Ведьмин чай

Пролог

Агата прошла в лавку, привычно погладила прилавок, нахмурилась – за ночь успела скопиться пыль! Тут же она взяла лежащую в специальной нише тряпочку, пропитанную восковой полиролью, и тщательно протерла светлое дерево. Открыла ставни, впуская солнечный свет, прошлась по полу мокрым полынным веником – обычно это делала девчонка-помощница, нанятая у соседей, но в такие солнечные дни ведьма сама бралась за веник, чтобы вымести из новенькой лавки весь принесенный покупателями негатив.

Год назад сбылась многолетняя мечта Агаты Вербы – она собрала нужную сумму, получила все разрешения и открыла чайную лавку «Ведьмин чай». Выкупила новый дом на торговой улице, завезла травы, чай, жестяные коробки для хранения, мешочки и бумажные пакетики для продажи. Рулон шелка для особых сборов и великолепный прилавок медового цвета. И весы с крохотными гирьками – для взвешивания особенных сортов и редких пряностей.

В свои тридцать два года ведьма-травница отлично знала, чего хочет, и продумала все – вплоть до цвета занавесок, вывески и рекламы в местной газете.

И все получилось! Не зря она шла к своей мечте с первого курса!

Осмотрев блестящие стеклом шкафчики, сияющие медью весы и сверкающие щипчики, и мерные ложки, Агата глубоко вдохнула пахнущий медом, воском и травами воздух и отворила дверь – рабочий день начался!

Глава 1

Первым в лавку традиционно заглянул мистер Хопкинс. Кругленький, румяный булочник. Он взял успокоительный чайный сбор для жены, мармеладки, помогающие уснуть, для тещи, конфеты с противозачаточным зельем для дочерей и укрепляющий кости отвар для себя. Агата ему искренне сочувствовала – пять женщин в доме, это непросто, поэтому традиционно добавила от себя наговоренную веточку лаванды, улучшающую настроение.

Расплатившись, мистер Хопкинс приколол цветы как бутоньерку и, насвистывая, отправился домой.

Следом появилась румяная и крепенькая вдовица миссис Браун. Ее интересовали шоколадные кексы с травками для улучшения потенции, чайный сбор «романтический» и душистое масло для притираний, стимулирующее желание у партнеров. Конфетки с противозачаточным она тоже взяла, прошептав, нарочито краснея, что ждет в гости мясника с улицы Котлет.

После вдовицы наступило некоторое затишье, и Агата отошла в свою лабораторию, оставив за прилавком соседскую девчонку. Та лихо продавала школярам леденцы с мятой и анисом для свежести дыхания, старушкам – пакетики с травяными сборами от клопов, мокриц и моли, а старичкам – нюхательный табак с добавками бодрящих трав.

Все это разнообразие обычно продавалось в разных лавках, но Агата сумела доказать королевскому инспектору, что ее травы и сила составляют более пятидесяти процентов в товаре и потому именуются «ведьмовскими смесями», разрешенными для продажи в чайной лавке. Соседи-торговцы на появление конкурентки не обиделись. Во-первых, основу – тот же трубочный табак или сахар – она покупала у них, во-вторых, далеко не каждый житель города мог себе позволить покупать «ведьмовские штучки» каждый день.

Но слухи по городу ползли, и клиентура «Ведьминого чая» росла.

В лаборатории Агата надела плотный передник, защищающий ее от горла до края юбки, не поленилась повязать косынку и натянуть нарукавники – одежда дорога, и она не может себе позволить каждый день портить платье. Итак, что там с заказами? Успокоительный сбор без валерианы для миссис Хэтуэй. Милая дама, обожающая кошек и своего племянника. Молодой повеса тянет из старушки деньги, да еще и мучает котов, надеясь, что от переживаний тетушка сойдет в могилу, оставив его наследником. А между тем…

Ведьма задумчиво пробежалась взглядом по стеклянным банкам, коробкам и мешочкам с ингредиентами. Успокоительное миссис Хэтуэй, конечно, нужно. А еще нужны капли истинного зрения. Только нужно немножко схитрить. Взяв ступку, Агата растерла в ней корень пустырника – простейшее успокоительное средство. Мяту нельзя, значит, добавим лимонные корки, капельку масла сассафраса и те самые капли истинного зрения. Рецептик ведьмовский, и старушке лучше не знать, что туда входят глаза жабы, змеиный яд и пепел от перьев совы.

Закончив смешивать ингредиенты под простейшим наговором, Агата перелила зелье в бутыль, наклеила этикетку – «Успокоительное зелье» и вынесла его в лавку, на отдельную полочку. Соседская девчонка как раз продала последний леденец и с интересом взглянула на флакон.

– За успокоительным придет племянник миссис Хэтуэй, – сказала Агата, записывая зелье в свою отчетную книгу, – скажешь ему, что много зелья давать нельзя, могут быть проблемы с головой. И вот еще: предложишь ему пилюли, скажешь, они тоже успокоительные, для тех дней, когда зелье уже выпили и больше нельзя.

С этими словами ведьма вынула из шкафчика коробочку с пастилками элеутероко́кка и поставила рядом с бутылью.

Милая, как куколка, блондиночка Салли Минт покивала головой, хлопая голубыми глазами:

– Конечно, мисс Верба! Все сделаю!

Агата вернулась в лабораторию, пряча улыбку. Пилюли элеутероко́кка славились тем, что придавали бодрости, лечили воспаления, помогали избавиться от инфекций и слабых ядов. Мистер Бранч не дурак – травить тетушку мышьяком не станет, а вот подлить старушке избыточную дозу успокоительного не постесняется. А там уж все в руках Светлых!

Остаток дня ведьма курсировала между лабораторией и лавкой. Готовила простые зелья, катала пилюли, взбивала венчиком белки для ягодных пастилок от кашля, температуры и запоров. Усилия требовались изрядные, но матери в их городе уже знали, что детям проще впихнуть сладкую пастилку от ведьмы, чем приторный сироп или горькую микстуру от аптекаря.

Вечером, проводив последнего покупателя, Агата заперла лавку и вместе с помощницей занялась наведением порядка. Пока девчонка мыла пол, хозяйка возвращала на места коробки и банки, делая пометки в своем блокноте. При этом ведьма проговаривала все вслух, как привыкла во время учебы:

– Мятные и лимонные лепешки для свежести дыхания – осталось две коробочки, завтра нужно будет сделать еще.

– Мисс Верба! – отзывалась Салли. – Мистер Крэбс просил вас сделать для него анисовых лепешек, лимон и мяту он считает слишком женскими…

– Мистеру Крэбсу пора вылечить зубы, – бормотнула себе под нос Агата, – и тогда лепешки не понадобятся!

Однако анисовые лепешки в свой блокнот она вписала. И яблочную карамель для успокоения желудка, и настойку для укрепления волос, и отбеливающий крем…

Закончив наводить порядок, Агата отпустила помощницу, вручив ей традиционную монету и кусочек мыла «от прыщей». Потом забрала деньги из кассы, оставив мелочь на утреннюю сдачу, и унесла к себе – наверх. Там в маленьком кабинете стоял магический сейф. Пересчитав наличность, ведьма убрала деньги в металлический ящик, испещренный рунами, и снова села за подсчеты. Нужно докупить ингредиентов. Коробок и флаконов. Кончился рыбий клей и очищенный бараний жир для притираний. А еще нужен воск для крема, хвостики ящериц для регенерирующей мази и крылья летучей мыши для зелья ночного зрения… Скоро через их город пойдут торговые караваны, и услуги ведьмы понадобятся многим.

Вздохнув, Агата закрыла свой талмуд, убрала его в стол и вышла из кабинета. Ей очень нравилась ее лавка. Она мечтала о ней с первого курса Школы магии и ведовства, но, достигнув своей мечты, ведьма вдруг поняла, что это довольно утомительное и однообразное предприятие. Бывали, конечно, интересные заказы, сложные ситуации, но не часто. Может, стоило принять предложение Криспина?

Потянувшись, Агата сдернула с головы косынку и собралась уже идти в спальню, но тут, словно в ответ на ее мысли, в раму стукнул маленький камушек. Вздрогнув, ведьма подошла к окну, открыла створку и выглянула на задний двор. Уперев руки в бока и широко расставив стройные ноги в кожаных штанах, там стоял Криспин Длинный Меч – боевой маг, красавец, мечта всех ведьм и магичек их курса.

– Эгги! – махнул он рукой. – Открывай!

– Ты с ума сошел, Крисп! – прошипела ведьма. – Да меня твои поклонницы завтра на куски разорвут!

– Эй, я ж не дурак, – обиделся Криспин, – меня видишь и слышишь только ты!

Вздохнув, Агата сдалась:

– Ладно, сейчас!

Захлопнув раму, девушка накинула на плечи шаль, спустилась вниз и отворила заднюю дверь. С улицы потянуло ночной прохладой, и, поежившись, Агата покрепче стянула на плечах мягкую ткань.

– Привет, Эгги! – Криспин не стал сдерживаться – облапил недовольную ведьму и смачно чмокнул в щеку. – Покормишь? Устал как собака!

– И за что мне такое счастье? – закатила глаза хозяйка дома, но все же двинулась в сторону кухни.

– За то, что ты лучшая ведьма на курсе, а я красавчик! – состроил идиотскую физиономию Крисп и рассмеялся.

Агата невольно рассмеялась в ответ. На самом деле их отношения начались еще во время приемных испытаний. Красавец-маг собрал букет девичьих вздохов и подошел к самой некрасивой девчонке, стоящей в стороне:

– Эй, привет! – сказал он. – Выглядишь, как настоящая ведьма!

– Я и есть настоящая! – огрызнулась Агата.

Ей тогда, как и всем юным мисс, хотелось иметь золотистые волосы, голубые глаза, нежную белую кожу и личико сердечком. В реальности она обладала непокорной гривой цвета крепкого чая, смуглой кожей, пронзительными темно-карими глазами и выдающимся носом. Костистая фигура не могла похвастаться «приятными округлостями», а резкий характер отгонял даже тех парней, которые готовы были приударить за любым существом женского пола.

Однако Криспин в один момент проломил ее броню неуверенности, боли и страха. Просто открыл список вопросов для поступления и ткнул в него пальцем:

– Слушай, вот эти две незабудки чем отличаются?

Агата мельком глянула на вопрос. Конечно, она знала! Травы собирать бабуля с четырех лет водила и каждому стебельку кланяться учила.

– У этой стебель ворсистый, – ткнула она карандашом в название, – а у этой гладкий.

– Так, хорошо, – парень сделал пометки, – а вот лютик едкий и лютик северный… у них в чем разница?

– Лютик едкий: едва заметные без лупы волоски торчат перпендикулярно стеблю, – ответила ведьма, – лютик северный: эти самые волоски прижаты к стеблю.

Так по пунктам они разобрали почти все вопросы по траволечению и ведовству, прежде чем Агата спохватилась:

– Тебе-то это зачем? Ты же на боевой поступаешь!

– А что, боевые маги не болеют? Не пьют отвары? Не покупают травы?

Агата посмотрела на парня недоверчиво. Тот спокойно выдержал ее взгляд и предложил:

– Сейчас перерыв на обед будет, пойдем перекусим в трактире?

Ведьма оценила угрожающие взгляды девиц вокруг и отказалась:

– У меня пирог с собой есть.

– Да брось ты! – отмахнулся от ее возражений красавчик. – Сейчас вся комиссия на обед пойдет, какой смысл тут торчать? А я знаю трактир, в котором подают холодный суп!

Девушка замялась. Денег у нее было маловато, и неизвестно, успеет ли она сегодня пройти комиссию.

– Пошли-пошли! – энергичный маг уже тащил ее вниз по улице. – Ты мне помогла лучше репетитора! Считай, это плата за урок.

Криспин де Лэйн действительно привел ведьму в трактир и накормил так, что ей захотелось спать. Попутно он болтал, ел и выдавал информацию о преподавателях, потому что вся его семья училась в этой самой Школе, а дед когда-то был ее директором. Полусонная Агата как-то внезапно перестала нервничать и хихикала вместе с ним над бородой преподавателя бытовой магии, зачарованной лучше, чем королевская сокровищница.

Потом было собеседование, экзамены, ожидание результатов и наконец заселение в общежитие. И маг все время был рядом. В какой-то момент Агате надоели злобные взгляды товарок и несъедобные добавки в супе, и она «в лоб» спросила Криспина:

– Что тебе от меня нужно? Зачем ты садишься рядом в столовой? Почему таскаешь сладости и списываешь конспекты? У вас что, на курсе магичек нет?

– Все у нас есть, – неожиданно серьезно ответил парень, – только этим красоткам нужно мое имя, статус, богатство и дети с хорошим магическим потенциалом. А тебе не нужно от меня ничего. Ты самодостаточна.

– Да меня скоро разорвут из ревности! – выпалила Агата, почесывая длинную царапину, которую утром ей оставили «на память» за прогулку между корпусами в компании де Лэйна.

– Прости, – развел руками Криспин, – я честно объясняю этим идиоткам, что у нас с тобой просто дружба!

Ведьма закатила глаза и потребовала от боевого мага как можно быстрее освоить невидимость, пригрозив в противном случае с ним больше никогда не разговаривать и вообще его не замечать. Боевик уже знал «кроткий» характер своей подруги, поэтому первым на курсе освоил полог невидимости и научился набрасывать его на Агату.

Глава 2

После учебы дороги ведьмы из бедной семьи и красавца боевика, как водится, разошлись. Она отправилась на бесплатную практику в королевскую аптеку, а он, следуя традиции – в королевский гвардейский полк. Работы хватало обоим. Агата целыми днями полола, рыхлила, поливала и подпитывала магией растения в огромном аптечном огороде. Потом их же собирала, обрабатывала и сушила, чтобы старшие аптекари готовили зелья для королевского госпиталя.

Зимой практикантов, отрабатывающих свое обучение, переводили в такие же огромные королевские оранжереи. Возле самого королевского дворца красовались изящные стеклянные сооружения, наполненные экзотическими цветами и фруктами. А за городом тянулись утилитарные «коробки», полные лекарственных трав, мхов и даже грибов. И работы в королевских оранжереях всегда хватало. Ведь Его Величество разумно сохранил монополию на аптечные лекарственные средства за собой.

Агата отлично помнила, как возмущались этому факту преподаватели в Школе. Ворчали, что теперь ушедшему на покой магу или ведьме даже аптеку не открыть. Но все оказалось совсем не так. Королевские аптеки были устроены в каждом районе города. Из расчета одна аптека на две сотни домов. И цены везде были одинаковые. Правда, и набор зелий самый простой – противопростудное, противовоспалительное, антисептическое для ран и противозачаточное для женщин. Еще в королевских аптеках продавались бинты, корпия, наборы трав для заваривания и мази от ревматизма и кожных высыпаний. Вроде бы простой набор, но его хватало и для бедняцких кварталов, и для роскошных особняков.

А вот за зельями посложнее приходилось идти в лавку ведьмы или мага. Сообразив, что их нисколько не лишили выгоды, маги и ведьмы расслабились и даже стали поддерживать королевские аптеки, сбывая за бесценок избыток простейших зелий. А королевская семья благодаря этим аптекам организовала тысячи рабочих мест по всей стране. Ведь травы нужно было выращивать, зелья – готовить, паковать и продавать. Да и в целом население стало здоровее, потому как в провизоры королевских аптек шли выпускники Школ магии и ведовства, отрабатывающие королевскую стипендию.

У боевого мага, угодившего в гвардию, тоже хватало хлопот. Конечно, его так же гоняли с поручениями, как самого молодого. Плюс изрядно выматывали на полигонах, а через полгода отправили «набираться опыта» в гарнизон на границе. И надо же было такому случиться, что на тихий военный городок напали спятившие после очередного шаманского воззвания степняки, и молодому магу пришлось отбиваться, используя все знания и умения. А потом были дни ожидания подмоги в городе, полном раненых и убитых. Вот когда де Лэйн поблагодарил Агату за науку! Он ходил в охранения вместе с солдатами ночью и дежурил в лазарете вместе с лекарями днем. Единственный в городе боевой маг разбирался в травах, умел наложить отвод глаз и так затейливо проклясть обыкновенную нитку, что наткнувшиеся на нее степняки улепетывали быстрее своих коней.

Через два года заматеревший маг вернулся в столицу, сдал экзамен на звание магистра и снова отправился на границу, только уже в другую сторону – к северному морю. Там он научился охоте на крупную рыбу и морских животных, привык пить не только легкое вино, но и крепкую можжевеловую водку, затыкать раны мхом, бинтовать полоской выделанной кожи и материться на всех пятнадцати наречиях побережья.

Все это время Криспин де Лэйн не забывал старую подругу. Регулярно писал, присылал мешочки сначала южных, потом северных трав, просил рецепты и простенькие ведьмовские наговоры, которые неплохо работали даже у мужчин-магов.

Агата переписке тоже радовалась. Послания от Криспина разбавляли ее унылое существование в общежитии для практикантов и придавали некоторый шарм ее одиночеству. Соседки по комнате были уверены, что Криспин ее жених, но как только она отработает положенные пять лет, он вернется в столицу, и они поженятся.

Ведьма не разбивала иллюзий соседок. Зачем? Она отлично знала, что никто не позволит Криспину жениться на незнатной девице, пусть и ведьме. Поэтому она изначально смотрела на него как на друга. И максимум, что позволяла себе – любоваться им, как произведением искусства.

Когда Агата отдала все «королевские долги» и очутилась за порогом королевских оранжерей с дипломом в руках и разрешением на работу ведьмы, Криспин волею судьбы вернулся из очередного гарнизона и собирался поступить на службу в посольский отдел королевской канцелярии. Узнав о том, что подруга наконец свободна (или никому не нужна), он развил бурную деятельность, и через несколько часов Агата получила место королевского аптекаря в престижном районе столицы.

На радостях она даже подпрыгнула на месте, чем несказанно изумила Криспина.

– Эй, подруга! – ласково-насмешливо сказал он. – Кажется, у нас появился повод отметить!

Агата не возражала. Они отправились в небольшую кофейню, в которой еду подавали вкусную и много, а цены не особенно кусались. Там они вкусно пообедали, не отказывая себе в сладостях и деликатесах. А под конец трапезы де Лэйн заказал бутылку вина, подозрительно косясь на ведьму.

– Эй, друг, – она скопировала его ласково-насмешливый тон, – ты же не думаешь, что студенты и работники королевских оранжерей не умеют делать самогонные аппараты?

– Я уверен, что зельевары прячут самогонные аппараты на каждом этаже, – отозвался боевой маг, – но я ни разу не видел тебя пьяной. Да если подумать, я вообще ни разу не видел, чтобы ты пила спиртное!

Агата вздохнула, поморщилась и призналась:

– Мне не нравится вкус крепкого алкоголя, потому что меня постоянно усаживали за перегонный куб, чтобы следить за изготовлением настоек и спиртовых растворов. Преподаватель уверял, что я такая страшная, что ко мне не подойдет с уговорами ни один трезвый студент. А если ты помнишь технологию, в сорока процентах случаев качество настойки проверяется на вкус. Так что я с первого курса выпивала не менее стакана спирта в день, два-три раза в неделю.

Криспин поперхнулся, произвел в голове подсчеты и пораженно уставился на ведьму:

– Но как? Как ты не спилась?

– Ну, я же ведьма, – фыркнула Агата. – Я быстро сообразила, какие могут быть последствия, залезла в учебники, поискала информацию. Когда нашла – сварила зелье, ускоряющее ферментацию и расщепление алкоголя, плюс научилась варить такие средства от похмелья, что у меня закупались все старшекурсники перед любой гулянкой.

Де Лэйн только головой покачал и разлил по бокалам легкое розовое вино:

– Удивительно, почему магистра, усадившего первокурсницу к перегонному кубу, до сих пор не уволили?

– Почему не уволили? – дернула плечом ведьма. – Уволили, как только я закончила учебу. Анонимная жалоба, расследование и выплаты пострадавшим. Я доказала его умысел в суде и получила компенсацию. Еще год-два – и мне хватит денег на мою мечту.

– Вот… ведьма! – восхитился де Лэйн, поднимая бокал. – Но почему ты мне об этом не писала?

– Да зачем тебе нужно было это знать? – усмехнулась Агата, пробуя нежное вино с ароматом розовых лепестков. – Я всегда говорила тебе, что хочу свою ведьмовскую лавку, а ты всегда хотел быть боевым магом. Мы оба идем к своей мечте!

– Тут ты, пожалуй, права, – Криспин крутанул в руках бокал и предложил: – Пойдешь работать ко мне? Мой новый начальник оценил мой опыт и пожелал принять в штат ведьму.

– Нет!

– Почему? – Криспин даже обиделся.

– Сам посуди, – Агата улыбнулась ему с почти материнской нежностью. Очень уж голубоглазый и светловолосый красавец напоминал сейчас обиженного отказом ребенка. – Я не богата, не знатна, за мной не стоит род или хотя бы семья, с которой стоит считаться. Сначала меня будут просто использовать как полезный винтик в колесе, а потом при малейшем удобном случае подставят, чтобы освободить место племяннице, любовнице или тупенькой дочке. Не хочу.

Де Лэйн даже плечами передернул, так сухо и логично Агата обрисовала перспективы.

– К тому же, – тут девушка остро глянула на него своими темными глазами, и боевой маг, многое повидавший в жизни, потупился, – твоя семья постарается стереть меня с лица земли, как только я появлюсь на горизонте. Мне хватило одного визита твоей маменьки в Школу.

Криспин только вздохнул и одним глотком допил свой бокал. Эта история произошла на третьем курсе. Студенты к тому времени уже обвыклись с учебой и вовсю начали заводить интрижки. Даже пару свадеб сыграли, потому как невесты оказались в пикантном положении. И вот в этот самый период семья решила его женить. На «перспективной девочке», как водится. Криспин пообщался с потенциальной невестой пять минут и понял, что не выдержит «это» рядом с собой следующие двадцать лет. Поэтому довольно резко заявил отцу и матери, что в данный момент времени его больше интересует учеба. Родительница не поверила, появилась в Школе, разговорила кого-то из кружка воздыхательниц сына и… заявилась в комнату к Агате с требованием оставить ее сына в покое.

Подробностей ведьма боевому магу не рассказывала, но попросила оградить ее от общения с родней, если он не желает каждый день ампутировать себе хвост. Да еще добавила, что это было мерзко, и ему придется разориться на лучшее душистое мыло, чтобы искупить вину. Мыло Криспин купил без вопросов. Потому что мать с отцом навсегда отстали от него с женитьбой. Но вину перед Агатой ощущал все равно.

В общем, после той короткой встречи они вновь пошли каждый своей дорогой – де Лэйн начал делать карьеру при Дворе, а ведьма быстро разобралась, что в дорогом районе в королевской аптеке охотнее купят зелье из-под прилавка, чем со стойки. И стала этим пользоваться.

Ничего противозаконного – те же зелья, но в «ведьминской» упаковке и по тройной цене. Кстати, правил такими продажами Агата на самом деле не нарушала. У нее была лицензия на изготовление и продажу ведьминских снадобий, а для соблюдения приличий она просила покупателей подойти к задней двери и сама выносила им товар.

На королевской службе прошло еще три года – не так-то просто накопить на свою собственную лавку в столице, полной соблазнов! Но Агата старалась, а Криспин подругу не забывал. Периодически сваливался на нее как снег на голову, не забывая, впрочем, и гостинцы. То принесет коробку шоколада из дорогой кондитерской, то упадет на крыльцо с кровавой раной в ошметках искрящих заклинаний. Каждый раз ведьма оперативно штопала приятеля, виртуозно матерясь на латыни, а маг постанывал и обязательно отдаривался «сувениром». Среди любимых «подарочков» Агаты были пузырек с ядом василиска, шкурка каменного варана и целый мешок надкрыльев златницы.

Она всегда подставляла плечо, выслушивала, утешала, перевязывала, а потом закрывала дверь, когда он уходил. И не позволяла себе плакать. Никогда.

Глава 3

Когда ведьма скопила необходимую сумму, она не стала спешить с покупкой. Вместо этого обратилась к старому другу с необычной просьбой – посмотреть статистику преступлений и выбрать самый тихий городок в предместьях столицы. Де Лэйн почесал блондинистую макушку и отправился трясти бывших сокурсников. За пару бутылок крепкого можжевелового самогона с берегов Северного моря он разжился не только данными о преступлениях, но и собрал информацию о королевских аптеках и ведьминских лавках во всех мелких городках на полдня пути от столицы.

Единственным городом из предместий, куда еще не дотянулись руки преподавателей и студентов столичной Школы, был Буковей. Обычная разросшаяся деревенька, окруженная буковой друидской рощей. Поэтому ведьмы там и не было – друиды сами отлично лечили хвори травами. С этой информацией и коробкой конфет Криспин явился к Агате в ее крохотную квартирку над королевской аптекой.

– Сама видишь, нет смысла открывать там лавку, – сказал маг, наблюдая за тем, как ведьма листает довольно толстую пачку листов с информацией по городку. – Друиды всех лечат в обмен на овощи и фрукты. Городок зеленый, у каждой избушки хоть яблоня, да есть.