Серенада для любимой

Глава 1

– Мисс Греко, ваш сын – это мой сын, – произнес незнакомый мужчина, заглядывая через плечо Стеллы внутрь ее дома, словно ища там что-то.

Стелле хотелось захлопнуть дверь у него перед носом. Сначала она думала, что кто-то из ее подруг решил устроить ей сюрприз, наняв стриптизера, как для их безумной вечеринки двухлетней давности. Но, судя по виду мужчины, он пришел сюда с серьезными намерениями. Высокий, с непокорными темными волосами, падающими на воротник потертой кожаной куртки, и выразительными серыми глазами на загорелом мужественном лице, он застал ее врасплох, как гром среди ясного неба.

– Что значит – ваш сын? – Ее защитные инстинкты обострились. – Кто вы?

– Мое имя Васко де ла Круз Ареллано-и-Монтойя, но за границей я обычно представляюсь как Васко Монтойя. – Уголки его чувственного рта дрогнули в улыбке, но Стеллу это ничуть не успокоило. – Я могу войти?

– Нет. Я не имею привычки пускать в свой дом посторонних мужчин. – По ее спине пробежала дрожь. У ее сына нет отца. Этому человеку нечего здесь делать. Она должна немедленно закрыть дверь.

Звуки детской музыки, доносящейся из глубины квартиры, выдавали присутствие ребенка. Стелла оглянулась, жалея, что не может спрятать Ники.

– Простите, но вам лучше…

– Подождите. – Мужчина сделал шаг вперед, и Стелла начала закрывать дверь. – Пожалуйста. – Его тон смягчился. Он опустил голову, и прядь волос упала ему на лоб. – Давайте найдем тихое местечко и поговорим.

– Это невозможно. – Она не может оставить Ники, тем более брать его с собой и идти куда-то с этим человеком. Она молилась, чтобы малыш не вышел в коридор ее искать. Материнский инстинкт побуждал ее захлопнуть дверь, но, очевидно, она для этого слишком вежлива. К тому же в этом мужчине есть что-то такое, что не дает ей прогнать его, как назойливого коммивояжера. – Прошу вас, уйдите.

– Ваш сын… – Он подался вперед, и она почувствовала аромат одеколона, смешанный с запахом его кожаной куртки. – Мой сын, – его глаза сверкнули, – наследник трона Монтмейджера.

Судя по его тону, он ожидал, что Стелла хлопнется в обморок от удивления, но она даже не дрогнула.

– Мне все равно. Это мой дом, и если вы немедленно не уйдете, я вызову полицию. – Она повысила тон, выдав свой страх. – Уходите.

– У него светлые волосы. – Его брови взметнулись, когда он снова заглянул внутрь через ее плечо.

Обернувшись, Стелла, к своему ужасу, обнаружила Ники, семенящего по коридору с широкой улыбкой.

– Агу.

– Что он сказал? – спросил Васко Монтойя.

– Ничего. – Почему люди думают, что годовалый ребенок должен произносить осмысленные фразы? Она устала от того, что ее все спрашивают, почему он почти не говорит. Всему свое время. – В любом случае это не ваше дело.

– Мое, – ответил он, не сводя глаз с Ники.

– Почему? – спросила она за секунду да того, как ее поразила страшная догадка.

– Он мой сын.

Стелла сглотнула. Чутье подсказывало ей, что она должна все отрицать, но она не могла.

– Что вас заставляет так думать?

– Его глаза…

Мужчина и ребенок уставились друг на друга одинаковыми серыми глазами. До сих пор Стелла предполагала, что их цвет Ники унаследовал от ее бабушки по материнской линии. У нее самой были светло-карие глаза.

Неожиданно Ники пробежал мимо нее, протянул Васко свою пухлую ручку и схватил его за палец. В ответ на это мужчина восторженно улыбнулся:

– Рад с тобой познакомиться.

Стелла тут же подхватила Ники на руки.

– Га-ла-ла, – с улыбкой произнес малыш.

– Это бесцеремонное вторжение в мою частную жизнь. В нашу частную жизнь, – заявила Стелла, крепче прижав к себе ребенка. Внутренний голос подсказывал ей, что этот человек действительно отец ее сына. – В банке спермы меня заверили, что вся информация, касающаяся личности донора и процедуры искусственного оплодотворения, разглашению не подлежит.

Васко встретился с ней взглядом:

– Когда я был молод и глуп, я сделал много вещей, о которых сейчас жалею.

Стелла знала, что Ники имеет права связаться со своим отцом по достижении определенного возраста, но в банке ее заверили, что до тех пор отец не имеет права общаться с ребенком. Она хотела, чтобы ребенок был только ее и никто не мог вмешиваться в их жизнь.

– Как вы меня нашли?

Если Васко действительно отец Ники, как он об этом узнал?

Мужчина вскинул подбородок:

– Кругленькая сумма, положенная в нужный карман, открывает большинство тайн. – Он говорил с еле заметным акцентом, который придавал его голосу мягкость. Судя по тому, как он говорит о взятке, деньгами и властью он не обделен.

– Они назвали вам имена женщин, которые купили образцы вашей спермы?

Васко кивнул.

– Они могли солгать.

– Я видел записи.

Возможно, он лжет. Но в таком случае зачем ему Ники? Малыш извивался у нее в руках, но она не осмелилась поставить его на пол.

– Возможно, он не ваш. Я использовала сперму нескольких доноров. – Стелла солгала. Она забеременела с первой попытки.

– Я же сказал, что видел записи.

Ее лицо вспыхнуло.

– Это просто возмутительно. Я могу подать на них в суд.

– Можете, но одного важного факта это не изменит. – Он посмотрел на Ники, и его взгляд смягчился. – Он мой сын.

На ее глаза навернулась слезы. Как может обычный день так внезапно превратиться в кошмар?

– Должно быть, благодаря банку спермы у вас десятки детей. Может, даже сотни. Идите поищите остальных.

– Больше никого нет, – ответил Васко, не сводя глаз с Ники. – Он единственный. Я могу войти? Этот разговор не из тех, что можно вести на улице. – Его тон был мягким и вежливым.

– Я не могу вас впустить. Я понятия не имею, кто вы. К тому же вы сами признались, что получили информацию о ребенке незаконным способом. – Стелла расправила плечи. Ники по-прежнему пытался вырваться у нее из рук.

Мужчина внимательно посмотрел на нее своими серыми глазами:

– Я сожалею о своей ошибке и хочу ее исправить.

У нее как-то странно защемило в груди, но она заставила себя это проигнорировать. Кто этот человек такой, чтобы играть на ее чувствах? С его внешностью он, наверное, умеет добиваться от женщин того, что ему нужно. Все же что-то не дает ей закрыть дверь.

– Как его зовут? – спросил Васко.

Его вопрос застал ее врасплох, и она помедлила с ответом. Если она скажет ему имя Ники, то даст ему право так называть малыша. Это почти приглашение. Но что, если он действительно тот анонимный донор, чьей спермой она воспользовалась? Что, если он отец Ники? При мысли об этом она внутренне содрогнулась. Разве она имеет право его прогонять, если он действительно отец ее сына?

– Я могу взглянуть на ваши документы?

Человек, который получил за деньги конфиденциальную информацию, запросто мог приобрести поддельные документы. Стелла прекрасно это понимала, просто тянула время.

Нахмурившись, он достал из кармана бумажник, вынул оттуда пластиковую карточку и протянул ей. Это были калифорнийские водительские права.

– Я думала, вы из Монт… – Как там называется его страна?

– Я из Монтмейджера, но долго жил в Соединенных Штатах.

Она посмотрела на фотографию. На ней был этот же самый человек, только моложе. На карточке действительно было указано имя Васко Монтойя.

Но в нынешнее время водительские права можно купить на каждом углу, следовательно, это ничего не доказывает. Донор был анонимный, поэтому она не может точно сказать, действительно ли Васко Монтойя тот самый мужчина, чью замороженную сперму она купила.

Вся эта история была такой неприятной. Люди смеялись, когда она им рассказывала, как планировала зачать ребенка, и советовали ей просто найти себе мужчину. Но она хотела избежать сложностей. Использовать замороженную сперму казалось ей тогда гораздо проще.

– С каким банком вы имели дело? – спросила она.

Васко взял у нее свои права и убрал в бумажник.

– С «Вестлейк криобанк».

Услышав знакомое название, Стелла сглотнула. Она никому, даже своей лучшей подруге, не говорила, куда ездила, чтобы ей было легче забыть клиническую процедуру. И вот на пороге ее дома появляется незнакомый мужчина и напоминает ей о том, что она сделала.

– Я понимаю, что мое имя вам ни о чем не говорит. Я пришел к вам домой, потому что не знал, как еще можно с вами связаться. – У него было почти виноватое выражение лица. – Простите, что шокировал вас. – Он провел рукой по своим темным волосам. – Вы, наверное, уже слышали мое имя. Я сколотил себе состояние на добыче драгоценных камней. Филиалы моей компании есть во многих странах.

Он достал из бумажника другую карточку. Взяв ее дрожащими пальцами, Стелла прочитала: «Васко Монтойя, президент „Каталан майнинг корпорейшн“».

Ну конечно, как она могла забыть!

Каталония… Это слово ассоциировалось у Стеллы с чем-то далеким и экзотическим. С гордым независимым народом и духом старой Европы. Со средневековой школой живописи и богатым литературным наследием. Она всегда была неравнодушна к подобным вещам, потому и отдала предпочтение донору с Пиренейского полуострова.

Еще эти серые глаза… Их невозможно не узнать. У ее сына точно такие же.

– Я не хочу причинить вам боль. Я просто хочу быть частью жизни моего сына. Уверен, вы, как мать, не находили бы себе места, если бы знали, что ваш ребенок где-то рядом, но не могли с ним видеться. – Он перевел взгляд на мальчика, и на лице его промелькнули сильные эмоции. – Вам бы казалось, что часть вашего сердца, вашей души существует отдельно от вас.

Ее сердце сжалось. Его слова глубоко тронули ее. В них была правда. Как она может лишить своего сына права знать своего отца? Ее отношение к Васко резко изменилось. Защитный инстинкт больше не приказывал ей закрыть перед ним дверь. Вместо этого ей вдруг захотелось ему помочь.

– Вы можете войти, – сказала она.

Закрыв за собой дверь, Васко прошел вслед за Стеллой в светлую гостиную с яркими игрушками, валяющимися на полу и бежевом диване.

Его переполняли незнакомые эмоции. Он приехал сюда из чувства долга. Решить проблему, которая в будущем могла бы повлечь за собой целый ряд более серьезных проблем.

Поначалу Васко гадал про себя, за какую сумму Стелла Греко согласилась бы отдать ему ребенка. У большинства людей есть своя цена. Он знал, что смог бы дать мальчику все необходимое.

Затем он заглянул в невинные серые глаза мальчика, и внутри у него все перевернулось. Он сразу понял, что это его сын, и почувствовал с ним связь.

Стелла поставила малыша на пол, и тот подошел к мужчине. Васко сел на корточки и протянул ему указательный палец. Ребенок схватился за него, и у Васко защемило сердце.

– Как его зовут? – спросил он Стеллу, которая так ему и не ответила.

– Николас Александр. Я зову его Ники, – медленно произнесла она, словно не желая впускать его в их обособленный мир.

– Привет, Ники. – Васко не смог сдержать улыбку.

– Пивет. – Ники улыбнулся, продемонстрировав два крошечных белых зуба.

Щеки Стеллы вспыхнули.

– Он сказал «привет». Он сказал настоящее слово!

– Да, он поздоровался со своим отцом. – Васко переполняла гордость.

Он ничего не дал этому замечательному малышу, кроме своей ДНК. При мысли о том, что он продал за несколько долларов бесценный материал для создания новой жизни, его охватило чувство стыда.

Васко посмотрел на Стеллу. Десять лет назад у него были причины продать свое семя, но какие причины заставили ее его приобрести? Он навел о ней справки и выяснил, что она занимается реставрацией книг в библиотеке местного университета. Он ожидал увидеть забитую серую мышь лет тридцати пяти, поэтому встреча со Стеллой стала для него настоящим сюрпризом.

Она слишком красива, чтобы покупать сперму. Ее блестящие золотисто-каштановые волосы безукоризненно подстрижены и доходят ей до середины шеи. У нее большие светло-карие глаза и россыпь веснушек на маленьком аккуратном носу. Ей определенно еще нет тридцати. Она не в том возрасте, чтобы беспокоиться о том, что ее биологические часы тикают. Может, ее муж бесплоден?

Посмотрев на ее левую руку, он испытал облегчение, не увидев на безымянном пальце кольца. Наличие мужа значительно осложнило бы и без того непростую ситуацию.

– Вы с Ники должны переехать ко мне в Монтмейджер.

Сейчас идея купить у нее ребенка казалась ему нелепой. Если он всего за несколько секунд ощутил связь со своей плотью и кровью, что уж говорить о матери, которая выносила малыша и прожила с ним бок о бок целый год?

– Мы никуда не поедем. – Стелла обхватила себя руками.

Васко обвел взглядом гостиную ее небольшого двухэтажного домика. Судя по простой недорогой мебели и старой голубой малолитражке, припаркованной за окном, Стелла небогата.

– У вас будут свои апартаменты в королевском дворце. Вы ни в чем не будете нуждаться. – Дорогой его сердцу дворец, из которого его когда-то жестоко изгнали, – прекрасное место для ребенка. Она сама в этом убедится, когда его увидит.

– Спасибо, но мне нравится Калифорния и мой дом. У меня хорошая работа. Я реставрирую редкие книги в университетской библиотеке. Район здесь безопасный, школы отличные, соседи дружелюбные. В общем, это подходящее место для того, чтобы растить ребенка.

Район действительно приятный, но шум автострады, проходящей неподалеку, портит общую картину. К тому же в Калифорнии много опасных соблазнов и ловушек для неокрепшей юной души.

– Ники будет намного лучше в горах Монтмейджера на свежем воздухе. У него будут лучшие учи теля.

– Мы останемся здесь, и точка. – Стелла гордо выпрямила спину.

Она невысокая, где-то около пяти футов и пяти дюймов, но вся ее хрупкая фигурка выражает решимость. Судя по ее виду, она ни за что не согласится поменять свой привычный образ жизни.

К счастью, у него за плечами большой опыт ведения переговоров. Он редко терпел неудачи. Он может предложить ей большие деньги или материальные блага, перед которыми ей будет трудно устоять. Если она все же найдет в себе силы от этого отказаться, он поможет ей осуществить то, о чем она мечтает. Тогда она точно передумает.

Он мог бы просто ее соблазнить. Сейчас, когда он ее увидел, эта идея начала казаться ему особенно привлекательной. Сделав эту красивую женщину своей, он получит огромное наслаждение. Об этом определенно стоит подумать.

Но сейчас неподходящее время. Его появление шокировало Стеллу. Ей нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью о том, что отец Ники хочет быть частью его жизни. Он даст ей пару дней, чтобы она смогла привыкнуть к новой реальности. Затем он вернется и уговорит ее поехать с ним.

– Сейчас я уйду, – сказал он. – Прошу вас, наведите обо мне справки. Вы поймете, что все, что я вам о себе говорил, – чистая правда.

Стелла нахмурилась, мило наморщив нос. Похоже, ее удивило то, что он собрался уйти, не добившись своего.

– Хорошо.

– Я с вами обязательно свяжусь для дальнейшего обсуждения вопроса.

– Да, конечно.

Стелла убрала за ухо прядь волос. В ее взгляде читалось подозрение. После его ухода она, наверное, запрет на замок все двери и окна. Судя по всему, она отличная мать.

Маленький Ники сидел на полу и увлеченно надевал пластиковые кольца разного размера на пластиковую палочку. Когда Васко посмотрел на сына, его сердце защемило.

– Был рад с тобой познакомиться, Ники.

Услышав свое имя, малыш поднял на него большие серые глаза:

– Агу.

Васко улыбнулся, и Ники в ответ сделал то же самое.

– Он замечательный, – сказал Васко Стелле.

– Я знаю. – Она тоже не смогла сдержать улыбку. – Для меня он самое дорогое, что есть на свете. Думаю, вы это понимаете.

– Не только понимаю, но и уважаю, поверьте. – Именно поэтому он и собирается взять с собой в Монтмейджер не только Ники, но и Стеллу. Ребенка нельзя разлучать с любящей матерью.

Заводя мотор своего мотоцикла, нагревшегося на солнце, Васко поздравил себя с первой удачей. Когда он только пришел, мать его ребенка не хотела пускать его на порог, но в конце концов даже дала ему номер своего телефона. Многообещающее начало.

Сев на мотоцикл, он поехал в сторону автострады, ведущей в сторону Санта-Моники.

Стелла закрыла дверь на замок сразу, как только Васко вышел из ее дома. Она хотела облегченно вздохнуть, но не смогла. Эта история еще не закончилась.

И, похоже, никогда не кончится.

Биологический отец ее сына, которого она не знала и знать не хотела, неожиданно появился в их жизни. Если анализ ДНК подтвердит, что Васко Монтойя действительно отец Ники, их жизнь уже никогда не будет прежней. Для нее будет лучше всего, если он вернется туда, откуда приехал, и оставит их в покое.

Ей хотелось думать, что он мошенник и его страна, о которой она никогда раньше не слышала, – всего лишь плод его бурного воображения. В кожаной куртке и вылинявших джинсах он совсем не походил на короля. Если только на короля дороги. Разве монархи ездят на больших черных мотоциклах?

Если он не мошенник, то безумец. В Калифорнии их сегодня пруд пруди.

Но кто бы ни был этот мужчина, что-то подсказывало ей, что он действительно отец Ники. Пусть у него темные, почти черные волосы и смуглая кожа, но глаза у него определенно такие же, как у Ники.

Посадив сына в высокий стульчик, она насыпала ему в блюдце колечек из овсяной муки и налила чашку разбавленного яблочного сока.

Она жалела о том, что их с Васко разговор состоялся в присутствии Ники. То, что малышу всего один год и он еще ничего не понимает, вовсе не означает, что им можно распоряжаться как вещью.

Глава 2

Бледный луч солнца проникал сквозь жалюзи в кабинет менеджера по работе с клиентами «Вестлейк криобанк». Стелла посмотрела на пучок света, пересекающий серый стол и указывающий на сидящую за ним женщину, словно в чем-то ее обвиняя.

Васко Монтойя появился в жизни Стеллы три дня назад, и с тех пор о нем не было ни слуху ни духу. Может, его визит привиделся ей во сне? Если так, то это был кошмарный сон. Вчера она весь вечер читала в Интернете истории людей, в жизни которых неожиданно появились их отцы. У нее голова шла кругом от возможных проблем, а Васко куда-то исчез. Она попрежнему не знала, что ей делать.

– Я уже говорила вам, мэм, что мы гарантируем всем нашим клиентам конфиденциальность, – деловым тоном произнесла женщина, прическа которой напоминала золотой шлем.

– Тогда как вы объясните появление этого человека у меня на пороге? – Стелла положила перед ней интервью с Васко Монтойя, которое распечатала с веб-сайта, посвященного добыче сапфиров. Он действительно президент «Каталан майнинг корпорейшн». Из его интервью она поняла, что его бизнес начинался с одной небольшой шахты в Колумбии и со временем вышел на мировой уровень. На фото Васко был в костюме в тонкую полоску и довольно улыбался. Почему он не должен быть довольным? Ведь у него есть все, что он только может пожелать.

Кроме ее сына.

Женщина, к жакету которой был прикреплен беджик с именем Дебби Инглиш, нервно сглотнула, затем спохватилась и изобразила на лице дежурную улыбку.

«Это она ему сказала. Я это чувствую. Возможно, он ее соблазнил», – подумала Стелла, внутри у которой все клокотало от ярости.

– Он знает, где я живу. Знает, что я использовала его семя. Он хочет, чтобы мы с сыном переехали в его страну. – Выдержав паузу, она спросила: – Сколько он вам заплатил?

– Он не мог получить информацию от нас. Это исключено. Все наши записи хранятся в надежном месте, находящемся за пределами этого офиса.

– Уверена, они есть и в компьютере.

– Да, но…

– Я не хочу слышать никаких «но». Он сказал, что кому-то заплатил, чтобы получить эту информацию. Значит, у вас где-то произошла утечка.

– Мы принимаем самые надежные меры предосторожности. Кроме того, на нас работают лучшие юристы. – В ее словах слышалась завуалированная угроза. Эта женщина думает, что Стелла собирается подать на них в суд?

Откинувшись на спинку белого пластикового стула, Стелла подумала о Ники, которого оставила в центре дневного ухода, предназначенного для детей сотрудников университета.

– Он имеет какие-то права на ребенка или отказался от них, когда продал вам свою сперму?

– Наши доноры отказываются от своих прав на детей, следовательно, не несут за них никакой ответственности.

– Значит, я могу сказать этому человеку, что по закону он не является отцом моего ребенка.

– Разумеется.

Стелла почувствовала облегчение.

– У него есть другие дети? – спросила она.

– Эта информация не подлежит разглашению, – холодно улыбнулась Дебби Инглиш. – Но я могу сказать вам, что Васко Монтойя забрал оставшуюся часть своего семени и расторг договор с «Вестлейк криобанк».

– Почему? Когда он это сделал?

– На прошлой неделе. Нередки случаи, когда в жизни донора происходит что-то важное, например женитьба, и он решает убрать себя из нашей базы данных.

– Но как он узнал мое имя и адрес?

Не ответив, женщина принялась стучать пальцами по клавиатуре компьютера. Примерно через минуту она откинулась на спинку кресла:

– Не думаю, что кому-то станет хуже, если я скажу вам, что вы единственная клиентка, которая воспользовалась его семенем.

– Что, если он взломал вашу базу данных?

– Это невозможно, – произнесла Дебби с непроницаемым лицом.

Стелла сделала глубокий вдох:

– Почему я единственная, кто за десять лет выбрал его в качестве донора?

– У нас очень большая база данных, мисс Греко. Более тридцати тысяч доноров. В анкете он указал, что родом из Каталонии. Наши клиентки в основном американки, и подобные вещи их отталкивают.

А Стеллу, напротив, заинтриговало происхождение донора. Наверное, большинство людей даже не знает, что такое Каталония. Скорее всего, они думают, что это где-то в Китае. В отличие от них она знает, что это автономная область Испании с уникальной культурой, своими собственными традициями и языком, который представляет собой смесь испанского и французского.

«ПРАВИТЕЛЬСТВО СОКРАЩАЕТ

ФИНАНСИРОВАНИЕ

КАЛИФОРНИЙСКОГО УНИВЕРСИТЕТА».

Заголовок статьи привлек внимание Стеллы, когда она проходила мимо газетного киоска, направляясь со стоянки в библиотеку. После неудачного визита в «Вестлейк криобанк» все ее мысли перепутались, и она была вынуждена остановиться и трижды его прочитать, чтобы понять смысл.

Она работает в Калифорнийском университете!

Купив газету, она отошла в сторону и быстро пробежала глазами статью, в которой говорилось, что государство сокращает на пятьдесят процентов расходы на гуманитарный колледж. Ректор колледжа заявил, что намерен привлечь частных инвесторов, но некоторые программы придется свернуть.

Оказавшись в своем кабинете, Стелла прослушала сообщение на автоответчике. Ее просили как можно скорее зайти в отдел кадров. Опустившись в кресло, она закрыла лицо руками.

Когда в дверь постучали, она вздрогнула, подумав, что это, скорее всего, Васко Монтойя, и пробормотала:

– Войдите.

– Привет, Стелла. – Это был Роджер Дэйлз, ее босс. – Я зашел, чтобы выразить вам свое сочувствие.

– Что это значит?

– Вы еще не были в отделе кадров? – удивился он.

– У меня сегодня утром была важная встреча. Я только вошла. Я читала статью о сокращении государственного финансирования, но еще не успела… – Наконец до нее дошел смысл происходящего, и она осеклась. – Я… уволена?

Закрыв дверь, Роджер подошел ближе к Стелле, и она почувствовала запах табака, исходящий от его твидового пиджака.

– Мы потеряли все финансирование для печатных архивов. Это ужасная новость для всех нас. – Он сделал паузу, и Стелла увидела в его глазах сожаление. – Боюсь, что в ваших услугах больше нет необходимости.

У нее сосало под ложечкой, на языке вертелись слова, которые она не могла сказать ректору гуманитарного колледжа.

– В отделе кадров вам скажут, что вы получите выходное пособие за две недели и ваши льготы сохранятся до конца месяца. Конечно, это не самое большое выходное пособие, но, учитывая нынешнюю финансовую ситуацию…

Роджер продолжал говорить, но она его не слушала. Ей заплатят за две недели? У нее есть кое-какие сбережения, но их хватит не более чем на полгода, и то только в том случае, если ее машина в очередной раз не сломается или…

– Если вам понадобится моя помощь, звоните.

– Вы, случайно, никого не знаете, кто может искать реставратора редких книг? – спросила Стелла, хотя прекрасно понимала, что спрос на людей с такой специальностью, как у нее, крайне невелик.

– Вам следует попробовать обратиться в частные библиотеки.

– Да. Я обязательно попробую.