рыбой. Разумеется, в Италии это блюдо именовалось совсем не пельменями – они слышали это название несколько раз, но теперь не смогли произнести, поэтому выбрали из меню, примерно определив его по созвучиям.

Минут через десять им принесли спагетти с мясным соусом, однако выглядело это спагетти вовсе не традиционно, а скорее напоминало домашнюю лапшу, какую делали у них на родине.

– Что это? – спросила Лиля, хотя блюдо выглядело аппетитно и вкусно пахло, так что отказываться от него они не намеревались.

– То, что вы заказали, – ответил официант.

Путешествующие сначала пропустили его слова мимо ушей, но уже в следующую минуту воодушевлённо просияли – тот говорил на чистом русском языке.

– Вы понимаете русский? – спросили они разом.

Готовы были даже схватить официанта за руки и больше не отпускать – явно боялись, что он уйдёт, исчезнет где-нибудь в недрах кухни и уже не вернётся.

– И говорю, и понимаю, – отозвался он. – я родом из России, просто очень давно сюда приехал. Кстати, тут многие понимают русский язык, но скрывают это.

– Зачем? – не понял Никита.

Официант усмехнулся.

– Так можно узнать о людях гораздо больше, чем сказали бы они в другом случае, – ответил он. – узнать даже их тайны…

Посетителей в ресторане в этот час находилось совсем мало, видимо именно поэтому официант позволил себе такой откровенный разговор. Он и дальше явно не спешил уходить.

– На самом деле в наших краях практически никогда невозможно услышать русскую речь – туристы сюда не заглядывают, – продолжал он.

– Да и мы бы не заглянули, – подхватил разговор Никита. – просто нам вдруг захотелось побывать в аббатстве Санта Мария ди Лучедио, но мы похоже заблудились.

– Вон как! В общем, я даже услышал, как вы об этом говорите, – официант нахмурился и заговорил чуть тише. – интересная затея, но вы вовсе не заблудились, просто ещё находитесь на полпути.

Сказав так, он подсел к путешествующим за столик.

– А что вам там нужно? – поинтересовался вкрадчиво.

Никита и Лиля явно сомневались, надо ли посвящать этого незнакомого человека в свою тайну. Начали издалека, но потом, одержимые азартом предстоящего приключения, подробно поведали о своих намерениях.

– А меня Рома зовут, – сказал официант в ответ на их откровенный рассказ.

Казалось, он тоже хотел им что-то рассказать. Догадавшись об этом, они притихли, предоставив ему такую возможность.

– Я приехал в Италию десять лет назад, – продолжал тогда он. – мне с детства хотелось посетить Рим, потому что вполне серьёзно я полагал – меня назвали Романом не случайно, и если мы произносим название этого города – Рим, по-итальянски это звучит именно как Рома. С юности мне ни в чём особенно не везло, и я надеялся – приеду в Рим и там всё будет иначе, там начнётся моя другая жизнь. Совсем другая…

Рома мечтательно замолчал, задумался.

– А почему ты до сих пор не в Риме? – спросил Никита.

Лиля бросила на него торопливый взгляд, в глазах её снова сквозило что-то недоброе.

– Не знаю, – отозвался Рома. – просто не получилось и всё. Сначала работал официантом в Римини, там много русских и я помогал переводить меню. Но здесь мне нравится больше. За эти годы я хорошо выучил итальянский и мог бы устроиться куда-то в другое место, только пока тоже не получается.

– Что именно не получается? – поинтересовалась теперь Лиля с явной иронией в голосе. – страшно уволиться?

В ответ Рома медленно кивнул. Внешне он очень походил на итальянца и если бы не заговорил с ними, они вовсе не заподозрили бы в нём земляка.

– А поехали с нами, – в следующую минуту предложила девушка.

Никита в этот момент обрадованно посмотрел на неё – такой проводник со знанием местности и языка им был очень кстати.

– Зачем я туда поеду? – усмехнулся однако тот.

– Ну как, разве не интересно будет встретиться с самим Дьяволом? – продолжала Лиля.

– Навряд ли такое получится.

– Почему?

– Многие этого хотели, однако с ними происходили всякие несчастья. А Дьявола по сути так никто и не видел.

– В конце концов, как говорят, каждый устраивается в жизни настолько, насколько сможет договориться, – добавила девушка, теперь явно заходя издалека.

Никита даже не сразу понял, что она подразумевает.

Однако официант смекнул, небрежно хмыкнул.

– Думаете, у меня получится договориться с самим Дьяволом? – спросил тотчас и в интонации его прозвучало недоверие.

– Почему бы не попробовать, – Лиля откровенно подмигнула.

Никита раскраснелся – никак не ожидал, что подруга его может вести себя так.

– Ладно, я поеду, – теперь прямо-таки решительно выпалил Рома. – просто потому, что у меня всё равно приближается отпуск – вот сейчас его и возьму. Составлю вам компанию… Новые впечатления никогда не помешают.

Потом они заказали по чашке чая и маленькие бисквиты. Рома торопливо принёс им это вместе со счётом и быстро скрылся в кухне, чтобы договориться об отпуске и собраться в дорогу.

– Придётся поторопиться, – крикнул он им откуда-то издалека. – чтобы добраться до аббатства сегодня, надо успеть ещё на один поезд.

Путешествующие теперь доверились этому своему неожиданно появившемуся проводнику и заметно расслабились, по крайней мере прежнего напряжения и тревоги больше не испытывали.

– Здорово всё складывается, – шепнул даже Никита своей спутнице, доедая бисквит.

Она подмигнула теперь ему, видимо чувствуя себя неловко от этого своего недавнего кокетства.

– Порой женщина может позволить себе гораздо больше, чем мужчина, – сказала ещё.

– Что ты имеешь в виду?

Но Лиля уже не успела ответить – рядом с ними возник Рома, совсем по-другому одетый и чрезвычайно взволнованный.

– Знаете, пока я собирался, прямо загорелся этой идеей – встретиться с Дьяволом и договориться с ним. Хотя по сути звучит это нелепо.

– Несколько веков назад таких твоих слов напугались бы, – заметил Никита.

– А нас сожгли бы на костре инквизиторы, – добавила Лиля.

Однако как казалось этим троим, бояться им вовсе нечего. Не теряя больше ни минуты, они выбежали из ресторана.

***

Аббатство Санта Мария ди Лучедио издали на них не произвело особенного впечатления – ничего зловещего. Если бы ни манящие слухи, без какого-либо интереса можно было пройти мимо и не задержать слишком долго взгляд…

Кругом простирались болота и явно не пустующие рисовые поля. Даже какое-то разочарование нахлынуло вдруг и все трое замерли на месте. Также издали было видно, что место это вовсе не заброшенное – силуэты снующих там людей различались явственно. Какое-то время приехавшие стояли, пристально всматриваясь. Молчали. Над болотами летали птицы, изредка спускаясь к воде и пронзительно крича. Но возможно именно от этого их крика и от этих болот, теряющихся далеко за горизонтом, веяло большей тревожностью, чем от строений, расположенных посредине.

– Не знал, что в Италии выращивают рис, – сказал Никита совсем равнодушно. – будто какая-то тропическая страна.