Жизнь наизнанку

Рот открывай

Информация идет со всех сторон, но это не значит, что мы в активном режиме на нее реагируем. Если включились эмоции – и неважно какие, положительные или отрицательные, – мы начинаем что-то в своей жизни менять.

Этот случай поставил все с ног на голову. А может, наоборот, заставил нас включить голову и, сделав определенные выводы, изменить свои привычки.

Вы мясо едите? Да? Другого ответа я и не ждала. Я тоже его ела, нечасто, но все же: когда в семье трое мужчин, ты питаешься наравне с ними.

Через несколько минут начало педсовета. Учителя почти все уже подошли. Б-т, учитель физики, по совместительству вегетарианец, уже в который раз пытается достучаться до нас:

– Вы подумайте, что такое мясо? Это мертвечина. И мясной бульон – это бульон из мертвечины.

Мы никогда не реагировали на его призывы одуматься, но слово «мертвечина», которое он использовал на этот раз, оставило именно то впечатление, на которое он, видимо, и рассчитывал. Силен русский язык, можно подобрать настолько точное определение, что эффект разорвавшейся бомбы гарантирован. Шли годы, мясо исчезло из моего рациона. Но муксун, щука, ряпушка, щёкур, лосось, семга, форель, морепродукты поселились в моем доме. Иногда, очень редко, я могла разрешить себе кусочек отварной курицы, но дискомфорт был в таких случаях обеспечен стопроцентно: мертвечины поела, довольна?

Прошли годы. Прилетела на свой день рождения к сыну на Крит. Поехали в горы на день. В ресторане села напротив сына.

Он берет вилку, насаживает на нее приличный кусок мяса, тянется через стол ко мне и командует:

– Рот открой! Открывай, открывай. Это в России ты можешь не есть мясо, а здесь … Посмотри на эти горы, чистую луговую траву, чистую родниковую воду. Козы, местные козы, едят только эту траву, пьют только эту воду. А теперь жуй! И попробуй сказать, что тебе это мясо не нравится. Правда, вкусно?

Что бы вы ответили на прямо поставленный вопрос? Вот и я согласилась, что мясо действительно очень нежное и вкусное.

Но, вернувшись в Россию, я еще долго жила по принципу «мертвечину человек не должен есть». Но в курьезные ситуации попадала не раз.

Зимние каникулы провожу в Риме. В первый же день простыла, температура тридцать восемь и восемь шансов приятно провести время не оставляет. Надо срочно что-то предпринять. Прихожу на ужин в ресторан. Моего знания английского хватило, чтобы заказать горячее пиво. У официанта шок. Он приносит мой заказ. Каждый раз, когда надо наполнить мой фужер пивом, ко мне подходит другой официант. Конечно, интересно же взглянуть на человека, который пьет не то, что все. Пришлось жестами объяснять, что у меня болит горло. Настала очередь заказать ужин. Принесли меню… на итальянском языке с переводом на английский. Какой выход из ситуации? Недолго думая, я ткнула на цифру 1 в пяти разделах: что-нибудь точно подойдет. От голода и температуры сосет под ложечкой. Три официанта несут мой заказ. Ставят на стол. Господи, только не это. На пяти огромных тарелках мясо, мясо, мясо, мясо, мясо. С небольшими добавками, скорее для красоты, чем для еды: овощи, зелень, чернослив, орехи… Всего не перечислишь. Дорого мне обошелся мой ужин, если учесть, что только добавки я и съела.

Таня

Звонок в дверь. Странно: сказали, что патронажная сестра придет ближе к вечеру. Больше никого не жду. Но не держать же человека у двери. Открыла, посторонилась, пропуская молодую женщину, предложила раздеться. Она приветливо улыбнулась, поздоровалась и, скинув плащ, спросила, куда идти.

В комнате мы сели напротив друг друга у стола. Она спокойно оглядела комнату, перевела взгляд и стала меня рассматривать. Время шло, она не задавала никаких вопросов, и я решила начать сама:

– У меня все нормально. А вы новенькая? Сейчас будете у нас на участке?

– Нет, Таня, не буду. Я жена Дмитрия.

Я смотрела на нее, пытаясь понять, о чем она, о ком она. С Димой, моим Димой, я ее слова не связала.

– Какого Дмитрия? У меня вроде нет знакомых с этим именем.

– Нет, Таня, есть. Как ты его называешь? Наверное, не ошибусь, если предположу, что его ты зовешь Димой?

Она замолчала. Давала мне время понять, о ком идет речь? Скорее, да. Медленно, очень медленно до меня доходило, что происходит. Никаких чувств я не испытала, не испугалась. Я просто молча смотрела на нее. Тогда она сказала:

– Твои мысли движутся в правильном направлении, только до сознания еще не дошло, что нет твоего Димы, есть мой, и мы женаты пять лет, и у нас двухлетний сын, и он не собирается уходить из семьи. Таня, у тебя нет будущего с ним, это будущее есть у нас. Не вини его: он такой, какой есть, и ты не первая в нашей жизни и, боюсь, не последняя. Срок-то у тебя какой?

– Восемь месяцев.

– Кто?

– Дочь.

– Это хорошо, девочка ближе к маме, тебе будет легче ее поднять. Но ты должна понять, Дима вряд ли когда-нибудь еще переступит этот порог. Я ни в чем не виню тебя: он умеет ухаживать, никому не придет в голову, что он обременен семьей.

– Мы год встречаемся. Ездим на слеты, ходим в кино. Мы не скрывались. Мне и в голову не пришло, что у него кто-нибудь есть, да не кто-нибудь, а жена с сыном.

– Я тебя понимаю. Я пришла, чтобы и ты понимала, что у тебя с моим мужем больше ничего не будет.

Она ушла. А я осталась. Осталась, чтобы понять, как мне жить дальше, как воспитывать дочку без отца. И что я потом ей скажу, когда она подрастет и спросит, где ее папа?

Гимн бабушкам

Она появилась минут за пять до начала занятия. Поздоровалась – и прямиком ко мне. Начала раскладывать на моем столе какие-то документы. Я молча наблюдала за ее действиями. Закончив, девочка повернулась ко мне, назвала свое имя и сказала, показывая на детей, которые готовились к уроку:

– Если они даже не будут ходить к вам, у них есть родители, которые помогут им в жизни. Я сирота, меня воспитывает бабушка, вот свидетельство о моем рождении, вот документы о смерти родителей, вот документ об опекунстве. Я не обманываю. Я должна у вас учиться, мне это надо, очень надо. Но бабушка не может платить.

– Я тебя услышала, забирай документы. В классе есть одно свободное место, оно с сегодняшнего дня твое. Я верю, что не пожалею о своем решении: ты будешь самой лучшей.

***

Здравствуйте. Вы вряд ли помните меня, я у вас учился лет десять назад. Меня зовут Миша.

– Здравствуй, Миша. Прошло не десять, а восемь лет. Как ваши дела? Как закончил техникум? Как сестренка? Как здоровье бабушки? Вернулся ли отец?

– Вы хотите сказать, что все эти годы помните мою историю?

В моей голове несутся мысли: «Не будешь же читать ему лекцию о том, что все, что окрашено эмоционально, то есть промаркировано эмоцией, правильно ранжируется и уходит в долговременную память. Его жизненную драму забыть нельзя, я ее пережила, как свою собственную».

Михаил продолжает:

– Знаете, почему я звоню? У меня девушка есть, мы встречаемся. Могу я попросить вас взять ее на обучение, как когда-то меня, подешевле?

– Нет, Михаил. Если ты принял решение, следуй ему до конца, плати за нее. Я к этой ситуации отношения не имею. Когда он положил трубку, по-моему, обидевшись, я припомнила историю многолетней давности.

Миша появился у меня в шестнадцать лет. Вводное прошел, но, когда узнал цену, сказал, что это им не по карману. И рассказал, что ему было четыре года, когда папа у них с сестрой на глазах застрелил маму. Его посадили на большой срок. А к детям переехала бабушка с маминой стороны. Сестра учится уже в институте, он в техникуме. Дается ему учеба очень сложно.

Я попросила номер телефона бабушки и задала ей несколько вопросов:

– Какая у вас пенсия, сколько платят на внуков, чем подрабатываете?

Из ответа было понятно, что заплатить за учебу она действительно не может.

– Какую сумму вы можете платить безболезненно? – спросила я ее.

– Рублей семьсот (за месяц стоимость обучения четыре тысячи восемьсот).

– Хорошо, ваш внук будет у меня учиться.

Миша прошел весь курс, в конце года поблагодарил: ему стало легче учиться, он хорошо понимает материал, нет необходимости зубрить, появилось свободное время.

Прошло несколько лет. Больше Михаил о себе не напоминал. Я уверена, что у него все в жизни хорошо. Благодаря БАБУШКЕ.

***

У ученицы восьмого класса умер папа. Трагедия была двойной: за несколько лет до этого не стало мамы. Девочка стала сиротой. С Украины прилетела бабушка. После похорон она пришла в школу, попросила подготовить документы. Мы какое-то время сидели с ней, разговаривали о том, как она справится с девочкой: пенсия на Украине мизерная, будет нелегко. Договорилась, что утром она зайдет в школу, чтобы внучка попрощалась со всеми. Но мысль у меня была своя, невысказанная.

Вечером того же дня я поговорила с мужем. Он совершенно спокойно отнесся к моему предложению взять опекунство над девочкой. Все спокойно обсудили: сыновья взрослые, в дом не вернутся, а мы, молодые, сильные, здоровые, живем вдвоем.

Утром я встретилась с бабушкой. Предложила ей оставить внучку: мы обеспечены, у девочки будет и достойная жизнь, и образование, и путешествия. И нам радость: в доме кто-то еще есть живой, душу и сердце радует. Пообещала, что в любое время она может приехать в гости, мы ей оплатим дорогу. На каникулы будем привозить на Украину. Она попросила день, чтобы посоветоваться с внучкой. Они приняли решение ехать на родину. «Мы, – сказала бабушка, – вдвоем на всем белом свете остались, нельзя нам расставаться».

– А остаться и жить здесь, на Севере, не можете?

– Нет, моя родина там, умру – в родной земле лежать буду.

Я склонила голову в знак согласия и уважения к ее решению.

Зина

Считаю, что ученики – не важно, мои ли, чьи-то – непредсказуемы. Меня всегда восхищает вариативность жизненных сценариев.

Конкретный пример. Вы же знаете, что такое каналы восприятия? Они у нас разные и, если человек не настроен на твою волну, он вряд ли тебя поймет. Во всяком случае, привнесет в твою информацию что-то свое, твердо уверенный в том, что выполняет твою рекомендацию. Этот случай не является исключением.

Имя героини стоит в заголовке. Пишу спокойно, потому что она сама с иронией относится ко всему, что с ней произошло, и рассказала об этой ситуации прямо на занятии в группе.

– Лидия Львовна, я готова дать обратную связь. Вы говорили, что, если человек истово чего-то хочет, мир подтянет события, людей и поможет тебе реализовать твои планы.

– И какие же планы вы реализовали? В вашем тоне чувствуется смешинка. Что-то явно не так, как вы рассчитывали?

– Пятьдесят на пятьдесят. Сами посудите. Вы же понимаете, что замуж мне уже поздновато, но свыкаться с мыслью о том, что мой поезд показал хвост, не хочется. Эту свою задачу я и решила реализовать, то бишь убить двух зайцев: и домашнее задание выполнить, и жизнь свою по лучшему варианту судьбы пустить. Сказано сделано. Мозги у меня, с ваших слов, светлые, правое полушарие работает, визуализировать могу, в системе выполнить все, что положено, могу. Как вы обычно говорите, рассчитала свои компетенции, оценила их на четыре с плюсом. Приступила к реализации. За две недели до этого заказала в квартиру новые окна. Приезжают мужчины, устанавливают окна, прощаются. Уходят!!! Но не все!!! Один остается. Говорит мне:

– Зина, можно я у вас останусь, чаю попьем…

– У вас что, дома чаю нет?

– Есть, конечно. Ну, посидим, поговорим… Поближе друг друга узнаем…

Я сначала не поняла, куда он клонит. А потом рассмеялась и посоветовала ему чай дома пить: это безопаснее во всех отношениях.

Прошел день. Всего день!!! Приходит соседка:

– Зин, можно к тебе мой знакомый придет, выкупается.

– А у вас что, воды нет?

– Да нет, есть… Но ты же понимаешь… Он один, ты одна… А вдруг сложится?

Я стою, тупо смотрю на нее. Она как-то стушевалась и ушла, не дождавшись моего ответа. Я думала, она пошутила и тут же забыла про разговор.

Вечер. Звонок. Открываю. Стоит гость с юга. Ну, вы же понимаете, кто. Через плечо полотенце перекинуто. Спрашиваю:

– Мужчина, вы к кому?

– Зина, я к тебе. Купаться пришел, – на ломаном русском.

Вчерашний – от горшка два вершка. И этот метр с кепкой. Я расхохоталась, его развернула на сто восемьдесят градусов и со словами:

– Катись, солнышко, туда, откуда прикатилось, – вытолкала за двери.

Лидия Львовна, я же «работала» на мужчину! А не на две половинки. Гляньте на меня – сто семьдесят пять сантиметров! А они, половинки эти, мне до подмышек еле достают.

– Ну, знаешь ли, задачу надо ставить правильно перед пространством, уточнять, чего хочешь. Тебе дали то, что ты попросила. Только не знали, что результат, поделенный на два, результатом не является.

Свидание по объявлению

На столе городская газета. Открыта на страничке с объявлениями о знакомствах. Дочь приятельницы говорит:

– Никакого детектива и комикса не надо. Вы когда-нибудь читали подобные объявления?

– Нет, не было необходимости, как, впрочем, и интереса.

– Напрасно. После трудового дня неплохо расслабиться.

Склонившись над газетой, я последовала ее примеру. Повеселились вдоволь. Но одно объявление Оксану зацепило. В нем черным по белому написано:

«Познакомлюсь с молодой женщиной двадцати трех – двадцати восьми лет. Образование высшее. Без вредных привычек. Незамужнюю. Симпатичную. Полненькую. Для серьезных и длительных отношений».

Оксана спрашивает:

– Вам никого описание не напоминает?

– Нет. А почему спрашиваешь?

– На меня посмотрите. Он же меня описал: молодая женщина, двадцать три года, образование высшее, вредных привычек нет и не предвидится. Незамужняя (но пора бы уже), на мой взгляд, симпатичная. И самое главное – полненькая. Для серьезных и длительных отношений я готова.

– Каков вывод? Набирай номер, договаривайся о встрече.

Через пять минут Оксана попрощалась.

Прошло несколько дней. Звонок. Бодрый голос рапортует:

– На свидание сходила. Вырядилась, как кукла. Накрасилась. Пришла. Время идет. Никто ко мне не подходит. Потом посмотрела на мужчину, который стоял поодаль и от нечего делать спросила, не он ли меня ждет. Оказалось, что этот маленький, худенький, но симпатичный молодой человек ждет Оксану, то есть меня. Но он меня не опознал! Знаете, что он мне сказал с разочарованием? Что он же написал «полненькую». Его мои восемьдесят шесть килограмм не вдохновили! А жаль!

Руслан и Людмила

Стук в дверь. На пороге статный молодой мужчина. Мы знакомы давно: с кем еще сотрудничать руководителю отдела УГРО, как не со школьным завучем? Причин всегда достаточно: то что-то пропадет у сына высокопоставленного чиновника. И он сразу пишет заявление и привлекает специалистов. То вскрыли дверь школы и вынесли какую-то мелочевку. Кто дает задание? Отдел УГРО. Кому? Школьному завучу. Вторая специальность у любого заместителя директора школы – следователь. Правда, без оплаты.

Интересно, что на этот раз привело его ко мне, вроде ничего из ряда вон выходящего не произошло?

На мой стол ложится лист бумаги. Начинаю читать. Оторопь – я бы так назвала чувство, которое испытала: черным по белому написано, что в магазине «Руслан и Людмила» наша учительница украла женский костюм. Ей в примерочную продавцы-консультанты приносили платья, блузки, костюмы. В надежде, что счет никто не ведет, она один из понравившихся костюмов оставила на себе, сверху надела свой, потом пальто и… пошла на выход. Там ее остановил охранник и попросил пройти за ним… Дальше все по сценарию: составили документы, передали в милицию.

Голова раскалывается, не могу понять, как уважаемый всеми человек решился на такое. Перестройка, безденежье – не оправдание. Попросила З-ва не предавать материал гласности, дать мне возможность решить эту ситуацию. Мне дали двадцать четыре часа.

Пригласила учителя, положила перед ней бумагу. Наблюдала, как краска заливает ее лицо. Протянула чистый листок бумаги, попросила написать заявление по собственному желанию.

– А куда я в течение учебного года? Да еще и в нашем небольшом городе?

– Выбирать вам. Завтра, согласно указанию начальника УГРО, я должна предать гласности эту ситуацию. Сто двадцать шесть учителей уйдут с этой информацией домой, поделятся с семьей. Завтра весь город будет обсуждать ваш поступок. И самое страшное – об этом узнает ваш муж и ваши сыновья. Путь во все школы будет закрыт. Или вы подписываете заявление, и ни одна душа не узнает о вашей беде.

Заявление она написала. Узнала об этой ситуации только учитель математики, родная сестра проштрафившейся.

Я не сомневаюсь, что поступила правильно: оступиться может каждый, и не нам судить о том, что произошло и почему человек на это пошел. Цепочка зла должна прерваться. Прервалась на мне. А дальше пусть решает Бог.

Сизифов труд

Итак, задание: мысленно перечислите домашних животных, которых вы знаете. Что получилось? Еще раз припомните свой список. Таракан есть? Мышь есть? Не удивлюсь, что некоторые поймут: есть!

Вспоминаем, «домашнее животное – это животное, которое одомашнено с незапамятных времен». Кто одомашнивал мышь и таракана? Никто, но почему-то все, проживающие на одной площади с человеком, автоматически попадают в число домашних.

Давайте поговорим о мышке. Это страшное животное. Для меня так ничего страшнее нет. И воспоминаний достаточное количество.

Получить квартиру на Крайнем Севере можно, но надо набраться терпения, подождать, пока такая возможность появится у Комитета образования. Поэтому живем в школе, между учебными кабинетами.

В первую же ночь выяснилось, что кроме меня, мужа, двух сыновей, есть еще один (или одна) проживающий. Ровно в двенадцать часов ночи за стеной шорох. Сыновья спят без задних ног. Мы с мужем пытаемся понять, что происходит в стене (это щитовой дом). Сходимся в одном: там мышь-спортсменка закатывает какой-то шарик с той стороны в направлении нашего изголовья. Докатила. Он срывается и со стуком, подпрыгивая, летит в исходную точку. Мышь такой разворот события не устраивает, она мчится туда и начинает снова закатывать свой камень наверх. Ждем завершения. Он не тот, на который надеемся мы. Время идет, мышь носится взад-вперед, поставленную цель пытается выполнить. Мы бедолаге дали кличку Сизиф. К шести утра мышь не справилась с задачей, ушла на покой. Ненадолго забылись и мы.

Но на следующую ночь ситуация повторилась… И на третью… И на четвертую… И на десятую… Мы не спали, мы молились, мы просили, мы умоляли Сизифа наконец-то завершить свою миссию…

Бесполезно. По Сизифу можно было сверять часы. В 24:00 начало, в 6:00 конец тренировки. И так 4 месяца! Наши интересы Сизиф не учитывал.

Почему мы не сделали дырку, не поставили мышеловку? Почему такой выход даже не пришел в наши головы?

Гости

Домой. Домой. Домой. Уроки позади, можно расслабиться. Ненадолго, на пару часов. А потом за компьютер и готовиться к следующему рабочему дню.

Дверь открыта. Ура, кто-то из домашних уже дома, можно рассчитывать хотя бы на чашку чая. А может, и на ужин.

Никто на стук двери не появился. Значит, уже в столовой. Скинула пальто. Бодрым шагом вперед… Странно: за столом сын и незнакомые люди, мужчина и женщина. Но дело не столько в них, сколько в том, что я вижу на столе. Если коротко, ну, очень коротко, там … все, что душа пожелает. Гостей не знаю. Но сын с ними разговаривает, как со старыми знакомыми: видимо, уже выяснил, кто они. Вывод напрашивается сам собой – родственники мужа, которых я не знаю.

Поприветствовала, села за стол. Не успела подтянуть к себе тарелку, появился на пороге муж. Поздоровался, сел за стол. Ложки, вилки в ходу, разговор ни о чем: я не знаю, кто они, есть ли дети, как живут, где живут, как доехали, цель визита, надолго ли к нам. Муж молчит, видимо, потому что и без вопросов знает ответы на все вопросы.

Пошли с ним на кухню. Я тихонько говорю:

– А предупредить, что у нас будут гости, можно было? Я бы подготовилась, постряпала, курочку запекла. Впрочем, сын за нас с тобой все сделал, сориентировался. Вот только знать бы, где он взял все эти деликатесы? Ты хоть скажи, кто они, на сколько приехали, с какой целью? Если хотел сюрприз устроить, поверь: тебе это удалось.

Всё, мои размышления вслух завершились. Поворачиваюсь к мужу. Он смотрит на меня с прищуром, потом спрашивает:

– Я правильно понял, что ты этих людей не знаешь и думаешь, что это мои родственники?

– Ну, да. Если не мои, значит, твои.

– Подожди, если они не твои родственники и не мои, кто у нас в доме?

Смотрю на благоверного и понимаю, что он не шутит. Вот незадача: оба не понимаем, кто у нас в гостях. Вернулись в столовую, сели за стол. Зная характер мужа, понимаю, что выкручиваться придется мне, причем в одиночку. Постаралась глазами показать сыну, выйди, мол. Он смотрит на меня и не понимает, чего я гримасничаю. Ладно, вперед:

– Гости дорогие, давайте знакомиться будем. Судя по тому, что вы в нашем доме, вы знаете, кто мы. Теперь бы и нам понять, кого мы принимаем.

Они переглянулись, женщина говорит:

– Извините, нам и в голову не пришло, что вы не знаете, кто мы. Лидия Львовна, мы родители Лены Ивановой. Она ваша ученица, сейчас учится в Санкт-Петербурге. Одна из лучших студентов. Вчера профессор спросил ее, где она училась. У нее, с его слов, такая хорошая память, умение с ходу считывать информацию, понимать, запоминать, структурировать информацию, слышать суть, четко, лаконично отвечать на вопросы, что ни ей у него, а ему впору поучиться у своей студентки. Мы пришли поблагодарить.

Все оказалось намного проще, чем мы себе уже надумали.

Проводив гостей, мы приступили с вопросами к сыну:

– Ты знал, кто эти люди? Откуда ты взял все эти продукты, чтобы устроить Луккулов пир?

– Так, родители, стоп. Пришли люди, я их что, допрашивать должен? Они поздоровались, я пригласил в дом. Они начали доставать из сумок то, что вы видели на столе. Я помог накрыть, четко уверенный в том, что этот приход и дальнейшее действо с вами согласовано. Я не гадал, кто они: пришли в дом, значит, так кому-то из вас надо. Ну уж, извините, в следующий раз устрою допрос с пристрастием любому, пришедшему к нам.

Прошло лет тридцать. А в памяти ситуация, которая не укладывается в рамки отформатированного нашим социумом мышления, укладывается с трудом: попали в непривычную ситуацию, придумали сценарий вместо того, чтобы прямо задать людям вопрос: «Вы кто?»

Торт

Каждый кулинарный рецепт включает в себя один продукт, которого у вас нет.

Один!!! А жизнь распорядилась иначе. Приходит хороший знакомый, друг мужа.

– Завтра Галка прилетает с сыном. Хочется что-нибудь необычное к их приезду сообразить. Решил твой торт испечь. Поможешь?

– Что ты вкладываешь в понятие «поможешь»?

– Не напрягайся, просто продиктуй рецепт.

– Уже легче: я уж подумала, что надо отложить тетрадки и печь срочно торт. Пиши.

Продиктовала, что купить. Сказала поминутно, что и как делать. Отпустила с Богом.

Прошли сутки. Звонок. Открываю дверь. Стоит.

– Проходи. Что не весел, голову повесил? Жену-то встретил, тортом порадовал?

– С тобой порадуешь! Ничего не получилось, Галка сказала, что у меня руки не из того места растут. Ты мне рецепт неправильный дала.

– Почему рецепт неправильный? Может, Володя, и правда, что-то с твоими руками не так?

Давай начнем с начала, то есть с рецепта. Расскажи мне пошагово, как ты торт пек.

– А чего рассказывать. Делал все, как ты сказала. Правда, некоторые продукты дома не нашел, заменил аналогом.

– Вот с этого места, Володя, поподробнее.

– У нас не оказалось сгущенки, я взял концентрированное молоко. Не было сливочного масла, но нашел сливочный маргарин. Разницы по вкусу ведь никакой. Деревенской сметаны нет, не ехать же на рынок. Взял обычную, магазинную…

– Стоп, солнышко. Дальше не надо. А что в твоем рецепте от моих рекомендаций? Ты в следующий раз придумай сюрприз попроще…

Инвестиции

Вы можете вспомнить, что было 26 мая 2013 года? А 15 сентября 2020 года? Нет? Я понимаю: если это один день из череды таких же, вряд ли память подстелет соломки. Если в этот день произошло что-то из ряда вон выходящее, чувства бушевали, мир переливался разными цветами, вы вспомните в мельчайших деталях весь день.