Такая, как ты

Пролог

– Нет, это надо было променять меня на эту корову! – всхлипывала Аля, смахивая катившиеся по щекам слезы. – Да по ней косметолог плачет. Я уж молчу про ее жирные ноги. Нет, ты видела ее ноги?

– Видела-видела, – раздраженно ответила Ника. – Ты лучше на дорогу смотри, а то врежемся.

– Нет, ну как он мог, а! – продолжала реветь подруга.

Аля то и дело отвлекалась от дороги, смотрела заплаканными глазами на Нику, ища в ней поддержку.

– Аль, да черт с ним. Что ты так убиваешься? Можно подумать, на нем свет клином сошелся. Не он первый, не он последний, – философски изрекла Ника, которой уже порядком надоели причитания подруги.

– Может, я в него влюбилась по-настоящему. А он с этой дурой.

Глаза застилали пьяные слезы, Аля снова отвлеклась от дороги, порывисто втянула воздух, всхлипнула, смакуя свое горе. Маленький MINI Cooper вильнул вправо, и машина чуть не слетела в придорожную канаву.

– Господи, Аля! – завизжала Ника. – Ты нас убьешь.

Подруга резко нажала по тормозам, и машина встала. Нику бросило сначала вперед, а потом назад. Ремень безопасности больно впился под ребра.

– Совсем рехнулось. С утра надралась из-за какого-то козла! Давай еще разбей нас! – выругалась Ника.

– Не с утра, – икнула Аля, – а еще со вчерашнего вечера. И вообще, – снова икнула девушка, – садись сама за руль.

Аля вылезла из машины и, пошатываясь на высоких каблуках, распахнула дверь со стороны Ники.

– Ты же знаешь, что я плохо вожу, – выходя из «Мини», ворчала Ника.

– Лучше уж ты. Я вообще ничего не соображаю. У меня вон сердце разбито.

– Да-да, разбито.

Нике было не привыкать к пьяным истерикам подруги. Аля часто влюблялась, и почти так же часто ей разбивал сердце очередной ухажер. Как правило, все заканчивалось ревом, парой бутылок вина или чего покрепче, а через неделю, максимум две, девушка находила новую любовь. Так повторялось бессчетное количество раз, поэтому, когда сегодня утром Аля позвонила Нике, заливаясь пьяными слезами, та не особо удивилась. Вызвала такси и полетела спасать подругу в какой-то дом отдыха в Подмосковье, куда Аля приехала накануне на очередную тусовку с друзьями и новым парнем. По приезде Ника застала Алю в вечернем красном платье, которое заканчивалось там, где начинали расти ноги. Длинные платиновые волосы торчали в разные стороны и стали похожи на ведьмину метлу, по заплаканному лицу размазались остатки ярко-розовой помады. Ника помогла Але умыться и привести волосы в порядок. Когда они сели в машину, та рассказала, что новый ухажер на вчерашней вечеринке вдруг переключился на другую девушку и, не стесняясь Али, отжег с ней по полной программе. Ника не удивилась: в тусовках золотой молодежи не было постоянных отношений, постоянным было только одно – бесконечные вечеринки, пьяные дебоши и оргии. Аля тусила беспрерывно и так же беспрерывно влюблялась и разочаровывалась. Сама Ника лишь пару месяцев назад вернулась в Москву после завершения учебы в Англии и в столичную тусовку еще не влилась полностью. С Алей они подружились давно, еще в средней школе, и хоть порой не виделись по несколько месяцев, но понимали друг друга с полуслова.

Поменявшись с Алей местами, Ника села за руль. Приноровиться к правостороннему движению у нее получалось плохо, поэтому ехала она с опаской, а Аля продолжала изливать из себя потоки слез и желчи, возмущаясь тому, что очередной парень променял ее на какую-то неизвестно откуда взявшуюся девицу.

Ехали по почти пустынной трассе, пролегавшей между полем, засаженным клевером, с одной стороны и лесополосой – с другой. Мимо лишь изредка проносились автомобили, поэтому Ника почувствовала себя более уверенно и прибавила газу. После нескольких лет жизни в Англии, где было левостороннее движение, она все еще опасалась садиться за руль в Москве. За болтовней Али Ника не сразу заметила, как сзади их догнал черный «Порше». Водитель кроссовера то и дело норовил обогнать Нику, но ехала она прямо по середине полосы. Слева «Порше» мешал разделительный барьер, а Ника не собиралась съезжать на обочину, чтобы пропустить настырного водителя. Да и не могла она. Из-за непривычки ее «Мини» и так водило из стороны в сторону. Ника боялась, что попробуй она чуть съехать вправо, и колеса машины обязательно соскочат с дорожного полотна. Канава на обочине была неглубокой, но крошечный автомобиль мог запросто перевернуться, учитывая неуверенность сидевшей за рулем Ники.

– Пропусти его, – сказала Аля, уставившись в маленькое зеркальце и усиленно подкрашивая губы.

– Обойдется. Я здесь точно кувыркнусь.

– Да нормально все будет. Съедь чуть вправо, – пьяно хмыкнув, продолжала настаивать Аля.

– Сама бы садилась за руль и съезжала, – зло ответила Ника.

– Я пьяная.

– Вот именно.

Водитель «Порше» попытался протиснуться между «Мини» и ограждением. Он почти поравнялся с Никой, и она увидела, как мужчины в кроссовере, опустив окна, что-то кричали ей, а наглый водитель даже послал воздушный поцелуй. «Не пропущу, – злорадно подумала Ника. – Размечтались». Она нажала на газ – «Порше» не отставал.

– Ой, да пропусти ты их, – Аля вдруг дернулась вперед и вцепилась в руль, выворачивая его. «Мини» вильнул вправо.

– Дура, что ты творишь! – рявкнула на пьяную подругу Ника.

«Порше» тем временем обогнал их, но Ника, почувствовав, что переднее правое колесо соскочило-таки с асфальта, выкрутила руль влево. Машина снова поймала сцепление с дорожным покрытием всеми четырьмя колесами, однако в следующую же секунду «Мини» впечатался в зад кроссоверу. Ника вдавила по тормозам.

– Блин! – выругалась она, зло взглянув на Алю.

– Ой! – только и пискнула подруга.

– Вот тебе и ой.

Двери остановившегося чуть впереди «Порше» открылись. Из машины почти одновременно вышло трое мужчин. Все высокие, в черных костюмах, белых рубашках и с бабочками на шее. Все черноволосые, бородатые, в темных очках.

– Ой-ой-ой-ой-ой, – испуганно запищала Аля. – Кавказцы, кажется.

– И что теперь делать будем? – испепеляя Алю злым взглядом, спросила Ника.

– Может, обойдется. Вроде приличные парни, – неуверенно промямлила Аля.

– Ты посмотри на эти рожи, – огрызнулась Ника. – Сейчас эти приличные парни нас прикопают прям вон в том леску.

Аля тем временем начала усиленно осматривать себя, пытаясь привести в божеский вид волосы и платье.

Один из мужчин стукнул в стекло, и Ника на сантиметр опустила окно.

– Выходи, разбираться будем, – потребовал мужчина.

Ника ничего не ответила и закрыла окно. Ей вдруг стало не по себе. Мужики хоть и были прилично одеты, но больше походили на головорезов, чем на мирных обывателей.

– Надо ГИБДД вызывать, – решила Ника, доставая мобильник.

– Какое ГИБДД. Я пьяная еще, а у тебя доверенности нет, – возразила Аля. – Подожди, я сейчас мирно все решу.

Она, не дав Нике опомниться, разблокировала дверь и вышла из машины. Все трое мужчин, как по команде, стянули с глаз темные очки и оценивающе окинули Алю взглядом. Аля, конечно, была красотка: длинноногая, с огромной грудью, тонкой талией, да и красное платье почти ничего не скрывало. Ника испугалась, что их сейчас с Алей эти три богатыря не только в лесочке закопают, но сделают и что похуже.

– Ребят, давайте все полюбовно решим, а? – заворковала Аля. – Я вам сейчас все объясню. Это моя машина и за рулем должна быть я, но я сегодня выпила и не могла вести, – тараторила она, – поэтому Ника и села за руль.

– Да твоя Ника тоже подшофе, судя по тому, как она водит, – усмехнулся один из мужчин, бросив взгляд на Нику, которая все еще сидела в «Мини», и грубо крикнул: – Че сидишь, выходи, или описалась от страха?

Нику затопила злость, и она решительно распахнула дверь авто. Одета она была не так эффектно, как Аля, но модные рваные джинсы соблазнительно оголяли ноги в самых неожиданных местах, что все трое «головорезов» сразу же оценили, скользнув по девушке сальными глазами.

– Ты мне новую машину разбила, красотуля, – сказал тот, кто, видимо, сидел за рулем «Порше».

– Да ты сам зад мне подставил, сам и виноват, – отрезала Ника.

– Зад твое дело подставлять, красотуля, – растянулся в нахальной ухмылке мужчина, окидывая девушку влажным взором. – Хочешь, прямо сейчас?

– Думаешь, сел в «Порш» и любая тебе даст? – хмыкнула Ника. – Лучше катись, куда ехал, а не то…

– А не то – что? – саркастично скривил губы мужчина, подходя к девушке вплотную.

– Ребят, ребят, давайте все полюбовно уладим, а? – затараторила Аля.

– Полюбовно, говоришь? – нагло улыбнулся другой мужчина. – Это мы с удовольствием. Только полюбовно и больше никак. Да, брат?

Водитель «Порше» бегал по Нике взглядом черных глаз.

– Ну, красотуля, что смотришь? Как за машину расплачиваться собираешься? – широко улыбнулся он.

– Никак, – усмехнулась она. – Сейчас приедет дорожная полиция и представитель страховой компании, и они все тебе разложат по полочкам.

– Какая полиция! Ника! – заверещала Аля. – Ребят, вы скажите, сколько денег, и я заплачу, а? Давайте без полиции, ладно?

– Я не против, – растянулся в наглой ухмылке водитель «Порше», не сводя плотоядного взгляда с Ники. – Но на моих условиях.

– Интересно, что же это за условия, – процедила сквозь зубы Ника. Глаз она не отводила, дерзко отвечая на нахальный оценивающий взгляд.

– Ты сходишь со мной на свидание, – мужчина красноречиво поиграл бровями. Со стороны его друзей послышались смешки.

– Да конечно! – взвилась Ника.

– Конечно, сходит! – перебила подругу обрадовавшаяся Аля. – Она с удовольствием сходит.

– Аля! – одернула Ника девушку, но та ее не слушала.

– Записывайте телефон… Аля взяла ситуацию в свои руки и не дала Нике и слова вставить.

Через пять минут «Порше» укатил, а Ника возмущенно орала на подругу.

– Да что ты взъерепенилась? Красивый парень, просто сладенький! И всего-то одно свидание! Заметь, ты ему тачку разбила, а в результате мы даже ни копейки не заплатили. И главное – никакой полиции.

– Да, зато я должна идти на какое-то там свидание с этим напыщенным индюком!

– Ну и что. От тебя не убудет, зато поможешь подруге, – растянулась в довольной улыбке Аля. – Я бы вот с ним с удовольствием сходила на свидание, но ему, видимо, твой непокорный нрав по душе пришелся, – рассмеялась Аля. – Поехали уже.

Ника, все еще продолжая ругаться, тронула машину с места.

– Слушай, а чего ты так полиции боишься? – спросила она, подозрительно покосившись на Алю. – Ну, подумаешь, я сидела за рулем. Заплатили бы штраф или что там полагается – и всех дел-то.

– Да если бы все так просто было, – вздохнула Аля. – Во-первых, ты не вписана в мой ОСАГО. К тому же он у меня просроченный.

– Ну ты даешь, – удивилась Ника и тут же добавила: – А во-вторых, видимо, что-то еще более страшное?

– Ага. У меня права отобрали месяца три назад.

– За что?

– За вождение в пьяном виде, – хихикнула Аля.

– Подожди! А как ты без прав вчера за руль села? – все больше поражаясь безалаберности подруги, спросила Ника.

– Так и села. Машину-то у меня пока не отобрали, – пожала плечами Аля, будто поражаясь недогадливости подруги. – Вот я и катаюсь.

– Ну ты и овца, – покачала головой Ника. – Мало того, что ты водишь без прав, водишь пьяная, так еще и меня подставила, подписав на свидание с этим самовлюбленным мачо!

– Да брось ты, всего-то одно свидание… – зевнула Аля. – Голова болит и спать хочется. Толкни меня, как к дому подъедем.

Глава 1

Перевернувшись на бок, Саид понял, что еще одно движение и его голова лопнет, как переспевшая дыня. Он попытался открыть глаза – под веки будто насыпали песок, а глазные яблоки так пересохли, что скрипели. Во рту был мерзкий привкус выпитого за вчерашний день и вечер алкоголя. Саид простонал и, все же кое-как разлепив глаза, с трудом дотянулся до мобильника, часы на котором показывали почти одиннадцать. Мужчина снова откинулся на подушки, и его рука тут же угодила во что-то мягкое и неприятно теплое. Он скосил глаза и увидел спящую рядом женщину.

– Блин… – простонал Саид, еле ворочая языком.

Он сел в кровати. Слишком резко. В глазах тут же потемнело, к горлу подступил тошнотворный комок. Он ошалело огляделся и заметил бутылку воды на прикроватном столике. Саид открутил крышку и сделал несколько жадных глотков. Вода оказалась противно-теплой, но тошнота отступила.

Саид немного пришел в себя и уже с большим интересом уставился на спящую женщину. Хоть черепную коробку ему вскрывайте, но он не помнил, кто эта дамочка. Тем более не помнил, как он оказался в ее постели. А то, что постель была именно ее, а не его, он понял сразу. Дома в спальне шторы всегда плотно задернуты, чтобы после вот таких возлияний его не будил свет. А здесь вон вся комната залита солнцем.

Женщина пошевелилась, но не проснулась, лишь перевернувшись на спину. С ее обнаженного тела сползла простыня. Все, что было ниже шеи, Саида с похмелья не привлекало. Ночью они наверняка хорошо покуролесили, только он ни черта не помнил, тупо уставившись на лицо незнакомки. В памяти что-то шевельнулось, какие-то неуловимые признаки узнавания, но тут же испарились. По подушкам и голой груди девушки разметались светлые спутавшиеся волосы. Где-то он уже это видел. Саид потряс головой и понял, что не надо было этого делать: снова подступила тошнота. Он поднялся и, как был, голым прошествовал в ванную, включил холодную воду и долго стоял под душем, пытаясь прийти в себя. Он прекрасно помнил, что вчера была свадьба его старших братьев. В голове вдруг всплыло, как он танцевал с Ритой, невестой Ратмира, вернее, теперь уже женой.

– Ну что, теперь, значит, и ты у нас Закаева? – ведя Риту в танце, спрашивал Саид. Свадьба была в самом разгаре.

– Да уж, теперь и я Закаева, – засмеялась Рита.

– Ты у меня Ратмира украла, Дашка – Руслана, совсем я один остался, – наигранно расстроенным голосом посетовал Саид.

– Может, и тебе пора, а? – подмигнула ему Рита.

– Ты хоть не начинай, – простонал Саид. – Отец мне и так уже всю плешь проел.

Они еще немного потанцевали, а потом Саид вернул невесту жениху. И все бы прошло и закончилось хорошо, если бы чуть позже его не нашел Валид Исмаилович и не заявил:

– Следующая свадьба – твоя.

Саид даже ответить не успел, как отец продолжил:

– Я на днях позвоню Покровскому, и мы организуем твою встречу с его дочерью, твоей будущей женой.

– Отец, – попытался возразить Саид. Однако Валид Исмаилович ткнул сына пальцем в грудь и сказал:

– И не отнекивайся. Познакомитесь, узнаете друг друга получше, ну а там и о свадьбе поговорим.

Валид Исмаилович ушел, как бы поставив этим точку в разговоре с сыном и окончательно отметя все возражения. Вечер был безнадежно испорчен. Саид распрощался с братьями и их невестами, нашел в толпе гостей двоюродного брата Марата и дернул с ним в ночной клуб. Здесь, с горя, он оторвался по полной. Выпил столько, что хватило бы на четверых, а потом, кажется, позвонил какой-то девчонке, и она тут же приехала. Вечеринка продолжилась. Точно! Вот оно! Саид вспомнил небольшую аварию, в которую угодил по дороге на свадьбу, и двух девушек в красном «Мини». Он же щедрой рукой отказался от возмещения ущерба в обмен на то, чтобы маленькая белобрысая стервочка сходила с ним на свидание. Ника. Так, кажется, ее называла подруга? Подождите, подождите! Тогда почему сейчас там, в спальне, на кровати растянулась та самая подруга, а не Ника? Саид вылез из душа и, найдя еще не распакованную зубную щетку в одном из шкафчиков, почистил зубы. Полюбовался на свое отражение в большом зеркале. Под глазами залегли черные круги. Белки прорезали красные вены. Лицо, кажется, даже опухло.

– Красавчик, блин, – выругался на себя Саид.

Он вернулся в спальню и начал быстро одеваться, искоса поглядывая на посапывавшую девушку. Он наконец-то вспомнил, что, выпив изрядную порцию коньяка вместе с Маратом, решил позвонить по тому номеру, что оставила ему девушка после аварии. Саид-то рассчитывал просто поболтать, не надеялся, что Ника посреди ночи приедет в «Клуб». А она приехала. Вернее, не она, а вот эта ее подружка. Аля, кажется. Как оказалось, номер телефона был ее, и именно она и примчалась в ночной клуб. Отдохнувшая, протрезвевшая, почистившая перышки, но в не менее вульгарном платье, чем была утром.

– Ты не Ника, – пьяно констатировал Саид.

– Нет, но машина была моя, мне и расплачиваться, – томно проворковала Аля.

– Но телефон подружки ты мне все-таки дай, – настоял Саид, когда Аля влила в себя третью по счету порцию «Дайкири».

Аля не возражала и продиктовала Саиду телефон Ники, а потом вцепилась в лацканы его пиджака и смачно поцеловала в губы.

– М-м, я сразу Нике сказала, что ты объедение.

«Я ж не эту девушку хотел», – промелькнуло где-то на дне сознания.

– А какая на хрен разница, – произнес Саид вслух и притянул платиновую красотку к себе.

Что было дальше, Саид не помнил. Видимо, они еще пропустили по стаканчику, а потом Аля привезла его к себе. И вот результат: голова раскалывается, в рот будто кошки нашкодили, в мыслях – полный кавардак. «Надо анализы сдать и заканчивать шляться», – решил Саид, вдруг вспомнив, как его старший брат однажды, на спор, чтобы затащить женщину в постель, заявился к ней со справкой от венеролога. У Саида справок никто не требовал, да и вряд ли когда-то потребует, но ради собственного спокойствия в больничку сходить не помешает. Вообще-то, он за здоровьем следил, часто сдавал анализы и всегда практиковал только защищенный секс. Правда, про вчерашнюю ночь он ни черта не помнил. Когда Саид сел на край кровати, чтобы надеть ботинки, взгляд его упал на использованный презерватив, валявшийся рядом с урной для бумаг. Что ж, слава богу, что даже в полубессознательном состоянии его инстинкты сработали на ура. «А в больницу все равно надо. Хрен знает, что это за Аля».

Саид не стал вызывать такси в приложении смартфона. Боялся, что пока будет ждать, девушка проснется и придется с ней разговаривать, а этого он делать не хотел. Да и о чем им говорить? Он вышел из подъезда и, оглянувшись, догадался, что это район Хамовников. Выйдя к проезжей части, Саид начал ловить попутку, которая не заставила себя долго ждать.

– Царев Сад, – бросил он водителю и, откинувшись на сиденье, прикрыл глаза, которыми все еще было больно шевелить.

Саид надеялся, что бурная ночь с Алей никак не отразится на его свидании с Никой. Та стервозная девчонка, с коротким до плеч каре ему понравилась. Вот с кем бы он отжег на трезвую голову! Говорят, утро вечера мудренее. Нет, Саиду придется выждать день-другой, а может, и недельку и только потом звонить Нике. Главное, чтобы Аля не растрепала подруге, что он с ней переспал. Правда, Аля сама так напилась прошлой ночью, что наверняка, проснувшись, тоже ни черта не вспомнит. Оно и к лучшему.

Глава 2

Ника лежала на кровати в своей спальне, задрав ноги на изголовье. Аля сидела на подоконнике распахнутого настежь окна и курила, стряхивая пепел на улицу.

– И что ты будешь делать? – покосилась Аля на подругу.

– Не знаю. Ума не приложу, как мне быть, – простонала Ника, накрывая лицо маленькой шелковой подушкой. Она деланно зарыдала, прижимаясь к прохладной кремовой ткани. Все в ее спальне было в кремовых тонах: светлое, цвета топленого молока, постельное белье, бежевое покрывало, плюшевые кресла цвета молочного шоколада, глубокого темно-коричневого оттенка тяжелые портьеры на окнах. И сама Ника была будто создана для этого интерьера: золотистая загорелая кожа и светлые, почти белые волосы до плеч, слегка завивающиеся на концах, что придавало ее облику романтического флера. Однако тот, кто знал Нику хорошо, с уверенностью мог заявить, что внешность ее обманчива: Ника не была ни романтичной, ни наивно-покладистой, что она и доказала вчера вечером, закатив родителям скандал.

Ника резко села и возмущенно зашипела:

– Это надо было удумать – найти мне жениха. Папаша совсем свихнулся.

Девушка вскочила с кровати и, преодолев комнату за несколько шагов, раздраженно выхватила сигарету у Али из рук.

– Говорила же тебе, не кури здесь.

Однако сигарету она не выбросила, а, вместо этого, сжала ее тонкими холеными пальцами и затянулась, блаженно закрыв глаза. Аля довольно хмыкнула. Ника бросила укоризненный взгляд на подругу, затушила сигарету в пепельнице и, не стесняясь, выбросила окурок в окно. Пусть мать потом орет на нее, но она отомстит ей с отцом хотя бы таким, детским, способом – забросает окурками их чудесный сад или прокурит к чертовой матери весь этот дом с его дорогущей мебелью, дизайнерскими обоями и другой коллекционной дребеденью, которой так гордился отец.

Особняк Покровских располагался в закрытом элитном поселке сразу на выезде из Москвы. Все здесь дышало изысканностью, миллионами и кичливым богатством. Родители Ники по праву гордились своим жилищем, а вот Ника за долгие годы жизни в Лондоне отвыкла от такой беззастенчивой показушности. Тем не менее роскошную жизнь Ника любила и была приучена к ней с раннего детства, ей всегда доставалось все только самое лучшее: самая дорогая машина, эксклюзивная косметика, наряды от топовых модельеров, собственная квартира в одном из самых дорогих жилых комплексов столицы, которую отец презентовал ей по случаю окончания Оксфорда, элитный отдых на шикарных курортах. А теперь чета Покровских оказалась столь щедра к своей любимой дочурке, что подыскала ей «самого выгодного жениха в Москве».

– Чтоб ему неладно было! – выругалась Ника.

– А кто он? – поинтересовалась Аля, спрыгивая с подоконника и усаживаясь в кресло.

– Без понятия.

– Ты, что же, даже имени его не узнала?

– Оно мне надо? – фыркнула Ника. – Замуж за какого-то кретина я не пойду. Вчера так и сказала отцу.

Ника не просто сказала, а проорала это так, что ее услышали, наверное, даже на Северном полюсе. Она не стала слушать аргументы отца и увещевания матери, хлопнула дверью и убежала к себе. Владимир Покровский был владельцем огромного международного холдинга. Он привык вести бизнес жестко и распоряжаться своими сотрудниками, будто взял их в рабство. Дочь свою он, конечно, любил, но для него она мало чем отличалась от подчиненных: у Ники было все, что ее душа пожелает, но за это отец требовал беспрекословного подчинения. Видимо, пришло и ее время платить по счетам. Однако характером дочь пошла в отца. Она вот уже два месяца притворялась милой и послушной дочуркой, и папочка души в ней не чаял. Но стоило ей сказать слово поперек, как Владимир Покровский вспылил. Ника в долгу не осталась. Орали они громко, перепугав всю прислугу. Даже мать, которая обычно служила буфером между сложно притирающимися друг к другу характерами отца и дочери, на этот раз не сумела их утихомирить.

Раздался стук в дверь, и в комнату вошла мать Ники. Анна Покровская была женщиной моложавой, и Ника многое взяла от внешности матери: обе стройные, загорелые, в обеих чувствовалась порода. Только у Анны Покровской волосы были более глубокого медового оттенка да цвет глаз отличался от серых глаз Ники.

– Вера, детка, – без предисловий начала она. – Володя все устроил. В пятницу в семь в ресторане «Ностальжи».

– А с чего вы взяли, что я туда пойду? Я же вчера, по-моему, четко обозначила свою позицию…

– И мы с отцом четко обозначили свою позицию. Тем более, это просто знакомство, которое пока, – на этом слове мать сделала красноречивую паузу, – тебя ни к чему не обязывает.

– А если я откажусь? – с вызовом вздернула подбородок Ника.

– Не откажешься, Вера. Будь умницей.

Мать потрепала дочь по макушке и ушла, ставя точку в их разговоре.

– Меня Ника зовут. Ве-ро-ни-ка! – закричала Ника в закрытую дверь, а потом, обессилев, рухнула на кровать.

Сидевшая до того тише воды ниже травы Аля сказала:

– Весело у вас.

– Да уж, смешно до коликов, – огрызнулась Ника.

Она лежала, уставившись в потолок. Аля взяла со столика глянцевый журнал и начала листать. По прошествии минут десяти Ника сказала:

– Пусть меня хоть режут, но на это свидание я не пойду. Еще и в какой-то «Ностальжи». Что за ресторан такой?

– Новый, туда сейчас очередь на полгода вперед, – выложила с энтузиазмом Аля. – Я еще там не была, не зовет никто, – грустно добавила она.

Ника села и уставилась на Алю, внимательно ее разглядывая.

– Что? – нахмурившись, спросила та. Она знала это выражение лица подруги. Ника явно что-то замышляла.

– Хочешь сходить в «Ностальжи»? – загадочно протянула Ника.

– Конечно, но я же тебе говорю: туда не попадешь просто так.

– На пятницу есть свободный столик, – расплылась в улыбке Ника.