Мадагаскарский дневник. В поисках счастья за океанами

13 октября 2013

Я проснулась без 10 шесть… Никого не было. «Возможно они поехали за мотоциклом для меня?» – подумала я, (мы говорили накануне, что поездка откладывается из-за того, что обычно Алие и Сиси едут на одном мотоцикле вдвоем).

Но мама Сиси с неизменной улыбкой объяснила, что приехал Джек, и Алие скрылся ночью, и сейчас она не знает, кто из них где…

Обед здесь – это стая мух настолько обалдевших от количества еды, которое их окружает, что они врезаются друг в друга, в еду, тонут в воде… Индюк и курица ходят по двору и все время норовят попасть в дом, через открытые настежь двери, но что-то им мешает (видимо воспитание).

И вот я осталась одна, мама Сиси уехала готовить что-то для церкви, Камила думает, что я в Фуль-Поинт. А что бы вы сделали оставшись на Мадагаскаре в полном одиночестве? Я решила пойти гулять.

«It’s all about the money8» – эта песня звучит у меня в голове.

* * *

Дом, который нарисовал Джек

Джек, это тот самый загадочный жених Сиси, которого никто никогда не видел. Жених, на деньги которого была построена вилла Сиси, и на деньги которого она живет с Алие и всей своей семьей. Кто же этот таинственный благодетель?

Джек оказался не просто старше Сиси, как я предполагала, а намного намного старше, наверное вдвое старше ее матери. Седовласый, но при этом крепкий высокий мужчина. Он все время шутил и говорил, что не чувствует себя на свой возраст, а отнюдь, полон жизни и энергичен. Он австралиец, архитектор и строитель, он когда-то работал на Мадагаскаре три года, строя дома для экспроприатов, приезжающих работать в западных компаниях. И в это время они познакомились с Сиси, когда она была юной девушкой и работала в ночном клубе Пандора.

Мы сидим в ресторане на открытой террасе, Сиси не прекращает говорить по телефону по рабочим делам, а Джек, не останавливаясь, рассказывает мне о том, как решил помогать Сиси и построил для нее дом. Хотя, по правде говоря, он его только нарисовал, потому что вскоре он уехал строить дома в Мавританию, где продолжает работать и до сих пор. Но каждый месяц после его отъезда, Сиси имела повод посетить банк и обналичить свой счет. На эти деньги она жила здесь как королева, а так же построила дом, который нарисовал Джек, для всей своей семьи, что заняло не мало времени и сил. Джек уехал, но каждый день они общались по телефону и скайпу ни по одному часу, (как это мне знакомо). И теперь, спустя два года Джек решил наведаться к своей возлюбленной, сделав ей сюрприз.

Он много говорит про местных людей, про то, что они тепло принимают любого человека, не важно откуда ты приехал, какой ты рассы и сколько тебе лет. Он нелестно отзывается об иностранцах, приезжающих вести себя здесь, словно колонизаторы, обращаясь с местными людьми как с рабами, и во всем производит впечатление хорошего человека. Портит впечатление только две вещи: то, что он постоянно бранится, и то, что он слишком стар для Сиси… Но глядя на нее невозможно заметить и тени недовольства или дискомфорта, она смотрит не него с нежностью и уважением, так, как девочки смотрят на своих отцов.

* * *

Позже мы оставили Джека встречаться со своими старыми друзьями и поехали вдвоем к Кати. Не сразу Сиси показала свои настоящие эмоции. Сначала мы обсуждали с Сиси возможности бизнеса, нарисованного на салфетке, она много выпила, и наконец расстроилась. В перерывах между нашими разговорами, показался единственный постоялец – пожилой француз, который, начав с незатейливой беседы со мной, сначала опустил мою самооценку, дав мне 28 лет на вид и затем поднял ее, сказав что у меня отличный французский. Как ни странно, и я его отлично понимала, в отличии от неловких опытов общения с французами в Париже. Когда беседа начала перерастать во что-то похожее на флирт, я поспешила сбежать от него.

Приехал Алие, и забрал Сиси, а я осталась с Кати. После ее смены я поехала к ней домой. Ее домик в «трущобах» был на удивление милым и уютным: спальня на втором этаже, кожаные диваны, велотренажер в холе… Затем мы поехали в ресторан «Терраса», там сидели одни белые старперы с молоденькими малагасийскими. Мы заказали поесть в ожидании, что Сиси присоединится к нам. Но она не отвечала Кати и не показывалась. В конце концов Сиси вышла из соседнего ресторана, Алие ждал нас у выхода, потому что Сиси сказала ему отвезти нас с Кати домой. Невозможно было найти в эту ночь зрелища печальнее, чем Алие, прилегшего на свой мотоцикл словно брошенный щенок. Он был жалок и беспомощен. Мы сели втроем на байк, прижавшись друг к дружке. Я была посередине, но это не мешало Кати и Алие громко разговаривать всю дорогу на своем языке. Но то, что они обсуждали можно было понять без переводчика.

Мы высадили Кати у ее дома. Но она ушла не сразу, еще полчаса или больше они не могли закончить этот диалог полный отчаяния. По дороге обратно Алие решил продолжить разговор со мной уже на английском. Он рассказал, что они ругались с Сиси, она грозилась сброситься с моста, «побила» его, а сама так и не знает чего хочет. Я приехала домой, Алие еще долго разговаривал с мамой Сиси. Я из своей комнаты слышала как она неизменно смеялась и улыбалась.

14 октября 2013

Мышь в посудной лавке

На следующий день с утра мы были с Камилой и Мишелей на пляже, Мишеля учила меня делать колесо на песке. Тут на пляже появилась Сиси в сопровождении Джека, и в эту же минуту Камила испарилась. Парочка спросила меня о том, какие у меня планы на ланч и я обещала к ним присоединиться попозже. Сама осталась ненадолго с Мишелей разрушать линию песка, намытую волнами, в пытках сделать колесо.

Я нашла сладкую парочку вскоре неподалеку на пляже. Пообедала с ними в ресторане. Они были такие медленные, казалось Джек вот-вот уснет. Так и случилось, после обеда они отправились спать. Я вернулась к Камиле, и мы пошли в сибер9, где Камила общалась по скайпу со своим женихом. Когда он увидел меня, он странно отреагировал: я сказала ему «бонжур» раз пять, он ответил только «c’est qui?10»

Потом мы были на набережной, потом я вернулась домой. Я не хотела больше есть, ограничилась только парой манго. Ночью меня разбудило шуршание то ли на столе, то ли на комоде. Я зажгла свечу и с опаской стала исследовать взглядом комнату. Но когда я пошла на кухню за второй свечей, мама Сиси возникла из ниоткуда. Мы искали мышь час или больше, нашли только средних размеров таракана, и я спокойно легла, оставив гореть огарок свечи. Но не прошло и минуты, как шуршание возобновилось. Мама Сиси уже была в дверях. После новой ревизии, я решила все таки уснуть, не обращая внимания на шум. На прощание мама Сиси сказала «il faut prier»11 – и, смеясь, скрылась.

15 октября 2013

Утром Камила позвонила и сказала:

– Твой отец тут, срочно приезжай!

Я в этот момент уже доедала свой манго. Вскочила и приехала к ней на тук-туке, но там уже никого не было. Отец уехал. Камила сказала, что он не мог долго ждать.

Полдня я провела с ней, случая о том, какой у нее прекрасный жених, как много денег он ей шлет. После обеда у нее дома мы отправились в банк, так как жених сделал новый перевод. Тут у меня заболел живот и под этим предлогом я с радостью ее покинула.

Вечером я встретилась с Кати, она сообщила что рассталась со своим молодым человеком.

Такие же новости на этой неделе я получила от Алексы, выйдя в интернет. А так же новость о том, что одна из моих самых близких подруг в Питере в больнице с внематочной беременностью… Я слишком сосредоточилась на себе, даже была не в курсе этого, а еще забыла поздравить двух не менее близких подруг с Днем Рождения…

Кати сказала мне, когда мы отправились прогуляться на набережную, то же что и все женщины, расставаясь с мужчинами: «Я так боюсь остаться одна».

Но тем не менее, когда я спросила о ее планах на ближайший год, она сказала, что разочаровалась в любви. Любовь – это только страдания для нее и, если она и найдет парня, то только для того, чтобы завести ребенка.

На что я ей ответила:

«Никогда не стоит терять надежду и настоящая любовь найдет тебя, если ты веришь в то, что достойна ее получить, нужно лишь подождать, потому что желания и мечты не исполняется в ту же секунду. И если ты ждешь исполнения своей мечты, не переставай в это верить, не стоит опускать руки на пол-пути, ведь, возможно прямо за поворотом тебя ждет твое счастье…

А главное, не стоит бояться быть одной, как я сейчас, вроде бы я одна, но я никогда не чувствую себя совсем одной, я всегда чувствую присутствие оберегающих меня сил. Потому что, даже на протяжении этого путешествия мне встретилось столько хороших людей! Все они встречаются мне по дороге, чтобы помочь, защитить или просто составить кампанию, даже сейчас – я прогуливаюсь с тобой!» – сказала я ей. Я начала на французском, но продолжить мысль было проще на английском, Кати соглашалась, и было очевидно, что в этот момент между нами не было больше никакого барьера.

* * *

Еще одну ночь я воевала с непрошеными гостями: два таракана, один размером с большой палец руки, прыгучий, другой поменьше. Мама Сиси давила их прямо голыми ногами. Селин была рядом со шваброй. Но как только они ушли, снова появился шум за комодом. Мы там облазили все, но ничего не нашли, и я снова решила спать с шумом. Но через несколько часов, а может и через полчаса, ночью не разберешь, сколько времени прошло, в доме уже было совсем тихо, и я услышала шум с кухни. Такой, как будто там был маленький «слон в посудиной лавке» – он гремел тарелками и приборами, переворачивал все, но… Тихонько, так тихо что мне пришлось напрягаться чтобы понять, в нашем доме это происходит или в соседнем.. Идти туда одной было слишком страшно, и я убедила себя, что если бы это был человек, он либо не шумел бы вовсе, либо шумел так, как шумит человек. На мышь это тоже не похоже, они обычно более осторожны с посудой. Скорее всего это птицы, да, точно это они! Там же снаружи Селин моет посуду в тазиках, они скорее всего ищут себе другое место для сна, и по неосторожности задели эти тазы! Но грохот, последовавший за этим чуть ли не заставил меня вскочить с кровати.

«Так,» – убеждала я себя – «Мама Сиси же сказала, что мыши по ночам делают много шума. Мало ли, что они там могут натворить в попытках достать еду…» И так я все-таки уснула.

16 октября 2013

С утра я пошла к океану. Вдоль всего берега, сразу где заканчивается пляж и начинается зелень, раскинуты осколки каменных глыб. Неподалеку череда Морских деревьев с их роскошной кроной и широкими листьями, напомнившими мне листья каштанов в парке у моего дома в Санкт-Петербурге… Под сенью этих деревьев, и вообще всего, что отбрасывает тень, всегда сидят влюбленные парочки, рабочие, решившие по-видимому сделать перерыв, таксисты, примчавшиеся буквально на пять минут, бросившие неподалеку свои тук-туки, и рыбаки… Сегодня нас тут не так много: француз на пробежке, велосипедист, я, в приятной прохладе тени, обдуваемая морским бризом и… Гусеница! Пушистое коричневое чудо свалилось на меня с дерева. Я вскочила, принимаясь стряхивать насекомое, так и норовящее попасть в складки одежды…

После обеда я пошла к Кати в отель. он совсем рядом, это все что я помнила, и я вышла на дорогу…

Все проезжающие и проходящие мимо люди что-то говорили мне в след.

Вечером когда Кати закончила работу мы наведались в Альянс франсез – образовательный центр для местных и иностранцев. И пока мы ехали на пус-пусе, погода начала сгущать краски. Кати была в элегантном платье, я в юбке и кардигане, но замерзла быстрее, на моей коже выступили крупные мурашки, но стоило пусу, насквозь продуваемому ветром, повернуть за угол, нас чуть не сдуло и Кати буквально заплакала от холода.

В Альянс Франсез предложили курсы Малагасийского за 20 000 арьар – и того… Около 100€ за 20 часов занятий. Кати пришла в ужас и сказала, что лучше сама обучит меня языку.

Вечером я пришла ужинать домой. Мама Сиси была не так весела как обычно, я спросила:

– ça va?12

– Un peut13 – она ответила, что очень устала в школе и хотела спать, но дождалась ужина, во время которого говорила мне как все называется на малагасийском, похоже здесь все рады меня обучить…)

Сиси приехала с Алие, они были в прекрасном расположении духа, но на ужин не остались, так как в отеле Сиси ждал Джек, который отравился и лежал больной. Я рассказала про альянс франсез и Алие нашел тут же знакомого, готового обучить меня за 100 000 в месяц. Он протянул мне трубку, с Лидже на другом конце провода. Лидже прекрасно говорит по-французски и английски, мы договорились на завтра после полудня. После ужина мне хотелось пройтись, но мама Сиси сказала, что одной идти нельзя, но она с удовольствием составит мне компанию завтра… В 4:30 утра… Я подумала что она шутит.

17 октября 2013

Ночь была спокойной, никакого шума, у себя в комнате я предварительно сделала дезинсекцию…

Мне снился сон, что Камила у меня в гостях, в Санкт-Петербурге и мы собираемся вечером или почти ночью выйти куда-то. Ей звонит ее бойфренд, он хочет встретить нас на месте, он явно с трудом терпит наши долгие сборы, Камила очень волнуется, и я нервничаю. Но сборы затягиваются из-за всяких мелочей, в конце концов, мы садимся в машину, отъезжаем и я вскрикиваю «блииин, я забыла кое что, подожди меня я сейчас приду, выбегаю из машины и возвращаюсь домой, по дороге я встречаю свою бабушку. На улице уже весьма темно и прохладно, мы вместе возвращаемся но на пол-пути она говорит что нужно и маму подождать, она на автобусной остановке, совсем недалеко, в поле зрения. Мы находим ее на остановке с телефоном, в руках, она кого-то пристально высматривает и ждет, но я ворчу что уже довольно поздно, и мы все возвращаемся домой. Все это время я понимаю что Камила ждет, но дома находится то одно, то другое дело. Наконец, я выбегаю готовая, начинаю искать машину, но не помню, где я ее оставила! Когда я наконец нахожу ее, Камила внутри, вся в слезах, и я понимаю что она заставила бойфренда ждать слишком долго, а может он уже вообще уехал, я без слов пытаюсь ее успокоить, в этот момент она выглядит беззащитным ребенком.

Я проснулась аккурат в 4:30, и тихонько пробралась в туалет, свечка мне не понадобилась, так как к моему удивлению, на улице было уже светало.

– Ты готова? – это была мама Сиси, она уже стояла в дверях, в футболке, цветастых бриджах, кепке и босиком, этим утром она не улыбалась, ее голос звучал серьезно и по-учительски требовательно, (к тому же она перешла на «вы» впервые): пожалуйста, если вы готовы, выходим, если хотите.

«Я уснула в 10, следовательно проспала 6 с половиной часов, – не смертельно, если не посплю еще пару часов», подумала я и стала искать в потемках одежду, даже с неким энтузиазмом.

– Вы готовы?

– Выхожу – ее голос заставил меня ускориться, я напялила брюки и кофту и шлепки и вышла на улицу, мама Сиси была уже снаружи, при виде меня она сразу начала бежать, я рванула следом. Через узкие улочки, на шоссе, в этот час не было ни души, но уже слышно как просыпается Таматав,

– На право или на лево?

– На право.

– На берег моря?

– Да.

Вскоре я поняла, как права была мама Сиси что побежала босиком, я вынуждена была бежать держа свою обувь в руках, что не очень-то удобно… Мы были не одиноки на пляже, в этот час на удивление много местного народу совершало утреннюю гимнастику и пробежку, хотя их «пробежки» были куда серьезнее нашей. Так мы бежали еще метров 500 вдоль берега океана, мама Сиси при этом подключила вращение руками и разминку, наконец мы остановились неподалеку от группы подростков, всерьез делавших упражнения, стоя, лежа, приседы, пока мы по-дилетантски потягивались, наконец, лежа они принялись качать пресс.

– Все, мне пора возвращаться, чтобы успеть в школу, сказала мама Сиси;

На полпути к дому нас застал церковный звон.

– 5:30 утра!

По пути мы купили несколько манго на завтрак.

По прибытии домой, я чувствовала себя бодро и свежо, с аппетитом позавтракала манго, вернулась в свою комнату и… Вырубилась до 10 утра.

Днем на базаре я встретила пару русских людей, они говорили по-русски, правда их речь наводит на сомнения, возможно они с Молдовы или Украины… Не стала им ничего говорить, лишь проводила взглядом, потому что знала, что рано или поздно я их снова встречу если захочу.

После обеда я собралась с духом написать своему преподавателю:

«Добрый день, это Клерет, в котором часу вы свободны чтобы позаниматься?»

Он перезвонил тут же. Оказывается, он был уже в пути и хотел уточнить адрес. Я быстро передала трубку маме Сиси, которая, оказывается, была еще даже не в курсе всего. И так мы пошли вдвоем встречать его на мост, несколько минут ожидания тянулись невообразимо долго: какой он мой преподаватель? Молодой или старый? Охоч за деньгами или нет? Приедет на машине или на такси? А может на тук-туке, или на пус-пусе?

Это оказался молодой мускулистый, очень мускулистый мужчина на мотоцикле, вернее на мопеде. Он был огромен для своего мопеда. Мы поздоровались и пошли по узким улочкам к дому, он последовал на мопеде за нами, разбрасывая по дороге улыбки и приветствия местным девушкам.

Мы расположились в салоне, видно было что он очень нервничает, но хорошо держит себя в руках, сохраняя презентабельный вид.

– Чтобы быть честным, я не преподаю малагасийский – начал он по-английски. Его английский был великолепен, с совершённым калифорнийским акцентом – я гид, я работал вот с этим парнем из Америки: – и он разложил передо мной стопку фотографий, поясняя чем они занимались. На фотографиях было много людей, малагасийцы и иностранцы, в походе, на улицах Таматав, и на одной фотографии в бунгало, где парень из Америки сидел, окруженный компьютерами на полу и широко улыбался в камеру, перед ним сидел Лидже и улыбался еще шире.

– Вот так он изучал малагасийский – пояснил Лидже, – он слушал, записывал голос и затем записывал перевод. Результатом стало это: – он показал мне скрепленную стопку бумаг формата А4, – это было что-то вроде сборника упражнений, какие мы когда-то делали в лицее, когда мне было 5 лет, изучая английский: замените слова с ошибкой, встаньте правильный вариант… Первым делом нужно сделать ксерокопию всего этого – именно так мы и занимались в детстве, никто не покупал учебники, мы делали ксерокопии, к тому же находили из родителей одну или двух мам, способных сделать ксерокопии для всей группы бесплатно у себя на работе.

«Окей» – говорила я на все, что-то другое говорить при Лидже я просто не могла с моим английским.

Мой новый учитель оказался не только любителем американской культуры, но и знаменитым актером. Даже мама Сиси не сразу, но признала его. Он появлялся в нескольких фильмах на местном телевидении и гастролировал со своим стендап-шоу. Вот оказывается почему все девушки по дороге говорили: «Привет, Лидже». Он местный мачо и плейбой. Крупный для малагасийца, мускулистый и очень артистичный.

Наконец мы начали заниматься. Мы изучили приветствия и некоторые стандартные фразы, Лидже объяснял подробно и доходчиво, повторяя все по несколько раз. Когда он говорил по-английски, его голос был низкий, спокойный и уверенный, интонации ровные, как у коренного американца, как только он переходил на местный диалект, его голос становился фальцетом, приобретая множество напевных интонаций, прибавляя после каждой фразы долгое «э» с повышением интонации и широкой улыбкой, и это выглядело очень забавно, как будто два человека были в нем одном.

– Мы, малагасийцы очень бедные, и мы отвечаем на приветствия «Добрый день, как дела?» «Mbola tsara», что дословно означает still good, – все равно хорошо, несмотря на жизненные невзгоды. Я смотрела на него как на шоумена, кивая и говоря «okay, I see», то и дело. В конце он да мне время все записать и повторить, потом, бросив взгляд на часы, он молниеносно собрался и ретировался так же стильно, как и появился в этом доме.

– До воскресения!

Париж

Сентябрь 2013