- -
- 100%
- +
Минуты тянулись медленно. Кво всё сильнее сутулился и дышал всё более коротко и сдавленно. Вдруг вдали раздался автомобильный сигнал, и банкир вздрогнул от ужаса. Потом мучительно поднял голову и попытался выпрямиться, хотя лицо его уже было полно страха. Кеплер присел и осторожно выглянул из-за угла.
В четырёхстах метрах от них по пустоши медленно ехал неприметный белый Фольксваген Сити Гольф. Этот юарский лицензионный вариант Гольфа I выпускался с 1978 года и до сих пор оставался очень популярным. Со временем он превратился в смесь Гольфа I и II с деталями от Лупо и Шкоды Фабия, но по-прежнему оставался тем, что и подразумевалось под названием «Фольксваген» — хорошим и доступным автомобилем почти для любого человека. В полиции Сити использовали повсюду — и как патрульные машины с сине-жёлтыми полосами, кокардой и надписями, и как гражданские автомобили. Именно такой неприметный автомобиль, настолько старый, что ещё полностью выглядел как Гольф I, теперь медленно приближался к развалинам фабрики.
За десять метров до арки Сити остановился. Кво испуганно пошевелил головой.
— Смотрите прямо, — тихо приказал Кеплер. — За рулём Комри или Бергер?
Банкир в последний момент удержался, чтобы не повернуться к нему. Несколько секунд он смотрел на Сити.
— Комри, — наконец ответил он.
Возможно, полицейские заметили движение его губ, потому что, остановившись, остались сидеть в машине. Они смотрели на банкира и о чём-то разговаривали.
— Кво, откройте багажник и покажите им, чтобы подходили к вам, — приказал Кеплер. — Не смотреть на меня. И машите.
Банкир подчинился. В его движениях чувствовались не только страх, но и нервная поспешность. Он действительно хотел, чтобы всё это как можно скорее закончилось. Наконец двери Сити открылись. Полицейские вышли наружу. Несколько секунд они стояли в открытых дверях, внимательно осматриваясь по сторонам. Потом пассажир пошёл вперёд. Водитель двинулся следом медленнее, но вдруг раздражённо уставился в арку и положил руку на пистолет.
— Буди — пассажира. Водитель нужен живым, — приказал Кеплер.
Пассажиру оставалось всего полтора метра до арки, когда хлопок выстрела разорвал тишину послеполуденного дня. Пуля пробила ему голову и окрасила землю вокруг кровью. Потом снова наступила тишина.
Хотя водитель уже начал что-то подозревать, при виде рухнувшего напарника он всё равно застыл от неожиданности. Кеплер рванулся вперёд, оттолкнул Кво и побежал. Полицейский пришёл в себя и схватился за кобуру на правом бедре. Кеплер выдернул нож. Он держал его за рукоять, а до полицейского было восемь метров, поэтому попасть должен был не клинок, а именно рукоять. Полицейский увидел замах и рефлекторно пригнулся за мгновение до того, как выстрелил. В тот же момент Кеплер метнул нож и услышал, как пуля просвистела мимо и ударила в арку за его спиной. Рукоять ножа лишь скользнула по голове полицейского. Но и этого хватило, чтобы тот не успел нормально скорректировать прицел. Кеплер нырнул под вытянутую руку противника, одной рукой вцепился в пистолет и на бегу врезался плечом ему в живот. Оба рухнули на землю. Кеплер перехватил оружие второй рукой, пытаясь вывернуть его. Но у полицейского оказались крепкие нервы. Всё ещё хрипя после удара о землю, он вцепился в пистолет и ударил Кеплера по почке. В тот же миг Буди мелькнул рядом стремительной тенью. Он ударил полицейского ногой в голову, обеими руками схватил пистолет и резким жестоким рывком вывернул его из руки. Одновременно Кеплер ударил противника в лицо. Полицейский вскрикнул и обеими руками схватился за сломанный нос. Кеплер вскочил, а Буди навёл пистолет на полицейского. Кеплер поднял нож, потом забрал пистолет у Буди.
— Следи за Кво, — приказал он. — Суданец бросился к банкиру. Кеплер слегка повернул голову. Краем глаза он увидел, что Кво лежит на земле в перекошенной позе. Банкир попытался подняться, но замер, когда рядом оказался Буди. Кеплер посмотрел вниз. — Лежи спокойно, Комри, — приказал он. — Ты проиграл.
Полицейский, всё ещё прижимая руки к носу, посмотрел на него снизу вверх.
— Инспектор Комри, — враждебно прошипел он сквозь стиснутые зубы.
Первое слово он выделил особенно чётко. Этого — и такого предупреждающего взгляда — Кеплер не ожидал. Воля у этого человека была невероятная. Кеплер ответил лишь тонкой улыбкой.
— Знаю, — холодно сказал он. — Только мне плевать. — Он дал Комри несколько секунд, чтобы тот это понял. — Итак, продажный инспектор, у меня есть несколько вопросов.
— Засунь их себе куда подальше, — яростно прорычал полицейский.
Кеплер сделал шаг назад и почти мимоходом выстрелил ему в левое колено.
— Как противно, — заметил он после того, как крик Комри затих, достал платок и стёр с обуви капли крови. — Потом присел рядом с полицейским. Тот зарычал, когда Кеплер прижал пистолет к его правому колену. Это всё ещё была ярость, пусть и бессильная. Кеплер сразу усилил давление. — Кто убил Дэвида Галему? — спросил он. — И где этот человек?
Полицейский плюнул ему в лицо и бешено уставился на него. Кеплер не колебался ни секунды — пауза дала бы Комри время подумать. И, возможно, заставила бы поверить, что Кеплер не готов идти до конца. Он резко вывернул простреленную коленную чашечку в сторону. Полицейский взвыл и обеими руками схватил Кеплера за руку, пытаясь оттолкнуть её. Кеплер тяжело ударил его пистолетом по лицу, отпустил колено и прижал ствол к правому бедру Комри. Полицейский поднял обе ладони в умоляющем и защитном жесте. Кеплер всё равно выстрелил. Комри закричал и схватился за ногу. Кеплер прижал пистолет к его руке, и болезненный вой полицейского перешёл в судорожное сипение.
— Не надо!.. — прохрипел он.
— Тогда отвечай, — потребовал Кеплер.
Комри молчал. Кеплер взял нож и приставил остриё к ране на ноге. В отчаянии Комри вцепился в его руку. Кеплер ударил ножом и беспощадно провернул клинок, пока полицейский не завыл.
— Пожа-а-а-луйста!.. — отчаянно закричал он сквозь слёзы.
Кеплер убрал нож и подождал, пока хриплые рыдания Комри не стали тише. Вскоре полицейский уже только скулил.
— Как зовут того, кто застрелил Дэвида Галему? — спросил Кеплер.
— Рой Бёйтен, — хрипло ответил Комри. Боль сломала его сопротивление. Он шмыгнул носом и покосился на Кеплера. — Он в Дурбане.
— Что он там делает?
— Отмывает деньги.
Это совпадало со словами Кво. Кеплер слегка отвёл нож назад.
— Как вы поддерживаете связь? — спросил он.
— По телефону или СМС, — с трудом ответил Комри.
— Его номер, — потребовал Кеплер. — Комри продиктовал его, а потом умоляюще посмотрел на Кеплера. — Дай мне свой телефон, — приказал Кеплер прежде, чем тот успел что-то сказать.
Комри дрожал так сильно, что едва сумел вытащить телефон из кармана. Его рука тряслась, когда он протянул аппарат. Кеплер положил нож и прижал пистолет ко лбу полицейского, прежде чем взять телефон.
Номер в памяти не сохранился, а в списке вызовов содержался только один раз — сорок минут назад. Полученная с этого номера СМС с цифрами «1:10» и отправленное в ответ сообщение со словом «сделать» были не старше десяти минут. Похоже, Комри обычно сразу удалял любые следы связи с Роем. Просто в этот раз ему, видимо, не хватило времени, и он решил сделать это позже.
— О чём был разговор и эти сообщения? — потребовал Кеплер.
— Я сказал ему, что возникли проблемы и нужно быстрее отмыть деньги, — прохрипел Комри. — Он прислал мне курс обмена, а я...
— Надеюсь, ты понимаешь, — перебил его Кеплер и посмотрел прямо в глаза, — что теперь я знаю, как найти твою мать?
— Я не вру! — испуганно взвыл Комри. — Пожалуйста, — всхлипнул он, — я сдам вам Роя, только отпустите меня...
— Ты его уже сдал.
Кеплер поднялся.
— Нет! Нет!.. — безумно заорал в панике Комри.
Кеплер выстрелил ему в голову. Прошло несколько секунд, прежде чем эхо выстрела стихло и снова наступила тишина.
Кеплер отвернулся от трупа. Он не жалел о том, как заставил Комри заговорить, но пытка далась ему тяжело, и сейчас он испытывал облегчение от того, что избавил от этого и себя, и полицейского.
— Буди, мне нужны вещи этих двоих, — позвал он.
Суданец внимательно посмотрел на дрожащего Кво, который ошеломлённо пялился на тело Комри, потом направился к мёртвым полицейским. Когда Кеплер подошёл к Кво, взгляд банкира сразу уткнулся в пистолет, а зубы застучали.
— Достаньте и свой телефон тоже, — приказал Кеплер. — И выбросьте.
Телефон улетел всего метра на два — на большее у дрожащей руки банкира не хватило сил. Кеплер выстрелил сразу, как только аппарат ударился о землю. Треск пластика под пулями и гул выстрелов словно прошли Кво насквозь. Банкир рухнул на землю, закрыл голову руками и заскулил. Кеплер перевернул его ногой.
— Сын Дэвида вырастет без отца. И вы тоже в этом виноваты, — сказал он, глядя банкиру в глаза. — Но я всё равно даю вам шанс не сделать того же со своими детьми. — Он сделал паузу. — Ваша жизнь уже ничего не стоит. Вы ограбили собственный банк и помогли мне убить двух полицейских. Неважно, что они были продажными — их коллеги вас убьют, поэтому не вздумайте сдаваться. — Он убрал пистолет. — Соберите остатки телефона, немедленно езжайте домой, забирайте семью и исчезайте. — Он ненадолго замолчал. — Если я быстро доберусь до Роя, у вас есть шанс. — Он всмотрелся в лицо банкира, но увидел там только дикую надежду. — Второго такого шанса не будет.
— Вы... не тронете мою семью? — заикаясь выдавил Кво.
— Я не лучше этих полицейских, Кво, — ответил Кеплер. — Но и не хуже их.
— Спасибо... — заикаясь пробормотал Кво.
— Пожалуйста, — холодно ответил Кеплер. — Предадите меня — будете мечтать, чтобы никогда не родиться. У вас есть ради чего жить. А у меня — нет.
*****
На этот раз Кво было совершенно плевать на машину. Он так поспешно вылетел из арки, что едва не задел Сити. Потом Ягуар, бешено виляя из стороны в сторону, умчался прочь.
Правильные выводы и жестокий допрос вывели Кеплера на след убийцы Дэвида. Но это ещё не значило, что он его поймал. Кеплер был уверен, что запугал Кво достаточно сильно, чтобы тот не полез ему поперёк дороги, но единственной гарантией успеха оставалась скорость. Потому что его единственное прикрытие — анонимность — исчезло.
Буди уже стоял рядом с вещами полицейских. Кеплер швырнул телефон второго полицейского в арку, убрал оба удостоверения, второй пистолет, запасные магазины и наручники. Буди, ждавший дальнейших указаний, растерянно наблюдал за ним.
— Оставь рюкзак здесь, — приказал Кеплер. — Потом езжай в О. Р. Тамбо...
— Это ещё что за новости? — раздражённо рявкнул Буди. — Даже не думайте, колонель. Мы начали это вместе и вместе...
— Закрой. Рот, — оборвал его Кеплер. — С тобой разговаривает старший по званию.
— Виноват, сэр, — сказал Буди, отсалютовал и ухмыльнулся.
— Вот и хорошо. — Кеплер тоже невольно улыбнулся. — Значит так. Поставь Мазду на третьем уровне парковки, камер там должно быть немного. Потом позвони Нгабе — пусть заберёт машину и переоформит её на смотрителя, как только вернётся домой. После этого сделай фото на документы и купи карту Дурбана. А потом жди меня где-нибудь, где не будешь бросаться в глаза. — Буди вопросительно показал на трупы. — С этим я разберусь один, — сказал Кеплер. — Езжай.
— Это же две минуты, — возразил Буди.
— Да. И если кто-нибудь появится, я смогу воспользоваться удостоверением Комри, — прорычал Кеплер. — А ты, к сожалению, не такой бледный, как тот мёртвый белый коп. Так что проваливай немедленно. Немедленно, Буди. И не забывай про Эрму.
Вообще-то Кеплер и сам понимал, что последняя фраза была совершенно лишней. Глаза суданца сверкнули. Потом он недовольно кивнул и побежал прочь.
Кеплер не смотрел Комри в лицо, когда взял его за руки и потащил в арку. Там он спрятал труп между бетонными обломками. Места хватило и для второго мертвеца, а сама точка была настолько хорошо скрыта, что найти двух полицейских быстро удалось бы только тем, кто специально искал их именно здесь.
Последним и самым большим фактором неопределённости оставался случай. Как всегда.
Глава 13
Кеплер забрал рюкзак, который Буди оставил в цехе фабрики. Он переоделся и сложил свою одежду и вещи обоих полицейских в рюкзак. После этого сел в Сити и поехал.
Вскоре он добрался до более оживлённых районов Йоханнесбурга. На парковке первого попавшегося крупного торгового центра он оставил машину там, где стояло больше всего автомобилей посетителей. У входа Кеплер убедился, что центр не просматривается камерами полностью, и направился в туалет.
Пока он брился в кабинке, зазвонил телефон Комри. На экране высветился номер Роя. Кеплер сбросил вызов.
Через десять минут он уже сидел в дальнем углу кафе торгового центра. За это время Рой позвонил ещё дважды, и оба раза Кеплер сразу отклонял звонок. Теперь он изучал СМС, сохранённые в телефоне Комри, так же внимательно, как до этого изучал записи с камер наблюдения.
В памяти телефона было около пятидесяти контактов и двадцать одна не удалённая отправленная СМС. Сообщения были написаны резким и коротким стилем. Кроме того, четыре сообщения на первый взгляд вообще имели довольно бессмысленный вид — Комри просто принимал варианты Т9, не проверяя, что именно предлагает телефон. На пунктуацию он не обращал внимания вовсе. Так поступало большинство людей, это уже почти стало самой сутью СМС — пренебрегать такими вещами.
И именно этим отличались два сообщения — от Роя и для Роя. После каждого из них стояло по две точки. Конечно, двух примеров было ещё недостаточно для полноценной закономерности. Но вес этой детали усиливался тем, что ни одна из остальных девятнадцати СМС не заканчивалась даже одной точкой.
Размышления Кеплера прервал ещё один звонок. Когда он сбросил его, подошла официантка долить кофе. Это отвлекло его куда сильнее, чем звонок, но девушка выглядела гарантированно в тысячи раз лучше скупщика краденого. И улыбалась так, как убийце Дэвида никогда не улыбнулись бы даже в обмен на его душу. Кеплер ничего не мог с собой поделать — он взял чашку у официантки так, чтобы на мгновение коснуться её пальцев. И как всегда, внутри у него отозвалось удивление — насколько мягкой и чувственной бывает кожа женщины.
Звонок телефона вернул его к реальности. Это был Буди.
— Колонель, у вас всё в порядке? — обеспокоенно спросил он.
— Да, — ответил Кеплер. — Просто я не хочу ездить днём на машине с «Б» на номере. Возможно, этих двоих уже ищут. — У полицейских машин в ЮАР на номерах вместо обозначения провинции стояла эта буква. — Всё сделал? — спросил он.
— Так точно, сэр. Нгабе, наверное, уже забрал Мазду, они как раз были в аэропорту. Я положил ключ за правое переднее колесо, — доложил Буди. — Остальное тоже сделал. Сейчас сижу в кинотеатре неподалёку. Просто хотел убедиться, что у вас всё нормально.
— Я рад, что ты поехал со мной, — почему-то сказал Кеплер.
Он и сам удивился этим словам.
— Спасибо, сэр, — после паузы неловко ответил Буди.
— До встречи, — поспешно сказал Кеплер.
Он отключился и решил, что после почти трёх часов, шести чашек кофе и ни одного сэндвича начинает привлекать внимание. Кеплер расплатился и ушёл.
*****
Ему пришлось пройти несколько километров, прежде чем он нашёл торговый центр с фотокабиной. По дороге Кеплер выбросил в разные мусорные контейнеры пальто, берет и костюм. Парик же оставил на себе.
Сделав фотографии, он направился в изолированные южные районы города. Там находились либо исключительно промышленные объекты, либо жилые кварталы для людей с самым низким доходом.
Смеркалось, когда Кеплер наконец заметил потрёпанный бледно-зелёный Сити той же модификации, что и машина продажных полицейских. Кеплер постучал в дверь старого бедного дома, перед которым стоял автомобиль. Открыл ему чернокожий мужчина. Кеплер сообщил, что невероятно рад застать его дома, потому что хочет купить его Сити. Его первой машиной была точно такая же, а в оригинальном состоянии такие Сити уже почти невозможно найти.
Через тридцать минут Кеплер стал владельцем автомобиля. Он заплатил за него сумму, на которую можно было купить три таких Фольксвагена. Ещё через полчаса Сити стоял неподалёку от Оранж-Фарм — одной из тауншип Йоханнесбурга — с ключом в замке зажигания, а сам Кеплер находился уже в четырёх кварталах оттуда. В рюкзаке лежали номерные знаки Сити, а в кармане куртки — налоговая наклейка.
Он шёл по широкой улице и, заметив грузовик, бросил очки ему под колёса. Кеплер предполагал, что для запутавшегося владельца Сити именно очки останутся самой яркой деталью его внешности. Колёса грузовика раздавили их, и Кеплер поспешил к торговому центру, возле которого оставил полицейский автомобиль.
Торговый центр давно закрылся, парковка пустовала, и полицейский Сити буквально бросался в глаза. Кеплер быстро сел внутрь и сразу уехал. На пустой тёмной стоянке возле расположенной неподалёку фирмы он поменял полицейские номера на номера купленного Сити и прикрепил налоговую наклейку к лобовому стеклу. После этого он поехал к кинотеатру, где Буди уже смотрел третий или четвёртый фильм подряд.
Суданец появился через семь минут после звонка Кеплера. В тёмном зале никто не обратил внимания на чехол для винтовки, а от здания кинотеатра до парковки Буди шёл так непринуждённо, будто нёс футляр от гитары. И всё же было видно, насколько он испытал облегчение, когда смог положить чехол в багажник Сити. Потом он сел в машину, и Кеплер тронулся с места.
*****
Через два часа за рулём сидел уже Буди. Автострада была относительно ровной, и Кеплер смог более-менее сносно вклеить свою фотографию и фото Буди в удостоверения мёртвых полицейских. Результат получился далеко не блестящим, но для беглого взгляда годился. После этого Кеплер при тусклом свете салонной лампы изучал карту Дурбана. Он строил планы, проверял их и снова отбрасывал. Информации было слишком мало. В конце концов он всё же принял решение. Сначала позвонил со своего телефона в справочную аэропорта Дурбан Интернешнл, потом достал телефон Комри.
«Завтра в одиннадцать в Солт Лейк Сити в аэропорту», написал он. «Принеси мой тоже.. »
Он отправил СМС и откинулся назад. До Дурбана оставалось ещё около пятисот километров — больше четырёх часов пути. Если всё пойдёт хорошо.
Когда телефон коротко пискнул, Кеплер невольно напрягся. Несколько секунд он колебался, прежде чем открыть сообщение.
«Тогда только шесть.. », прочитал он ответ Роя.
Кеплер посмотрел на Буди, который после сигнала уже несколько раз коротко косился на него, и кивнул. Суданец расслабился. Кеплер выждал семь минут, потом набрал «ладно, сделай это», поставил после фразы две точки и отправил сообщение. Затем положил телефон в центральную консоль, сполз ниже по сиденью и закрыл глаза.
Внезапно ему вспомнился день, когда он отпустил Катрин. События в его жизни странным образом повторялись. Снова он дремал в кресле, а Буди вёл машину. И снова казалось, что этот человек и какая-то смутная цель — единственное, что у него осталось в жизни.
По сути, так оно и было.
Глава 14
Для аэропорта второго по величине города страны Дурбан Интернешнл был просто крошечным. Здесь имелся всего один терминал и только одна взлётно-посадочная полоса, слишком короткая для Боинга 747. Но даже ночью жизнь здесь кипела в разноцветных огнях — Дурбан находился на восточном побережье Южной Африки, у Индийского океана, и был популярным туристическим направлением.
Время, которое Кеплер назначил скупщику краденого, совпадало с прибытием рейсового самолёта из Йоханнесбурга. Когда Кеплер и Буди добрались до Дурбана, до этого оставалось ещё пять часов. Они поставили машину на краткосрочной парковке и остались сидеть внутри. Возможно, удастся перехватить Роя прямо здесь — если получится его опознать. А если нет, они не хотели привлекать внимание ни его, ни кого-либо ещё, просиживая часами в кафе.
*****
Утром шумный аэропорт стал ещё более суетливым. Но эта атмосфера казалась не напряжённой, а возбуждённой. Африканский хаос более-менее организованно смешивался с радостным ожиданием приключения, которое привело в Африку людей со всего мира.
Кеплер и Буди вышли из машины. Им нужно было размяться и одновременно изучить обстановку аэропорта. Кеплер отправил Буди внутрь первым, чтобы их не видели вместе. Потом он заметил мужчину, курившего неподалёку от входа, и вдруг остро захотел сигарету. Кеплер подошёл к нему.
— Извините, — попросил он. — У вас не найдётся сигареты? — Мужчина удивлённо посмотрел на него, потом достал пачку Мальборо и зажигалку. Кеплер глубоко затянулся, и у него закружилась голова. — Спасибо большое, — сказал он мужчине, который теперь сдержанно улыбался. — Пытаюсь бросить, но иногда просто необходимо выкурить одну.
— Тогда лучше вообще не курите, — заметил мужчина.
— Знаю. Но сейчас мне всё равно.
Кеплер не стал ничего объяснять дальше. Мужчина и так его понял — просто кивнул. Они молча докурили. Мужчина закончил первым, затушил окурок в пепельнице и кивнул на прощание.
— Спасибо ещё раз, — сказал Кеплер.
— Не за что, — ответил мужчина с понимающей улыбкой.
Через две минуты Кеплер докурил и вошёл в терминал. Кафе Солт Лейк Сити он нашёл сразу — оно располагалось в зоне прилёта.
Буди, в новой щегольской шляпе, сидел у барной стойки. Кеплер устроился на другом конце, заказал кофе на вынос и осмотрелся. Заведение скорее напоминало ресторан, чем кафе. У него было два выхода, и ими постоянно пользовались — люди непрерывно входили и выходили. Все столики были заняты, несколько человек ждали, пока освободятся места. Только у бара посетителей почти не было — для алкоголя было ещё слишком рано. Кеплер получил кофе, расплатился и ушёл.
Буди вышел через несколько минут, прислонился рядом с ним к Сити, тоже неторопливо пил кофе и щурился на солнце.
— Шикарная шляпа, — заметил Кеплер.
— Париков в том магазине не было, — ответил Буди и поднял взгляд вверх.
Над ними прогрохотало — Боинг 737 заходил на посадку. Солнце весело сверкнуло на блестящем фюзеляже, потом самолёт исчез из поля зрения. Через несколько секунд раздался глухой рёв реверса тяги, стал тише и затих. Кеплер и Буди молча смотрели перед собой.
*****
В одиннадцать часов Кеплер вошёл в терминал — самолёт из Йоханнесбурга только что приземлился. Пассажирам ещё требовалось время, чтобы выйти, но Рой, скорее всего, уже сидел в кафе.
Возможно, так и было, но план Кеплера всё равно работал не так, как он рассчитывал. Опознать человека в аэропорту только по сумке и без того было непросто. Кеплер примерно представлял, какой объём занимают шесть миллионов рэндов. Но даже если размер зависел от номинала купюр, ни у кого в кафе не было сумки подходящего размера — у всех посетителей оказалось по несколько мест багажа. Кроме того, в помещении находились трое мужчин поодиночке и ещё шесть человек, пришедших парами.
Двоих Кеплер сразу исключил — типичные командировочные, это было видно мгновенно. Вторая пара выглядела возбуждённой, но не напряжённой. Они могли быть туристами, только вот чемоданов при них не было, а пройти мимо их столика так, чтобы не привлечь внимания и услышать, на каком языке они разговаривают, Кеплер не мог. Двое последних мужчин вообще ничем не выделялись и не оглядывались по сторонам. Один был худощавым и даже привлекательным, но его бегающий взгляд вызывал неприятное ощущение. Его спутник был массивным типом с отвратительным выражением лица. Он вполне мог оказаться четвёртым грабителем. Впрочем, Рой мог приехать и один — если вообще приехал. Кеплер перевёл взгляд на троих одиночек. Один из них был чёрным, а на записи с камер было видно, что все грабители — белые. Значит, оставались двое. Но Роем мог быть любой из них — по телосложению оба подходили под описание скупщика краденого. Один из мужчин быстро доедал омлет.
Прошло пять минут. Никто из мужчин не смотрел на часы и не поглядывал на входы. Прошло ещё три минуты — ничего не изменилось. Скоро пассажиры рейса из Йоханнесбурга уже выйдут в зону прилёта, и Кеплеру нужно было действовать. С отсутствующим видом он расстегнул куртку и локтем откинул её в сторону, чтобы при необходимости быстро дотянуться до пистолета.
В кафе вошли ещё двое мужчин и сразу направились к барной стойке. Двигались они быстро и при этом короткими взглядами осматривались вокруг. Свободные места у стойки оставались только неподалёку от Кеплера, и мужчины уселись именно туда. Сразу же полуобернувшись, они начали рассматривать зал ресторана. Заказав эспрессо, они продолжили разговор по-итальянски. Вошли ещё двое мужчин. Эти двое либо совершенно точно не были грабителями банка, либо Рой оказался настолько наглым, что решил носить полицейскую форму. Кеплер посмотрел на часы. Было двадцать минут двенадцатого. Ещё несколько минут — и Рой поймёт, что Комри не придёт.