Алая печать. Академия сиятельных

Глава 1

– Ты же не хотела за него замуж! – неистово кричала сестра.

Ее кукольное личико исказила гримаса гнева. Мгновение, и она сменила тактику: рухнула на колени, всхлипнула, давая слезам сбежать по щеке, а затем протянула в мольбе руки:

– Хейли, ты обещала мне! Ты обещала!

Мама недовольно поджала губы, отец отвернулся к окну.

Они были свидетелями моего обещания сестре, как и моего согласия на помолвку.

– Белла, поднимись, – устало попросила я сестру. – Ты всерьез считаешь, что, получив отказ, лорд Леон попросит твоей руки?

– Хейли! – в один голос выкрикнули Белла и мама.

«Конечно, у него ведь нет выбора, ему нужна жена с даром», – мысленно ответила я на свой вопрос. Именно на это и надеялась сестра. На то, что у лорда Леона не будет другого выхода, как просить руки младшей дочери лорда Сизери.

– Отец, я дала согласие. Ты все слышал, объясни им. – Я не могла всего этого вынести и поспешила выйти из столовой.

Белла в отчаянии вцепилась в мои юбки, но я оттолкнула ее.

Мне нужно было на свежий воздух, подальше от воя сестры и укоризненного взгляда матери.

Я бежала по коридору, стараясь не замечать обшарпанных стен, местами прогнившего пола и проеденного молью ковра. Когда-то, еще до моего рождения, наш дом блистал роскошью. Получить приглашение в поместье рода Сизери было самой желанной целью благородных леди и лордов. Но все изменилось.

Род Сизери отлучили от двора. Из всех богатств моей семьи нам оставили лишь поместье в пригороде столицы. Все, что досталось мне, – это имя и надежда на использование магии в будущем, после замужества.

Мы – запечатанные. У каждого из нас на спине – алая печать. Вечное напоминание о нашем бесчестье. Мы – позор для всего королевства.

Мы – те, в ком поет сила, в ком она бьет ключом. И те, кто не имеет права ею пользоваться.

Я много раз пыталась узнать, за что так с нами поступил король? Но ответа не получила. Отец срывался на крик и отправлял меня в свою комнату. Мать хваталась за голову, обвиняя меня в начинающейся мигрени. Немногочисленная прислуга прятала глаза. А гости, изредка заезжавшие к нам, спешно собирались в путь, как только я заводила речь о нашей участи.

Слух о том, что лорд Леон Говер, второй советник короля, ищет себе невесту, всполошил мою семью. А вскоре пришло и подтверждение планов наследника рода Говер. Я запомнила тот день в мельчайших подробностях.

Письмо, перевернувшее с ног на голову всю нашу жизнь. Высочайший указ его королевского величества для всех родов, имеющих силу, – представить своих совершеннолетних дочерей ко двору.

Наша семья получила шанс на реабилитацию. Шанс вновь возвыситься и вернуть право на использование своего дара.

Для меня все прошло как в тумане. А Белла откровенно радовалась поездке. Мама также замирала в предвкушении предстоящих танцев. Все, о чем мечтал мой отец, – обрести былую власть и славу. Былую мощь и силу своей магии. Вот только ни отца, ни мать не допустили на празднество.

Вместе мы приехали в столицу, но если меня и сестру разместили в гостевых покоях дворца, то родители были вынуждены остановиться в гостинице.

Впрочем, так поступили и с остальными участницами смотрин. Их родственников тоже не поселили во дворце.

Все двадцать три девушки, включая и меня с Беллой, проживали в одном крыле.

К нам с Беллой приставили дуэнью – леди Мирту. Чопорная, злобная старая дева следила за каждым нашим движением, ловила каждое слово. Сопровождала на все мероприятия, устраиваемые королем, ездила с нами к родителям в гостиницу.

Именно там я пообещала Белле, что не дам согласия, если лорд Леон попросит моей руки. И на то имелись веские основания, которые никуда не исчезли.

Конечно, мне было известно, почему младшенькая из рода Сизери желала обручиться и выйти замуж. К этому нас склоняли оба родителя с того момента, как мы повзрослели, – найти достойного благородного мужчину, влюбить его в себя и вернуть свою силу.

И такая удача: лорд Леон сам пожелал выбрать невесту из опальных семей.

Белла пустилась во все тяжкие, стараясь привлечь внимание лорда. А сколько было попыток скомпрометировать его и насильно женить на себе, сложно сосчитать. Но, как она ни изощрялась, ее труды пропали даром. Пять танцев – вот и все, что получила она за три месяца пребывания во дворце. Так же, как и я, и другие претендентки.

Лорд не выходил за рамки приличий, не требовал бесед и прогулок наедине. По каким критериям он выбирал себе невесту, оставалось только гадать.

Все разрешилось спустя два месяца с того дня, как мы покинули столицу, – ровно столько все томились в ожидании, кого же предпочтет лорд. В то утро, когда всадник на вороном коне пересек наши владения.

Лорд Леон Говер явился без сопровождения. И, честно говоря, когда я увидела его за завтраком, мне показалось, что он болен или по меньшей мере одержим.

Его разговор с отцом в кабинете не занял и минуты, затем туда позвали меня. Догадывалась ли я, что за этим последует? Естественно, также как и Белла, радостно улыбавшаяся мне вслед. Сестра была уверена, что я откажусь от столь высокой чести и она займет место, которое, по ее мнению, по праву принадлежит ей.

Отец оставил нас с лордом вдвоем, дав на разговор не более пяти минут. Самые долгие пять минут в моей жизни. Тикали старые настенные часы, торопливо отсчитывая секунды. Я смотрела по сторонам, не решаясь взглянуть на лорда. И не решаясь принять то, что он приехал мне дать. Ведь я знала правду. Это вышло случайно. Я стала свидетелем его беседы с незнакомой леди и поняла, что у него уже есть любимая женщина.

Как того требовали этикет и традиция, лорд опустился на одно колено и сделал мне предложение. Согласие отца он уже получил и теперь ждал моего слова. Все знали, что только добровольно выйдя замуж, девушка с даром сумеет передать силу своим детям. Поэтому от моего ответа зависело слишком многое. И я согласилась.

Воспоминания о сегодняшнем утре прервал голос жениха, раздавшийся неожиданно.

– Леди Хейли, куда вы так спешите? – Его вопрос заставил меня остановиться.

Несколько мгновений я пыталась успокоить бешено бьющееся сердце и выровнять дыхание. Я витала в своих мыслях и даже не заметила, как перешла на бег и очутилась в беседке в саду.

– Я просто задумалась, – сказала я и присела на скамью.

Мужчина вошел внутрь беседки. Я думала, что лорд сядет рядом, но он опустился на корточки.

– Я хочу знать, почему вы дали согласие?

– Вы передумали? – глядя поверх его плеча, бросила я.

– Не уходите от ответа, – потребовал лорд.

– Он очевиден. – Я пожала плечами. – Замужество – шанс возродить былую силу.

В этот момент мне нестерпимо захотелось почесать спину. Моя печать горела огнем. Так было всегда, когда я упоминала в разговоре о своем даре.

– Я ошибся в вас, вы такая же, – поднимаясь на ноги, выдохнул жених.

– Такая же, как… кто? – спокойно спросила я, вставая.

Я не разозлилась и не возмутилась. Хотя точно знала, что Белла залила бы слезами камзол мужчины, заверяя его в вечной любви.

– Минуточку, лорд Леон. Вы пожелали выбрать себе невесту из запечатанных, для чего созвали всех возможных кандидаток во дворец. Из всех претенденток лишь пятеро подходили вам по статусу, если, конечно, на миг забыть об их печальной участи. Род Сизери по силе дара превосходит даже ваш собственный. Лучшей партии, чем я или моя сестра, вам сложно было бы найти.

– Превосходил, – поправил мужчина.

– Пусть так, – еле сдерживая желание почесаться, кивнула я. – Однако это не меняет того факта, что вы не стали ни с кем знакомиться ближе, следовательно, ваш брак – всего лишь сделка.

– Сделка?

– А разве нет? – Я все-таки не выдержала и потянулась к застежке платья. – Вам нужен наследник и фиктивная жена.

Изогнувшись, я немного расстегнула молнию и наконец почесалась. Стон облегчения сорвался с моих губ, и я почесалась еще раз. О том, как это выглядело со стороны, старалась даже не думать.

– Вы хотите приступить к этому прямо сейчас? – Брови лорда взлетели вверх, а губы искривились в усмешке.

– К чему? – не поняла я.

– К наследнику. – Взгляд мужчины красноречиво намекал на мои манипуляции с платьем.

Наверно, мне следовало покраснеть, устыдиться своих действий, но тот, у кого на спине нет подобной печати, никогда не поймет меня. Так зачем расстраиваться и тратить по пустякам свои нервы?

Я медленно поправила платье и опустила руки.

– Печать, – сказала я в свое оправдание. – Вы требуете от меня откровенности, а взамен награждаете нелестными эпитетами и оскорбительными предположениями.

– Вы не выглядите оскорбленной, леди Хейли, – усмехнулся мужчина.

– Я не хочу играть в эти игры, – тряхнув головой, выпалила я ему в лицо. – Скажите, что вы хотите услышать в ответ на свой вопрос, и я отвечу так, как вы желаете.

Мужчина замер, внимательно глядя на меня. Не знаю, что он рассчитывал увидеть, а лично я мечтала быстрее снять платье и почесать треклятое клеймо.

– Повернитесь, – вдруг приказал он.

Пожав плечами, я повернулась к нему спиной.

Я не успела даже вздрогнуть, как лорд рванул молнию и спустил рукава платья. В одну секунду мужчина сорвал шнуровку бюстье, обнажив лопатки. Я боялась даже пошевелиться. Вряд ли он не видел печати раньше. Поэтому мне был непонятен его поступок.

– Как давно она жжется? – водя пальцем вокруг печати, но не касаясь ее, спросил лорд.

– Не помню. Вот так сильно последние несколько лет.

– Уже не важно. – Он рывком натянул рукава и застегнул платье. – Извините, пойдемте, я провожу вас в дом.

Лорд больше не вымолвил ни слова. Впрочем, у меня тоже не было желания беседовать. Да и что я могла ему сказать? Он все равно не ответил бы ни на один из моих вопросов.

Галантно поклонившись, лорд подарил мимолетный поцелуй моим пальчикам и открыл мне дверь. Та предательски скрипнула, свидетельствуя о скудости благосостояния рода Сизери.

Не задерживаясь в холле, я поспешила в свою комнату. Мне требовалось переодеться.

– Я так и знала! – ядовито прошипела Белла, как только я вошла к себе. – Вы с ним целовались! Я видела!

Не обращая внимания на вопли сестрицы, я прошла в спальню, где находился шкаф с моими вещами. Торопливо сбросила платье и стянула бюстье. Родителям давно не по карману содержать для нас служанок. Мы научились сами одеваться и причесываться. Конечно, иногда помощь другого человека бывала крайне необходима, в таких случаях мы с сестрой обходились друг другом. Однако во время нашего пребывания в столице Белла делала вид, что не привыкла принимать ванну и одеваться самостоятельно.

– Как ты могла?! – влетела в спальню Белла.

– Что именно? – перебирая нижнее белье, уточнила я у нее.

– Хейли, ты обещала мне! Это я должна стать леди Говер!

– Но выбрал он меня, – почесывая печать, парировала я.

– Потому что ты старшая!

– Не думаю, что наличие старшей незамужней сестры остановило бы лорда, если бы он хотел сделать предложение тебе.

– Что вы делали в беседке?

– Ты же видела, – хмыкнула я, поворачиваясь к зеркалу. – Целовались.

– Врешь! Твои губы не распухли и не покраснели.

– Вот как? Тогда зачем ты обвиняешь меня в том, чего я не делала?

– Ты нарушила обещание.

– А ты не думаешь ни о ком, кроме себя. – Зашнуровав бюстье, я потянулась к платью.

– Но Хейли… – захныкала сестра.

– Если тебе больше нечего сказать, то выход там, – указала я на дверь. – А мне еще предстоит подписание договора.

– Ты не могла! – всплеснула руками Белла.

– Могла и настояла. Лорд согласился.

– Это неслыханно.

– И тебя не касается. – Я вновь указала Белле на дверь.

– Я не прощу тебя, – сквозь слезы выдавила она и выбежала вон.

Но не успела я перевести дух, как место убежавшей сестры заняла мама.

– Хейли, детка, – позвала она.

– Я в спальне, – отозвалась я, застегивая молнию.

– Давай помогу. – Увидев, как я мучаюсь с застежкой, мама встала у меня за спиной. – Хейли, Хейли, – с укоризной сказала она, – мы так надеялись на брак Беллы и лорда Леона, что отец уже нашел тебе жениха.

– Жениха?

– Да, пока вы наслаждались танцами и представлениями дворцового театра, ваш отец не сидел сложа руки. И теперь я не знаю, что мы будем делать. Хейли, детка, еще не поздно отказаться.

– Вы заключили договор? – упавшим голосом спросила я.

– Хейли, ты же сама говорила, что не выйдешь за лорда Леона, – поворачивая меня к себе лицом, строго сказала мама. – Тебе двадцать один год, конечно, мы заключили договор.

– Без моего согласия?

– Хейли, – мама досадливо искривила губы, – мы были уверены, что ты согласишься. Тебе понравится лорд Рейга, это обаятельный молодой человек.

– Молодой человек? – Я отпрянула от мамы как ужаленная. – Он же старик!

– Не смей так говорить! – вскричала мама, а потом несколько тише добавила: – Лорду Шаю Рейга всего сорок лет.

– Мама!

– Хейли, детка, – мама попыталась сгладить свою оплошность мягким обращением, – мы дали свое согласие и скрепили его кровью. Ты…

– Я больше не желаю это слушать. – Меня переполнял гнев, я яростно сжимала кулаки. – Свадьбы с лордом Рейга не будет. У вас еще есть вторая дочь, торгуйте ею.

Мне хотелось разреветься и кинуться на подушки или убежать. Но я осталась стоять на месте и прямо смотрела на мать, у которой от моей отповеди расширились зрачки и приоткрылся рот.

– Хейли, мы уже получили аванс, – будто не слыша меня, твердила она, – и он хочет тебя.

– Мама, что ты говоришь?! – У меня упало сердце.

– Хейли, откажись от помолвки в пользу сестры.

– Что он пообещал вам?

– Если я отвечу, ты откажешься? – ухватилась за эту возможность мама.

– Подумаю, – поморщилась я.

– Твое благополучие и снятие печати для нас всегда останется приоритетом.

– Давай опустим то, что было обещано мне, как жене лорда Рейга. Меня интересует, что получите вы в случае успеха этой сделки.

– Хейли! – Лицо маменьки на мгновение застыло в ужасной гримасе. – Амнистия, Хейли.

– За какое преступление, мама? – в очередной раз спросила я. – За что мы запечатаны? И откуда такая власть у лорда Рейга?

– Хейли, ты откажешься?

– Я обещала подумать, мама, – покачала я головой, – но теперь беру свои слова назад. Здесь не о чем думать.

Скрестив руки на груди, я ждала, пока мама придет в себя и покинет комнату. Однако вместо этого она упала на колени.

– Хейли, детка… – Ее глаза наполнились слезами.

Это уже было выше моих сил. Я не могла вынести маминых рыданий и выбежала из спальни. Неужели мне теперь всегда придется бегать от своей семьи?

Мне бы этого не хотелось. Но… как они могли просватать меня без моего ведома? На что они рассчитывали? Откуда взялась уверенность, что я подчинюсь их воле?

По закону подлости, который преследовал меня уже не первый месяц, на конюшне я врезалась в Леона Говер.

Я прибежала сюда в надежде остаться одной, подумать и успокоиться. Моя застоявшаяся лошадка Рита недовольно заржала, почуяв хозяйку.

Я вошла в стойло и погладила обидчивую кобылу.

– Леди Хейли, – позвал лорд Леон.

– Лучше к ней не приближаться, – поглаживая переступающую с ноги на ногу лошадь, предупредила я. – У Риты буйный нрав.

– Не удивлен. – Лорд вопреки совету не собирался отходить.

– И все же… – Я приобняла лошадь за шею.

Не любила Рита чужаков, и я опасалась, как бы она не выкинула какой-нибудь фортель.

– Может, прокатимся верхом?

– Боюсь, не выйдет, – огорченно ответила я. – Мы не успеем вернуться к ужину.

– Что ж, тогда мы поговорим здесь. – Лорд наложил завесу тишины, отрезав нас от внешнего мира.

Даже если бы кто-нибудь вошел на конюшню, он не услышал бы нас и не увидел. Я впервые стала свидетелем применения заклинаний так близко. То, что происходило во дворце, не в счет.

– Теперь нам никто не помешает, – заметил лорд Леон.

– Приступить к наследнику? – ляпнула я и тут же ужаснулась собственным словам. – Простите, я… перенервничала сегодня.

– Я вас понимаю. – Лорд прошел в стойло и ласково погладил Риту.

Лошадка сначала громко всхрапнула, а потом сама подставила мужчине морду.

– Предательница, – шепнула я кобылке, чем вызвала смех лорда.

– Ревность не самое хорошее чувство, – отсмеявшись, серьезным тоном сказал он. – Оно губительно.

Я фыркнула и отвернулась.

– Итак, юная леди, вы по-прежнему настаиваете на брачном договоре? – неожиданно спросил он.

Я вспомнила заплаканное лицо матери, стоящей на коленях. Что будет с моими родителями, успевшими взять аванс за свою дочь? Если сейчас я откажусь от брака с Леоном, даже мое несогласие выйти замуж за лорда Рейга не сыграет роли. У него уже есть дети. От меня совершенно точно этого не потребуется. Скорее всего, лорд настоит на приеме специальных капель или заблокируют детородные функции с помощью магии.

Следовательно, мои родные заранее обрекли меня на печальную участь, лишив счастья материнства.

Я не знала, что сказать. Требовался ли мне договор? Ровно десять минут назад – да. А на данный момент в нем не было необходимости.

Закусив губу, я вышла из стойла. Лорд Леон проследовал за мной. Он ждал ответа.

– Вы знаете о той ситуации, в которой я оказалась, верно?

– Да, – подтвердил мужчина. – И был крайне возмущен.

– Отчего же? – хмыкнула я. – Вам ведь все равно, на ком жениться. Ваше сердце… – Я замялась, понимая, что могу навредить себе, но все же закончила: – Оно несвободно.

Мужчина оторопело уставился на меня.

– Как давно…

– Это вышло случайно. В картинной галерее, почти в самом начале смотрин.

– Спасибо, – вдруг прошептал лорд. – Вы избавили меня от необходимости лгать вам.

– Я задам лишь один вопрос, лорд Леон, но вы можете на него не отвечать.

– Я отвечу, – пообещал мужчина.

– Почему вы не сделаете предложение той, которую любите?

– Она замужем, – последовал незамедлительный ответ, при этом лицо мужчины приняло страдальческое выражение.

– Значит, роль ширмы, – кивнула я в подтверждение собственным мыслям.

– Мне жаль, – не стал отпираться лорд. – Но есть выход.

– Не понимаю вас. – Печать на спине опять потребовала моего внимания, и я сделала шаг к деревянной стойке с намерением почесаться об нее.

– Печать, – проследив за моими манипуляциями, сказал лорд. – У меня есть для вас другое предложение.

– Поясните.

– Если вы станете выпускницей Академии Сиятельных, договор с лордом Рейга аннулируется и ваши родные не пострадают. – Мужчина внимательно посмотрел на меня, а затем добавил: – И вы сможете расторгнуть нашу помолвку.

– Академии Сиятельных? – потрясенно выдохнула я. – Но…

– Это единственный выход и для вас, леди Хейли, и для меня.

– Вас так наказывают? – Догадка молнией сверкнула в голове. – Поэтому собрали запечатанных?

Лорд промолчал, но я поняла, что попала в точку.

– Но как запечатанная может учиться в академии?

– Вы особенная. Отчасти именно поэтому мой выбор пал на вас.

– Мне опять не понятно.

– Попробую объяснить, но поклянитесь, что информацию, которую я вам расскажу, никто не узнает.

– Клянусь. – Я приложила руку к сердцу.

– Если кратко, на вас печать не накладывали, вы уже родились с ней.

– Как это?

– Ваша мать находилась на раннем сроке беременности, когда ей наложили печать. И, судя по тому, что вы родились уже с печатью, на свет должен был появиться наследник. Печать…

– Вы хотите сказать, что маги, наложив печать, изменили мой пол? Такое невозможно!

– Конечно, я могу ошибаться, – пошел на попятную лорд, – однако за всю историю запечатанных не было ни одной рожденной с печатью. До вас…

– Немыслимо, – моментально охрипшим голосом прошептала я. – Ваши маги ошиблись. Именно так можно объяснить то, что я рождена с печатью. Ведь именно сила дара определяет, станет ли мальчик наследником. А это…

– Ведет нас к тому, что у вас, леди Хейли, не будь вы запечатаны, имелся бы колоссальный по силе дар.

– То есть вы не отрицаете того, что маги, накладывая печать на матушку, перестарались?

– Не исключаю.

Спина зачесалась сильнее, и мне стоило огромных усилий сдержать порыв потереться о палку, к которой я прислонилась.

– И тем не менее мой дар запечатан, – напомнила я. – Сила и мой дар – их нельзя использовать. Я не смогу стать студенткой академии.

– Сможете, – улыбнулся лорд Леон. – Став моей невестой. Королевские маги наполовину ослабят действие печати, и если дар велик, вам хватит этого для учебы. А после замужества печать снимут полностью.

– После замужества?

– Или после обучения. …Если вы закончите обучение.

– Вы говорите так, будто сомневаетесь в этом.

– Я просчитываю все варианты.

– И что будет в случае, если мне не удастся стать выпускницей?

– Я женюсь на вас.

– А если я не захочу?

– У вас уже не будет выбора, я не откажусь иметь от вас ребенка.

– Но любить меня вы не будете, не так ли? – Я не утерпела и, чтобы приглушить зуд, плотнее прижалась к палке и немного поерзала.

– Я надеюсь, что мы с вами сумеем достичь хотя бы взаимоуважения и взаимопонимания.

– Вы исключаете вероятность, что я могу влюбиться, встретив кого-нибудь в столице или в Академии Сиятельных?

– Повторяю, даже в этом случае вы станете моей женой.

Я вновь почесалась. Что же так не вовремя зудит эта печать!

– Повернитесь, пожалуйста.

Я выполнила просьбу.

Мужчина сразу нашел место, где горела печать, и почесал мне спину между лопаток. Вот уж воистину помощь пришла неожиданно. Зуд прекратился.

Было ли мне стыдно? Было, но лишь отчасти.

– Знаете, – отстранившись от лорда, сказала я, – думаю, после такого нам следует перейти на неофициальное обращение друг к другу.

– С удовольствием, Хейли, – рассмеялся лорд Леон. – После помолвки печать перестанет так влиять на тебя.

– Ты так уверен, что я соглашусь?

– Скорее надеюсь на это.

– И ты прав. – Я представила себя идущей под венец с лордом Рейга и внутренне содрогнулась.

– Рад, что не ошибся, – снимая завесу тишины, улыбнулся мужчина. – С твоим отцом я поговорю сам. Тебе нужен отдых, завтра ты поедешь со мной.

– Как быстро ты взял на себя заботу о моей персоне, – притворно возмутилась я.

– И ужинать тебе лучше у себя в комнате, – даже не сделал попытки смягчить командный тон мой жених.

– Откуда такая настойчивость? – нахмурилась я, беря лорда под руку.

– Твоя семья станет давить, и…

– Ты боишься, что я поддамся на уговоры?

– Опасаюсь.

– Напрасно. – Я решительно зашагала к дому. – Мое будущее они уже перечеркнули, пора мне самой отстаивать свои интересы.

– Хейли, не будь так строга к ним и поспешна в выводах.

– Им нужна амнистия, но за какое преступление?

– Извини. – Лорд Леон слегка притормозил меня, чтобы я шла медленнее. – Этого я не могу сказать.

– А кто может? – не сдалась я.

– Король.

На этом наш разговор прервался. Каждый размышлял о своем. Я узнала, кто может мне помочь, а значит, должна стать лучшей, чтобы его величество обратил на меня внимание и даровал величайшую милость. Я слышала, что в честь лучших учеников Академии Сиятельных во дворце устраивается бал. И среди них также существует элита, которую особо одаривает король. Я должна попасть в их число и получить награду. Уверена, король не откажет мне в просьбе узнать правду.

Глава 2

Сегодня мой первый день в столице в качестве невесты Леона Говер. Внутренне я сжималась от страха и неизвестности, но внешне оставалась спокойной и невозмутимой. Конечно, внезапный отъезд из отчего дома сложно назвать радостным событием. Как и просил мой жених, я не вышла к ужину. И весь вечер провела, собирая вещи, которых, впрочем, было не так уж и много.

Лорд Леон не только позаботился о том, чтобы меня не донимал расспросами отец – все же как глава рода он имел полное право задавать вопросы, – но еще и наложил на дверь заклинание, не пропускавшее ко мне в комнаты ни сестру, ни матушку.

И я была благодарна ему за это.

Всю ночь я слушала стенания Беллы. Подушка, под которую я спрятала голову, практически не заглушала их. Под утро к Белле присоединилась мама. Ей срочно нужно было обговорить со мной что-то, она долго не отходила от двери, но я сделала вид, что еще сплю.

Возможно, кому-то покажется странным мое поведение. Но у нас никогда не было особо теплых чувств друг к другу. Мое рождение совпало с запечатыванием рода. У мамы от стресса пропало молоко, и забота обо мне легла на плечи кормилицы и няни. А спустя три года родилась Белла. Откровенно говоря, матушка обратила на меня внимание, когда мне исполнилось шесть лет, да и то в связи с младшей сестрой. Ведь я была старше, а значит, должна была приглядывать за ней. Позже меня предоставили самой себе. Отец до моего пятнадцатилетия часто находился в разъездах, искал способы вернуть былое величие рода Сизери. Но не преуспел в этом и бросил тщетные попытки.