Долг феникса. Академия ХИЛТ
- -
- 100%
- +
– Силы и духа! – мягким обволакивающим голосом обратилась к нам леди.
– Студенты, десять кругов! – рявкнул архмастер Дормио. – Тер Даррак, останьтесь.
Я зачарованно пялилась на женщину, та в свою очередь оглядела меня и, усмехнувшись, произнесла:
– Милая, если ты продолжишь на меня так смотреть, я решу, что во мне ничего человеческого нет. – Вдруг произнесла она.
– Почему? – удивилась я.
– Потому что чувствую себя сладким мучным изделием.
Мою неловкость скрыл гогот архмастера Дормио, который тут же смолк под строгим взглядом леди.
– Верну вам студентку через полчаса, – уведомила она и повернулась ко мне. – Леди Марина, пойдемте со мной. У нас не так много времени, а сделать предстоит достаточно.
Сопротивляться я не стала. Еще чего! Интересная женщина, если уж архмастер Дормио под одним только взглядом замолчал, да еще так уважительно смотрит, то она авторитет явно не за счет мужа заработала.
Леди привела меня в ту же комнату, где не так давно обрабатывал мои ожоги Лейнард.
– Присаживайся, – попросила, легко перейдя на «ты», но возражений от иллами не последовало, да и мне одергивать ее не хотелось. – Леди Куртан говорила, ты интересуешься лекарским делом?
– Да, – несколько запоздало ответила, следя за манипуляциями женщины. – Но я еще не определилась с факультетом. Мне многое нравится.
Между тем собеседница ловко заплела себе косу быстрыми уверенными движениями. И это несмотря на то, что ее волосы достигали ягодиц. Но на изменение прически потребовалась ровно минута.
– Я немного поработаю руками, не пугайся. – Леди Рудана встала за моей спиной. – Вы еще не проходили основы полного сканирования организма, общий курс, не углубленный, будет позже. А практику у вас буду проводить я.
– Это должно пугать? – сглотнула.
– Ни в коем случае, – рассмеялась женщина. – Постарайся расслабиться. Лучше закрой глаза, попробуй потянуться к своей магии, резерву.
Я выдохнула и опустила веки. Нос уловил тонкий аромат, цветочный, но с какой-то перчинкой. Интересный парфюм у леди…
Когда теплая ладонь коснулась затылка, я почувствовала толчок. Не в голову, а будто под ребра. Едва ощутимый, но повторяющийся, а затем и вовсе разошедшийся по всему телу. Казалось, будто я сижу в массажном кресле, только вибрация идет не по всему телу сразу, а накатывает волнами из грудной клетки.
– Сейчас немного кольнет, – мягко предупредила леди Рудана.
Уколы почувствовала сразу в трех местах: затылке, груди и пятках.
– Марина, я начинаю поверку магических каналов. Как только начнется жжение, скажи.
– Хорошо, – выдохнула я.
Я было напряглась, ожидая этого жжения, но леди начала медленно массировать затылок пальцами, спускаясь ниже. Шея, плечи, руки… Впору было не напрягаться, а кайфовать, что и делала, пока меня словно не усадили голым задом на раскаленную печку.
Я неосознанно вскочила, но твердой рукой тут же была усажена обратно.
– Как интересно, – заметила леди Рудана, удерживая меня на стуле.
Вскользь отметила, что сила у нее ого-го! Легко удерживать меня одной рукой, особенно когда я испугалась.
– И что это значит? – осторожно спросила, сообразив, что больше не жжется.
– Всего лишь то, что исправлять придется только один узел. И это не критично.
– Узел?
– Энергетический узел, образовавшийся в результате схлопывания каналов. Удивительно, что у тебя он только один.
– Должно быть больше? Потому что я долгое время не пользовалась магией?
– Верно, но узлы образуются не только из-за нарушения деятельности каналов. Так происходит, и когда слишком много энергии поглощено или, наоборот, выплеснуто. Учитывая степень жжения, можно определить момент зарождения узла, а следовательно, и определить необходимую степень воздействия для его купирования.
– И мой появился давно, раз так сильно жжется?
– Наоборот, он наисвежайший. Максимум сутки с момента образования, возможно, и меньше. Ты раньше вскочила.
– Странно, – пробормотала я.
– Учитывая твою ситуацию, я не удивлена. – Она прошла к шкафчикам. – Не стоит на этом зацикливаться. Узлы – это не критично, особенно если их вовремя обнаружить. Я предполагала, что работы будет больше.
– А что вы будете делать со мной?
Я с искренним интересом наблюдала, как леди мешает в колбочке какой-то порошок, заливает его зеленой жидкостью и отправляет в емкость импульс своей магии.
– Для начала – уберу узел, мы займемся им вечером после тренировки, буду ждать тебя здесь. А в долгосрочной перспективе подготовлю твой организм к приему более плотной энергии и ее усвоению.
– И нам хватит двух недель? – изумилась.
– Нет, конечно, – рассмеялась декан, – и полгода маловато, но сделаю все, что в моих силах.
Я вздохнула. Да уж, ситуация у меня и правда не самая лучшая. Мне несказанно повезло, что столько людей желают помочь. И подвести никого не хочется, пусть я и не знаю их мотивов.
– Благодарю, – выдохнула.
– Пока не за что, милая, – мягко улыбнулась леди Рудана и стала серьезной. – А теперь слушай внимательно. – Я напряглась, но зря. – Мне, конечно, хотелось бы, чтобы последствий для твоего организма было меньше, но, когда исконного жителя высшего мира отрывают от его родины, изменения неизбежны. Первичные отклонения были убраны лекарем, я вижу все вмешательства, и моя задача на эти полгода – скорректировать работу организма так, чтобы все – внутренние органы, скелет, мозг, кровеносная и нервная системы – пришло в полный порядок. А есть еще и магическая составляющая…
Видимо, я сильно отличаюсь от аборигенов. Правда, пока не очень понимаю чем.
– Если сравнить тебя и, к примеру, леди Ламею из твоего рода, разница видна невооруженным глазом. Если хочешь, могу попросить леди Куртан продемонстрировать на одном из ваших занятий, – мягко предложила женщина, видя, что я плохо соображаю, о чем речь. – Если вкратце, то развитие твоего организма застыло, и сейчас он стремительно пытается добрать необходимое. Очень стремительно, этому способствуют восстановленные каналы и магическая энергия. Несмотря на то, что ты считаешься совершеннолетней, я бы не дала тебе больше двадцати. Наших лет, леди Марина.
– Если я правильно поняла, организм у меня детский? По вашим меркам?
– Нет, тебя ребенком уже не назовешь. А вот тело – да. – Моя ошарашенная реакция вызвала усмешку. – Понимаю, подобное сложно принять, особенно учитывая оформившуюся фигуру… – Она что, мысли читает? Только что подумала, что для ребенка у меня слишком большая попа и грудь третьего размера! – Тем не менее для исконного жителя высшего мира твои внутренние органы малоразвиты. Но проблема не в этом. Ты меняешься, и меняешься стремительно. То, что должно было происходить постепенно, у тебя идет огромными скачками, и замедлить это не сможет ни один лекарь, только не допустить нарушений и сгладить последствия. Такие скачки неприятны, но болевые ощущения можно облегчить лекарствами и отварами, а вот с нервной системой…
– А с ней что не так?
– Тебе придется потерпеть. Если начать давать тебе успокоительное, оно может навредить, особенно в свете того, что тебе нужно будет усваивать большое количество энергии и лекарства, что я должна буду в связи с этим назначать.
– Истеричкой буду? – Единственное, что пришло мне в голову.
– Не обязательно, но некоторые реакции станут тебя удивлять. Например, ты можешь расплакаться над тем, над чем никогда бы плакать не стала.
Невротичка и истеричка. Прекрасный вердикт!
– А хорошие новости есть? – спросила мрачно.
– Несомненно. Процесс не будет долгим, строго говоря, он уже начался. Максимум полтора-два месяца. Поверь, разницу ты почувствуешь сразу.
– Уже легче. – Я потерла переносицу.
– Конечно. – Собеседница закончила с приготовлениями лекарства. – Итак, с сегодняшнего дня необходимо принимать все, что буду тебе давать. Каждое утро и вечер сама буду готовить тебе снадобья и проверять состояние организма. Сейчас и начнем.
– А можно задать вам личный вопрос? – спросила, наблюдая, как леди наливает в широкую чашку лекарство.
– Можно.
– Почему вы помогаете мне? И тратите столько личного времени?
– Если скажу, что муж попросил, прозвучит банально. И не совсем верно. – Мне протянули чашку. – В твоей ауре метка «справедливость», богиня возложила на тебя трудную задачу, словно забыв, что ты сама нуждаешься в справедливости и помощи. К первому ритуалу наследники готовятся год, иногда и дольше. Тебе не дали этого времени, тебе его вообще ни на что не дали. И я считаю, это малое, что мы можем для тебя сделать, так как в корне изменить ситуацию не в силах. Если не мы, ваши наставники, то кто? – В глазах предательски защипало. – Академия – не просто веха в жизни наших хранителей, Марина, мы все здесь связаны друг с другом. И наши студенты даже после окончания учебы могут обратиться за помощью и непременно ее получат. Ты – наша студентка, и новый пункт в твоем договоре не изменит того, что мы ответственны за твою жизнь.
Я схватила чашку и одним махом выпила предложенное. Торопливо, чтобы скрыть свою растроганность. Ректор не лгал, говоря, что академия – это одна большая семья.
–Умница, – похвалила меня леди Рудана, – посиди минутку, потом можешь идти. Вечером буду ждать тебя здесь же.
– Спасибо!
Глава пятая
Гостиная ректорских покоев
Леди Рудана неслышной тенью шла от двери к сидящему в кресле лорду Арвану, полностью углубившемуся в бумаги. Ее не удивило, что муж опять не услышал, как она вернулась и как оказалась рядом с ним.
Ее это даже порадовало, пусть озабоченный вид мужчины всегда удручал. Она хотела, чтобы он чаще улыбался. Ведь у ее мужа самая красивая улыбка в мире. Когда-то именно в нее она и влюбилась. И возненавидела. И лишь много позже оценила своего лорда по достоинству. За его храбрость, мужество, особое бережное отношение к женщинам любого сословия…
Леди тряхнула головой, ее коса расплелась. Женщина буквально двадцать минут назад закончила вечерний осмотр и лечение леди Марины, а потому была не в самом приятном расположении духа. Откровенно говоря, она была зла и не видела причин это скрывать. Но сосредоточенный вид мужа действовал гипнотически, хотелось сжечь все бумаги и отвлечь его чем-то хорошим.
Леди Рудана вздохнула, снова посмотрела на заваленный стол, на давно остывший ужин, поднос с которым ютился на полу, на хмурого озабоченного мужа, едва слышно что-то бормотавшего, и решила не устраивать разнос. Хотя сдержалась с трудом.
– Арван, – позвала мягко, зная, что ее непременно услышат.
– О! – выдохнул мужчина и поднял голову. – Я не заметил твоего прихода.
– Вижу, – кивнула леди Рудана, – и меня беспокоит твоя рассеянность, Арван.
– Слишком много дел, требующих внимания, – виновато улыбнулся он и отложил бумаги, – но я весь в твоем распоряжении.
– Я говорю не только о сегодня. – Леди покачала головой и магией переместила документы с журнального столика на соседнее кресло, подняла поднос и, щелкнув пальцами, подгорела остывший ужин и водрузила тарелки на столешницу. Бытовая магия давалась леди не сложнее лекарского дела. – Ты ведь отдал кристаллы мониара Марине?
– Еще вчера, все согласно твоему расчету.
Ректор посерьезнел, прекрасно зная, какой вред может причинить слишком большое количество энергии, заключенной в кристаллах. А потому прежде все обговорил со своей женой, и после изучения лекарской карты Марины они вместе вывели формулу, при которой организм девушки должен был усваивать энергию без последствий.
– А о том, что поглощать за раз можно только три штуки, ты сказал? – сурово спросила целительница. – Можешь не отвечать, я и так знаю, что забыл. И мне это не нравится.
– Леди Марина…
– В порядке, я исправила последствия, но чувствую себя опустошенной. Пришлось использовать практически весь резерв. Шутка ли, тридцать четыре узла, которые сплелись между собой, образуя один большой узел.
– Прости, – лорд устало потер переносицу, – ты права, я слишком рассеян. Следует принести извинения девочке, только я не могу. Пока…
– Интриганы, – фыркнула леди Рудана, еще утром сообразив, что кристаллы были отданы не совсем Марине. – Я тоже не стала пугать девочку. – Женщина пересела на колени к мужу и обняла его. – Все настолько плохо? – Она ласково провела пальцами по небритой щеке.
«Колючка», – подумала она с нежностью.
– Наверно, даже хуже, чем думал. Прорывы все чаще, ликвидаторы не всегда справляются. Вот, изучаю бумаги, предоставленные советом. И цифры меня совершенно не радуют. Но больше возмущает требование…
– Дай угадаю, отправлять больше команд на ликвидацию?
– Да, – глухо отозвался Арван. – Этого не будет. Детям нечего делать на поле боя, пока они до конца всему не обучатся. И не все из них горят желанием участвовать в рейдах. Ликвидаторами становятся, чувствуя к этому призвание, а не по принуждению.
– Ты же знаешь, что большинство мечтает стать ими…
– До первого реального боя, – мрачно закончил Арван, перебив супругу.
– Верно, до первого боя.
– Я не допущу подобного. Ни одна из академий этого не допустит. Чтобы там ни думал совет и чего бы ни решил, у нас, ректоров, иная власть, и с нами придется считаться.
Леди протянула руку к блюду и открыла крышку. Аромат сочного, среднепрожаренного мяса, приправленного травами, ударил нос. Пахло потрясающе.
Рудана ловко отрезала ломтик и, наколов на вилку, поднесла ко рту мужа, заставив того замолчать и наконец приступить к ужину.
– Какие семьи особенно настаивают на увеличении числа практикантов? – осторожно поинтересовалась Рудана после того, как Арван прожевал.
– Абсолютно против только темные, а светлые и стихийники словно сговорились.
– Последние сто лет на их землях неспокойно, – задумчиво протянула Рудана, не забыв наколоть на вилку еще один кусок мяса. – Полагаю, у них все началось раньше нас, но об этом умалчивалось.
– Идиоты! – в сердцах порычал ректор. – Да и мы тоже хороши!
– Ешь, – снова протягивая вилку, потребовала Рудана. – Боги дают подсказки, леди Марина неспроста появилась именно сейчас.
– Ты же не хочешь сказать, что девочка ключ к разгадке? Не стоит слишком многое взваливать на плечи маленькой леди.
– Я сказала «неспроста», но это не значит, что ей удастся то, чего не удалось вам. Скорее, она механизм, который запустит череду нужных событий.
– Откуда такая уверенность?
– Считай предчувствием. Наше общество давно требует изменений, древние законы в том числе. Она только своим существованием бросила вызов всем и сразу.
– Это не ее вина.
– Я и не говорю о вине. Лишь о том, что леди Марина появилась именно сейчас не случайно. И богиня дала ей такое задание не просто так. Справедливость… Она ведь ко всем относится. – Леди Рудана вздохнула, протянула мужу последний кусок мяса и продолжила: – Наша задача сохранить девочку и помочь ей. Всем, чем только сможем.
– Тоже считаешь, что совет поторопился с союзом?
– Я никогда не считала такие браки правильными, Арван, тебе ли не знать? Укрепление политической обстановки хорошо, но ты не хуже меня осведомлен об истинной цели союзов. – Лорд скривился, как не знать. Он знает, как и все великие рода. Только ожидания не оправдались. Еще ни разу. – Нам давно стоило понять, что такие решения – неправильные, – продолжила мысль Рудана. – За столько веков ни одного положительного результата. И все же ничего не меняется.
– Но у других же получилось. Ты знаешь, отчего поступают именно так.
– Чужой мир, чужие правила, – пожала плечами леди. – Бессмысленный спор. – Она вздохнула и устало прислонилась к плечу мужа.
– Нас ждут перемены.
– Они давно начались, – не согласилась леди Рудана. – Плохие изменения – тоже перемены.
Она нахмурилась и теснее прижалась к мужу, ее нервировали мысли по поводу предстоящего брака Лейнарда. Еще больше ее нервировало то, чего она не понимала. К примеру, ситуация с леди Аэльей Розмари. Почему девочку отдали, если планировали сделать из нее жену главы второго рода? И тот никоим образом не выразил протест? Только ли дело в том, что скрепление союза передвинули?
Нет, Рудана точно знала, что всегда можно найти лазейки, добиться своего права. У Глоуддак есть еще дочь, младше, но это куда лучший выход. Ей бы дали должное воспитание, которого лишилась старшая. Аэлью же словно на растерзание кинули, не опасаясь, что девушка попросту опозорит свой род. Почему?
И почему Лейнард на пару со своим отцом с таким трудом добился отсрочки? Леди Рудана хорошо помнила, что предыдущие браки заключались и спустя двадцать лет после помолвки, так почему сейчас совет так жаждет этого брака? Кто и что натворил, и что пытаются этим скрыть?
И самое главное, почему за все должен расплачиваться Лейнард? По-хорошему, о браке ему рановато задумываться. Его отец в этом возрасте еще не был ни помолвлен, ни обременен властью. Лейнард уже сейчас наравне с отцом участвует в жизни мира.
Собственно, она и сама вышла замуж по принуждению. Но для нее брак сложился очень удачно. А будет ли счастлив Лейн с Аэльей? Что-то плохо в это верится.
– Булочка моя, ты пыхтишь, как рассерженный ежик.
– Не называй меня так.
– Ничего не могу поделать, ты всегда была для меня сладкой булочкой.
– О да, помню. Как ты говорил? Стройней девицы не нашлось? – подтрунивала леди.
– Сердце мое, ты самая прекрасная женщина. – Лорд Арван обнял жену и нежно поцеловал ее в макушку. – Прыщавый лордишка вот уже двести пятьдесят лет не смеет лгать своей жене.
– Чтобы больше не быть прыщавым, – добавила она и весело рассмеялась.
Прыщавым лордишкой она называла его почти десять лет с начала их брака. А он ее – булочкой. Как же ее это бесило! Рудана и подумать не могла, что в какой-то момент будет нежно вспоминать, как звучит «булочка» из уст нахального лорда, ее мужа…
К слову, прыщи жениху она сама наколдовала. В тот самый день, когда услышала его возмущение фигурой невесты. И сколько бы раз он от них ни избавлялся, Рудана с маниакальной одержимостью их возвращала.
– Я люблю тебя, – сказала она, отсмеявшись. – И мне не нравится, что ты практически не спишь и опять опустошаешь мои запасы.
– Скоро перестану это делать, – серьезно пообещал ректор. – Все обязательно наладится.
– Непременно, – согласилась с ним жена и мягко отстранилась. – Я уберу бумаги, а ты спокойно продолжи ужинать. Иначе в кровать тебя не пущу. – Женщина поднялась, проверила тарелки, убедившись, что оставшаяся еда еще хранит тепло, обернулась к мужу и выдохнула: – Или, наоборот, не выпущу.
– О, это было бы прекрасно, – мечтательно заявил лорд Арван. – Ты, я, кровать и много-много времени на любовь.
– О нет, не на любовь, прыщавый ты мой лордишка, а на перевоспитание и откармливание. Я бы тебя привязала и кормила по шесть раз в сутки. Жаль, не выйдет, у меня работы много.
– У нее работы много, – рассмеялся ректор. – Булочка, ты восхитительна в гневе, но я внял предупреждению. Обещаю отдохнуть.
– Я прослежу.
– Как скажешь, сердце мое, как скажешь.
***
Марина
– Выше! – командовал архмастер Дормио. – Выше, Марина!
Куда уж выше, если я сейчас в купол врежусь? Да и черт бы с ним, с защитным куполом, но сила притяжения! Ничего себе гравитация на этом полигоне! Меня сейчас попросту расплющит, какой там выше?!
– У тебя иллами на что, хвост и перья демонстрировать? А ну потянула резерв! – Чего?! – Марина! Используй ресурсы своего иллами! Выше!
Я мысленно прочертила маршрут, по которому следовало пойти архмастеру с его чудесными предложениями, и сделала еще одно усилие.
Взмах крыльями, молчаливая поддержка Феликса, и мы с чудовищной силой летим к земле. Мягким приземление не было. Какое там! Меня расплющило по песку так, что искры из глаз посыпались и дыхание сперло. Думала, все, ласты протяну. Тем более от удара я утратила форму и вернулась к своему телу.
– Еще раз! – У архмастера на меня были иные планы, и моя смерть в них не входила. – Слияние, Марина!
Хотелось огрызнуться и наконец высказать все, что я по этому поводу думала. Последние три дня надо мной издевались абсолютно все преподаватели. Если первые полторы недели в новом для меня статусе потенциальной самоубийцы, а ритуал для двухсот хранителей по сути таковым и является, нагрузка шла по нарастающей, то сейчас меня изматывали и физически, и морально.
После занятий я едва ноги волочила до своей комнаты, даже помыться сил не было. Стыдно сказать, в последний раз моим купанием занималась Ламея. Да что там, я очнулась от того, что мне осторожно терли спину…
Впору от стыда сгореть, однако я была невероятно благодарна как своим родственникам, так и своей команде. Потому что эти две недели практически не участвовала в жизни нашего блока. Некогда мне! Вот вообще! Ни И завтраки больше не готовила, вообще забыла, когда находилась на кухне дольше двадцати минут. Да и в уборке меня тоже не задействовали…
Все я понимала, и зачем меня изматывают, и для чего это все делается. Особенно сегодня, когда предстояла первая ночь в компании лорда Лейнарда. Но понять не значит принять.
И планка, которую задрали преподаватели, слишком высока для нулевика.
Впрочем, когда проходил гнев, разум вспоминал, что ритуал будет страшнее и там меня никто не пожалеет. И появлялась здоровая злость. И на мир, и на богиню с ее гребанными заданиями. Лишить бы ее божественной силы да запулить на Землю в деревенскую глубинку с предложением за три часа стать миллионершей, не сдохнуть и не утратить невинность. С удовольствием поглядела бы на это реалити-шоу.
– Марина, ты спать сюда пришла? – снова рыкнул архмастер Дормио. – По-твоему, я колыбельные тебе пою? Вставай!
Да епт ж еклмн!
Легко сказать, трудно сделать! Сил физических практически не осталось, да и удар был мама не горюй. Но магия во мне все еще щедро плескалась, да и не только во мне, Феликс вторил моим мыслям, у него тоже резерв не ополовинился. А наша сегодняшняя задача – свести резерв на ноль. Вот почему архмастер отдельно меня гоняет, а с остальными занимается наш куратор.
Почему это необходимо? Да потому, что любой сосуд лучше заполнять, когда он пуст, а не заполнен доверху. Тем более когда речь касается чужой энергии и ее усвоения. Черт бы все это побрал. Вот выживу, ритуал проведу и, когда настанет час снятия драной метки, все выскажу богине. Вообще все, что о ней думаю.
– Марина, давай, – подбадривал Феликс, – потом будет массаж от леди Руданы.
– О-о, —это мне нравилось, – даю!
А кому бы не понравилось? Женщина не была живодером, я не орала от боли, лежа на кушетке, а искренне кайфовала от ее манипуляций. Правда, недолго, только пока лежала. А когда наставала пора идти домой, я превращалась в тряпку, которая еле доползала до общежития.
Но польза от вмешательства леди Руданы была: утром я не страдала, а вполне бодренько шла на занятия, причем не с мыслью, что мы все умрем. Почему все? Да потому что я окрепну, наберусь сил и поубиваю тех, кто радостно улыбался, и тех, кто нещадно меня гонял.
Конечно, активной меня тоже было не назвать. Я лишний раз не высовывалась, не участвовала в коллективных сборищах, иными словами, не отсвечивала. Как и Аэлья, которая вдруг стала вести себя совершенно иначе. Выражалось это в том, что она старалась держаться поближе к команде, советоваться в той или иной ситуации, спрашивать, иногда много и до головной боли, а взаимодействие с поклонниками ее красоты свелось практически на нет. Она не пыталась ни у кого ничего просить, тем более брать. Изучала людей, подолгу наблюдала, как они общаются между собой, и, вероятно, делала какие-то выводы. Может, ей бы и хотелось ими поделиться, но шанса не было. Со мной – так точно, я едва со своим объемом справлялась, чтобы становиться еще и ушами для душевных переживаний нашей блондинки.
– Молодец, Марина! – похвалил мои усилия архмастер. – А теперь три круга по полигону и снова на поток!
Поток – часть полигона с неправильной гравитацией, то есть усиленным притяжением. Мысленно чертыхнувшись, последовала приказу. Справлюсь. И даже с тем, что предстоит этой ночью.
Впрочем, до ночи еще бы дожить. Потому что архмастер Дормио все выполняет на совесть. За время учебы я успела не только понять это, но и ощутить весь спектр его ответственности на себе.
Первый круг летела не особо торопясь. После падения стоило дать себе немного отдохнуть, и неспешный полет – хороший вариант. Мельком оглядев всклокоченных одногруппников, заметила завистливые взгляды. Ну да, им слияние пока не разрешали делать. Такая вот я особенная.
На втором круге ускорилась, делая взмахи чаще, давая себе прочувствовать измененное тело. Нельзя сказать, что я привыкла быть огромной черной птицей. К такому можно привыкнуть лишь спустя определенное время, и все равно будет проскальзывать мысль: ну ничего себе, это точно я сделал?