Тайна восьми королевств
- -
- 100%
- +
Я долго молчала, анализируя слова, сказанные мамой или Марой, я не знала теперь как мне ее следует называть.
– Но я же человек, у меня нет острых ушей, да и кожа моя не отличается от кожи других людей, – лишь сказала я.
Мама встала со скамьи и прошла к книжному шкафу, в котором хранилась уйма книг, связанных с кулинарией. Оттого не интересна для меня она была, так как мама знала наизусть все рецепты из каждой книги, могла даже сказать страницу и строчку, где находился тот или иной рецепт.
С самой верхней полки сзади она достала маленькую книжку. Она заметно отличалась ото всех других: была выполнена из кожи какого-то животного и тиснение было выполнено из чистого золота. Название гласило: «История появления первого Инфинита».
– Эта книга рассказывает о появлении таких, как ты – Инфинитов, – начала объяснять Мара, – от людей внешне вы ничем не отличаетесь, однако вы обладаете огромной бесконечной силой, способной сотворить все, что возможно и невозможно.
Мара начала вытаскивать из шкафа мои вещи и складывать их в мешок. Было похоже на день стирки, только стирают обычно по утру, а не в момент захода солнца.
– Именно поэтому вас боялись все люди на свете и даже волшебники. Вы были для них прямой угрозой их существования. Зачем нужны рабочие, если есть мутные, способные одним взмахом руки вырубить целый лес на дрова? – улыбаясь, говорила она.
Я лишь пожала плечами в ответ.
– Поэтому вас истребляли многие века, а в последующем приняли закон, который запрещал смешение крови нескольких мифических существ. Наказание за такое деяние – смерть. Помимо вашей силы, с вами рождалось древнее существо, буквально из праха. Такое существо было истреблено многие тысячелетия назад.
Мара положила последнюю рубашку в мешок и стянула его горловину толстой веревкой, которой обычно рыбаки подвязывали свои снасти к лодкам.
– Но я не обладаю никакой магией, – заявила я.
Мара лишь улыбнулась и подсела ко мне обратно.
– Когда ты была маленькой, я думала, что таковой силы нет и ты просто исключение. Но когда мы гуляли вечерами у озера, я поняла, что это не так.
– Я кого-то убила?
Мама мягко засмеялась.
– Светлячки, бродящие в темноте леса, кружили вокруг тебя, как поданные короля. Куда ты указывала, туда они и летели, а потом построили из себя светящееся платье и взмыли вверх над озером вместе с тобой, – ответила она.
– Свечка с ножками, – проговорила про себя я.
Я помнила в детстве один сон, где мои ноги были будто в самой сердцевине свечи. А мое тело стало пламенем. Я о нем рассказывала маме, а она всегда переводила тему, поэтому я и забыла об этом до сегодняшнего дня.
– Ещё спустя два года звери в лесу слушались тебя и ты понимала их язык. Сложно было сказать воображение это или реальность, так как тебе было всего три года отроду. Но я понимала, что это нужно скрыть. Поэтому мы больше никогда не ходили на вечернюю прогулку к озеру.
Я начинала понимать слова, сказанные мамой. Но не понимала к чему собранные в мешок вещи. Даже книгу, что она достала из залежей книжного шкафа, она положила в мешок.
– Теперь ты знаешь хотя бы часть правды, поэтому ты готова.
– Готова к чему?
– Уоррен все тебе расскажет.
Мы вышли во двор. Солнце практически скрылось за горизонт и лишь мелкие его лучи освещали путь, градиентом сменяясь на ночное небо, усыпанное миллиардами звёзд.
Дядя Уоррен стоял во дворе с сумками и запряженной лошадью.
– У нас остаётся совсем мало времени, – сказал он.
– Мало времени до чего? – спросила я.
К нашему дому в чёрной мантии прибежал юноша, с до боли знакомым голосом.
– Добрый вечер, дядя Уоррен, – произнёс он.
Этот голос я могла узнать из тысячи других. Никто другой не имел такого бархатистого тембра с ноткой тщеславия и надменности.
– Афалеон?!
Он лишь снял капюшон, тем самым отвечая на мой вопрос.
В этой истории были обрывки, которые я не могла понять. Почему Афалеон здесь, если королевская семья против инфинитов, почему мясник помогает простой кухарке и почему у нас мало времени?
На мои вопросы не было ответов, но я знала, что не сдвинусь с места, не получив их.
– Гвардия уже в пути, у нас остаются считанные минуты до того, как мы покинем королевство, – сказал его бархатистый голос.
В сумерках его глаза казались темнее обычного, как и цвет волос, что прибавляло ему больше мужества и выглядел он при этом отважным, и далеко не таким смазливым, как на публике возле крепости Видеранта.
– Значит, пройдём через западный лаз, а далее через Темный лес, – заявил Уоррен.
Я никак не понимала почему гвардия короля идёт к нашему дому на отшибе и почему мы должны бежать.
– Зачем нам избегать их? – своим вопросом я озадачила всех.
Афалеон подошёл ближе.
– Ты незаконно рожденная дочь ночного эльфа и дриады. Все шестнадцать лет они искали тебя, убивая всех младенцев, которые родились в тот день. Мара укрыла тебя у себя, фальсифицировав твоё рождение, будто это она тебя родила, но на пять месяцев позже, – ответил Афалеон.
Я смотрела на него пустыми глазами.
– Но в конечном итоге осталась только ты, девушка, чей отец был неизвестен и чей возраст был схож с возрастом ребёнка ночного эльфа и дриады. Три дня назад во дворце состоялось собрание, на котором присутствовали все персоны дворца: от астрологов до правых рук короля.
В разговор вмешался Уоррен. Его темные глаза мелькали взад и вперёд, будто он опаздывал на важную встречу. Но встречу с кем? И не состоялась ли она здесь пару мгновений назад?
– Твоё имя последнее в списке детей, которых упустили из виду, – сказал он.
Афалеон оглянулся и увидел вдали свет от факелов.
– Они на подходе, времени нет, – сказал он.
Мама обняла меня так крепко, как никогда. Я чувствовала ее слёзы у себя на плечах и обняла ее в ответ так же крепко.
– Они боятся. Пока ты жива, то живо и существо, которое питает тебя бесконечной энергией. А пока живо то существо, то ты являешься прямой угрозой для всех восьми королевств, – сказал Уоррен и отнял меня от матери.
Садясь на лошадь и пытаясь ускакать от погони, я смотрела, как Мара стоит в слезах и машет мне рукой, а позади неё все ярче и ярче виднеется свет и слышен стук копыт Гвардии.
Мара становилась все меньше и меньше, а свет позади неё становился все больше и больше.
– Остановитесь! Стойте! – начала кричать я.
Уоррен и Афалеон остановили лошадей.
Издалека я смотрела, что происходит с Марой.
– У тебя, должно быть, отменный слух и зрение, тебе нужно только сосредоточиться, – сказал Уоррен.
Я осудила его строгим взглядом, но попробовала сконцентрироваться на людях вдали, которые уже прибыли к дому.
Я слышала шелест листвы, сверчков в ночи, но ничего, кроме этого. Ничего, кроме звуков, что находились подле меня. Ничего, кроме звуков, издаваемых тем, что я могла разглядеть на расстоянии вытянутой руки.
– Не получается, – ответила я.
– Ты просто не стараешься, – отрезал Афалеон.
На его лице не было ни ухмылки, ни улыбки. Будто он совсем не смеётся надо мной, но я все же верила в обратное.
В ярости я попробовала ещё раз. Сверчки. Шелест травы. Стук копыт. Голоса. Голос Мары.
По моему удивленному лицу в ночи Афалеон и Уоррен поняли, что у меня получилось.
Я слышала, что Гвардия требует от Мары мое присутствие. Она отказывалась. Я чувствовала, что ей больно душевно.
Один из представителей короля зачитал приказ о моем задержании, но Мара говорила, что не имеет понятия где я сейчас нахожусь. Мне доставляло боль слушать это враньё, хоть и во благо, и напрягаться, концентрироваться изо всех сил.
Но вдруг голос Мары затих и я услышала звук металла, входящего в живую плоть. Стон. Тишина.
Мое сердце бешено стучало. Я не понимала, что произошло. Один воин из гвардии приказал убрать тело и сжечь. И тут я поняла, что произошло.
Я попыталась бежать, но Афалеон схватил меня и повалил на землю.
Его небесно-голубые глаза смотрели в мои так близко, что я могла бы разглядеть их до мельчайших подробностей, если бы солнце взошло над горизонтом.
– Отпусти! Там моя мама! – кричала я.
Афалеон пытался держать меня и зажимать, чтобы я не убежала вперёд навстречу опасности.
– Ей уже ничем не помочь, – ответил он сквозь зубы, закрывая мой рот своей ладонью, чтобы я не издавала звуки, которые могут выдать наше местоположение.
Я плакала. Принц перевернул меня лицом вниз и обхватил руками, чтобы я не смогла сбежать наверняка. Мои слёзы стекали на ладонь Афалеона, Уоррен стоял позади и плакал.
Слегка успокоившись, я встала с земли и посмотрела в сторону своего дома. На месте моего дома теперь был огромный костёр, который создала Гвардия, списав смерть Мары на возгорание от факела внутри дома.
Мои ладони сжались в кулаки, в глазах проступила ярость, я не знала, что мне делать, но я хотела убить всех причастных людей к смерти моей матери. Я жаждала мести.
– Аделаиза, нам пора, – сказал Уоррен, взяв меня под руку.
Я выхватила руку и противилась.
Афалеон смотрел с сожалением на горящий дом.
Что-то внутри меня хотело вырваться и я крикнула, что было сил.
Ночь стала мгновенно ещё темнее, будто на небе появились тучи, заслонявшие свет звёзд. Наступила тишина и кромешная тьма поглотила небо, буквально пожирая темно-синее покрывало с рассыпанными звёздами на нем.
Над нами прозвучал грозный рёв от которого стынет кровь в жилах. Существо было гигантских размеров, оно летело из леса прямиком туда, где была Гвардия.
Прозвучал ещё один клич существа и его жаркое пламя поглотило гвардию в один миг, оставив от них лишь горстку пепла.
Это был дракон.
Глава 2. Драконий предел
«Все, что считается невозможным – возможно»
Я проснулась от запаха жареного мяса с приправами.
Открыв глаза, я подумала, что уснула в поле после вчерашнего дня и мне все приснилось. Но в моем поле зрения оказались Уоррен и Афалеон, одетые так, словно отправились в кругосветное путешествие.
Лошади стояли у близ стоящих деревьев, щепали свежую траву.
– Доброе утро, соня, – произнёс бархатистый голос.
Афалеон обращался ко мне, перелистывая страницу книги об Инфинитах.
– Зачем ты ее читаешь?
Голубые глаза принца медленно перевели взгляд со страницы книги на меня. Я буквально могла увидеть в них своё отражение.
– Ищу ответы на будущие вопросы.
Уоррен шёл издалека с полной воды тарой. Поставив его на огонь, он подсел ко мне.
– Как ты?
И именно на этот вопрос я не могла точный ответ. Его следует записать в список вопросов, на которые Афалеон ищет ответы в книге.
– Последнее, что я помню, это рев и пламя дракона, – ответила я, съёжившись и обернувшись в накидку, которую обнаружила утром на себе.
– Это был не дракон, – сказал Уоррен.
Ещё с минуту он молчал, ожидая подходящего времени, чтобы добавить свой ответ ещё одной фразой.
– Ты призвала дух своего дракона. Инфиниты умеют призывать дух дракона, тем самым они будят его где-то далеко и он возрождается из пепла.
Я оглядела его пустым взглядом.
– Мара.
– Она погибла, – ответил Афалеон.
Меня вновь охватила тоска по дому и любящим рукам матери, которая, хоть и не являлась таковой, но вырастила меня с младенчества.
– От рук твоей гвардии! – крикнула я, сняв с себя накидку и подойдя к Афалеону ближе.
Принц вдруг испугался и шагнул назад. Он понимал, что в моих словах есть большая доля правды. Ведь он – будущий король, а Гвардия подчиняется воле короля и всем его приказам.
Именно поэтому, после этой ночи, мое доверие к принцу снизилось до нуля. Хотя доверия, как такового и не было. Я ничего не хотела ему говорить, и чтобы он узнавал обо мне что-либо из книги, которую Мара отдала мне перед смертью.
– Отдай книгу, – повелительным тоном сказала я.
Афалеон протянул ее к моим рукам без возражений.
Уоррен долго смотрел на нас и выжидал нужного времени, чтобы сменить обстановку, сказав что-нибудь ободряющее.
– В Столице могут узнать о драконе уже сегодня, когда придут проверять Гвардию, которая теперь находится в состоянии пепла, – сказал он, – поэтому я предлагаю вам оставить свой гнев на потом, плотно позавтракать и отправиться в путь, пока нас не догнали люди короля.
– И кстати говоря, – добавил он, – привалов до конца дня больше не будет, время – наш ценный ресурс.
Я взяла тарелку с зажаренным кроликом в черничном соусе и быстро его съела.
Хоть я и не люблю животную пищу, в таких условиях выбирать не приходится: либо есть мясо, либо есть только растительную пищу, но при этом не суметь убежать от врага, если он нагрянет.
Афалеон выглядел угнетенным. С самого утра я не видела улыбки на его лице, а его глаза выражали внутреннюю боль, которую я могла понять без слов.
– Что ты успел узнать? – с ходу задала я вопрос.
Афалеон проглотил последний кусок кролика, отложил миску и отвёл взгляд подальше от меня. И только после этого начал говорить.
– В той легенде говорится о детях разных мифических существ. Их сила зависит от сочетания их родителей.
– То есть, чем сильнее родители, тем ребёнок будет могущественнее?
– Именно.
Он положил миску на траву.
– Сочетание волшебника и эльфа даёт больший объём магии, орка и феи – выносливость, скорость и возможность левитации, гнома и дриады – возможность уменьшаться и превращаться в растение.
– А что на счёт ночного эльфа и дриады?
Тут Афалеон замолчал. Его глаза были направлены куда-то в пустоту.
– Именно вот об этом в книге ничего не сказано. – лишь ответил он.
– Более того, там не хватает нескольких страниц.
Я нахмурила брови.
– Эти страницы могут быть в древней библиотеке, где хранятся дубликаты каждого экземпляра книги в наших землях, – встрял в разговор Уоррен.
Мы оба повернулись к мяснику, который делал вид, что не заметил подобного взора.
– И где эта библиотека? – уточнила я.
Уоррен собирал все вещи в сумки, которые были привязаны к лошадям.
Его мощные руки вздымали на лошадей все сумки с такой легкостью, будто это были мешки с гусиным пухом, едва ли весившие больше, чем полноценная живая курица.
– Именно там, куда нам и следует пойти, пока нас не нашли: Драконий Предел, – ответил он.
Я почувствовала, как у Афалеону проступили мурашки по телу. Он посмотрел на мясника с открытым ртом.
– Там нет ни единого живого существа со времён истребления драконов, – сказал принц.
Уоррен подошёл ближе к нам.
– Именно поэтому мы и должны прийти туда первыми. Помимо библиотеки, которая нам изначально не была нужна, там находится кладбище драконов.
Я озадаченно посмотрела на него.
– Кладбище драконов?
– Да. Именно туда загнали последний выживших драконов сотни лет назад и уничтожили. После этого в те земли не ступала нога ни человека, ни другого существа. Поговаривают, что даже комары там не водятся, – ответил Уоррен.
Я встала с травы, отряхнулась и подошла к лошадям.
– А зачем нам нужно туда идти, помимо библиотеки? – поинтересовалась я.
Уоррен развернулся к нам.
– Вчера ты освободила душу дракона и дала ему новую жизнь. Так как они возрождаются из пепла, смею заверить, что твой дракон, который привязан к тебе, возродится именно там. А теперь попрошу вас сесть на лошадей, пора отправляться, – закончил мясник, закинув последний мешок на лошадь.
Мы оседлали лошадей и двинулись в чащу леса.
Наше путешествие длилось долго и без привалов, потому что в любой момент на нас могли напасть рыцари из Столицы, которые, скорее всего, уже обнаружили пепел своих солдат.
Мои мысли были запутанными. Чем дальше мы уходили в лес, тем больше я вспоминала о наших с Марой хождениях к лесу. Некоторые воспоминания детства возникали из памяти. Как в детстве я приручала животных у озера, как могла заставить возродиться увядший урожай. Все это не давало покоя моему разуму и душе. Я никак не могла поверить в то, что Мары больше нет. И в этом есть моя вина.
Если бы я только послушала ее сначала и села на лошадей, мы бы смогли забрать ее с собой. Она бы не пала от рук Гвардии короля и была бы сейчас вместе с нами, смотрела бы на этот прекрасный лес.
Афалеон всю дорогу молчал. Он не смотрел никуда, кроме дороги вперёд.
Его густые пепельно-русые брови были неподвижны, пышные розовые губы не выражали ни одной эмоции, кроме как искривления, когда ещё один комар пытался укусить его за щетинистую щеку.
Глаза были затуманены и не казались больше такими небесно-голубыми.
Смотря в его глаза я вспомнила, что уезжала в платье своей матери. Оно до сих пор было на мне и мне было совершенно некомфортно в нем.
Во-первых, оно напоминало мне о Маре и становилось только хуже. Во-вторых, кто пойдёт в чащу леса в платье, которое оголяет руки и ноги? Поэтому я решила сделать короткий привал, чтобы переодеться.
Открыв мешок я увидела, что она положила мне все, что было способно помочь мне в лесу, поле и даже пустыне, которой, к слову, у нас не было.
Быстро переодевшись, я снова села на лошадь и мы вновь продолжили наше путешествие в Драконий Предел.
Благодаря высоким кронам деревьев нам не было жарко и нас не мучала жажда всю поездку. Лишь изредка мы могли достать флягу с водой, которую набрал в ближайшем ручье на привале Уоррен. Единственное, что до жути меня бесило в этом походе – комары. И не то, чтобы я так не любила их укусы. Но когда ты в чаще леса, а ты практически единственное живое существо с кровью, они набрасываются на тебя роем, что затрудняет твоё путешествие.
Уоррен, как и Афалеон, ехал молча. Ни одна скула на его лице не дергалась, его губы так же были сжаты и не издавали никакого движения.
От такого безмолвия может поехать крыша. Тем более когда ты в бескрайнем лесу и не знаешь, что ждёт тебя впереди. Животные, в особенности хищники, боятся громких звуков, а от нас не было ни единого слова. Какова вероятность того, что мы встретим медведя и он убежит от нас, а не побежит на нас?
– Долго нам ещё? – не выдержала я.
Афалеон молчал, а Уоррен слегка оглянулся на меня спереди.
– Мы прошли больше половину пути, – лишь ответил он.
Больше всего меня удивляло, что Уоррен молчалив и относительно безразличен к сложившейся ситуации. Ведь я знала его все свои шестнадцать лет, как простого мясника. А теперь он предстал передо мной, как путеводитель по бескрайним просторам восьми королевств.
– Откуда ты знаешь куда нам нужно идти и в какую сторону? – задал вопрос за меня Афалеон.
Уоррен улыбнулся.
– Когда я обучался в академии бардов, мы изучали карты всех восьми королевств, поэтому мне нужна карта, чтобы знать где мы или куда направляемся, – кротко ответил тот.
Я тоже улыбнулась, поняв, что ему можно доверить все путешествие. Это успокаивало лишь немного. Рана от смерти Мары ещё говорила о себе, когда я смотрела на мешок со своими вещами.
С этим мешком обычно я и моя мама отправлялись по утру на ближайшую реку стирать белье и возвращались с мокрым мешком одежды. Он до сих пор пах настоем мамы, который она делала, чтобы вещи носились долго до следующей стирки. Запах был смешанным: между ромашками и пижмой.
Ещё несколько минут мы ехали тихо, но вскоре Уоррен решил напеть мелодию, которая то убаюкивала, то заставляла улыбнуться и вселяла надежду.
– Какая прекрасная мелодия, – заметила я.
– В академии бардов ее учат ещё на первом году. Она является эталоном голоса. Это некая магия: с помощью неё можно уединиться с природой.
Я пыталась про себя напеть эту мелодию, чтобы запомнить и попробовать спеть ее в тишине без посторонних глаз.
– Попробуй ее спеть, – вдруг сказал Афалеон.
Я прекратила подвывание внутри себя и посмотрела на него с грозным видом, но в этот же момент покраснела.
Он впервые за эту поездку улыбнулся, а это значит, что обстановка не совсем безнадёжная.
– Я похожа на барда? – изогнула я бровями.
– Если тебе выдать шелковое платье и дать ноты с текстом, то ты не будешь сильно отличаться от девиц, поющих в хоре. Если только сзади тебя не будет подвывать дракон.
Я и Уоррен рассмеялись.
– Это было колкое замечание, мой принц. Но обещаю, что не стану петь эту песню без вашего бархатного участия в ней, – ответила я.
Я не совсем поняла было ли это оскорбление или же комплимент его приятному голосу. На самом деле голос был приятный, но я знаю этого человека не первый день и сразу могу понять, что ничего хорошего от него ожидать не стоит.
Он улыбнулся мне в ответ вместо каких-то ещё колкостей и мы продолжили свой путь под мелодию, которую напевал Уоррен.
Вскоре мы оказались на опушке леса, за которой следовало поле и каменная дорога, которая оказалась земляной.
– Давно здесь не было дождя, – сказала я.
– Здесь его не бывает, это самое начало Драконьего Предела, – заметил Уоррен.
Местность напоминала простое поле, с которого собрали урожай и не поливали почву несколько недель из-за ненадобности. Однако хруст от подошв сапогов возвращал меня в реальность и я чувствовала некую тревогу внутри меня.
Афалеон шёл впереди меня, осматривая все вокруг.
– Я думала, принц должен был видеть все будущие свои владения, разве нет? – колко заметила я.
Афалеон ещё раз посмотрел вокруг, а потом обратил свой взор ко мне.
– Драконьего Предела нет на картах восьми королевств, – ответил он и я сразу убрала улыбку с лица.
Если этой территории нет на карте восьми королевств, это говорит только об одном. Мы на чужих землях. Тех самых, на которых король Эрик сражается, как говорили, с неприятелем. Но что это был за неприятель?
– Получается, мы даже не в пределах ни одного королевства, – вымолвила я и снова осмотрела почву под ногами, которая буквально кричала о желании выпить воды.
– Драконий Предел является пустой зоной. Здесь нет жизни, как таковой. Только на окраине прорастают деревья, дальше будет только сухая земля и разрушенная крепость, – заметил Уоррен.
Сначала я подумала, что ослышалась, но нет. Он сказал разрушенная крепость. Это означало, что раньше, как минимум, земли принадлежали одному из королевств. А теперь здесь разруха, пустошь и безмолвие.
Солнце подходило ближе к горизонту, предвещая неописуемый закат. Жара спала моментально, хоть мы и не ощущали ее в стенах плотного сырого леса.
Впереди была пустота, лишь вдали виднелась скромная постройка из камня, над которой развивался рваный выцветший флаг.
Подойдя ближе, я поняла, что это крепость, в которой и таилась та самая библиотека. В том, что дубликат книги там есть, я не сомневалась, ведь сюда не суётся ни один человек, даже королевская семья здесь не была со времён уничтожения драконов.
Вокруг крепости были разбросаны гигантские кости. Это останки от былых существ, драконов. Черепов было не сосчитать. Из каждого виднелись маленькие рожки, которые торчали изо лба.
Я даже успела наступить на мелкий скелет маленького дракона. Видно он только появился на свет, а его убили только из-за того, кто он такой. Как же мы с ними похожи.
– Я слышал легенды об этом месте, но думал, что оно находится намного дальше, – сказал принц.
Я видела, как он был поражен и напуган от увиденного.
Его глаза словно кричали о присутствии страха где-то в глубине его души, а полуоткрытые пухлые губы говорили о том, что принц шокирован увиденным.
– Я предлагаю разделиться: я пойду и поищу не появилось ли какие-то движение или намёк на возникновение нового дракона, а ты с Афалеоном отыщите библиотеку, – сказал мясник и отправился от крепости дальше.
Неловкая пауза и мы зашли в крепость, в которой не было людей уже несколько столетий. На углах не было паутины, потому что даже пауки обходили это место стороной. Была лишь пыль и сажа, оставшаяся от времён драконов.
– Может, ты поищешь в левом крыле, а я в правом? Так наши поиски пройдут в два раза быстрее, – предложил принц.
Я быстро кивнула и скрылась в Лёвом крыле крепости.
Именно там начинались бесконечные коридоры, ведущие в неизвестность. Факелы на стенах не горели уже многие века, но свет в крепости пока что присутствовал за счёт множества окон в ней.
Стекла в окнах давно были выбиты, поэтому по всей крепости гуляли сквозняки, пугающие своим завыванием. Но не меня. Именно так я и представляла своё пение, поэтому мне было вполне комфортно слушать такие звуки, даже в одиночестве.
Сменив ещё три коридора я уперлась в дверь. Она была изрезана буквами, которые я не способна была прочесть. Дверь хорошо сохранилась, даже не потрескалась, будто было совсем новая, но в пыли.
Подобно маленькому ребёнку, который ищет сладкое, я отворила дверь, чтобы узнать, что за ней скрывается. Внутри находился большой зал. Правда его размеры были скромнее крепости в Видеранте, но по красоте не уступали.