Наш странный сосед с Малиновой улицы

Глава 1.

Когда я торопливо укладывала в багажник нашей машины упакованные в коробки и туго перевязанные стопки с книгами, мой муж удивлялся.

– Неужели ты собираешься всё это читать на даче? – спрашивал он.

Мне не оставалось ничего другого, как деловито отмахиваться.

– Там будет чем заняться и без книг, – продолжал он.

Не понимаю, почему нам вдруг вспомнился именно этот эпизод отъезда, когда в дачном посёлке «Рябиновые росы», где мы отдыхали всего три дня, появились полицейские.

– Похоже, случилось что-то серьёзное, – сказал муж и хотел открыть окно.

– Подслушивать нехорошо, – остановила его я.

Задёрнув штору, через сетку тюля стала наблюдать, куда они пойдут.

Полицейские постояли недолго возле нашей дачи и прошли мимо.

Стояло пасмурное июньское утро и можно было не сомневаться – к полудню пойдёт дождь. Дачники видимо и не сомневались, а потому пока не показывались. Или все притаились, потому что увидели полицейских.

– Как будто здесь все преступники, – сказала я, пятясь от окна.

– Почему? – удивился муж.

Но я не находила слов, чтобы объяснить ему свои ощущения.

– Они все странные, – просто сказала я.

– Любой человек может казаться странным, если его не знаешь достаточно хорошо, – возразил муж.

– А эти – особенно странные, – настаивала я.

Дело в том, что поженились мы совсем недавно, а муж купил дачу накануне свадьбы и я ещё тут ни разу не была. Как вообще не бывала ни на чьих дачах и своей у меня тоже не было. Зато когда я увидела всех этих людей, обитающих здесь, какая-то неведомая прежде оторопь, в которой иногда проскальзывала насмешка, всё чаще охватывала меня… В день приезда от ворот до своей дачи мы шли пешком, потому что недавние дожди сильно размыли дорогу и повсюду были огромные лужи.

– Вот видишь, всё-таки зря ты взяла книги, – усмехался муж. – не удастся их здесь почитать.

– Я их все уже давно прочитала и надеялась сложить аккуратно на чердаке – на хранение.

– Детям пригодятся?

– Ага, и внукам.

Собственная шутка меня развеселила, но вдруг я увидела на одном из огородов такое смешное пугало, что засмеялась совсем громко. На нём была грязная рубашка, которая вполне могла быть модной лет пятнадцать назад, над рубашкой небрежно прикреплён был клочок непонятно чего, издали напоминающий строительную паклю, а снизу к рубашке приделана бесцветная и бесформенная ткань, которая по замыслу должна была служить то ли юбкой, то ли шортами.

– Этой штуковиной отпугивают птиц или воров? – сквозь смех спросила я.

Муж мой укоризненно нахмурился и ничего не ответил. Зато пугало вдруг заговорило – можно было не сомневаться, что это говорит оно, а я в это время продолжала смеяться.

– Говорят, в лесу пошли маслята, – сказало оно. – не видели?

Немного с запозданием отреагировав на эти слова, я вздрогнула, потом закашлялась, подавившись собственным смехом. Конфуз получился ужасный и я чувствовала, что краснею.

– Мы тоже так будем выглядеть, если надолго останемся здесь? – спросила я робко у мужа.

– Обязательно, – ответил он и тихо добавил. – к концу медового месяца. Так что вместо книг ты бы лучше взяла расчёску и весь свой гардероб.

– Да, за лето мы не успеем построить баню, – пробормотала я и ещё хотела бы спросить, что подразумевал этот дачник, заводя разговор о маслятах, и куда они в конце концов могли пойти, но всерьёз опасаясь, что ответ меня напугает, не стала ничего спрашивать.

Вообще соседи у нас были странные. Оставалось только надеяться, что не все они преступники…

Полицейские прошлись по нашей улице, сосредоточенно осматриваясь, и вскоре исчезли из виду.

Потом мы услышали голоса, потому что всё-таки приоткрыли окно. Люди разговаривали на соседней улице. Надо сказать, что каждая улица здесь имеет своё название, тоже не менее странное, но впрочем вполне дачное. Вот мы, например, находимся на улице Чёрной смородины, а там, где находились сейчас полицейские – улица Малиновая, по другую сторону – улица Больших огурцов.

– Зачем придумали такие названия? – спросила я, размышляя об этом прямо со дня нашего приезда.

– Сельский труд – дело тяжёлое, – ответил муж. – а так хоть маленько веселее будет.

Но мне представляется, что дела здесь обстоят совсем иначе, и вся Малиновая улица утопает в сочных пьянящих ягодах, а наша – в чёрной смородине. Впрочем ягод пока ещё нет и все они только собираются зацвести. Так же наверняка и огурцы не выросли ещё слишком большими. А полицейские пришли к нашему соседу с Малиновой улицы, его огород как раз соприкасается с нашим, и теперь они о чём-то серьёзно разговаривают там – находясь у него на огороде.

– Уедут – спросим соседа, что произошло, – уверенно пообещал муж.

– Думаешь, расскажет? – засомневалась я.

– А что, ему жалко что ли? Теперь хоть есть повод сходить в гости, ведь мы с ним ещё не знакомились.

Так и решили, а после стали ждать, когда уйдут полицейские…

***

Дождались, но к этому времени начался дождь, и тогда мы уже стали пережидать его.

Я заметила, что дождь в дачном посёлке – явление поистине удивительное, если выключить всё электричество и начать прислушиваться. Капельки дождя изредка барабанят по крыше – иногда будто затихая совсем, а после усиливаясь и торопясь. Прямо музыка, только другая – музыка природы, музыка жизни. Я с наслаждением прислушивалась. Муж, кажется – нет. Зато он вышел на балкон и долго стоял там. Я никак не могла понять, что он увидел среди дождя такого интересного и зачем на балконе в дождь стоять так долго, ведь вместе с дождём обычно приходит прохлада.

– Не замёрз? – спросила я, выглянув в дверной проём.

– Иди сюда! – крикнул он мне.

Как под гипнозом, я послушно вышла.

– Что? – спросила заинтригованная.

– Льёт всё сильнее, – недовольно бросил он. – так размоет все наши грядки с морковкой и петрушкой.

– Ну и что? – не поняла я.

– Тогда всё это взойдёт на межах, – пояснил он.

– А какая разница? – снова не поняла я.

Он усмехнулся и пожал плечами, а я ждала, что он скажет ещё. Но он молчал.

Я заметила, какими мокрыми стали цветы возле крыльца, будто плакали и не могли остановиться, а земля стала совсем чёрной – на такой запросто можно было поскользнуться. Подумав о том, что явно здесь предстоят скучные дни, я размышляла о том, кем может быть этот наш сосед. Несомненно он тоже находился сейчас в своей даче, если полицейские не забрали его с собой.

Дача у него была не меньше и не больше нашей, впрочем её не особенно было видно из-за деревьев и кустов. Я подумала, что вовсе неплохо было бы здесь иметь бинокль, и даже предположила, что возможно у мужа он где-то припрятан, ведь больше заняться здесь было совсем нечем – оставалось только рассматривать окрестности и поглядывать за соседями.

***

Дождь прекратился только к вечеру и я вся взволнованная, зная, что муж давно ждёт меня и очень нервничает, торопливо наряжалась – мы собрались сходить к нашему соседу познакомиться.

– Ха, ну ты и нарядилась! – воскликнул мой любимый, тотчас повернувшись в мою сторону, едва я вышла на веранду.

– Разве это плохо? – не поняла я.

– На дачах не ходят в вечерних платьях, – слегка усмехнувшись, однако весьма вежливо сказал он.

– Это платье вовсе не вечернее, оно даже не нарядное, – пояснила я. – просто куплено в престижном магазине, поэтому сильно отличается от того, в чём ходят здесь говорящие пугала.

– По крайней мере, они выглядят уместно, – заметил муж.

Меня разобрала чрезвычайная досада от того, что он совсем ничего не понимает в одежде и этикете. Решила про себя, что со временем эту ситуацию смогу исправить. Впрочем, это был пустяк и дальше, не сговариваясь, мы решили не заострять на нём внимания. В следующую минуту я протянула мужу книгу.

– «Собака Баскервилей» Конан Дойль, – вслух прочитал муж на обложке и после спросил. – зачем это?

– Подарок соседу, – выпалила я, довольная собой. – ведь книга – лучший подарок.

– Разумеется, для тех у кого есть время читать, – кивнул муж. – но здесь уместней было бы подарить саму собаку.

– Баскервилей? – удивилась я. – где же её взять?

– Да просто любую.

– Сторожить морковку, да?

Муж кивнул.

Известие, что здесь помимо странных соседей могут быть ещё и воры, мне совсем не понравилось. Ещё я подумала, что вместо подарка надо было взять с собой лучше что-нибудь для самообороны, ведь мы направлялись к незнакомому человеку, который запросто мог быть преступником.

– Ладно, пошли уже, – сказал муж и распахнул дверь.

***

…Свою дверь сосед нам не открыл, что впрочем мы ожидали от него вполне. Хотя явно находился внутри, я это чувствовала. Раздосадованные, мы неторопливо пошли по улице Малиновой, даже прямо с нездоровым любопытством рассматривая чужие огороды. Малины у всех здесь в самом деле росло полным-полно. Сейчас она только начинала цвести и вокруг неё торопливо суетились насекомые с такими тревожными жёлтыми опознавательными знаками – пчёлы, шмели, осы. «Если сосед не открыл, значит он всё-таки преступник», – думала я.

В конце улицы мы наткнулись на небольшое собрание, видимо организованное самыми активными здешними сплетницами. Они посмотрели на нас, как обычно смотрят на чужаков, и тотчас замолчали. Однако мы не прошли мимо, как видимо они рассчитывали. Мы остановились.

– У нас что-то случилось? – спросила я напрямую.

– Вы новые дачники? – в свою очередь поинтересовалась одна из сплетниц.

Я кивнула.

– Ага, – сказал за нас двоих мой муж.

– Кто-то в лесу убил грибника, – тогда полушёпотом стала рассказывать другая из этих многочисленных собравшихся.

Оказалось, это был совсем не старый человек и нашли его сидящим на берёзовом пне… И всё бы ничего – мало ли, инфаркт случился или по причине какой-то своей болезни он внезапно умер, да только прямо над сидящим в дерево воткнут был огромный нож, а выражение лица у мёртвого было чрезвычайно напуганное. Обнаружил несчастного как раз наш сосед с Малиновой улицы, именно поэтому к нему у полиции появились вопросы.

– Это убийство, убийство, – шептали дачницы наперебой.

– Кого-то же в самом деле напугался несчастный, – добавляли чуть погромче.

– Может, собственной смерти, – сказал тогда мой муж.

Я уже давно заметила – он вовсе не любит, когда люди говорят разные глупости, и всегда очень резко на них реагирует.

– Не Лешего же в конце концов увидал, – добавил он ещё с лёгкой усмешкой.

– А вдруг именно его, – шепнула одна из сплетниц, явно сама не веря в это.

– Полагаете, здесь живёт Леший? – с недоверием переспросил у неё мой муж и тотчас потянул меня за руку, ещё сказал совсем тихо, так что услышала это наверняка одна лишь я. – не надо их слушать, они чокнутые.

«Ещё и Леший», – подумала я, тем не менее почему-то поверив им – удручённо окидывая взглядом всю собравшуюся компанию, в своём воображении я представляла лесного жителя прямо среди них. Потом мы пошли дальше.

– Может сходим за грибами? – робко намекнула я. – после дождя теперь они наверняка полезут очень быстро.

– Признавайся, ты захотела теперь увидеть Лешего? – предположил муж. – или место преступления?

Я поняла – он изучил меня уже слишком хорошо, намного лучше, чем я его.

– И то, и другое, – выпалила я.

– Тогда пойдём высаживать капусту, – рассудил он и мы тотчас свернули с улицы Малиновой на нашу улицу Чёрной Смородины.

Для себя я решила, что обязательно выберу подходящий момент и схожу в лес.

Глава 2.

Вскоре, находясь на нашем огороде, я увидела его – нашего соседа.

Он стоял на крыльце своей дачи и задумчиво смотрел в даль, а я сразу предположила, что возможно именно такими задумчивыми бывают преступники… Ведь кто-то воткнул в дерево нож. Явно не Леший. Быть может грибнику угрожали этим самым ножом и запугали его до смерти. В таком случае, это тоже преступление и следует найти того, кто его пугал. Я попыталась рассмотреть соседа, выглядывая из-за кустов.

Он бы старше нас лет на двадцать, с реденькой не стриженной бородкой и чуть-чуть длинноватыми волосами, какие обычно носят очень стильные мужчины, но у соседа они выглядели небрежно и не придавали ему никакого особого шарма. Это было всё, что мне удалось рассмотреть издалека. А в целом он был достаточно рослый и крепкий, одет при этом вовсе не по дачному, а вполне прилично.

– Э-э-эй, – крикнула я ему и помахала рукой.

Может быть он не увидел меня из-за кустов, а может решил проигнорировать, так что даже не повернулся в мою сторону, а медленно зашёл к себе в дачу, будто его позвали именно оттуда.

Заинтригованная, я продолжала стоять и смотреть ему вслед.

Даже если в этом деле с умершим грибником сосед наш вовсе ни при чём, всё равно человек этот был странным и весьма подозрительным. От него веяло какой-то страшной тайной, которую он несомненно скрывал – я это почувствовала и меня это встревожило. Ведь правда далеко не все тайны, когда их раскрываешь, приносят радость, многие, как я успела уже узнать из жизненного опыта, бывают очень и очень неприглядными. От таких тайн надо не просто держаться подальше – от них вообще лучше бежать в противоположную сторону…

Так и оказалось, когда я всё-таки вырвалась следующим утром в лес за маслятами, прихватив с собой большую плетёную корзину, а спящему мужу оставив ласковую записку. Хотя впрочем, была уверена – успею ещё вернуться до его пробуждения.

***

В лесу царила благодать.

Пахло цветущими растениями, свежей только выросшей травой… Со всех сторон пели птицы – прямо хором на разные голоса. Никогда до этого момента я не искала грибы и даже не представляла, где и как они могут расти. Местами трава даже доходила мне до колен и явно маслята не могли расти выше неё. Увлечённая тем не менее поисками, я наклонилась и принялась разнимать траву – всё-таки возвращаться с пустой корзиной совсем не хотелось, и потому я проявляла особенную настойчивость.

Вдруг обо что-то ударилась головой, но лишь слегка – больно не стало. Явно это было не дерево. Подняла голову и оторопела – рядом стоял тот самый наш странный сосед с Малиновой улицы и, замерев неподвижно, смотрел на меня. Я узнала его по бородке и крепкой фигуре, хотя одет он теперь был по-другому.

– А, это вы, – сказала я с напряжением из-за лёгкого испуга, потом всё-таки постаралась улыбнуться.

– Ш-ш-ш, – приложил он палец к губам и огляделся, будто боялся, что эти беспечные птицы могут услышать наши голоса.

Потом он схватил меня за руку – я вздрогнула.

Попыталась выдернуть руку, но это не получилось, потому что человек этот оказался чрезвычайно силён. Тогда ничего мне не оставалось, как покорно пойти за ним… Закричать я не решалась, потому что своим таинственным жестом, призывающим к молчанию, он будто меня загипнотизировал.

– Куда мы идём? – наконец получилось у меня задать вопрос.

Я даже удивилась, откуда взялась у меня такая смелость.

Однако он не ответил – серьёзно посмотрел на меня и снова приложил палец к губам. Больше заговорить я уже не решилась. Тогда в какой-то момент я странным образом догадалась, куда он меня ведёт, и тотчас перестала бояться. Мы шли на место вчерашнего преступления! Да и вообще, ведь он мой сосед, а потому разве может сделать мне что-нибудь плохое…

Потом мы остановились возле раскидистой старой берёзы, неподалёку от которой в траве я разглядела невысокий пень. Сразу же мысленно похвалила себя – ведь догадка моя подтвердилась, несомненно мёртвого грибника нашли именно здесь. Как зачарованная я провела рукой по стволу берёзы, где оставалась расщелина от воткнутого в неё ножа.

– Вы наверно глухонемой, – сказала я своему спутнику, рассчитывая таким образом потихоньку втянуть его в разговор.

Повернулась. Но его уже не оказалось рядом.

Его не было вообще нигде – не близко, не далеко. Он словно растворился в этом березняке, а может спрятался специально и теперь наблюдал за мной. «Леший», – подумала я и поёжилась. Решила немедленно возвращаться и торопливо пыталась сообразить, с какой стороны мы пришли. Вдруг в траве разглядела что-то белое. Обрадовалась, подумав, что это шляпка гриба. Торжественно достала свой нож, но наклонившись, увидела белый слегка помятый и вымокший под дождём листок бумаги.

Сама не понимая зачем, подняла его и весьма удивилась – это оказался пригласительный в театр на двоих на спектакль приезжих артистов. Уверенная, что билет обронил вчерашний убийца, я прихватила его с собой. Ещё теперь я была уверена, что наш сосед в этом точно не замешан, иначе он не привёл бы меня сюда.

***

Вернувшись в дачный посёлок, прямо у нашей калитки я выбросила из корзины два маслёнка, которые непонятно как там оказались – я их точно не находила, а значит мне подбросил их туда наш странный сосед.

Муж к этому времени уже проснулся и я застала его в огороде – стоя у забора, он разговаривал как раз с этим странным соседом. Тот посмотрел на меня и тотчас замолчал – я рассмотрела теперь его внимательней и весьма удивилась, потому что тот человек, которого встретила я только что в лесу, был вовсе не он, хотя очень похож…

– О чём вы говорили? – спросила я мужа, когда мы вошли в дачу.

– Зачем ты выбросила грибы возле калитки? – спросил он в свою очередь.

Я растерялась, потому что к калитке за то время, что я пришла, он точно не приближался. Становилось очевидным – он более проницательный сыщик, чем я.

Тем не менее найденный в лесу пригласительный билет в театр и вчерашнее убийство в лесу не давали мне покоя – мысленно я представляла, как начинаю вести расследование, и видимо настолько в какой-то момент погрузилась в эти свои размышления, что муж в конце концов сказал:

– Хочешь поиграть в сыщика? – и даже подмигнул небрежно.

– Ага, – с небывалым азартом ответила я.

– Ладно, играй. Если что, можешь даже на меня рассчитывать.

Я удивилась.

– Правда? – переспросила и почувствовала небывалый прилив радости, уточнила даже на всякий случай. – то есть ты мне поможешь, да?

– Не-е-е, в крайнем случае, постараюсь защитить. Ведь всё равно ты обязательно нарвёшься на неприятности. Или даже на какую-нибудь серьёзную опасность.

Мне стало обидно и тогда любыми способами я захотела показать, на что способна – ведь знаний из прочитанных детективных романов, как мне казалось, я почерпнула немало.

Глава 3.

Уже на следующий день, обдумав всё самым тщательным образом, я распланировала всё своё расследование…

Начать почему-то решила с тех самых сплетниц, которые в день убийства с таким азартом обсуждали произошедшее. Внешность двоих из них была особенно примечательная и потому с уверенностью, что тотчас узнаю их, едва увидев, я отправилась бродить по улицам, заглядывая в каждый огород. У одной я запомнила ярко рыжие волосы, настолько неестественные, что сложно было спутать их с какими-то другими. Другая отличалась своими зубами, слишком заметными во время разговора, потому что рот она открывала до смешного широко – их было всего четыре сверху, при этом были они такие огромные, какие впору иметь наверно только зайцу.

Вскоре правда набрела на этих двоих.

Заяц и Рыжая оказались соседками. Они и теперь болтали без умолку, прижавшись с двух сторон к общему забору. Я поздоровалась. Не знала как начать разговор, но они тотчас узнали меня и заговорили сами.

– Всё посадили? – спросили явно из вежливости.

Мне тема садоводства была совсем не интересна, и я вяло кивнула.

Всё-таки правда сыщик из меня пока не получался, потому что я волновалась и совсем не знала, как сформулировать свои вопросы. Заметила только, что Рыжая смотрит на меня чересчур внимательно, а Заяц явно раздражена моим молчанием.

– Как вам здесь? Нравится? – в следующую минуту спросила она и улыбнулась так смешно, что я улыбнулась в ответ.

– Уютно, – ответила я.

– А часы уже остановились?

Не понимая, что она под этим подразумевает, я уставилась на неё.

– Вы о чём? – спросила машинально.

– Здесь у всех останавливаются часы, особенно у тех, кто только купил дачу, – пояснила она.

– Как интересно. А почему?

– Такое необычное место – аномальная зона, и времени здесь не существует.

«Какая-то чушь», – подумала я, сопоставляя услышанное с происходящим и рассудила, что если всё-таки время разграничивается на дни и если каждый раз наступает утро, значит всё-таки время существует. Не стала спорить с Зайцем, а захотела послушать её нелепую историю о том, как здесь она не замечает времени.

– В самом деле, иногда начинаешь полоть лук или поливать огурцы – кажется весь день пролетел, а посмотришь, и час не прошёл. Или наоборот, заработаешься, спохватишься – а уже вечер.

Тогда я поняла, о чём они. Видимо эти двое слишком любили свои грядки и всякие насаждения, так что посвящали им свою жизнь – по крайней мере летнюю. Но я так не могла. Хотя бы потому, что была намного моложе их.

– Ещё здесь разные люди находятся в разных измерениях времени, – добавила Рыжая.

Теперь я удивилась ещё больше.

– Так разве бывает? – спросила с недоверием.

Конечно, такое бывало, но только в фантастических фильмах и книгах.

Однако в ответ на мой скептический вопрос обе закивали, хотя ни конкретных примеров, ни доказательств привести не могли. Но я вдруг и сама задумалась, представив перед собой нашего странного соседа, а потом ещё говорящее пугало и разных других людей, которые случайно встречались нам тут… Сначала хотела засмеяться, но вдруг меня охватила оторопь и я вспомнила, что наш будильник, который захватили мы по привычке на всякий случай, в самом деле по приезду сюда тотчас остановился, и сколько бы мы ни пытались заставить его пойти, это не удавалось.

– А почему тут такое происходит? – спросила тогда я шёпотом, будто опасаясь, что кто-нибудь из какого-то другого временного отрезка услышит меня и тогда неизвестно чем это обернётся.

– Мы не знаем, – ответила Рыжая.

– Никто не знает, – добавила Заяц.

Тогда я решила, что не только недавнее лесное убийство предстоит расследовать мне. В первую очередь придётся разобраться в этом странном аномальном явлении. Хотя как это сделать, совсем не представляла.

Отправилась дальше, кивнув этим двоим, предполагая, что ещё очень много раз даже в течение дня встречусь с ними где-нибудь…

Свернула на улицу Больших огурцов, на которой ещё не была, и мне стало смешно от того, что здесь впрямь все свои теплицы дачники засадили огурцами, хотя сейчас, в начале лета, большими их было сложно назвать. Тем не менее любовь к сельскому труду здешних тружеников меня просто восхищала.

Вдруг заметила один огород, сильно отличающийся от остальных – сразу вспомнила про то, что время в нашем посёлке ведёт себя как-то иначе, вовсе не как обычно. И впрямь огород этот будто находился вне всей улицы и даже вне всего дачного посёлка. На нём ничего не было посажено из привычных дачных культур, даже грядок вовсе не было, лишь в центре росла огромная яблоня, под которой бодро зеленел стриженный газон, а вдоль забора со всех сторон цвели алые пионы. Перед дачей стояла большая блестящая машина, вокруг которой, насвистывая себе под нос весёлую мелодию, расхаживал красиво одетый мужчина средних лет.

Подпавшая под какое-то особое его очарование, я стояла и любовалась им, придумывая какой-нибудь повод заговорить. Вдруг увидела возле калитки его дачи красиво цветущий белым высокий куст. Кстати сказать, такие кусты видела я на этой улице почти за каждым забором.

– Это и есть жасмин? – спросила я и растерялась от того, как неожиданно робко и кокетливо прозвучал мой голос.

Мужчина засмеялся.

– Нет, это калина, – ответил он и внимательно посмотрел на меня.

Взгляд его оказался таким неожиданно пронзительным, что я оробела ещё больше.

– Тогда вашу улицу надо назвать именно улицей Цветущей калины, – сказала я, стараясь быть остроумной, и добавила. – она здесь повсюду.

– Ну, калина цветёт только в начале лета, – отозвался мужчина. – осенью такое название будет казаться нелепым.

– А большие огурцы только к концу лета вырастают, – добавила я.

– Это вы зря, – покачал головой мой собеседник. – здесь все садят такие сорта, что они сразу большие – надо держать марку.

Он засмеялся и я тоже.

– Кстати, меня Виктор Степанович зовут, – представился он.

Кивнув, я тоже назвала своё имя.

– Здесь я вас никогда прежде не видел, – сказал он ещё. – наверно недавно купили участок?

Я снова кивнула.

– Можете обращаться ко мне, если понадобиться помощь, – предложил он. – у меня есть газонокосилка и культиватор.