- -
- 100%
- +
Глава 1.
Черная амазонка
Тоскливое осеннее небо над Валмиром в очередной раз посыпало мелким дождем. Прохожие на улицах торопливо поднимали капюшоны плащей и старались побыстрее скрыться в домах или тавернах. Но среди этой суеты был один человек, который никуда не торопился. Высокая стройная темноволосая девушка шла, слегка ссутулившись, с непокрытой головой и водопад черных с синеватым отливом волос спускался на плечи. В волосах как маленькие бриллианты блестели капельки воды, девушка то и дело отбрасывала с лица мокрые пряди и тогда становился виден тонкий белый шрам, наискосок прочертивший щеку. Одежда ее состояла из лифа, короткой юбки серо-стального цвета, высоких сапог со шнуровкой и темного плаща, наброшенного на плечи. К поясу были пристегнуты меч с одной стороны, кинжал с другой. Девушку звали Холин, и занята она была такими же хмурыми мыслями, как и мир вокруг.
Дождь заметно прибавил, воительница, словно наконец обратив на него внимание, накинула капюшон, свернула в узкий переулок, тут же оказавшись по щиколотку в грязи и прибавила, насколько это было возможно, шагу. Перед ней расстилался целый лабиринт запутанных улочек, своей сетью опутавший порт, но Холин прекрасно ориентировалась в этом хаосе, и через некоторое время оказалась перед покосившимся двухэтажным домом, по бокам опирающийся на такие же развалюхи. Войдя, она пересекла пыльный холл, поднялась по скрипучей лестнице, немного прошла по коридору, остановилась перед когда-то белой, а сейчас безнадежно заляпанной дверью, повернула ключ в замке. Оказавшись внутри, Холин скинула промокший плащ и зажгла свечу, осветившую ее жилище. Комната прямоугольной формы двадцать на десять футов с единственным окном была опрятна и чиста, но очень скудно обставлена. Всю обстановку составляли кровать стол, стул и пара полок. На столе помимо свечи стояли початая бутылка вина, стакан, лежали трубка и кисет с табаком. Холин отодвинула стул, плеснула в стакан вина, набила трубку табаком, не спеша раскурила ее и села, закинув ноги в грязных сапогах на стол. Прихлебывая весьма отвратительное вино, она вновь погрузилась в размышления.
Собственно, то что волновало ее, сводилось к двум вечным как мир, вопросам. Первым, естественно были деньги, точнее их отсутствие. В карманах амазонки оставался один немокский полупистоль, то есть 12 эльтарских ливров, половину из которых нужно было отдать за комнату. Денежный вопрос легко было решить в одном из многочисленных и неизменно темных портовых переулков, где нож и пара слов отлично развязывали кошельки, но воительница никогда не опустилась бы до грабежа. О том, чтобы зарабатывать служанкой, посудомойкой либо другими подобными профессиями не могло быть и речи. Оставалось наняться в охрану на корабль или в сухопутную поездку, к тому же амазонок ценили за их преданность, стойкость, умение и отвагу в бою. Но здесь в полный рост вставал другой немаловажный вопрос. Она была черной амазонкой, одной из немногих оставшихся в живых и разбросанных по свету после поражения Темной Госпожи в Битве Семи Бурь. И она была одинока, безумно до хрипоты, до отчаяния одинока. Черных амазонок нещадно преследовали и без жалости расправлялись. Особенно в этом преуспели Стражи Мира – восточные амазонки. Конечно черных воительниц от других не отличить непосвященному, но Стражи Мира умели это делать с легкостью. А чувствовать себя зверем, на которого в любой момент может быть объявлена охота очень неприятно. Постоянно ждать обвиняющего выкрика в спину, представлять как сотни рук поднимаются для расплаты было невыносимо.
Дешевое вино, безотказное ранее средство, сегодня только усилило грусть Холин. Она отодвинула бутылку. Достала полупистоль, подкинула его в воздухе. Блестящая золотая монета заискрилась в пламени свечи, как будто подталкивая к активным действиям.
– Ну что ж попробуем найти побольше твоих братьев, – ухмыльнулась Холин, вставая. В голове ее родился план действий.
План, в общем, был довольно прост. Неподалеку от верфи, на центральной улице портовой части Валмира располагалась таверна с романтическим названием «На крыльях ветра». Здесь собирался самый разнообразный люд. Матросы торчали там в ожидании вакансий на кораблях, капитаны искали себе команду, торговцы – охрану, а профессиональные военные – работодателя. Однако это не мешало столь разношерстной публике пить, горланить песни, травить байки, а иногда и поколачивать друг друга. Как и в любом подобном месте не обходилось без посредников, лучшим из которых был Нос. Носом его, из-за внушительных размеров последнего, конечно, называли только за глаза, при переговорах он был господином Мартином. Посреднические услуги его обходились довольно дорого, но зато он умудрялся находить лучших людей, чем снискал себе достойную репутацию. Вот к Носу и отправилась Холин, чтобы узнать, не требуется ли кому-нибудь ее меч.
Дождь все еще продолжался, так что Холин изрядно промокла, пока добралась до трактира, и это обстоятельство настроения ей нисколько не прибавило. Трактир был полон. Огоньки масляных ламп, едва освещавших огромный зал, плавали в волнах табачного дыма, не менее крепкого, чем поток ругательств, вырывавшихся из доброй полусотни продубленных морским ветром глоток. Холин заметила свободное место в углу, проскользнула туда, заказала у расторопной прислужницы кружку эля и ветчины с хлебом (все, что позволяли финансы) и не спеша осмотрелась.
Носа еще не было. Его стол у окна, который никто никогда не занимал, пустовал. Стащив несколько столов вместе две дюжины матросов храбро сражались с бочонком рома. Чуть поодаль компания людей в кожаных камзолах пели не вполне пристойную песню. За ними Холин к своему удивлению заметила четверых гномов, которые важно, спокойно и чинно ели колбасу и пили пиво. Гномы были в смешных маленьких шапочках и необъятных кафтанах, делавших их коренастые фигуры еще массивнее. Они смешно надували щеки, сбивая пену, и сосредоточенно смахивали крошки с бород. Холин улыбнусь, один из гномов, заметив ее улыбку, отсолютовал ей кружкой, амазонка приложила пальцы к несуществующей шляпе.
В самой глубине зала сидели две женщины, не спеша потягивая вино. Одной было лет восемнадцать, другой чуть больше сорока, несомненное сходство заставляло заподозрить, что это мать и дочь. Обе в простых черных платьях и черных же плащах. Холин даже предположить не могла, что они здесь делают. Тем не менее женщины вполне непринужденно болтали, словно всю жизнь слонялись в портовых кабаках.
У таверны имелся и второй этаж с отдельными кабинетами, где трапезничали настоящие дельцы. Вот оттуда Нос и должен был принести работу ожидавшим внизу. Приготовившись к долгому ожиданию, Холин проглотила ломтик ветчины и пригубила эль, первоклассый, ничуть не разбавленный, и приготовилась ждать.
Обстановка второго этажа разительно отличалась от общей залы. Двери темного дерева, резные дубовые панели, обтянутые бархатом стулья, белоснежные салфетки и сверкающие серебро и хрусталь на столах. Даже свечи восковые, не чадящие масляные светильники. Конечно, подобная роскошь в таком месте влетала в звонкую монету, но серьезные люди ценят маленькие изыски жизни, это Мартин усвоил твердо. Поэтому приходилось соответствовать. Сейчас стоя позади лорда Фердинанда, эмиссара Кроэнхелла, он попыхивал трубкой и скрытый полумраком, оглядывал зал в поисках подходящих предложений. Лорд не курил, он неспешно потягивал белое вино.
Чудесный букет, – проговорил он.
Чего не скажешь о сброде внизу, – попробовал пошутить Нос. – Ничего стоящего.
Разве? А мне кажется, выбор довольно большой.
Вот выбора как раз и нет. Матросы, которые пропивают жалование, две похожие на проституток женщины, компания гномов, видимо, не слышавших об эдикте, да ваши люди.
А вот эта амазонка в углу?
Где? – Нос близоруко сощурился, – А эта, не приметил сразу. Это Холин, толковая девчонка и дело свое знает. Пару раз нанимали ее в походы, никто в обиде не был. Вот эта может и подойдет.
Дело довольно деликатное, если она только мечом махать умеет…
Уверяю вас, голова у нее работает не хуже руки.
А что это у нее на щеке, шрам? – теперь прищурился лорд, Носу оставалось лишь удивиться его зоркому взгляду.
Да белый шрам, старый. Мордашка-то у нее красивая, а шрам все впечатление портит.
Лорд Фердинанд резко повернулся к Носу и сжал его одной рукой за плечо.
Мартин, вы когда-нибудь видели еще одну амазонку со шрамом?
Я, – Нос замялся, внезапная догадка поразила его и на лбу выступил пот. – Нет, у них же шрамов не остается.
Вот именно, – лорд торжествующе усмехнулся. – Вилли
Словно из неоткуда за его спиной возник высокий широкоплечий слуга
Да, милорд.
Видишь внизу девчонку, ту что в углу.
Конечно милорд.
У нее на щеке старый шрам. Историю помнишь?
Вилли кивнул.
Проверь, точно ли это она.
Будет сделано, мой лорд.
Вилли мягкой пружинящей походкой прошел по галерее, а когда стал спускаться по лестнице, то намеренно споткнулся, грязно выругавшись. Слегка покачиваясь, он пересек зал, махнув рукой приятелям и остановился у стола, за которым сидела Холин. Прядь волос упала на ее лицо, прикрыв злополучную щеку.
Не желает ли красавица познакомиться с симпатичным мужчиной, – еле ворочая языком, спросил Вилли.
С настолько симпатичным точно нет, – усмехнулась Холин.
А что так? Али сразу не приглянулся?
Точно.
А ты глянь поближе, – Вилли оперся локтями о столешницу, приблизившись едва ли не в плотную к Холин.
Та брезгливо дернула головой, так что стал виден шрам.
О да у тебя личико-то подпорченное, а еще хорохоришься. Видать хахаль предыдущий отметину на память оставил.
Глаза Холин вспыхнули яростью.
Заткнись ,и иди лакать дальше свое пиво, пока это все может закончиться миром.
Ишь ты угрожаешь, – Вилли выпрямился и ударил себя кулаком в грудь и закончил даже с грустью – мне угрожаешь. Слышали парни – повернулся он к компании кожаных камзолов.
Да дружище, норовистая кобылка тебе попалась, – выкрикнул кто-то из них.
Матросы притихли, привлеченные новым зрелищем.
Надо бы ее немного поучить, – хихикнул Вилли.
Я тебя предупредила, – Холин выпрямилась, положив руку на рукоять меча.
Ох, чуть что сразу за железку хватаешься, – Вилли говорил укоризненно, – да я же тебя, сопля, одной рукой пополам сломаю.
Хлопнула входная дверь. Холин огляделась вокруг. Матросы были полностью поглощены представлением, кожанные камзолы на все лады поддерживали своего собрата. Одиночество с новой силой, будто стрела, пробило ее насквозь, заставив сморщиться как от боли.
Что кривишься, – Вилли неожиданно резко протянул огромную потную лапу, схватив ее за волосы, – сейчас мы тебя, стерва, и взнуздаем.
Гномы за столом молча схватились за топоры.
Может, попробуешь со мной, наездник? – рука, тяжелая и горячая, легла ему на плечо.
Вилли обернулся, удивленный без всякого притворства. Перед ним стояли двое, обладатель руки был высок, широк в плечах, коротко стрижен, в расстегнутом, несмотря на холод, камзоле. Второй гибкий и стройный, с тонкими чертами лица и длинными, стянутыми узлом на затылке волосами, был одет подчеркнуто элегантно, через руку перекинут мокрый плащ, на боку шпага. Широкоплечий говорил, ставя ударения на немокский манер, второй тоже вполне мог сойти за немокца.
Я вижу, в Немоке, мужчины наконец-то отцепились от женских юбок – прошипел Вилли злобно, сразу забыв о своей роли пьяного.
Широкоплечий ничего не ответил, он просто ударил, коротко, без замаха, но этого хватило чтобы Вилли, оторвавшись от земли, с грохотом рухнул на пол прямо рядом с матросами.
Кожаные камзолы онемели от изумления.
– Ребята, поднимите товарища, – обратился к ним элегантный молодой человек, – Мне кажется, ему хмель в голову ударил.
Товарищи Вилли, оправившись от шока, вскочили из-за стола, молодой человек отбросив плащ, молниеносно выхватил шпагу.
Внезапно и резко прозвучал голос гнома
Вам же сказали, перебрал бедняга немного, девушек стал задирать, вот его и накрыло. А если слов этого господина нам мало, то у нас есть еще четыре аргумента в пользу его слов, причем все хорошо наточены.
Последние слова возымели свое действие. Собутыльники подхватили бесчувственного Вилли и положили на скамью рядом.
Вновь прибывшие посмотрели на все еще стоящую и безмерно удивленную Холин:
Позвольте представиться, – слегка поклонился элегантный молодой человек, меня зовут Игорь Велешев, а это мой друг Жан Брисо.
Я Холин, – скорее машинально, чем осознанно представилась амазонка, – А ловко вы его, – и подмигнула Жану.
Я придерживаюсь той точки зрения, что хороший удар гораздо полезнее любой словесной перепалки, – весело и и широко улыбнулся Жан.
Может быть, мы составим компанию вашему одиночеству, – предложил Игорь.
Что-то вы резко, – начала было Холин.
Просто мест других нет, – поспешил объяснить молодой человек.
Тогда валяйте.
Холин плюхнулась на стул, отхлебнула добрый глоток пива. Друзья заняли места: Игроь рядом с ней, а Жан напротив.
Из-за стойки вынырнул бледный хозяин.
Господа, у нас приличное заведение, драки строго..
А кто видел драку, – громыхнул на весь зал Жан, – Человек просто силы свои не рассчитал. Вы таким разбавляйте побольше.
Да, раз уж ты здесь, – воспользовался случаем обратиться к хозяину Игорь- принеси-ка нам вина кувшин, лучше талийского, если есть.
Господа я конечно поищу, – хитро прищурился хозяин – но несколько портретов королевы мне бы очень помогли.
Королевы нет, – развел руками Жан, – а король не подойдет?
Он щелчком выкатил на потертую столешницу немокский пистоль.
О сиятельные лорды! – развеселился хозяин, – Талийского так талийского.
Он незаметно махнул появившимся из кухни вышибалам и сам засеменил за стойку, сжимая вожделенную монету.
Да и стаканы не забудь! – крикнул ему вслед Игорь. – Три.
Вижу, хотите меня угостить, – спросила Холин.
А почему бы нет, красавица, – пожал плечами Жан.
Холин демонстративно откинула волосы, так чтобы стала видна перечеркнутая шрамом щека.
Ерунда, нисколько тебя не портит, – заверил ее Игорь.
Господа, – Холин говорила твердо, – Если вы надеетесь, что выручая девушку в неприятной ситуации, а затем угощая ее, можно ожидать, что она кинется вам на шею, то вы глубоко ошибаетесь.
У нас не было и мысли о таких вещах, – очень строго ответил Игорь, – простой знак вежливости воспринимать..
Все, хватит словесных выкрутасов, – ударил кулаком по столу Жан, – Мы не на балу. Попьем, поболтаем, да разойдемся, куда кому нужно.
Холин мысленно закусила губу. Компания грозила развалиться, но служанка принесла вино и стаканы. Наполнив их доверху, Жан поднял свой и провозгласил:
Ну, за знакомство.
Наверху Мартин едва сдерживал улыбку.
Ваш слуга просто замечательно проверил амазонку, нескоро еще в себя придет.
Лорд Фердинанд был бледен и зол.
Как некстати эти двое, – шептал он, – Но ничего, самое интересное еще впереди.
Беседа шла своим чередом.
Как толстяк запрыгал при виде золотого, – пыхтел трубкой Жан, – А ведь он у нас последний. Мы с другом недавно провернули одно денежное дельце.
В рамках закона конечно, – вставил Игорь, – Даже для закона.
Да, – кивнул Жан, – Так вот, один молодчик собрал пару десятков ребят и засел в лесу под Кайедом, чтобы отбирать добро у честных людей. Полиция с ног сбилась, даже королевскую гвардию туда пригнали, все без толку. Ну и решили награду назначить за этого дельца. Мы с Игорем взялись его поймать. Намучились жутко, но парня схватили. Пораспросили его, а тут оказался и магистрат замешан. В общем, сама королева вмешалась, кого-то посадили, кому-то меньше повезло. Но награду мы свою получили.
Но деньги имеют неприятное свойство быстро кончаться, – хлебнул вина Игорь, – И вот мы теперь вновь в поисках работы. Услышали, что здесь можно найти что-то стоящее, решили заглянуть.
Если честно, – заговорила Холин, – Я тут по той же причине. Финансы на нуле, за комнату платить нечем.
А грабить никого не хочется? – предположил Жан.
Вот именно.
Эх, эта щепетильность.
Послушайте, – голос Холин стал громче, – мы же еще не отблагодарили наших невольных друзей.
Она подняла стакан, обратившись к гномам:
Ваше здоровье.
Острого топора и крепкого молота!! – крикнули в унисон Жан и Игорь.
Ваше здоровье!! – радостно откликнулись гномы.
Вино было тому причиной, или нечто иное, но Холин почувствовала в груди приятную теплоту, чуть поколебавшую броню сковавшего душу ледяного панциря. Так приятно было сидеть в компании этих двух веселых и отзывчивых людей, говорить о пустяках и смеяться вместе с ними. Приятно и страшно, что это все скоро закончится, уступив место извечному холоду совершенно равнодушного к тебе мира. Нельзя, твердила она себе вновь и вновь, нельзя надеяться, потом так больно разочароваться, нужно вырвать с корнем эту хрупкую надежду и растоптать ее, пока она не пустила ростки, пока не оплела сердце и не зажгла кровь, чтобы в один момент потухнуть и оставить тебя опустошенную, раздавленную и одинокую. Так твердила она себе, но чувствовала, ох как остро чувствовала, что сделать этого уже не сможет.
Тем временем Вилли пришел в чувство. Он приподнялся на лавке покрутил головой, сел. На пол-лица его расплывался огромный лиловый синяк, который еще к тому же и болел адски. Вилли был раздосадован и зол, он больше не собирался играть и на приказы хозяина ему наплевать. Эта женщина должна была ответить за его унижение. Вот как весело она щебечет в компании своих спасителей, улыбается, да и щеки раскраснелись так, что проклятый шрам почти не виден. Вилли сунул руку в мешок одного из собутыльников, рука почувствовала успокаивающий холод железа, нашла и крепко обхватила гладкую рукоятку.
Смеешься, сучка, – прогремел Вилли вставая, – Сейчас тебе будет не до смеха.
Жан и Игорь повернулись к нему, улыбка Холин поблекла, зато Вилли оскалился и вскинул пистолет.
Это было очень быстрое отточенное движение тренированного убийцы. Курок хрустнул сухо и резко и почти сразу прогремел выстрел.
Никто на целом свете не успел бы среагировать, но Игорь все же попытался. За одну долгую секунду полета пули Холин успела заметить, как метнулась одна его рука метнулась к рукаву камзола другой и почти сразу распрямилась, выпустив стальную молнию. Внезапная мысль, насколько этот человек опасный противник, пришла ей в голову. А потом пуля достигла цели.
Точнее смертоносный свинцовый шарик прошел сквозь грудь Холин, словно она бы не живой женщиной, а призраком, не причинив ей ни малейшего вреда и врезался в стену.
Вилли с расширенными от удивления глазами, взглянул на пистолет в своей руке. Глубоко в ствол через дуло вошел метательный нож, сделав пистолет бесполезной игрушкой.
Следующий я засажу в твою проклятую глотку, если из нее вырвется еще хоть слово, – прошипел Игорь.
Кто-то из матросов шумно выдохнул:
Черная амазонка.
И словно это было сигналом, все повскакали с мест, вопя во всю мочь
Черная амазонка!!!
Клара, зови стражу, – причитал на кухне Хозяин.
Вышибалы выскочили в зал.
Наверху Мартин пытался унять дрожь в руках.
Да теперь я вижу, эта она. То, что нужно, – ухмыльнулся лорд Фердинанд.
Среди общей паники странно спокойный Игроь поднялся и проговорил:
Друзья, мое последнее замечание я адресую всем вам, поэтому советую дружно заткнуться и дать нам с девушкой спокойно уйти. Уверяю вас, никто не хочет напрасного кровопролития.
Они с ней заодно!!
Ну где же стража!!
Они так не угомонятся, – Жан тоже встал, – Чувствую будет славная драка.
Вы с ума сошли, – вскочила Холин, – вас повесят как пособников.
Возможно, – пожал плечами Игорь, – Но не сегодня.
С воплями и воем толпа набросилась на них.
Собственно, друзей именно это и спасло. Матросы и кожаные камзолы, толкаясь, лезли вперед, стремясь быстрее добраться до противников и тем очень мешали друг другу. Холин пинком отпихнула стол, поставив его на ребро, Жан и Игорь отскочили за эту импровизированную преграду. Вынимать шпаги даже не имело смысла
Первому же нападавшему Холин врезала так, что он, отлетев назад, перевернулся через стол и успокоился на полу.
Вижу ты не особо нуждаешься в защитниках, – хмыкнул Жан, одним движением отламывая увесистую ножку.
Иногда приятно почувствовать себя беззащитной, – улыбнулась Холин, блокируя удар и тут же атакуя.
Игорь несмотря на кажущуюся хрупкость, оказался удивительно гибок и силен. Он уклонялся, отбивал и наносил удары с поразительной легкостью. Холин не отставала от своих соратников.
С дружным гиканьем в драку вступили гномы. Отбросив топоры, крепкие и широкоплечие, они врезались в толпу, разбрасывая всех направо и налево.
Заприте двери, не дайте им ускользнуть, – причитал где-то за стойкой хозяин.
Один из вышибал с ключами кинулся исполнять поручение. Игорь обернулся молниеносно, выхватил из ножен в рукаве нож и метнул его. Нож металлической рукояткой впечатался верзиле в затылок, на время лишив его сознания и позволив немного отдохнуть от царившей в таверне суеты.
Убили! – визжал хозяин.
Толпа с ревом удвоила усилия. В кутерьме и свалке полетели в воздух столы и табуреты, звенела разбита посуда, под каблуками сапог хрустели черепки. Вилли украдкой снова потянулся к мешку, где у него был припрятан еще один пистолет. Но его опередили. Раскатисто и резко грянул еще один выстрел. В таверне мгновенно наступила тишина.
Будь я проклят, – Жан отбросил дубинку и отпустил слабо барахтающегося матроса.
Стреляла женщина, та что сидела в углу в компании своей более молодой спутницы. Пистолет в ее руках был шестизарядным револьвером, последним изобретением восточных амазонок, игрушкой опасной, дорогой и редкой одновременно. Ее спутница будто ненароком отодвинула плащ, так что стали видны эфес шпаги и рукоять точно такого же револьвера.
Вилли придвинулся к мешку еще немного ближе, пользуясь всеобщим изумлением, когда горла его коснулась обжигающе холодная сталь.
Только двинься, – почти нежно проговорил невесть откуда взявшийся незнакомец в одежде монаха.
Вилли счел за благо остаться на месте, сегодня для него было слишком много потрясений.
Наверху лорд Фердинанд в гневе закусил губу
Что за черт!!
Нос от страха вжал голову в плечи и будто стал меньше ростом.
Господа, – спокойно проговорила владелица револьвера, слегка улыбнувшись, – Я вижу ваша дискуссия зашла в тупик и позволила себе вмешаться. Мне кажется, самое разумное завершить беседу, пока никого ненароком не покалечили. Если кто против такого решения, я с удовольствием объясню еще раз – рука в перчатке чуть тронула курок.
Матросы и кожаные камзолы, те, что еще стояли на ногах, хмуро расступились. Дамы проследовали к выходу. У двери старшая обернулась.
Молодые люди и уважаемые гномы, прошу следовать за нами.
Упрашивать дважды никого не пришлось.
Таинственный монах отпустил Вилли, прихватил его мешок и растворился в полутьме зала.
Дождь прекратился, ветер пришедший с Нефритового моря, гнал по небу облака, так что полная луна то светила ярко, то скрывалась в тучах. Запах соли стал гораздо крепче, она словно скрипела на зубах.
Несмотря на то, что улица претендовала на звание большой, освещал ее единственный масляный фонарь, в его неверном желтоватом свете лицо женщины казалось старше, под глазами пролегли тени.
Не смею задерживать храбрых подгорных жителей, – слегка склонила голову незнакомка.
Благодарим, миледи, – ответил старший из гномов и вся четверка тут же двинулась прочь
Мы тоже весьма признательны за неожиданную, но весомую помощь, – начал Игорь, – Но вынуждены откланяться, я слышу вдали грохот сапогов стражи.
Не торопитесь мой друг, – женщина улыбнулась, но глаза ее оставались холодны, – Наша беседа только начинается. За углом нас ждет экипаж, он отвезет нас в то место, где можно спокойно поговорить.
Человек в одежде монаха бесшумно вырос за спинами друзей.
Отказаться мы не можем? – спросил Игорь, от которого не укрылись произошедшие в диспозиции изменения.
Нет.
Но может быть отпустим девушку, ей и так сегодня досталось?
Господин Велишев, – возвысила голос незнакомка, – Мне нужны вы, все трое. Я хочу предложить вам работу.
Такие слова приятно слышать от самой королевы Марии Эльтарской, а когда первый лорд королевства стоит за твоей спиной, они просто душу греют, – с милой улыбкой проговорил Игорь.