- -
- 100%
- +
– Надя, ты всегда такая красивая… – вздохнула с завистью подруга, – и даже когда дома. Вроде бы ничего особенного, но так здорово смотришься!
Хотя подруги были почти полными тезками, (заведующая библиотеки их частенько величала «Уважаемые Надежды Петровны»), в жизни они являлись совершенной противоположностью. И очень близкими людьми. Недаром говорят, что плюс и минус притягиваются. Веселая и шумная полненькая Надюха частенько становилась праздником в размеренной жизни лиричной и спокойной Надежды. Лишь однажды ее уравновешенная жизнь была нарушена рождением сына. Об отце Сережи она не любила вспоминать. Это мимолетное увлечение в ее жизни принесло ей и горе, и радость. Как-то осенней порой байкер, лихач и повеса тусил в городке в компании таких же, как и он, крутых парней. Познакомился с девушкой, запудрил ей мозги, соблазнил и скрылся с горизонта, так и не узнав, что стал отцом. Братья рвали и метали, чуть было не развязали вендетту за поруганную честь сестры. Эта была еще та история, о которой до сих пор вспоминалось с содроганием. Но закончилось все достаточно мирно. Она всех убедила, что не нужно никого искать и трепать ей, глубоко беременной женщине, нервы, потом родила здорового и красивого мальчика и стала очень счастливой и довольной мамочкой…
Спустя три года она попыталась устроить свою личную жизнь и вышла замуж. По большому счету сосватали за хорошего человека, как убеждали ее братья, чтобы у мальчика был отец. Но без любви ничего не получилось. От этого брака ей и Сергею досталась лишь заурядная, такая же, как и ее профессия, фамилия Смирнова, которую она из принципа не стала менять. Хотели, чтобы стала Смирнова, вот и будет теперь Смирнова!
Подруги устроились на кухне с голубыми занавесками и фарфором, расписанным под гжель.
– Во-первых, я тебя ждала, Надюша, а во-вторых, просто не успела переодеться. Сегодня полдня в магазине проторчала. Завтра будем гостей сына собирать, надо их чем-то кормить. А сегодня, наверняка, родственники поздравлять приедут.
С Надей в магазине произошла, казалась, обычная история. Она случайно столкнулась с мужчиной, когда пробиралась с полными пакетами продуктов к выходу.
– Ты представляешь, торт всмятку, апельсины по полу катятся как шары в боулинге. Я просто в ужасе, – рассказывала она подруге.
– А он как отреагировал? Извинился хотя бы?
– Что ты! Оказался очень порядочным человеком. И извинился, и помог все собрать, и торт новый купил!
– Ничего себе, а кто он, ты его не знаешь?
– Мне кажется, не местный, не похож на наших мужчин. По крайней мере, я его ни разу не видела, – Надя задумчиво посмотрела в окно.
– Ау, подруга, ты где? Что-то ты загадочная такая, наверняка он тебе приглянулся.
– Может быть, но это не имеет значения. Навряд ли я с ним еще увижусь, мы ведь даже не познакомились.
– Как знать, мир тесен, – Надюха многозначительно и шумно отхлебнула из чашки…
***
… Первое, о чем подумал Сергей, открыв утром глаза, что как было бы хорошо поближе разглядеть свою сестричку. Конечно, он не откроется ей, по крайней мере, пока. Да и заговорить не хватит душевных сил. Он боялся своих эмоций, которые так долго спали, и теперь, подобно вулкану, готовы приступить к извержению, изливая обильно лаву, которая одновременно и украсит, и уничтожит все вокруг. Теперь, когда он здесь, в городе своей юности, окружающая действительность воспринималась острее, как будто кто-то неведомый раскрасил все вокруг в яркие цвета радуги. И небо не серое, а синие, как глаза сестренки, и утро ослепительно белое, и солнце похоже на апельсин, который вчера живописно катился по матовому полу супермаркета, когда он столкнулся с той восхитительной женщиной.
Вполне возможно, что еще неделю назад он не обратил бы на нее внимания. Скорее всего, сказал, что она не в его вкусе, вероятно, слишком простовата. В своем кругу он не испытывал недостатка внимания со стороны женщин, ухоженный, богатый и щедрый – просто предел мечтаний охотниц за выгодным браком. Но, увы, ни одна из них не попала в цель. Сердце его оставалось свободным. Хотя он вовсю пользовался их красивыми телами, компенсируя богатыми подарками моральный ущерб от неудачных попыток в охоте.
Когда он увидел ее растерянный взгляд, тонкие нервные пальцы, собирающие рассыпанные апельсины, ему захотелось стать рыцарем на белом коне и защитить эту хрупкую женщину от всех драконов и мельниц. Как жаль, что в ее глазах он, наверняка, невнимательный и непутевый человек. Это надо же так спешить, не замечая прохожих. Сергей даже постеснялся познакомиться с внезапно появившейся на горизонте дамой сердца, ведь она сердилась и хмурила бровки. Поэтому он поспешил все исправить и ретировался, о чем сейчас несказанно жалел.
…На работе все шло своим чередом. Ему приходилось несколько раз говорить с Иваном о текущих делах, который являлся начальником планового отдела и курировал самые важные вопросы производства. Их общение имело сугубо деловой характер, и Сергею Лазареву начинал нравиться этот спокойный и умный мужик. Секретарша Леночка, вводившая его в курс дела, по личной просьбе давала устную характеристику персоналу, а попросту рассказывала местные сплетни. Она описала Ивана хорошим семьянином: жена и двое детей – дочь Света и младший сынок Петя. «Наверняка в честь деда», – подумал Сергей. Руководил толково, хотя часто испытывал трудности. Ради дела был готов пожертвовать статусом хозяина предприятия. Двое его братьев, начальники отделов (Александр Петрович – экономист, а Павел Петрович – снабженец) были на своем месте, поэтому обвинить в кумовстве Ивана Петровича нельзя. У всех свои квартиры, Павел Петрович женат и у него трое детей! Когда ждали второго ребенка, оказались близнецы! А вот его брату Саше не повезло, неудача в личной жизни сделала его холостяком. Еще у них сестрица Надя имеется, в центральной библиотеке работает, жизнь личная у нее не сложилась, сыночка одна воспитывает…
И так почти про каждого работника из близкого круга администрации. Леночка блистала познаниями их личной жизни, как будто день и ночь следила за всеми и собирала подробное досье на каждого. Сергей заворожено, почти как кролик перед удавом, слушал её пулемётное тарахтение и думал: «Как повезло с кадрами, и никаких справок наводить не надо, и информация, наверняка, процентов на девяносто восемь достоверна».
– Леночка, а как зовут сына у Надежды, сестры Звонаревых, – Сергей постарался произнести вопрос как можно более равнодушно.
– Сергеем. Она его в честь пропавшего брата назвала. Но я до конца эту историю не знаю, кажется, он так и не нашелся.
Сергею показалось, что он слышит стук своего сердца. Волнение его было настолько сильное, что пришлось встать, пройтись по кабинету, налить стакан воды и залпом выпить. Сохранить самообладание и не выдать себя оказалось очень трудно. В этот момент он понял, насколько был несправедлив хотя бы к Наде, которую лишил общения с собой и до сих пор заставлял тосковать по нему. Она его любила. Но сможет ли вдруг сейчас простить ему эту непреднамеренную жестокость, когда он, такой блистательный и успешный, заявит о своем существовании. Ведь они давно уже другие. И вполне возможно, что эта любовь к несчастному пропавшему родственнику перерастет в ненависть к человеку, сознательно скрывавшемуся и мучившему ее все эти годы. Надо было обо всем хорошенько подумать, прежде чем бросаться в объятья сестренки. Как бы боком не вышло, как говориться, от любви до ненависти один шаг. Или наоборот?
«Все, решено. Сегодня же иду записываться в библиотеку. В конце концов, пора заняться саморазвитием. Ну а дальше будь что будет», – такая простая, но с легким налетом фатальности идея, казалось бы, поставила все на свои места.
Глава 4.– Уважаемые Надежды Петровны, хватит чаевничать. Обед уже закончился, – звонкий и несколько пронзительный голос Ираиды Ивановны, заведующей библиотекой, настиг подчиненных даже из зала читательского абонемента.
– Боже мой, какая милая и …занудная наша Ираидочка, – шепнула Надюха подруге.
– Девочки, у нас посетитель, – Ираида Ивановна заглянула в комнату отдыха для сотрудников, – давайте по шустрее.
– Бегу, Ираидочка Ивановна, – бодро откликнулась «нерадивая сотрудница», и голова заведующей скрылась в проеме, – а ты, Надежда, допивай чай и подходи. Загляни, пожалуйста, по пути в читальный зал. Захвати периодику, а то я все забываю. А я пока клиента обслужу.
После вчерашнего бурного вечера Надя чувствовала себя сегодня немного уставшей. Близкие родственники все-таки нагрянули с поздравлениями. Сережа был очень доволен, подарки один лучше другого, уши ему чуть не оторвали, а щеки от поцелуев стали пунцовыми. Сегодня еще предстояло накормить его друзей, хорошо, что хоть развлекут себя сами. А когда он был маленький, приходилось еще и хороводы водить и каравай петь. Вот здесь Надя начинала немного завидовать своим женатым братьям, которые справлялись вместе со второй половинкой.
– Мама, ты даже не представляешь, что мы будем сегодня с пацанами на днюхе делать, – восторженно делился на завтраке своими планами именинник.
– Ну почему же не представляю. Наверняка запустите в небесные просторы какую-нибудь сверхкрутую модель.
Сережа даже перестал жевать от удивления.
– Ну, ты даешь, и как ты узнала. Ее Дениска вчера закончил, Дракон называется. Он ее специально мне в подарок делал по секрету.
– И что это за секрет, о котором ты уже знаешь.
– Да он недавно мне сказал, потому что надо было ему помочь с размахом крыльев. Ну да ладно, все равно здорово, запускать то будем в первый раз вместе.
Надя ласково погладила по головке свое чадо. Какое же это счастье, что он есть у нее. Светлоглазый, белобрысенький, такой увлеченный, самый умный, самый лучший, самый любимый. У нее не было даже мимолетной мысли об аборте, когда она поняла, что беременна. И пусть он еще маленький паучок где-то внутри ее чрева, но это уже человек, и никто не вправе забрать у него жизнь. А как часто женщины так просто избавляются от «проблемы», считая себя вершителями судьбы новой жизни. Твоя судьба – не рождаться! А на деле оказываются детоубийцами, и это их страшный выбор. Но ведь еще ни один ребенок даже с самой трудной судьбой, кушая тортик на свой день рождения, не сказал: «Роди меня обратно!» Жизнь – это лучший дар, которым человек управляет сам. И уже от него самого зависит будущее.
Но именно сегодня запланированная размеренная жизнь Нади зависела от некоторых удивительных обстоятельств. Поэтому никогда не надо скидывать со счетов Божью волю.
Когда она с весомой стопкой газет и журналов зашла в зал читательского абонемента, то лицезрела следующую картину: её вчерашний знакомый по супермаркету как будто бы пунцовый от смущения, что-то нечленораздельно мычал. А Надюха спрашивала уже на повышенных тонах:
– Вы, мужчина, заикаетесь, что ли. Извините, но я не понимаю, какую вам нужно книгу. Надя, может, ты меня выручишь, – подруга бросилась к ней как к спасительному кругу, – вот мужчина не может определиться в выборе литературы. А я выйду ненадолго.
Надя положила журналы на свое место и подошла к стойке.
– Что бы вы хотели почитать. Каталоги у нас в центре зала.
Он как будто бы облегченно выдохнул.
– Вас тоже Надеждой зовут, как и вашу коллегу.
– Да, мы тезки. Кстати, я хотела бы поблагодарить вас еще раз за то, что вы мне вчера помогли в супермаркете.
– Да что вы, это я был во всем виноват. Сергей Лазарев, очень приятно с вами познакомиться. Хорошо, что вы вовремя подошли. А то у меня с вашей коллегой не заладилось общение. Хотя, наверно, я опять сам во всем виноват.
– Так на чем вы остановили свой выбор?
– Знаете, я человек новый в вашем городе, решил посетить достопримечательности, так сказать, познакомиться с культурным достоянием. Наверное, мне нужно для начала записаться в библиотеку.
– Если вы гость нашего города, то можете пользоваться читательским залом библиотеки, а в нашем отделе мы можем предложить вам взять книгу с собой под залог, если у вас нет прописки.
Сергей заворожено слушал совсем ненужную ему информацию и не мог оторвать глаз от этой женщины. Сегодня она была еще более прекрасной, чем в их последнюю встречу. И она узнала его! И пусть не осталось и следа от того трепетного образа, который нарисовался ему тогда, но она казалась еще лучше прежнего.
Ее темные и какие-то сияющие волосы волнами обрамляли лицо. Простое, без изысков, светло-синее коктейльное платье подчеркивало изящную фигуру. Но самое главное – это глаза. Они были такими теплыми, родными и бесконечно глубокими, как небо.
Когда пятнадцать минут назад Сергей увидел, как он считал, свою сестру, на него, почему-то напал какой-то ступор. Он начал краснеть и заикаться и даже ненадолго потерял дар речи. Он и сам не понимал до конца, почему это произошло. И вот сейчас эта молодая женщина, сама того не подозревая, исцелила его в мгновение ока.
– Надежда, можно я сегодня вас провожу после работы, – неожиданно для себя прервал ее Сергей, – если конечно вы не будете против.
– Сегодня вечером я очень занята, так что извините – нет.
В ее голосе прозвучали стальные нотки, на мгновение ему показалось, что она стала холодной и неприступной.
– Вы только ничего не подумайте плохого, – начал торопливо оправдываться он, – просто почему-то вырвалось. Опять что-то не то говорю.
Его смущение было такое искреннее и забавное, что Надя звонко рассмеялась. «И что это я такая грубиянка, совсем смутила человека», – пронеслось у нее в голове. Он ей очень даже понравился еще в первую встречу. Конечно, чересчур элегантен и презентабелен, и в тот раз был тоже в костюме с брильянтовыми запонками, и сегодня – в деловом одеянии, но уже в другом. Светло серый цвет ему шел намного больше. «Чем это, интересно, он занимается, что костюмы меняет как перчатки», – подумала она. Но при всем его важном образе он был какой-то трогательный в своей неуверенности. Это ее явно забавляло – несоответствие внешнего облика с внутренним миром.
– А давайте завтра вечерком прогуляемся в парке и выпьем кофе. Я знаю одно неплохое местечко, – смягчившись, сама предложила она неудачливому кавалеру.
– Отлично, я заеду за вами в шесть часов.
– Буду ждать с нетерпением, – и она опять залилась смехом, потому как Сергей начал пятиться назад, как рак, и, конечно, запнулся. «Да что это со мной сегодня», – сердито подумал он про себя.
– До свиданья, Надя. Мне еще в читальный зал, – и он неуклюже удалился.
… Но ни завтра, ни послезавтра и не в другие дни недели им не пришлось выпить вместе кофе. Вечером позвонил Саша и принес долгожданную весть. Ему, как самому холостому и независимому, было поручено организовать капитальный ремонт родового гнезда Звонаревых. Дом давно уже требовал к себе особенного внимания ремонтной бригады, годы брали свое. Оставалось дело за малым – подыскать временное убежище для сестренки, которое было бы недалеко от школы, с мебелью и хотя бы двухкомнатным.
– Надя, завтра же отпрашивайся с работы как минимум дня на два. Будем переезжать! Я нашел, наконец-то квартиру. И от школы Серёжкиной недалеко, и цена нормальная.
Его голос по телефону звучал гнусаво, сказывалась недавно перенесенная простуда. Но только ему полегчало, как он сразу окунулся в работу с головой. Для него сидеть дома и болеть было самым мерзопакостным занятием, потому что начинаешь чувствовать свое одиночество. Когда у тебя чугунная голова, во рту заложена бомба медленного реагирования, нет сил даже пульт от телевизора поднять, так хочется душевной теплоты, участия и стакан воды из любимых рук. И все это у него могло быть, как и у других братьев, но его невеста просто сбежала из-под венца. Такое предательство выбило жизнь из налаженной колеи, и пока она, эта самая жизнь, шла наперекосяк.
Конечно, не все так плохо. Ему всего сорок лет, у него хорошая работа, он обеспечен и вполне симпатичен. Осталось встретить королеву своей мечты или хотя бы разглядеть ее в знакомых незамужних женщинах. Но королевишны уже были все при королях, а без возвышенных чувств, преображавших простушек в небесные создания, он не мог построить глубокие отношения. Такая была у него натура.
Как иногда непредсказуемо распоряжается Бог судьбами людей. Он может дать братьям совершенно идентичную внешность, но характеры будут полярными. Или, напротив, непохожие, как небо и земля, близкие люди будут иметь одинаковые чувствования и мысли. Саша и Паша были светловолосыми, коренастыми и голубоглазыми, в детстве их часто путали. Но по характеру Павел – точная копия старшего, высокого и черноволосого, с орлиным носом брата Ивана: амбициозный, целеустремленный и твердый. Если решил жениться – поставил цель, нашел объект и добился результата. И так во всем. В юности этим объектом для Павла стала молодой дизайнер Марина, курчавая, с большими еврейскими глазами, с пухленькими губками, очень добрая и нежная. Можно было бы сказать, что брак удался. У них подрастало трое детей, Марина никогда и ни в чем не нуждалась – Павел очень старался быть хорошим и работящим мужем. Одно было плохо: окончив художественное училище, Марина ни разу не применила свои навыки и знания на практике. Но это уже были мелочи.
Саша не ставил перед собой цель, он просто влюбился. Она была прекрасная, образованная, утонченная девушка. Высокая красавица, стройная, с длинными белыми волосами до пояса, похожими на крылья ангела – она знала себе цену. Но не оценила Сашу так, как он того заслуживал. Хотя дело шло уже к свадьбе и кольца были куплены (стать Звонаревой тогда было очень престижно) невесте подвернулось более выгодное предложение, и она растворилась, как будто бы ее и не было. Уехала за границу, в Германию к новому жениху и разбила бедное сердечко оловянного солдатика. Как сложилась ее судьба – никто не знал. Повезло ли ей в браке или она давно уже в разводе и колесит по Европе в новом поиске – это не важно. Пусть те, кто предают любовь остаются в забвении, они не достойны даже нашего интереса к ним, тем более памяти…
Для переезда понадобилось больше двух дней, которые оказались очень суетливыми. Надя старалась ничего не забыть и, хотя взяли лишь самое необходимое, но и этого набралось не мало. В суматохе она чуть было не запамятовала о назначенной встрече. Только днем ей удалось дозвониться подруге.
– Надя, помнишь того клиента смешного, который заикался?
– А-а, этот. Помню.
– У меня с ним сегодня вечером что-то вроде свидания.
– Ну, ты даешь, подруга!
– Уже нет, у меня ничего не получается. Он должен заехать в шесть, а телефонами мы не обменялись. Ты, пожалуйста, извинись за меня, разрешаю дать ему мой номер телефона. Если будет желание, пусть потом позвонит.
– Хорошо, договорились, надеюсь, он не будет заикаться сегодня.
Сергей позвонил Наде один раз, услышал сбивчивые объяснения, понял, что люди очень заняты и решил пока не беспокоить их своим присутствием. Тем более, что работа на заводе требовала концентрации сил и воли. Так покатились деньки и недели.
Август завершил летний марафон, и осень потихоньку вступала в свои права. Золотые и багровые капли листопада, подхватываемые норд-остом, кружились в последнем танце засыпающей природы. Совсем скоро подуют холодные ветра, и, пройдя испытания слякоти и сырости, мы обретем кружение белого пушистого серебра и предвкушение новогоднего чуда.
Но пока Сергей видел прекрасный образ женщины в убранстве осени. Наконец-то он дозвонился, и завтра по шуршащему золотому ковру листьев они будут гулять в городском парке.
Глава 5.Павел Петрович Звонарев находился в приподнятом настроении всю неделю. Его дети – близнецы Маша и Даша, наконец-то, стали первоклассницами. Он даже сумел выкроить час своего драгоценного времени, которое почти все уходило на работу, чтобы проводить их 1 сентября в школу. Ну, конечно, заодно и старшего сына, учащегося 6 класса. Все испортил неприятный разговор с женой как раз сегодня, спустя неделю от чудесного события.
– Павел, вспомни, ты же обещал, что, когда дети пойдут в школу, я попробую устроиться на работу по специальности, – говорила его жена Марина с несвойственной ей настойчивостью.
– Зачем тебе это надо, придется заниматься с девочками, помогать с уроками. Какая еще работа!? – раздраженно парировал он, – и давай закончим этот бессмысленный диалог.
Эти разговоры в их почти идеальной семейной жизни происходили периодически и он, как мудрый муж, старался обойти беспрекословное «нет», договаривался с Мариной, приводя очень убедительные доводы, что ей лучше хотя бы пока остаться домохозяйкой. Но позже они обязательно вернутся к этому разговору.
Но в этот раз договориться не получалось и это его очень раздражало.
– Давай вернемся к этому разговору хотя бы через год, а лучше через два. Да и работу найти тебе будет не просто, слишком много времени прошло, и ты, наверняка, потеряла свой профессионализм.
– Многие женщины и детей рожают, и работают. Мне не надо было тебя слушать, тогда бы профессионализм и не утратился, – усмехнулась Марина.
По своей натуре она всегда была послушной женой и не перечила мужу ни в чем. Добрый нрав и кроткий характер – вот что ценится в жене превыше всего. Но Павел и не подозревал, какой огонь и талант скрывался под этим послушанием, и уже не было сил его кроткой жене жить по-старому и сдерживать свои мечты и желания. Но в своем эгоизме Павел не хотел этого видеть, ему было так удобней и привычней. А для всяких там страстей он позволял себе изредка заводить шашни на стороне, конечно, чтобы никто не догадался, и очень кратковременно, без продолжения. Ведь свою семью он ценил и берег.
Несмотря на почти полное погружение в пучину быта, Марина старалась не забывать любимого дела. Она много рисовала, делала прекрасные эскизы, придумывая сама себе задания, выполняла их и результат раскладывала по папкам.
Её старший сын Василий унаследовал способности матери и с успехом занимался в изостудии. Марина очень радовалась победам сына и старалась ему помогать, но все-таки ей не хватало собственного творчества, так хотелось реализовать и себя. К сожалению, самый близкий человек – любимый муж не понимал её.
– Паша, ты, пожалуйста, не сердись на меня. Я попробую отправить свое резюме некоторым организациям, – Марина грустно вздохнула, – может ничего и не получится, ты прав, опыта у меня нет.
– Ну, вот и ладненько, ты все понимаешь, попробуй, конечно, но особо ни на что не надейся.
Павел успокоился. Пусть себе рассылает свои резюме, как говорится, перебесится, и жизнь пойдет по-старому.
Хотя сегодня на работе как раз встал вопрос о кадрах – необходимости художника-дизайнера на производстве. Новый начальник решил запустить эксклюзивную линию кафельной плитки, да не простой, а элитной. Чтобы рисунок на ней был самой высокой пробы и художественного мастерства. Экономичный вариант дешевой плитки его, видите ли, не устраивал. Но по отношению к Марине Павла этот вопрос не волновал. Кто же на такое серьезное дело возьмет человека без опыта. Протежировать он ее не собирался, начальник ей, слава Богу, не родственник, по блату не устроится. Если не найдут дизайнера здесь, выпишут из Москвы, им не привыкать. Экономист и бухгалтер, которые прибыли как раз оттуда, уже вынюхивают все чего-то, им даны все полномочия. Ивану устраивали допрос с пристрастием, что-то там не сходится.
Павел постарался больше об этом не думать. Ему не хотелось портить себе настроение перед романтическим свиданием. Он, находясь для жены как бы в командировке, сегодня едет на три дня в пансионат «Березка» со своей новой пассией. Намечался славный вечерок. Пансионат располагался от города километров в двадцати. Марина, домоседка по своей натуре, никогда не окажется там, так что за инкогнито можно не опасаться.
Как же он ошибался на счет своей жены. Она очень любила пейзаж, особенно осенний, и за красивой панорамой, хорошим планом на пленэре могла рвануть куда угодно…
***
…Сергей и Надя, не будучи художниками, уже смогли оценить хрупкую красоту осенней природы на свидании этим вечером в городском парке. Солнце клонилось к закату и его лучи красноватым отблеском ласкали сквозь листву гуляющие парочки. Желтый ковер листьев шуршал под ногами, которые утопали в нежном недолговечном покрове по щиколотку. Надя в изумрудном осеннем пальто и желтом палантине сама была похожа на осенний лист. Она собирала в букет то, что природа отринула от себя, сбросила, как ненужное и чуждое, но все равно прекрасное и приводящее в восторг. Желтые, красные, резные и круглые листья были сравнимы с экзотическими цветами. Сергей отыскивал для букета самые лучшие экземпляры.
– Надежда, у вас потрясающий вкус.
– Покушать вкусно я очень люблю, это верно.
– Ох уж вы и плутовка, я же не об этом, вы же понимаете.
– Очень даже об этом, я уже проголодалась, так что давайте зайдем какое-нибудь кафе, вы не против перекуса?