Тайна лорда Кавендиша
- -
- 100%
- +
– Слышала, вы совсем недавно были в Лондоне, моя дорогая, – проскрипела мисс Вайтвиллоу. – Пришелся ли он вам по вкусу?
Маргарет подняла глаза на противную женщину, что уже успела вызвать в ней неприязнь. В гостиной повисла тишина, другие разговоры стихли, и стало так тихо, будто бы все, затаив дыхание, ждали ответа Маргарет.
– Отчасти, – сказала она.
– Какой же частью он вам приглянулся? – продолжила расспрос мисс Вайтвиллоу.
– Лондон – современный город. Там кругом даблдекеры, электричество, водопровод.
– Вы правы, мисс Маргарет, – вмешалась графиня Риверс. – Это все так облегчает жизнь. Здесь, в провинции, нет таких удобств.
– А еще там многие ездят на велосипедах, даже женщины, – с энтузиазмом сказала Маргарет, и глаза ее загорелись.
При этих ее словах мисс Вайтвиллоу осенила себе крестным знамением.
– Хватит нам и того, что женщины ездят верхом на лошадях, еще не хватало, чтобы леди оседлали эти чудовищные приспособления.
Маргарет не сдержалась и закатила глаза, что вызвало смех у мисс Кэтрин. Та, однако, быстро прикрыла лицо веером, скрывая за ним улыбку. «Интересно, что бы сказала мисс Бородавка, если бы узнала, что я уже выписала себе велосипед, и он на днях прибудет», – подумала Маргарет. К слову сказать, лорд Кавендиш велосипедов для женщин тоже не одобрял и не знал, что племянница собралась-таки освоить этот вид передвижения. Ставить его в известность Маргарет не собиралась, уже договорившись с Люси, а та, в свою очередь, с молодым конюхом Питером, что велосипед они припрячут в конюшне, а кататься будут подальше от дома. Горничная, которая была старше Маргарет всего на пять лет, тоже горела желанием освоить езду на велосипеде.
– А как вам лондонские балы? – спросила мисс Риверс, старшая из дочерей графини Риверс.
Она была не очень хорошая собой: слишком вытянутое лицо и тяжелая челюсть придавала ей сходство с лошадью. Однако этот изъян нивелировали довольно большие яркие глаза и подвижный рот. Присмотревшись к девушке повнимательнее, можно было даже счесть ее хорошенькой.
– Ох, мама! Я тоже хочу в Лондон, – простонала мисс Элизабет, младшая и более симпатичная из двух сестер Риверс. Она была под стать мисс Кэтрин: такая же яркая, такая же веселая и подвижная. Между ней и мисс Саммерхилл было гораздо больше сходства, чем между мисс Элизабет и ее родной сестрой.
– Давайте послушаем, что нам поведает о балах мисс Маргарет, – протянула мисс Вайтвиллоу, бросив на Маргарет такой осуждающий взгляд, что той тут же захотелось запустить в эту старую деву диванной подушечкой или чем потяжелее.
– Балы как балы. Слишком много на них народу, а в залах слишком душно, – пожала плечами Маргарет. – Однако наряды дам восхищают.
– Должно быть, вам довольно одиноко в Вестмуре, моя дорогая? – леди Саммерхилл наконец вмешалась в разговор и перевела его в более безопасное русло. – Теперь, когда мы свели знакомство, надеюсь, вы почаще будете составлять компанию моей Кэтрин. Она тоже часто скучает здесь.
– Я буду рада стать вашей подругой, – пробормотала Маргарет скорее из вежливости, чем из искренних побуждений. Она еще слишком мало жила в Вестмуре, чтобы начать скучать. Да и проведя десять лет в глуши северного графства, где у нее не было близких подруг, Маргарет привыкла сама себе находить развлечения, не нуждаясь в обществе сверстниц.
– Вы любите ездить верхом? – обрадовалась мисс Кэтрин. – Я заядлая наездница.
– Я тоже обожаю верховую езду, – с энтузиазмом поддержала ее Маргарет. Может, эта мисс Кэтрин не так безнадежна?
– И я, – заявила мисс Элизабет, а мисс Риверс поморщилась – лошадей она не любила.
– Вы, наверное, получили великолепное образование. Учились в пансионате? – поинтересовалась графиня Риверс.
– Нет, – призналась Маргарет. – Из-за того, что я долго болела в детстве, дядюшка посчитал, что будет правильным нанять домашних учителей. Так что в пансионате я не училась.
– А я считаю, что истинное образование леди может получить только под строгим надзором профессиональных учителей, – вздернула нос мисс Риверс. – Мы с Элизабет учились в школе миссис Вудстер в Брайтоне.
– А я посещала школу в Кэмдене, – сказала мисс Кэтрин и шепотом добавила для Маргарет: – Я оттуда сбежала при первом удобном случае.
– Сбежали? – ахнула Маргарет и восхищенно посмотрела на новую подругу.
– Энтони, мой брат, приехал навестить меня, и я нажаловалась на учительницу, которая заставила меня целый день просидеть в углу только лишь из-за того, что у меня волосы выбились из пучка.
– Какой ужас, – искренне посочувствовала Маргарет. Она представить боялась, что бы эти строгие учителя сделали с ней, доведись им увидеть, как она вытаскивает шпильки из волос во время верховой езды, позволяя ветру играть ее локонами.
– И что же ваш брат? – тихонечко спросила она.
– Увез меня и запретил матушке снова отправлять в это ужасное место.
Маргарет поняла, что не зря она радовалась своему домашнему образованию. Ведь дядюшка и правда выписал ей лучших учителей, и она получила обширные знания по истории, географии, математике и по другим наукам. В отличие от присутствующих здесь молодых леди ее действительно учили чему-то полезному, а не только правильной осанке, игре на пианино и вышиванию. Последнее она на дух не переносила, и каждый раз, когда миссис Эванс заставляла ее взять в руки пяльцы и нитки с иголками, колола себе пальцы в кровь.
Их беседу прервали мужчины, присоединившиеся наконец к дамам.
– Мисс Элизабет, сыграете нам? – попросила леди Саммерхилл. – Я так люблю, как вы играете на пианино.
Мисс Элизабет вежливо склонила голову, улыбнувшись герцогине, и, победоносно взглянув на Маргарет, прошла к пианино, попутно бросив такой многозначительный взгляд на Ларентиса, что Маргарет тут же догадалась: младшая из сестер Риверс была влюблена в графа.
Глава тринадцатая, в которой званый обед продолжается
Мисс Элизабет играла на пианино с чувством, вся отдаваясь не столько музыке, сколько желанию поразить окружающих.
Когда несколько композиций были сыграны, мисс Элизабет, взглянув на Маргарет с вызовом, сказала:
– Мисс Маргарет, теперь ваша очередь.
– Моя? – ахнула от неожиданности Маргарет.
– Вы ведь умеете играть? – вмешалась старшая мисс Риверс. – Не знаю ни одной настоящей леди, которая не умела бы играть на пианино.
– Маргарет умеет играть, мисс Риверс, – отозвался лорд Кавендиш. – Правда, ей еще не доводилось играть перед большой публикой.
– Не бойтесь, Маргарет, – улыбнулась ей леди Саммерхилл, – у нас тут собралась небольшая компания и совсем невзыскательная.
«Кто бы в это поверил?» – подумала Маргарет и прошла к пианино. Ей казалось, что каждый, находившийся в гостиной, кроме, конечно, ее дядюшки, смотрел на нее с сомнением, как учителя, перед которыми ей предстояло сдавать экзамен.
– Я помогу вам и буду переворачивать ноты, – подошел к ней сэр Джонатан Трэнси, и Маргарет одарила его благодарной улыбкой.
Однако, взглянув в нотную тетрадь, она поняла, что не сможет сыграть ничего из того, что было здесь представлено. Игра на фортепиано было вторым из ее нелюбимых занятий. Маргарет относилась к ней чуть более благосклонно, чем к вышиванию, но старалась садиться за инструмент как можно реже, несмотря на все уговоры, а то и крики гувернантки, которая жила у них с дядюшкой до ее, Маргарет, шестнадцатилетия. Когда подросшая Маргарет окончательно перестала ее слушать, лорд Кавендиш принял рациональное решение избавиться от мисс Каннингэм, а на ее место пригласили миссис Эванс.
– Пожалуй, Джонатан, ваша помощь мне не понадобится, – прошептала Маргарет.
– Почему же? – тоже шепотом спросил он.
– Я не умею играть ничего из представленного, зато могу кое-что другое.
Она опустила пальцы на клавиши, выдохнула, поймала на себе предостерегающий взгляд лорда Кавендиша, но все равно решила сделать по-своему. Вскоре гостиную наполнили звуки яркой, вспыхнувшей, словно утреннее солнце, веселой мелодии, в которой присутствующие не узнали ничего из ранее слышанного и столь любимого среди молодых леди, которые часто услаждали слух окружающих безупречной игрой на музыкальном инструменте. Маргарет играла вариацию на народную шотландскую песню, которой ее научил мистер Макгрегор, когда они жили в Нортхилз. Вообще-то, мистер Макгрегор был учителем танцев, но он учил Маргарет не только кадрили, вальсу или котильону, но и время от времени, особенно после пропущенного стаканчика скотча, усаживался за фортепиано и радовал свою ученицу чем-нибудь, по выражению лорда Кавендиша, непристойным. Тот, правда, хоть и ворчал, но сам заслушивался игре мистера Макгрегора. Но не играть же шотландские песенки здесь, в английском салоне, где собрались лучшие представители знати? Однако Маргарет уже было не остановить.
Она сыграла одну мелодию, за ней последовала вторая и наконец третья. Саму Маргарет переполняли эмоции, и ей хотелось пуститься в пляс.
Когда она закончила, на секунду в гостиной воцарилась мертвая тишина. Раскрасневшаяся Маргарет подняла глаза на дядюшку, но тот, кажется, побагровел от стыда и не смотрел на свою непослушную племянницу.
– Браво! – раздался голос того, поддержки кого Маргарет ожидала меньше всего. – Вот от такой музыки точно не уснешь, – проговорил граф Ларентис.
– Вы абсолютно правы, Ларентис! – подхватил Джонатан Трэнси. – Я в восхищении.
– Что это вы такое играли, милочка? – фыркнула мисс Вайтвиллоу.
Маргарет пожала плечами и ответила весьма туманно:
– Так, просто… – Скажи она правду, мисс Бородавку наверняка хватил бы удар.
Если присутствующие здесь молодые люди оценили игру Маргарет, то в лице Элизабет Риверс она явно нажила врага, да и ее старшая сестра явно не была в восторге. Мисс Элизабет взглянула на Маргарет зло и отвернулась, сказав капризно:
– Матушка, вы обещали устроить прием с танцами.
– Ах, дитя мое, ты абсолютно права. Мы обязательно устроим танцы в следующем месяце. – И графиня Риверс обратилась к лорду Кавендишу: – Лорд Кавендиш, надеюсь, вы с вашей племянницей не откажете и присоединитесь к нам.
– Всенепременно, – пробормотал лорд Кавендиш.
– Но до следующего месяца еще целая вечность, – вздохнула мисс Элизабет.
– А что, если нам устроить пикник? – предложил Джеймс Риверс, который до сих пор молчал.
Он был самым молодым из присутствующих сегодня гостей. Молодому наследнику графа Риверса едва исполнилось восемнадцать, а потому он еще не преодолел того юношеского стеснения, которое было присуще ему среди компании более взрослой.
– Отличная идея, Джеймс, – обрадовалась мисс Кэтрин. – Пикник! В этот же уикэнд. Ларентис, вы обещали нам прогулку на лодке, так что теперь не отвертитесь.
– Я к вашем услугам, мисс Саммерхилл, – засмеялся тот.
«Каков дамский угодник», – фыркнула Маргарет, а, встретившись с графом взглядом, тут же отвела глаза, вспомнив, в каком виде он лицезрел ее несколько ночей назад.
– Мисс Маргарет, вы же к нам присоединитесь? – спросил ее Энтони Саммерхилл.
Маргарет взглянула на дядюшку.
– Конечно, Маргарет будет рада выехать с вами на пикник, – кивнул лорд Кавендиш.
Он слишком долго скрывал Маргарет от всего мира, и как показал Лондон, делал он это совершенно напрасно, ведь так и не сумел уберечь Маргарет от сплетен и намеков на ту, давнишнюю историю с графиней Разумовской. Еще хорошо, что она оказалась достаточно умна и согласилась уехать из Лондона в самый разгар сезона. Останься они и дальше, неизвестно, что еще могли бы нашептать злые языки. Лорд Кавендиш знал, что герцогиня Саммерхилл не будет разносить сплетни, ведь и в ее семье было свое, грязное пятно. Но вот ее сестра, эта старая карга Вайтвиллоу с первого взгляда невзлюбила Маргарет и наверняка еще не раз намекнет племяннице на то, что ходят нелицеприятные слухи о ее происхождении. О том, что она вовсе не племянница лорда Кавендиша, а его дочь. Его и графини Разумовской. Анастасия Разумовская. Боже, как давно это было, но как свежи воспоминания…
Глава четырнадцатая, в которой появляется графиня Разумовская
Более двадцати лет назад
Ей не верилось, что она здесь. Она, простая девушка, Настя Разумова, обычная медсестра из районной больницы, здесь, на настоящем балу! Темно-розовое платье с тремя слоями нижних юбок колыхалось вокруг ног волнами. Длинные черные перчатки доходили выше локтей. Темные, почти черные, волосы собраны в замысловатую прическу и украшены диадемой из фианитов, которые для самой Насти сияли ярче любых бриллиантов. До самого конца она не верила, что у нее получится.
На эту авантюру Настю подбила лучшая подруга Даша, которая вот уже несколько лет мечтала попасть на викторианский бал, проводившийся ежегодно в Лондоне. Да и сама Настя разделяла эту мечту, только не верила, что когда-нибудь она сможет осуществиться.
– Где Лондон и где мы, Даш? – закатывала глаза Настя, стоило Даше упомянуть об их одной на двоих мечте.
– Вот ты всегда так. Никакой в тебе романтики!
– Какая, к черту, романтика, Даш? Мне двадцать семь, и у меня в паспорте уже штамп о разводе.
Бывший муж Насти, Сережа Белобоков, всю романтику из нее напрочь выбил тремя годами беспробудного пьянства. Все начиналось как у всех – сначала только по праздникам да в компании друзей. Потом резко настала пора «мне нужно расслабиться после работы». За ней последовали запои, похмелья, клятвы бросить и новые запои. Так что ни в какую романтику Настя больше не верила, однако идея подруги побывать на настоящем балу ей и самой казалась заманчивой. Заманчивой, но нереальной, ведь Даше непременно хотелось попасть в Лондон, чтобы все было точь-в-точь как в излюбленных подругами книгах о викторианской эпохе.
Однако четыре месяца назад их мечта начала сбываться. Вбежавшая в процедурный кабинет запыхавшаяся Даша, даже не обратив внимание на мужичка с приспущенными штанами, которому Настя ставила укол, на ходу переодеваясь в сестринский халат, выпалил:
– Настя! Я нашла.
– Чего нашла? – не поняла Настя.
– Не чего, а кого! Спонсора, благодаря которому мы поедем на бал.
– Спонсора? – Настя от удивления выпучила глаза.
– Ай! – поморщился от уколовшей ягодицу иглы мужчина. – Понежнее, Настюш.
– Игорь Петрович, я и так сама нежность, а вы каждый раз пищите, – хмыкнула она и медленно ввела лекарство. – Вот и все. Это последний. Не болейте больше.
– Спасибо, дочка.
Мужчина ушел. Настя выглянула в коридор и радостно выдохнула – не было больше страждущих, мечтающих об уколе. На всякий случай она повесила табличку с надписью «Кварцевание» на дверь.
– Пошли пока покурим, и я тебе все расскажу.
Они вышли на улицу через черный вход, и Настя откинула голову, зажмурив глаза, подставляя лицо теплым летним лучам солнца.
– Так вот. У мамы есть знакомый. У него свой бизнес, небольшой, но не это важно.
– Давай к делу, – попросила Настя. – А то знаю я тебя. Сначала десять других историй расскажешь, а потом про основное так и забудешь.
– Ну, нам же нужна виза в столицу туманного Альбиона? Нужна. А для визы двум молодым и красивым нужно что? Правильно – спонсор, который гарантирует, что нам есть на что там жить. В общем, мужик напишет нам подтверждение, что он нашу поездку спонсирует.
– Лучше б он не только подтверждение написал, но и правда проспонсировал, – засмеялась Настя.
– Ха! Я бы тоже от такого не отказалась, но что имеем, как говорится, тому и радуемся. Так что в четверг идем снова сдаваться на визы.
– Второго отказа я не переживу, – вздохнула Настя.
В прошлом году визы им не дали. Однако теперь все прошло как по маслу. Когда документы были готовы, пришло время позаботиться о бальных платьях. Для этого Насте с Дашей пришлось разыскать давнишнего Дашиного ухажера, который работал в одном из театров осветителем. Тот, в свою очередь, дернул костюмеров, те поскребли по сусекам и нашли двум русским красавицам новехонькие наряды для поездки на бал в Лондон. Даше пришлось пообещать, что по возвращении она обязательно сходит на свидание с тем самым ухажером, но делать этого она не собиралась, потому что мечтала на балу встретить ни много ни мало герцога или, на худой конец, графа и задержаться в Англии надолго, а лучше навсегда.
И вот две подруги действительно оказались на балу. Все было пышно, красиво, изысканно, только Настя никак не могла отделаться от чувства разочарования, разливавшегося внутри нее. Она прекрасно понимала, что нет тут никаких графов и герцогов и что большинство из присутствующих были такими же любителями истории, как и они с Дашей, которые просто заплатили за входной билет, просто приобрели, а, скорее всего, взяли напрокат наряды, просто вообразили себя кем-то, кем они не являлись. Нет, не то чтобы Насте хотелось, как ее подруге, повстречаться с герцогом, влюбиться и застрять в Лондоне навечно, но ей хотелось, чтобы этот бал был более аутентичным, более…
Настя вздохнула, не зная, какие слова подобрать, чтобы выразить свои чувства. После нескольких танцев объявили перерыв, во время которого подавались легкие закуски и пунш.
– Ни одного графа, но здесь море богачей, – шепнула подошедшая к подруге Даша. – Мужчина, с которым я танцевала, владеет сетью ресторанов по всему Лондону и предместьям.
– Это тот толстячок, больше похожий на выходца из Индии, чем из коренной английской семьи? – хмыкнула Настя.
– Много ты понимаешь! Он наверняка получил гражданство, так что какая разница, откуда он там выходец! – фыркнула Даша и унеслась прочь.
Заскучавшая Настя покинула зал, где был накрыт шведский стол, и поднялась по лестнице старинного особняка. Здесь, на втором этаже, кажется, было пусто. «Наверное, нельзя заглядывать во все эти двери?» – подумала Настя, но решила: раз тут нет охраны, то почему бы не посмотреть одним глазком? Может, хотя бы здесь, вдали от современной, но разодетой под старину фальшивой толпы, она отыщет крупицу былых времен?
Первая дверь, которую она попробовала открыть, оказалась заперта. За второй скрывалось темное пустое помещение. Пройдя мимо еще нескольких комнат, Настя нажала на ручку двери в самом конце длинного коридора.
Помещение было освещено свечами в подсвечнике, что стоял на столе. Вдоль стен тянулись высокие книжные шкафы, и Настя догадалась, что это кабинет или небольшая домашняя библиотека. У темного окна стояло изящное кресло, обтянутое парчовой тканью. Кресло было пустым, но Насте показалось, будто в него опустилась какая-то тень и начала сгущаться. По коже девушки пробежал озноб. Она отвернулась к одному из шкафов и осторожно провела пальцами по корешкам книг. Кожаные! И кажется, старинные.
Пламя свечей на столе колыхнулось, будто их потревожил порыв ветра. Настя вздрогнула и обернулась. Теперь в кресле она отчетливо видела темный силуэт, словно сотканный из дыма. Ей бы испугаться, но Настя, напротив, сделала шаг к нему, потом еще и еще один. И вот в кресле уже виден не просто силуэт, а мужчина. Он поднял на Настю глаза, в которых читалось изумление.
– Неужели правда? – пробормотал он и опустил взгляд.
Настя посмотрела туда, куда теперь уставился незнакомец. На маленьком низеньком столике, что стоял перед креслом, лежал раскрытый на две половинки кулон, внутри которого будто бы кипела лава, переливаясь серебром и золотом.
– Что это?
Она машинально протянула руку и, не соображая, что делает, схватила кулон.
– Осторожнее! – вскрикнул мужчина и ухватил Настину руку, которая сжимала кулон.
Перед глазами все поплыло, а мир закружился, затягивая ее в водоворот…
Глава пятнадцатая, в которой лорд Кавендиш проверяет правдивость старинной семейной легенды
Более двадцати лет назад
Вот уже четыре года, как Чарльз унаследовал титул герцога Делвинширского. Отец его, восьмой герцог Делвинширский Кавендиш, на смертном одре требовал, чтобы Чарльз незамедлительно, как только истечет время траура, женился на Анне Говард, дочери герцога Марборроу. Анну Чарльз не любил. Не просто не любил, а видеть не желал это бледное болезненное создание, которое, казалось, от страха перед женихом и двух слов не могло вымолвить. Однако наказ отца не исполнить было нельзя. Тем более вот уже почти год Чарльз Александр Кавендиш и Анна Говард были помолвлены.
Судьба оказалась благосклонна к новоиспеченному герцогу Кавендишу и нетерпима к Анне Говард: молодая невеста умерла за два месяца до свадьбы от легочной болезни. Как и полагается, лорд Кавендиш носил траур: сначала по отцу, потом по нелюбимой невесте. Но в душе он вздыхал облегченно, ведь теперь он сам мог выбрать себе супругу. Мог не выбирать вообще. Никто не привлекал взгляда красивого высокомерного герцога. Молодые леди, которых лорд Кавендиш встречал на балах, казались ему мало того что некрасивыми, так еще и глупыми. Он понимал, что жена нужна не для того, чтобы с ней вести задушевные беседы, а для того, чтобы продолжить процветающий древний род. Но лишь ради этого жениться на какой-нибудь серой мыши, вроде той, что когда-то присватал ему отец, теперь, оказавшись свободным, он ни за что не станет.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.