- -
- 100%
- +
Боевой маг ждал Рихарда в середине плаца, поигрывая двумя мечами. Не тратя времени на то, чтобы скинуть с плеча сумку с книгами, Рихард подошел и, посольку фальшион сегодня он оставил в комнате, вытащил из подставки шпагу и короткий кинжал-дагу для левой руки.
– Не спать! Не спать! – рявкнул преподаватель, косясь на остальных студентов. – Замечу, что кто-то стоит – оштрафую «три на три» круга!
– Чего это он? Какие круги? – шепнула Изольда Ханне.
– Обыкновенные, – девушка выбрала тренировочный меч, помахала им в воздухе. – Первый штраф – бежишь три круга. Второй штраф – в три раза больше, то есть, девять кругов. В третий раз – уже двадцать семь кругов!
– Двадцать семь? – ахнула Изольда. – Но…как он может? Это же…
– Это он может, – вздохнула Ханна. – Училась у нас такая – Ева Полок. На втором курсе началась боевая магия. Ева возьми и заяви, что учиться фехтованию не будет. Мол, не женское это дело. На первый раз мастер Хотислав ее даже простил… на второй раз она тоже легко отделалась, всего-то двадцать отжиманий, а вот на третий… Он заставил ее пробежать все двадцать семь кругов. После занятий.
– Ну и ну! – вытаращилась Изольда. – И что она?
– Как – «что»? Отлежалась, отдышалась и документы забрала. Так что давай, вставай в позицию, пока нас не засекли.
– Кто? Этот ваш мастер «как-его-там-слав» сейчас сильно занят!
Девушка кивнула в сторону плаца, в центре которого не на шутку сцепились Рихард Вагнер и преподаватель боевой магии. То есть, это со стороны могло показаться, что они готовы перервать друг другу глотки. На самом деле оба нарочно старались щадить друг друга, хотя лезвия клинков не раз и не два скользили в опасной близости от лица, шей, животов и бедер противников. Одна царапина – и остановить кровотечение будет трудно.
Правда, по-настоящему оценить мастерство или заметить ошибки было почти некому. Практически весь четвертый курс, разбившись на пары, тренировался, отрабатывая боевые приемы.
– Верхнюю «восьмерку»! – время от времени покрикивал мастер Хотислав и, повинуясь этим окрикам, студенты тут же начинали повторять этот прием. – Нижний «слив» против «ножниц»!.. Эй, принцессы! Что встали? Понравилось бегать?
– Это он нам, – забеспокоилась Ханна. – Давай немного хоть для вида клинками помашем!
– Как он нас мог увидеть? Ведь даже спиной к нам стоит!
– Он…слышит, – в два приема выдохнул Оливер Жижка, отбиваясь от своего напарника, которым оказался рослый Янош Долин. – Слышит… сколько пар.
– Ну и ну!
– Вот тебе и ну! – Ханна взмахнула мечом. – Мастер Хотислав побывал в таких переделках, что и представить себе трудно! И остался жив и даже не ранен!
– «Не ранен»! – Изольда тоже помахала мечом. – А на рожу его без слез не взглянешь… Ты не знаешь – он женат или нет?
– Ну, Изольда, ты даешь! Тебе и его окрутить надо?
– Я просто спросила!
– Нет, не женат.
– А, ну и понятно! Какая дурочка за него пойдет?
– Дура не пойдет, – отрывисто бросил тот же Оливер, – а ты у нас умная!
– Заткнись, недомерок, – огрызнулась Изольда.
– Ты чего? – от изумления Ханна даже опустила меч. – Какая муха тебя укусила?
– А такая! – девушка бросила свой меч на землю. – Я не хочу заниматься этим вашим боевым искусством! Это не женское дело!
– А если тебе придется убивать?
– Кого? Упырей? Мечом? – коротко хохотнула Изольда. – Не смеши меня! Для этого есть защитные круги, заклинания, атакующие амулеты…И потом – чтобы прикончить упыря, ему надо отсечь голову. А это можно сделать и без этой школы фехтования! Вот скажи на милость, будешь ли ты сначала фехтовать с упырем прежде, чем оттяпать ему голову?
– Ну, – нахмурилась Ханна, – сначала я его нейтрализую, а потом…
– А потом выяснится, что упырь не один, и пока вы занимаетесь одним, второй успел зайти к вам с тыла.
Низкий голос за спиной заставил вздрогнуть и взвизгнуть обеих девушек, даже ту, которая стояла лицом к опасности и могла все видеть. Прервав поединок с Рихардом Вагнером, мастер Хотислав подкрался к спорщицам.
– Ой! – пискнула Ханна, первой догадавшись, что сейчас будет.
– Убита, – безжалостно констатировал боевой маг. – И ты – тоже!
– Почему? – возмутилась было Изольда. – Я же ничего не сделала!
– Вот именно, что «ничего»! Стояла, как столб и ждала, пока тебя есть начнут! Позор, а не будущий некромант!
– Вот именно, что некромант, а не ведьмак, – гордо вскинула носик девушка. – Я, может, буду магом-теоретиком…
– Вот тебя теоретически и сожрут в первые сутки дежурства, – отрезал мастер Хотислав. – А как оно будет практически – посмотрим. Побежали!
Опытная Ханна со вздохом потрусила по дорожке.
– Три круга! – крикнул ей мастер вслед. – Кстати, ко всем относится!
– А нас-то за что? – мигом взвился Янош.
– За то самое. Вы – будущие некроманты. Вы должны знать, каково это – работать в команде. И отвечать всей командой за промахи одного ее члена!
Парни мрачно заворчали себе под нос, призывая все кары земные и небесные на голову новенькой, но послушно побежали, на ходу выстраиваясь гуськом. Последним, подгоняя отставших, бежал сам мастер Хотислав.
Осторожный стук в дверь заставил сидящего в кресле мужчину встрепенуться:
– Да! Войдите!
Переступивший порог слуга был взволнован:
– Его нигде нет, мастер!
– Как так – «нет»?
– Вот так. Постель милорда не смята, личные вещи на месте, но в замке его нет. И его никто не видел уже… уже почти двенадцать часов!
Мужчина стиснул зубы, перевел дух.
– Успокойтесь, Роб, – помолчав, промолвил он. – На всякий случай, опросите слуг еще раз, особенно привратника. Но, думаю, беспокоиться пока нечего. Подождем.
Слуга поклонился и вышел. Мужчина долго смотрел ему вслед.
– Подождем, – медленно повторил он.
Примерно в это же время в другом кабинете другой мужчина, пожилой, важный, седовласый, принимал другого посланца, молодого, крепкого сложения, стоявшего перед ним с почтением и даже оттенком некоего страха.
– Итак? – мягко просил седовласый.
– Все прошло именно так, как вы и предсказывали, милорд, – ответил молодой.
– Вот видишь, сын мой, – седовласый улыбнулся. – Я достаточно много пожил на свете, я знаю жизнь и, поверь, знаю, что делаю. Продолжай слушаться меня и дальше, и все будет хорошо.
– Я слушаюсь. Но осмелюсь спросить…
– Что дальше? Вы, молодые, так нетерпеливы… Теперь мы должны ждать.
– Чего?
– Благоприятных обстоятельств, сын мой. Благоприятных обстоятельств. Ибо всему свой срок, все должно быть тщательно подготовлено, все должно созреть…
Да, созреть. Оставшись после ухода собеседника в одиночестве, седовласый мужчина придвинул к себе лежавший на столе исписанный и исчерченный лист. Еще несколько дней. Всему свой срок. Даже искусственно созданному упырю надо время, чтобы созреть.
Глава 3.
С тренировки парни возвращались, ощущая привычную усталость. Прошли те времена, когда они еще за полчаса до окончания занятий мечтали о том, чтобы упасть и больше никогда не подниматься – и пусть хоть убивают. Теперь это даже нравилось – помогало спустить пары и подготовиться к очередной стычке с богословами.
– Куда теперь? – спросил Рихард, осторожно поправляя сумку и перевешивая ее с плеча на плечо. – Домой или…
– Забыл? – праведно возмутился Оливер. – У нас завтра коллоквиум по зельям! В библиотеку!
– Ч-шт…Бес! – споткнувшись на ровном месте, Рихард матюкнулся. – Куда?
– В библиотеку!
Рихард нервно оглянулся по сторонам – не слышал ли кто?
– А может, не надо? – осторожно поинтересовался он. – Может, я у тебя, как всегда, спишу?
– Спишешь, куда ты денешься, – отмахнулся приятель. – Только чтобы у меня было, что списывать, мне самому без «Справочника по ядам» никак не обойтись! Так что пошли в библиотеку… А то мне одному страшно, – добавил он доверительно.
Рихард понимающе кивнул головой. Еще бы не было страшно! В библиотеку студенты старались не наведываться без крайней нужды, до последнего оттягивая неприятный момент, и старались посещать ее небольшими группами от пяти до двенадцати человек, справедливо полагая, что в толпе затеряться будет проще и, соответственно, выше шанс уцелеть во всех смыслах этого слова. Если же нужда заставляла переступать порог библиотеки, то книг старались взять как можно больше, прихватывая на всякий случай даже лишние, чтобы два раза не бегать. И, если что, с охотой одалживали учебники друг у друга – по той же причине.
Дело было в библиотекаре. Вернее, в библиотекарше.
Худая, бледная, остроносая, с длинными вечно шевелящимися, словно ощупывающими что-то пальцами, затянутая в глухое облегающее платье, под которым были заметны, кажется, не только мышцы, но и кости, библиотекарша была живым кошмаром Колледжа Некромагии. Даже сам ректор – и тот старался лишний раз не попадаться ей на глаза, а при встрече лебезил и заискивал. Если же ему надо было взять какой-нибудь фолиант из хранилища, то он сначала заручался поддержкой главы гильдии некромантов, потом слал обязательный запрос наблюдателям от Инквизиции, затем собирал подписи со всего профессорско-преподавательского состава о том, что они ручаются, что книга сия будет использована исключительно в научных целях. И уже со всеми документами и объяснительной, зачем нужна именно эта книга, можно было отправляться за редким изданием.
Да, библиотекарша была кошмаром всего Колледжа. Настоящего имени ее никто не знал, но с легкой руки кого-то из выпускников все именовали ее просто Змеей, изредка добавляя «особо ядовитой». Так ее звал даже ректор, что уж говорить о простых студентах!
И к этому чудовищу Оливер Жижка собирался заявиться за книгами по алхимии!
– Ты с ума сошел, – попытался отговорить приятеля Рихард. – Мы же на прошлой неделе все учебники получили. Плюс кое-какую дополнительную литературу. Она нам запросто может ничего не выдать!
– Не имеет права, – не особенно уверенно возразил Оливер. – Мы имеем право забрать десять наименований печатной продукции за один раз, не считая выданных в начале года учебников.
– Да? И сколько у тебя этой «продукции» сейчас на руках?
– Точно не помню, девять иди десять.
– Одиннадцать, – мрачно предрек Рихард. Идти к Змее ужасно не хотелось – старая карга наверняка его еще не забыла! – но не бросать же приятеля с нею один на один. Сожрет и не подавится!
– Ладно, пошли. Быстрее отделаемся!
Библиотека располагалась в Восточной галерее, скрытая за одной из боковых дверей. Табличка на ней была нарочито скромной, и это почему-то пугало. Мол, нам нечего беспокоиться о собственной славе – пусть об этом побеспокоятся другие.
Задержавшись на пороге, Оливер вскинул руку, предупреждая приятеля. Рихард мигом воровато оглянулся и вместе с ним приник ухом к двери, прислушиваясь к невнятному бормотанию и еле слышному шипению. Судя по всему, Змей Особо Ядовитая уже кого-то распекала. В ответ на вопросительный взгляд Рихарда Оливер лишь философски пожал плечами. Предугадать, удачно ли они зашли, было невозможно. С одной стороны, Змея могла выпустить на нарушителя пары и к следующим посетителям будет немного помягче. А с другой стороны, с тем же успехом эта беседа могла окончательно испортить ее и без того всегда плохое настроение, и тогда их миссия заранее обречена на провал.
– Идите, – прозвучал ее голос. – И без-с пропажи можете на глаз-са не показыватьс-ся!
– Но я… я не знаю, – уже возле двери залепетал несчастный студент.
– И я нич-шего не з-снаю! – был ответ. – Ищите и обрящ-щете!
Дверь открылась, и на руки четверокурсникам выпал парень на год их старше, слушатель пятого курса, Тодор Зяблик. Высокий, крепко сложенный парень с гривой темных волос, краса и гордость своей группы, дрожал, как осиновый лист и разве что не плакал.
– Ну, что мне делать? – причитал он. – Что делать? Я не знаю, где она! Я правду говорю!
– Что случилось? – Рихард за локоть оттащил его подальше от дверей.
– У м-меня книга пропала, – вздрогнув, ответил Тодор. – «Практическое руководство по пентаграммостроению». Еще вечером она была на месте, да и утром вроде как тоже, а в полдень я заглянул в комнату – а ее нет. Я все обыскал!
– Ага, и не придумал ничего лучшего, как сразу бежать к Змее с повинной, – фыркнул Рихард. – Признаваться, что накосячил, надо как можно позже. Вспоминай, куда ты мог ее положить?
– Да на столе она лежала! – взвыл Тодор. – С краю. Вот так! – он чуть было не раскинулся на подоконнике в нужной позе. – Я хотел ее еще полистать, вот и не стал прятать! Чтобы потом не искать…
– «Подальше положишь – поближе возьмешь!» – вспомнил Рихард. – Помнится, мама так всегда говорила.
– Ты сам-то ее не мог? Того-с…
– Что? – чуть ли не взвыл Тодор. – Я что, похож на самоубийцу?
– Ты похож на типа, который запаниковал и чуть было не нарвался на крупные неприятности! Ладно, дуй отсюда. Найдется твое «Пентаграммостроение», никуда не денется!
– Искать надо тщательнее, – посоветовал Оливер. – Опроси своих соседей – может, кто брал почитать…ну, или видел, как кто-то еще трется возле вашей комнаты.
Тодор обреченно махнул рукой и поплелся прочь. Друзья проводили его взглядом, потом переглянулись, вздохнули и одновременно взявшись за ручку двери, дернули ее на себя.
– Можно?
– Наш-шел?
– А? – парни замешкались в дверях. – Это…ну… не я! То есть, не он!
– Виж-шу, – библиотекарша исподлобья рассматривала вновь прибывших. В своем глухом платье, с пучком волос на макушке, глазами навыкате, скорбно поджатыми губами, она сейчас, как никогда, казалась воплощением зла.
– С-с чем пожаловали? Вернуть должок? Надо же, какая с-сознательность…
– Нет, мы не…
– Не наш-шли пропажу? – голос ее помертвел, зазвучал безжизненно, сухо. – Ж-жаль… значит, придетс-ся прибегать к крайним мерам…
– Не надо! – взвыл Жижка, кидаясь вперед. – Не надо ни к чему прибегать, пожалуйста! Мы не должники! Мы хотели кое-что получить! Вот мои документы, – он торопливо зашарил на дне своей сумки, выискивая читательский билет. – Сами проверьте, у меня нет никаких задолженностей! И учебники за третий курс я сдал одним из первых и без единой помарки!
– Вот как, – безо всякого выражения библиотекарша взяла билет, по номеру нашла формуляр и так долго его изучала, что у Оливера и Рихарда несколько раз замирало сердце. – Что ж, в первый раз-с вижу с-столь сознательного студента. Похвальное поведение, молодой человек! Продолжайте в том же духе, и будет вам с-счастье…
– Я, это, – ободренный похвалой, Оливер выпятил грудь, – книжки хотел кое-какие взять…
– С-сдать, вы имели в виду?
– Нет, взять.
– Это невозмож-шно! – тонкая рука протянула билет непреклонным жестом.
– Н-но…почему? У нас завтра коллоквиум по алхимии…
– Нам готовиться надо, – поддержал друга Рихард. – А без дополнительного материала никуда!
– Это ваш-ши проблемы.
– Да почему же? – взвыл Оливер.
– У вас-с двенадцать наименований уже на руках, – библиотекарша скорбно и сердито поцокала языком. – Необходимо с-сдать три книги, тогда я имею право выдать вам одну.
– Но, – Оливер явно не был готов к такому повороту событий, – у меня при себе не так уж и много… – под осуждающим взглядом библиотекарши он обреченно вздохнул и полез в сумку, – и они мне все нужны!
– З-сначит, рас-статься придетс-ся с ненужными, – логично предположила она. Ее тонкие пальцы непрерывно двигались, словно жили своей жизнью, что-то быстро перебирая на столе. Добрались до картотеки, стали шуровать в карточках, время от времени вынимая некоторые и бросая в щель ящика с надписью «Уничтожитель бумаг». В ящике при этом раздавался восторженный вой, напоминающий одновременно визг и мяуканье. – У вас при с-себе есть ненужные учебники?
– Нет, но, – напрягся Оливер, – я могу за ними…
– Не мож-шете, – губы библиотекарши тронула ехидная улыбка, – ибо через четверть час-са я закрываюс-сь на санобработку. Вы не успеете…
Словно подтверждая ее слова, часы гулко пробили пять раз.
– Это несправедливо! – возмутился парень. – Последняя пара заканчивается в шесть часов, а библиотека закрывается на час раньше!
Ответом ему послужил холодный взгляд сквозь очки.
– Вы с-собираетес-сь учить меня работать? – прошипела библиотекарша таким тоном, что даже Рихард, до этого момента благоразумно не вмешивавшийся в разговор, почувствовал себя неуютно и от души порадовался, что гнев «Змеи Особо Ядовитой» направлен не на него. Дружба дружбой, но есть же инстинкт самосохранения!
Даже Оливер понял, что сморозил глупость. Он побледнел и попятился к дверям, как щит, прижимая к себе сумку с книгами.
– Я…это…ну… даже не думал, что… Извините, я забыл…Но что же мне делать?
– Приходить з-савтра. К открытию. В с-сс-семь утра! – прошипела библиотекарша, подавшись вперед. Рихард мог поклясться, что кожа у нее стала слегка зеленовато-бурой, как у жабы.
– Н-но…
На Оливера жалко было смотреть. Не то, чтобы подъем в половине шестого был непосильной задачей для студента-четверокурсника, просто алхимия была назначена на половину десятого. За два с половиной часа, часть из которых пришлось бы потратить на завтрак, вряд ли кто успел бы подготовить два домашних задания – одно за себя, а другое за Рихарда.
Тот внезапно понял, что может спасти положение.
– А на моем формуляре остались свободные места? – поинтересовался он.
Библиотекаршу перекосило так, что обоим парням показалось, что она сейчас либо умрет, либо лопнет до досады. Проскрежетав что-то сквозь стиснутые зубы – Рихард сразу обозвал себя идиотом и приготовился удирать – она зашарила в картотеке и выудила его формуляр.
– Да, – через пару минут прозвучал недовольный голос, – три месс-ста. Вам повезло. Я могу выдать вам одну книгу…
– Одна книга на три свободных места? – кинулся в бой воспрявший духом Оливер. – Как минимум две!
– Учебный год только началс-ся, – злорадно улыбнулась «Змея». – Кто з-снает, что ваш-шему самоотверженному приятелю понадобится з-савтра?
В ее словах была своя логика. Увы, количество книг – учебников, справочников, дополнительной литературы, методичек и так называемого «легкого чтива», которое могли себе позволить студенты, было строго ограничено. Одновременно на руках могло находиться только десять наименований, не считая обязательного списка учебников.
– Все равно я твой должник, – шепнул обрадованный Оливер.
– Сочтемся завтра на алхимии, – кивнул Рихард.
– Так что вы хотели взять? – нарушил идиллию сухой голос.
– Методичку по составлению отпугивающих зелий из подручного материала, – без запинки отбарабанил Оливер.
– С-сожалею, – библиотекарша покачала головой с таким сокрушенным видом, словно ей действительно было жаль. Если бы не легкая улыбка в уголках губ, ей можно было бы даже посочувствовать. – Но именно эти методички уже кончилис-сь…
Оливер тихо застонал. Рихард выматерился. Если у его приятеля был шанс выехать на старых знаниях и что-то сымпровизировать в последний момент, то у него самого в голове было пусто. Алхимия не относилась к числу его любимых предметов, несмотря на то, что многие ингредиенты некромантам приходилось изготавливать самостоятельно.
– Но я могу предложить вам отличную брошюру под наз-сванием «Тысяча и один рецепт против упырей, вурдалаков и прочей вредоносной нечис-сти, изготавливаемый из чес-снока», – медоточивым голосом изрекла «Змея» с таким видом, словно делала одолжение. – Из-сдана недавно, вс-сего трис-ста пятьдесят лет назад…
– Что? – взвизгнул Оливер. – Всего?
– …но рецепты в ней до с-сих пор действенны, – как ни в чем не бывало, продолжила библиотекарша. – И это вс-се, что я могу для вас сделать за дес-сять минут до закрытия. А мне еще книги по полкам рас-ставлять! – она указала на несколько внушительных стопок на соседнем столе.
– Я вам помогу! – Рихард стремительно, словно его кто-то пихнул кулаком в спину, сделал шаг вперед и мужественно приподнял крайнюю стопку. Весила она немало, и парень от души благословил свой рост и силу.
Ответом ему была тишина, нарушенная только грохотом – у Оливера из рук упала сумка. Даже библиотекарша не нашла, что сказать. Из «уничтожителя бумаг» высунулось животное, напоминающее черного кота, удивлено взвыло и спряталось обратно.
– Ш-ш-ш, – вот все, что смогла выдавить «Змея», после чего кивнула головой и, подхватив другую стопку, направилась в проход между стеллажами. Рихард затопал следом.
– С-следуйте впереди меня, – тут же раздался ее голос. – Чтобы я вас-с видела!
Парень бросил прощальный взгляд на Оливера – друг смотрел так, словно его соседа по комнате уводили на плаху, – и занял указанное место.
– Третий направо, – тут же последовало указание. – Две верхние книги на вторую полку с-сверху. На свободное месс-сто… Справочник по домаш-шним духам – на соседнюю полку, с-с краю, – сама она весьма ловко выудила книгу откуда-то из середины своей стопки, приткнув ее на самый верх. – Идем дальш-ше…Теперь опять направо.
Так, следуя ее указаниям, Рихард расставил все книги, после чего вернулся за второй стопкой, потом за третьей и четвертой. Оливер все это время не сводил с него зачарованных глаз. В его взгляде страх мешался с уважением – в его глазах приятель поднялся на недосягаемую высоту.
Уже когда последняя книга из последней стопки заняла свое место, библиотекарша вручила друзьям «Тысячу и один рецепт…» и неожиданно добавила толстую помятую всю в каких-то пятнах исписанную толстую самодельную тетрадь, на которой аккуратным девчачьим почерком было выведено «Травология».
– Иногда с-студенты сдают свои старые запис-си, надеяс-сь, что я не замечу и посчитаю их вмес-сто утерянных учебников, – прошипела она. – Вы с-свободны!
Повторять два раза не пришлось. Из библиотеки друзья вылетели с такой скоростью, с какой, наверное, не выбегают из тюрьмы внезапно помилованные смертники. Оливер прижимал к себе книгу рецептов и тетрадь крепко и нежно, словно священную реликвию. Лишь оказавшись на улице и направляясь в свой корпус, он стал листать находки и споткнулся от неожиданности, упав на колени.
– Я твой должник, – прошептал он в ответ на вопросительный взгляд Рихарда, – два раза. Ты только посмотри! Тут, в этих лекциях, есть тема «Составление отпугивающих зелий из подручного материала»! Ого, – он на ходу перевернул пару страниц, – им на лекции и простейшие рецепты давали…
Он с восторгом углубился в чтение чужой тетрадки. Рихард счел нужным подхватить приятеля под локоть, чтобы тот не упал снова. Всю дорогу Оливер что-то восторженно шептал, время от времени начиная изъясняться в любви к неизвестной Леноре Прим, чья фамилия была написана мелким почерком на внутренней стороне титульного листа. Судя по датам, она отучилась в Колледже уже лет десять тому назад. Он настолько глубоко ушел в чтение, что даже обед в столовой проглотил, не глядя. И, если бы не контролировавший его Рихард, так и сидел бы на своем месте до закрытия.
До следующей, третьей на сегодня, пары оставалось еще почти два часа – судя по расписанию, сегодня у их группы были практические занятия на кладбище. Как раз было время подготовить домашнее задание и собрать вещи. Жаль, что придется обойтись без приличного ужина – к тому времени, как практикум закончится, столовая закроется – голодать студентам было не впервой. Специально на этот случай в каждой комнате имелся запас сухарей и кувшин вина. Рихард вел Оливера в комнату, предвкушая два часа сна, но уже на крыльце его окликнули:
– Молодой господин!
Он обернулся. У решетчатого забора, прижимаясь к нему, стояла девушка в одежде служанки и призывно махала ему рукой.
– Молодой господин! – в голосе ее звучала тревога и нетерпение. – Да вы, вы! Скорее сюда! У меня для вас послание от одной известной вам дамы…
Рихард припомнил, что несколько раз видел эту девушку, кажется, в замке Магдалены. Он тряхнул Оливера за локоть:
– Мне надо отлучиться. Сам дойдешь?
– Угу, – кивнул тот, не отрывая глаз от лекций, прошел без поддержки два шага и запнулся ногой о верхнюю ступеньку крыльца. – Бес!
Рихард, как котенка, вздернул друга за шиворот, помогая выпрямиться, пинком распахнул перед ним дверь, заталкивая приятеля в темное нутро первого этажа, и устремился к служанке. Та чуть не приплясывала на месте от волнения.
– Моя госпожа велела вам передать, – воровато оглянувшись, девушка сунула в протянутую руку небольшой запечатанный воском конвертик. Рихард узнал перстень-печатку графини.
– Как она…там?
– Вы все узнаете из письма, – торопливо прошептала служанка и отпрянула: – Мне надо идти. Простите!
Проводив ее взглядом – девушка улепетывала так, словно за нею гналась толпа упырей – Рихард вернулся к себе в комнату. Оливер ухитрился самостоятельно подняться на этаж и ковырял ключом в замке, не превращая чтения. Рихард сам открыл дверь, втолкнул приятеля – тот сразу опустился на свою койку – и сломал печать.