- -
- 100%
- +
Мне стало не по себе. Эта чистота смутила меня. Я вдруг почувствовала себя чужой в своей же квартире, словно кто-то построил из неё совершенно новый мир, который не был моим. Я хотела, чтобы всё вернулось назад. Чтобы я вернулась домой. И даже его куртка на плечах перестала меня согревать.
Я осторожно направилась в спальню, надеясь, что не обнаружу там человеческий труп. Зашла в комнату, и всё сразу же прояснилось – тело Давида уже не было здесь. Лёгкая тревога, которая ещё оставалась в груди, вдруг растаяла, и я выдохнула с облегчением. Его тело исчезло, а вместе с ним и вся тяжесть этой ночи.
Я сняла куртку Торина и медленно повернулась к нему. Он стоял у двери, не двигаясь, и я почувствовала, как его взгляд тянет меня обратно в этот мир, в котором я сейчас не могла найти себя. Я подошла и отдала ему куртку. Я надеялась, что этот жест даст ему понять, что я хочу быть одна, чтобы он наконец-то ушёл. Но, с другой стороны, мне было так страшно оставаться здесь, в пустой квартире. Не зная, что будет дальше. В его компании было как-то неуютно, но и его отсутствие не давало мне гарантии безопасности. Он взял свою куртку и надел её, что, на мой взгляд, означало, что он действительно собирается уйти. Я выдохнула с таким облегчением, что едва удержалась от того, чтобы не закрыть глаза и не поблагодарить звёзды, что всё наконец-то заканчивается.
– Я ухожу. – Его голос вернул меня к реальности, и я резко посмотрела на него. – Предупреждаю, ты не сможешь позвонить в полицию или выйти из дома. Моя команда об этом позаботилась. Я помог тебе, теперь ты помоги мне.
Эти слова пронзили меня, как ледяной дождь. Я уставилась на него, не в силах сразу осознать, что он только что сказал.
Чем я могла помочь этому убийце или кем он там себя считал? Что он от меня хотел? Попросить что-то в обмен за спасение? Мне хотелось накричать на него, но вместо этого я замерла, ощущая, как закипает внутри злость, страх и что-то ещё, что я не могла объяснить.
– Что ты имеешь в виду? – Слова сорвались с моих губ, хотя я едва могла их произнести. Это было как маленькое противостояние, моя последняя попытка понять, во что я вляпалась.
Он стоял, поправляя куртку, его взгляд был таким же спокойным, как и всегда, а его уверенность в себе давила и бесила меня.
– Раз так случилось, что тот, кто отправил к тебе Давида, считает, что ты работаешь на Аспид, значит, это приведет к тебе еще наемников, – сказал он, его голос ровный, как и всегда. Он замолчал на мгновение, будто пытаясь убедиться, что я все поняла. – Это как раз мне и нужно. Побудешь немного приманкой.
Он подмигнул мне, и я почувствовала, как что-то внутри меня сжалось. Я покраснела от злости, потом побелела от ужаса. Мои глаза чуть не выкатились от абсурда. Я даже не могла найти слов, чтобы адекватно отреагировать.
– Чего?! Кем мне для тебя побыть?! – Мои руки дрожали, и я с трудом пыталась осознать, что он только что сказал. Всё это казалось невероятным. Нереальным. Как он мог просить меня об этом?
– Уверяю, ты не пострадаешь, – его голос был таким же спокойным, как и всегда. Казалось, что для него всё это – обычное дело. Но мне не было до смеха.
– Не пострадаю?! Я живой человек! Ты не имеешь никакого права подвергать меня такой опасности! – Я закричала, не в силах сдержать гнев. Всё это было просто невыносимо.
Его взгляд даже не изменился.
– Это не я подверг тебя опасности. Это сделала ты, когда нащелкала те фото в переулке, – произнес он, словно это был неважный факт, как мелочь, которую он просто озвучивает.
Эти слова ударили меня, как молния. Ужас сковал меня от услышанного. Как это? Как я могла так оказаться в этой ситуации?
– Так это ты? Ты был в том переулке? – Медленно проговорила я, не веря в происходящее. Всё вокруг словно поблекло, а в голове, как застрявшая пластинка, крутились только эти слова.
– Я. Так же я тот кто удалил те фото с твоего телефона, – выдал он еще один шокирующий факт. Я стояла, не зная, что делать с этим знанием, с этой жуткой правдой.
Боже, не верю, что это происходит на самом деле. Я почувствовала, как мои ноги едва держат меня. Паника, отчаяние и злость переполняли меня. Это не могло быть правдой. Этот человек, стоящий передо мной, был тем самым мракобесом, который вламывался в мою жизнь, вырвал контроль и теперь пытался управлять мной.
Я снова посмотрела на него, и в этот момент во мне что-то тронулось. Злость, которая как огонь вырвалась наружу. Я не могла поверить, что он так спокойно всё это говорит, что он стоит передо мной, и продолжает манипулировать моей судьбой. Я замахнулась, словно собрав все силы, чтобы врезать ему по челюсти, сделать хоть что-то, что вернёт мне хотя бы часть контроля.
Я забыла о том, какой огромный и сильный мужчина стоит передо мной. Мне было не важно, сколько он может весить, сколько лет у него опыта, сколько людей он убрал за свою жизнь. Всё, что я хотела в тот момент, это, чтобы он почувствовал, что я не такая уж беззащитная.
Он резко схватил мою руку, которая, по моим расчетам, летела прямо в его башку. Его пальцы сомкнулись железной хваткой, и мгновенно он скрутил обе мои руки, не давая даже пошевелиться. Я взвизгнула от боли, едва сдержав слёзы, и не успела понять, как оказалась в его власти.
– Давай не будем, Ада, – его голос был холодным, даже не пытался звучать угрожающе, просто сухо и безразлично.
– Я сейчас отпущу тебя и уйду.
– Конченный ублюдок! – Выплюнула я, сдерживаемая его крепкими руками. Я не могла даже дернуться. Сердце стучало в груди так сильно, что казалось, оно вот-вот вырвется наружу.
Он усмехнулся, зная, что держит меня в своей власти, и снова сказал:
– Отпускаю на счёт три. Один… два…
И тут я почувствовала, как его хватка ослабла. На три он действительно отпустил меня. Мгновенно я подскочила, схватившись за ноющие от боли запястья.
Жгучая боль моментально ударила в мои нервы, но я не могла подумать о ней, слишком сильно я была ошарашена тем, что только что произошло.
– Я ухожу. Завтра я вернусь, – произнёс он, как будто это было для него просто дело. Его взгляд был странным, как на игрушку, с которой можно поиграть и оставить.
Потом он развернулся и, не сказав больше ни слова, вышел из квартиры. Я осталась стоять в пустой тишине. Дверь с глухим звуком захлопнулась за ним.
В тот момент я больше не выдержала. Ноги подкосились, и я рухнула на пол, разрыдавшись так, как никогда прежде. Горе нахлынуло внезапно, как мощная волна, от которой невозможно спастись. Мир потемнел, все звуки исчезли, оставив лишь удушающее ощущение безысходности.
Слёзы лились без остановки, и я не могла поверить, что всё это происходит наяву. Это не сон, не страшный фильм, который можно перемотать. Это была реальность – жестокая, холодная, от которой нельзя скрыться.
Я рыдала на полу, пока последние слёзы не покинули меня. Спустя два часа я уже просто лежала, иногда слабо всхлипывая. Чувство опустошённости заменило боль. Казалось, что мне больше нечего чувствовать.
Собрав остатки сил, я поднялась и направилась в ванную. Шаги были тяжелыми, как будто я несла груз собственного разбитого сердца. Подойдя к зеркалу, я увидела своё отражение: опухшие глаза, покрасневшее лицо, растрепанные волосы. В некоторых местах виднелись капли крови Давида, которые я не вытерла.
Я не смогла долго смотреть на себя. Отвела взгляд, с трудом включила душ и шагнула под поток воды. Закрыв глаза, я мысленно молила её смыть с меня весь этот кошмар, забрать боль, страх и хоть немного облегчить мою душу.
Выйдя из ванны, я на автомате побрела в спальню. Свет в комнате остался включённым – то ли от страха, то ли потому, что мне было всё равно. Пусть горит, пусть хоть всё сгорит, мне казалось, я больше не способна ни на что реагировать.
Я упала в постель прямо в махровом халате. Мягкие объятия одеяла и перины немного смягчили острый ком в груди. Я свернулась калачиком, обняв соседнюю подушку, как будто она могла заменить человеческое тепло.
Если честно, мне хотелось к маме. Как в детстве, когда стоило только прижаться к её плечу, и все страхи исчезали. Она бы спасла меня от этих страшных монстров, которые раньше жили только в моём воображении, а теперь перебрались в реальность.
Эта мысль убаюкала меня. Не успела я опомниться, как тяжёлые веки закрылись, и я погрузилась в царство Морфея. Мир остался где-то далеко, а в моих снах, наверное, я снова была маленькой девочкой, которая верила, что мама способна спасти её от всего.
Глава 6. Тор
В бинокль я наблюдаю за двумя охранниками, патрулирующими вход особняка, в который мне нужно попасть. На сегодня моя цель – Реган Кар. Для всех он успешный бизнесмен в сфере поставок строительных материалов, но за этим фасадом скрывается другая сторона: наркоторговля, контрабанда, черные деньги. Он попал на радары «Аспид», и теперь ему предстоит продать свои активы конкурирующей компании за гроши, та в свою очередь поглотит его бизнес в ближайшее время. Реган оказался слишком жадным ублюдком, чтобы довольствоваться честным бизнесом, и теперь его деньги, заработанные на наркоте, оставили жирный след, по которому я и вышел на него.
В ухе у меня наушник, на линии Ганс Рюстов – мой друг и по совместительству коллега. Мы оба попали в «Аспид» еще подростками. Сейчас Ганс – мои глаза и уши, а я – его руки.
– Заходи с западного входа, – говорит Ганс, – Реган только что поднялся с девушкой на второй этаж.
– Понял, – отвечаю, не отрывая взгляда от охранников.
Я весь в черном: водолазка, перчатки, джинсы. Внешность, без лишних деталей. Всё должно быть так, чтобы я сливался с тенью и не привлекал внимания. Вижу, как охранники проходят мимо, и в этот момент я исчезаю в тени, почти касаясь руками земли.
Я скользнул в сторону западного входа, остановившись в тени у стены. Проверил часы. До смены маршрута охраны оставалось несколько секунд.
– Сигнализация? – шепотом спросил я, поднимая взгляд на дом.
– Уже отключена, – ответил Ганс. – Добро пожаловать, приятель.
– Хорошо.
Двое охранников, что патрулировали периметр, начали двигаться к восточной стороне. Всё как по расписанию. У меня было не больше двадцати секунд, чтобы открыть дверь и оказаться внутри. Вытянув из кармана набор для взлома, я присел у замка. Несколько мгновений – и тихий щелчок сообщил о том, что преграды больше нет.
Я скользнул внутрь, закрыв за собой дверь. Полная тишина, даже гул вечеринки, доносящийся из гостиной, здесь не ощущался. Я оказался на кухне. Она была чистой и просторной: большие рабочие поверхности, стальной холодильник, ряд кастрюль, аккуратно расставленных на стойке. Никого. Повар, скорее всего, давно спит в своей комнате.
Тихо передвигаясь вдоль стены, я случайно задел локтем кастрюлю, стоящую на самом краю. Она начала падать, но моя рука сработала быстрее гравитации. Ловлю её за ручку, замерев на секунду, прислушиваюсь. Тишина. Аккуратно ставлю её обратно на место, убедившись, что теперь она стоит надёжно.
– О, вот это мастерство, – Тор повелитель кастрюль. – Как ты думаешь, найдется для тебя место в Асгарде?
– Можешь молчать? – буркнул я.
– Размечтался.
Я закатил глаза и продолжил движение. С кухни я попал в столовую – массивный деревянный стол, стулья с резной спинкой, стеклянная витрина с фарфоровой посудой. В этой части дома царила полная темнота, освещённая лишь светом луны, проникающим сквозь окна. Двигаться нужно было ещё осторожнее: каждое неверное движение могло выдать меня.
– Ладно, ковбой, – снова раздался голос Ганса. – Следующая остановка – лестница. Но будь готов, в гостиной охрана начала шевелиться.
Я приблизился к двери, ведущей к лестнице на второй этаж. Всё шло гладко, вдруг голос Ганса прервал мой внутренний таймер:
– Помеха на 12 часов.
– Принял, – ответил я шёпотом, мгновенно прижимаясь к дверному косяку.
Дверь передо мной открылась. В комнату вошёл охранник: низкий, коренастый, в идеально сидящем чёрном костюме, с тяжелой походкой.
Я затаился, дожидаясь момента. Как только он оказался спиной ко мне, я выскользнул из укрытия и резко обхватил его шею. Быстрым движением свернул ему позвонки, и его тело беззвучно обмякло в моих руках.
– Это было чисто, – пробормотал Ганс в наушнике. – Может, тебя повысить до уборщика?
Я не ответил, сосредоточившись на задаче. Подхватив тело подмышки, я аккуратно оттащил его к стене, уложил так, чтобы его случайно не обнаружили. Проверил время. Всё ещё в графике.
Подойдя к лестнице, я обернулся: тишина. Осторожно, чтобы не издать ни звука, я преодолел её за секунду. Второй этаж встретил меня длинным коридором, в конце которого слышались приглушённые голоса. Где-то рядом работал кондиционер, из-за чего создавался лёгкий гул.
– Второй этаж чист, – тихо сообщил Ганс. – Реган в дальней спальне с девушкой. Ты у цели.
Я провёл рукой по нагрудному карману, проверяя, на месте ли документы, которые нужно было заставить его подписать. Всё было под контролем.
Быстрым крадущимся бегом я достиг дальней комнаты. Теперь уже отчётливо слышал, как этот жирный ублюдок ворковал, отвешивая сальные комплименты своей спутнице. Ганс продиктовал:
– Помеха на 6 часов.
Я развернулся и быстрым шагом вернулся к началу коридора. Охранник медленно поднимался по лестнице, преодолевая последние ступени. Я дождался момента, когда он оказался на верхней площадке, и с силой врезал ему ногой в нос. Хруст. Мужчина начал заваливаться назад, но я быстро схватил его, притянув к себе, чтобы не создать шума.
– В комнате справа никого? – спросил я, удерживая обмякшее тело.
– Чисто, – ответил Ганс.
Я толкнул ближайшую дверь и вошёл в спальню. Осмотрев комнату, убедился, что всё в порядке, и уложил охранника на пол, сложив его руки так, будто он спал. Не идеально, но времени на подробности не было.
– Это уже перебор, брат, – услышал я в ухе голос Ганса. – Сначала кастрюли, теперь ты укладываешь людей, как детей.
– Замолчи, – бросил я, уже выходя в коридор.
Осторожно закрыв дверь, я снова вернулся к дальней комнате. Реган всё ещё был там, его низкий голос звучал фальшиво, сопровождаясь глупым хихиканьем девушки.
Вытащив пистолет из кобуры, я тихо повернул ручку двери и с нажимом открыл её. В тот же момент пистолет был направлен на Регана, а мой указательный палец прикоснулся к губам в жесте, требующем тишины.
– Ш-ш-ш, – спокойно прошипел я.
Толстяк и девушка застыли, как замороженные. Его влажное лицо покрылось каплями пота, а её глаза расширились от ужаса. Реган, в нелепом бархатном халате, который едва прикрывал его волосатый живот, поднял руки вверх в знак капитуляции. Девушка, прижав ноги к груди, обняла себя руками, не смея издать ни звука.
– Я буквально на пару минут, – иронично заметил я, выдерживая паузу.
Медленно, не убирая прицела с Регана, я подошёл к шкафу. Открыв его, увидел аккуратно развешанные костюмы и сорочки. Не теряя времени, сорвал с вешалки первую попавшуюся рубашку и бросил её прямо в лицо Регану.
– Одевайся, – приказал я холодно.
Реган торопливо схватил рубашку дрожащими руками, даже не пытаясь спорить.
– Быстрее, – добавил я, пристально глядя на него.
В комнате повисла напряжённая тишина. Девушка прижалась спиной к изголовью кровати, боясь пошевелиться, а Реган трясущимися руками пытался застегнуть пуговицы.
Реган стоял передо мной в одной лишь рубашке, которая едва прикрывала его огромный живот. Его маленький хер скрывался за складками плоти, создавая комичное зрелище.
– Какой ты жалкий, – я поморщился от отвращения.
– Чего вы хотите? – его голос дрожал. – У меня есть деньги! Я дам вам сколько…
– У тебя другая реплика, – перебил я его.
Толстяк замолчал, не в силах отвести взгляд от ствола пистолета.
– Теперь садись в кресло, – указал я на массивное кожаное сиденье у стены. – Когда я включу камеру, ты скажешь, что принял решение продать свою компанию. Добавишь, что тебе сделали выгодное предложение по слиянию двух фирм. А потом в кадре подпишешь бумаги, которые я принес с собой. – Я постучал пальцем по карману, обозначив их наличие.
– Вы с ума сошли! – Реган зашипел, как загнанная в угол крыса. Его руки начали метаться в воздухе, как будто он пытался найти невидимые пути к спасению.
– Опять не по тексту, – сказал я, вздохнув, как разочарованный учитель.
– Я не стану этого делать! – выпалил он, обретя остатки храбрости.
– Это мы еще посмотрим. – произнёс я с лёгкой усмешкой, и комната почти треснула от напряжения.
Я вытащил из кармана складной нож.
Лезвие с тихим щелчком выскочило из рукояти, сверкая сталью в тусклом свете настольной лампы.
– Я, знаешь ли, сначала подумал отрезать тебе член, – задумчиво проговорил я, разглядывая лезвие. – Но найти его, похоже, будет сложновато. Поэтому, думаю, начну с пальцев на ногах. Как тебе такой вариант?
– Что? – голос Регана поднялся на октаву. – Пожалуйста, не делайте этого! Я всё подпишу, всё скажу, только не надо, умоляю!
Я слегка наклонил голову, притворно раздумывая, затем кивнул с лёгкой улыбкой.
– Вот и молодец.
Реган медленно попятился к креслу, стараясь не делать резких движений, как человек, пытающийся убежать от тигра.
Плюхнувшись на кожаное сиденье, он тяжело вздохнул. Кресло протестующе заскрипело, едва вмещая его огромную тушу.
Я достал телефон, открыл приложение камеры и направил объектив на дрожащего мужчину.
– Только постарайся сработать с одного дубля, – сказал я с ядовитой издёвкой. Угу?
Реган произнёс всё, как мне было нужно. Слова о «выгодном предложении» и «обдуманном решении» звучали настолько натянуто, что даже камера, наверное, смутилась. Он торопливо подписал документы, едва удерживая ручку в дрожащих пальцах. Теперь у меня было всё: и видео, и официальные бумаги, подтверждающие сделку.
– Молодец, Реган. Всё-таки иногда ты можешь быть полезен.
Я вытащил изоленту. Пара оборотов вокруг его запястий, затем ещё несколько – надёжно. Руки девушки я связал точно так же, но аккуратнее: она выглядела слишком напуганной, чтобы стать проблемой.
– А вот тебе бонус. – Я подцепил носок Регана и с удовольствием затолкал его в широко открытый рот. – Попробуй не выплюнуть, ладно?
С девушкой я обошёлся менее креативно – просто заклеил рот куском изоленты. Она смотрела на меня глазами, полными ужаса, но молчала, даже не пытаясь сопротивляться.
Я сделал шаг назад и посмотрел на обоих.
– Ну что ж, жди номинацию на «Оскар», – бросил я, отсалютовав насмешливым жестом.
После чего открыл дверь, не издав ни звука, и бесшумно скрылся в тени коридора.
– Теперь уходи через окно в комнате, где лежит охранник, – голос Ганса звучал спокойно, как будто мы обсуждали обычную прогулку.
Я двинулся к комнате у лестницы. Войдя внутрь, перешагнул через охранника, который всё ещё лежал там, где я его оставил, в той же неловкой позе.
– Даже не споёшь ему колыбельную? – язвительно поинтересовался Ганс в наушнике.
– Тоже хочешь послушать? Ответил я, подходя к окну и проверяя замок.
– Не отказался бы.
Я закатил глаза, приоткрыл окно и выглянул наружу.
– Ты привёл меня к этому окну, чтобы я спустился по дереву? – недовольно спросил я, оглядывая тонкие ветки за стеклом.
– Именно, – спокойно ответил Ганс. – Если на каноничного Тора ты не похож, то на Тарзана вполне.
– Обожаю с тобой работать, – прошептал я с сарказмом, открывая окно.
Забравшись на подоконник, я перепрыгнул на дерево, которое отозвалось шелестом листвы. Ветки подо мной качнулись, но выдержали. Я без лишнего шума спустился вниз, соскользнув с последнего сука прямо в густую тень сада.
– Как по учебнику, – пробормотал Ганс в наушнике.
Добравшись до забора, я без остановки перемахнул через него за долю секунды.
Стряхнув с себя налипшую пыль, я двинулся к своей машине, скрытой за небольшим леском. Операция прошла безупречно. Подойдя к своему черному BMW M8, я открыл дверцу и уселся в кресло водителя. Завел двигатель и, почувствовав легкое облегчение, поехал прочь, стараясь как можно скорее скрыться с места.
– Что там у Ады? – спросил я, поглощенный вниманием на дорогу.
– Тишина. – Ганс не торопился с ответом, но я знал, что он все контролирует.
– Ясно. Тогда на сегодня отбой, – произнес я, откидываясь на сиденье.
– Есть, сэр, – ответил он, не скрывая усталости.
Я глубоко вздохнул, почувствовав, как напряжение уходит. Машина скользила по пустым дорогам, и я направлялся домой. Ночь вымотала, но успех операции стоил усилий.
Глава 7. Тор
Шорох бинтов, скрип натянутой кожи на пальцах. Мешок передо мной казался живым врагом. Каждое движение – четкое, отточенное. Правый, левый, джеб, апперкот. Я всегда относился к тренировкам как к бою. Если не выкладываешься здесь, то в реальной схватке тебе конец.
Скинув насквозь промокшую майку, я отступил на шаг, пытаясь перевести дыхание. Пот стекал по вискам, спина горела от напряжения, но всё это было частью привычного ритуала.
Постепенно в голове начали всплывать воспоминания. Столько лет я уже оттачивая свое мастерство. Когда-то я и представить не мог, куда приведёт меня жизнь.
«Аспид». Организация, о которой большинство даже не подозревает, а те, кто знают, предпочитают молчать. Они работают в тени, устраняя проблемы, до которых не дотягиваются руки закона.
Я попал к ним почти случайно. Не было никаких трагедий, что превратили меня в «злого гения». Никаких смертей, обид или громких историй. Просто я был юнцом с горячей головой и очень дурным характером. Драки, разборки, визиты в полицию – типичная история, как мне тогда казалось.
Помню ту ночь. Драка в баре закончилась моим очередным визитом в участок. Полицейский, тащивший меня туда, лениво проворчал:
– Слушай, Торин, может, тебе уже членскую карту у нас сделать?
Он усадил меня на стул, и, оставив одного, ушёл. Через пару минут в комнату вошёл мужчина лет шестидесяти, седой, с жёстким взглядом. Представился он генеральским голосом:
– Хелмудт Вайнцирль.
Вайнцирль долго говорил. Его голос звучал спокойно, уверенно, будто он уже знал, чем всё закончится.
– Ты – талант, – сказал он, оценивающе глядя на меня. – Проблема только в том, что ты направляешь свою энергию не туда. Мы можем это исправить.
Он предложил мне работу, которую я тогда воспринял, как билет в шпионский фильм. Организация называлась «Аспид». Частная охранная и разведывательная структура, решающая «деликатные» вопросы для высокопрофильных клиентов или исходя из личных интересов.
Их задачи выходили далеко за рамки закона. Устранение ненужных фигур, срывы сделок, поставок оружия или наркотиков, добыча секретной информации – всё, что нельзя обсуждать публично.
Я тогда лишь пожал плечами. Почему бы и нет?
Так началось моё обучение. Бесконечные тренировки, физические и умственные. Нас учили всему, что только можно себе представить: обезвреживать бомбы, проводить операции в полевых условиях, владеть оружием, следить, манипулировать и даже допрашивать так, чтобы люди готовы были выдать всё свое грязное белье.
На первом же этапе я познакомился с Гансом.
Он выглядел совершенно не таким, как я. Уверенный, сдержанный, почти аристократ. Его отец был ветераном «Аспида», и Ганс с детства впитывал навыки агента. Мы быстро стали напарниками.
Ганс был глазами и ушами, а я – действовал на земле. На первой совместной миссии нам предстояло помешать улететь вертолёту с важной персоной на борту.
Помню, как Ганс хладнокровно объяснял через наушник, что делать:
– Тор, пилотируешь? Я отправляю координаты.
Мы захватили вертолёт, «птичку» я посадил прямо на базе «Аспида». Нас похвалили за чистую работу. После этого мы всегда работали в паре.
– Мне нравится, что из нас двоих, умный я. – смеялся Ганс.
Я вернулся к мешку. Скрип цепей, стук кулаков. Каждое движение возвращало меня в реальность, но память упорно держала сцены из прошлого.
После тренировки я сбросил бинты и стал собираться. Нужно было ехать к Аде.