Война за Рай

Глава 1. Нападение.

Книга 1. Игра Нергала. Расстановка сил.

Пролог: Заря времен.

До рождения известных нам цивилизаций мир был совсем иным. Земля – юная планета, купающаяся в лучах молодого солнца, тогда называлась Раем. Здесь царила абсолютная гармония, а воздух был настолько чист, что в нем танцевали видимые глазу потоки эфира, переливаясь всеми цветами радуги.

В сердце этого мира возвышался Эдем – обитель Богов. Могучие пики Дильмуна, увенчанные вечными льдами, отражались в зеркальной глади озера Исполнений Желаний. В его прозрачных водах, видимых на сотни метров вглубь, плавали создания невообразимой красоты: рыбы, способные менять форму, танцующие медузы чьи щупальца искрились подобно звездному небу. У подножия гор раскинулась Долина Вечной Весны, где распускались цветы невообразимой красоты. Их ароматы сплетались в симфонию, способную исцелять души и тела. Бесчисленные ручьи, каждый со своим уникальным вкусом и свойствами, сливались в величественную реку Благоденствия, несущую божественное благословение всем живущим.

Облик континентов разительно отличался от привычного нам. Древние леса, где каждое дерево было разумным и хранило память тысячелетий, соседствовали с бескрайними равнинами, покрытыми травой, светящейся в лунном свете. Исполинские горы, чьи вершины тонули в облаках, были испещрены сетью пещер, хранящих древние тайны и сокровища. В их кристальных озерах отражались не только небеса, но и видения прошлого и будущего.

Рай населяли существа, чьи способности превосходили самые смелые фантазии. Мудрые эльфы, способные говорить с самим временем, искусные гномы-мастера, чьи творения нарушали законы физики, могучие кентавры, чей бег был быстрее ветра, и множество других разумных рас жили в гармонии друг с другом. Люди, обладавшие тогда способностью управлять стихиями, были лишь одними из многих.

По изумрудным лугам свободно бродили единороги, чьи рога могли очищать отравленные земли. В небесах парили драконы, поражая своим величием. В кронах деревьев гнездились фениксы, каждое перо которых переливалось всеми оттенками огня. В глубинах вод жили наяды – хранительницы водной стихии, чья красота была столь совершенна, что смертные, увидев их, забывали как дышать.

Технологии той эпохи основывались на понимании самой сути мироздания. Мастера того времени создавали не просто механизмы, а живые системы, способные расти и развиваться. Парящие в небесах дворцы были на самом деле выращены из особых кристаллов, реагирующих на мысли своих обитателей. Устройства для преобразования пространства позволяли создавать карманные измерения и путешествовать на огромные расстояния. Целители того времени не лечили болезни – они перестраивали саму суть живых существ, даруя им новые возможности.

Архитектура каждой расы отражала её уникальный дух и магические способности. Человеческие города возводились с помощью заклинаний, способных придавать камню текучесть воды. Вокруг белоснежных башен из живого мрамора разбивались сады, имеющие несколько вариантов одновременно. Эльфы не строили свои дома на деревьях – они убеждали деревья вырастать в нужной форме, создавая дворцы в кронах. Гномы, повелевая самой сутью металлов и камня, создавали подгорные чертоги, где стены излучали свет и тепло, а залы могли расширяться и сужаться по необходимости.

Над этим миром не властвовало время в привычном понимании. Жизнь текла размеренно, подчиняясь гармонии всеобщего развития. Совет мудрейших, возглавляемый Энлилем, чье понимание эфира были непревзойденным, направлял развитие цивилизации к еще большему совершенству.

Казалось, этой идиллии не будет конца. Рай процветал тысячелетиями, и его обитатели забыли, что когда-то мир был иным.. Но у вселенной были другие планы. В глубине зрела угроза, способная разрушить этот совершенный порядок…

Опасность, нависшая над Эдемом, таилась в самых основах мироздания. На заре времен, когда юная вселенная еще только обретала форму, силы Хаоса были вытеснены в параллельное измерение. Лишь тончайшая грань отделяла его от мира порядка и гармонии. Врата в темное измерение были запечатаны в самом сердце планеты, где сложнейшая система энергетических потоков тысячелетиями поддерживала барьер между мирами. Но даже самые совершенные печати не могут длиться вечно…

Равновесие начало нарушаться неуловимо, как первые признаки смертельной болезни. Первыми это заметили самые чуткие из обитателей Рая. Друиды ощутили беспокойство в шепоте ветра. Морские жители почувствовали странные течения в глубинах океанов, движущиеся вопреки законам природы, словно кто-то невидимый перемешивал воды гигантской ложкой. Мудрецы, изучавшие пространство, обнаружили едва заметные изменения в космических потоках энергии.

В Долине Вечной Весны, где прежде каждый цветок пульсировал жизнью, теперь появились островки увядания – будто невидимая язва разъедала саму ткань реальности. Кристально чистые ручьи, всегда звеневшие песнями жизни, помутнели, их вода приобрела металлический привкус. Вековые деревья, чьи кроны всегда сияли изумрудной зеленью, начали преждевременно сбрасывать золотые листья, словно предчувствуя надвигающуюся беду.

Инанна, прекрасная и отважная владычица любви, вызвалась исследовать источник угрозы. Спускаясь в недра планеты, она обнаружила нечто ужасающее – сгустки темной энергии, похожие на живые чернильные пятна, просачивались сквозь барьер между мирами. Их щупальца, тоньше паутины, но прочнее алмаза, впивались в энергетические линии нашего мира, отравляя их древним злом. Уверенная в своей силе, богиня атаковала порождение тьмы потоком чистого света. На мгновение пространство озарилось ослепительной вспышкой, рассыпая радужные искры. Но тьма ответила – из разлома потянулся черный туман, живой и голодный, стремясь поглотить саму сущность богини.

Осознав масштаб угрозы, Инанна поспешила наверх. В этот момент планета содрогнулась, словно от удара невидимого молота. Поверхность озера Исполнений Желаний, веками хранившая идеальное спокойствие, вздыбилась волнами, чьи гребни, казалось, пытались достать до небес.

Энлиль созвал экстренный Совет в Небесных Чертогах – колоссальном комплексе, паривший высоко над Эдемом, словно корона из хрусталя и света. Представители всех рас собрались в Зале Отражений, чьи стены были живыми зеркалами, показывающими одновременно все уголки мира.

– Друзья, – голос Энлиля, напоенный силой первородного творения, разнесся не только по залу, но и по всему Эдему. – То, чего мы страшились тысячелетиями, свершается. Грань времени между нашим миром и измерением Хаоса претерпевает изменения.

По залу пронесся встревоженный шепот. Все знали о существовании этого барьера, но за века благополучия многие стали воспринимать его как нечто незыблемое.

Энки как основатель этого мира и хранитель мудрости, выступил вперед:

– Мы усилили потоки энергии, питающие защитный барьер, но боюсь, этого недостаточно. Нам нужно объединить усилия всех рас, чтобы… – его слова оборвал звук, будто сама основа бытия дала трещину.

Земля под Небесными Чертогами содрогнулась с такой силой, что даже вечно парящий дворец пошатнулся. Стены Зала Отражений задрожали, показывая картины начинающегося апокалипсиса по всему Эдему.

– Невозможно! – воскликнул Уту, его тело пульсировало солнечным пламенем. – Барьер не мог пасть так внезапно!

Но действительность опровергала его слова. Сквозь прозрачный пол Чертогов они увидели, как поверхность Эдема раскалывается подобно скорлупе. Огненные разломы извергали не просто лаву – из них хлестали потоки первородного хаоса, раздирая мир на зыбкие фрагменты.

С вершины священной горы Дильмун внезапно сорвалась лавина, сметая все на своем пути. Вечные снега таяли, превращаясь в потоки кипящей воды. В древних лесах земля начала гореть странным черным пламенем, пожирающим не только материю, но и саму сущность жизни. Воздух наполнился запахом серы и озона – словно сама атмосфера начала разлагаться.

Животные впали в безумие от ужаса. Стада единорогов, обычно спокойные и величественные, теперь неслись в панике, их рога испускали хаотические вспышки искаженной магии. В небе птицы хаотично кружили в лихорадочном танце, не находя безопасного места для посадки.

Цивилизация, строившаяся тысячелетиями, рушилась за считанные мгновения. Изящные мосты эльфийских городов, рассыпались в прах. Подгорные чертоги гномов, созданные в содружестве с самой планетой, наполнялись ядовитыми испарениями из глубин. Люди в панике покидали свои дома, не зная, где искать спасения.

Но истинный кошмар только начинался. Из разломов в ткани реальности появились Они – порождения Хаоса, чье существование отрицали сами законы природы. Демоны разрушали структуру мира вокруг себя. Их тела были сотканы из живой тьмы и безумия: извивающиеся щупальца, пульсирующие глазные яблоки, постоянно меняющиеся формы, будто нарисованные безумным художником. Пространство вокруг них искажалось, словно само измерение теряло форму, а земля чернела и трескалась под их шагами.

Члены Совета устремились к гибнущему миру, и по мере спуска картина становилась все более апокалиптической. Прекрасные города, простоявшие эоны, рассыпались подобно карточным домикам. Вековые леса пожирало пламя, не имеющее цвета. Океаны закипали от внутреннего жара, превращаясь в ядовитый пар.

Древние энты, пробудившиеся от тысячелетнего сна, первыми приняли бой. Их могучие тела, сотканные из живой древесины и мудрости веков, обрушились на порождения тьмы. Могучие ветви крушили врагов, но на месте павших появлялись новые.

С небес спустились валькирии, ослепляя своими сияющими доспехами из застывшего света. Копья воительниц пронзали тела демонов, но те, не замечали ран. Одна за другой падали небесные жрицы. Их крылья, объятые черным пламенем, рассыпались пеплом.

Гномы запечатали свои подземные цитадели, активировав механизмы защиты. Но даже их неприступные крепости не могли долго противостоять натиску Хаоса. Защитные барьеры, питаемые силой самой планеты, падали один за другим, впуская тьму в священные залы.

Эльфы Инанны, объединив свои души в единый поток силы, создали над Эдемом купол чистейшей энергии. На краткий миг показалось, что натиск удастся сдержать. Но затем сама земля начала чернеть и гнить, отравленная подступающим смрадом.

Боги сражались на пределе своих возможностей. Энки создавал из океанов гигантские водовороты, смывающие полчища врагов. Уту метал огненные шары, испепеляя демонов сотнями. Но даже их божественная мощь уступала перед лицом бесконечного потока первородного Хаоса.

С каждым мгновением ситуация становилась все более безнадежной. Прекрасные земли Рая превращались в выжженную пустошь. Реки кипели и испарялись, горы крошились, словно песочные замки, а небо затягивали тучи такой черноты, что сам свет, казалось, умирал, соприкасаясь с ними.

Битва за Рай продолжалась дни и ночи напролет. Каждый уголок некогда прекрасного мира стал полем сражения.

В Долине Павших Звезд эльфийский принц Энкиду, чьи серебряные волосы почернели от пепла погибающего мира, вел последних лучников в безнадежную атаку. Их стрелы, теперь напитанные жизненной силой самих стрелков, пронзали демонов, обращая их в прах. Но каждая победа стоила жизни, и ряды защитников редели.

В подгорных чертогах Гибил и его элитная гвардия удерживали последний оплот своего королевства. Их топоры и молоты, выкованные в пламени первозданных вулканов и заряженные силой самой планеты, разило демонов десятками. Но даже вечная сталь не могла противостоять разъедающей сущности Хаоса. Оружие плавились в руках воинов, а доспехи рассыпались ржавчиной.

На берегах священных озер наяды и водные духи вели свою последнюю битву. Их водовороты затягивали порождений тьмы в глубины, но вода чернела от прикосновения Хаоса, превращаясь в жидкую смерть. Прекрасные нимфы с огромными от ужаса глазами растворялись в своей оскверненной стихии. Их последние крики эхом разносились над гибнущим миром.

В небесах архангел Ишкур командовал последними силами света. Его пылающий меч рассекал тьму, но даже он не мог быть повсюду. Драконы сжигали себя вместе с врагами, унося за собой сотни темных сущностей. Ануннаки с поломанными крыльями падали с небес, оставляли в воздухе следы светящейся крови. Их крики боли разносились по долинам.

Гильгамеш, величайший из героев, возглавлявший оборону Урука вынужден был отступить. Улицы города, еще недавно звеневшие музыкой и смехом, теперь наполнились криками агонии. В отчаянной попытке пробиться к главному разлому изможденные воины сомкнули энергетические щиты питая их остатками своих сил. Под их прикрытием Гильгамеш еще держался. Его доспехи были разбиты, кровь струилась из множества ран. Булава Шарур, в его руках, сияла подобно маяку в океане тьмы. Выкованная богом, закаленная в самом портале и впитавшая темную силу, она крушила врагов, но их поток казался бесконечным.

В центре этого апокалипсиса возвышалась фигура Кура, предводителя демонов. Его тело, сотканное из живой тьмы и отрицания жизни, наводило ужас. Каждый его шаг оставлял в земле огромные кратеры, заполненные клубящейся смертью.

Энлиль, собрав последние силы своей божественной сущности, вступил с ним в финальную схватку. Волны чистой энергии расходились от места их поединка, разрывая пространство.

Но даже мощь верховного бога истощалась. С каждым ударом Энлиль чувствовал, как его сущность растворяется в хаосе. Он понимал, что обычными методами эту битву не выиграть. Отбросив Кура, он, окруженный ореолом угасающего света, поднялся над полем битвы. Его глаза, видевшие рождение звезд, были полны решимости и скорби.

– Дети мои, – далеко разнесся его голос. – Мы не можем допустить, чтобы Ад прорвался к нашему отцу Ану и матери Анту. У нас остался последний шанс…, требующий величайшей жертвы. Мы должны перекроить саму ткань реальности, – произнес он. – Запечатать наш мир, даже если это означает его уничтожение.

План был столь же прост, сколь и ужасен – разорвать саму цепь планет, служившую путем перемещения богов по вселенной, и принести себя в жертву.

Боги начали свой последний ритуал. Энлиль, Энки, Уту, Инанна и другие образовали круг. Их руки были воздеты к почерневшему небу. Энергия, столь мощная, что останавливала время и преломляла пространство, начала концентрироваться.

Кур, поняв замысел богов, взревел от ярости и устремился к ним, но было поздно.

Небо разверзлось, и в просвете между черными тучами показалась Тейя – огромная планета, ближайшая к Земле, окутанная пламенем. Она стремительно приближалась к Раю, притягиваемая невообразимой силой.

– Сейчас! – прогремел Энлиль.

В этот момент все защитники Рая, от богов до последнего смертного воина, направили свою жизненную силу в единый поток энергии. Гномы, эльфы, люди – все они чувствовали, как их сущность растворяется, становясь частью чего-то большего.

Столкновение было подобно концу света. Раскаленные осколки планет взметнулись, формируя огненное облако – синестию. Рай расплавился, уничтожая все живое – и защитников, и захватчиков.

Кур, охваченный пламенем космического столкновения, издал последний вопль ярости, прежде чем его откинуло обратно в разлом между измерениями, который тут же запечатался слитыми воедино пространством, временем и материей.

Энлиль направил всю мощь катаклизма на закрытие портала в мир Хаоса. Своей последней волей он приказал создать артефакты, в которых сущности заключили знания своего мира и оставшиеся капли силы.

– Прощай, Эдем, – прошептал он, прежде чем растворился в квинтэссенции. – Однажды ты возродишься вновь…

Глава 1: Нападение

Капитан Алекс Райнер вжался в обломки разрушенного здания, когда очередной залп волновых пушек сотряс воздух. Его нейроимплант выдавал рекомендации, анализируя поток тактических данных. Голографический дисплей шлема пестрил предупреждениями: критический уровень щита, перегрев систем охлаждения, аномальные показатели гравитационного поля.

– Кречет, подавить огневые точки на десять часов! – приказал он, наблюдая, как метки вражеских позиций мерцают в поле зрения. – Сокол, приготовиться к прорыву!

Бойцы его элитного отряда двигались синхронно, словно единый организм. Их адаптивная броня меняла цвет и текстуру, мгновенно подстраиваясь под окружение. Микрофиламенты в костюмах считывали состав и структуру поверхностей, создавая идеальную маскировку. Вообще-то наземные операции – не их профиль. Они относились к войскам защиты внешнего периметра и родную планету посещали редко. Но приказы не обсуждают, особенно когда они поступают напрямую из Центрального Командования с высшим приоритетом.

Внезапно небо озарилось яркой вспышкой.

– В укрытие! – крикнул он, активируя свой энергетический щит. Голубоватое силовое поле окутало его тело за мгновение до удара.

Взрывная волна прокатилась по улицам, опрокидывая электромобили и вырывая деревья с корнем. Системы стабилизации костюма сработали, удерживая Райнера на ногах. Когда пыль осела, он увидел, что целый квартал превратился в дымящиеся руины. Дисплей пестрел красными маркерами – обломки зданий, радиационное загрязнение, очаги пожаров.

– Капитан, у нас проблемы! – раздался в голове голос лейтенанта Сары Кин. Ее метка на карте мигала желтым – ранение средней тяжести. – Повстанцы прорвали западный фланг! Они используют какое-то новое оружие, наши сканеры его не распознают!

Алекс выругался. Откуда у мятежников такое вооружение? Он переключил режим импланта, считывая данные со спутников и дронов-разведчиков. Картинка постепенно складывалась, и она ему не нравилась. Повстанцы использовали какие-то гибридные технологии, сочетающие земное оружие с чем-то… чужим.

– Кречет и Сокол, перегруппироваться и сдержать прорыв, – приказал он, помечая целевые точки. – Я возьму ударную группу и зайду с тыла. Держите канал связи открытым и синхронизируйте нейросети на максимальной частоте.

Райнер повёл свой отряд через лабиринт разрушенных зданий. Нейронные сети, вживленные в мозг каждого бойца, обменивались данными в режиме реального времени, создавая многомерную картину боя. Алекс чувствовал присутствие каждого члена команды как продолжение собственного тела. Их сенсоры становились его сенсорами, их оружие – его оружием. Тепловые сканеры и сейсмические датчики, интегрированные в их импланты, позволяли засекать движение врага даже сквозь стены и завалы. Нейросеть окрашивала силуэты противника в красный, своих – в синий, гражданских – в зеленый.

Внезапно воздух наполнился характерным жужжанием. Электромагнитные сенсоры взвыли.

– Рой! – крикнул сержант Родригес. – Класс "Шершень-X", модифицированные!

Лазеры прочертили смертоносные линии. Алекс успел заметить необычные модификации на их корпусах. Один из лучей прошел совсем рядом, оплавляя металлическую конструкцию над головой. Металл потек, и капля с шипением упала на защитный костюм.

– Флэш, – скомандовал Алекс, активируя тактический протокол "Затмение".

Его бойцы синхронно активировали светошумовые гранаты, создавая каскадный эффект. Вспышки света и электромагнитные импульсы на разных частотах на мгновение ослепили системы наведения дронов. Пока вражеские машины пытались перезагрузить свои системы, отряд открыл огонь из кинетических винтовок с автонаведением. Умные боеприпасы, соединенные с нейросетью стрелков, находили уязвимые места в конструкции дронов, превращая мелких железных насекомых в металлолом.

– Капитан, их очень много. Мы не успеваем их уничтожить. Сейчас они перегрузятся! – доложила лейтенант Чен.

Некоторые дроны уже восстановили системы и наводились на цель.

– Смена тактики! – приказал Алекс. – Термобарические заряды, выжечь эту дрянь!

Отряд перешел на новый тип боеприпасов. Высокотемпературные взрывы окутали рой дронов, и воздух наполнился запахом горелого металла и пластика.

Видать с этого направления враги нападения не ждали. Отряд вышел на позиции повстанцев с незащищенной стороны. Завязался ожесточенный бой.

Пространство взорвалось оглушительным грохотом выстрелов и гудением силовых полей. Алекс пригнулся за покосившимся бетонным блоком, чувствуя, как пули свистят над головой. Его тактический дисплей пестрел предупреждениями – некоторые боеприпасы противника были начинены наноботами, способными проедать силовую броню.

Потянуло запахом озона. Это справа сержант Родригес открыл шквальный огонь из своего электро-пулемета, заставив группу повстанцев отступить в укрытие. Разряды высоковольтных снарядов создавали в воздухе причудливые узоры, а когда попадали в цель, превращали человека в живой электрический стул. Слева лейтенант Чен, используя продвинутую оптику своей винтовки, метко сбила вражеского снайпера на крыше. Ее выстрел пробил защитное поле противника, и его тело, охваченное конвульсиями от нейротоксина в пуле, безвольно соскользнуло вниз.

Внезапно земля содрогнулась – повстанцы применили гравитационную гранату. Двое бойцов Алекса оказались в зоне поражения, их тела скрутило и подбросило в воздух, словно тряпичных кукол. Защитные костюмы не справились с перегрузкой – датчики показывали критические повреждения внутренних органов.

Алекс стиснул зубы, активировал свой энергетический щит на максимальную мощность и бросился вперед, паля из штурмовой винтовки. Его импланты мгновенно анализировали обстановку, выделяя приоритетные цели. Система наведения чертила оптимальные траектории стрельбы, а предиктивные алгоритмы просчитывали вероятные перемещения противника.

Алекс видел, как его люди падают под шквальным огнем, но и враги несли тяжелые потери. Их модифицированное оружие было смертоносным, но нестабильным – некоторые образцы взрывались прямо в руках владельцев, превращая их в облако кровавого тумана.

В разгар сражения Райнер заметил странное движение. Высокая фигура в необычном костюме спокойно шла сквозь хаос битвы. Пули и лазерные лучи, казалось, огибали ее, создавая вокруг странные искажения воздуха, похожие на северное сияние. Тактические системы не могли захватить цель – сканеры показывали противоречивые данные, будто существо одновременно находилось в нескольких местах.

– Цель на два часа, – передал Алекс, пометив странного противника на тактической карте. – Всем огонь!

Но их атака не возымела эффекта. Загадочный человек лишь повернулся к Райнеру, и звуки стихли, будто кто-то нажал кнопку "mute" на пульте реальности. Глаза незнакомца, казалось, пронзили Райнера насквозь. По спине пробежал холодок, а импланты начали выдавать странные показания – искажения в квантовом поле, аномальные энергетические всплески.

В следующее мгновение Райнер ощутил, как невидимая, но невероятно мощная сила обрушилась на него подобно гигантской волне. Воздух вокруг загустел, став почти осязаемым. Защитные системы костюма не справлялись с нагрузкой – силовое поле мерцало и трещало. Ноги Райнера оторвались от земли, и он беспомощно взмыл вверх, чувствуя, как сердце замирает от непонимания происходящего.

А затем эта же сила швырнула его назад с такой яростью, что у Райнера перехватило дыхание. Системы костюма отказали одна за другой – сначала силовое поле, затем сервоприводы, и наконец, основное питание. Он врезался в стену полуразрушенного здания, ощущая, как темнеет в глазах. Удар был такой силы, что активировалась система экстренной медицинской помощи, впрыскивая в его кровь коктейль из обезболивающего и стимуляторов.

Невозмутимая фигура незнакомца спокойно прошла сквозь поле боя, будто гуляя в парке погожим днем. Там, где она проходила, пространство словно прогибалась, создавая рябь в воздухе.

Поднимаясь на дрожащих ногах, Алекс заметил странный блеск в груде обломков. Время словно замедлилось, когда его взгляд сфокусировался на небольшом предмете. Это был медальон круглой формы, сделанный из белого металла, покрытого замысловатой гравировкой. Что-то в этом медальоне притягивало внимание, словно он излучал едва заметное сияние. Не задумываясь, Райнер схватил его и сунул в нагрудный карман, чувствуя необъяснимое желание сохранить эту находку. При контакте с медальоном его импланты на мгновение сбоили, выдавая каскад ошибок и странных показаний.

Таинственная фигура исчезла, оставив после себя лишь искажения в показаниях приборов. Повстанцы начали отступать, но радоваться было рано.

– Капитан, у нас прорыв! – раздался в голове паникующий голос бойца. Алекс никогда не слышал таких ноток ужаса в голосе опытного бойца. – Они выпустили какую-то тварь! Местное оружие бесполезно! Харрис и Джей… о боже… они… оно просто…

Связь оборвалась, но крики на общей частоте говорили сами за себя. Алекс помчался на помощь, перекачивая дополнительную энергию в сервоприводы ног. Тактическая карта показывала хаотичное движение дружественных меток – бойцы в панике отступали от чего-то, что сканеры отказывались классифицировать.