Цикл полной луны. Новеллы

«Как редко мы задумываемся о том, до чего опасен мир, окружающий нас.

И как хорошо, что мы так редко думаем об этом.

Ведь жизнь в вечном страхе порождает Болезнь, за которой следует Смерть.

А неожиданная смерть не влечёт за собой страха.»

А.М.

1

Это случилось в пятницу. В этот день я специально пораньше сорвался с работы, чтобы, забрав семью – жену и сына с дочерью, – отправиться на пикник. Мы так давно мечтали провести уик-энд вместе!

Воспоминания об этом преследуют меня постоянно…

– Дорогой, скоро ведь полнолуние! Как здорово и романтично, должно быть, сидеть на берегу озера и о чём-то шептаться под светом полной луны! – сказала она тогда, и я не мог не согласиться с ней, потому что был таким же романтиком.

Мы выехали в два, а на месте были уже в четыре.

Мари и дети выбрали восхитительное место – здесь лес буквально впадал в реку. От полянки, на которой решили остановиться, до реки было не более двухсот шагов.

В то время как жена приводила место нашей стоянки в надлежащий вид, сын с дочерью вызвались сходить за хворостом. Я же, собрав свой спиннинг, отправился к реке.

Поздняя весна всё ещё отличалась от лета – вода была довольно прохладной, хотя солнце светило вовсю.

Несмотря на все мои старания, до ужина я так ничего и не поймал.

Поужинав, мы расселись вокруг костра. Шёл девятый час. Полная луна вдохновила нас на старые истории, связанные с ней, и мы начали рассказывать друг другу страшные сказки.

Где-то к одиннадцати улеглись спать. Мне никак не удавалось уснуть. Встав, одевшись и посмотрев на часы – они показали половину двенадцатого, – я взял спиннинг и пошёл к реке.

Огромная кроваво-красная луна находилась, казалось, прямо надо мной. Я разложил снасти и стал ждать поклёвки.

2

Примерно через десять минут мне показалось, что лес заговорил.

Шёпот.

Нечто, похожее на шелест листьев, но не являющееся им.

Я никогда не был самым смелым человеком на свете, но свет луны успокоил меня, поэтому, видимо, в тот момент я принял решение проверить, что бы это могло быть. Схватив валявшуюся под ногами деревянную ветвь, которую, по моему мнению, можно было бы использовать в качестве дубины, я пошёл в ту сторону, где, как казалось, и находился источник странного звука.

Пройдя метров двести вдоль берега, я повернул вглубь леса. Шёпот усилился, и тогда я впервые испугался, потому что к нему добавился запах жареного мяса. Ещё через примерно пятьдесят метров тропа вывела меня к полянке, где всё и началось…

Посреди небольшой поляны был установлен деревянный крест, вокруг которого горел костёр. На кресте вниз головой висело чучело (чучело ли?) человека. Голова висевшего (я до сих пор надеюсь, что это манекен) была объята языками пламени, между которыми я успел заметить капающую жидкость, но рассмотреть более детально, кровь ли это или пластик с головы куклы, за короткое мгновение я не смог.

Вокруг костра сидели пятеро. Я и сейчас практически убеждён, что за широкими балахонами с низко опущенными капюшонами скрывались женщины.

Подбрасывая что-то в костёр, они бормотали непонятные мне слова, шептали их, будто обращаясь к тому, что висело на кресте.

Пламя то вспыхивало, то затухало в зависимости от их действий – чем больше бросали они в костёр, тем выше взмывали вспышки пламени и громче становились их слова.

Не было сомнений в том, что здесь проводился какой-то колдовской обряд.

Прошло несколько секунд, прежде чем одна из них заметила меня. Я хотел оставить их и уйти, но не смог – застыл как вкопанный. Она поднялась и молча направилась ко мне.

Остальные продолжали обряд, будто ничего не случилось.

Одетая в чёрную рясу с капюшоном и вызывающая страх – это всё, что я могу вспомнить о ней сейчас. Возможно, страх был вызван историями у костра, но я склонен считать иначе.

Я решил, что должен заговорить.

– Извините, я не хотел вас беспокоить, но этот шёпот показался мне подозри…

– Монстры вокруг… – она перебила меня удивительно мягким голосом, – повсюду монстры!..

Сказала, будто внушая мне что-то, и тут же, раскрыв кулак на уровне моей шеи, подула на ладонь.

Мне в глаза что-то попало, какой-то порошок, я выронил своё оружие, схватился за лицо и упал на землю.

Женщина что-то лепетала, почти шёпотом, с нервными интонациями в голосе.

Почти сразу перед глазами что-то вспыхнуло, и секунд на десять всё стало белым.

Я не различал предметов, не видел ничего – какая-то пелена застилала взор.

Я помню, что кричал.

А потом потерял сознание…

3

…Где-то за спиной я услышал нечеловеческий дикий хохот, мгновенно пришёл в себя и заставил себя сильно зажмуриться. Это помогло: пелена исчезла, я вскочил и увидел, что всё вокруг выглядело как раньше – за исключением фигур в балахонах, костра, креста и манекена, о которых теперь напоминала лишь горстка недымящегося пепла.

Хохот стал ближе, я резко обернулся и заорал – прямо на меня неслись три отвратительных ужасных создания!

Они появились с той же стороны, что и я, когда вышел на поляну.

Впереди, опережая остальных на несколько метров, бежал не человек, нет – то был настоящий монстр! Его звериные глаза сверкали красным огнём, в них клокотала ярость, а когти на руках доставали почти до колен. Да и руки ли это были?! Шерсть покрывала всё тело, с которого струпьями свисала шкура, колыхаясь от бега и разбрызгивая вокруг густую чёрную жидкость. Нечеловеческий вопль, переходящий в жуткий хохот, с которым он бежал на меня, заставлял моё сердце выпрыгивать из груди.

В следующий момент оцепенение спало, я развернулся и побежал.

Минут через пять сумасшедшего бега я каким-то образом оказался на месте нашей стоянки.

Увидев топорик для колки дров, схватил его и вбежал в палатку. Ни жены, ни детей не было!

Я кинулся к машине и, едва успев спрятаться за ней, увидел Их. Три кошмарные твари вышли из леса примерно в той же точке, что и я минутой раньше. Все они выглядели похожими друг на друга, подсознательно я ассоциировал монстров с семьёй – схожесть особей друг с другом была явной.

Мысли о местонахождении жены и детей бились в заблудившихся извилинах мозга, но я понимал, что кричать и звать их в присутствии этих тварей нельзя.

В эти мгновения я всеми силами старался подавить разрывающий меня изнутри Ужас, необходимо было сосредоточиться и в доли секунды оценить ситуацию.

В этом сосредоточении страха (ужаса, УЖАСА!) всё, что я смог придумать, – это бежать. У лагеря был порядок, значит, жена с детьми сделали то же самое, надо надеяться, что с ними всё в порядке, уйти от погони и вернуться с кем-то на поиски…

Я был около машины, но не успел бы уехать – твари слишком близко.

Остановившись с другой стороны машины, они начали… общаться?

Это явно было осознанное общение, но я не мог разобрать ни слова – какой-то гортанный булькающий звук…

Я предположил, что они разделятся и обойдут меня – тогда спасения не будет.

Мне надо было их опередить, и другого шанса могло не быть.

Собрав всё мужское, что я смог в себе отыскать, сжав покрепче рукоять топора, я решился.

Выскочив, я резким взмахом снёс голову первому – и самому высокому из них.

Вторым движением вклинил топор в черепную коробку второго.

Третьего ударил ногой и тут же, как только он упал, несколько раз опустил своё оружие на его голову. Чёрная жидкость рекой лилась из мёртвых тел. Криков не было.

4

Я кинулся к машине – она завелась с полуоборота. Выжимая до упора педаль газа, я сорвался с места и с бешеной скоростью помчался прочь.

Я летел и чертыхался – нигде ни души, сплошной густой лес с обеих сторон дорожного полотна… Я мечтал увидеть встречную машину, мечтал встретить людей, которые бы мне помогли, но…

Проехав несколько километров, бросил взгляд на пассажирское сиденье – туда я положил топор – и остановил машину.

Моя голова прояснилась.

Я всё осознал.

На топоре была кровь.

Красная кровь.

ГОСПОДИ! НЕУЖЕЛИ Я СДЕЛАЛ ЭТО?! Моя семья…

Я УБИЛ ИХ!!!

5

Через минуту я вновь завёлся и выехал на трассу.

Выход был только один.

Ни один суд в мире не поверил бы в то, что со мной произошло.

Я начал разгонять машину. Когда спидометр показал сто сорок миль в час, не снимая ноги с акселератора я вывернул руль вправо, к лесу…

Очнулся в больнице.

Врач сказал, что я чудом остался жив, что мне повезло.

Я так не считал.

Он добавил, что за дверью палаты ждёт коп – хочет задать мне пару вопросов. Я ответил, что слишком слаб, врач кивнул и вышел.

Мне нельзя было терять времени.

Вскочив с постели, я бросился в окно. Этаж оказался вторым. Конечно, возможно, я что-нибудь сломал, но было плевать.

В стоящей неподалёку «скорой» кто-то сидел, и мне пришлось выкинуть его на обочину. Ключ оказался в замке зажигания – тут повезло.

Подъехав к дому, я забежал внутрь и запер дверь. Достал свой «кольт», вложил лишь один патрон – на большее времени не было, протяжный вой полицейских сирен доносился со всех сторон. Когда я приставил ствол к голове, копы уже были здесь.

С ударом ноги, выбившим дверь, я нажал на курок. Сухой щелчок оповестил меня о том, что произошла осечка, и в тот момент единственное, о чём я подумал, – это что действительно глупо спорить с судьбой…

6

Конечно же, мне никто не поверил.

Никаких женщин, манекенов, крестов – ни-че-го.

Я не оправдывался, поэтому суд длился недолго, и приговор – электрический стул – вынесен на сегодня.

Я успешно прошёл все психологические тесты, но полагаю, что всё же сошёл с ума.

Я пишу, а внутри – пустота.

Эта пустота состоит из горя и радости. Я потерял самое дорогое, что у меня было, получив взамен лишь бесконечный аттракцион ужасающих воспоминаний и повторяющихся кошмаров…

А радость здесь лишь от того, что наконец-то, хоть таким образом, я смогу забыть этот кошмар…

Не знаю, что будет дальше… наверное, Ад…

Осталось совсем немного, чтобы это выяснить, но пока я всё ещё жив, а значит, вплоть до моей смерти перед глазами останется та самая полная луна кроваво-красного цвета…

«…Она не чувствовала зла,

Просто

Она пропахла злом сама

Остро…»

А.М.1

Она

Она быстро достала ключ и уверенно вставила его в замочную скважину. Сторонний наблюдатель удивился бы – ловко для слепой, очень ловко. Даже чересчур. Ключ повернулся на два оборота, механизм замка щёлкнул, она вошла в свои владения.

Грациозна, стройна, красива и умна – не перечесть, как часто в её адрес слышались подобные комплименты, но… был и минус – она ужасно видела. Точнее, они так думали.

Нет, она не была слепой, скорее даже наоборот – настолько зрячей, что не могла смотреть. Поэтому практически не снимала тёмных очков – за их стёклами она видела немногое, но этого хватало, чтобы не падать в открытые люки и не попасть под машину на перекрёстке.

Дверь отворилась, и красотка вошла в свои покои – три комнаты на четвёртом этаже семиэтажного дома. Она жила одна, поэтому места было предостаточно. Хотя… в последнее время по ночам она делила комнату с другим…

Он

Он снова провожал её с работы домой. Ему доставляло неимоверное удовольствие думать о её беспомощности – уже три дня она не знала о том, что ночует не одна. Уже три ночи он наблюдал за этой потрясающе красивой молодой женщиной и прекрасно знал если не все, то большинство её повадок в постели – вот она томно потягивается, сидя на краю кровати, ползёт, как кошка, к подушке и, касаясь её головой, томно, с выдохом опускает голову.

Она засыпала минут двадцать… а затем ей становилось жарко, и она раздевалась.

Совсем.

К этому моменту он обычно уже доходил до точки кипения, и ему было неимоверно тяжело держать себя в руках – сдерживаться, когда так хотелось наконец выйти к ней… Но это испортило бы всю Игру, так что…

Он ждал…

Они

Она прекрасно знала, что он здесь.

Чёрт, её и саму безумно сильно заводила эта игра – вот уже третий вечер, а он всё никак не ведётся на её провокации!

Она ложится в постель с одной целью – завести его, вытянуть к себе… А он как будто выжидает чего-то.

Она прекрасно знает, что он делает там, в сумраке, за углом её спальни, глядя на неё – обнажённую, сводящую мужчин с ума… Она сама дико возбуждалась от этих мыслей, сама сходила с ума…

А он ждал…

Ждал, как и с остальными, ранее.

Это был своего рода ритуал для него – иначе ведь неинтересно. Он давно зазубрил, что жертву необходимо напугать – только тогда полученное удовольствие будет максимальным.

А ради чего это всё? Правильно, ради удовольствия. И две недели назад, и месяц и… когда там ещё – неважно, но все эти крики, жертвы и смерти – ради игры, ради удовольствия.

Чем больше убийств он совершал, тем сильнее и отчётливее понимал, что наказание ближе и страшнее, но остановиться уже не мог. И не хотел.

Сегодня – очередной тур очередной игры.

Последний тур.

Завтра её начнут искать коллеги по работе – ведь он знал, что родственников у девушки нет, – но не найдут в ближайшее время, равно как и остальных до неё.

Равно как не найдут никаких следов чьего бы то ни было пребывания здесь этой ночью.

Он давно перешёл в разряд профессионалов и даже не состоял в розыске, но твёрдо знал – каждая ошибка сейчас может быть последней. Поэтому каждую новую жертву он тщательно отбирал и следил за ней до тех пор, пока не был уверен в том, что всё для него обойдётся. А потом он проникал к ним ночью.

И ждал.

А потом…

Он начал вспоминать кровь и стоны, крики своих жертв, начал возбуждаться ещё сильнее, а это означало одно – сейчас красивая слепая сучка будет кричать и вырываться, сейчас его ладонь с силой врежется в её румяную щёку, и наслаждение усилится… И чем больше она будет кричать, тем продолжительнее и мощнее будет его оргазм…