- -
- 100%
- +
— Буди, встань у первого входа так, чтобы тебя было видно из ресторана, — тихо прошептал Кеплер по-арабски. — Держи телефон у уха на виду и будь готов.
Через несколько секунд Буди занял место за дверью. Кеплер чуть отвернулся от стойки, достал телефон Комри и набрал номер Роя. Звонка он не услышал, но увидел, как худощавый мужчина из третьей пары вытащил телефон из кармана. Однако в ту же секунду и мужчина с омлетом выронил вилку, а ещё через мгновение тоже прижал телефон к уху. Кеплер сбросил вызов, и мужчина с бегающими глазами растерянно уставился на свой аппарат. А тот, что ел омлет, продолжал держать телефон у уха, но ничего не говорил — только снова начал жевать.
Кеплер нажал повтор вызова.
И на этот раз увидел всё совершенно ясно.
Это был не тот тип, что жадно ел омлет. Мужчина с бегающими глазами испуганно посмотрел на своего спутника, затем судорожно нажал кнопку на телефоне и торопливо огляделся. Он заметил Буди, стоявшего с телефоном у уха, и перевёл взгляд ко второму входу. Мужчина резко вскочил и что-то сказал. Его спутник тоже мгновенно поднялся. Быстрым движением он бросил на стол несколько купюр и сделал шаг.
Кеплер посмотрел ко входу слева. К кафе приближалась большая группа ярко одетых туристов. Кеплер вскочил и сунул руку под куртку.
— Рой Бёйтен — стоять! — крикнул он. — Вы арестованы! — Скупщик краденого испуганно обернулся к нему, и Кеплер направил на него пистолет. — На колени! — приказал он. — Немедленно!
Несколько посетителей испуганно вскрикнули, когда Буди тоже ворвался в кафе с выставленным вперёд пистолетом. В следующее мгновение двое полицейских в форме выхватили пистолеты и направили их на Кеплера и Буди.
— Оружие вниз! — заорали и они во весь голос.
Ни Кеплер, ни Буди приказу не подчинились.
— Мы полиция Йобурга! — крикнул Кеплер. — Я достаю удостоверение! — Он полез в карман, а Буди продолжал приближаться к Рою. Кеплер наконец нащупал удостоверение Комри, вытащил его, раскрыл и показал полицейским. — Эти люди разыскиваются за убийство!
— Только это не провинция Гаутенг, а Квазулу-Натал, — ответил один из полицейских, не опуская оружия и одновременно глядя в удостоверение.
Кеплер убрал его обратно. Буди уже добрался до Роя и его спутника и толкнул их вниз. Оба мужчины с надеждой посмотрели на полицейских в форме, пока в кафе не повисла жуткая тишина.
— И что? — рявкнул Кеплер. — Я инспектор, констебль, — он специально подчеркнул разницу в званиях, — а это мои подозреваемые, и я их арестовываю. И мне плевать, какая тут провинция. Если тебя что-то не устраивает — пусть твой чиф звонит моему чифу. Но этих людей я сейчас забираю.
Больше не обращая внимания на полицейских, он подошёл к Буди, который уже поставил обоих мужчин на колени. Как только Кеплер оказался рядом, Буди опустил пистолет и достал наручники. Сначала он заковал Роя, затем Кеплер передал ему свои наручники, и Буди надел их на спутника скупщика. После этого они вдвоём подняли мужчин и толчками погнали к выходу.
Оба полицейских пистолеты опустили, но убирать их не стали. Кеплер остановился перед тем, с которым говорил раньше, и уставился ему прямо в глаза.
— Ты видел номер моего жетона, — прорычал он. — Но лучше не становись у меня на пути, констебль. А теперь уберись с дороги.
Полицейский неохотно отступил в сторону, и Кеплер толкнул Роя вперёд. Двое мужчин у стойки, говорившие по-итальянски, смотрели прямо на Кеплера, но тут же отвели глаза, когда он перевёл взгляд на них.
*****
Рой и его спутник без сопротивления позволили вывести себя из кафе. Когда они проходили через зону вылета, оба мужчины замедлили шаг, но Кеплер и Буди тут же недвусмысленно подтолкнули их дальше. С изумлёнными лицами они пошли из терминала, а затем — к парковке. Когда Буди открыл Сити, грабители презрительно посмотрели на него и Кеплера.
— Эй, идиоты, — крикнул массивный спутник Роя. — У нас вообще-то рейс. — Кеплер ничего не ответил, лишь огляделся. — Эй, ты, нищеброд, — язвительно окрикнул его толстяк. — Ты вообще представляешь, что наш адвокат сделает с двумя такими жалкими уродами, если вы не будете обращаться с нами как положено? — спросил он с мерзкой издевательской ухмылкой. Рой довольно хрюкнул. — В лучшем случае будете выписывать штрафы где-нибудь в дыре, — пообещал он. — И то только после того, как на коленях будете умолять нас о прощении.
Кеплер не видел ни полицейских, ни вообще кого-либо, кто наблюдал бы за ними, и посмотрел на скупщика. Его беспокойный, почти безумный взгляд вызывал у него отвращение.
— Своего адвоката вы больше никогда не увидите, — сказал он. — А теперь заткнись.
— Ты полный идиот, — оскалился толстяк. — Ты хоть понимаешь, с кем связался?
— Нет, тебя я пока не знаю, — признал Кеплер.
— Узнаешь ещё. — Толстяк яростно посмотрел на него. — Как только выйду отсюда, я займусь тобой. А потом твоей бабой.
— Ладно, объясню так, чтобы даже ты понял, — мрачно пробормотал Кеплер. — Подожди секунду, сейчас всё устрою, — сказал он Буди.
Резким движением он ударил толстяка рукояткой пистолета по рту. Несколько зубов сломались, губы сразу залились кровью. Кеплер спокойно достал из кармана платок и вытер рукоятку пистолета.
— Ты... — начал толстяк.
Кеплер тут же ударил снова, на этот раз сильнее. Толстяк хотел схватиться за сломанный нос, но связанные за спиной руки почти не двигались. Он перекосился от боли и прижал лицо к плечу.
— Ты мне нос сломал, — зло бросил он. — Я...
— Ещё слово, — предупредил Кеплер.
— Я тебя убью, — всё равно прорычал толстяк.
Кеплер схватил его за волосы, резко дёрнул голову вниз и ударил коленом в лицо. Толстяк взвыл от боли, но больше комментировать ничего не стал.
— У него руки связаны, — сказал Рой.
Он тут же испуганно сжался, когда Кеплер перевёл на него взгляд. Кеплер ударил его кулаком в подбородок и открыто посмотрел ему в глаза.
— И что? — спросил он. — Я не честнее вас. И закон соблюдаю не больше вашего. Потому что, — он насмешливо посмотрел на обоих, — я вообще не полицейский. У меня просто жетон Комри. А у моего напарника — жетон его партнёра, Эмиля Бергера. — Теперь оба мужчины смотрели на него с ужасом. Он издевательски улыбнулся. — Добро пожаловать в мой мир, — сказал он. — Рой, — позвал он, и взгляд скупщика тут же метнулся к нему. Потом убийца Давида отвёл глаза. — Зачем ты застрелил того чёрного в банке? — спросил Кеплер.
— Тебе-то какое дело? — огрызнулся Рой.
Теперь его голос звучал срывающеся, почти подростково, и он коротко, злобно посмотрел на Кеплера. То, что он даже не пытался отрицать убийство Давида, наполнило Кеплера ещё более странным чувством удовлетворения.
— Он был моим другом, — спокойно ответил он.
Эти слова подействовали хуже прямой угрозы смертью — оба мужчины побледнели. Кеплер резко ударил Роя в челюсть. Голова того бессильно мотнулась, взгляд стал стеклянным. Кеплер вопросительно посмотрел на толстяка, но тот испуганно уставился в ответ, а затем зажмурился. Кеплер открыл заднюю дверь.
— Ты, — он указал на толстяка, — полезай внутрь и ложись перед задним сиденьем, — приказал он и посмотрел на Роя. — А ты — в багажник.
*****
Через две минуты они выехали с парковки. Сумка с Эрмой была пристёгнута к задним сиденьям, а худощавый скупщик спокойно лежал в багажнике рядом с шляпой Буди и париком Кеплера. Своими куртками они накрыли массивного дружка Роя, после того как втиснули его в пространство для ног между передними и задними сиденьями. На первой поперечной трещине дороги он тихо застонал, но сразу замолчал, когда Кеплер ударил его пистолетом.
Глава 15
Буди остановился у супермаркета, и Кеплер вышел.
Вернулся он с двумя лопатами, строительным уровнем и катушкой разметочного шнура. Уровень и шнур он купил только для того, чтобы не привлекать внимания. Он положил всё на заднее сиденье и сел обратно.
Некоторое время они ехали на юг по Н2, затем Буди свернул на М37. Вскоре впереди показалась стройка. Здесь возводили гостиницу к чемпионату мира по футболу, который должен был состояться только через два года, но работы шли полным ходом, и никто даже не взглянул на Сити, когда тот проезжал мимо.
Пока минуты тянулись вязко и медленно, Кеплер всё время незаметно косился на Буди. Суданец неподвижно смотрел в опущенное вниз зеркало заднего вида. О чём он думал, Кеплер мог только догадываться.
За плечами у него самого было несколько тайных операций, включавших и незаконные ликвидации. Но те решения принимали другие, а цели всё равно были обречены. Солдатом, а потом и наёмником, он выполнял похожие приказы. Ему повезло — никогда не приходилось идти против собственной совести. И не пошёл бы. Абуди он застрелил именно для того, чтобы не сделать этого.
Но сейчас всё было иначе.
Это было то же самое, что уничтожение вымогателей, угрожавших семье его брата. Это могло быть справедливо — и всё равно должно было происходить тайно. И только потому, что так решил он сам. Лично.
Голос толстяка прервал его и Буди тяжёлые мысли. Почти плаксиво грабитель попросил разрешить ему справить нужду. Из багажника глухо заорал Рой — ему тоже было нужно. Кеплер посоветовал обоим либо обмочиться, либо терпеть, если не хотят задыхаться от вони. В машине снова стало тихо.
Они ехали всё дальше от побережья, вглубь от Дурбана. Когда городская агломерация осталась позади, перед машиной раскинулся пейзаж, напомнивший Кеплеру Судан.
Драконовы горы впереди слева постепенно растворялись в вечерних сумерках. Буди всё глубже гнал Сити в саванну. Дороги становились всё хуже, а потом исчезли совсем.
Два часа Сити подпрыгивал вдоль русла реки Тугела. Когда-то она была границей между колонией Натал и независимым королевством зулусов на северо-востоке. Потом британцы победили и буров, и зулусов. Но Тугела всё равно осталась границей — теперь уже культурной.
У реки заканчивалась длинная цепочка европейских приморских курортов. Севернее начинались традиционные поселения зулусов. Несмотря на длинные пляжи и красивейшее устье, туризм почти не затронул эти места. Район был безлюден, а природа становилась всё более суровой уже в нескольких километрах от русла.
Где-то среди этой пустоши Буди остановился.
— Думаю, здесь, — неуверенно предположил он.
Начинало смеркаться. Всё вокруг будто погрузилось в мутный полусвет. На небе всё ярче светила растущая луна.
— Да, здесь хорошо, — ответил Кеплер. — Буди заглушил двигатель и снова уставился перед собой. — Тебе не по себе из-за этого? — спросил Кеплер по-арабски.
— Нет, колонель, — протянул суданец.
— Тогда что?
— Когда меня призвали, я не хотел быть солдатом и сбежал из ополчения, — нерешительно начал Буди спустя некоторое время. — Потом оказался в Кордофане у Абуди и увидел, что он задумал. И главное — как именно. — Он грустно улыбнулся. — Мы сражались за хорошее дело. А потом вам пришлось убить его, потому что он стал таким же злом, как эти типы сзади. — Он повернул голову и посмотрел Кеплеру прямо в глаза. — У меня нет проблем с тем, чтобы очищать мир от таких людей. Я только боюсь самому стать таким же.
— Я тоже, — ответил Кеплер. — Буди заметно облегчённо выдохнул — он чувствовал то же самое. Суданец кивнул ему. — Мы будем следить друг за другом, чтобы этого не случилось, — пообещал Кеплер.
В бледных сумерках он увидел белые зубы Буди, когда его губы растянулись в улыбке. Буди протянул ему руку, и Кеплер пожал её.
В машине всё сильнее пахло мочой — в какой-то момент оба грабителя уже не смогли терпеть. Это мучило их ещё сильнее.
*****
Кеплер и Буди вышли из машины и вытащили обоих мужчин наружу. Буди снял с них наручники, а Кеплер бросил две лопаты им под ноги. Рой и толстяк, со стонами разминая затёкшие тела, упрямо посмотрели на него.
— Что непонятно? — спросил Кеплер.
Он этого не ожидал, но свежий воздух и возможность наконец двигаться заметно оживили обоих грабителей.
— Я не собираюсь копать себе могилу, — упрямо заявил Рой.
— Это твой труп, — сказал Кеплер. — Мне всё равно, если его сожрут звери.
Он вытащил пистолет, Буди сделал то же самое. Перспектива ещё какое-то время пожить заставила Роя передумать.
— Ладно, ладно, — быстро сказал он.
Тяжело дыша, он нагнулся, поднял лопату и выпрямился. Затем тоскливо посмотрел вдаль. Кеплер криво усмехнулся.
— Никто не придёт тебя спасать, Рой. Копай. Я теряю терпение.
Толстяк поднял вторую лопату и внезапно махнул ею. Буди без труда уклонился от удара. Толстяк бросил лопату и бросился бежать. После стольких часов в наручниках двигался он плохо, да и ориентиров не было — он просто мчался в пустоту. Буди молниеносно вскинул пистолет.
— Пусть надеется, — сказал Кеплер. — Присмотри за этим.
Буди перевёл пистолет на перепуганного Роя, который ошарашенно смотрел вслед своему дружку и явно подумывал сделать то же самое. Но после одного взгляда на Буди отказался от этой мысли.
Кеплер достал Эрму. Когда он прицелился, толстяк успел отбежать метров на двести. Кеплер выстрелил. Даже с такого расстояния было видно, как правое колено толстяка разорвало пулей. Тот рухнул и закричал. Рой побледнел и дрожащим движением отвернулся.
— Продолжай копать, — приказал ему Буди.
Кеплер убрал винтовку и пошёл вперёд.
Толстяк лежал на земле, обеими руками вцепившись в раздробленную ногу, и выл от боли и бессильной ярости. Кеплер вытащил ремень из его брюк, грубо схватил его за руки и стянул запястья ремнём. Затем неторопливо поволок воющего мужчину к крошечной яме, которую к этому моменту успел выкопать Рой.
Скупщик сразу бросил лопату и беспомощно посмотрел на толстяка.
— Можно ему воды? — нерешительно попросил он, не зная, правильно ли это.
— После этого он будет копать? — поинтересовался Кеплер.
— Нет, блин, — возмущённо фыркнул Рой. — Он теперь вообще не сможет.
Кеплер вытащил пистолет и выстрелил толстяку в голову.
— Я не собираюсь тратить на него воду, — холодно сказал он Рою, который ошарашенно уставился на него. — Даже тебе не дам. Иди копай.
Похоже, это был первый раз в жизни Роя, когда ему пришлось заниматься физической работой. И последний.
Ямы, которые он выкопал, глубокими не были.
Когда он засыпал тело своего массивного дружка, Рой затравленно посмотрел на Кеплера и без приказа начал углублять вторую яму — медленно, едва двигаясь. Кеплер подошёл к нему.
— Хватит, — сказал он. — Брось лопату.
Рой медленно подчинился, затем поднял взгляд. В его глазах снова стояло то же безумие, которое Кеплер уже видел раньше.
— Давай договоримся, а? — всё же попытался он говорить спокойно. — Ты ничего не выиграешь, если убьёшь меня. А если нет — выиграешь много.
— И? — спросил Кеплер. — Где деньги?
Почти с облегчением Рой поспешно вытащил из внутреннего кармана пиджака бумагу и протянул её Кеплеру. Это был чек офшорного банка на полмиллиона долларов США.
— Я достану тебе ещё, — торопливо пообещал Рой. — Я уберу Кво, тогда получишь и его долю. И долю Отиса. И доли этих копов.
— Этого уже достаточно, — ответил Кеплер и поднял пистолет. — На колени.
Внезапно Рой бросился к его ноге. Кеплер ударил его ногой в ухо, и тот, взвыв, отпустил, но тут же кинулся снова. Кеплер отбил атаку ударом кулака и выстрелил Рою в обе ступни. Затем схватил скупщика за волосы и поволок к яме. Он столкнул Роя внутрь так, что тот остался стоять на коленях, сам встал позади него и поднял пистолет.
— Рой Бёйтен, ты застрелил Давида Галему просто потому, что тебе было весело. У тебя есть минута, чтобы покаяться. — Скупщик косо посмотрел на него и мерзко ухмыльнулся. — Только не вздумай говорить мне ни слова раскаяния, — предупредил Кеплер, прежде чем Рой успел открыть рот. — Я даю тебе лишь возможность признаться Богу в своих грехах, пока ты умираешь.
Выражение лица скупщика изменилось — Кеплер лишил его последней возможности издеваться. Он ещё успел открыть рот. Кеплер выстрелил ему в горло и столкнул на дно ямы. Затем выбрался наружу. Буди протянул ему лопату, и они вдвоём начали засыпать землёй истекающего кровью, тихо хрипящего скупщика.
После этого Буди несколько раз проехал машиной по обеим могилам, утрамбовывая землю, а Кеплер засыпал оставшиеся неровности. Вскоре могилы почти исчезли, а немногочисленную оставшуюся землю скоро должен был разнести ветер.
Тела скупщика и его подручного, вероятно, уже никогда не найдут.
Пока Буди убирал лопаты в Сити, Кеплер достал свой предоплатный телефон и набрал номер Мауто Галемы.
— Сделано, — сказал он, отключился и выключил телефон.
Глава 16
Кеплер и Буди ехали вдоль реки и время от времени останавливались, чтобы выбросить в воду сначала лопаты, потом все телефоны, пистолеты, удостоверения, наручники, а под конец — парик и шляпу.
*****
Ранним утром они оставили и этот Сити с ключом в замке зажигания в одной из тауншипов. Умлази находился недалеко от центра, к востоку от Дурбана, и Кеплер с Буди пошли дальше пешком, в центр города.
Кеплер обдумывал, что делать дальше. Буди, похоже, тоже напряжённо о чём-то размышлял. Спустя некоторое время он прервал молчание Кеплера.
— Сэр, — начал он, — вы объяснили мне часть своих выводов, но... почему вы с самого начала знали, как мы найдём Роя?
Они всё ещё были далеко не в безопасности, но Буди и раньше мог посреди боя совершенно сухо поинтересоваться, как правильно рассчитывать боковое упреждение при порывистом ветре. Эту жажду знаний Кеплер почти вбил в своих людей силой. И если только была возможность, он даже во время боя находил время объяснить Буди нужные поправки.
— Из-за его поведения в банке, — ответил Кеплер и безрадостно усмехнулся. — Он не боялся последствий. Поэтому я решил, что он работает вместе с Кво и находится под прикрытием полиции. На самом деле всё оказалось наоборот, но то, что он считал себя неприкосновенным, было слишком заметно. — Не дожидаясь вопроса Буди, он продолжил: — Рой вёл себя точно так же, как я сам в Судане, когда за моей спиной стояла вся власть Абуди.
Буди ошарашенно уставился на него, затем решительно покачал головой.
— Вы никогда не вели себя так, колонель. Иначе вы бы не сделали вот этого.
*****
В аэропорту Кеплеру и Буди лучше было не показываться. Если бы кто-то заметил их отсутствие на ранчо, они могли бы сказать, что были в отпуске. Само по себе это и так выглядело достаточно сомнительно, а четыре выходных дня и вовсе прозвучали бы неправдоподобно. Поэтому им нужно было отсутствовать дольше. Дорога домой давала такую возможность.
Буди не хотел выпендриваться — ему просто хотелось хоть раз поездить на Порше после рекламы Гетавэй Африка. Эта фирма, в отличие от Авис, сдавала даже Кайенн. Кеплер не хотел привлекать внимание роскошным внедорожником. И не хотел, чтобы их ограбили. Буди это понял. В итоге они взяли неприметную Тойоту Фортунер из предпочитаемой туристами группы I.
*****
В Питермарицбурге Кеплер и Буди начали искать гостиницу. Они уже больше суток ничего не ели и к тому же нуждались во сне.
Столицу Квазулу-Натала называли последним форпостом Британской империи. Викторианские дома Питермарицбурга выглядели так, будто ещё шла эпоха, когда всё было лучше. И пусть ни одно время на свете никогда не было по-настоящему беззаботным и мирным, Кеплер всё равно ощутил мягкое, убаюкивающее спокойствие, когда остановил Тойоту в тенистом пригороде с кирпичными бунгало и школами-интернатами перед небольшим пансионом.
На следующее утро Кеплер и Буди поехали в сторону Драконовых гор, величественно и грозно поднимавшихся вдали к небу.
Древний горный массив Дракенсберг служил границей одному из немногих анклавов мира — королевству Лесото. Наскальные рисунки народа сан и разнообразная нетронутая природа сделали базальтовые горы туристическим магнитом, а ЮНЕСКО включила их одновременно в список природного и культурного наследия человечества.
Когда-нибудь Кеплер хотел увидеть эти горы. Но сейчас они с Буди просто ехали всё дальше на юг по трассе Н5.
На почти тысячу шестьсот километров до Кейптауна им потребовалось семнадцать часов. Там они сдали Тойоту в филиале прокатной фирмы. Они позвонили заранее, и Сахи ждал их в двух кварталах на XJ.
*****
Когда Кеплер и Буди тяжело выбрались из Ягуара, на веранду вышел Мауто. Его улыбка, когда он пожал им руки, выглядела мёртвой.
— Почему вы не сделали фотографию? — спросил он таким тоном, будто снимок мог дать ему удовлетворение, которого его лишили.
— Он умер жалко, Мауто, — ответил Кеплер. — Вам достаточно знать это. Не стоит мучить себя ещё и видом.
Галема посмотрел на него пустым взглядом, кивнул и отвернулся.
Что-то изменилось. Словно произошедшее накрыло ранчо тяжёлой тенью.
Глава 17
Роберто был в отвратительном настроении из-за того, что ему пришлось лететь регулярным рейсом в Дурбан. У фирмы СкайСервис, самолёты которой семья нередко арендовала, на сегодня всё оказалось занято. Хорошо хоть туристическое агентство, принадлежавшее семье, смогло достать ему последнее свободное место на рейсе Кулула Эйр.
Уже в зале вылета Роберто почувствовал отвращение, увидев толпу людей, с которыми ему предстояло лететь. Кулула была дешёвой авиакомпанией, и один только костюм Роберто, казалось, стоил больше, чем все сто тридцать пассажиров вместе заплатили за билеты.
В тесном фюзеляже Боинга 737-200 отвращение только усилилось. Весь полёт Роберто просидел неподвижно между лохматым студентом и полной чернокожей женщиной.
После посадки запах керосина на лётном поле показался ему чудесным. А большой Мерседес, встретивший его у терминала, и вовсе стал почти экстазом. Дядя Лука лично приехал за своим самым важным племянником и немедленно угостил его приличным напитком и сигарой.
Но на этом улучшения снова закончились.
— Мы почти взяли его, — начал рассказывать Лука. — Он даже был здесь, в аэропорту, зачем — не знаю. Но внезапно появились двое полицейских из Йобурга, арестовали его и его дружка и увезли.
— Когда? — удивился Роберто.
— Да только что, — ответил Лука.
— И?
— Мои люди решили, что легавые повезут их обратно в Йобург самолётом, поэтому не пошли сразу следом. К тому же там ещё крутились местные полицейские, — объяснил Лука. — Через пять минут мои люди проверили зону вылета, но ни легавых, ни Роя с его приятелем уже не было. Сейчас их ищут.
Сигара внезапно стала горькой, а коньяк — словно отдавал пробкой.
— Он встречался здесь ещё с кем-нибудь? — спросил Роберто.
— Не знаю, — ответил Лука. — Я тянул переговоры по поводу пятидесяти пяти миллионов сколько мог, но вчера Рой вдруг согласился на курс один к девяти. Я дал ему только половину, чтобы он не исчез сразу, и тут же позвонил тебе. — Он кашлянул. — Потому что того портфеля с документами у нас всё ещё нет. Он действительно его взял?
— Да, действительно, — ответил Роберто.
Следующие несколько минут прошли в тяжёлом напряжённом молчании.
Лука заметно оживился, когда вошли двое людей, следивших за скупщиком. Ни его, ни полицейских они не нашли. Но вместо того чтобы свернуть им шеи за провал, Лука обрадовался тому, что один из них успел услышать имя белого полицейского из Йобурга — констебль переспросил у напарника, правильно ли прочитал его.
— Это хорошие новости, — весело заявил Лука.
— И что в них, мать твою, хорошего? — прорычал Роберто.
— Мальчик мой, — дядя радостно похлопал его по щеке, — если они не улетели, значит, всё ещё здесь. А твоему скупщику нужен адвокат. Ну а я, — он ухмыльнулся, — лучший адвокат в городе.
По крайней мере он был одним из самых дорогих. Роберто улыбнулся. Перспектива помучить полицию, потом этого скупщика, а после спокойно провести вечер у дяди Луки выглядела почти идеально.
Настроение Роберто улучшилось. Дядя наверняка был прав. Полицейские из Йобурга, видимо, всё-таки нарвались на проблемы с местным начальством, а Рой сейчас сидел в полицейском управлении Дурбана. В том, что Лука сумеет вытащить его, Роберто не сомневался. Его дядя мог устроить что угодно — если только речь не шла об убийстве. А то, что Рой кого-то убил, ещё надо было доказать. К тому же одним из самых влиятельных адвокатов Дурбана ему лично будет обеспечена защита.
Значит, скоро Рой окажется у него. А вместе с ним и портфель.
Теперь Роберто был уверен, что всё получится.
И всё же неприятное чувство упрямо не проходило. Роберто списал это на напряжение.
*****
День действительно приготовил для него новые сюрпризы — и такие же неприятные, как те, с которых он начался.
В полицейском управлении никто особенно не впечатлился Лукой. Когда он назвал цель своего визита, полицейские даже начали ехидно ухмыляться. Лука потребовал начальника полиции. И тот действительно вышел.