По лепесткам сакуры
- -
- 100%
- +
Метро в Киото сравнительно новое. Дизайн станций скромный. После всей этой вычурной исторической экзотики на поверхности глаз отдыхает на полированном металле и строгих линиях.
Я обдумывал предложение Мэй; уж очень отдавало оно дешевым кинобоевиком… И все же идея была соблазнительной. Можно было попытаться разом покончить с затеей Орлова. Скажем, если затопить судно на рейде, открыв кингстоны. В крайнем случае жертвами станут четыре десятка подонков, по которым тюрьма плачет, если не хуже.
Все это было не так-то просто. В том числе и в моральном смысле. В любом случае требуется разрешение Центра. Однако чтобы его запрашивать, план нужно разработать в мельчайших подробностях. Как мы попадем на судно? Варианты отхода? Кто нас прикроет, если все пойдет не как надо? «Цусима-мару» наверняка охраняется. Если я возьму ствол, у меня его обязательно отберут при обыске. Конечно, мы с Мэй умеем драться и без оружия, но, если у охраны «калаши» или американские «М-16» либо израильские «Узи», нам ни карате, ни джиу-джитсу не помогут, потому что реальная операция – это не кино…
Я что, уже готов согласиться на такой дикий план? Надо выбросить всю эту чушь из головы! По крайней мере, пока не встречусь с информатором. Эх, как мне не хватает сейчас Мотьки – вот бы с кем посоветоваться… Как же он не уберегся? Знал же, с каким подонком имеет дело! Впрочем, а кто бы уберегся – один, против целой банды? Последнюю пулю в Орлова всажу от имени Матвея Александровича Кислицына, пусть земля ему будет пухом.
Объявили станцию «Китаяма». Я вышел на платформу, поднялся по эскалатору. Наверху поток пассажиров разделялся: местные разбредались по домам и магазинам, туристы спешили узреть здешние достопримечательности – храмы Камигамо и Кинкаку-дзи. Самый жидкий людской ручеек направлялся к ботаническому саду. Для посетителей сад работает до пяти вечера, а пускать перестают и того раньше. Много ли за пару часов успеешь осмотреть, даже при всем желании? Ведь территория этого красивейшего места огромна! Я после встречи с информатором и сам с удовольствием погуляю до закрытия: в таком месте хорошо думается.
Я пришел вовремя, но Ишимы у входа не было. Опаздывает? И позвонить нельзя: не знаю его номера. Придется ждать, и лучше зайти внутрь ограды, чтобы не торчать на улице у всех на виду… Минуты шли, а информатор не появлялся. Несколько раз мне казалось, что среди японцев, которые проходили мимо, я вижу Ишиму – все-таки молодых очкариков, одетых как среднестатистический клерк, в городе хватало, – но каждый раз это был не тот, кого я ждал. Видимо, с ним что-то случилось. Я постановил себе прождать в общей сложности час и возвращаться в гостиницу; теперь уже не до прогулок…
Случайно посмотрев под ноги, я увидел лепестки на дорожке. В ботаническом саду обычное вроде зрелище, вот только это опять были розовые лепестки цветущих плодовых деревьев, которые называют в Японии «сакура», объединяя сразу несколько видов растений, а осень – неподходящее для цветения время…
Лепестки не валялись где попало, а узенькой полоской уходили в глубь сада. Они словно на что-то указывали или заманивали куда-то. И хотя это было довольно глупо, я пошел по следу. Видимо, придется привыкать к мистическим совпадениям и галлюцинациям, что сопровождают мое несентиментальное паломничество в Страну восходящего солнца.
Глава шестая
Сбор информации
Лепестки вились прихотливыми петлями, заманивая меня в глубь ботанического сада. Я понимал, что это может оказаться ловушкой… Шрам, оставшийся от давно зажившей раны на щеке, вдруг заныл… И тем не менее я продолжал шагать вдоль розового пунктира, оставаясь начеку. Нельзя поддаваться кажущейся безмятежности осеннего дня, позволить заворожить себя красоте этого чудесного места. Легко быть готовым к любой неожиданности, когда вокруг тебя грязь и мерзость запустения, но красота расслабляет, настраивает на благодушный лад.
Я не поддался и правильно сделал, потому что, дойдя до пышных зарослей рододендрона, едва не споткнулся о ноги, торчащие из-под кустов. Аккуратно разведя ветки, я увидел бледное лицо своего информатора, открытые глаза и… перерезанную глотку. Сомнений не было: это почерк якудза, ну или тех, кто хочет, чтобы подозрение пало на нее. Я мысленно попрощался с Ишимой – большего для него сделать не мог, – затем неспешным шагом праздного гайдзина двинулся к выходу. И вдруг налетел ветер, взметнув лепестки сакуры и словно растворив их в себе – ни одного розового пятнышка не осталось на дорожке.
Несколько раз я останавливался возле разных растений, наклонялся к табличкам, будто читая их, и, выпрямляясь, рассеянно озирался. «Хвоста» за мною не было, и я очень надеялся, что камеры видеонаблюдения не установлены здесь на каждом шагу: оказаться среди подозреваемых в убийстве молодого японца, совершенном в ботаническом саду города Киото, мне не хотелось. Вмешательство полиции в наши дела будет, мягко говоря, излишним. Достаточно того, что за мною скоро начнут охоту люди Орлова; вернее, уже начали. Васи действует в японской традиции, будь она проклята… Убив информатора, он оставил предупреждение мне. Ну или не мне, а абстрактному человеку из Центра, если преданные Орлову люди пока еще не установили мою личность.
Как ни бесчеловечно это звучит, но в убийстве Ишимы есть и положительный момент. Враг нервничает и уже совершает ошибки: убивать информатора, не выяснив, с кем он встречался и о чем успел рассказать, глупо и непрофессионально. А в том, что несчастного Ишиму убили, не задав ему ни одного вопроса, сомнений нет. Ботанический сад, может, и подходит для ликвидации, но явно не для пыток.
Я неспешно покинул это чудесное место, оскверненное пролитием человеческой крови, и двинулся к стоянке такси. Нельзя возвращаться в отель на метро: возможных преследователей следует поводить за нос, а потом и вовсе сделать так, чтобы они меня потеряли. Таксисту я назвал первый пришедший на ум адрес. Парень оказался хитрованом, решил нагреть руки на наивном гайдзине, который плохо знает город, а потому не подозревает, что шофер намеренно петляет по одним и тем же улицам, чтобы накрутить сумму на счетчике. Бедолаге и в голову не приходило, насколько я ему благодарен за это – впрочем, по чаевым, что я ему дал, наверное, догадался.
Я вышел в районе города, который обычно не посещают туристы, поплутал по улочкам, стараясь обнаружить слежку, если таковая имелась, но ее не было. И все-таки на всякий случай взял еще такси и поехал на противоположный край Киото, там еще побродил; «хвоста» вроде не было – я не заметил ни одной подозрительной машины или человека. Только тогда я вернулся к «Сакуре» на обычном пассажирском транспорте. Не заходя в свой ваки-хонжин, засел в баре напротив: во-первых, немного выпить мне не мешало, а во-вторых, надо было понаблюдать за гостиницей.
Мои скитания по городу заняли все оставшееся светлое время суток, так что бар я покинул, когда уже стемнело. Сюрприз ожидал в вестибюле: весь пол оказался усеян все теми же розовыми лепестками, а три женщины, включая хозяйку, собирали их пылесосами. Интересные у меня галлюцинации, мало того что их видят и другие люди, так они еще случаются и в мое отсутствие. Как тут не поверить в то, что шрам у меня от лезвия призрачной катаны… И вообще, что это со мною творится? Может, и впрямь по возвращении в Россию показаться мозгоправу? По крайней мере, спишут подчистую, и никакие полковники даже не пикнут: психически неустойчивый агент опаснее агента-предателя.
Увидев меня, Химари-сан выключила пылесос, кивнула уборщицам, дескать, заканчивайте, и подошла ко мне. Не из вежливости. Отведя меня в сторонку, проникновенно прошептала:
– К вам приходила гостья.
– Кто такая?
– Она не назвала своего имени. Очень красивая девушка. Просила предупредить вас.
– О чем?
– О том, что вам грозит опасность. Она предлагает вам срочно вернуться в Россию.
– Она как-то это мотивировала?
– Не успела… Такой ветер поднялся, настоящая буря! Двери распахнулись, и… теперь у нас все в лепестках… Их, наверное, миллион. Уже третий час вычищаем.
– А девушка?
– Ушла, видимо. По крайней мере, никто из персонала ее больше не видел. Мне только почудилось… – Химари-сан осеклась.
– Что именно?
– Мне кажется, я услышала ее голос, когда мы пытались закрыть двери. И она сказала: «Не убирайте лепестки, будет беда!»
– И все-таки вы убрали?
– Вы не видели, что здесь творилось, – вздохнула хозяйка. – А у меня постояльцы…
– Благодарю вас! – поклонился я. – Пришлите мне в номер ужин, на свой вкус. И еще… Мне нужен ноутбук с защищенным доступом в Интернет.
– Все будет сделано, господин.
Я поднялся в номер, разделся и залез под душ. Так увлекся мытьем, что не слышал, как принесли заказанное. Впрочем, Химари-сан можно доверять – чужак бы сюда беспрепятственно не проник. На столе увидел аккуратно расставленные тарелки и разложенные приборы. Я прекрасно управлялся с палочками, но из уважения к привычкам моего народа вместе с ними принесли и обыкновенную вилку. Я неторопливо поел, поглядывая на коробку, что лежала на другом конце стола. Надо было сообразить, с чего начать: работа разведчика состоит в сборе данных, и отнюдь не всегда запертых за семью печатями.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.