Одержимость Беса

Глава 1. Просьба о пощаде

Лифт опускался на минус второй этаж так плавно, что это казалось нереальным. Никакого дребезжания, только тихий шелест механизмов и удушающее ощущение, что я добровольно спускаюсь в преисподнюю.

В свои двадцать один год я меньше всего ожидала оказаться в подобном месте. Студентка третьего курса, будущий лингвист, чья жизнь до этого момента состояла лишь из лекций, сессий и подработок. Но вчерашний звонок Дениса перечеркнул мое совершеннолетие и заставил повзрослеть за одну секунду...»

Я до боли сжала в ладони визитку из плотного черного картона, которую мне два часа назад тайно передала Лена. На карточке не было ни логотипов «Воронов Групп», ни должностей. Только выбитое серебром имя и один-единственный номер телефона: Руслан Бестужев.

«Будь осторожна, Анечка, — тихо шептала мне Лена, испуганно оглядываясь на дверь своей спальни, за которой Марк укладывал спать маленького Антошку. — Марк сказал, что Бес — единственный, кто может решить проблему твоего брата без полиции и шума. Но он… он страшный человек, Аня. У него нет нервов. Нет жалости. Он не умеет прощать».

Двери лифта бесшумно разъехались, и я шагнула в длинный, стерильно чистый коридор, облицованный матовыми серыми панелями. Освещение здесь было приглушенным, а воздух пах озоном и дорогой кожей. Никаких окон. Полная изоляция от внешнего мира. Штаб-квартира службы безопасности «Воронов Групп» — личная маленькая армия Марка Воронова, которой руководил человек по прозвищу Бес.

В конце коридора меня встретил рослый охранник в черной тактической форме без опознавательных знаков. Он молча, сканирующим взглядом оглядел мою простую джинсовку, недорогие кеды и бледное, заплаканное лицо.

— К Бестужеву? — коротко спросил он. Его голос звучал как скрип ржавых петель.

— Да… Меня ждут, — едва слышно выдавила я, чувствуя, как от липкого страха пересыхает в горле.

Охранник приложил карту к электронному замку тяжелой стальной двери и коротко кивнул:— Проходи.

Я сделала шаг вперед, и дверь за моей спиной захлопнулась с глухим, зловещим стуком. Ловушка закрылась.

Кабинет начальника СБ тонул в полумраке. Единственным источником света была настольная лампа-ретро на массивном столе из темного дерева и несколько светящихся мониторов на стене, где в режиме реального времени крутились десятки записей с камер видеонаблюдения со всех объектов Воронова.

У панорамного стекла, за которым темнела бетонная стена подземного паркинга, стоял мужчина.

Руслан Бестужев. Бес.

Он казался огромным. Широкие плечи, обтянутые черной тактической рубашкой с коротким рукавом, рельефные руки, покрытые сеткой старых армейских шрамов, и короткая, жесткая военная стрижка с легкой проседью на висках. Ему было около тридцати пяти — возраст, когда мужчина становится по-настоящему опасным, расчетливым хищником. В руке он держал дымящуюся сигарету.

— Садись, Аня, — раздался низкий, хриплый голос, от которого у меня по коже побежали мурашки. Он даже не повернулся ко мне, но я кожей почувствовала, что он контролирует каждый мой вдох.

Я несмело опустилась на край жесткого кожаного стула перед его столом. Пальцы судорожно переплелись на коленях.

Бес медленно повернулся. Его лицо было жестким, словно высеченным из гранита: резкие скулы, волевой подбородок и глаза… ледяные, пронзительные, почти прозрачные серые глаза, в которых не было ни единой человеческой эмоции. Настоящий Бес. Мужчина, перед которым трепетали криминальные авторитеты столицы.

Он подошел к столу, затушил сигарету в массивной пепельнице и сел напротив, откинувшись на спинку кресла. Смерил меня долгим, давящим взглядом, от которого захотелось сжаться в комок и исчезнуть.

— Марк звонил мне, — заговорил он, и его голос вибрировал на опасных низких частотах. — Сказал, что Лена очень просила за тебя. Твой брат, Денис. Правильно?

— Да, — всхлипнула я, чувствуя, как из глаз снова покатились горячие слезы. — Его… его забрали вчера ночью. Он связался с какими-то ужасными людьми, проиграл огромные деньги в подпольном казино… Они сказали, если я не принесу три миллиона рублей до завтрашнего утра, они… они пришлют мне его пальцы. Пожалуйста, Руслан Игоревич! У меня нет таких денег! Я обычная студентка, мама болеет… Помогите мне! Лена сказала, вы можете…

Я задыхалась от плача, закрыв лицо руками. Мои плечи судорожно вздрагивали от абсолютной, черной безысходности.

Бес молчал. Он лениво взял со стола плотную папку и раскрыл её.

— Твой брат — идиот, Аня, — ледяным, будничным тоном произнес он, перелистывая листы. — И долг его — не три миллиона, а пять. Люди, которые его держат — банда Царя. С ними никто не договаривается. Их либо зачищают, либо платят. Я не собираюсь рисковать своими ребятами и ввязываться в криминальную войну из-за малолетнего придурка, который не умеет контролировать свой азарт. Так что ты пришла не по адресу. Я не занимаюсь благотворительностью. Уходи.

Его слова ударили меня под дых со страшной, сокрушительной силой. Уходи? Но если я уйду, Дениса убьют!

— Пожалуйста! Умоляю вас! Не бросайте меня! Я сделаю всё, слышите? Всё, что прикажете! Я отработаю! Буду мыть полы в вашем офисе, стану вашей прислугой, личным ассистентом… Я подпишу любую бумагу, буду работать на вас бесплатно всю жизнь, только спасите брата! У меня кроме него никого нет!

Бес замер. Его ледяные глаза сузились, превратившись в две узкие щели. Атмосфера в кабинете в секунду изменилась, воздух стал горячим и удушливым. Он медленно наклонился вперед, и его огромная ладонь жестко, до боли перехватила мой подбородок, заставляя меня закинуть голову. Его сканирующий, полыхнувший опасным, темным голодом взгляд скользнул по моим мокрым от слез щекам, по дрожащим губам и опустился к вырезу скромной кофточки.

В его глазах впервые зажглась эмоция — дикая, первобытная, пугающая одержимость. Он смотрел на меня так, словно уже присвоил себе каждую клеточку моего тела.

— Личным ассистентом, говоришь? Любую бумагу? — его хриплый шепот обжег мое лицо табачным дымом. Он легко, словно я ничего не весила, потянул меня вверх, заставляя подняться с колен, и жестко прижал спиной к краю своего стола. Его тяжелое, мускулистое тело заблокировало меня полностью, лишая малейшей возможности сдвинуться с места. — Мне не нужна прислуга, Аня. Но мне нужна ты.

— Что?.. — выдохнула я, цепенея от ужаса и странного, дикого электрического тока, который внезапно прошил мое тело от его близости.

— На один год, — Бес наклонился к моему уху, обжигая кожу горячим дыханием. Его свободная ладонь легла мне на талию, до боли сжимая кожу сквозь ткань. — Ты переезжаешь в мою квартиру. Будешь жить по моим правилам, спать в моей постели и принадлежать мне без остатка. Весь этот чертов год. Твой брат будет жить. Я решу этот вопрос за один звонок. А вот твоя свобода с этой секунды принадлежит мне.

Он отстранился, заглядывая в мои расширенные от шока зрачки. Достал из стола чистый лист бумаги, ручку и бросил передо мной.

— Подписывай контракт, девочка. Или убирайся вон. Выбирай прямо сейчас.

Глава 2. Подпись кровью

Пальцы отказывались слушаться. Ручка казалась тяжелой, словно была отлита из чугуна. Я смотрела на белый лист бумаги, где размашистым почерком Беса были набросаны всего несколько строчек, которые полностью перечеркивали мою прежнюю жизнь.

«...обязуется проживать на территории Заказчика, выполнять его распоряжения и не покидать пределы объекта без согласования. Срок действия — 12 месяцев».

Договор с дьяволом. Настоящий, юридически оформленный капкан.

— У тебя осталось тридцать секунд, Аня, — Руслан Бестужев стоял у окна, небрежно сунув руки в карманы брюк. Он даже не смотрел в мою сторону, но от его монотонного, ледяного голоса у меня по спине пробежал мороз. — Время идет. Твоему брату в эту минуту как раз могут обновлять маникюр. Без использования инструментов.

Всхлипнув, я зажмурилась и с силой прижала стержень к бумаге. Скрип пера прозвучал в мертвой тишине подземного кабинета как смертный приговор.

Анна Истомина.

Всё. Подпись поставлена. Свобода продана.

Бес медленно повернулся, подошел к столу и легким движением забрал у меня лист. Проверил подпись, удовлетворенно хмыкнул и засунул документ в сейф. Затем достал из кармана телефон, набрал короткий номер и прижал трубку к уху.

— Это Бес, — бросил он в динамик, и его лицо мгновенно превратилось в каменную маску командира. — Мальчишку у Царя забрать. Долг закрыт моим именем. Дениса привезти на мою конспиративную квартиру, запереть там и приставить двоих ребят. Из дома не выпускать. Будет дергаться — ломайте ноги. Выполнять.

Он отключил вызов, даже не дождавшись ответа. Всего один короткий звонок человека, которого панически боялся весь криминальный мир мегаполиса, и мой брат был спасен. Цена этого спасения сейчас сидела на стуле, едва сдерживая дрожь во всем теле.

— Вставай, — скомандовал Бес, подхватывая со спинки кресла свою тяжелую кожаную куртку. — Едем. Твои вещи мои люди заберут из общежития завтра утром. С этого момента твой дом — здесь.

Его квартира оказалась точно такой же, как и он сам — огромной, мрачной, пугающей и стерильно чистой. Это был элитный пентхаус на последнем этаже высотки, выполненный в стиле жесткого минимализма: стены из темного бетона, панорамные окна с видом на ночные огни Москвы, массивный кожаный диван и полное отсутствие каких-либо уютных мелочей. Ни фотографий, ни безделушек. Берлога одинокого, смертельно опасного волка.

Воздух здесь пах дорогой кожей, дорогим табаком и горьким мужским парфюмом.

— Твоя комната — направо по коридору, — Бес бросил ключи на стеклянный столик в холле и повернулся ко мне, лениво расстегивая верхние пуговицы своей черной рубашки. В полумраке прихожей его фигура казалась еще массивнее, полностью перекрывая мне путь к бегству. — Правила простые, Истомина. На учебу ты ездишь только с моим водителем. Возвращаешься — строго в три дня. Никаких подруг, никаких клубов, никаких звонков брату без моего разрешения. Телефоны на прослушке. Информацию с твоих соцсетей мои ребята уже слили.

— Вы… вы чудовище, — прошептала я, пятясь от него вглубь холла, пока не уперлась спиной в холодную бетонную колонну. Сердце колотилось в груди как сумасшедшее.

Бес усмыхнулся — жестко, хищно, обнажая ровные белые зубы. Он сделал шаг вперед, мгновенно сокращая расстояние между нами. Он не прикасался ко мне, но его тяжелая, давящая мужская энергетика буквально прижала меня к бетону.

— Я чудовище, которое только что спасло твоего брата от верной смерти, девочка, — хрипло выдохнул он прямо мне в губы, наклоняясь так низко, что я почувствовала жар его тела. Его ледяные серые глаза полыхнули тем самым темным, одержимым голодом, от которого у меня подкашивались колени. — Ты сама пришла ко мне на коленях. Сама предложила отработать. Так что не строй из себя невинную жертву.

Он медленно протянул руку, и его огромная, мозолистая ладонь легла мне на талию. Ткань моей простой кофточки показалась мне раскаленным железом — сквозь нее я почувствовала безумное, пугающее тепло его пальцев. Бес слегка сжал мою кожу, притягивая меня чуть ближе к своему твердому, рельефному телу.

— Сегодня я тебя не трону, Истомина. Ты слишком сильно напугана, а я не люблю брать сломанные игрушки, — его хриплый шепот обжег мою шею, заставляя меня судорожно вздохнуть, а по телу пронеслась волна дикого, предательского электричества. — Иди спать. Но помни: контракт подписан. И этот год ты проведешь по моим правилам.

Он отпустил меня так же внезапно, как и прижал, развернулся и ушел в сторону своей спальни, даже не обернувшись. Я осталась стоять в пустом, темном холле, судорожно глотая воздух и размазывая слезы по щекам. Я панически боялась Руслана Бестужева. Но самое страшное было в другом — там, внизу живота, от его мимолетного, жесткого прикосновения впервые в жизни рождался глухой, пугающий и непреодолимый жар.

Глава 3. Диктатура Беса

Солнце безжалостно разрезало темноту комнаты, заставив меня зажмуриться. Я резко села на огромной кровати, и в первую секунду мой мозг отказывался понимать, где я нахожусь. Серые бетонные стены, дизайнерские светильники в стиле лофт, запах дорогой кожи и табака…

Квартира Беса.

Реальность обрушилась на меня удушающей лавиной. Я не дома, не в привычном общажном бардаке. Я в золотой клетке самого опасного человека в городе.

Взглянув на прикроватную тумбочку, я похолодела. Моего старого смартфона там не было. Вместо него лежал новенький глянцевый аппарат в тяжелом черном чехле. Рядом покоилась записка, написанная тем самым размашистым, жестким почерком: «Твой мусор утилизирован. Это твой новый телефон. В нем один рабочий номер — мой. Любые попытки сбросить настройки или извлечь сим-карту заблокируют устройство. Одежда в гардеробной. Жду на кухне. Не заставляй меня идти за тобой».

Внутри меня закипела дикая, отчаянная злость. Да кто он такой?! Миллиардер Воронов хотя бы ведет себя как цивилизованный человек, а его начальник службы безопасности — просто дикарь, привыкший командовать на поле боя! Контракт контрактом, но лишать меня связи с миром, лишать личных вещей — это слишком.

Я решительно соскочила с кровати. В гардеробной действительно висели новые вещи, подобранные идеально по моему размеру — от простых джинсов до дорогих шелковых блузок. Плевать. Я натянула свои вчерашние джинсы, немного помятую кофту, быстро заплела волосы в тугой узел и, чеканя шаг, направилась на кухню. Я собиралась высказать этому тирану всё.

Руслан Бестужев сидел за барной стойкой из черного искусственного камня. На нем были только свободные спортивные брюки. Обнаженный торс мужчины поражал своей рельефностью: литые кубики пресса, мощные грудные мышцы и длинный, рваный шрам чуть пониже левого ребра — след от ножевого или пулевого ранения. Он неторопливо пил крепкий черный кофе, просматривая что-то в планшете.

— Я не буду играть по твоим правилам, Бестужев! — с порога заявила я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос не дрожал от страха. — Ты спас моего брата, спасибо. Я готова отрабатывать долг. Но ты не имеешь права отбирать мой телефон, читать мои переписки и запирать меня здесь! Я сейчас же уезжаю на учебу. На метро. И свои вещи из общаги я заберу сама!

Бес даже не вздрогнул. Он медленно отставил чашку с кофе в сторону. Планшет с тихим стуком лег на каменную столешницу. Руслан поднял на меня свои ледяные, прозрачно-серые глаза, и от этого взгляда вся моя напускная храбрость мгновенно испарилась, застряв комом в горле.

Он поднялся. Неторопливо, с грацией сытого, но бдительного хищника обошел барную стойку и двинулся на меня. Я инстинктивно попятилась, но Бес в два широких шага перекрыл мне пространство. Его огромная ладонь взлетела вверх, пальцы жестко, но безболезненно перехватили мое запястье, и одним плавным, неоспоримым движением он буквально усадил меня на высокий барный стул. Сам же наклонился, упираясь руками в сиденье по обе стороны от моих бедер. Нас снова разделяли считанные сантиметры.

— Слушай меня сюда, Истомина, — его хриплый, тихий шепот вибрировал у самого моего лица, заставляя каждую клеточку моего тела трепетать от дикой смеси ужаса и предательского, обжигающего жара. — Твой придурок-брат задолжал банде Царя. Мои ребята вытащили его из подвала, но Царь не любит, когда у него забирают добычу. Сейчас ты для них — мишень номер один. Самый простой способ надавить на меня или на Воронова.

Его ледяной взгляд скользнул по моим губам, и я почувствовала, как пальцы Руслана на моем запястье чуть сжались, транслируя его безумную, пугающую силу.

— Какое, к черту, метро, Аня? — жестко продолжил он, обжигая мою кожу горячим дыханием. — Тебя упакуют в тонированный минивэн на первой же станции, и через час я буду получать твои пальцы по почте. Поэтому с сегодняшнего дня твоя диктатура окончена. На учебу тебя возит мой личный водитель. В твоем новом телефоне стоит жучок и спецпрошивка, которая пишет все разговоры. Твои соцсети удалены ради твоей же безопасности. Ты будешь дышать, ходить и спать только тогда и так, как я решу. Смирись со своим статусом, девочка. Ты — моя. На этот год ты полностью моя.

Из моих глаз брызнули слезы обиды и бессилия. Я попыталась дернуть рукой, но его хватка была железной.

— Ты чудовище… Ты просто пользуешься тем, что мне некуда идти! — всхлипнула я, глядя в его гранитное лицо.

— Именно, — цинично усмехнулся Бес. Его ладонь медленно поднялась выше, его горячие, мозолистые пальцы коснулись моей шеи, нащупывая бешено колотящийся пульс, а затем скользнули к подбородку, заставляя меня смотреть только на него. Электрические искры прошили тело, заставив меня судорожно вздохнуть. — Мне абсолютно плевать на твои слезы, Истомина. Но если ты нарушишь хотя бы одно мое правило, если я узнаю, что ты попыталась сбежать или выкинула телефон — я лично верну твоего брата Царю. И на этот раз помогать не стану. Поняла меня?

Я обреченно зажмурилась, чувствуя, как слезы обжигают щеки.

— Поняла… — едва слышно прошептала я.

— Вот и умница. Пей чай, одевайся в то, что лежит в гардеробе, и спускайся вниз. Машина ждет, — Бес отстранился, мгновенно возвращая себе маску абсолютного безразличия. Он подобрал свой планшет и ушел вглубь пентхауса, а я осталась сидеть на барном стуле, содрогаясь от безмолвных рыданий и понимая, что моя жизнь превратилась в покорное следование приказам этого пугающего человека.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.