Ледяной принц

Maxym M. Martineau

THE FROZEN PRINCE. THE BEAST CHARMER, BOOK 2

Copyright © 2021 by Maxym M. Martineau.

Cover art © Cliff Nielsen/Shannon Associates

Illustrations by Aud Koch Stock images © Shutterstock

© Онищук А., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

Во внутреннем макете использованы иллюстрации: © artform, dimpank / Shutterstock.com

Моему мужу, готовому пойти на все, чтобы мои мечты исполнились

Первая глава

Ледяной принц

Мрачный бой барабанов предупреждал о наступлении армии и эхом отдавался у меня в груди. Моя лошадь заржала и беспокойно затопталась на месте, вынуждая меня покрепче натянуть поводья. Уже не первый раз войска Райна пересекли море между нашими странами и высадились на пологом берегу Сумеречной пустоши. Наша армада потерпела поражение, и теперь мне и моим войскам предстояло защищать небольшой городок Моерас. Местные жители покинули его в поисках убежища, однако их дома остались здесь. Вся их жизнь осталась здесь.

И если я не смогу защитить своих подданных, я не заслуживаю называть себя их принцем.

– Приготовиться! – я подстегнул лошадь, и ее копыта захлюпали по заболоченному полю боя. Густые заросли рогоза хлестали кобылу по ногам, порывистый ветер приносил с собой вязкий запах соли и почвы. Плоская местность позволяла моим войскам видеть выстраивающихся в ряды солдат вражеской армии. Мощные нефритовые доспехи сверкали в лучах утреннего солнца, и от этого зрелища моя кожа покрылась мурашками.

В течение долгих лет этот цвет преследовал меня во снах. Но что бы я ни делал, сколько бы писем я ни отправлял в надежде на мирные переговоры, королевский дом Райна не желал меня слушать. Все, что им было нужно, – моя голова на копье: жизнь за жизнь, принц за принцессу.

Амира. Я отогнал воспоминание о ее золотистых волосах и нежной улыбке. На войне нет времени предаваться мыслям о прошлом. На мне лежала ответственность за жизнь других людей.

Резко щелкнув языком, я пустил лошадь галопом к линии фронта. На меня смотрели тысячи моих солдат, мужчин и женщин в стальных доспехах с выгравированным слева на груди грифоном – гербом Вильхейма. Воины стояли наготове, выпрямив спины и устремив взгляды вперед; белые знамена с фиолетовыми эмблемами развевались на ветру. У нас не было барабанов. У нас не было горнов. Однако нам не нужно было объявлять о своей готовности к бою. Мы защищали родину, и все, что нам было нужно, – это помнить о тихом городке у нас за плечами.

Мы не падем.

Когда я остановился, один из всадников нарушил построение и направил своего жеребца ко мне навстречу. Редкая бородка свисала вдоль его шеи, а когда он опустил подбородок, его янтарные глаза встретились с моими. Он с улыбкой сжал мое плечо.

– Давайте разберемся со всем побыстрее. Меня в лагере ждет эль, названный в мою честь, – из его груди вырвался смешок, который тут же сменился влажным кашлем.

Внутри у меня все сжалось от страха.

– Талеус?

Мой генерал отмахнулся от меня.

– Да все нормально. Ничего такого, что не излечит эль. Чем скорее начнем, тем скорее я смогу промочить горло, – он выпрямился, ударил себя кулаком в грудь и закашлялся. После воцарилась тишина, но мое беспокойство не исчезло.

Чума – или что бы это ни было – не менее эффективно, чем армия врага, уничтожала мои войска, и если мы в ближайшее время не выберемся из этого забытого богами болота, я лишусь своего королевства.

Прежде чем я успел сказать что-нибудь еще, с противоположной стороны болота низко протрубил горн. Гул прозвучал на октаву выше и стих, сигнализируя об атаке Райна. Земля загудела от резкого топота копыт и ног, и тысячи нефритовых солдат двинулись по илистому берегу к нашим рядам.

Стоящий рядом со мной Талеус взял командование на себя.

– Лучники! – его голос прозвучал громко и четко, и лучик надежды рассеял мой страх. Мы прорвемся, чтобы вместе сражаться в следующей битве. Мы обязаны выжить.

Луки взметнулись к небу по команде, и Талеус обнажил свой меч.

– Целься! – проревел он. Тетива зазвенела, раздался стук стрел о древко. Расправив плечи, лучники не дрогнув заняли свои позиции. Я повернулся к ним спиной и оказался лицом к лицу с надвигающейся угрозой.

Я покрепче сжал свой меч.

– Готовься! – крикнул Талеус. Кровь шумела у меня в ушах, повторяя бешеный стук моего сердца. Я сделал медленный вдох. Выдох. Еще раз. Все стихло, и теперь я слышал лишь вибрацию топающих ног. Пора.

– Пли! – за приказом Талеуса последовал залп стрел, затмивший небо. Солнце погасло, на считаные секунды погружая мир в тень. Низкий свист дерева и перьев прозвенел в воздухе, а затем металлические наконечники стали отскакивать от брони и вонзаться в плоть. Звук падающих тел перекрыл ровный ритм военных барабанов Райна. Разгневанные вопли раздались в ответ на нашу атаку, и вражеские солдаты нарушили строй, чтобы броситься в бой.

Талеус подал сигнал подготовить очередной залп стрел, прежде чем выхватить меч из ножен. Повернувшись к стоящим за нами людям, он высоко поднял свой клинок.

– Пехота со мной. Всадники с принцем Александром. Мы победим!

Слева от меня, затаив дыхание, наготове стоял отряд всадников. Лошади тревожно били копытами по земле. Среди них выделялись три внушительные фигуры, облаченные в доспехи цвета ртути. Стражи. Элитный отряд солдат, призванных защищать Вильхейм и королевскую семью. Если бы мое войско состояло целиком из них, то мы бы разбили солдат Райна за считаные дни. Однако сейчас я вел в бой тысячи рядовых мужчин и женщин, воинов, которых я успел полюбить за последние годы. Воинов, которые будут вынуждены отдать свои жизни, чтобы защитить мой дом.

Несмотря на войну, несмотря на мои споры с отцом, стражи Вильхейма остались на сверкающих алмазных и мраморных стенах – за исключением троих, которые были моей личной охраной.

Ярость вспыхнула в моей груди, но я взял себя в руки и сосредоточил свое внимание на силах Райна. Неважно, что отец отказал предоставить элитных бойцов, мне это не помешало возглавить войско.

– За Лендрию! – боевой клич обжег мне горло в тот же момент, как я вонзил пятки в бока своей кобылы. Она рванула вперед, и всадники последовали за мной. Копья и мечи заблестели в лучах солнца, когда мы бросились в самую гущу вражеских рядов. С каждым ударом копыт мое сердце билось все чаще и чаще. Мы скакали без страха. Мы действовали без колебаний. Мы думали о чем угодно, но не о грядущем ужасе. Лошади врезались в первую волну людей, и вражеские солдаты посыпались на землю, когда мы без усилий прорвали первый рубеж.

Копья взметнулись и ударились о щиты, мечи рубили доспехи и людей. Кровь брызнула во все стороны, и болотный воздух смешался с запахом железа. Мы продолжали скакать вперед. Я высоко поднял свой меч и обрушил его на солдата, вгоняя клинок между его шеей и плечом. Он упал на землю, но его место тут же занял другой воин, затем еще один. Повернув влево, я увидел утреннее небо, освещенное чем-то помимо бледного солнечного света. Горящие вражеские стрелы устремились в сторону моего отряда.

– Щиты! – свободной рукой я снял щит с бока лошади и заслонил им голову. Стрелы вонзались в мягкую древесину, и пламя тут же накалило все металлические элементы. Я содрогался при каждом ударе, когда очередная вибрация проникала в мои кости. Как только дождь из стрел прекратился, я опустил руку и продолжил гнать свою кобылу вперед. Резкий лязг доспехов о сталь наполнил воздух, и я замахнулся клинком на приближающегося солдата в нефритовом облачении. Его голова упала и покатилась по земле.

Часть меня чувствовала тошноту. Брызги крови запятнали белоснежные ноги моей лошади, вокруг нас повсюду звучала смерть. Война никогда не была чем-то красивым, но будь я проклят, если оставлю своих людей сражаться в битве, которую сам развязал, пусть и не по своей воле.

Рядом со мной стражи с легкостью расправлялись с нашими врагами. Они спрыгнули с лошадей и теперь прокладывали путь сквозь ряды противника. Вокруг них падали тела, как скошенные колосья – стражей было невозможно остановить.

Тошнота подступила к горлу, когда я уставился на залитую кровью равнину. Илистые берега и лужицы воды помутнели, став красновато-коричневыми. Безжизненные глаза бесчисленных погибших смотрели на меня, когда я проезжал мимо них. Не имело значения, была ли броня павших цвета нефрита или ртути, их застывшие лица говорили мне об одном и том же: о потерях. Как же я ненавидел все это! Нескончаемая бесполезная война, но в итоге одна из сторон должна была взять верх, а другая – уступить.

Нет, мы не уступим. Мы победим.

Вражеский всадник бросился на меня, и наши мечи со звоном скрестились. Скрежет металла зазвенел у меня в ушах, когда я вонзил клинок противнику в бедро, заставляя его потерять равновесие. Солдат скользнул с седла, и его лошадь упала на бок. Я уже намеревался добить его, когда между нами пронесся искрящийся шар магии. Он опалил воздух электричеством, сжигая все на своем пути, и врезался в землю. Мой взгляд устремился к вражеским рядам и остановился на единственной женской фигуре в толпе. На ней были надеты кожаные доспехи коричневого и зеленого цвета, что позволяло сливаться с окружающей местностью и наносить удары, оставаясь при этом невидимой. Однако теперь, когда к ее ногам вела дорожка из выжженной травы и рогоза, она стала слишком заметной.

Чародейка.

Согнув пальцы, женщина поднесла руки к груди и призвала очередной электрический шар. Он заискрился между ее ладонями, и она уставилась на меня со свирепой усмешкой.

Талеус галопом ринулся ко мне, как стрела, выпущенная из лука.

– Как Райну удалось заполучить в союзники мага?

Мой взгляд упал на покрытую пеплом землю.

– Теперь понятно, как они разгромили наши корабли.

Маги не вмешивались в военные конфликты Лендрии. Тем не менее одна из них сейчас стояла среди отрядов Райна и призывала очередную шаровую молнию, которая с легкостью могла бы уничтожить всех нас. Ее нужно было остановить.

Пригнувшись к шее лошади, я ударил ее пятками по бокам и бросился вперед.

– Я с ней разберусь.

– Александр! – прокричал Талеус мне в спину. Вражеские солдаты устремились ко мне, и я убивал их, стараясь не обращать внимания на горечь во рту при виде новых рек крови. Наделенные собственной магией, стражи бросились за мной с невероятной скоростью. Впервые с тех пор как их назначили моей личной охраной, в бесстрашных взглядах стражей промелькнула паника. Их движения стали более резкими, а убийства – более небрежными. Насколько же опасной была эта чародейка?

Словно в ответ на мой вопрос, искрящийся шар между ее ладонями, наконец, достиг своего максимального размера, и колдунья направила его в мою сторону. Ее крик перекрыл горны и барабаны, и я повел лошадь в сторону. С громким треском энергетический шар пронесся мимо, опалив левую половину моих доспехов. Кожу обдало жаром, и я завыл от боли. Я продолжал кричать даже тогда, когда моя кобыла испуганно заржала и встала на дыбы. В попытке натянуть поводья я потерял равновесие и упал на землю, красноватая чавкающая грязь просочилась сквозь зазоры в доспехах. Черные точки заплясали у меня перед глазами, рогоз превратился в мутное пятно. В голове гудело.

Стражи кричали что-то позади. Мы оказались отрезанными от наших солдат, когда ряды вражеских пехотинцев соединились, воспользовавшись преимуществом. Откатившись в сторону, я уклонился от меча и выбил землю из-под ног нефритового воина. Он тут же ответил молниеносным ударом в челюсть. Он упал на меня и снова замахнулся мечом. Я парировал удар своим клинком, морщась от вспышки боли, которая пронзила мою руку в месте ожога. Крепко стиснув зубы, я направил оставшуюся силу в меч. Вражеский солдат повалился на спину, и я перерезал ему горло. Из его рта с булькающим звуком хлынула кровь, а затем он обмяк. Я поднялся на ноги и, спотыкаясь, сделал несколько шагов вперед, но внезапно воздух вокруг снова наполнил знакомый треск электрических разрядов.

Стоящая в нескольких метрах от меня колдунья улыбнулась.

– Настало время положить конец этой войне.

У меня не было времени уклониться от ее атаки. Мои силы были на исходе, и хотя ее первый удар не попал в цель, второй определенно должен был попасть. Последним, что я увижу перед смертью, будет ухмылка на ее запятнанном кровью лице. Стиснув зубы, я выставил руки перед собой в тщетной попытке защитить сердце.

Но внезапно черный клинок, будто бы его выковали из самой ночи, вонзился ей в ребра. Магия чародейки тут же погасла, и женщина зашипела, беспорядочно размахивая руками в попытках спасти себя от атаки, которую никто из нас не предвидел. Она устремила на меня взгляд, и из ее рта хлынула кровь. Колдунья рухнула на колени, а затем повалилась на землю.

Мертвая.

Медленно моргнув, я сфокусировал взгляд на человеке, который замер позади нее. Он был одет в соболиный мех, его рука в перчатке сжимала черный клинок, с которого стекала кровь. Замешательство затмило ужас войны, и я осторожно шагнул вперед. Незнакомец был облачен в парчовый жилет с филигранными узорами и искусной строчкой по швам – одежда, достойная вильхеймского вельможи. Его сапоги каким-то удивительным образом остались чистыми, а наряд лишь в некоторых местах окропили брызги крови и грязи. На нем не было шлема, волосы были уложены в помпадур настолько идеально, что ни одна прядь, несмотря на бушующий ветер, не выбивалась из укладки.

Тяжело вздохнув, незнакомец поправил очки в серебряной оправе.

– Спасибо, что отвлекли ее внимание на себя, принц Александр.

– Это я должен тебя благодарить, – я бросил взгляд через плечо и увидел, что один из стражей разобрался со взявшими нас в оцепление солдатами и теперь ждал, оценивая расстояние между мной и таинственным незнакомцем. Представлял ли он угрозу или нет? На нем не было никаких знаков отличия. Цвета его одежды не принадлежали ни одной из армий. И тем не менее он спас мне жизнь. В знак доброй воли я вложил свой меч в ножны.

– Зачем ты убил мага? Ты лендриец?

– Лендриец? – незнакомец медленно приподнял бровь. – Полагаю, с точки зрения географии, да.

С точки зрения географии? Я нахмурился.

– Понятно. В таком случае тебе лучше вернуться вместе со мной в лагерь. Мне бы хотелось наградить тебя за проявленную доблесть.

– В этом нет необходимости, – он взмахнул рукой, и его клинок исчез. Неужели он убрал его в ножны? Я терялся в догадках. Лезвие было таким же черным, как и его одежда, так что, возможно, так оно и было. Незнакомец провел руками по жилету, смахивая частички грязи. – Судя по всему, победа за вами.

Он указал на поле боя. Пока я пытался остановить мага, барабаны и горны смолкли. Время от времени до меня доносились крики боли, то и дело заглушаемые ветром, однако тревожное напряжение битвы развеялось. Боевые кличи стихли. Сумеречная пустошь была усеяна телами и залита кровью. Нам удалось удержать оборону и отстоять Моерас, хотя и не без потерь. Когда последний всплеск адреналина покинул мое тело, я почувствовал невероятную усталость и тихо вздохнул.

Я медленно повернулся к незнакомцу.

– Судя по всему, так и есть.

Он кивнул, резко дернув подбородком.

– Мне пора. Будьте осторожны, принц Александр.

Я опустил взгляд, когда он наступил в какую-то темную лужу, похожую на маслянистое пятно. Солдаты Райна, должно быть, в спешке разлили зажигательную смесь, когда готовили стрелы. Сделав несколько быстрых шагов, я сократил расстояние между нами.

– Постой. Я настаиваю на том, чтобы ты вернулся в лагерь и я мог должным образом отблагодарить тебя.

В ледяном взгляде его зеленых глаз промелькнула какая-то эмоция.

– Как я уже сказал, в этом нет необходимости. Я являюсь членом Круора. Колдунья была моим заданием. Я могу предоставить доказательства, если это необходимо.

Круор?

Отец однажды упомянул в разговоре гильдию элитных наемников, живущих в отдаленной части нашей страны, но я никогда не любопытствовал на этот счет. Разговоры о способностях членов гильдии были не более чем слухами. Люди не могли перемещаться вместе с тенями. Люди не могли создавать оружие из ночи.

И все же…

Я уставился на темное пятно под ногами незнакомца. Оно блестело, как чернила, и в то же время было неосязаемым, словно клубящийся туман. Неужели тот клинок был одним из легендарных орудий, созданных из самой смерти? Любопытство разрывало меня изнутри, и я снял шлем. Абсолютно белые волосы упали мне на глаза, и я смахнул их со лба.

– Доказательства не понадобятся. Но я настаиваю, чтобы ты вернулся с нами в лагерь. Мне хотелось бы не только отблагодарить тебя, но и послушать рассказы о тебе и твоей работе, – я выждал некоторое время, надеясь на какой-нибудь ответ, но незнакомец просто смотрел на меня с недоверием. – Как тебя зовут?

В его взгляде мелькнула растерянность.

– Константин, мой принц.

Я ухмыльнулся, протягивая ему руку.

– Александр. Вокруг меня достаточно людей, которые называют меня принцем.

Его губы превратились в тонкую линию, словно он обдумывал мое предложение. Наконец, Константин пожал мне руку.

– Я ведь не могу отказать в просьбе члену королевской семьи, верно?

– Вот именно, – пошутил я и хлопнул Константина по плечу. Его мышцы тут же напряглись, и я поспешно убрал руку. Однако, пока мы шли через болото, я шел рядом с ним, время от времени бросая на него любопытные взгляды.

Он был человеком, рожденным из тени. Человеком, рожденным смертью. Одним богам было известно, какую жизнь он вел, и мне не терпелось узнать его получше.

Вторая глава

Нок

Закатное небо над Круором затянули тонкие облака. Когда солнце скрылось за острыми верхушками деревьев, душераздирающие крики чудовищ зазвучали еще громче. Однако куда большее беспокойство у меня вызывали безжизненные тела, лежащие у моих ног.

Воскрешение мертвых не было моим любимым занятием, однако это входило в мои обязанности. Калем, Кост и Озиас стояли рядом со мной с каменными лицами, вытянувшись по стойке «смирно».

Выдохнув, я прижал ладонь к тыльной стороне шеи.

– Это все?

Я тянул время, противясь необходимости довести свое мрачное дело до конца.

Кост коротко кивнул.

– Мы можем найти больше, но…

– Не нужно. Этих достаточно.

Он переступил с левой ноги на правую.

– Отречение Дарриена заставило людей нервничать, не говоря уже о количестве тех, кто ушел вместе с ним. Оставшиеся члены гильдии напуганы. Нам не помешало бы найти кого-нибудь еще.

Я наградил его ледяным взглядом.

– Существуют определенные правила, Кост. И я отказываюсь нарушать их только ради того, чтобы пополнить наши ряды.

– Все будет в порядке, – Озиас положил свою тяжелую руку мне на плечо, отгоняя поднимающуюся во мне волну раздражения. – Даже если они не захотят охотиться за головами, мы можем научить новобранцев управлять тенями для защиты.

– Он прав, – Калем слабо улыбнулся. – Это нам по плечу.

Кивнув, я снова уставился на мертвецов, лежащих на земле. Их рты были приоткрыты, их остекленевшие глаза застыли в ужасе. Вонь железа и гниющей плоти ударила мне в нос, и я сжал зубы. У нас было всего три дня, чтобы воскресить тела после смерти, поскольку затем наша магия переставала действовать. У лежащих передо мной трупов оставались считаные часы.

Опустившись на колени рядом с первым человеком, я призвал силу Зейна – первого в нашем роде, и она прилила к кончикам моих пальцев. Ногти на моей правой руке превратились в иглы, которые были острее любого лезвия. Я вспорол мужчине грудь, разрезая не только плоть, но и кости. Теперь я видел только его неподвижное сердце.

Я разрезал свою ладонь и полил зияющую рану кровью. Моя сила – сила Зейна – способна вернуть жизнь, проникнув в тело человека. Мертвое сердце дрогнуло. Один мучительно медленный, слабый удар был всему началом.

И затем сердце забилось снова, на этот раз более решительно. Как только ритм выровнялся, я положил ладонь на вспоротую грудь мужчины и исцелил рану. Когда я отнял руку, порез исчез, оставив после себя лишь размазанную по гладкой коже кровь. На меня нахлынула внезапная усталость, и мои плечи поникли. Осталось еще три тела.

Кост, Калем и Озиас молча ждали, пока я закончу. Лежащие передо мной четыре тела теперь дышали самостоятельно. Их глаза были закрыты, и можно было бы подумать, что эти люди просто спят. Но я помнил, каким был для меня этот момент. Тьма смерти превратилась в нечто незнакомое и серое, а затем Талмейдж пробудил меня от этого жуткого сна.

Когда луна взошла над темным Китским лесом, я прочистил горло.

– Восстаньте.

Простой тихий приказ заставил всех нас вздрогнуть, словно через наши тела пропустили электрический разряд. За моей спиной Калем резко втянул носом воздух, и я повернул голову в его сторону. Серебристый ободок вокруг темно-красных радужек вспыхнул, и он напрягся всем телом. Обеспокоенные Кост и Озиас подступили ближе.

– Калем? – мой взгляд метался между ним и новобранцами, которые приходили в сознание у моих ног.

Тело Калема дернулось, а затем он покачал головой, словно прогоняя плохое воспоминание. Ртутное сияние в его взгляде потухло, как только раздался резкий кашель и хрипы наших только что восставших братьев и сестер.

Расправив плечи, я перевел взгляд на них. Проблема с Калемом могла подождать.

– С возвращением.

До встречи с нами все эти люди были абсолютно разными, и все же я уготовил им одинаковую судьбу: жизнь наемника Круора.

Первым, кого я сегодня воскресил, был торговец из Вильхейма с репутацией мошенника. Он обманул не того человека, оставив его без ценного ковра, сотканного особо искусной Заклинательницей, поэтому нам заказали его убийство. Он оттолкнулся от земли, поправляя свою разорванную темно-синюю тунику. Его дрожащие пальцы тянули за завязки в странном приступе неловкости. В итоге мужчина сдался и опустил дрожащие руки вдоль тела.

Стоящая рядом с ним девушка последовала его примеру, настороженно рассматривая нас. Ее короткие волосы торчали в разные стороны, словно колючки. Она скрестила руки на груди, прикрывая обнаженную кожу, и сверлила нас взглядом, в котором явно читался вызов. Еще двое – парень и девушка – были одеты в потрепанные туники, простые бриджи – рабочая, удобная одежда, которая не стремилась отдать дань моде. Они прижались друг к другу в поисках утешения, слишком напуганные, чтобы сдвинуться с места.

Сунув руки в карманы своих свободных брюк, я кивнул им.

– Вам дали второй шанс, и теперь вы члены Круора.

Мужчина постарше прочистил горло.

– Круор? Гильдия наемников?

– Да.

– Понятно… – он почесал подбородок. – Дарриен с вами?

Моя спина напряглась.

– Откуда ты знаешь Дарриена?

– Он был моим клиентом. Пару лет назад я продал ему довольно редкий гобелен, – он замялся, и его темно-синие глаза заметались между мной и особняком. Для новобранцев было свойственно нервничать, ведь их только что вернули с того света. И все же…

– Как тебя зовут?

– Квинтус, – ответил он.

Его имя мне ни о чем не говорило, и я никогда не видел его в местах, где расставляли свои прилавки уважаемые торговцы. Я не удивился, поскольку и так знал, что Дарриен проворачивал всякие сомнительные сделки за пределами Круора. Что ж, его дело, на что он тратил свои биты, однако если этот торговец думал, будто его знакомство с Дарриеном поможет ему заслужить мое расположение, то он жестоко ошибался.

– Дарриен больше не с нами.

– О, вот как, – между нами повисло мрачное молчание, а затем он нахмурился. – Мои… соболезнования.

Я не мог сказать наверняка, какое мнение у этого человека было насчет Дарриена. Я также не горел желанием исправлять возникшее между нами недоразумение.

Мужчина покачал головой, и выражение его лица прояснилось.

– Выходит, наемники, да? Не уверен, что гожусь для подобной работы.

– Тебе необязательно убивать, если ты этого не хочешь, – я перенес вес на пятки и многозначительно посмотрел на каждого из новобранцев. – Я не буду принуждать никого из вас. Существуют и другие способы заработать на хлеб.

– Нам обязательно оставаться? – голос девушки был на удивление тихим.

– Нет, но я настоятельно рекомендую это сделать. Никто другой не сможет научить вас управлять тенями. И никто другой не поймет вашу жизненную ситуацию. Здесь вас примут, как родных. Там, – я указал в сторону Вильхейма, – вы изгои.