Когда я был большим

– Посиди на диване, – попросила мама Павлика, – пока я мою полы.

Она принесла блестящее красное ведро, в котором плюхалась о стенки вода. Рядом поставила длинную швабру с голубой рукояткой и ворсистой тряпкой.

Мама поправила волосы и принялась за работу, напевая задорную песенку.

Павлик с интересом следил, как за тряпкой остаются бледные полосы. Можно представить, что это лёд, и покататься в носках! Но вода высохла, а мама перешла в другую комнату.

Павлик вздохнул и поплелся в прихожую. Садик вторую неделю как закрыли на ремонт, на улице безобразничали мороз и сильный ветер, а старшая сестра Катя училась в школе. Дома было скучно, особенно пока мама занималась делами.

– А вот когда я был большим! – он поднял вверх указательный палец. – Я сам мыл полы!

Мама повернулась к сыну и с улыбнулась.

– Я набрал полное ведро воды, – он заглянул в мамино полупустое ведро, – и ка–а–ак выплеснул его на пол! А вместе с водой и рыбы посыпались: сначала голубые, потом синие, а с самого дна и совсем чёрные, неумытые.

– Чёрных отмоем и ухи наварим, – рассмеялась мама.

– А они прыгнули в воду и уплыли, – расстроился Павлик. Потрогал коричневый завиток на макушке. Прищурился, мысленно заглянул в свое ведро и улыбнулся. – Зато из последних капель выпрыгнул кит! Огромный, серый! Из блестящей спины струйка воды брызжет, а сам трубит как пароход.

– И как он тут поместился? – мама с удивлением оглядела маленькую прихожую, в которой втиснулись шкаф, комод и обувная полка.

– Кит волшебный оказался. Он подмигнул мне, и места стало, как на футбольном поле, что за нашим домом! Хоть в футбол играй, хоть в съедобное–несъедобное, хоть танцы для Кати устраивай.

– Полезный кит, – кивнула мама, отжала тряпку и подобралась к обуви у порога. – Я бы себе такого оставила.

Павлик нахмурился. Мама перебирала башмаки и охнула, когда с его резиновых сапог отвалился кусок грязи.

– Нельзя. У него дети, – вздохнул Павлик. Принес влажную тряпку и стал помогать маме протирать обувь. – Кит махнул хвостом, кивнул мне на прощание и плюхнулся на самую глубину. И такая он него волна пошла, что всю грязь из квартиры смыло! И работы никакой не осталось!

– Только ведро и швабру на балкон вынести, – рассмеялась мама, домывая пол. Она обняла сына и чмокнула в розовую щеку. – Теперь и у нас всё чисто. Во что играть будем?

– А давай в футбол, – Павлик оглядел их скромную прихожую.

– Согласна, – по–весеннему рассмеялась мама. – Раз у нас было целое поле, когда ты был большим!

Глава 2. Силач

Павлик с бабушкой вышли из цирка и пошли домой.

– Ну что, – спросила бабушка, – понравился цирк?

Павлик с воодушевлением кивнул. Прищурил голубые глаза, оставив полосочки, чтобы дорогу видеть, и принялся вспоминать. Воздушные гимнасты мелькали под блестящим куполом. Кошки и собаки прыгали через обручи маленькой дрессировщицы.

Но больше всего Павлику понравился силач с черными усиками. Он поднимал тяжелые гири, как легкие плюшевые игрушки. Подбрасывал их и ловил одним пальцем!

Бабушка с Павликом подошли к дому. Возле подъезда царила настоящая суматоха. Перед железной дверью остановился маленький фургон с распахнутыми задними дверцами. На дороге стояла мебель: шкаф, доски от кровати, матрас, стол и много ещё чего. Два загорелых грузчика пытались поднять шкаф и затолкнуть его в машину. А пухленькая тётя Роза с большой сумкой в руках бегала вокруг них и голосила:

– Аккуратнее, ради моего сердечного спокойствия!

Но грузчиков сердечное спокойствие тёти Розы, похоже, не волновало. Шкаф накренился. Хозяйка бросилась на перехват и спасла мебель от крушения.

– А вот когда я был большим! – Павлик потрогал кожу над губой, пытаясь нащупать там усики.

– Как это? – бабушка поправила очки и с удивлением посмотрела на внука.

– Когда это? – тётя Роза выпустила сумку, и она чуть не шлепнулась на асфальт.

– Давно, – отмахнулся Павлик и продолжил. – Я был силачом! Правой рукой я поднял шкаф, левой забросил на него комод и тумбочку. А под мышкой нёс стол. Закинул всё это в фургон и подхватил бабушку.

– У меня как раз ноги загудели, – кивнула она с благодарностью и улыбнулась.

– Потом я поднял маму, папу и Катю, – Павлик задумался и махнул рукой. – И Ваньку с Петькой из моей группы. И давай их по очереди подбрасывать и крутить! Закинул всех себе на плечи и получилась длиннющая лестница.

Стол выскользнул из рук незадачливых грузчиков. Раздался хруст и одна ножка переломилась. Тётя Роза достала из сумочки стеклянный флакон, выдернула пробку и нюхнула содержимое. По воздуху разлетелся едкий травяной запах.

– А до третьего этажа дотянетесь? – она всхлипнула и посмотрела на грузчиков. – Мне ещё в новую квартиру вещи заносить.

Павлик подхватил покосившийся табурет, передал его в фургон и кивнул:

– А на самый верх я отправил тётю Розу! И мы снизу стали передавать всю мебель. Я – папе, папа – маме, мама – Кате, и так до самой тёти Розы!

– А я залезла в окно, – лицо полненькой тёти Розы озарила счастливая улыбка, – и расставляла всё по местам. И так у меня стало уютно!

Черноволосый грузчик с виноватым видом протянул хозяйке сломанную ножку от стола. Тётя Роза отмахнулась и полезла в сумку. Порылась и извлекла сверток с пирожками.

От запаха выпечки и абрикосового повидла у Павлика разыгрался аппетит. Тётя Роза угостила бабушку, грузчиков и соседей. А Павлику протянула самый румяный пирожок:

– Для силы, как тогда, когда ты был большим!

Глава 3. Как Павлик водил машину

Павлика нарядили в белую рубашку. Ему это совсем не нравилось, но мама сказала, что в кукольный театр все ходят красивыми. Пришлось терпеть пуговицу у самого горла.

Покормить бы голубей во дворе, но мама сказала, что можно испачкаться! Мама осталась дома, а папа пристегнул сына в кресле на заднем сиденье, и они тронулись.

Кататься Павлик любил. Ему нравилось обгонять птиц, рассматривать дома и вывески магазинов. Но сегодня папина машина ехала очень медленно. Павлик подумал, что умей он читать, уже бы выучил все названия. А может и за покупками сбегал.

– Пробка, – пробормотал папа, заметив в зеркале грустное лицо сына. Перед ними образовался затор, и они встали.

– А вот когда я был большим, – начал Павлик и исподлобья посмотрел на папу.

Папа поправил зеркало и хмуро глянул на сына:

– Ну? И что ты делал?

– Я водил машину! – Павлик взмахнул указательным пальцем и улыбнулся. – Я достал из бардачка мигалку и прикрепил её на крышу. Включил сирену на полную мощность и помчался вперед. И все передо мной разъезжались и уступали дорогу.

– Как мне на работе, – усмехнулся папа и посмотрел на часы. Если через минуту пробка не рассосется, они опоздают в театр.

– Правда, потом мой проблесковый маячок сломался, – с грустью вздохнул Павлик.

– Ну вот, – огорчился папа и потеребил завиток на макушке, такой же, как у сына.

– На выручку прилетели голуби, – успокоил папу Павлик. – Их набралась целая стая. Они мелькали перед машинами и громко ворковали! И такой поднялся шум, что все водители высунулись в окно.

Папа с надеждой глянул на дорогу. Машины перед ним и не думали трогаться.

Павлик поспешно договорил:

– А потом они ухватились за машину одним крылом, а вторым стали сильно–пресильно размахивать. От этого поднялся такой ветер! Машина оторвалась от асфальта и понеслась вместе с птицами!

– Не зря ты голубей любишь подкармливать, – папа улыбнулся сыну, дотянулся до него и погладил по колену.

– И мы вмиг добрались до кукольного театра, – рассмеялся Павлик и показал папе на лобовое стекло.

Папа глянул туда и увидел, что движение возобновилось. Машины маячили где–то вдалеке, а перед ними расстилалась пустая дорога.

Папа обрадовался и помчался вперед, обгоняя птиц и буквы на вывесках магазинов.

– А давай, после театра голубей покормим, – папа остановился у красивого здания и повернулся к сыну. – У вас же с ними давняя дружба.

Павлик рассмеялся и поднял с пола пакетик с пшеном:

– Припас на всякий случай, как тогда, когда был большим.

Глава 4. Весёлый дом

Павлик любил оставаться дома с Катей. Она немного задается, но, когда в хорошем настроении, с ней весело играть.

Мама с папой уехали по взрослым делам, а Павлик пристал к старшей сестре:

– Давай поиграем!

Катя опустилась на стул, закинула за спину длинную косу и вздохнула:

– Мне бы твои проблемы. У меня домашка по ИЗО не сделана, а завтра сдавать.

– Тогда давай вместе рисовать, – обрадовался Павлик. Ему нравилось, когда из–под кисточки выходило что–то яркое и забавное. Проведешь синюю линию – получилась волна. Покрутишь кисточку в коричневой краске – пара клякс и готов пиратский корабль!

– Не нужны мне сокровища пиратов, – остановила его сестра. – Мне задали нарисовать дом и двор.

Катя фыркнула, достала краски и альбом и задумалась. Рисовать серый дом скучно, пусть даже у него посередине и идут зеленые полосы. Она глянула в окно. Лучше бы по-настоящему погонять по улице на самокате. Но самоката у Кати не было, а дом сам по себе не рисовался. Она вздохнула и старательно вывела серые стены.

Павлик подвинул к себе листок, окунул кисточку в красную краску и улыбнулся Кате.

– А вот когда я был большим!

– А вот и не был ты большим, – передразнила старшая сестра, скривила рот и провела ещё одну серую линию. Получилась крыша.

Но Павлик не обратил на неё внимания:

– Я был маляром! Это такие отважные люди!

– И что же в них отважного? – хмыкнула сестра и посмотрела на яркие полосы на листе брата.

– Мне пришлось подниматься в тележке на самую высоту, чтобы как следует расцветить дом. Сначала я взял сиреневую банку и вылил на наш подъезд. Я подъехал к окнам соседей и раскрасил их квартиры в желтый цвет.

– А я люблю красный, – вздохнула Катя и потянулась кисточкой к любимой краске.

– А красным я измазал всё остальное! – Павлик опрокинул нужную баночку и принялся раскатывать краску руками по листу.

– Весёленько получилось, – обрадовалась Катя и присоединилась к брату.

– Потом пошёл дождь! – брат потер синюю краску кисточкой и разбрызгал цветные капли в разные стороны. – И дом стал пятнистым, как ягуар. Тогда я нарисовал зеленые лианы. Получились настоящие джунгли, и ягуар очень обрадовался.

Катя развеселилась и подвинула к себе зелёную краску.

– И вот мне осталось совсем немного, как я заметил маму. Она бродила кругами и не узнавала наш дом. Мне пришлось сбоку нарисовать её портрет: овал – это лицо, треугольник – нос, два голубых круга – глаза. А сверху намазюкал ей целую копну волос!

– И мама узнала? – удивилась Катя и поднесла к свету свой рисунок. Дом получился веселым: каждый подъезд разного цвета, из окон бил жёлтый свет, а на крыше росли высокие деревья с пышными кронами. Сестра улыбнулась и прищурилась от удовольствия.

– Узнала, – рассмеялся Павлик, – я же ей махал и кричал с высоты!

Катя отложила рисунок, оглянулась и взвизгнула. Стол и все тетради, что на нем лежали, стали красными. Со стен подмигивали синие, зелёные и жёлтые пятна. А по полу тянулись разноцветные следы от тапочек.

– Вот это мы с тобой маляры.

– Да это было давно, когда я был большим, – Павлик подтянул ноги на стул и посмотрел на старшую сестру грустными глазами.

Катя вздохнула, принесла из ванной комнаты две влажные тряпки. Одну из них протянула брату:

– Тогда давай оттирать стены к маминому приходу. А то она и нашу квартиру не узнает. Как тогда, когда ты был большим.

Глава 5. Творожная запеканка

Павлик с радостью бежал в садик. Там его ждали Ванька с Петькой. Это были самые весёлые ребята в группе.

Они и Павлика научили подпрыгивать на одной ноге, перекладывать кашу девчонкам в тарелки. На прогулке друзья изучали жуков и устраивали листопад. На занятиях смешивали разные столбики пластилина – к их удивлению каждый раз получалась масса серо-коричневого цвета. Во время сна шептались по собственному методу: один “шшш” означал: “Как у тебя дела?” И чем больше “шшш” слышалось в ответ, тем веселее становилось.

Именно Ванька с Петькой рассказали Павлику, что есть творожную запеканку, оказывается, не модно! Они ковырялись в ней ложкой, слизывали сгущенку и с хмурым видом отворачивались от стола.

Сегодня на полдник как раз дали творожную запеканку. Девчонки и мальчишки набросились на лакомство. А Павлик, Ванька и Петька переглянулись и отодвинули свои тарелки. Запеканки друзей выстроились в ряд, как белые паруса на кораблях.

Нянечка вздохнула, вернула тарелки мальчикам и всучила в руки ложки.

– А вот когда я был большим, – тряхнул ложкой Павлик, – я ел только то, что хотел!

– И тебя не заставляли? – спросил Ванька, отломил ложкой белый кусочек и отправил его в рот.

– Я же был большим! – рассмеялся довольный Павлик. – Взрослых не заставляют.

– А где ты брал еду? – Петька лизнул сгущенку, оставив под носом белые следы, словно усы Деда Мороза.

– Сам готовил, – ответил Павлик, пережёвывая запеканку. – На голове белый колпак, а в руках сковородка – огромная, как вся наша квартира.

– И что же ты жарил? – нянечка собирала у ребят пустые тарелки.

– Котлеты, конечно, – Павлик улыбнулся и зажмурился. – Фарш был похож на пластилин. И я принялся лепить!

– Пиратский корабль? – Ванька поддел ложкой последний кусок запеканки.

– Пиратский корабль, – согласился Павлик и потянулся к тарелке. – У меня получился самый высокий корабль на свете! Только он, почему–то, зашипел, задымился и растёкся по сковороде.

– Расплавился, – со знанием дела хмыкнул Петька и протянул нянечке начисто вылизанную тарелку. – В наше время так бывает.

– А что мама? – нянечка не удержалась и присела рядом с Павликом.

– Похвалила, – кивнул Павлик.

– И вы сели ужинать? – нянечка с восторгом прижала руки к груди. Она мечтала, что и её сын станет жарить котлеты, когда будет большим.

– Сначала котлеты на улицу отнесли, – улыбнулся Павлик. – Кошки и собаки в нашем дворе очень обрадовались. И разнесли новости по соседним дворам. Вся живность к нам повалила, только успевай накладывать.

– А что же вы ели? – спросил Ванька, поглаживая сытый живот.

– Я немного устал. И мама сказала, что сама приготовит, всё, что я ни пожелаю! – Павлик стукнул ложкой по тарелке и с удивлением обнаружил, что она пустая. Запеканка незаметно исчезла у него во рту.

– И что же ты выбрал? – хором спросила вся группа во главе с нянечкой.

– Творожную запеканку, – улыбнулся Павлик. – Я её очень любил, когда был большим.

Глава 6. Как Павлик был пожарным

Однажды Павлик отправился к папе на работу за приключениями. Папа был пожарным, но в тот день ничего не происходило.

Павлик сидел в небольшой тусклой комнате, а тётя Валя, диспетчер с красными волосами, кормила его булками и компотом. Он уже совсем отчаялся, как раздался телефонный звонок. Папа вытянулся в струнку и настороженно смотрел на тётю Валю. Она быстро черкала ручкой по желтому листочку.

– Направляю бригаду, – тётя Валя бросила трубку и хлопнула по красной кнопке “тревога”.

Замигали лампочки, загудела сирена. Павлик потер руки – сейчас они с папой отправятся тушить пожар.

Но папа нахмурился, посмотрел на тётю Валю и кивнул на Павлика:

– Пригляди за ним.

Время ползло медленнее дневного сна в садике. Павлик прилип к окну и караулил папу.

Тётя Валя обняла мальчика и погладила по голове:

– Папа скоро вернется. Таких пожарных, как он, на всем свете не сыскать.

– А вот когда я был большим, – Павлик смахнул слезу, – я тоже был пожарным!

– Самым смелым, – кивнула тётя Валя.

Павлик выбрался из её объятий и снял с крючка папину запасную каску пожарного:

– Нас вызвали на пожар. Цирк загорелся! Со мной приехали Ванька и Петька – они тоже были большими. Примчались мы, а всё здание в огне, и даже блестящий купол горит. Циркачи у ворот ходят и ничего поделать не могут. А в цирке визжат, пищат и хрюкают! Ванька дернул шланг, Петька включил воду. Направили на дверь струю, я и проскочил внутрь!

– Быстро прорвали огонь! – обрадовалась тётя Валя.

– Но сразу же выскочил обратно, – дернулся Павлик. – На меня неслись лошади, собаки, кошки, а самой последней ковыляла большая свинья. Пропустил я их и ринулся в дым. А Ванька с Петькой по верху огонь заливать принялись.

– Противогаз не забыл? – нахмурилась диспетчер.

– Об этом и младенцу известно, – махнул рукой Павлик и продолжил, – Прислушался я. Слышу рычание, но какое-то жалкое. Пробираюсь и вижу – стоит клетка: дверь распахнута, а внутри тигр лежит.

– Надышался, – охнула тётя Валя.

– Обмотался, – поправил её Павлик. – Питон к нему в клетку заполз, а места мало, вот и запутался в мохнатых лапах тигра! Лежат оба и выбраться не могут. Питон шипит, тигр рычит. Подбежал я и давай распутывать. Питон скользкий, еле ухватил. Разлепились они и дружно на выход поползли–побежали. А я дальше отправился. Слона из клетки вызволил. Попугая с полу подобрал и на воздух вынес. Он отдышался и рассказал, что ежик с обезьяной в кладовке спрятались.

– Рассказал? – вылупила глаза диспетчер.

– Ученый был, – отмахнулся Павлик. – Пробрался я в кладовку, а зверей никак не достать. Две обезьянки на полку высокую забрались, за шляпой фокусника спрятались. А ёжик под шкаф забился, к самой стене прижался.

– Что ж делать? – расстроилась тётя Валя.

– Пришлось мне стать дрессировщиком. – вздохнул Павлик. – Позвал я слона и показал, как хоботом вещи доставать. Из-под шкафа он выкатил ежа, с полки ухватил обезьян. И так слону понравилось животных спасать, что он ещё из черной шляпы кролика вытащил. Выбрались мы все на улицу, а Ванька с Петькой как раз пожар потушили.

Павлик с тётей Валей услышали шум мотора. В окне показалась большая пожарная машина. Папа спрыгнул со ступенек и размахивая руками побежал к сыну.

– На оружейном складе бушевал пожар, – объяснил папа, прижимая сына к груди. – Опоздай хоть на минуту, и здание отправилось бы в небо.

– Всех спасли? – Павлик уткнулся в папино плечо и вдохнул запах гари.

– Людей не было, – усмехнулся папа. – Только щенок забился в дальний угол. Еле вытащили.

– Так же как я спасал животных в цирке, – обрадовался Павлик, – когда был большим.

Глава 7. Подарок для Деда Мороза

Семья Павлика сидела за новогодним столом, уставленным закусками и сладостями. Мама хлопотала и раскладывала салфетки. Катя шуршала фантиками от конфет. Папа налегал на мясо, а бабушка нахваливала мамину стряпню.

Только Павлик то и дело вскакивал и выбегал в прихожую. Там возвышалась пышная ёлка, украшенная серебристыми и синими шарами.

– Рано ещё, – рассмеялась Катя, увидев, как брат заглянул под ёлку.

– Деда Мороза раньше полуночи не жди, – папа показал на круглые настенные часы. Маленькая стрелка едва подбиралась к одиннадцати.

Павлик вздохнул и поплелся обратно за стол. Мама придвинулась к сыну и обняла его:

– Ничего, придёт время, и Дед Мороз принесёт подарки.

– И свой заберёт, – улыбнулся Павлик.

Папино лицо вытянулось, он с тревогой посмотрел на маму:

– А мы ему ничего не приготовили.

Павлик выбежал из зала и забренчал в своей комнате. Он вернулся с громадным самосвалом с желтым кузовом, который тянул на веревочке.

– Тяжело дедушке будет такой подарок нести, – мама погладила Павлика по голове.

– А мы почтой отправим! – Катя выпрямила спину, довольная, что так здорово придумала.

– А вот когда я был большим, – Павлик отпустил верёвку и глянул на снег за окном, – я сам возил подарок Деду Морозу. Я шёл по хрустящему снегу и тащил тяжёлый мешок.

– А что в мешке? – захлопала в ладоши Катя. – Конфеты? Танк?

– Это мужские дела – остановил её брат и продолжил вспоминать. – Пробирался я, пробирался и вдруг провалился в сугроб!

– Замерзнешь! – вскрикнула бабушка и схватилась за сердце.

– В снегу тепло, – успокоил её папа.

– Под сугробом оказалась огромная дыра, настоящий тоннель, – Павлик нарисовал в воздухе большой круг. – А впереди мелькнуло что-то белое.

– Так снег же, – рассмеялась Катя.

– Белый медведь, – с укором посмотрел на неё брат. – Он протянул лапу, и я запрыгнул к нему на спину. Обхватил мешок, и мы выскочили из сугроба. А впереди снежная туча. Как посыпались на нас хлопья, воздуха не видно!

Мама одной рукой прижала сына к себе, другой дочь.

– Подлетели к застывшему озеру. Медведь тяжёлый, лёд под ним трещит! А я такой высокий, что нога за кочку зацепилась. Как плюхнулся вниз! – Павлик почесал то место, на которое упал.

Бабушка застонала.

– И лёд раскололся! – утвердительно покивал Павлик. – А оттуда вылез…

– Тюлень! – выкрикнул папа.

– Морж! – Катя нарисовала у своего лица громадные бивни.

Павлик нахмурился и почесал завиток на затылке:

– Да просто рыбина. Но большая! Ухватился я одной рукой за её липкий хвост, другой – мешок не выпускаю и нырнул под воду!

– Вода же ледяная, – расплакалась бабушка.

– У него под курткой был водолазный костюм на непромокаемом меху! – попытался угадать папа.

– Полезная вещица, – мама с гордостью посмотрела на сына.

– Я всегда его с собой беру, – кивнул Павлик и принялся грести руками. – Помчались мы быстрее волны. Вынырнули, а на берегу Дед Мороз ходит в тулупе и меня поджидает.

– А как же шуба? – очнулась бабушка.

– Это он в городе нарядный, – хмыкнул внук, – А ко мне по–дружески вышел. Проводил к себе в дом – большой такой и белый. Обогрев включил, а сам у открытого окна сел.

– А как же подарок? – перебила Катя.

Брат посмотрел с укором:

– Поговорили мы, лимонада с пирожками выпили. Тут я ему подарок и вручил.

Катя посмотрела на Павлика со слезами на глазах:

– Ну что в мешке было?

– Прицеп, – смилостивился Павлик.

– Какой прицеп? – вытаращили глаза Катя, мама и бабушка.

Папа с Павликом переглянулись.

– Думаете дедушке легко мешок таскать? А в прицеп много всего положить можно, – Павлик покосился на самосвал, – и поднимать не обязательно. Зацепил к саням, выбирай себе нужные подарки и по одному под ёлку раскладывай!

– А тебе что Дед Мороз подарил? – нетерпеливо спросила сестра.

– Рано я приехал, – вздохнул брат. – Время подарков ещё не пришло.

И тут из телевизора забили куранты. На улице загремел и засверкал салют.

В прихожей послышался грохот. Павлик выбежал и увидел вспышки голубого света. Он подскочил к ёлке и закричал:

– Подарки!

Из–под ёлки выглядывали коробки, перевязанные гладкой синей лентой. Мама пристально посмотрела на папу, но тот лишь пожал плечами.

С краю лежали подарки для взрослых. Маме досталась чудо–сумка – засунь в неё руку и скажи, что ищешь – вещь тут же появится на ладони. У папы оказалась новая блестящая каска, она не тускнела и не пачкалась. А бабушка получила в подарок плед из ярких лоскутков. Если в него закутаться, никогда не замерзнешь – хоть в морозилку заберись.

Коробка Павлика тявкнула, лента размоталась, крышка слетела. Оттуда высунулась толстенькая мордочка с голубыми глазами и чёрным носом. Это был тот самый щенок, которого папа спас от пожара. Павлик прижал малыша к груди и зажмурился от счастья. Мама с папой с умилением смотрели на сына.

Катин подарок был длинным и тяжёлым. Сестра разорвала бумагу и увидела блестящий самокат. Завизжала и покатилась на нём по прихожей.

– Как хорошо, – она остановилась у стены и отдышалась, – что ты навестил Деда Мороза, когда был большим!

Глава 8. Всё наоборот

– Павлик, вставай, – мама погладила сына по ноге, торчащей из–под одеяла.

Нога спряталась под одеяло и не ответила.

– Сынок, – ласково позвала мама, – пора в садик.

Но Павлику снился чудесный сон про самосвал, и он обязательно хотел его досмотреть. Мама присела на кровать, вытащила сына из сновидений и усадила на колени.

– Давай почистим зубы и будем одеваться. Где наши шортики и майки?

– А вот когда я был большим, – Павлик сладко зевнул и слез на пол, – я всё делал наоборот!

– Как это? – удивилась мама и пошла за сыном в ванную.

– Вместо пасты, – Павлик покачал в воздухе зубной щеткой, – по утрам я ел сладкое. И сладкое это обязательно было цветным и липким, как мороженое или сахарная вата. Тогда и зубы, и лицо принаряжались.