Самая соблазнительная скромница

Jennifer Lewis

A High Stakes Seduction

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

© 2014 by Jennifer Lewis

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2016

Глава 1

– Просто избавься от нее как можно быстрее. Она опасна.

Джон Фейрвезер бросил сердитый взгляд на своего дядю:

– Да ты с ума сошел. Перестань считать, будто каждый встречный что-то против тебя замышляет.

Джон не хотел признавать этого, но его самого привело в ужас решение Бюро по делам индейцев прислать в его отель бухгалтера, чтобы тот рылся в документации. Окинув взглядом огромный вестибюль отеля, совмещенного с казино, он увидел улыбающихся сотрудников, сверкающие мраморные полы, богатых клиентов, вольготно раскинувшихся на огромных кожаных диванах. Джон вел свои дела честно, но мало ли что…

– Все знают, что американские власти не слишком жалуют индейцев.

– Расслабься, Дон. Это обычный аудит.

– Думаешь, что, получив диплом Гарварда, ты стал важной шишкой? Для них ты всего лишь еще один индеец, пытающийся сунуть руку в карман Дяди Сэма.

Джон вспыхнул:

– Никому в карман я не лезу. Мы вложили в это дело много сил и имеем право получать прибыль. Кстати, где она вообще? У меня еще встреча с подрядчиком, который делает ремонт в моем доме.

В открывшуюся дверь вошла молодая женщина в очках и с портфелем в руке. Джон, не обратив на нее ни малейшего внимания, взглянул на часы.

– Спорим, это она? – Дон пристально рассматривал девушку.

– Ты что, шутишь? Да ее еще голосовать, наверное, не пускают.

Девушка в растерянности остановилась посреди вестибюля.

– Пофлиртуй с ней, – прошептал Дон, предварительно придвинувшись поближе к племяннику.

– Ты с ума сошел? – возмутился Джон, наблюдая, как она подходит к ресепшн. Администратор выслушал ее и указал на столик, где сидели дядя с племянником. – Да, видимо, это действительно она.

– Я серьезно. Взгляни на нее. Скорее всего, она еще никогда не целовала мужчину. Пофлиртуй с ней. Это ее от нас отвлечет.

– Надо такое выдумать? Скройся. Она подходит.

Натянув на лицо улыбку, Джон поднялся навстречу девушке и протянул ей руку:

– Джон Фейрвезер. Вы, должно быть, Констанция Аллен.

Он пожал ей руку, оказавшуюся очень маленькой и нежной. Девушка при этом выглядела крайне взволнованной.

– Добрый день, мистер Фейрвезер.

– Можете называть меня Джон.

На Констанции был свободный голубой летний костюм, из-под которого выглядывала блузка цвета слоновой кости, волосы собраны в узел на затылке. Вблизи она казалась еще моложе и была весьма недурна собой.

– Простите. Я опоздала. Немного заблудилась.

– Ничего страшного. Вы раньше бывали в Массачусетсе?

– Нет.

– Добро пожаловать в наш штат. И на земли племени ниссекотов.

Когда Джон произносил эти слова раньше, многим они казались надуманными, но он был искренен.

– Хотите чего-нибудь выпить?

– Нет! Не надо, спасибо, – поспешила отказаться Констанция, посмотрев на бар так, будто Джон только что вылил ей в лицо стакан неразбавленного виски.

– Я имел в виду чашечку чая или кофе, – призвав на помощь все свое обаяние, улыбнулся Джон. – Некоторые наши клиенты любят выпить среди дня, потому что отдыхают. Те, кто здесь работает, гораздо более скучны и предсказуемы.

К огорчению Джона, его дядюшка все еще стоял позади него.

– А это мой дядя Дон Фейрвезер.

Прежде чем протянуть руку, Констанция поправила очки.

– Приятно познакомиться.

– Позвольте мне проводить вас в офис, мисс Аллен. Дон, посмотри, пожалуйста, готов ли зал к вечерней конференции.

Дядюшка многозначительно взглянул на племянника и ушел. Джон вздохнул с облегчением. Работать с родственниками нелегко, но дело того стоит.

– Разрешите мне взять ваш портфель. Он кажется довольно тяжелым.

– Не стоит беспокоиться, – ответила Констанция, поспешно шагнув в сторону, как только Джон подошел к ней ближе.

«Какая нервная девушка», – подумал он.

– Не бойтесь. Мы не кусаемся. Если только чуть-чуть.

«Возможно, с ней и в самом деле нужно пофлиртовать. Должен же кто-нибудь ослабить ей удила».

Приглядевшись к Констанции внимательнее, Джон понял, что она не так молода, как ему казалось. Ее лицо было настолько сосредоточенным, что любому становилось ясно: эта женщина относится ко всему очень серьезно. Из-за этого ему захотелось взъерошить бухгалтерше перышки.

– Ничего, если я буду звать вас Констанцией? – поинтересовался он.

На лице девушки отразилось сомнение, но она ответила:

– Ничего.

– Надеюсь, вам у нас понравится, несмотря на то что вы приехали сюда работать. В семь у нас будет концерт. Приходите.

– Уверена, что у меня не найдется времени. – Констанция поджала губы и уставилась на двери лифта.

– И конечно, вся еда за наш счет. Готовят здесь не хуже, чем в самом изысканном ресторане Манхэттена.

Джону всегда нравилось хвастаться этим фактом, а чтобы окончательно поразить бухгалтершу, он продолжил:

– Возможно, вы передумаете насчет концерта. Сегодня выступает Мэрайя Кэри. Все билеты раскупили несколько месяцев назад.

Двери лифта открылись, и Констанция поспешила зайти внутрь.

– Вы очень любезны, мистер Фейрвезер…

– Пожалуйста, называйте меня Джон.

– Но я приехала сюда работать и считаю неуместным пользоваться… привилегиями, – отрезала Констанция, снова поправив очки.

– Привилегиями? Но я не пытаюсь подкупить вас, Констанция. Просто мне нравится, какой получился отель, и я хочу поделиться этим с максимально большим числом людей. Разве это плохо?

– Не знаю…

Лифт наконец остановился на этаже, на котором располагался офис, и Констанция практически выбежала из него. Что-то в Джоне Фейрвезере заставляло ее чувствовать себя не в своей тарелке. Это был высокий, внушительный мужчина с широкими плечами, и даже грузовой лифт казался совсем крохотным, пока они ехали в нем вдвоем.

Не зная, куда идти, Констанция стала озираться. Она очень волновалась из-за того, что опоздала. Надеялась приехать сюда хотя бы на полчаса раньше, но не там повернула, заблудилась и…

– Сюда, Констанция, – пригласил ее Джон и протянул руку (которую, впрочем, ему пришлось убрать, так как девушка не обратила на нее ни малейшего внимания).

Констанция очень хотела, чтобы его правильные черты лица и темно-карие глаза не вызывали у нее того внутреннего волнения, которое она сейчас испытывала.

– Вам понравился наш штат? – с обворожительной улыбкой спросил Джон.

«Опять пытается обаять меня, – решила она. – Видимо, очень высокого мнения о себе».

– Пока я не видела ничего, кроме разметки на дороге. Так что даже не знаю…

Джон засмеялся:

– Ничего, мы это исправим.

Он открыл дверь, за которой скрывался просторный офис. Четыре из пяти отсеков для сотрудников были пусты.

– Это мозговой центр компании.

– А где все?

– Внизу. Мы все обслуживаем клиентов. Все-таки они – сердце нашего бизнеса. Кейти отвечает на телефонные звонки и занимается всей документацией, – произнес Джон, представляя Констанцию миловидной брюнетке в розовой блузе. – Вы уже видели Дона. Он отвечает за маркетинг и связи с общественностью. Стью занимается зданием. Скорее всего, он что-то где-то чинит. Рита – специалист по информационным технологиям. Сейчас она в Бостоне: ищет свежие идеи. Всю бухгалтерию я веду сам. – Он улыбнулся. – Поэтому вполне могу показать вам наши бухгалтерские документы.

«Прекрасно», – решила Констанция. Правда, ничего хорошего тут не было: теплый взгляд, который он на нее бросил, заставил ее нервно сглотнуть. «Наверняка женщины готовы что угодно ради него сделать, – подумала Констанция. – Хорошо, что у меня против этого иммунитет».

– Почему вы не наймете бухгалтера? Разве вам не хватает других дел? Вы же управляете казино и отелем.

– Я и руководитель, и финансовый директор. Я горжусь тем, что могу самостоятельно управляться со всей финансовой составляющей бизнеса. Хотя, возможно, просто никому другому не доверяю. – Джон улыбнулся, показав белоснежные зубы.

«Интересно, – подумала Констанция. – Такое ощущение, будто он бросает мне вызов: попробуй, найди ошибку в документах. Люблю людей, которые не боятся брать на себя ответственность».

– Это семейный бизнес. Многие наши работники из ниссекотов. Мы отдаем заказы другим компаниям, созданным людьми нашего племени. Они печатают рекламные материалы, занимаются веб-дизайном, охраняют казино и отель. Нам нравится, что мы можем поддерживать всю округу.

– Какая же тут округа? Я забронировала номер в мотеле «Уют», но так и не увидела его, когда ехала сюда.

Джон улыбнулся:

– Не волнуйтесь, мы подберем вам комфортабельный номер. Все комнаты, правда, забронированы, но я уверен, что наш администратор что-нибудь придумает.

– Будет лучше, если я остановлюсь в другом месте. Я уже говорила, что должна оставаться объективной.

– Не понимаю, как это может повлиять на вашу объективность, – произнес Джон, буквально прожигая Констанцию взглядом. – Вы не похожи на человека, которого можно купить лестью.

– Это так, – слишком быстро ответила Констанция. – Я не позволю ничему повлиять на принимаемые мной решения.

– Самое лучшее в цифрах – то, что они никогда не лгут, – произнес Джон, пристально посмотрев на нее.

Констанция не отвела взгляд, даже несмотря на то, что сердце у нее в груди стало бешено стучать, а дыхание сбилось.

«Почему он так на меня смотрит? Да что он о себе возомнил?» – возмутилась она.

В конце концов девушке пришлось отвернуться, хотя ее не покидало ощущение того, что она только что проиграла битву. «Ничего, в войне я все равно выиграю, – решила она. – Сами по себе цифры, конечно, не врут, а вот люди, которые их расставляют, вполне могут такое себе позволить». С тех пор как стала аудитором, Констанция успела познакомиться со множеством различных схем. Бюро по делам индейцев наняло фирму, где она трудилась, чтобы проверить, насколько точны отчеты казино о его доходах и не выводит ли из него кто-то незаконно деньги.

Констанция взяла себя в руки и сумела посмотреть Джону в глаза.

– Я умею видеть дальше ровных столбцов цифр, которые компании рисуют в своих отчетах. Вы будете удивлены, узнав, что можно выяснить, если копнуть чуть глубже.

Констанция с нетерпением ждала того момента, когда получит доступ к выпискам по счетам и сравнит их с прошлогодним отчетом. Конечно, каждую цифру она проверить не сможет, но быстро разберется в том, насколько чисто здесь ведутся дела.

– Племя ниссекотов готово к вашей проверке, – парировал Джон с улыбкой, вызвав у Констанции очередную волну раздражения. – Уверен, что результат вам понравится.

Он указал ей на один из кабинетов, приглашая войти. Констанция поторопилась внутрь, опасаясь, как бы он не попытался подтолкнуть ее одной из своих больших рук. Кабинет оказался просторным, однако обставлен был очень просто. За столом стояло большое кожаное кресло, а с другой стороны располагались два таких же. Единственным украшением комнаты оказался календарь с изображением отеля. На большом деревянном столе с лакированной поверхностью лежали бухгалтерские отчеты за последние три года; вдоль стен тянулись стеллажи с папками. В одном из углов располагался круглый стол с четырьмя стульями. Внимательно осмотрев всю обстановку, Констанция предположила, что Джон привел ее в свой кабинет.

Мужчина выдвинул ящик стола.

– Здесь лежат кассовые книги, рассортированные по датам. Каждое утро я сам их заполняю.

Джон положил руку на последний годовой отчет. «Такие большие руки… Это ненормально, – решила Констанция. – Он не похож ни на одного из финансовых директоров, которых я встречала прежде. А это еще более подозрительно».

– Располагайтесь, – произнес Джон, взглядом указав на кресло.

Для того чтобы сесть, Констанции пришлось протискиваться между владельцем отеля и столом, из-за чего по ее коже побежали неприятные мурашки. Еще хуже оказалось то, что Джон взял стул и сел рядом с ней. Он открыл верхнюю папку, на обложке которой был изображен раскидистый дуб, и показал на число, написанное сверху.

– Это наша прибыль. Теперь вы понимаете, что мы здесь не маемся дурью.

«Сорок один миллион чистой прибыли – это вовсе не шутка», – подумала девушка, но вслух произнесла:

– Ваши годовые отчеты я уже видела. Меня больше интересуют первичные документы.

Джон вытащил из ящика стола ноутбук и вывел на экран несколько страниц текста.

– Пароли меняются каждую неделю. Я буду сообщать их вам, но, думаю, вы будете не против узнать о наших ежедневных оборотах. У вас будет вся информация, которая может вам понадобиться.

Глаза Констанции расширились от удивления, когда, взглянув на экран, она поняла, что Джон дал ей доступ к просмотру всех ежедневных операций. «Конечно, данные можно сфальсифицировать, но как ловко он переключается между окнами. С его-то огромными пальцами, – удивилась она. – Интересно, он пользуется одеколоном? Может, это просто дезодорант?» Запах Джона не давал девушке покоя, и она не могла отвести глаз от его темно-серого пиджака, не способного скрыть сильное мужское тело. Сейчас, когда он сидел всего в нескольких сантиметрах от нее, это было еще более заметно, чем при встрече.

– Здесь ежемесячные отчеты. Помимо всего прочего, я пишу здесь о любых событиях, кажущихся мне странными.

– Что вы подразумеваете под словом «странные»?

Констанция с облегчением отвлеклась от рассматривания тонких темных волосков, покрывавших тыльную часть его огромных ладоней.

– Если кто-то выигрывает подозрительно большую сумму; если на кого-либо поступают жалобы от клиентов или персонала, и мы запрещаем ему вход в казино… Я считаю, что следует обращать внимание на мелочи. Тогда какие-то более масштабные события уже не застанут меня врасплох.

– Звучит вполне здраво, – ответила Констанция, улыбнувшись (хотя сама она так и не поняла, зачем сделала это).

«Ты профессионал, – напомнила она себе. – Надеюсь… Он просто улыбнулся мне, показав блестящие белые зубы, а я автоматически ответила». Констанция застыла. Этот мужчина определенно знал, что сумел произвести на нее впечатление.

– Зачем вы составляете ежегодные отчеты, если ваш отель – не публичная компания.

– Я не отчитываюсь перед инвесторами так, как это делал бы руководитель публичной компании. Но в то же время я чувствую ответственность. Ведь я отвечаю перед всем племенем ниссекотов.

Насколько Констанция поняла из статей в Интернете, племя ниссекотов в основном состояло из ближайших родственников Джона, и все они сумели заняться весьма прибыльным бизнесом.

– Сколько вас?

– Сейчас здесь живут двести человек. Пару лет назад нас было всего четверо. Надеюсь, что через пять лет здесь соберется несколько тысяч человек, – ответил Джон, снова улыбнувшись.

Констанция перевела взгляд на экран.

– Не так уж сложно убедить людей приехать, если предлагаешь им поделиться сорока одним миллионом долларов.

Тишина заставила девушку поднять глаза. Джон внимательно смотрел на нее, и его взгляд проникал в глубину ее души.

– Мы не подаем милостыню, а убеждаем членов племени приезжать сюда, чтобы найти работу. Все прибыли идут в фонд, который тратит их на нужды всей общины.

– Простите, если обидела, – извинилась Констанция, нервно сглотнув. – Я не хотела.

– Я вовсе не обижен, – ответил Джон не улыбаясь, но в то же время взглянув на Констанцию с одобрением. – Возможно, мы сумели бы заставить людей собраться здесь быстрее, если бы выдавали каждому по чеку. Но я предпочел не такой действенный, но в то же время более естественный способ – сделать так, чтобы они приезжали сюда по своей воле.

– Вполне объяснимо, – ответила Констанция, попытавшись улыбнуться.

Хотя на самом деле она не была уверена в его правоте. Что-то в Джоне Фейрвезере сильно раздражало ее. Он был слишком… красив, а самой Констанции еще ни разу не приходилось оказываться в обществе подобных ему мужчин. Парни, с которыми она работала, как правило, были замкнутыми и из-за постоянного сидения за мониторами компьютеров горбились и выглядели довольно жалко. Джон Фейрвезер, несомненно, проводил много времени за своим рабочим столом, готовя документы, которые он ей показывал, но каким-то образом, загорелый и крепкий, как дуб, изображенный на обложке папки, он умудрялся выглядеть так, будто целыми днями находится на улице.

– С вами все в порядке?

Констанция собралась с силами и выбросила из головы не самые подходящие для деловой встречи мысли.

– Возможно, чашечка чая мне не помешает.

Констанция лежала на постели в номере, который занимала в мотеле «Уют», бессмысленно пялясь в потолок и пытаясь рассмотреть очертания висевшего на нем вентилятора. Она была слишком возбуждена для того, чтобы спать, но в то же время прекрасно понимала, что ей нужно отдохнуть: ведь завтра придется сосредоточиться на бухгалтерских документах казино. Констанция хотела произвести впечатление на босса, попросить, чтобы он повысил ей зарплату, и внести первый платеж за дом. Ей давно уже пора было выбраться из-под родительской опеки.

Констанции пришлось вернуться в родительский дом после колледжа, чтобы копить деньги. Правда, зарабатывать достаточно для того, чтобы начать самостоятельную жизнь, она стала только через шесть лет. А еще ей был нужен мужчина. «Если бы сейчас у меня были нормальные отношения с милым и благоразумным человеком, я бы никогда не попала под влияние такого профессионального соблазнителя, как Джон Фейрвезер. И не важно, насколько широкие у него плечи», – думала она.

Родители Констанции считали, что почти все на свете грешники, которых следует избегать. Когда она сказала им, что едет в Массачусетс, чтобы проверить бухгалтерскую документацию казино, они отреагировали так, будто она собирается спустить все свои сбережения за игорным столом. Девушка пыталась объяснить им, что стать исполнителем по такому важному государственному заказу – большая честь и знак доверия к ней со стороны руководства компании, в которой она работает, а они продолжали повторять свои обычные слова о тех, кто якшается со злонамеренными людьми, и напоминали ей, что она вполне могла бы работать в принадлежащей ее семье скобяной лавке.

Констанция не хотела всю оставшуюся жизнь смешивать краски. Она пыталась быть хорошей дочерью, но она была умна и предприимчива, стремилась реализовать все дарованные ей природой таланты. Если это подразумевало переезды из штата в штат и общение с парой-тройкой грешников, то ничего страшного Констанция тут не видела.

«Кроме того, я должна изобличить преступников, работающих в казино. В этой истории я главный положительный персонаж, – решила девушка, перевернувшись на бок, чтобы не видеть тонкий зеленый луч, испускаемый будильником, стоящим на прикроватной тумбочке. – Только бы мой мозг отключился. Или хотя бы перестал так судорожно работать…»

Резкий звук заставил Констанцию подпрыгнуть и тотчас же сесть на кровати. На потолке что-то ярко замигало, почти ослепляя ее. Девушка пыталась включить ночник, но не могла найти его. Ужасающий звук разрывал ее нервы на части. «Что происходит?» – в ужасе думала она.

Констанции удалось найти очки. Она встала и подошла к выключателю, но он не работал. Цифровой дисплей будильника тоже не светился. Внезапно ей на голову обрушилась струя воды, заставив ее закашляться. «Неужели начался пожар?» – спросила себя девушка. Она побежала к двери, но вовремя вспомнила, что забыла портфель, в котором лежали ноутбук и кошелек. Констанция с трудом нашла его у туалета. Стараясь не заблудиться в ставшем таким непривычным пространстве, освещаемом только пульсирующими вспышками света, производимыми сигнализацией, она внезапно ощутила запах дыма.

Констанция, подгоняемая всплеском адреналина, схватила портфель и побежала к двери. Выйдя в коридор, она увидела, как из своих номеров выбегают другие постояльцы мотеля. Из открытой двери одной из соседних комнат струился дым.

«Я забыла одежду. И даже не надела туфли», – в ужасе вспомнила Констанция. Она вполне прилично выглядела в пижаме, но понимала, что далеко в таком наряде уйти не сможет. «Может, стоит вернуться в номер и забрать мои вещи?» – спросила себя девушка. Кто-то рядом кашлянул, когда ночной ветерок принес с собой густой черный дым, в соседней комнате заплакал ребенок. Констанция инстинктивно закричала: «Пожар!» – и, прижав портфель к груди, побежала вдоль коридора подальше от огня, стуча в каждую дверь и предупреждая постояльцев. «Интересно, кто-нибудь позвонил пожарным?» Свои номера покидало все больше людей. Констанция помогла семье с тремя маленькими детьми спуститься на первый этаж. «Всем ли удалось спастись?» – спрашивала она себя.

Наконец Констанция услышала, как кто-то вызывает Службу спасения. Ей пришлось снова подняться наверх, чтобы помочь пожилой паре, заплутавшей в дымной тьме. Затем она опять побежала вдоль коридора и стала стучать в те двери, которые еще оставались закрытыми. «Что, если там кто-то есть?» – в ужасе думала Констанция. Конечно, звук сирены и яркий пульсирующий свет кого угодно выгонит наружу, но мало ли что…

Увидев, как на парковку заезжают пожарные машины, она ощутила небывалое облегчение. Пожарные быстро эвакуировали из здания людей и собрали их в дальнем конце стоянки. Они направили брандспойты на огонь, но пламя, угасая в одном месте, тотчас же появлялось в другом.

– Настоящая пороховая бочка, – пробормотал стоявший рядом с Констанцией мужчина. – Все эти ковры, занавески, покрывала… А дым очень ядовитый.

Вскоре весь мотель, в котором было примерно двадцать номеров, пылал, и спасенным пришлось отойти, чтобы до них не доставали жар и дым. Констанция и другие постояльцы, до глубины души пораженные происходящим, стояли в пижамах и молча смотрели на огонь.

В какой-то момент Констанция вспомнила, что оставила свой портфель, когда помогала людям спускаться, и теперь понятия не имеет, где он находится. В нем остались новый ноутбук, телефон и записи, которые она делала, готовясь к командировке. Конечно, большую часть собранной ею информации можно было найти где-то еще, но для того, чтобы свести все эти данные вместе, Констанции пришлось напряженно поработать. «А еще там кошелек с правами и банковские карты», – в ужасе вспомнила она. В поисках портфеля девушка стала бродить по парковке.

– Вам нельзя туда, мисс. Это слишком опасно.

– Но там мой портфель… В нем важные документы, которые нужны мне для работы.

«Что, если я не найду портфель? – мысленно сокрушалась она. – Вдруг его зальют водой?»

– Констанция?

Она подняла глаза и увидела, что перед ней стоит Джон Фейрвезер.

– Что вы здесь делаете? – спросила она.

– Я доброволец – помогаю пожарным. Вы не замерзли? В машине есть одеяла.

– Все в порядке, – ответила Констанция, стараясь не смотреть на свою пижаму.

«Интересно, мой вид его смущает?» – подумала она, при этом понимая, что сейчас размышлять об этом эгоистично и глупо.

– Может быть, я чем-то смогу вам помочь? – спросила она.

– Постарайтесь успокоить других постояльцев. Скажите, что каждому из них мы выделим номер в нашем отеле. Мой дядя Дон сейчас едет сюда, чтобы всех забрать.

– Хорошо.

«Я сделала все возможное, чтобы не останавливаться в этом отеле. Но, видимо, все-таки придется», – решила девушка.

– Вы уверены, что все в порядке? Выглядите нездоровой. Может, надышались дымом? – спросил Джон, вглядываясь в ее лицо. – Идите, присядьте вон там.

– Все в порядке. Я одной из первых покинула мотель, – ответила Констанция. – Пойду и в самом деле поговорю с людьми.

Джон помедлил, но затем кивнул и подошел к пожарным, чтобы помочь им развернуть брандспойт. Какое-то время Констанция стояла и пристально смотрела на него, изучая, как отсветы сигнальных огней пожарных машин ложатся на его футболку, еще больше подчеркивая ширину плеч.

«Констанция Аллен, – одернула она себя, – видимо, с тобой что-то не так, раз ты обращаешь внимание на внешность Джона Фейрвезера в подобные моменты». Босая, она пошла по влажному, присыпанному песком бетону туда, где стояли другие постояльцы мотеля. В толпе плакала маленькая девочка, а пожилая женщина дрожала, несмотря на наброшенное на плечи одеяло.

Констанция попыталась сказать им, что руководство расположенного неподалеку отеля согласилось разместить их у себя и что вскоре приедет автобус, чтобы забрать всех отсюда. Но люди вспоминали о том, что оставили ключи от машин в номерах, и сокрушались о вещах, погибших при пожаре. Это только увеличивало беспокойство самой Констанции, переживавшей из-за портфеля и одежды, в особенности из-за замечательного костюма, который совсем недавно купила. Она попробовала успокоить людей, произнося банальные слова о том, что, по крайней мере, никто не пострадал и уже за это стоит благодарить судьбу.