Я буду рядом

Глава 1

Мурад окинул неприветливым взглядом территорию. От огромных автоматических ворот широкая подъездная дорога вела прямо к дому, который, благодаря высокому фундаменту, надменно возвышался над окружающим ландшафтом. Машину Мурада на участок не пустили. Его самого обыскали на пункте охраны, заставив отдать пистолет. Это Мураду не понравилось, и он даже подумал отменить встречу, развернуться и уехать, но все-таки, наступив на горло поднявшемуся возмущению, зашел в открытую для него охранником дверь и двинулся в сторону дома.

Ему не нравилось, что он видел. Бугаи на воротах, похоже, отвечали только за них – на всей остальной территории Мурад, пока шел по дороге к особняку, не заметил ни кого-то из охраны, ни камер наблюдения. Мягкое покрытие скрадывало звуки шагов. Дорога разделяла территорию на две симметричные части: от самых ворот вдоль нее тянулась живая изгородь из выстриженных в квадратной форме кустов, а за ними были какие-то насаждения, больше напоминавшие разросшийся лес, чем регулярный парк. За сотню метров до лестницы, ведущей к входным дверям, дорога расширялась, превращаясь в большой ромбовидный пятачок, от которого слева и справа отступившие деревья открывали вид на широкую лужайку из идеально изумрудного газона, уходящего куда-то за дом.

Поднявшись к дверям, Мурад наконец-то заметил камеру видеонаблюдения, похоже единственную на всей этой огромной территории. Он нажал кнопку звонка и услышал где-то в глубине дома отдаленный перезвон. Однако никто не спешил открывать. Подождав чуть-чуть, он снова позвонил – и снова никакой реакции обитателей дома. «Охрана на воротах пустила незнакомца в пустой дом? Идиотизм», – выругался про себя Мурад и в очередной раз пожалел, что согласился на встречу с Чербицким. Он нажал на звонок в третий и, как он решил для себя, последний раз и не отпускал кнопку несколько минут, пока дверь наконец-то не распахнулась.

– Сдурел! – рявкнула на него полуобнаженная девица, открывшая дверь, и, не церемонясь, саданула его по руке, которую Мурад не успел убрать от звонка.

Он не ожидал, что откроют ему вот в таком наряде, вернее, почти в полном его отсутствии, а потому на несколько секунд просто опешил. Девчонка в крошечном розовом бикини, поверх которого был накинут незастегнутый прозрачный пляжный халатик, уставилась на него с гневом и презрением во взгляде. А Мурад как дурак уставился в ее идеальный загорелый живот, потом поднял глаза выше и увидел два аппетитных холмика.

– Что, впервые женщину увидел, что ли? – хмыкнула девица.

Мурад наконец-то пришел в себя и, смерив незнакомку, еще совсем юную девчонку, насмешливым взглядом, сказал:

– Я к Валерию Илларионовичу.

– Да уж вижу, что не ко мне.

Девица фыркнула, развернулась и, ничего не сказав, скрылась где-то в недрах дома, оставив, однако, дверь открытой. Мурад решил, что представшая перед ним фурия в бикини была очередной любовницей Чербицкого и, видимо, отправилась сообщить тому, что пришел посетитель.

Оказавшись в просторном, но довольно темном холле, Мурад поморщился. Дом Чербицкого мало чем отличался от десятков других домов, в которых жили клиенты Мурада. Здесь все говорило о богатстве его хозяина, но мало что – о его личном вкусе. Мурад ни черта не понимал в дизайне интерьера, но, кажется, вот этот китч назывался рококо: золото вульгарно сочеталось с мрамором и хрусталем.

Послонявшись по холлу пять минут, Мурад понял, что полуголая девица ушла по своим делам, а вовсе не для того, чтобы позвать Чербицкого. И что теперь прикажете делать? Орать, пока Валера сам его не услышит? Мурад встал напротив гобелена, который заменял обои в нише между двумя белыми колоннами: то ли фавн, то ли сатир играл на флейте возлежавшим на парчовых ложах томным полуголым девицам с огромными телесами. «Микеланджело недоделанный», – выругался про себя Мурад. Он не понимал, как такой вульгарщиной можно украшать дома. Однако Мураду пришлось признать, что на фоне барышень с картины девушка, открывшая ему дверь, выглядела как настоящая нимфа. «Хоть одежды на ней почти не было», – поморщился Мурад.

– Вы к Валерию Илларионовичу? – раздался за спиной Мурада мягкий голос.

Обернувшись, он встретился взглядом с красивой молодой женщиной. Она приветливо улыбнулась и протянула руку.

– Я Алла, жена Валеры. А вы, должно быть, Мурад Мусаев?

Мурад утвердительно кивнул.

– Извините, что так долго не открывали. С пункта охраны только-только сообщили, а мы были в летней беседке и не слышали, как вы звонили в дверь.

– Ничего, мне открыла какая-то полуголая девица и любезно впустила.

По лицу Аллы пробежала тень непонимания, а потом женщина снова улыбнулась.

– А, это, должно быть, Настя, – догадалась Алла. – Она целыми днями лежит у бассейна и редко удосуживается надеть на себя что-то более подобающее.

– А Настя – это…

– Это дочь Валеры от первого брака, – пояснила Алла. – Если вы не против, я провожу вас в кабинет. Валера сейчас переоденется и спустится к вам.

Мурад был не против. Пока Алла вела его полутемными коридорами в дебри дома, он многое успел подметить: и заманчиво округлые бедра женщины в обтягивающих светлых брюках, и то, что она была не намного старше своей падчерицы, и то, как в глазах ее промелькнуло раздражение при упоминании Насти. Да и неудивительно. Мурад видел девчонку всего несколько минут, а вызванная ею негативная реакция будет разноситься отголосками в его памяти еще ох как долго. Впрочем, как и золотистый цвет ее кожи, который вряд ли скоро исчезнет из воспоминаний. Мурад вдруг поймал себя на мысли, что ему хотелось бы прикоснуться к обнаженному животу девушки и узнать, такая ли бархатистая на ощупь ее кожа, какой кажется. Он тряхнул головой, отгоняя нескромные мысли. Там, откуда он родом, женщины не позволяли себе обнажать даже руки. А тут девчонка предстала перед ним почти в чем мать родила. Ни капли стыда у современных девиц не осталось!

– Хотите кофе или, может быть, лимонного чая со льдом? – предложила Алла, когда они вошли в кабинет.

– Просто холодной воды, – попросил Мурад.

Алла кивнула и ушла, оставив его одного. Красивая женщина, статная и мягкая. Чербицкий не дурак, знал, на ком жениться. Хорошо, что жену можно выбрать, в отличие от дочери…

Мураду принесли стакан воды со льдом, и он, ожидая появления Чербицкого, даже успел снова пожалеть, что согласился на эту встречу. Наконец дверь распахнулась, и, жизнерадостно улыбаясь, в кабинет вошел высокий подтянутый мужчина с юношеским румянцем на щеках.

– Мурад, дорогой, – начал он с порога, – прости, что заставил тебя ждать.

Мурад поднялся навстречу вошедшему и протянул руку. Рукопожатие Чербицкого оказалось по-женски мягким, в отличие от Аллы, чья рука показалась Мураду твердой, по-мужски сильной.

– Как поживаешь, Мурад? Как жена, как дети? – спросил Чербицкий и, тут же засмеявшись, добавил: – Знаю, знаю, что не женат. А я вот снова влип.

– Поздравляю, – сухо кивнул ему Мурад. – С твоей женой я только что познакомился.

– Да-да, – рассеянно ответил Чербицкий и прошел к черному кожаному креслу за письменным столом.

– Давай сразу к делу? – предложил Мурад. Долгое расшаркивание было не в его привычке, да и Валерий Чербицкий не был его другом или даже приятелем, чтобы вести с ним долгие беседы.

Чербицкий, мгновенно посерьезнев, согласно кивнул и сказал:

– Мне срочно нужен хороший телохранитель.

– Я слышал, у тебе целый штат охраны.

– Да что это за охрана. Ты же сам все видел? – Он вопросительно взглянул на Мурада. – Что скажешь?

– Откровенно?

– Конечно.

– Хреновая у тебя охрана, Валера, – усмехнулся Мурад.

– Что, совсем все плохо?

– Ну, – Мурад пожал плечами, – на воротах машину, конечно, не пропустили внутрь, и твои амбалы даже попросили сдать оружие. А что толку? – С этими словами Мурад нагнулся и вытащил из носка небольшой нож. – Меня даже не обыскали, а ведь у меня, помимо этого, может быть припрятано оружие посерьезнее.

– Идиоты, – выругался Чербицкий.

– Что за парни на тебя работают?

– Да так, нанял ребят из одного ЧОПа. Лучшего в городе.

– Что-то не похоже. Территория не охраняется совсем, камер нет. Мне продолжать? – спросил Мурад.

– Вот потому ты мне и нужен, Мурад. У меня огромные проблемы, – нахмурился мужчина.

– Выкладывай.

– На Настю было совершено покушение.

– На твою дочь? – Мурад не сумел скрыть удивления.

– Да. Дважды. И я боюсь, Мурад, что если ты не поможешь, то третье покушение станет удачным.

Переварив информацию, Мурад, все еще надеясь, что он ошибается, спросил:

– Ты хочешь нанять меня в качестве телохранителя для своей дочери?

– Именно, – кивнул Чербицкий. – Эта тварь, кто бы он ни был, решил добраться до меня через дочь. – Он поморщился. – Я не переживу, если с Настей что-то случится. Она самое дорогое, что у меня есть, а потому доверить ее жизнь я могу только тому, в ком по-настоящему уверен.

Оба мужчины замолчали. Чербицкий, нахмурившись, что-то обдумывал, а Мурад пытался найти какую-нибудь правдивую отговорку, чтобы не ввязываться в это дело, но на ум, как назло, ничего не шло. Так уж случилось, что много лет назад Чербицкий помог отцу Мурада, спас его жизнь. Отца уже давно не было в живых, но долг родителя Мурад считал себя обязанным вернуть. Спасенная жизнь за спасенную жизнь. Благодаря Чербицкому отец Мурада пережил одну из бандитских разборок в девяностые, а теперь пришло время Мураду платить по счетам. И если для этого ему придется стать телохранителем той полуголой фурии, которая открыла ему дверь, значит, так тому и быть, хоть шестое чувство и подсказывало, что ничего хорошего из этого не выйдет.

Пока Мурад обдумывал сложившуюся ситуацию, Чербицкий вытащил мобильник и набрал номер:

– Настя, зайди ко мне в кабинет, – мягко попросил он и, видимо услышав недовольство в голосе дочери, уже более грубо прибавил: – Сейчас же.

Чербицкий выключил сотовый и покачал головой.

– Сейчас с дочкой познакомлю, – как-то обреченно сказал он.

– А мы уже почти познакомились, – ответил Мурад, и раздражение, проскользнувшее в его тоне, не скрылось от Чербицкого.

– Настя немного избалованна, как и все девочки в ее возрасте, но не думаю, что у тебя с ней возникнет много проблем.

– Сколько ей? – поинтересовался Мурад.

– Двадцать один.

Дверь распахнулась, и на пороге возникла девушка, в которой Мурад с трудом узнал ту полуголую бестию, которая наорала на него не далее как полчаса назад. Перед Мурадом предстала девушка из пятидесятых. На Насте была надета белая блузка без рукавов и пышная цветастая юбка длиной чуть ниже колена. Широкий ярко-желтый пояс так сильно утягивал тонкую талию, что та казалась осиной, а юбка от этого выглядела пышнее. На ногах девушки были надеты желтые, в тон поясу, туфли на высоком каблуке, а длинные волнистые волосы украшала крошечная шляпка, каким-то невероятным образом крепившаяся сбоку. Вуаль от шляпки слегка прикрывала лоб девушки. На красивых губах алела яркая помада.

Настя выглядела кричаще стильно. Она будто явилась из другой, давно ушедшей эпохи. Мурад поймал себя на мысли, что ему нравится то, что он видит. От этого его раздражение только усилилось.

– Настя, присядь-ка, – попросил Чербицкий. – Нужно поговорить.

Та искоса взглянула на Мурада, но послушно села в кресло напротив.

– Знакомься, это Мурад Мусаев, сын моего давнишнего друга…

– Только не говори, что будешь мне его сватать! – перебила девушка, брезгливо посмотрев на Мурада. Тот чуть не подавился, представив перспективу стать женихом этой разукрашенной куклы.

– Нет. Мурад будет твоим телохранителем, – объяснил Чербицкий.

– Пап, мы это обсуждали! Мне не нужен телохранитель, – недовольно завопила девушка.

– Вот именно, что обсуждали, и я решил, что нужен! – отрезал Чербицкий. – На тебя два раза покушались.

– А покушались ли? – фыркнула девушка, показывая, как сильно ей надоело мусолить данную тему. – Мне кажется, ты все преувеличиваешь.

Зацепившись за слова Насти, как за соломинку, которая могла бы помочь ему отказаться от этой работы, Мурад спросил, прервав перепалку отца с дочерью:

– Расскажите-ка мне подробно об этих покушениях.

Оба замолчали и перевели взгляд на Мурада. Затем Чербицкий сказал:

– На Настю кто-то сбросил огромный валун, когда она ходила в горы с друзьями два месяца назад.

– Да обычный камнепад, – возразила девушка. – Там часто бывают обвалы.

– Сначала все так подумали, но когда обследовали место, то стало ясно, что там кто-то приложил руку, чтобы этот камнепад случился, – парировал Чербицкий.

– Ерунда! – фыркнула Настя.

– А второе покушение? – спросил Мурад.

– Несколько дней назад в машине дочери взорвался бензобак.

– Но со мной же ничего не случилось, – снова возразила недовольная Настя.

– Только потому, что в тот день машину взял один из охранников, чтобы отвести ее на ТО.

– Парень пострадал? – спросил Мурад.

– Да, но, слава богу, остался жив.

– Машину проверили? Почему взорвался бак? – продолжал закидывать вопросами Мурад.

– Там ничего не ясно, – опережая отца, ответила Настя. – Он мог взорваться и сам по себе.

– Но и кто-то мог приложить к этому руку, – жестко сказал Чербицкий. – Я решил, что тебе нужен телохранитель, значит, он у тебя будет.

– И как, интересно, твой телохранитель предугадает, что мне на голову вот-вот свалится камень? – Настя вскочила, разозлившись. Мурад понял: эта девчонка привыкла, что ее капризам постоянно потакают.

– И не такое предугадает, если надо будет. – Чербицкий тоже поднялся.

Встал и Мурад. Оба мужчины были высокими, и Настя между ними казалась сущей крошкой, несмотря на высокие каблуки.

– Мурад свое дело хорошо знает. Он лучший, – примирительным тоном добавил Чербицкий.

Настя бросила злой взгляд на Мурада.

– Да какой из него телохранитель? Он же, он же… Он же вылитый террорист! – крикнула она и вылетела из кабинета.

– Не смей никуда уезжать из дома без моего разрешения, – заорал ей вдогонку Чербицкий.

– Что-то не похожа она на послушную девочку, с которой не будет проблем, – усмехнулся Мурад.

Чербицкий рассмеялся и развел руками.

– Моя дочь взбалмошна и любит все делать по-своему, но ведь это для тебя не проблема, Мурад? – И, посерьезнев, добавил: – Я и правда боюсь за ее жизнь.

– А на тебя с Аллой не было покушений? – спросил вдруг Мурад.

Чербицкий снова кивнул Мураду на кресло и сел сам.

– Ты знаешь, еще до первого покушения на Настю мне было несколько звонков с угрозами. Я тогда не придал им значения, и, видимо, зря.

– Видимо, зря, – согласился Мурад. – Рассказывай, кому ты перешел дорогу.

Глава 2

Настя, радостно размахивая мятного цвета маленькой сумочкой на золотистой цепочке, спустилась в холл. Она уже выбросила из головы разговор с отцом и его идею нанять для нее телохранителя. Однако все ее веселье тут же испарилось, когда Настя заметила сидевшую на диване Аллу с глянцевым журналом в руках. Та тоже, услышав шаги, подняла взгляд на падчерицу.

– Снова вырядилась как попугай, – скривила губы Алла. – Куда на этот раз?

– Не строй из себя заботливую мамочку, – не осталась в долгу Настя.

– Я и правда о тебе беспокоюсь, Настасья. Ты выглядишь вульгарно, ведешь себя вульгарно. Неровен час, люди примут тебя за девицу легкого поведения.

– Ты переигрываешь, Аллочка, – ехидно улыбнулась Настя. – Все мы прекрасно знаем, что в этом доме только одна эскортница. И это точно не я.

Алла побледнела, а Настя снова жизнерадостно крутанула в воздухе сумочку и легкой, летящей походкой направилась к входной двери.

– Неудивительно, что кто-то решил тебя убить, – донеслось ей вслед. – Вряд ли все эти покушения связаны с Валерой и его бизнесом, просто кому-то надоел твой грязный язык.

Настя на мгновение замерла, а потом, обернувшись, серьезно взглянула на Аллу.

– А ведь ты была бы очень рада, если бы тот камень упал мне прямо на голову или если бы я оказалась в машине, когда она взорвалась.

– Если ты думаешь, что это я все подстроила, то ты идиотка, – ледяным тоном ответила Алла и снова уткнулась в журнал. – Мне нет нужды марать руки, тем более теперь, когда мы с Валерой поженились.

– Как поженились, так и разведетесь, – засмеялась Настя. – Ты же прекрасно знаешь, как любвеобилен мой папа. Сегодня эскортница Алла, завтра ее товарка Вика.

– При чем здесь Вика? – Теперь в голосе Аллы слышался нескрываемый гнев.

– А ты думаешь, с кем папа летал на Фиджи?

Не желая дослушивать очередную тираду, которая вот-вот должна была автоматной очередью сорваться с губ мачехи, Настя выскочила за дверь и направилась в сторону ворот. Она хотела попросить Кирилла, водителя, подогнать машину туда, а не к дому, чтобы отец не увидел, что она все-таки уехала, но Кирилл почему-то не взял трубку. Вместо него с поста охраны ответил Петя и сказал, что все сделает как надо. Настя решила, что Кирилл просто отлучился на минутку. Ее воображение уже рисовало, как она прокрадется на условленное место и умчится в город, подальше от глаз отца и его треклятой жены. Папа, конечно, узнает и будет злиться, но пусть это случится после того, как Насте удастся ускользнуть из дома. Обычно она проделывала это незаметно, Кирилл всегда был готов помочь, но сегодня придется действовать более открыто, раз Петя уже в курсе ее планов. Петя, конечно, хороший, но очень уж осторожный.

Перепалка с Аллой ничуть не испортила Насте настроения. Это была не первая их ссора и наверняка не последняя. Полгода назад, когда отец привел Аллу в дом и объявил Насте, что собирается жениться, она была раздосадована. Настя привыкла к большому количеству женщин, вившихся вокруг отца. А чего тут удивительного? Валерий Чербицкий был еще не стар, держал себя в превосходной форме, а главное – он был богат и холост. Однако после смерти Настиной мамы, скончавшейся внезапно, когда девочке едва исполнилось пять, Валерий Чербицкий ни разу не заикнулся о женитьбе. Пока не появилась Алла. Настя не знала, чем взяла его эта женщина, но окрутила она отца быстро. И вот они оказались женаты, а Алла почувствовала себя не просто хозяйкой в доме, но и королевой.

Настя с удивлением наблюдала, как Алла, которая была старше нее на каких-то пять лет и о роде деятельности которой до встречи с Валерием Чербицким знали все, вдруг начала примерять на себя шкурку этакой аристократки в седьмом колене. Сексуально-облегающие платья, в которых она сопровождала мужчин вроде Чербицкого на раутах и вечеринках, исчезли – им на смену пришли наряды классического кроя и строгие костюмы. Вместо длинных отутюженных до блеска, выбеленных до белоснежности волос – мягкие чуть ниже плеч локоны теплого каштанового оттенка. Вместо туфель на шпильках – элегантные лодочки на небольшом каблуке. Кто не знал Аллу, наверняка мог принять ее за милую, воспитанную, изысканную даму. Но Настя видела ее насквозь. Она всех этих девиц видела насквозь, но никогда не была против того, что отец хорошо проводит с ними время. В конце концов, он здоровый мужчина, и женщина ему нужна. Но не такая, как Алла! Эскортница, которая не только играла роль второй половинки для какого-нибудь бизнесмена на очередном приеме, но наверняка и не гнушалась делить постель с тем или иным заказчиком. Конечно, это не проституция в прямом смысле слова, но ничем не лучше. А в Настиных глазах даже хуже: проститутки хотя бы не притворялись, а такие, как Алла, только делали вид, что они лучше, а на самом деле были хуже, гораздо хуже. Но дочери Валерия Чербицкого оставалось лишь смириться с выбором отца. Ну, или сделать вид, что она этот выбор приняла. С Аллой они друг друга на дух не переносили и не скрывали этого. Настя в глубине души надеялась, что такой поспешный брак закончится очень быстро.

А пока… А пока она вышагивала по дороге к воротам в предвкушении предстоящего модного показа и встречи с подругами. К тому времени, как Настя дошла до небольшой двери справа от ворот, она уже успела забыть о перепалке с Аллой. Жара стояла невыносимая. Красивая юбка с пышным подъюбником оказалась слишком громоздкой для такой погоды, и Настя пожалела, что не надела что-нибудь попроще. «Вырядилась как попугай», – вспомнила девушка слова Аллы.

– Сама ты попугай, – пробубнила она вслух. – Ничегошеньки не понимаешь в стиле.

Оказавшись за воротами, Настя не увидела ни автомобиля, ни водителя, а лишь охранника Петю, который, стоило девушке открыть дверь, тут же нарисовался перед ней огромным шкафом и загородил проход.

– Вам лучше вернуться в дом. – Петя скрестил руки на груди.

– И не подумаю! – вздернула подбородок Настя. – С чего бы это? Меня вон Кирилл ждет…

– Кирилла уволили, – усмехнулся Петя.

– Как уволили? – ахнула Настя.

– Из-за вас, Настасья Валерьевна, и уволили.

Значит, отец прознал, что Кирилл частенько помогал Насте, когда той нужно было уехать, а отец не позволял.

– А ты и рад.

– Конечно. Валерий Илларионович не из-за прихоти не позволяет вам ездить в город, когда вам вздумается. Сами знаете, что с Пашей случилось и с вашей машиной.

– Ой, и ты туда же! – всплеснула руками Настя.

– Идите-ка вы домой, – посоветовал Петя и сделал шаг вперед, нависнув над Настей всем своим двухметроворостым накачанным телом.

– Сам иди, – пискнула она, но сделала шаг назад. – Тебе не говорили, Петечка, что нарушать личное пространство другого человека неприлично.

– Неприлично папу не слушать, – снова усмехнулся Петя.

– Петь, миленький, мне очень нужно в город. Просто очень-очень, – сменила тактику Настя и сложила руки в молитвенном жесте. – Пожалуйста, пусти, а? А отцу скажешь, что не заметил меня.

– Нет уж, Настя, не велено. – Голос его хоть и смягчился и он снова перешел на «ты», как обычно и обращался к Насте, но сдавать позиции Петя не собирался. – Это для твоего же блага.

– Почему-то все лучше меня знают о моем благе! А у меня, между прочим, ретро-показ. Я, может, это платье месяц шила. – Настя чувствовала, как от обиды у нее задрожал голос. – А теперь что, получается, все зря?

– Извини, Настя, – совсем размяк Петя, – но Валерий Илларионович не велел.

– Я ее отвезу, – раздался за спиной Насти голос.

Петя вскинул удивленные глаза на появившегося в проеме двери Мурада. Настя тоже обернулась.

– А вы, собственно, кто? – спросил Петя, тут же нахмурившись.

– Ее телохранитель, – даже не посмотрев на Настю, кивнут тот в ее сторону.

– Давно ли? – саркастично спросила она и тут же начала укорять себя, ведь Мурад сейчас был единственным реальным шансом для нее выбраться из дома.

– Да, давно ли? – задал тот же вопрос Петя, моментально набычившись.

– С этой самой минуты, – отрезал Мурад.

В этот момент у Пети зазвонил мобильник, и по последующим нескольким фразам, брошенным охранником, Настя поняла, что Пете звонил ее отец и, видимо, инструктировал по поводу Мурада.

– Скажи, что я уехала с телохранителем на показ, а вечером у меня ужин с девочками, – шепнула Настя Пете, чмокнула его в небритую щеку, встав на цыпочки, и направилась к стоявшему в тени деревьев черному внедорожнику.

Машину эту Настя видела впервые, но догадалась, что та принадлежит ее новоиспеченному телохранителю. Телохранителю? Тьфу ты ну ты! Не было печали, да вот она явилась. Точнее, он. Настя лишь слегка повернулась и бросила деловито через плечо:

– Давай быстрее, я и так уже опаздываю!

Она, скорее, не услышала, а почувствовала, как Мурад недовольно скрипнул зубами, и улыбнулась. «Устрою тебе сладкую жизнь», – пообещала она. Настя была уверена, что никакой телохранитель ей не нужен, а те два несчастных случая, что произошли с ней, были всего лишь недоразумением. Кому нужно ее убивать? Ведь не могла же Алла нанять киллера, чтобы избавиться от надоедливой падчерицы? Та, конечно, Настю не любила, но не настолько же! Конкуренты отца? О делах Валерия Чербицкого Настя ничего толком не знала. Он вроде бы не какой-нибудь мафиози. Правда, Настя вспомнила, что когда отец отдыхал на Фиджи, то на его яхте случилась странная поломка, и судно пошло ко дну, чуть не утянув за собой всех, кто был на борту. Вспомнила девушка и странный разговор, свидетельницей которого стала некоторое время назад. Тогда ей показалось, что отцу кто-то угрожал, но когда Настя спросила, тот перевел все в шутку. Были ли это простые совпадения или отец прав и кто-то правда покушается на них?

Думать о плохом не хотелось, тем более в такой солнечный день. Тем более когда на ней умопомрачительный наряд. Тем более когда впереди ее ждет показ, куча шикарных платьев и встреча с подругами.