Зов призрачных сердец

Глава 1

Рада бросила взгляд на навигатор, включенный в телефоне. Ей казалось, что вот уже час показатель будто замер на одном месте: впереди и позади полотно неровной серой дороги, по обеим сторонам – хмурый лес; никаких опознавательных знаков, человеческого жилья или чего-то, что намекало: она все же движется к цели. Однообразная дорога, однообразный пейзаж – все это создавало ощущение замершего пространства.

Рада протянула руку к мобильнику, закрыла навигатор и снова открыла. Картинка на нем не поменялась. «Завис», – сделала она вывод.

Нервно барабаня по рулю, Рада проехала еще сотню метров и снова потянулась к телефону, отвлеклась на мгновение от дороги, начав тыкать в экран, чтобы оживить его. Вдруг за окном автомобиля мелькнула какая-то черная тень, которая накрыла и машину, и лес вокруг.

Испугавшись, Рада дернулась. Руль вильнул, и она тут же резко выкрутила его в противоположную сторону. Машину повело по скользкой грязи, и Рада ударила по тормозам, пытаясь избежать столкновения с деревом.

Все обошлось, и капот застыл в десятке сантиметров от ствола осины.

Облегченно выдохнув, Рада взяла с подставки телефон, пытаясь оживить навигацию, и только теперь заметила, что сигнала не было.

– Ну отлично, – пробормотала она, посмотрела на скучный пейзаж вокруг и вдруг вскрикнула – на капот, громко каркнув, уселась огромная черная ворона. – Кыш! Кыш! – проговорила Рада, но это, конечно же, никак не подействовало на птицу.

Рада хотела было выйти и согнать ее, но тут к первой присоединилась еще одна. За ней прилетела третья. Девушка почувствовала, как по коже пробежал озноб. На ум сразу же пришел старый фильм Хичкока. Она, испугавшись, отбросила телефон на соседнее кресло и завела двигатель, резко сорвав машину с места.

Слава богу, птицы, почувствовав движение, вспорхнули, но еще метров двести продолжали лететь вслед за набирающей скорость машиной, оглашая округу громким карканьем. Вскоре вороны отстали, и Рада почувствовала, как отступает сковавший ее ужас. Ее мама наверняка сказала бы, что черные птицы – это не к добру. Но Рада ни в какие предзнаменования не верила, как, впрочем, не верила ни во что сверхъестественное. У нее был слишком рациональный для этого ум, да и работа не предполагала суеверий. Рада по профессии была архитектором-реставратором. Она занималась восстановлением и сохранением памятников прошлого. В основном специализировалась на реставрации старинных русских усадеб, коих по всей России было великое множество.

Вот и сюда, в это богом забытое место, она ехала с той же целью – поработать в поместье князя Хворостина. К своему стыду, когда ей позвонила ее будущая нанимательница Ирина Васильевна Темникова, которая теперь владела поместьем, Рада вообще ничего не знала об усадьбе Хворостиных, затерянной где-то в Смоленской области. Тем не менее эта оплошность была быстро исправлена, и ко встрече с Ириной Васильевной, состоявшейся тремя днями позже, Рада раздобыла всю имеющуюся в архивах и интернете довольно скудную информацию.

Теперь же перед ней стояла нелегкая задача. Раде нужно было лично осмотреть усадьбу, детально проанализировать степень повреждений, составить список всего, что сохранилось в усадьбе, а затем разработать проект по реставрации. Дел предстояло на несколько недель, а то и месяцев, ведь сведений об усадьбе были мало, и Рада имела смутное представление, в каком состоянии находится здание. Судя по уклончивому ответу нанимательницы, работы там будет море, а потому Рада сразу решила, что поселится либо в самой усадьбе, если это будет возможно, либо в ближайшей деревне Чёрное.

– Только бы еще доехать до деревни, – проворчала Рада, вглядываясь в туман, опустившийся за окном. – Мистика, да и только, – усмехнулась она. – То тебе вороны, то тебе туман. Осталось увидеть призрака.

Призрака она, к счастью, не увидела, зато, проехав еще пару километров, наткнулась на велосипедистку. Несмотря на сгустившийся туман, Рада разглядела красный платок, повязанный на голове девушки. Он словно неоновый фонарь выбивался ярким пятном из унылости господствовавших вокруг серых красок.

Притормозив возле велосипедистки, Рада сказала:

– Здравствуйте. Вы, случайно, не знаете, где здесь деревня Чёрное? А то у меня пропала сотовая связь, и я никак не могу понять, туда ли я еду или уже заблудилась. – Рада растерянно улыбнулась.

Девушка с интересом взглянула на нее и слезла с велосипеда.

– Да тут немного осталось, километра три от силы, – ответила она.

– Ехать прямо и никуда не сворачивать? – уточнила Рада.

– Ага. Там дальше и некуда свернуть – одна дорога, – объяснила девушка и снова полезла на велосипед.

Рада из чувства благодарности, сама от себя не ожидая такого дружелюбия, вдруг предложила:

– Давайте я вас подвезу, а то вот-вот стемнеет, да и туман вон какой стелется.

Девушка задумалась на мгновение, а потом кивнула.

– Только с велосипедом как быть?

Рада отстегнула ремень безопасности и вышла из машины.

– У меня большой багажник, должен влезть.

– У вас и машина большая, – улыбнулась девушка.

Распахнув багажник, в котором был ее чемодан с вещами и две небольшие сумки с инструментом, Рада при помощи новой знакомой сумела затолкать в него велосипед.

– Шикарная у вас машина, – восхитилась девушка.

– Обычная, – пожала плечами Рада. – Ну, поехали? Как вас зовут?

– Дарьей.

– Ну а я Радослава. Можно просто Рада и на «ты», – улыбнулась она.

Дарья села на пассажирское место.

– А зачем вам в нашу деревню?

– Так ты местная?

– Ага, ездила в соседнее село на почту, – сказала Дарья. – А вы в гости к кому-то едете?

– Да нет. Мне, вообще-то, не столько само село нужно, сколько усадьба Хворостиных, – объяснила Рада. – Она вроде бы где-то совсем рядом с деревней?

– Так вы туристка? Забрались в такую даль, чтобы на нашу усадьбу посмотреть? – удивилась Дарья.

– Я не туристка, – улыбнулась Рада. – Я реставратор, которого наняла нынешняя хозяйка усадьбы. Буду заниматься ее восстановлением.

– Да вы что? Как интересно! – восхищенно пробормотала Дарья. – Значит, вы и призраков не боитесь?

– Каких еще призраков? – нахмурилась Рада.

Глава 2

– Как это – каких призраков? – искренне удивилась Дарья. – Наша усадьба ими славится. Туристы иногда стайками слетаются, чтобы на них поглазеть.

– Неужто? – не удержавшись, с недоверием спросила Рада.

– Правда-правда. У нас все эти легенды знают. Вы разве не слышали?

– Признаться, нет, – сказала Рада. – Да и не верю я в призраков.

– Совсем-совсем не верите? – с замиранием сердца спросила Дарья, глядя на Раду восхищенно.

– Совсем-совсем.

– Просто вы их никогда не видели, а вот увидите и обязательно поверите.

Всю оставшуюся дорогу до деревни Дарья рассказывала Раде местные легенды. Как оказалось, призраков в усадьбе Хворостиных и ее окрестностях хватало. То в окнах полуразрушенного имения видели странные огни и слышали девичий плач. То на дороге между усадьбой и деревней появлялся бешеный всадник, размахивающий мечом. А некоторые лицезрели сразу двух призраков – пару влюбленных, бредущих из поместья в сторону леса.

Тем временем опустились сумерки, и лежавший впереди путь стал совсем непроглядным. Рада, хмурясь, всматривалась в темноту.

– Как много у вас тут всякого, – пробормотала она, стараясь не отрывать взгляда от дороги. – Ну а ты, Даша, сама что думаешь?

– А что мне думать? – пожала девушка плечами.

– Ты ведь местная, – напомнила Рада.

– Ну да, местная.

– А раз местная, то наверняка хотя бы разок видела привидений.

Дарья вздохнула.

– Признаться, ни разу не видела, – сказала она.

– Как же так? У вас их тут кишмя кишит, а ты не видела? – иронично произнесла Рада.

– А я ночью из дома не выхожу.

– Так почти ночь.

– А здесь не страшно, тут у нас спокойно, а вот по дороге, что ведет в усадьбу, лучше не гулять.

– Боишься, значит, в темноте из дома выходить? – улыбнулась Рада.

– Жуть как боюсь.

Сгустившийся туман скрадывал показавшиеся было из-за поворота огни деревни.

– Говори, Даша, к какому дому тебя подвезти, – сказала Рада, когда они проехали указатель с надписью «Чёрное».

Различить что-то в такой тьме было сложно. Под светом фар туман клубился и извивался грязными клочьями, словно драный подол старого платья.

– Вы езжайте по центральной дороге, вот сюда, налево, – указала Даша, – а там до упора. Наш с дедом дом последний, у самого леса стоит.

Вскоре Рада притормозила у добротного деревенского дома за невысоким частоколом, на который показала ее спутница.

– Послушайте, – сказала Даша, отстегивая ремень безопасности, – ночь уже. Куда вы в такой час поедете?

– В усадьбу, – пожала плечами Рада.

– Вы же там ничего не знаете. Не стоит… не стоит на ночь глядя туда соваться. Может, там и ночевать нельзя совсем. – Девушка говорила сбивчиво и явно волновалась. – Я вас не пущу туда одну! – заявила она так решительно, что Рада даже растерялась. – Переночуете у нас, а утром я вас провожу.

– Но это неудобно… – запротестовала Рада.

– Удобно-удобно. Дед только рад будет гостям. Пойдемте!

Рада не стала долго колебаться. Ей и самой не очень хотелось по такому туману и темноте искать усадьбу, а потом в самой усадьбе – угол, где можно преклонить голову. Может, Даша права, и окажется, что в старом поместье Хворостиных не сохранилось ни одной сколько-нибудь приличной комнаты, где бы она смогла спокойно поспать.

– Хорошо, Даша, – сказала Рада, тоже отстегивая ремень, – я останусь, но при одном условии.

– Каком? – обрадовалась девушка и выдохнула будто бы с облегчением.

– Ты обещала обращаться ко мне на «ты». Не намного я тебя старше, чтобы выкать мне.

– Ладно, – засмеялась Даша, – буду тебе, Радушка, тыкать. Ну, пойдем?

– Пойдем.

Девушки вышли из автомобиля.

Не успела Даша отворить дверь, как громко крикнула:

– Дед, я вернулась, и не одна.

В комнатах что-то зашумело, еще одна дверь распахнулась, и из нее выглянул осанистый мужчина лет шестидесяти с хвостиком.

– С кем это ты, внучка? Опять, что ли, Антоха увязался? – грозно спросил дед.

Увидев Раду, он тут же замолчал. Его темные, чуть с прищуром, глаза изучающе смотрели на гостью.

– Дед, это Рада, она историк, приехала нашу усадьбу изучать.

Дед вышел и сказал:

– Ну, здравствуйте, историк Рада. – Он протянул ей руку, и Рада ее крепко пожала.

– Здравствуйте, – кивнула она ему.

– Меня Иваном Петровичем зовут.

– Очень приятно. Вы извините, что я вот так внезапно свалилась вам на голову…

– И ничуть и не свалилась, – затараторила Даша. – Дед, я сама Раду позвала у нас переночевать. Где она там будет в старом доме угол искать по такой-то темноте.

– Правильно сделала, внучка, что пригласила. Да вы не стойте, Рада, на пороге, проходите в комнаты, – и повернулся к внучке. – А ну, Дашка, быстро гостье обустрой дальнюю спальню, а я пока ужин соображу.

– Ой, – спохватилась Рада. – Мне бы хоть кое-что из вещей взять из машины.

– Пойдем, – сказал дед Иван, щелкнув выключателем.

Рада вышла на улицу и увидела, что здесь, над крыльцом, теперь горел тусклый фонарь.

– Иван Петрович, ничего, что я машину вот так поставила? Соседи не воспротивятся?

– Не воспротивятся, а воспротивятся, мы им рты быстро позакрываем, – подмигнул ей дед Иван.

Подумав, Рада решила: нет смысла тащить в дом весь чемодан целиком. Она же здесь только на одну ночь. Она кое-как открыла его прямо в багажнике и вытащила небольшой дорожный набор, который всегда лежал у нее сверху вот на такие случаи: зубная щетка и маленький тюбик пасты, расческа, пижама.

Рада захлопнула багажник и всмотрелась в чернеющий неподалеку лес. Где-то в его глубинах ухнула сова, заставив Раду вздрогнуть. Все-таки хорошо, что ее приютили эти добрые люди. Как бы она в ночи явилась в усадьбу и что бы там делала? Нет, страха перед привидениями или еще чем она не испытывала, а вот вероятность сломать в старом доме ногу, споткнувшись в темноте о какие-нибудь торчащие доски, ее пугала.

Когда Рада вернулась к крыльцу, дед Иван запер за ней калитку на щеколду и накинул сверху на столбики плетеное из лозняка кольцо.

– А это зачем? – поинтересовалась Рада.

– Нечисть отпугивает, – хмыкнул дед Иван.

Рада поняла, что он над ней шутит, и, улыбнувшись, вошла в дом.

Глава 3

Спустя час Рада лежала в маленькой темной комнате, которую хозяева отвели ей под спальню, и смотрела в потолок, еще раз благодаря счастливый случай, а может, проведение за то, что оно послало ей Дашу. Не попадись ей на дороге девушка, пришлось бы ехать до самой усадьбы, а потом снова возвращаться сюда, в деревню.

За ужином Иван Петрович с Радой разговорились, и он рассказал, что усадьба Хворостиных стоит запертой, а Серафим, что там служил сторожем, живет здесь, в Чёрном.

– Ночью бы он вам не пошел открывать ворота и сам дом, – уверенно заявил Иван Петрович.

– Если он сторож, разве не должен находится все время при усадьбе? – удивилась Рада.

– А зачем ему? Грабить там нечего, да и кто в такую глушь пойдет грабить? – махнул он рукой. – Дом закрыл, да и бог с ним. Серафим туда и носу не кажет. Разве что, когда какие туристы приезжают.

– И часто приезжают?

– Нет, давненько никого не было.

– Ну а хозяева? – поинтересовалась Рада.

– Хозяева? – удивился Иван Петрович. – Тех днем с огнем не сыщешь. Была тут лет пять назад хозяйка, да быстро сбёгла…

Сейчас, когда Рада лежала в кровати и прокручивала в голове этот разговор, на ум приходило множество вопросов, которые почему-то она не задала раньше Ирине Васильевне. Судя по словам Ивана Петровича, хозяйка усадьбы не наведывалась в нее почти пять лет. Потом, несколько месяцев назад приехала, но даже ночевать не стала. Почему же Ирина Васильевна вдруг решила полностью восстановить старое имение, а сама и осмотреть его не удосужилась? Почему про сторожа и ключи ничего не сказала Раде? «А сама ты не догадалась спросить», – укорила она себя. Рада ведь посчитала, что усадьба в таком плачевном состоянии, что и закрывать ее не имело смысла. А с другой стороны, если б от здания остался один остов, разве сказала бы Ирина Васильевна, что Рада сможет остановиться в усадьбе?

Инструкции от хозяйки были получены четкие: Рада должна осмотреть досконально все, что имелось на данный момент в доме, сделать опись и потом предоставить ее Ирине Васильевне. «Особое внимание, моя дорогая, уделите старым книгам, шкатулкам и вещам подобного рода», – говорила она. Тогда, во время разговора Раду покоробило столь фамильярное обращение «моя дорогая», и, наверное, именно это выбило ее из колеи настолько, что она не уточнила множество деталей, которые уточнить стоило.

И вот теперь, лежа в темной чужой комнате, Рада размышляла над словами Ирины Васильевны, и в голове вертелась мысль: зачем заострять внимание на старых книгах да шкатулках, если они собрались восстанавливать интерьер и экстерьер здания? Предметы декора, конечно, нужны, но на данном этапе Рада должна бы оценивать вещи более глобальные. «Может, Ирина Васильевна хочет найти что-то конкретное, но не стала посвящать меня в подробности? – подумала Рада. – Какие-то документы или письма?» Это показалось ей вполне логичным. Видимо, после первичного осмотра усадьбы придется поговорить с Ириной Васильевной еще раз и обсудить все детали более конкретно.

Что ж, это все не столь важно. Раде даже интересно будет покопаться в сохранившихся в поместье вещичках. Может, ей удастся найти какой-нибудь альбом или гравюры, изображающие усадьбу в пору ее расцвета. Это бы стало отличным подспорьем в ее работе. У Рады даже ладони начали зудеть, когда она представила, что ей снова предстоит окунуться в заброшенный и забытый мир, а потом буквально по крупицам восстановить его из пепла.

Завтра утром ей нужно будет отыскать сторожа Серафима, попросить его открыть имение и приступить к работе.

Зевнув, Рада наконец-то погрузилась в сон.

Сон этот был странным и беспокойным.

Рада шла по темной тропинке к видневшемуся вдалеке дому. Сначала ей казалось, что в окнах старого здания она видит свет, но чем ближе она подходила, тем темнее становилось вокруг. И вот, когда она очутилась возле входной двери, то ее окутал полный мрак. Свет свечи, которую девушка несла в руках, колыхался от порывов ветра, и Рада, боясь, что слабый огонек потухнет, прикрывала его ладонью, поэтому-то ничего, кроме собственной руки, Рада и не видела. Толку от свечи было мало.

Поднявшись на ступени каменного крыльца, которые выходили на полукруглую площадку, Рада шагнула к двери и толкнула ее. Дверь неохотно скрипнула, но открылась. За ней открылся длинный коридор, который вел вглубь дома. Рада уже сделала несколько нерешительных шагов внутрь, как входная дверь позади нее с грохотом захлопнулась. От резкого порыва ветра пламя свечи погасло, оставив Раду в полной темноте. Испугавшись, девушка обернулась и подбежала к двери, дернула за ручку, пытаясь ее распахнуть, но та не поддавалась.

– Откройте! Помогите! – крикнула Рада.

Ее голос эхом раскатился по пустому дому. Но никто на ее зов не откликнулся. Тогда Рада подошла к одному из заколоченных окон возле двери и выглянула наружу сквозь небольшую щелку в криво прибитых досках.

Из-за тучи выскочил край луны, освещая подъездную аллею. Сначала Рада не видела ничего, кроме безжизненных деревьев, что тянули голые ветви к ночному небу. Но вдруг вдалеке она заметила белесое пятно, похожее на дымку. Пятно это быстро росло и приближалось к дому, в котором теперь была заперта Рада. Она уже собралась было снова крикнуть, чтобы позвать на помощь, но с ужасом увидела, что пятно это превратилось в призрачную фигуру мужчины, который, задрав голову, смотрел на окна второго этажа. От страха у Рады волосы на затылке встали дыбом. Неужели перед ней призрак? Один из тех, про которые ей рассказала Даша?

Рада зажмурилась, отгоняя морок, а когда снова открыла глаза, никакой полупрозрачной фигуры уже не было. Она облегченно выдохнула и вдруг ощутила, как ей на плечо легла чья-то тяжелая рука. Рада завизжала…

Глава 4

Рада завизжала… И распахнула глаза.

На нее смотрела испуганная Даша.

– Прости, не хотела тебя пугать, – сказала она.

– Хорошо, что это ты, – помотав головой, чтобы стряхнуть остатки ночного кошмара, проговорила Рада.

– Плохой сон приснился? – поняла Даша.

– Да. Сроду мне не снилось кошмаров, а тут – пожалуйста.

– Это всё разговоры про призраков, напугали мы тебя.

Раду не так-то просто было напугать, и впечатлительной она себя никогда не считала.

– Видимо, это от переутомления, – пробормотала Рада. – Но сколько времени?

– Еще рано. Семь доходит, – сказала Даша. – Извини, что в такую рань будить тебя пришла, но я с новостью.

Новости, рассказанные Дашей, Раде не понравились. Сторож Серафим спозаранку отправился в усадьбу, отпирать ворота на въезде и сам дом.

– …потому что там приехали твои коллеги, – закончился Даша. – Так что тебе и не нужно искать Серафима, позавтракаешь и можно отправляться в усадьбу.

Рада поднялась и теперь усердно расчесывала длинные темно-каштановые волосы, пытаясь таким образом снять раздражение.

– Какие еще коллеги, Даша? – хмурилась она. – Я работаю одна.

– Не знаю, – развела девушка руками. – Так Серафим дедушке сказал, когда тот его утром видел.

– Нет у меня никаких коллег и быть не может, – недоумевала Рада. – Ладно, я сейчас умоюсь и сразу поеду в усадьбу, выясню там, что к чему.

– А завтрак? – округлила глаза Даша.

– Я никогда не завтракаю, но за предложение спасибо.

Рада не стала признаваться Даше, что не завтракает она, потому что ей лень эти самые завтраки готовить, потому что она всегда куда-то спешит, всегда забывает о таких мелочах, как, например, зайти в супермаркет и купить себе к чаю хотя бы булку с изюмом. Она жила работой, все остальное ее мало волновало.

Быстро собравшись, Рада уже через пять минут была готова ехать. Даша стояла возле машины и топталась, будто хотела что-то от Рады, но никак не решалась заговорить.

Сев в машину, она уже завела двигатель, но, посмотрев на Дашу, которая так и стояла тут, опустила стекло и спросила:

– Что-то не так?

– Да нет… Просто хотела спросить…

Рада нетерпеливо подтолкнула мнущуюся девушку:

– Ну спрашивай же, Даша. Что такое?

– А можно мне с тобой поехать?

– Со мной? – удивилась Рада. – Зачем?

Даша неловко пожала плечами.

– Хочу на усадьбу взглянуть изнутри. Никогда туда не заходила.

Раде не хотелось брать с собой ни Дашу, ни кого бы то ни было. Посторонние только будут мешать, а ведь она собиралась прямо сейчас, как только окажется в имении Хворостиных, приступить к работе. «Только сначала нужно разобраться с «коллегами», кто это и зачем приехали», – напомнила себе Рада. Да и отказывать Даше она не хотела. Девушка и Иван Петрович приютили ее, и Рада была им благодарна.

– Поедем, – кивнула она на соседнее сидение. – Но учти, я сразу возьмусь за работу, а когда я работаю, то мне лучше не мешать.

– Я понимаю, – улыбнулась Даша. – Меня не нужно будет вести обратно, и свой нос совать я никуда не буду, только погляжу одним глазком, – заверила Раду Даша.

– Ну, хорошо, – засмеялась Рада. – Правда, я уверена, что нос там будет куда сунуть, и тебе, и мне, и всем любопытным.

Из деревни вела только одна дорога, и уходила она дальше на запад, к границе с Беларусью.

– Вот, смотри, – говорила Даша, указывая вперед. – Видишь, за этим маленьким полем лес начинается? Въедем туда и нужно будет не прозевать дорогу, что будет уходить направо. Она-то и ведет к усадьбе.

– Указателей там нет?

– Не-а. Дорога заросла знатно. Это хорошо, что снег почти сошел, а то была бы не дорога, а сугробы сплошные. А летом там тоже толком не проедешь из-за зарослей, – объясняла девушка.

– Ты увидишь, где сворачивать?

– Наверное, – в голосе Даши послышалось сомнение. – Я тут давно не была.

– Да уж…

Рада еще раз поблагодарила небеса, что не рискнула вчера ехать сюда по темноте, точно бы заблудилась.

Сейчас же, хоть погода стояла хмурая и по земле стелился слабый туман, дорога была хорошо видна, и даже ответвление ее на усадьбу обе девушки заметили без проблем – оно начиналось в метрах пятистах от края леса.

Дорога была ухабистая, неровная. Колеса машины то и дело проваливались в мелкие ямы или подпрыгивали на торчавших из земли толстых корнях деревьев.

Вскоре голый лес, с беспорядочно растущими деревьями перешел в аллею. Здесь в посадках виделась рука человека – два ряда высоких лип тянулись вдоль широкой разбитой дороги, которая упиралась в покосившиеся, но крепкие ворота усадьбы.

Сейчас обе створки были распахнуты, и Рада, без проблем въехав в них, двинула машину к дому. Профессиональным глазом Рада успела отметить, что хоть ворота и были целы, но забора как такового уже почти не было. Лишь кое-где виднелась каменная кладка столбиков, а меж ними покореженные прутья когда-то красивого кованого забора.

– Зачем ваш Серафим запирает ворота, если на территорию усадьбы только ленивый не зайдет? – проворчала Рада, останавливая машину возле другого автомобиля, внедорожника, покрытого изрядным слоем грязи.

Вопрос Рады остался без ответа.

Она быстро отстегнула ремень безопасности, схватила папку с документами, что была у нее наготове и, не дожидаясь Даши, выскочила из машины, решительно направившись к группе из троих мужчин, стоявших неподалеку.

Рада окинула их внимательным взглядом и обратилась к мужичку лет семидесяти, безошибочно определив, что это и есть Серафим.

– Здравствуйте, Серафим. Извините, не знаю вашего отчества.

– Семеныч я.

– Здравствуйте, Серафим Семенович. Меня зовут Пирогова Радослава Сергеевна, – представилась Рада, нарочито не обращая внимание на двух других, стоявших здесь же мужчин. – Я реставратор, нанятый нынешней хозяйкой усадьбы. Может быть, Ирина Васильевна говорила вам обо мне? – В подтверждение своих слов Рада выудила из папки договор и помахала им перед носом мужичка.

– Да-да. Вчера вечером она сообщила, что вы приедете.

– Отлично. Раз эта сторона дела улажена, я хотела бы, чтобы вы попросили посторонних убраться с территории имения.

Только теперь Рада повернулась к мужчинам и смерила их высокомерным взглядом.

Глава 5

Того, что был помоложе, пренебрежительные слова Рады смутили, и щеки его мгновенно залились румянцем. А вот его спутника, молодого мужчину лет тридцати с небольшим, явно позабавили.