Загадка Фапира

 «У вас есть власть над своим разумом, а не за пределами событий. Осознай это, и ты обретёшь силы». Марк Аврелий.

Когнету́ре

Холодный туман сползал с вершин Северных гор, воздушным молоком обнимая дом Когнету́ре. Полукруглые ярусы Дома Хранителей Знаний ступенями спускались вниз, к подножью гор. Центральная башня окнами тайных комнат смотрела на горы и равнины под собой. Цветом Когнету́ре сливался с горой, и на первый взгляд казался не таким большим, однако, сотни лет назад тысяча умелых каменщиков проделали огромную нишу в горном массиве, в которой поместилась большая часть дома. Сквозь плотный дождь дом казался грозным великаном, навечно закованным в камень.

Холодный ливень безжалостно хлестал дорме́з имперского советника. Акто́рис, измученный многодневным путешествием, немного приободрился, увидев конечную точку своего пути. На стене Когнету́ре уже заметили чёрную карету с гербом императорской династии Онса́рдов – «Рубин, рождённый в пламени». Пара часовых в кожаных плащах, с капюшонами, держа факелы в руках, спешно отворяли малые ворота дома. Заехав во двор, Акто́рис вышел из забрызганной грязью кареты и, несмотря на хлёсткий дождь, поднял голову и посмотрел вверх на многоярусный Когнету́ре. Первый нижний ярус был отведён обслуге. Кузнецы, повара, конюхи, слуги и охранники дома жили и работали здесь. Второй ярус занимали новички-лита́ры, только-только поступившие на обучение в Когнету́ре. Выше жили экститы, проучившиеся в Когнету́ре больше четырёх лет. Далее вверх – конадью́ты, получившие этот статус после шести-восьми лет учебы, а некоторые из них уже стали наставниками лита́ров. Над ними находился ярус, который принадлежал ученикам совета Когнету́ре-эксти́т конадью́там. Завершал жилой этаж Совет Дома Хранителей Знаний – алтио́р конадью́ты, в составе четырёх верховных наставников, изучающих каждый свою сторону света, и они же носители ключей. На груди Аглими́да висит ключ севера. Это поджарый пожилой мужчина с красивой улыбкой, излучающий хорошее настроение в любое время суток. Напротив, грузный брюзга Тила́рос, носитель южного ключа, выражающий недоверие и сомнение по любому поводу, ко всему ему неизвестному и неизученному. Носительница восточного ключа, статная, мудрая Гирха́на, не так давно сменившая усопшего Блази́ра, всегда спокойна и рассудительна. Четвёртый член совета и хранитель западного ключа, угрюмый, погруженный в свои мысли Нироми́л- очень немногословен, но если ему случается что-то сказать, то это всегда вовремя и по делу. Выше совета располагаются три яруса книг, нижний-книги по медицине, второй ярус-книги по различным наукам и последний ярус-книги по истории мира. Вверху, над всеми ярусами, в самой башне, живет безымянный человек, носящий звание Пампили́р-хранитель башни и тайных книг.

У лита́ров на втором ярусе были и отдельные комнаты, так называемые комнаты покаяния, для провинившихся по тем или иным причинам. Туда и направился спешно советник Акто́рис. Пройдя под навес, Акто́рис поднялся по лестнице на второй ярус. Голро́совые¹ доски лестницы скрипели и стонали, как бы вымаливая заслуженного отдыха. Пройдя галерею, советник зашёл в дом, где его уже встречал конадью́т Олу́цы. Сжав тонкие губы в надменной улыбке, конадью́т скрестил ладони на груди:

–До́минус Акто́рис, добро пожаловать!

–Извините за внешний вид, непогода застала меня в дороге! – Акто́рис смахнул капли дождя со лба.

–О! Ничего страшного, я распоряжусь, чтобы вас обогрели, накормили и просушили вашу одежду, –Олу́цы поднял уже руку, чтобы пригласить слуг, но советник его остановил.

–Не стоит беспокоиться, я ненадолго. Как мальчик?

Конадью́т погладил свою рыжую копну волос:

–Ваш протеже чувствует себя комфортно, много работает, ведет себя достойно. Вот недавно мы попросили его помочь одному юному до́минусу.

–Помочь? Может обслуживать? – недовольно прервал его советник.

Голро́с-дерево, растущее на склонах Северных гор, плотное и тяжёлое. ¹

–Что вы, что вы! – заёрзал в своём буром, льняном балахоне Олу́цы, – абсолютно на добровольных началах, мальчики даже подружились, и не…

–Кто этот юный до́минус? – прервал его Акто́рис.

–О, вы ещё не знаете? Это молодой человек – сын Угли́са Лармо́на, Орн.

–Орн? – опешил Акто́рис, -но почему он здесь?

–Видите ли, не так давно к нам приехал фивла́тор Лармо́н и пожертвовал для процветания науки приличную сумму. Взамен он попросил, чтобы его сын пожил у нас, ну скажем так, в не очень комфортных условиях, а такие условия у нас только в комнатах покаяния.

–Но зачем?! – развёл руками советник.

–Не могу знать, Лармо́н нам ничего не объяснил.

–Будьте так любезны, я хотел бы пообщаться с Орном!

–О да, конечно, прошу вас, – Олу́цы указал рукой вглубь коридора.

Акто́рис, открыв дверь, вошёл в комнату. Молния, расколов стену дождя, на мгновенье затмила яркой вспышкой тусклый свет масляной лампы, наполнявший комнату. За столом у окна напротив друг друга сидели два юноши. Орн от неожиданности вздрогнул и, отбросив книгу, вскочил со стула. Изрядно помятый, тёмно-зелёный кафтан фивла́тора «Ата́рии», уже потерял свой благородный вид. Юноша, напротив Орна, в льняных штанах и рубахе, подвязанной широким поясом, тоже встал и не спеша положил свою книгу на стол.

–Дядя Акто́рис, как вы меня напугали! – выдохнул Орн.

–Извини, мой мальчик, я не хотел.

Орн подбежал и обнял советника:

– Но вы промокли до нитки!

–Ох, этот дождь! – Акто́рис, снял с себя кафтан и бросил его на стул у стены. Олу́цы сразу подобрал кафтан и молча покинул комнату.

–До́минус Акто́рис! – юноша с волосами фапи́рского песка, поклонился советнику.

–Гиф, мальчик мой, – Акто́рис похлопал юношу по плечу, – я смотрю вы познакомились!

–А вы знаете Гифа? – удивился Орн.

–Конечно, ведь это я его привёл сюда, – улыбнулся Акто́рис.

–Разве Гиф тоже в чём-то провинился?

–Нет, нет, – успокоил советник. -Почему тоже? Почему ты здесь, Орн?

–Увы! Так мой отец проявляет любовь ко мне! – недовольно фыркнул молодой Лармо́н.

–Не понимаю! – Акто́рис предложил ребятам сесть и сам расположился на стуле напротив стола.

–Я случайно узнал, что тётя Ипра Аме́нис находится у нас в темнице, не понятно за что. Я решил, что моим долгом будет предупредить об этом её сестру Шарко́ну. Я отправил ей письмо с моим слугой Ро́ли, – Орн заметно волновался, спеша рассказать историю, – отец узнал об этом и повесил Ро́ли, а меня сюда…вот!

–Да уж, зря ты…

–Зря что? – перебил советника Орн, – предупредил о преступлении?

–Зря влезаешь во взрослые дела! – повысил тон Акто́рис, -Ты же не знаешь почему отец так поступил.

–А что тут знать? Он хочет стать правой рукой императрицы и возможно занять ваше место, дядюшка Акто́рис.

–Ха! – посмеялся советник, -Угли́с не такой. Да, он желает власти, но меня обманывать не стал бы!

–Не знаю, – покачал головой молодой фивла́тор.

–Мне жаль, мой мальчик, что так всё произошло, – смягчился советник.

–А мне нет, дядюшка! Мне здесь нравится, мы с Гифом много читаем. Недавно прочитали, что Гиф оказывается тёзка третьего императора Онса́рдов!

–Да, это так! – согласился Акто́рис.

–Гифу приходится подниматься в библиотеку по центральной винтовой лестнице. Подъёмной кабиной можно пользоваться только алтиóрам и экститам…

Да, вот ещё что! Хранитель башни – подкидыш, его растил и воспитывал совет для должности пампилир и у него нет имени, ему просто его не давали! – хвалился познаниями Орн.

–Интересно, – улыбнулся советник, – ну а тебе, Гиф, здесь нравится?

В отличие от Орна, худого и высокого, Гиф – крепко сложен и коренаст.

–Всё хорошо, до́минус Акто́рис! – покачал рыжей шевелюрой Гиф.

–Я очень рад, что у вас, мальчики, всё в порядке, берегите друг друга, будьте достойны, не подводите меня! – вставая, попросил Акто́рис.

–Дядюшка, вы уже уезжаете? – мальчики тоже встали.

–Дождь почти закончился, мне уже пора. Провожать не надо, продолжайте учёбу!

Советник крепко обнял ребят. За дверью стоял Олу́цы, держа кафтан советника:

–К сожалению, кафтан не успел высохнуть!

–Спасибо, всё в порядке.

Акто́рис выхватил кафтан и поспешно надел его.

–Там, откуда я родом, тому кто подслушивает, уши отрезают.

–О, что вы, что вы! Я ни в коем случае! – покраснел конадьют.

Твёрдо, вполголоса Акто́рис добавил:

–Перед взором Рува́на! Если только волос упадёт с головы мальчиков!

–Я вас попрошу! – возмутился Олу́цы.

–Удачи! – бросил через плечо Акто́рис и спешно вышел во двор Когнету́ре.

С галереи, кусая губы, Олу́цы наблюдал как советник империи садится в карету.

–Не страшно путешествовать одному, без охраны? – наконец выдавил конадьют.

Акто́рис бросил презрительный взгляд в сторону Олу́цы и молча сел в дорме́з. Карета тронулась. Ворота Когнету́ре звучно захлопнулись, выпустив экипаж советника империи и тот отправился в путь по разбитой дождём дороге.

Пелу́ны

Лошадь Сиоле́ты оступилась, из-под копыта вылетел небольшой камень и гулко ударяясь о склон горы, полетел вниз. Принцесса, до этого дремавшая, вздрогнула. Четверо всадников шли аллюром по перевалу Пелу́нов, южных дарголийских гор. Название перевала принадлежало местным горным племенам. Когда-то вождь Пелу́н добился независимости, воюя с дарголийскими королями. Сто сорок четыре года назад, Да́рис Второй Мило́р Суратэ́н заключил мир с племенами. Взамен Пелу́н должен был оставить перевал свободным для прохода всем без исключения. Вождь согласился.

Закрáн предложил более короткий и по его словам, безопасный путь. В куртке с капюшоном, из плотной, кабаньей кожи, цвета тёмного шоколада, Закра́н возглавлял отряд. Еле заметный моросящий дождик создавал лёгкую дымку вокруг. Сиоле́та чихнула, и подумала с досадой, что наверняка уже простудилась. Бело-серая, заячья шубка принцессы походила на мокрого, ободранного кота. Сиоле́та ёжилась в седле, её немного потряхивало. Бирт, следующий за Закра́ном, обернулся. Голый торс здоровяка даже не покрылся мурашками, его не пугали дождь и холод.

–Сиоле́та! Ты замёрзла?!

В ответ принцесса кивнула и шмыгнула носом.

Бирт обратился к Закра́ну:

–Надо сделать привал и разжечь костёр!

–Ты думаешь, мы сможем разжечь костёр в такую погоду?! – спросил Закра́н, стряхнув капли дождя с козырька капюшона.

Лицо Бирта стало серьёзным, когда он, подняв глаза, посмотрел вверх на склон горы. За валунами, рассыпанными по склону, стояли около трех десятков дикарей. Лохматые, с большими бородами, одетые в шкуры тара́ков, местных горных козлов, дикари держали в руках кто копья, кто большие камни, готовясь сбросить их на головы путников. Закра́н медленно повернулся. Впереди, на дороге, стояли трое пелу́нов. Тот, что стоял ближе к путникам, держал в руке большую дубину из ветки голрóса. Двое позади держали руки на рукоятях ржавых мечей, что были привязаны к поясу, а за спиной у них торчали простые луки.

–Я вас приветствую, свободные пелу́ны! – поднял руку Закра́н.

–Меня зовут Уи́рн, это Малу́н и Та́лик! – дикарь с дубиной, по поочерёдно указал на стоящих за его спиной, – Кто вы и как ваши имена?

–Какая разница кто мы, почему вы перегородили нам путь? Вы разве не помните о договоре Пелу́на? – размеренно ответил Закра́н.

–У нас считается неуважением, когда скрывают свои имена! – прорычал глубоким басом Уи́рн.

Закра́н немного покачался в седле.

–Я Закра́н, это мои друзья, Бирт, Кани́т и Оцело́т, мы едем в дарголи́йские земли на поиск работы.

Уирн указал дубиной на равнины фивла́тора Монтэ́ска.

–Там, за простором домина́рия «Морские врата» живёт богатый до́минус с рыбой и бокалом на щите. В его лесах много диких зверей, но его люди не дают нам охотиться. Мы стали голодать, мой народ съел почти всех тара́ков. Так что о каком договоре идёт речь? Мы просто вынуждены собирать дань, уважаемый Закра́н.

–Сколько вы хотите? – перешёл к делу фапи́рец.

–Ну вас, смотрю, четверо. Для начала по десять золотых с каждого! – обнажил гнилые зубы Уи́рн.

–Я же сказал, мы едем искать работу чтобы выжить. К тому же, не у каждого богатого до́минуса могут быть с собой такие сумасшедшие деньги, – удивился запросу Закра́н.

–У нас нет с собой столько монет, мы привезём вам позже, когда доберёмся и заработаем! – вмешалась Сиоле́та и громко закашляла.

Пелу́ны громко заржали.

–До́мина Кани́т! Во-первых, когда вы, так сказать, заработаете, мы тут все с голоду помрём. Во-вторых, мы уже давно не верим болтовне людей с равнин, так что гоните золото или мы забросаем вас камнями, а после обыщем ваши остывающие тела.

Оцело́т, замыкающий отряд, который уже давно держал руку на древке глефы, заметив дикарей раньше Бирта, подъехал ближе к Закра́ну.

–Сколько нам ещё добираться до дворца? – наклонившись прошептал Оцело́т.

–Меньше одного дня, – так же тихо ответил фапирец.

–Держи поводья! – Оцело́т спешился.

Пелу́ны взволновались, Малу́н и Та́лик вытащили свои ржавые мечи. Оцело́т поднял руки и не спеша стал приближаться к дикарям. Уи́рн осмотрел Оцело́та с головы до ног. Оцело́т снял с шеи амулет Орду́фа.

–Я хочу предложить вам сделку. Это…

–Знатные доспехи! – перебил его Уи́рн, -В детстве дед мне рассказывал про знаменитые доспехи самого Фапи́ра, из драконьей кожи. Мне кажется, они очень похожи на твои!

–Да, врать не стану, это они и есть! – кивнул головой Оцело́т.

–Откуда они у тебя? – прищурился вожак пелу́нов.

–Это длинная история. К сожалению, мы спешим, работа нужна, да и врать вам, придумывать историю, я не собирался. Так что насчёт сделки? – ответил Оцело́т.

–Что за сделка? – спросил Уи́рн, продолжая оглядывать доспехи Фапи́ра.

–Эта вещь мне очень дорога, – Оцело́т протянул амулет Уи́рну, – в будущем она поможет мне вернуться домой. Я предлагаю её в залог, минимум через неделю, я вернусь с едой и золотом.

–Оцело́т! – выкрикнула Сиоле́та в попытке остановить его.

Оцело́т поднял руку в просьбе не вмешиваться:

–Когда я вернусь, ты вернёшь мне амулет!

–Ха, занятно! – посмеялся Уи́рн, – Что нам стоит вас просто перебить и забрать всё, а уж за доспехи нам выложат гору золота.

–Если вас так же не перебьют и не заберут их, – парировал Оцело́т, -к тому же ваш дедушка наверняка рассказал и то, что могут эти доспехи в сражении. Хватит ли у вас сил справиться со мной?

–Самонадеянно! – ответил вождь.

Он немного помялся на месте, осмотрел своих воинов, кашлянул.

–Ну хорошо! Если и впрямь тебе дорога эта побрякушка, я поверю тебе!

–Отец! – возмутились в один голос Малу́н и Та́лик.

–Но! – крикнул через плечо Уи́рн, -Если обманешь, не видать тебе амулета и врагом мне станешь!

–По рукам! – согласился Оцело́т.

–Ну, и зачем ты это сделал? – спросила Сиоле́та, когда четвёрка продолжила свой путь.

–Да! Мы могли бы их всех перебить, – воинственно добавил Бирт.

–Вы, наверное, забыли, друзья, что с нами принцесса? Вы уверены, что смогли бы защитить Сиоле́ту в сражении, да к тому же, зачем нам это, ведь союзники лишними нам не будут? – спросил Оцело́т.

–Хорошо! А еду и золото где достанешь? – вмешался Закра́н.

–Я думаю, король будет щедр, так как мы вернём ему дочь, – улыбнулся Оцело́т, посмотрев на Сиоле́ту.

–Шантажист! – фыркнула принцесса и поёжилась.

–Закра́н, почему ты представил меня как Кани́та?

Закра́н ухмыльнулся:

–Я думаю, пелу́нам не стоит знать, что ты дочь короля.

–Ну да, точно, -согласилась Сиоле́та.

За очередным поворотом горной тропы Закра́н увидел восходящий Рува́н, рисующий огненную дорожку на волнах одноимённого моря.

–Смотрите! – крикнула Сиоле́та, указывая вниз.

Река Ратэ́на неспешно бежала сквозь арки моста Дарголи́йского Дворца, срываясь с утеса бушующим водопадом по ту сторону величественного сооружения и растворялась, сверкающим в солнечных лучах облаком брызг, в просторах моря Рува́на.

Рубиновый замок

Вулкан Имперо́н, источая огненную реку, мрачно подсвечивал северную сторону «Рубинового замка». Массивные, высокие двери императорского зала с грохотом распахнулись. В императорский зал, словно ураган, ворвался Жава́р. Со злостью толкнул напольный канделябр. Тот, упав, разрезал тишину десятиметровых сводов зала металлическим звоном. Жава́р снял кожаную куртку, швырнув её на чёрный, гранитный пол направился к трону. Когда Андари́ец уселся на трон, в зал вошла Мласка́на. Анатомически выкованная стальная кираса блестела в огнях костровых чаш тронного зала, а стальные пластины боевой юбки звонко толкали друг друга.

–Что за истерика!? – возмутилась императрица, увидев беспорядок.

–Мои чернокнижники снова меня обнадёжили. Для создания моей армии нужно ещё время! – нервно ответил Жава́р.

–И сколько же? – Мласка́на подняла куртку и жестом велела слугам убрать беспорядок.

–Ритуал будет проведён после того, как Пали́да и Айта три раза обойдут кругом вокруг Флатэ́ры, – пояснил Жава́р.

–Наши луны, дочери Рува́на сделают это за три месяца, не такой уж большой срок, – Мласка́на протянула куртку своему возлюбленному.

–Это большой срок! Наши враги смогут подготовиться за это время, наверняка уже все знают о моём возвращении! – возмутился некромант.

–Ты сомневаешься в своей победе? У тебя будет несокрушимая армия. Войско империи и союзных фивла́тов. К тому же к нам присоединятся мушту́ны, – улыбнулась Мласка́на.

–Мушту́ны? Эти обезьяны! Что они могут? – фыркнул Жава́р.

–Сто тысяч обезьян! Поверь, это неплохое подспорье. Да и к тому же у меня есть еще сюрприз, – императрица взяла Жава́ра за бледную руку.

Андари́ец, ожидая презент нахмурил брови:

–Обычно твои сюрпризы удачные.

–Янтарные копья в тылу нашего врага! Как тебе такой подарок? – Мласка́на расплылась в широкой улыбке.

–Ха! Мои враги у меня на службе! А неплохо, я уж им найду применение, – подскочил на троне будущий полководец.

–Ну вот, видишь, не стоит так переживать, всё у нас получится! – подбодрила Мласка́на.

–Ваше Величество, советник Акто́рис! – отчеканил слуга.

–Акто́рис, друг мой! – поприветствовала Мласка́на.

Жава́р сухо кивнул.

–Моя императрица! До́минус Жава́р! – ответил советник, поклонившись обоим.

–Снова ездили в Когнету́ре? – промурлыкала дочь Сарга́ла.

–Вы прекрасно осведомлены, ваше величество, – удивился Акто́рис.

–-Ну, друг мой, императрица должна знать всё! Или по крайней мере многое, – с улыбкой на лице Мласка́на потирала руки, – и что же вас туда так тянет, неужели библиотека? Или совет какой от мудрых алтио́ров? Если так, то что за совет?

–Да, Ваше Величество, я ищу слабые стороны наших врагов! – невозмутимо ответил Акто́рис.

–И как, удачно? – выпытывала Мласка́на.

–Да не очень. Алтио́ры неохотно делятся информацией, понимаете ли, долг им не позволяет, – держал удар советник.

–Ну вы не опускайте руки, Акто́рис.

–Конечно, Ваше Величество! Мой долг служить вам, – согласился советник.

–Вот и славно. А сейчас вам необходимо ещё послужить. Надо подготовить к мобилизации лина́ты и провести перепись населения. Справитесь за пару месяцев? – спросила императрица.

–Думаю, всё пройдёт гораздо быстрее, я распоряжусь чтобы все было сделано как следует, – поклонился Акто́рис.

–Отдохните денёк, потом за дело, – разрешила императрица.

–Пригласите моего эксти́т-конадью́та! – велела слугам Мласка́на.

–А где, кстати, мой телохранитель Гес? – оживился Жава́р.

–Не забывайся, любимый, это мой телохранитель! Он подавляет мелкие восстания в фивла́те Каска́на. Местные крестьяне горячо любили своего фивла́тора Шарко́ну Аме́нис, вот Гес и убеждает их, что теперь императрица – хозяйка земель династии Аме́нис, династии, которая, видимо, закончила своё существование, – утвердила Мласка́на.

–Мне необходимо отправиться домой, на острова «Слёзы Ямда́ра», нужно заручиться поддержкой жрецов и посетить свой замок. Для этого мне нужен Гесориаку́ра, по дороге может случиться всё что угодно! – объяснил Жава́р.

–Дорогой, я всё искала момент рассказать тебе, но, то я была занята государственными делами, то ты ритуалами. В общем, твой замок давно разграблен и разрушен, твоё решение сражаться на стороне Гала́рда вызвало гнев Орду́фа, который впоследствии обрушил его на андари́йцев. Жрецы островов прокляли тебя, возвращение – это самоубийство, теперь ты изгой.

Демонический хохот некроманта заполнил своды тронного зала.

–Эти ничтожества прокляли меня? Когда Дарго́лия падёт и Мика́йпос будет у моих ног, я загляну к этим упырям и они будут молить меня чтобы попасть в острог Ямда́ра! – рассвирепел Жава́р.

Двери распахнулись и вошёл эксти́т-конадью́т Ямило́р:

–Ваше Величество! – поклонился толстый мужчина с носом, большим как картошка.

–Ямило́р, прошу! – жестом Мласка́на позвала конадью́та подойти ближе.

Ямило́р пригладил тёмные, сальные волосы, зализанные назад, поправил пунцового цвета халат и робко засеменил к Мласка́не. Жава́р встал и рванулся к дверям, по пути задев плечом Ямило́ра, да так, что толстяк пошатнулся.

–Прошу прощения, Жава́р в плохом настроении, – заступилась Мласка́на.

–Ничего страшного, Ваше Величество, я всё понимаю, – скривил улыбку эксти́т-конадью́т.

–Итак, уважаемый Ямило́р, как проходят поиски загадочного Белато́ра?

–Ваше Величество, разрешите представить моего помощника Люфи́на! – Ямило́р пару раз хлопнул в ладоши и в тронный зал вошёл высокий мужчина в сером балахоне.

Серая кожа обтягивала худое лицо помощника Ямило́ра. Скуловая кость, надбровные дуги и подбородок значительно выступали на безмятежном лице Люфи́на.

–Ваше Величество! – скрипучим, замогильным голосом произнёс он.

–Кто он? – насторожилась Мласка́на, обращаясь к эксти́т-конадью́ту.

–Этот человек занимается поисками Белато́ра, Ваше Величество! – поклонился Ямило́р.

–Я слушаю, – обратилась императрица к Люфи́ну.

Люфи́н монотонно начал свой доклад:

–Первое – его зовут Оцело́т.

–Я так и думала, что Белато́р вымышленное имя, – прервала Мласка́на, – продолжайте!

–Его имя услышал случайно один наёмник в трактире «Три дороги», когда компания Оцело́та остановилась там. Второе…

–Компания?! – снова перебила императрица.

–Да, Ваше Величество, молодая девушка, мужчина, судя по внешности, родом из городов фапирских песков и могучий воин, полуголый варвар.

–Хм… интересно…что второе? – спросила Мласка́на.

–Второе – то, что их последний раз видели уезжающими на лошадях из фивла́та «Золотая черепаха», точнее порта «Три монеты» в сторону южного хребта Дарголи́йских гор, – закончил отчёт Люфи́н.

–А может в сторону корабельной верфи Ланка́са? – предположила Мласка́на.

–Возможно, Ваше Величество, – согласился Люфи́н.

–Так выясните это! – возмущённо потребовала Мласка́на, -Отправьте лучших шпионов во все уголки Мика́йпоса, достаньте Оцело́та хоть из острога Ямда́ра! Да, и ещё… Раз Ланка́с не торопится организовать обмен нашего фамильного камня на перемирие – попытайтесь организовать убийство короля!

–О! – удивился Ямило́р, округлив свои тонкие губы.

–А что вы удивляетесь, Ямило́р, мы на пороге войны с королевством и, если есть возможность избежать крупных сражений, надо ею воспользоваться и победить малой кровью! – разъяснила Мласка́на.

–У меня есть насчёт этого кое какие наработки, Ваше Величество! – проговорил Люфи́н.

–Отлично! А вам будет ещё одно задание, – обратилась императрица к Люфи́ну, потеряв всякий интерес к Ямило́ру, – надо узнать с какой целью наш уважаемый советник посещает Когнету́ре. Сами понимаете, это всё должно оставаться в строжайшей тайне!

–Да, Ваше Величество! – эксти́т-конадью́т и его помощник поклонились и спешно покинули тронный зал.

Дворец Феникса

Цоканье копыт четырёх лошадей звонким эхом разносилось по сводам галереи южного моста. Внизу река Ратэ́на неспешно бежала сквозь арки и обрушивалась водопадом в объятия море Рува́н. Изнемогшие от длинной дороги, ставшие невольными участниками неприятных приключений, путешественники приближались к воротам Дарголи́йского дворца. Бригадир стражи и десяток воинов встречали незнакомцев перед закрытыми, арочными воротами из дерева Голро́са.

–Кто вы и какова цель вашего визита во дворец короля? – поднял руку бригадир, останавливая всадников.

–Сиоле́та Ланка́с Суратэ́н! – проговорила Сиоле́та и громко чихнула.

Бригадир, приглядевшись, узнал дочь короля:

–Принцесса!

Солдаты, словно по команде, вытянулись по стойке смирно. Бригадир поклонился и велел открыть ворота. Сиоле́та, Бирт, Оцело́т и Закра́н въехали в открытые ворота. Длинный коридор из бурого камня тянулся до главных ворот замка короля под открытом небом. Вдоль стен коридора, за узкими, вертикальными бойницами, через каждые пять шагов прятались арбалетчики. Между бойниц, в нишах стен, коптились костровые чаши. Минуя главные ворота самого замка, всадники остановились в полукруглом манеже, где и спешились. С противоположной стороны широко распахнулись ворота, король на секунду остановился и тут же бросился к принцессе.