Семь эликсиров тьмы
- -
- 100%
- +
Когда Сет очнулся, он лежал на песке, в двух шагах от оазиса, настоящего оазиса, к которому он бежал, пока не встретил этого странного пса. Пёс сидел рядом, всё также виляя хвостом.
– Эх, Хенмес, зачем ты спас меня? – Спросил у него Сет.
Пёс лишь сильнее завилял хвостом.
Сет встал. Собака – тоже, в полной готовности последовать за ним. Сет специально отбежал немного вперёд, чтобы проверить, последует ли пёс за ним. Собака тут же подбежал к Сету, лизнув его в руку.
– Неужели, ты хочешь стать приспешником бога хаоса? – Спросил Сет, хитро прищурившись.
Собака встала на задние лапы и лизнула его в лицо.
– Ладно-ладно. – Сказал Сет. – Тогда, пойдём, покажешь мне пустыню.
Но собака, видимо, не собиралась никуда идти.
– Ты же только что был готов побежать за мной. – Сет обернулся.
Пёс подбежал к нему, схватил зубами за руку и потащил к воде. Сет, ничего не понимая, решил не сопротивляться. Пёс подвёл его к воде.
– Что ты хочешь мне показать? – Сет уже начинал злиться. Собака бегала вокруг него, иногда забегала в воду, плескалась там и возвращалась обратно.
Внезапно весь разум Сета пронзила жуткая боль. Сет схватился за голову, но боль становилась только сильнее. Пёс подбежал к нему сзади, и толкнул его в воду. Сет хотел было разозлиться, но, как ни странно, выходка Хенми притупила его головную боль. Сет выбрался из воды, и вдруг остановился замерев. И тогда в его голове промелькнула одна мысль: «А может, он умер в зыбучих песках?».
А значит, скорее всего, Хенми вообще не существует, и это лишь плод его воображения? Но, вот он, стоит рядом, смотрит на него добрыми глазами, да, это выглядит подозрительно, но всё же, Хенми был реальным. А, может, Хенми специально подводил его к воде, ведь мёртвые не могут смотреть на своё отражение.
Сет развернулся к воде. Оттуда на него смотрело странное существо с когтистыми лапами, длинным, раздвоенным на конце хвостом – как у Хенми – и такими же, как у Хенмеса, ушами, будто обрезанными сверху. Демон был в такой же одежде, как и у Сета, и повторял каждое его движение, что не оставляло сомнений, что этот демон – он сам.
Демон источал странную ауру, глухо звеневшую в воздухе, словно звон в ушах конфуженного. Демон словно был результатом всех его поступков… вот, кем он был в глазах других. Сет снова посмотрел на своё отражение, и на этот раз оно показалось ему ещё более отталкивающим.
Сет упал на колени, закрыв лицо руками. Неужели, он стал таким? Пугающим демоном, с острыми когтями? Если бы Сет из прошлого сейчас слушал бы, как кто-то рассказывает ему, что он в будущем станет демоном, с длинными ушами и раздваивающимся на конце хвостом, он бы не за что не поверил. Он бы рассмеялся этому выдумщику в лицо. Сет мечтал проснуться и понять, что это был всего лишь сон, всего лишь ночной кошмар.
Но это, к сожалению, было не сном. Это было горькой правдой. Он был брошен в пустыне, окружён и сломлен собственными страхами.
Однако, Хенми это по-видимому не расстраивало, и он радостно бегал вокруг хозяина.
Так значит, Сет умер? Но он может смотреть на отражение… Но почему теперь он выглядит так, как антропоморфная версия Хенмеса…?
– В пустыне, даже в пустыне, где всё на первый взгляд так однообразно и тихо, есть те, кто заботиться о её поддержании. Это духи пустыни. Никто не знает, как именно они выглядят, но они тайно наблюдают за всеми, кто зашёл на их территорию. – Вспомнил Сет слова учителя.
И Хенми, по-видимому, и был духом пустыни. И теперь пустыня уже перестала казаться Сету неприветливой и грубой, ведь Хенми разрушал всё представление об этом месте, которое успело у Сета сложиться, поменяться и снова сформироваться за это время.
А раз Сет теперь обрёл свою демоническую форму, то это значит, что Хенми вызволил его из Дуата…
Сет погладил Хенми. В любом случае, он должен быть благодарен ему за спасение. Пёс прижался к хозяину, словно он уже давно ждал его, и вот, наконец, Сет объявился. Сет так долго хотел стать бурей, он породнился с пустыней, и Хенми чувствовал это. Возможно, именно поэтому Хенми спас брошенного бога.
Но Сет всё равно был опустошён. Ведь у него не было дома, не было семьи. Он вспоминал, как играл с Гором, как обучал его, как иногда Осирис наблюдал за тренировками своего сына и улыбался, глядя, как Гор пытается «поразить» Сета деревянным мечом, а Сет играючи отпрыгивает и, смеясь, в шутку нападает на племянника.
– Кто я? – Спрашивал он себя. – Кто я такой?
Сет ещё раз посмотрел на воду. Ухмыляющийся демон глядел прямо на него, но он заметил, что взгляд его вовсе не соответствует той ухмылке. Взгляд Сета был отчаявшимся. Он был один, посреди пустыни, ведь даже Хенми не будет защищать его вечно. Сету придётся либо подчинить себе силы пустыни и этим доказать всем, кто презирал и ненавидел его, что он так просто не сдаётся, либо сгинуть в песках, и на этот раз его уже никто не спасёт.
– Покори или умри. – Звенели в голове слова учителя. Главный урок, который ему придётся усвоить.
***
Сет молча стоял, смотря как кадры из прошлого постепенно исчезают, впитываясь в стену. Но на этот раз понять, что есть шестой эликсир, было сложнее, чем обычно. Он вообще не понимал, что значил последний слайд. Сет остановился, отошёл на несколько шагов назад, но упёрся спиной в стену. Раньше здесь был проход, но теперь сзади него была глухая непробиваемая стена. Гладкая, как лист бумаги, но непробиваемая, как толстый слой из корунда, стена грозно возвышалась, упираясь в высокий потолок, препятствуя отходу назад.
Пути назад не было.
Но что он мог сделать? На этот раз он понятия не имел, какую подсказку дала ему Книга.
Он пытался вспомнить то, что видел перед тем, как Книга отправила его сюда. Тень, неумолимо надвигающаяся на Осириса, Гора и остальных.
Гор. Он сказал ему «предоставь это мне». Почему он вообще так ему сказал. Чёртов наблюдатель… Может, он, по прошествии времени, отправился искать Сета, но зачем? Неужели, Гор снова поверил в него?
– Кем я хотел быть? – Спросил Сет себя.
Великим фараоном, защитником чужеземцев; богом, знающим ответы на все вопросы и всегда готовым поделиться этими знаниями. Тем, кого почитали и любили, к кому могли обратиться за помощью в тяжёлые минуты и кого могли поблагодарить, в минуты, когда всё благополучно. Ведь зачем тогда боги, кроме как для того, чтобы помогать людям, направлять их на путь процветания, зачем правители, кроме как для того, чтобы защищать свой народ? Сет всё своё детство хотел стать лучшим, чтобы им гордились, чтобы им восхищались и его уважали, лучшим из лучших, кто способен привести свою страну к богатству и процветанию.
Но кем он стал?
Зловещим демоном, скрывающим любые добрые мотивы, замолкающим и саркастически отшучивающимся, цинично ухмыляющимся каждый раз, когда кто-то его благодарит, или высказывает уважение. Правителем-тираном, почти что превратившим свой народ в бездушную машину, работающую на осуществление его идеалов.
Но почему ему кажется, что Осирис и Гор его…простили?
Гор всегда хорошо относился к дяде, но возненавидел его, узнав, что тот «убил» его отца. И тогда Гор сначала попытался выяснить, правду ли говорят, но Сет и слушать не хотел. Он честно соврал ему, что он убил брата, но ведь, фактически, так оно и было, когда Сет приказал закрыть ворота Дуата. Гор вынашивал план, как отомстить Сету, и Сет замечал это, но он не воспринимал своего бывшего ученика всерьёз, считая, что, поскольку лично тренировал его, знает все возможные комбинации ходов, которые Гор может предпринять.
Но Осирис помешал убить Сета. Он не опустился до такого… Но своими действиями Осирис заставил его прочувствовать то, что почувствовал он сам, попав в Дуат и, поняв, что врата, через которые он мог бы выбраться, закрыты. И ему пришлось подчинить себе Дуат, чтобы выжить.
Так и Сет. Ему пришлось подчинить себе пустыню. И, наверно, тогда он начал понимать, как поступил. Раскаивался ли он? Конечно, нет, он злился ещё сильнее. Единственное что, больше не решался на открытые бунты и довольствовался редкими песчаными бурями, которые насылал на Египет в отместку.
Но однажды он увидел, что ворота Египта открыты. Что это значило? Рядом стояли стражники, но они никак не прореагировали на Сета, словно они пропустили бы его вперёд, осмелься он войти.
И, наверно, тогда, Сет заметил, что у него пропала его демоническая форма. Вернее, она была, но теперь Сет мог снова стать «собой», каким он был раньше.
И Сет снова мечтал стать таким, как раньше, но он боялся этого, ведь это значило бы крушение всего, что он сделал за свою жизнь. Всего, через что ему пришлось пройти, всего, за что он боролся, всего, к чему он всю свою жизнь стремился.
Хотя, что он сделал? Заставил всех его ненавидеть?
Сет сидел, задумавшись, глядя на стену. Вернее, на то место, где раньше была эта несокрушимая стена. Теперь уже Книга давала ему полную свободу: стена, мешающая его пути назад, отступила и исчезла, освобождая путь.
Отчаявшись, Сет встал, развернулся, и пошёл по ступенькам наверх, но вдруг резко остановился и вслух сказал: «Если я сейчас уйду, то уж точно ничего не изменю, и всё точно будет зря. Бытие богом, это не то, что даётся по праву рождения, надо ещё заслужить быть богом».
Сет снова вернулся. – Впрочем, я никогда не был хорошим богом. Но… также никогда не был и побеждённым богом. А для моей жизни эти понятия были синонимами. Однако, времена меняются, и стратегии тоже. Я снова вступаю в бой. И… все, кто считал меня подделкой, кто считал меня мёртвым… я заставлю их глотать песок!
В его отчаявшейся душе стал зарождаться вихрь эмоций. Тот самый желанный вихрь, перед которым он каждый раз трепетал, и который старался разогнать на всю мощь. Вихрь закручивался всё сильнее, и Сет всё чётче мог понять, что он на самом деле хочет сделать.
– Я хочу всё изменить! – Крикнул Сет изо всех сил.
Шестым эликсиром была революция.
Глава 40. Седьмой эликсир.
Сет очнулся, лежащий на полу храма. Он открыл глаза. Гор дрался с Апепом, а Осирис пытался вместе с Таурт отогнать кровожадных скорпионов.
Сет не понимал, что происходит. Время повернулось вспять? Что случилось?
– Что может быть ужаснее, чем понять, насколько ты слаб, а, Сет? – Апеп повернулся к нему, смотря на него, как победитель смотрит на побеждённого.
– Согласен. – Сказал Сет. – Поэтому мне жаль видеть, как твои старания полетят в тартарары.
Апеп вскинул бровь, ухмыльнувшись.
– Я имел в виду, что слабаком здесь окажешься ты.
Апеп разозлился. Он поднял руку кверху, изменяя реальность словно прокручивая киноленту, призывал ветер Хаоса. Ветер становился всё сильнее, из стен храма посыпались камни.
Сет вытянул руку вперёд, стараясь поймать этот магический поток, и увести его в землю, разрушив его. Но у него не получалось. Апеп резко рванул вверх, увлекая Сета за собой.
Чёрная дымка расползлась по воздуху, крепчала, превращаясь в полупрозрачную, но твёрдую, словно толстое стекло, материю. Храм Нубта, скорпионы, друзья, старший брат… всё замирало, заворачиваясь в эту дымку, словно в саван.
Апеп и Сет стояли на вершине высокого храма. Храм располагался посреди пустыни, в гордом одиночестве возвышался над дюнами. Апеп мигом превратился в змея. Сбив Сета с ног, но Сет моментально вскочил, выпуская когти.
Два демона бились в смертельной схватке. Глаза Сета горели дьявольским огоньком; он, поддаваясь инстинктам, с яростью нападал на Апепа, и змею пришлось повременить с контратакой, ведь ему было сложно отбиться.
И поэтому он решил пойти на хитрость. Теперь он пытался тоже использовать эмоции как оружие, и теперь мог попробовать применить это. Он хотел показать Сету, что стал сильнее с момента их последней схватки. И ему хотелось показать своё превосходство, победить Сета его же оружием, загнать его в ловушку его же эмоций, которые он не сможет контролировать.
Апеп резко прыгнул в сторону Сета, приняв свой обычный облик. Достав кинжал, Апеп приставил его к горлу Сета, которому пришлось попятиться назад.
Теперь Сет был в полушаге от того, чтобы упасть вниз с этого высоченного строения.
Апеп стал медленно опускать кинжал, заставляя Сета мысленно выругаться, ведь для него это было словно помилование.
Но Апеп никогда никого не щадил.
Сет медленно выпрямился. Он напряжённо следил за действиями врага.
Апеп сделал обманный прыжок назад, но Сет, сконфуженный мелким поражением, не заметил уловки, и поэтому подался вперёд, напоровшись на нож. Апеп отпустил рукоять.
– А ты как всегда не можешь предугадать мои действия. – Апеп ухмыльнулся с наигранным разочарованием, довольным взглядом наблюдая как Сет, корчась от боли, вынимает кинжал и бросает его к ногам Апепа.
– Ты, кстати, в курсе, что кинжалы нельзя вынимать? – Сказал Апеп голосом заботливого отца. – Ведь так ты ещё сильнее раскрываешь рану, и, что самое главное… – Апеп сделал паузу. – Его могут всадить вновь! – Апеп выхватил ещё один припрятанный кинжал, и теперь уже весь живот Сета был исполосован.
Сет, мысленно приказывая себе не упасть ничком, ведь тогда, по сути, он встанет на колени перед его злейшим врагом, стоял, придерживая рану рукой.
Кровь медленно капала вниз, маленькими красными вспышками сверкая в воздухе. Сет затуманенным взглядом смотрел на них. Что, снова провал? Он никогда не сможет разрушить планы Апепа…
– Жалкое ничтожество, ты даже на разрушение не способен. – Мысленно кричал себе Сет.
– Что, решил пожалеть себя? – Апеп толкнул его ногой в живот. Сет упал на колени, и этот факт пронзил его, словно лазерный луч.
– Ты ведь понимаешь, что второй раз тебе из Дуата не выбраться. – Торжествующим голосом сказал Апеп, наслаждаясь каждой секундой. Однако нельзя сказать, что Апеп ликовал. Его поведение и слова были больше похожи на констатацию фактов. Лишь тот, кто поистине мог понять его, увидел бы торжествование в глазах Апепа.
Сет ничего не ответил, боясь даже поднять взгляд вверх, только бы не встретить этот уничижительный взгляд своего врага.
– Тот, кто никогда не проигрывал, не достоин познать вкус победы. – Промелькнули у Сета в голове слова.
– Собери, собери чувства в вихрь, – приказывал себе Сет, – ну же.
Но вихрь как назло не появлялся. Даже вспышки-подсказки пропали. Мысли Сета всё больше рассеивались, образуя пустоту. Чем больше Сет пытался что-то предпринять, тем хуже становилась ситуация. Теперь он чувствовал, как кровь громким гулом звенит у него в ушах, уничижительно нашёптывая оскорбления и проклятия.
И Сет вдруг понял, почему все остальные вспышки пропали: да, Сет не мог разрушить комбинацию. Но попытка разрушить как раз и была его ошибкой.
– Но ведь и ты до сих пор не научился предугадывать мои действия. – Сказал металлическим тоном Сет, поднимая голову вверх.
Апеп посмотрел Сету в глаза – они не выражали никаких эмоций, словно Апеп глядел сквозь пустоту.
Сет ухмыльнулся, как если бы это он сейчас смотрел на истекающего кровью Апепа.
Апеп понял, что случилось. Его глаза отчаянно сверкнули янтарным змеиным огоньком, заставляя Сета теряться среди разноцветных вспышек. Апеп подкидывал ему «новые варианты», которые Сет не мог «отбросить», и поэтому они также отражались на этих вспышках, которые теперь бешено закрутились, резко перелетая с места на место, словно светлячки.
Апеп создавал новые мысли, новую реальность, зная, что всезамечающий взгляд Сета пока не сможет отличить «настоящие» намерения от ложных. Сет, хоть и видел механизм реальности, не мог перетаскивать шестерёнки, а мог только лавировать среди них.
Теперь дар только мешал Сету понять, что нужно делать. Драться? Сет тяжело ранен, Апеп победит. Пустить в ход магию вихря? Апеп рассеет. Оставалось только одно. То, что за всю свою жизнь Сет никогда не использовал, всегда полагая, что ему никогда не придётся даже подумать над таким исходом.
Теперь Сет понял, что ему нужно делать. Впервые, Сет не будет разрушать реальность. Он поверит в иллюзию, полностью сольётся с ней, позволит ей себя поглотить… не имея и малейшего понятия, что случится дальше. Впервые, Сет не знал, что делать, и впервые это не приносило ему никаких эмоций, словно его медленно обволакивала пустота…
Сет наклонился назад, и вдруг… оттолкнулся от края и, смотря на Апепа прямым ничего не выражающим взглядом, прыгнул вниз.
Апеп не ожидал такого поступка. Он подбежал к краю, глянув вниз. Сет, заложив руки за голову, падая вниз спиной назад, словно лёжа на воздухе, как на широкой кровати. Падал и смотрел на него, ухмыляясь. Апеп лихорадочно пытался разгадать замысел своего врага. Вытянув руку, он словно пытался поймать Сета, не дать ему упасть… или же, не дать ему скрыться… Апеп словно что-то осознал в этот момент, но предотвратить ничего уже было невозможно.
Вдруг взгляд Сета вновь стал пустым. Ухмылка исчезла с его лица, и его губы зашевелились в вопросе.
– И что же вы думаете обо мне? – Вопрос сильным выдохом слетел с губ Сета, растворившись в воздухе. Сет не надеялся на ответ, спросив этот вопрос больше у самого себя, у самой своей жизни, нежели у своего брата и племянника, нежели у Таурт и Тота, у Джейн и Майли…
Сет со спокойным, даже, если присмотреться блаженным, выражением лица, закрыл глаза. Пустота и спокойствие, как штиль на море, обволакивали его, и она полностью отдавался им, полностью рассеяв и отпустив вихрь чувств, который всю жизнь создавал…
Он вытянул вперёд руку. Демоническая рука словно пыталась когтями зачерпнуть воздух, стремительно просеивающийся сквозь пальцы. Но затем ипостась рассеялась, как и все чувства, как и все эмоции, которые чувствовал Сет. Ведь теперь он просто стремительно летел вниз, вниз, навстречу своей смерти… Спокойный, без эмоций, без страхов и надежд.
Но вдруг словно внутренний голос приказал ему открыть глаза. Воздух подозрительно звенел, словно стекло, сиял яркими бликами, заставляя глаза Сета сверкнуть красным огоньком. Но что случилось?
Воздух стал дребезжать, словно Сет сидел у костра и смотрел поверх огня. Звон становился ещё сильнее, громче, как будто рядом взорвалась бомба, и теперь Сет слышит этот звон, который возникает после грохота взрыва.
В воздухе красными огоньками, огненными цветками, полетели вверх вспышки.
Красные вспышки…
И тут вдруг сознание Сета пронзило, словно острой иглой… Апеп, который стремительно удалялся, словно храм выростал всё выше и выше из-под земли, пытался остановить это, но в его глазах было смятение. И изумление.
И Сет, еле заметно ухмыльнулся. Он чувствовал, как занервничал Апеп. Ведь недаром он столько лет пытался прокрасться в этот потаённый уголок души демона-змея. И теперь он чувствовал и осознавал этот вихрь, кружившийся в его отчаянно пытавшейся что-то предотвратить, душе…
Сет смотрел на всё больше и больше отдаляющееся небо, полузакрыв глаза. Послышался вновь нарастающий звон, и теперь уже Сет изумился. Ведь…
Иллюзия, созданная Апепом стала покрываться трещинами. Красного цвета трещины, словно кровавые раны пошли по всей поверхности, по небу, по земле, по воздуху, пока, наконец, иллюзия, с громким звоном, не растрескалась в дребезги.
Сквозь разрушавшуюся иллюзию, Сет видел, как к нему тянется рука, чтобы предотвратить его падение. Это была рука Гора. Сет схватил руку, Гор потянул Сета наверх. И этого движения было достаточно, чтобы Сет получил ответы, ответы, которые громким хором, накатывающим, словно волна, всю жизнь кричали у него в голове.
– Херуифи53! – Крикнули они хором, и их руки засияли ярким солнечным светом, таким же ярким, как лучи Солнца.
Сет стремительно обретал свою демоническую форму, а Гор, одновременно с дядей, превращался в божественного сокола. Они словно объединили свою магию в одно целое, и теперь давали друг другу силы, полностью веря друг в друга.
Сет зацепился свободной рукой за край иллюзорного, но и не думающего исчезать, храма, рванул вверх.
Апеп не мешкал, налетел на него, словно стая кровожадных летучих мышей, но теперь Сет был не один. Гор был на его стороне. Тот Гор, которого Сет тренировал, тот храбрый Гор, о котором слагали легенды. Сет отскочил вбок, заставляя магию Апепа раствориться в пустоте. Апеп с глухим шипением бросился на Сета, мысль о том, что битва ведёт к его поражению, звонким звуком лезвия кинжала, который скользит по металлу, проносился у него в голове, заставляя совершать ошибку за ошибкой. Теперь иллюзии, которые Апеп в панике пытался создать, были похожи на полупрозрачную вуаль, накрывавшую реальность, теперь она были заметны, теперь они не вписывались в реальность и не сливались с ней, а покрывали её, как пенка от молока.
Сет подхватил нож, который Апеп теперь уже даже не замечал, кинул его за спину.
– Теперь твоя очередь. – Ухмыльнулся Сет Гору.
Гор мигом распахнул свои соколиные крылья, и теперь он был похож на ангела.
Сет создал брешь в иллюзии, и теперь Гор мог подобраться к Апепу. Апеп от этого разъярился ещё больше, ведь подобный поступок означал для него, что Сет допускает возможность, что Апепа может одолеть кто-то ещё.
– Никогда не считай себя единственным». – Тихо сказал Сет…
– Лови! – Крикнул Гор, метнув клинок обратно Сету, заставляя Апепа потерять равновесие.
Сет, даже не обернувшись, поймал клинок двумя пальцами, и вдруг резко отпрыгнул назад, всё ещё не оборачиваясь.
Апеп был загнан в ловушку собственной иллюзии. Теперь вся его беспристрастность и холодность, всегда являвшиеся основой его иллюзий, исчезла. Зато глаза Сета теперь не выражали абсолютно ничего. Спокойная решительность, отточенные движения, нерушимые комбинации… Сет и Апеп словно поменялись местами, и теперь тот, кого Апеп именовал «богом-подделкой» был повелителем этой иллюзии.
Гор сделал обманное движение, на которое Апеп уже не мог не повестись, ведь он сам теперь уже не мог отличить обман от реального действия. Но зато Сет без труда разгадал задумку племянника. Видя, что Апеп уже не сможет контратаковать, Сет пронзил Апепа его же клинком. Апеп замер на мгновение, отступил назад, скорчившись от боли, и, не удержавшись, упал перед ногами Сета. Теперь Апеп стоял перед ним на коленях.
– Я же предупреждал. – Я одержу победу. – Торжествующе сказал Сет, пнув Апепа ногой. – Мои комбинации идеальны.
– А с ними ты разобрался-таки… Нашёл… Всё – иллюзия, пока не обретает интерпретацию – Прохрипел Апеп. –Но почему ты выбрал эмоции? Они разрушительны…
Сет ухмыльнулся. – Так в этом-то и фишка.
Апеп схватился дрожащими пальцами за лодыжку Сета, и тот отпрянул, словно его схватил за ногу восставший из мёртвых покойник. Взгляд Апепа медленно потухал, как потухает огонь почти сгоревшей свечи. Не имея сил больше подняться, он без движения лежал перед ногами своего лучшего врага, которому он когда-то осмелился бросить вызов. Отчаяние и, одновременно, почтение, теперь вертелись в вихре чувств Апепа, но теперь этот вихрь был больше похож на туман, медленно застилающий землю.
Тело Апепа стало медленно превращаться в чёрную дымку. Острыми осколкам, словно маленькими змейками, его душа разлетелась по воздуху, режуще звеня в создавшейся тишине…
Гулкий раскат, словно гром надвигался на пирамиду, но Сет спокойно стоял, смотря туда, где ещё мгновение назад, стоял Апеп.
– Седьмой эликсир – перерождение. Завершающий эликсир. Сумма всего, и знамение нового. Граница Маата и Исфета, света и тьмы. – Мысленно сказал себе Сет, невольно фыркнув, и от этого снова трикстерски заухмылявшись. – Новое начало, перекрёсток дорог, новый выбор…
Не дав никому опомниться, мелькнула белая вспышка…
***
Гор и Сет снова стояли в том зале храма в Нубте. Время снова пошло своим чередом. Скорпионы стремительно исчезали, словно мыльные пузыри.
– Ты – герой, Сет. – Тут же подбежал к нему Осирис и обнял брата.
– Не больший, чем вы все. – Ответил Сет, обнимая брата, однако стараясь не показывать, как сильно он рад ему. Ведь подобное чувство было для него новым, и он иногда терялся, не зная, как ему лучше поступить.
Вдруг посреди зала начала появляться красная дымка. Все настороженно, в молчаливой готовности отразить удар, неотрывно смотрели на дымку, стремительно увеличивающуюся в масштабах.
Дымка рассеялась, и в зале появились ещё двое – Бренден и Николь. Верёвки пропали, и теперь они были свободны. Джейн с визгом бросилась их обнимать.
– Доченька, как тебе удалось? – Изумлённо спрашивал её отец, слабыми дрожащими израненными руками прижимая дочь к себе. У него не было сил что-то спрашивать, но он отчаянно силился выглядеть и вести себя так, словно они просто выиграли в какую-то сложную компьютерную игру…
– Это не мне удалось. – Плача от пережитых чувств, ответила Джейн, указывая рукой на остальных. – Это удалось нам всем.