Море, в котором я утонула

© Тати М, 2025

ISBN 978-5-0067-4051-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Мы ехали вдвоём на машине и молчали. Мы просто не знали, о чём говорить. Интересы были разные, да и не было у нас ничего общего, кроме богатых семей. Я смотрела в окно, наблюдая за мелькающими пейзажами, и пыталась найти в себе силы разорвать тишину. Каждый раз, когда я открывала рот, слова застревали на языке, превращаясь в пустоту.

Он сидел рядом, погруженный в свои мысли, и я знала, что в его голове, возможно, крутятся аналогичные размышления. Мы оба были частью замкнутого круга, где родительские богатства определяли наши жизни, но не связывали нас. Бесполезные разговоры о погоде и путешествиях в конечном итоге казались не более чем формальностью, не вызывающей особого интереса.

Вечерело, и тишина, казавшаяся сначала неловкой, стала привычной. Часто молчание говорит больше, чем слова. В этот момент вспомнилось, как легко и непринужденно мне было общаться с людьми, которые понимали меня, и как сложно это стало с теми, чьи жизни были устроены как моя. Мы были вынуждены играть в одну игру, но правила оставались непонятными.

– Хорошо покатались, – сказал Томас, когда мы подъехали к моему дому.

– Да, море было шикарным, – улыбаясь ответила я.

– Спишемся!

Спишемся. Только это у нас и получалось. У входа меня встретила взбудораженная новыми историями мама. Это была её идея свести меня с Томасом Сандерсаном. Неудивительно, ведь его отец владеет большой фирмой. Когда мама познакомилась с семейством Сандерсанов, она сразу же заприметила мне жениха. Узнав, что он холост и унаследует семейный бизнес, мама засияла.

– Как всё прошло? – спросила она, широко улыбаясь.

– Мам, давай без этого.

Я прошмыгнула в свою комнату, не закрыв дверь. Услышав папин голос, я решила их подслушать. Вообще, я никогда не вслушивалась в чужие разговоры, но сейчас, когда знала, как за меня переживают родители, решила нарушить это правило.

– Как прошло их свидание? – в голосе отца слышалось волнение, хотя он тщательно его скрывал за внешним стойким спокойствием.

– Она не говорит.

– Кэрол, дай ей время. Она многое пережила.

– Я знаю, просто хочу, чтобы она снова улыбалась.

Услышав глубокий вздох мамы, я решилась тихо закрыть дверь. Знаю, как сильно они хотят видеть меня счастливой, но сейчас я просто не могу быть такой. Я никогда не умела фальшиво улыбаться.

Телефон на кровати подсветился, и я увидела сообщение от Томаса.

«Доброй ночи. С большим нетерпением жду завтрашнего дня, чтобы увидеть тебя».

Я ответила сухим «Доброй ночи» и легла спать, но тут телефон начал разрываться от звонков.

– Дэйзи, я уже засыпаю.

– Ты не уснёшь, пока не расскажешь, как прошло свидание, – возбуждённо закричала она в трубку. – К тому же я придумала, чем мы с тобой займёмся завтра вечером.

– Томас хочет позавтракать в кафе, – уныло ответила я.

– Окей, но вечером ты моя. И если ты думаешь, что увернёшься от рассказа о свидании…

– Я не хочу ничего говорить, – перебила её я, – ты же сама всё знаешь.

– Знаю, дорогая, но нужно жить дальше и научиться жить без него.

– Знаю…

Сон исчез так же, как и желание завтракать с Томасом. Я проворочалась всю ночь, вспоминая друга. Точнее, мы были друзьями, пока он меня не предал. Он причинил такую боль, которой ещё не было в моей жизни. Мы были больше, чем просто друзья. Мы были как брат и сестра. Мы любили друг друга.

Познакомила нас Дэйзи, она просто затащила меня в свою компанию друзей, когда мы были ещё подростками. Она всегда хорошо меня понимала и знала, чего не хватает моей душе. На тот момент это была шумная компания, которая бы собиралась каждый день ради веселья.

Дэйзи всегда отличалась от нас. Она была умнее своих лет и внешне, что называется, обладала изюминкой. Её светлые волосы никогда не отрастали ниже плеч, а нарисованные стрелки всегда были такими острыми, словно она собиралась отрезать ими лишние взгляды парней. Она всегда была верна своему выбору, хоть и мучилась от него.

Проснувшись утром, я решила взглянуть на себя в зеркало. Через секунду я поняла, что идея была плохая: в отражении я увидела синяки под глазами и опухшее лицо. Класс, придётся накраситься. Я всегда любила естественность, но в последнее время приобрела косметику. Мой телефон разрывался от звонка, и боковым зрением я увидела на экране Томаса. Решила, что он подождёт пару минут, пока я подкрашиваю тушью ресницы.

– Буду через пять минут.

– Хорошо, Том, я скоро буду готова, – выдала я с такой уверенностью, словно уже была собрана.

Как по часам я услышала звук приближающейся машины к моему дому. Быстро расчесав свои волосы, я спустилась по лестнице на первый этаж дома. Хоть я пока и не нашла общего языка с Томом, но опаздывать всё же не любила. Мама уже стояла в коридоре и выглядывала в окно. Папа стоял рядом, но смотрел на меня с заботливой улыбкой. Решив улыбнуться в ответ, я споткнулась на последней ступени.

– Эй, осторожнее! – быстро выдал он.

– Я цела.

– Ты-то ладно, заживёт, а вот если лестница, то чинить придётся, – смеясь ответил папа. – Шучу, ты прекрасно выглядишь.

Я любила наш дом, как и родители. Вообще, перед его покупкой мы с папой точно знали, что он будет нашим, так как влюбились в него ещё при первом просмотре. Маме же он пришёлся совсем не по вкусу, но нам удалось её убедить.

Одаривая папу непринуждённой улыбкой, я быстро вышла из дома, пока мама не начала читать нотации о том, как вежливо нужно вести себя на завтраке.

Томас уже стоял около машины с цветами и открывал мне переднюю пассажирскую дверь.

– Привет, – улыбаясь сказал он.

– Привет, – ответила я мягче, чтобы не смущать его.

Вручая мне букет, он потянулся меня обнять. Эти непринужденные объятия скорее приветственные, но от них мне не по себе.

– Куда едем?

– Я уже выбрал кафе. Надеюсь, тебе понравится, – продолжил улыбаться он.

Когда мы подъехали к зданию, напоминавшему тихое местечко в Париже, я была приятно удивлена. Внутри кафе было обустроено в стиле ампир. Естественно, всё только роскошное и элегантное, по-другому и быть не могло.

Мы сделали заказ, и, между нами, опять повисла тишина. Меня она уже не смущала, и я хотела это обсудить, но Томас прервал мою решимость.

– Как дела у твоих родителей?

– Всё хорошо, спасибо, – ответила я, опустив глаза.

– Скотт мне рассказал, что он придумал с твоим братом новую игру.

– Да, Джастин мне тоже говорил, они очень милые. – Я неловко мяла салфетку в своих руках. – Том, я думаю, нам надо поговорить.

– Хелен, прошу. – Он опустил взгляд.

– Том, мы разные, – быстро начала я, пока моя уверенность не улетучилась.

– Нам просто нужно время. – Теперь уже он смотрит прямо мне в глаза.

– Это мне нужно время, а не тебе, – понизила я голос и заметила, что говорю уже не так смело.

– Дай мне время, я стараюсь, – так же тихо ответил он.

– Том…

– Хелен! Нам нужно время! – крикнул он.

Я удивилась такой реакции и почувствовала, что моё лицо раскраснелось. Раньше Том никогда не повышал на меня голос. По коже побежали мурашки то ли от его крика, то ли от взглядов всех присутствующих в кафе. Хватая телефон, я встала и собралась уйти. Мне было всё равно на его статус и на то, что скажут родители о моём раннем возвращении домой. Я бросила на него последний взгляд.

– Нам стоит прекратить разговор и остыть.

Я сделала первый шаг к выходу, но его рука схватила мою так резко, что у меня перехватило дыхание.

– Хелен, постой… – в его глазах читалось сожаление. – Я не хотел, останься.

– Отпусти меня.

Я посмотрела на его руку, что держала мою. При всём своём желании отдёрнуть руку у меня бы не получилось это сделать: Томас достаточно сильный, не говоря уже о том, какой он высокий, по сравнению со мной.

Он встал и ослабил хватку, но не отпустил окончательно. Прядь его волос упала на хмурую бровь, и его карие глаза закричали о ненависти к самому себе.

Может, это и был порыв того, что накопилось. Возможно, я это заслужила. В моих глазах проступили слёзы. Смущаясь, он отпустил меня. Наш зрительный диалог прервал звонок на моём телефоне. Дэйзи, ты, как всегда, знаешь мою душу и чувствуешь её.

– Привет, Дэйз, да, я освободилась раньше. Скинь адрес, я выезжаю.

Глава 2

Мне всегда нравилась новогодняя музыка в торговых центрах, но также было интересно, почему её включали с середины осени, когда ещё шли дожди. Я держала подругу под руку, и мы уже четвертый час бродили по одним и тем же бутикам. Дэйзи почему-то просто уверена, что шопинг – лучшее лекарство от тоски.

– Слушай, забей на это, его тоже можно понять, – сказала она совершенно серьёзно, но я была уверена, что, если возражу, она меня поддержит. – И, если честно, то я проголодалась, у меня бурчит живот. Давай зайдём в тот ресторанчик и поужинаем? Безумно хочется хинкали.

Дэйз всегда была худышкой, несмотря на её любовь к хинкали, но со своей новой работой в местном магазинчике она всегда была на ногах и сильно похудела.

Она указала на ресторанчик грузинской кухни недалеко от нас и сказала, что там подают вкусный чай. Я согласилась. За весь день мне ничего не лезло в желудок, но сейчас от салата и горячего чая я бы не отказалась.

Мы вошли и мгновенно почувствовали атмосферу тепла и уюта. Красивые диванчики, обитые мягкой тканью, приглашали нас расслабиться и насладиться моментом. На столах были аккуратно расставлены корзины со свежим хлебом, а в воздухе витал сладкий аромат приправ и специй, обещая незабываемые кулинарные впечатления.

По углам зала стояли пустые бутылки из-под традиционного грузинского вина, свидетельствующие о том, что здесь ценят не только еду, но и культурное наследие своего народа. Каждый элемент интерьера был тщательно подобран – от расписных тарелок на стенах до изящных светильников, создающих мягкий свет, подчеркивающий красоту местной природы, и зелени, которая свободно располагается в вазах и на подоконниках.

Мы сели за стол, и вскоре к нам подошёл добродушный официант в костюме и с маской на лице. Ограничения карантина в городе ослабили, но не сняли окончательно. Его улыбчивые глаза сразу сделали атмосферу ещё более приветливой. Он предложил нам ознакомиться с меню, наполненным разнообразными традиционными блюдами – хинкали, хачапури, мцвади. Каждый пункт в нём звучал как обещание незабываемого вкусового опыта.

– Мне хинкали, соус к ним и чай с шишками и мёдом, пожалуйста, – сразу выдала Дэйзи, даже не смотря в меню.

– А мне салат от шеф-повара, пожалуйста.

– Отличный выбор. Будет готово через десять минут. Если на этом пока всё, разрешите забрать одно меню, и я вас оставлю, – сказал официант. Не глядя на него, я протянула ему своё меню. – Хорошего вечера.

– Дэйз, ты чего?

Подруга смотрела на меня широко распахнутыми глазами и улыбалась так, словно её фотографируют. Дэйзи сложила обе руки в замочек, поставила локти на стол и положила свой изящный подбородок на кисть руки.

– Хелен, он шикарный, – шепнула она.

По её взгляду я поняла, что она говорит серьёзно, но я сейчас была не в том настроении, чтобы флиртовать с официантом.

– Дэйз, мне и без того сложно. Сначала Кит, теперь Томас. Давай не будем, – постаралась убедить её я, но по глазам увидела, что подруга будет стоять на своём.

– Перестань, если его не отхватишь ты, то заберу его домой я, – выдала она, будто начиная игру.

– Я знаю, что ты не предашь своего Эндрю, – ответила я и приподняла левый уголок губ.

– Чёрт, ладно, поймала. Но я серьёзно, ты просто посмотри на этого парня. У него голубые глаза, светлые волосы, широкие плечи, и он не слишком высок.

Я взглянула на подругу, и между нами произошёл мысленный диалог. Мои глаза говорят «нет», она же, бегая глазами то на меня, то на официанта в зале, словно кричит «да». Я сдалась в этой схватке и попыталась сменить тему.

– Ты сегодня очень красива, тебе кто-нибудь говорил об этом?

– Не меняй тему, Хел.

Чёрт.

– Ладно, Дэйз, что ты хочешь от меня? – отступила я.

– Дай ему свой номер телефона.

– Что? Нет.

– Ладно, тогда просто посмотри на него.

– Зачем?

Её глаза буквально умоляли меня.

– Не строй моську. Я посмотрю на него.

– Я знала, что ты не устоишь передо мной, – сказала довольная собой Дэйзи с широкой улыбкой. – Он идёт.

Официант подошел к нашему столику с блюдами в руках. Он что-то сказал, но я не услышала его. Я смотрела в его глаза. Они и вправду были цвета моря.

Он повторил свои слова, на этот раз с лёгким наклоном головы, как будто пытался приблизиться ко мне, вытащить из молчания, которое укутывало наш столик. Я отвлеклась от его глаз, переключая внимание на подносы с блюдами. Тарелки изящно оформлены, но их содержимое меркло на фоне того, что происходило в моём сознании. Этот момент, когда мир вокруг затихает, а лишь его глаза остаются ярким пятном, захватывающим всё внимание, невероятно странный.

Словно находясь под гипнозом, я не могла отвести взгляд от его глаз, вспоминая море, которое недавно увидела на недалеком побережье. Волнение его взгляда, игра света на зрачках – всё это будоражило во мне странные чувства.

– Что-то не так? – наконец, спросил он, и его голос прозвучал, как мягкие волны, накатывающиеся на берег. Я растерянно подняла взгляд, и на мгновение наши миры пересеклись – мой шумный, заполненный мыслями, и его, состоящий из уверенности и заботы о людях, которых он обслуживает. Внутри меня поселилось странное тепло, неожиданное, словно море снова стало частью моей жизни.

– Нет, всё прекрасно, спасибо, – ответила я с такой уверенностью, словно я его учитель, а он мой ученик, который только что принёс доклад на зачёт.

– Тогда, с вашего позволения, я пойду. Приятного аппетита, – сказал он, глядя на нас, но мысленно уже обслуживая следующих посетителей.

Я проводила его недолгим взглядом и не смогла не согласиться с подругой: рост его был под стать мне – не слишком высок, но и не низок. Плечи широко расправлены. Его уверенная походка такая быстрая, но при этом мягкая, словно он находился в лодке и дрейфовал между волнами, а не столиками.

– Хел, ты краснеешь, – подловила меня на мыслях подруга.

– Ты довольна? Теперь спокойна? Я посмотрела на него, – ответила я, словно не была поймана с поличным.

– Ну уж нет, я вижу твоё лицо. Я оставлю ему твой номер.

– Что? Дэйз, перестань! – повысила я голос.

– Не кричи, он же услышит, – шепнула она, чуть наклонившись ко мне.

– Родная, я не хочу сейчас отношений. Только переехала обратно к родителям от Кита, тут же мне сунули Томаса, словно крича о том, что он мой идеальный вариант. Я просто хочу побыть одна, ладно? – попыталась я сдержать свои эмоции и не обидеть подругу.

– Хорошо, я понимаю. Ты через многое прошла, я согласна. Но, милая, нужно жить дальше. Постарайся отпустить Кита и наслаждаться жизнью. Ты красива, у тебя прекрасная фигура, ты молода. Просто живи, а не существуй, – прошептала Дэйзи, уже почти умоляя меня.

В её светлых глазах читались жалость и сочувствие, она почти плакала. Я же просто с печалью смотрела на неё.

Дэйз была права: я хороша собой, хотя никогда не признавала это. Я всегда видела в себе недостатки: слишком маленький рост, пухлые щёки, маленькие губы, нижняя часть живота, которая всегда выпирала, как бы я ни старалась её убрать. Я не была идеальной для таких идеальных родителей и всегда старалась им угодить. Закончила колледж на отлично и поступила в университет. Всегда старалась ради кого-то, но в то же время считала, что стараюсь недостаточно хорошо. Я всегда себя критиковала.

– Дэйз, я люблю тебя, правда, но…

– Хелен Вест. Отставить грусть. Пей чай, а я дозакажу нам сладенького, окей? – резко перебила она меня.

– Окей, – ответила я и с благодарностью одарила её лёгкой улыбкой.

Она тут же подозвала официанта, и словно судьба смилостивилась надо мной – к нам подошел другой парень. Он принял заказ и поспешил сразу уйти. Мысленно я была уже где-то далеко. Я была на море. Побережье – моё любимое место, несмотря на то что я родом из холодных краёв. Во мне умещаются две противоположности – снег и тёплое море. Лучше всего этого – зимнее море. Невольно я вспомнила глаза официанта. Они так быстро и легко перенесли меня на моё побережье, словно невидимая нить связывала нас. Я думала о том, как ветер играет с волнами и как они нежно накатываются на берег, оставляя за собой шлейф белоснежной пены. В эти моменты мне хотелось оказаться в одном из тех безмятежных мгновений утра, когда солнце только начинает вставать, а воздух наполнен запахом соли и свободы.

Я представляла, что сажусь на холодный песок, ощущая, как водоросли шепчут мне свои тайны. Каждая волна – это новое начало, новый рассказ, которому суждено быть услышанным только тогда, когда я этого захочу. И хотя вокруг меня была шумная толпа, в моём сердце царила тишина, как на уединённом побережье.

Глаза официанта, отражая капли утренней росы, неосознанно открыли во мне эти воспоминания. Я вновь почувствовала, как между параллельными мирами пробегает тонкая нить – между повседневной рутиной и блаженством тех летних дней.

– Ау, Хелен, ты тут? – Дэйзи махнула перед моим лицом рукой.

– А, да, повтори, пожалуйста, – извинилась я.

– Я рассказывала, какие зоны в бутике я теперь обслуживаю, – улыбаясь сказала она.

– Да, я поняла, – кивнула я, хотя ничего не поняла.

– Я тебе нарисую. У тебя есть листок с ручкой?

– Эм, нет.

Я вопросительно посмотрела на неё.

– Официант, можно вас? – Подруга подняла руку, чтобы на неё обратили внимание.

– Дэйз, что ты делаешь?

Не успела я получить ответ, как официант уже подошёл к нам, и Дэйз указала своей ладошкой на его ручку.

– Можно? – мило улыбнулась она.

– Конечно. – Он потянулся в карман за ручкой и протянул ей её.

– Спасибо.

Дэйз схватила салфетку со стола и уже начала чертить что-то на ней, но резко остановилась, и мы обе подняли глаза.

Официант всё еще стоял рядом с нами, совершенно не понимая, что происходит. Если честно, я и сама ничего не понимала.

– Это всё, вы можете идти, – сказала Дэйз.

– Да, простите, – быстро извинился он, опуская глаза в пол, и так же быстро ушёл.

– Дэйз, что ты творишь? – шепнула я.

– Объясняю тебе свою работу, а что тут такого?

Мы тихо посмеялись и просидели в ресторанчике ещё немногим больше часа. Всё было очень вкусно, а чай оказался действительно волшебным. Я хотела расплатиться, но Дэйз настояла, что теперь её очередь.

– Официально объявляю: отныне это мой самый любимый чай, – сказала я с довольным лицом, уже вставая с диванчика и натягивая пальто.

– Ага, – протянула Дэйз, что-то выводя на салфетке.

– Что ты делаешь? – с удивлением спросила я и наклонилась посмотреть. – О, Дэйзи, не надо, пожалуйста.

– Потом ещё спасибо скажешь, – улыбнулась она, глядя на меня.

Она так быстро схватила своё пальто и меня под руку, что я ничего не успела сделать. В мгновение мы уже вышли из ресторана и направились к выходу из торгового центра.

– Где стоит твоя машина?

– Там же, где мы её оставили, Дэйз.

– Ой, – кривится она. – Я никогда не могла запомнить, где мы ставили машину. Она словно испаряется для меня.

Дэйз разводит руками и строит гримасу, пока мы идём. Я не могла перед ней устоять и засмеялась. Каково же было её удивление, когда мы остановились.

– И? – протянула она в недоумении.

Я тихонько нахожу в кармане пальто ключи от машины и нащупываю кнопку «открыть» – машина моргнула прямо перед ней.

– О боже, Хелен, – она засмеялась так громко, что её голос раскатился по всей парковке.

Мы уселись в мою маленькую «кнопу» – так я называла свою машину – и настроили музыку. Мы всё ещё продолжали бурно обсуждать наш сегодняшний день, когда подъехали к моему дому.

Резко музыка перестала звучать, и на дисплее машины высветился неизвестный номер. Мы замолкли. Я нажала на руле кнопку «Принять звонок».

– Алло, здравствуй, это Хелен? – Этот голос…

– Эм… да, – неуверенно выдала я, о чём сразу же пожалела.

– Это Джеймс Гросс. Я вас обслуживал сегодня. Вам удобно говорить?

Глава 3

«Доброе утро, тыковка, завтрак готов».

Пришло сообщение от папы. Хоть мы и жили в одном доме, но, когда находились в разных комнатах, нам было проще отправить сообщение или позвонить друг другу, а не кричать через весь дом или подниматься на второй этаж.

Повалявшись ещё минутку в кровати, я встала, привела себя в порядок и решила отправить селфи Дэйзи.

«Прекрасна, как и это утро, малышка. Жду подробности об этой ночи!»

«Ты меня смущаешь».

Я улыбнулась. Ночь и вправду была лучшей за последние полгода. Но когда я посмотрела на себя в зеркало, улыбка моментально слетела. На нём висело фото Кита. Наверное, давно надо было его убрать, но рука просто не поднималась это сделать. Я хотела забыть всё плохое, но хорошее забывать не хочется.

– Ты спустилась, – не оборачиваясь сказала мама, – будешь яичницу?

– Конечно, – ответила я, стараясь сделать голос как можно более весёлым.

– О, ты уже пришла, у тебя розовые щёчки. Вчерашний день пошёл тебе на пользу? – появился в проходе папа.

– Да, как вчера всё прошло? Как завтрак? – спросила мама, поворачиваясь ко мне.

– Заведение было красивым, в общем, как всегда, но… – Я ещё не села за стол и от смущения поглаживала пальцем спинку стула.

– Но? – протянула мама.

Я увидела, как папа хмурит брови, предвкушая плохую историю. Не хотелось огорчать их, но мне нужно было как-то донести, что Томас – не моя история. Это не тот человек, с которым я могу разговаривать часами обо всём на свете. Да, бесспорно, он красиво ухаживал за мной, он идеал многих девушек, но мы такие разные, что даже не можем подобрать один плейлист в машине.

– Но мы поссорились, – выдала я и резко села за стол.

– Как так вышло? – папа выпучил глаза, он пребывал в шоке.

– Нет, – протянула мама и пристально посмотрела на меня.

– Я не хочу это обсуждать, просто так вышло, ладно? – На самом деле я не хотела, чтобы они разочаровались в Томе.

– Ладно, тыковка, завтракай, – ответил мне папа с лёгкой улыбкой и повернулся к маме лицом.

Она словно прочла его мысли, кивнула и отвернулась, продолжая готовку. Наверное, нужны годы совместной жизни, чтобы вот так понимать друг друга с одного взгляда. Мне всегда казалось, что у моих родителей есть какой-то тайный мысленный диалог, который никто никогда не понимал, кроме их самих.

За завтраком родители обсуждали очередное место, куда они поедут отдыхать на выходные. Они всегда старались куда-то выбраться, если была такая возможность. Всё моё детство прошло в путешествиях по разным городам, но за границей я никогда не была. Во многих странах был только отец. Он часто летал по работе, и почти всю свою жизнь проводил в самолёте. Мама же после моего рождения всегда ждала его дома.

Их разговор прервал звонок в дверь.

– Я открою! – крикнул из коридора Джастин.

– Привет, ты растёшь не по дням! – услышали мы голос Дэйзи.

Она зашла к нам на кухню вместе со смущённым Джастином и поприветствовала моих родителей улыбкой и объятиями. Дэйзи всегда была для нас членом семьи. Особенно это почувствовалось, когда в её семье случился разлад, и утешение она смогла найти только у меня дома.

– Джастин так быстро растёт, скоро уже меня догонит, – с улыбкой произнесла она.

Подруга права, моему брату всего одиннадцать лет, но ростом он, видимо, пойдет в отца. Он помнил Дэйзи всю свою жизнь и относился к ней, как к старшей сестре.

– Дорогая, присаживайся, позавтракай с нами, – сказала мама и сразу же достала ещё одну тарелку с вилкой.

– Спасибо тётя Кэрол, я с радостью. – Подруга одарила всех своей милой улыбкой и села рядом со мной. – Но скоро я заберу вашу дочь, и мы отправимся в небольшое путешествие.