Сказка о Царе и певчем Соловье

В изумрудном лесу

В изумрудном лесу под кустами малины

Спят в обнимку Медведи и лапы сосут,

На поляне средь зарослей красной калины

Зайцы пишут роман и морковь стерегут.

От прожорливых Коз охраняют Зайчишки

Корнеплоды, ботву и капусты кочны,

Хоть Зайчишки всегда, мягко скажем, трусишки,

Но поесть все не прочь, у зелёной сосны.

На верхушках деревьев спортивные Белки

Соревнуются в ловкости прытью своей:

Арбалет выпускает острейшие стрелки

По серебряным шишкам еловых ветвей.

Рядом конкурс проходит красавиц Мартышек –

Выбирают себе королеву цветов,

Лихо прыгают в тонких прозрачных штанишках,

Чуть прикрывшись юбчонками из лепестков.

Заседание думы в совете лосином –

Разбирают грехи провинившегося,

Он вчера, находясь в заповеднике синем,

Очень сильно кричал и обидел Лося!

Овцы косят газон на лужайке в секрете,

Выбривают все ровненько, словно ковёр,

Знают точно по этой дороге поедет

Царь с охраной, начальник её – флибустьер.

Представленье в оперетте

Представленье вечернее ждут в оперетте,

Ожидается много известных персон,

Птицы певчие будут в спектакле при свете

Одеяньем сверкать, исполнять в унисон.

В ложе Царь, ему место дано по закону,

Поднят занавес, громкий аккомпанемент,

Два ведущие яркие – Ворон с Вороной

Всех приветствуют и открывают концерт.

Начинается пенье Малиновок в хоре,

Вслед ансамбль из Синиц, Канареек дуэт,

Дрозд исполнит тоскливо капризы в миноре,

Покорит всех Жар Птица, поймает букет.

Царь доволен, он пеньем сполна насладился,

Но милей его сердцу всё ж был Соловей,

Заливался он нежно, резвился, клубился,

И Царя убаюкивал трелью своей.

И тогда повелел сей правитель премудрый

Соловья незамедля доставить к нему –

Станет петь для него, сидя в клетке причудой

И питаться с корыта царя, посему.

Соловей в плену у Царя

Вот стал жить Соловей в золотом заключенье:

Есть с корыта досыта, а в клетке молчать,

Петь Царю по щелчку, а не под настроенье,

Но по волюшке вольной он стал тосковать.

И однажды Царю «подложил поросёнка»,

Когда солнце охрою рассветных часов

Петушиные крики окрасило звонко,

Отворил Соловей тугой в клетке засов.

И на волю он выпорхнул лихо из клетки,

Оперенье почистил от пыли своей,

Встрепенулся и ожил, стал петь он на ветке,

Ветер чудное пенье разнёс средь полей.

Разливался свирелью, рассыпчатой нитью

Жемчугов, аметистов, рубинных камней,

Переливчатым взмахом шафрановой кисти

Разукрасило всё от лесов до морей.

Покушение на Соловья

И дошло до Царя это дивное пенье,

Доложили ему: «Улетел Соловей»,

Разозлился правитель: «Ведь без разрешенья

Он посмел удалиться из клетки моей!»

Погубить Соловья посылает лютуя

Супер-стаю своих стале-клювых ворон.

«Повыдёргивать перья все сразу, – диктует,

– Вот задача, а голову выбросить вон!»

И тогда поднялось вороньё в поднебесье,

Почернело всё небо от стаи стальной,

И Соловушка тихо головушку свесил,

Надвигалась погибель, а с ней и покой.

И набросилась стая, клевала нещадно,

Заливался в слезах милый наш Соловей,

Целясь в голову, клювом долбя беспощадно –

Но вмешалось провиденье силой своей.

Вдруг гроза разразилась сильнейшим потоком

Хлынул дождь, и, сверкая зигзагом огней,

Били молнии, в них гром гремел ненароком,

Вороньё всё сгорело до самых костей.

Соловей озирался в кромешном испуге,

Дождь закончился резко и стало светло,

А вокруг, на земле, опалённое в круге,

Словно куча тряпья, вороньё намело.

И тогда Соловей старый дуб заприметил

Он гигантский, с обширною кроной ветвей,

Выше всяких деревьев, красив был и светел,

И с дуплом, чтоб скрываться от мудрых царей.

Нападение волков на Царя

И стал жить он на дереве жизни могучем,

И однажды увидел, взлетев высоко:

По дороге лесной на карете скрипучей

Едет Царь, флибустьер охраняет его.

А напротив, укрывшись в ольшаннике мокром,

За пригорком, в овраге у старых ракит

Злая стая волков, услыхав царя окрик,

Поджидая добычу, в засаде сидит.

И когда по дороге царь ближе подъехал,

Охраняемый свитою сытых свиней,

Злые волки в тяжёлых железных доспехах

Скаля зубы, напали, чтоб съесть всех скорей.

Налетели они и охрану связали

Толстой крепкой верёвкой, потом целиком

Всех подряд друг за другом глотать они стали,

Слуг, поев, размышляли, что ж делать с царём.

Царь был бледен и жалок и в жутком испуге

В дальний угол кареты залез прохиндей,

О пощаде он их умолял, об услуге,

Обещал серебром заплатить пощедрей.

И додумались волки, до жадности падки,

Взять в заложники вместе с каретой царя,

Поместить его в клетку с подстилкою гадкой,

Чтоб содрать с него целый мешок серебра.

У волков с той поры царь живет в заточенье

В грязной клетке и тесной, с соседством мышей,

Ест помои невкусные, терпит мученья,

Вспоминает, как некогда пел Соловей.

© Королева Е. Л., 2022