- -
- 100%
- +
– Значит, предположения мои оказались все – таки верны, – подумал Джейсон, двигаясь к машине, – генерал не сказал мне чего – то очень важного, о чем, видимо, нельзя говорить, даже в своем собственном доме, и даже руководителю одной из стратегических структур мощнейшей секретной службы мира. Что же его так сильно гложет, чего он остерегается?
Он остановился на пару минут с задумчивым взглядом перед автомобилем, а затем вежливым голосом обратился к водителю через опущенное стекло передней дверцы:
– Отвези – ка меня, Дэн, на Пикадилли, пожалуйста. Хочу сегодня посидеть немного в баре, и пропустить бокал – другой своего любимого виски. Ждать меня не стоит, домой доберусь сам, на такси. Так что, высади меня там, и отправляйся к себе.
Обычно немногословный и замкнутый личный водитель генерала Адамса, из которого за весь день не возможно было вытащить ни единого слова, был в этот вечер в приподнятом настроении, весел и довольно словоохотлив.
– Нет проблем, сэр, – ответил он, с юношеским задором, будто его позвали на вечеринку, – доставлю вас с ветерком, куда прикажете, и как можно скорее. Благо, судя по нашему навигатору, заторов сейчас нигде нет, и дорога совершенно свободна.
Спустя сорок минут, Коллинз шел уже по Пикадилли по направлению к тому самому бару, о котором говорил ему генерал Адамс. Увидев, наконец, соответствующую вывеску метров за сто до конца улицы, он сбавил шаг, дошел не спеша до входа, и остановившись на несколько минут перед дверью, огляделся по сторонам, и вошел внутрь.
Бар был забит почти до отказа. Болельщики «Арсенала» с шумом и грохотом отмечали встречу с игроками столичного клуба, и веселились от души. В помещении было невыносимо жарко и душно. Запах пива с кислым привкусом и плотная завеса из густого табачного дыма били противно в ноздри, вызывая резкое отвращение. Ловкие молодые официанты юрко сновали с подносами меж низких полукруглых столов, обставленных многочисленными стеклянными, пустыми и полупустыми пивными бутылками и пепельницами, разнося однообразные заказы своим крикливым посетителям.
– Вряд ли, нам удастся посидеть здесь, и тем более спокойно поговорить, – подумал Джейсон с досадой, и собрался было уже выйти, прогуляться еще немного на свежем воздухе, чтобы дождаться своего шефа снаружи. Но в ту же секунду к нему подскочила молоденькая, смуглолицая и миловидная официантка лет восемнадцати, и вежливо предложила занять небольшой столик на двоих у входной двери, рядом с огромным фикусом и с широким окном для прекрасного обзора прилегающей к бару улицы. Коллинз не стал возражать, и лишь пожав слегка плечами, молча, и с улыбкой на лице кивнул в ответ, согласившись с ее предложением. Из-за отсутствия мест на вешалках, которые были облеплены со всех сторон верхней одеждой посетителей, он повесил свой плащ на стул, свернул в трубочку галстук, который заметно выделял его среди остальных, положил его в карман пиджака, и присел за низенький, не совсем удобный на первый взгляд столик. Оглядевшись вскоре вокруг, и оценив расположение своего скромного места, Джейсон заметно расслабился, поняв, что лучшего места для интимной беседы с генералом и не найти, и удовлетворенно смирился со своей выгодной дислокацией. Размышляя о загадочной теме предстоящего разговора с Грэгом, он не сразу обратил внимание на другого официанта, выросшего перед ним, словно джин из бутылки.
– Простите, что заставили вас ждать, сэр, – произнес гарсон, с характерным азиатским акцентом, и вынув из кармашка фартука блокнот и ручку, посмотрел на своего клиента, каким – то детским взглядом, – Что будете заказывать?
– Мне бы пинту ирландского пива и немного соленого арахиса, – ответил полковник, с улыбкой, оттянув рукав пиджака, и взглянув мельком на часы, вновь перевел взгляд на официанта. Молоденький малазиец спешно отметил заказ в своем блокноте, поправил на столе скатерть, и поставив под кружку пива круглую картонную пластину, так же быстро исчез из виду, как и появился.
– Если ничего непредвиденного не произойдет, то Грэг должен появиться здесь через пятнадцать минут, – подумал Джейсон, выглянув в окно, – генерал никогда не опаздывает, и всегда пунктуален. Стало быть, осталось ждать всего четверть часа.
Ровно через четверть часа в баре появился коренастый человек среднего роста и неопределенного возраста. Он был одет в ярко красную в белые полоски куртку с капюшоном, а голова его была покрыта такого же цвета спортивной шапочкой с длинным козырьком. Даже лицо этого чудака, который больше походил своим видом, скорее на клоуна, было разукрашено в красно-белый цвет. Он был весь обвешан символикой футбольного клуба «Арсенал», и издавал тихий металлический звук бьющихся друг о дружку многочисленных значков, медалей и бейджиков закрепленных на его широкой груди. Комично разодетый незнакомец осмотрелся сначала по сторонам, задержал на пару секунд свой взгляд на явно скучающем полковнике, и тут же растворился в пестрой толпе галдящих перед большим плазменным экраном телевизора шумных фанатов.
Прошло еще пятнадцать минут, но генерал так и не появился. Джейсон стал все чаще поглядывать на часы, всматриваясь в лица немногочисленных прохожих, мелькающих за широким окном, в надежде обнаружить среди них своего запаздывающего шефа. Воспользоваться мобильным телефоном он не имел права – на то существовало строгое указание Грэга, запретившего, даже брать его с собой на время их важной беседы. Однако это был единственный его приказ, которого Коллинз за все время их совместной службы ослушался, захватив с собой телефон, и держа его отключенным в заднем кармане брюк. Он рассчитывал, что после встречи с шефом, которая по его предположению могла занять не более получаса, он включит его, позвонит супруге Кэтрин, чтобы она не беспокоилась понапрасну, и предупредит ее о времени своего возвращения домой.
Вдруг, неожиданно, из толпы ревущих на все помещение фанатов, вынырнул тот самый, комично одетый, увешанный символикой «Арсенала» странный мужчина в смешной красной спортивной шапочке с козырьком, который бросил короткий взгляд в окно, а потом уставился на задумчивого Джейсона. Затем, пошатываясь из стороны в сторону, словно изрядно подвыпивший завсегдатай бара, он направился прямиком к его столику, и с ходу ухватился обеими руками за спинку свободного стула.
– Разрешите, мистер, присесть за ваш столик, вижу, что у вас есть свободное местечко? – спросил он, не глядя Джейсону в лицо, и тут же, не дожидаясь его реакции и позволения, резко выдвинул стул, и присел напротив.
– Простите, сэр, но столик занят! – заявил Джейсон возмущенным, но спокойным голосом, еле сдерживая себя от желания дать отпор наглецу, – Я жду своего приятеля, который должен, появиться здесь с минуты на минуту. Так, что простите, сэр, но вам необходимо пересесть за какой – нибудь другой столик.
Видя, что странный комичный незнакомец совершенно не реагирует на его возмущение, и не намерен покидать столик, он стал пристально вглядываться в его лицо.
– Ну, что, полковник Коллинз, долго ты еще будешь рассматривать меня, словно икону, или, может быть, тебе для этого лупу дать, что ли? Неужели, ты не смог определить меня по голосу, черт подери? – произнес он, с некоторой ехидцей в недовольном голосе, – Эх ты, а еще и профессионал высшего класса!
Это был генерал Адамс собственной персоной, искусно загримированный под фаната футбольного клуба «Арсенал», узнать которого в этом нелепом наряде, было невозможно.
– Как же так, Грэг! – произнес Джейсон, раскрыв рот от удивления, – а что же ты сразу не подошел, зачем вся эта нелепая конспирация, и к чему весь этот цирк? Мы ведь с тобой в своей собственной стране, и бояться нам здесь, некого и нечего?
Грэг слегка поморщился, оглядел весь зал, и поднял козырек своей смешной шапочки.
– Так надо было, старина! Я долго присматривался к тебе и твоему столику, и следил за тем, не наблюдает ли за тобой кто – нибудь со стороны, – ответил он, уже без улыбки, глядя на своего визави сосредоточенным взглядом. – Во – первых, я не мог у себя дома сказать тебе всего, чего хотелось бы, поскольку, мой дом и весь прилегающий к нему двор буквально нашпигованы с некоторых пор прослушивающей аппаратурой. Во – вторых, место, где мой водитель высадил тебя, уже сутки, как не охватывается уличными камерами видеонаблюдения. В – третьих, система видеонаблюдения всего бара уже двое
суток также отсутствует, а подключение, по моим проверенным данным, ожидается только через два дня. Дело, ради которого мы устроили здесь свою встречу, стоит того,
чтобы, как можно меньше людей знало об этом, или, если сказать еще откровеннее, чтобы никто даже и не догадался о ней.
Джейсон смотрел на своего шефа заинтригованным взглядом, не совсем понимая, к чему эта подчеркнутая осторожность и подозрительность, но не стал подавать вида.
– Понял тебя, генерал, – произнес он, с некоторой иронией в голосе, – я готов внимательно выслушать тебя. Полагаю, что тема нашей секретной беседы стоит этой конспирации, и предвещает на этот раз нечто необычное?
Грэг глубоко вздохнул, снова окинул пытливым взглядом все помещение, и вновь низко надвинул на лоб длинный козырек своей забавной шапочки.
– Знаешь, дружище, – сказал он, глядя пристально в глаза своего собеседника, – тебе не надо рассказывать о сложной обстановке в мире; о злых и жестоких террористах, которые держат в страхе все страны; о бесконечных войнах враждующих между собой государств, а также о крайне непримиримом противостоянии политических систем. Тебе, как никому другому известно об этом, и не только как высококлассному практику, но уже и как профессиональному аналитику, а с некоторых пор и опытному, тонкому психологу, способному с первого взгляда считывать нужную информацию.
Генерал вновь оглядел переполненное фанатами помещение душного бара, и сделал многозначительную паузу. Затем, достав из кармана аккуратно сложенный белый носовой платок, он вытер им влажный лоб, и повернул голову в сторону стойки бара.
– Парень, можно вас! – крикнул он молодому человеку в темно – бордовом фартучке, который стоял поодаль, поглядывая робким взглядом на бушующих уже фанатов, – Да, да, вы, юноша! Подойдите к нам, пожалуйста…
Все тот же официант, принявший ранее заказ у Джейсона, быстро схватил со стойки поднос, подскочил к их столику, и встал перед Грэгом, с улыбкой окинув его взглядом.
– Слушаю вас, господа. Чего изволите? – выпалил он, скороговоркой, заученную фразу на довольно забавном английском, и тут же, вынув из кармашка фартука тонкий блокнотик с авторучкой, встал у края стола, расплывшись в широкой улыбке.
– Принесите нам, пожалуйста, бутылку «Скотч Дэниелс» и немного твердого французского сыра. Да, и нарежьте еще тонкими ломтиками лимон, – скомандовал зычным голосом генерал, привыкший отдавать приказы своим подчиненным.
– Через минуту все будет готово, сэр, – ответил гарсон, учтивым голосом, отметив заказ в своем блокноте, после чего, вновь блеснул довольной улыбкой, поправил на столе скатерть, и обойдя за пару метров галдящую на весь зал ораву, юркнул на кухню.
– Так вот, Джейсон, – продолжил Грэг, уставившись на него серьезным взглядом, – твоя миссия в Вашингтон состоит не только в том, чтобы отсиживаться в течение трех дней на этих скучных заседаниях, и внимательно выслушивать дежурные речи руководителей комитетов, конспектируя каждое их выступление. Ее истинная суть гораздо важнее и ценнее не только для нашей Короны, но и для всего мира в целом. И это, друг мой, поверь, не шутки на праздные темы и не очередной сюжет из фильма, где героическими усилиями своих скаутов американцы спасают погибающий мир.
Генерал снова взял паузу, поскольку, в этот момент гарсон принес их нехитрый заказ, сам снял с подноса бутылку виски, водрузив ее на середину стола, и взял того за рукав.
– Да, вот еще что, парень, рассчитай – ка нас сразу же, – сказал он, все тем же властным, но тихим голосом, не поворачивая к нему головы, – не думаю, что нам понадобится сегодня что – нибудь еще.
– Тогда с вас ровно двадцать один фунт, господа, – выпалил официант, еще более вежливым и мягким тоном, кладя со вздохом распечатанный чек на стол, видимо рассчитывая получить от своих загадочных клиентов хорошие чаевые.
Джейсон тут же полез во внутренний карман своего пиджака, достал из него бумажник, извлек оттуда банковскую карту «Виза», и положил ее на пустое блюдце рядом с чеком.
– Убери ее немедленно, дружище! Никаких карт, только наличные! – бросил Грэг, строгим тоном, и вытащив из нагрудного кармана своей забавной куртки несколько новеньких хрустящих купюр, отделил из них три по десять фунтов, и положил их на край стола перед официантом.
– Благодарю тебя, сынок, за хороший сервис, и за доброе и вежливое отношение к своим клиентам, – сказал он, вполголоса, – сдачу можешь оставить себе.
– Спасибо вам огромное, сэр. Желаю приятного отдыха! – ответил довольный официант, кладя деньги в кармашек, и прихватив с собой освободившийся поднос, ушел вприпрыжку в сторону стойки бара, ловко протискиваясь между фанатами.
Едва тот исчез в толпе, Грэг разлил виски по бокалам, поставил их на белоснежные салфетки, и предложив выпить за любимую Королеву, встал из за стола, и вытянулся во весь рост. Джейсон с удовольствием поддержал первый, и обычно дежурный тост своего шефа, и также приподнявшись со стула, расправил плечи, и полностью осушил вслед за генералом свой бокал.
– Думаю, полковник, теперь наша беседа пойдет гораздо веселее, – сказал Грэг, с легкой улыбкой на вмиг подобревшем, разукрашенном в красно – белый цвет лице.
– Тебе трудно возразить, шеф, – ответил Джейсон, улыбнувшись, чувствуя внутри постепенный прилив тепла, которое тут же стало растекаться по всему телу, избавляя его от некоторого напряжения в мыслях.
– Так вот, сынок, – продолжил свою интимную беседу генерал, перейдя на спокойный и размеренный тон, – пару дней назад мне было предложено моими американскими друзьями подыскать из нашей среды надежного и доверенного человека для проведения у них закрытого мероприятия, которое не будет входить в число твоих официальных задач. Вопрос который будет обсуждаться на этой засекреченной встрече является чрезвычайно важным и значимым не только для какой – то отдельно взятой страны, но как бы пафосным это не показалось на первый взгляд, и для всего мира в целом. Я не долго раздумывал над этим предложением, а точнее сказать, просьбой своих близких друзей. Разумеется, не сложно предположить, что выбор мой пал именно на тебя, как на наиболее достойного и близкого к себе человека.
Грэг вновь прервался, неторопливо разлил виски по бокалам, взял ломтик сыра, и вкрадчиво посмотрел на своего собеседника, который не сводил с него глаз, предельно внимательно слушая довольно странную речь шефа, и не зная, как на нее реагировать. Джейсон сидел все это время неподвижно. Он с жадностью ловил каждое слово своего мудрого наставника, стараясь осмыслить значение произносимых им загадочных фраз.
– Раньше, – думал он, не меняя выражения сосредоточенного лица, – этот опытный и бесстрашный человек мог обсудить с ним очередное новое задание в любой обстановке, делая это легко и непринужденно, а сегодня он устроил целый театр
с конспирацией и этим нелепым переодеванием. Должно быть, готовится что – то очень серьезное и масштабное. Интересно, что же он такое задумал, и в чем кроется его суть?
Генерал в этот момент вытер губы салфеткой, провел пальцами по своим пышным пепельным усам, поднял бокал, и вытянул его с улыбкой на середину стола.
– Ну, что, полковник, давай – ка, выпьем за твою удачную миссию и счастливое возвращение домой, – сказал он, опрокинув свой сосуд, и закусив ломтиком сыра, – Да сопутствует тебе удача, сынок, и пусть наш Господь благословит тебя!
Джейсон поднес бокал к губам, задумался на секунду о том, что собирался этим вечером попасть домой трезвым и до того как дети лягут спать, слегка поморщился, искренне поблагодарил своего шефа за доверие и добрые пожелания, и нехотя выпил.
– А теперь, друг мой, о самом главном, ради чего мы с тобой выбрались сюда, – сказал Грэг, отставив свой пустой бокал в сторону. – Как ты знаешь, с каждым годом по всему миру растет угроза применения ядерного и бактериологического оружия. Для нашей конторы уже не является секретом, что Иран, не без помощи России, удачно завершил испытания своих ядерных ракет, и мы уверены в том, что их первоочередной целью станет, прежде всего, ненавистный им Израиль. Нет сомнений в том, что случае его успешного применения против евреев Иран на этом не остановится. Следующими его целями бесспорно станут США, большая часть Европы, и в том числе Великобритания.
В течение долгих лет мы всеми доступными способами и средствами препятствовали развитию ядерного потенциала Ирана, зная, к чему приведет это в конечном итоге, и никогда не допустили бы его появления в мировом атомном сообществе. Однако как мы и предполагали, в процесс вмешалась Россия, которая на сегодняшний день остро нуждается в политическом реванше и особом козыре для возвращения своего былого могущественного влияния на мировую политику. Всячески способствуя продвижению ядерной программы Ирана, она поступательно, скрытно и вполне уверенными темпами сближается с ним по всем позициям. Их тесный союз можно считать сегодня уже свершившимся фактом. Только за прошедшие пять лет, тайными каналами через Азербайджан, Россия поставила в эту страну такой объем обогащенного урана, что позволило тому создать у себя достаточно большое количество ракет с ядерной начинкой. Мы упорно пытались договориться с ними на всех уровнях, готовы были пойти на значительные уступки в торговых отношениях, предлагали помощь в социальных проектах, но, к сожалению, персы остались непреклонны, и отвергли все предложения и инициативы с нашей стороны. Но нам все же удалось установить довольно тесные контакты с некоторыми очень влиятельными руководителями спецслужб этого государства, которые после тайных переговоров выразили готовность к сотрудничеству. Более того, они уже сегодня настроены на смену своего действующего режима, чтобы привести к власти людей из своего же круга, склонных к светскому правлению, которые будут безоговорочно следовать их указаниям. Аналогичная ситуация сложилась и в некоторых других странах, с представителями спецслужб которых мы ведем вполне успешные переговоры. Люди, с которыми тебе предстоит встретиться в Вашингтоне, Джейсон, это очень влиятельные, высокопоставленные, а главное, действующие сотрудники различных секретных служб. Они решительным образом нацелены на самые радикальные меры для свержения существующих режимов и достижения поставленных перед собой целей. Каждый из них имеет свой конкретный план действий и обширную сеть подготовленных подразделений, оснащенных всеми возможными видами техники, оборудования и, разумеется, современного вооружения. Все участники этой закрытой встречи абсолютно едины в общем мнении, что самый оптимальный путь для достижения всеобщего мира на нашей земле – это отстранение а, при необходимости, и устранение тех руководителей государств и их приспешников, которые упорно ведут наш мир к всеобщей катастрофе. Речь идет о тех главах государств, которые не считаются сегодня ни с волей своих народов, ни их законными правами, ни тем более с их интересами. Как ты знаешь, опыт наших союзников американцев в проведении многочисленных военных операций в различных регионах по всему миру показал, что свергая один режим в какой – либо стране, ему на смену приходит еще более жестокое и совершенно непредсказуемое правление. Затратив невероятные суммы финансовых средств своих налогоплательщиков, они смогли только разворошить по всему миру огромное осиное гнездо, выпустив на волю злобных монстров. Во всех этих странах, где ими проводились операции по установлению демократии, наступили только хаос, нищета и безработица. Огромные толпы несчастных и обездоленных людей в поисках лучшей доли стали буквально просачиваться в более развитые и материально устойчивые страны, создавая для последних невероятно тяжелые социальные и экономические последствия. К сожалению, должен отметить, что во многих, даже несанкционированных ООН спецоперациях наших друзей американцев принимали участие и наши вооруженные силы. Что из этого вышло, нам с тобой хорошо известно. Необходимо кардинально менять способы и методы достижения поставленных целей и задач, и незамедлительно создать такую организацию, которая смогла бы повсеместно решать глобальные, комплексные мировые проблемы. Такая необходимость давно назрела, и требует своей разумной реализации, иначе нас ждет неминуемый крах.
Грэг снова достал из кармана белоснежный платок, вытер им лицо, оставив на
хлопчатобумажной ткани яркие пятна своей боевой раскраски, и положил его на стол. Обычно сдержанный, невозмутимый и спокойный генерал Адамс вдруг занервничал,
стал постукивать пальцами по столу, водить глазами по сторонам, а затем, вынув из кармана куртки полупустую пачку сигарет «Кент» и зажигалку, закурил, уставившись с грустью на своего задумчивого собеседника. Но, сделав пару неглубоких затяжек, он положил сигарету на блюдце, и вновь разлил виски по бокалам.
– Я никогда ранее не волновался, сынок, так как сегодня, но тому есть веская причина, – произнес он, совсем притихшим голосом, снова внимательно оглядев весь зал, – поверь старине Грэгу, все, что я говорил тебе до этого – всего лишь прелюдия к самому главному, о котором собираюсь поведать тебе.
Генерал оттянул после этого плечи назад, мгновенно осушил свой бокал, сделал еще пару затяжек, и аккуратно затушив тлеющую сигарету, накрыл пепельницу блюдцем.
Джейсон слушал его уже с напряжением, не отводя взгляд от его губ, и слегка покрасневших от выпитого виски щек. Он перестал даже думать о своей семье, которая, судя по серьезности затронутой темы, вряд ли теперь дождется его сегодня до полуночи. Интрига в их беседе стала нарастать с каждой минутой, и, казалось, затянется надолго.
Грэг вновь выдержал паузу, давая своему агенту возможность осмыслить суть затронутого вопроса, после чего сделал глубокий вдох, придвинул свой стул к нему поближе, положил правую руку на стол, и медленно сжал ее в кулак.
– У меня было строгое указание, не обсуждать в Великобритании какие – либо инструкции, касающиеся этой масштабной программы, даже с очень близкими мне и доверенными лицами, – сказал он, уже совершенно спокойным голосом, будто и не было той нервозности, в которую он впал буквально пару минут назад, – но ты, Коллинз – совсем другое дело. Ты мне дорог, как родной сын, и скрывать от тебя то, что известно
мне самому, я не собираюсь. Времени для дальнейших обсуждений этого вопроса у нас практически нет, и решение необходимо принять срочно, сегодня, и именно сейчас! Состав группы, которая будет проводить закрытую встречу в Вашингтоне, давно уже определен. В нее входят в основном проверенные сотрудники секретных служб США, Великобритании, России, Ирана, Белоруссии и Турции, а также еще около десятка представителей некоторых стран Европы, Азии и Латинской Америки, о которых мне пока ничего не известно. А нашу контору будешь представлять ты, дорогой мой Джейсон. Именно эти государства, делегаты от которых будут представлены на закрытом собрании, играют сейчас ключевые роли в своих регионах. Именно от этих стран сегодня зависит, к чему придет наш неспокойный мир в ближайшие пять – десять лет. Анализ происходящих повсеместно событий наглядно демонстрирует, что угроза ядерной или бактериологической войны, как никогда прежде актуальна сегодня, и предотварить ее можно только одним способом – сместить, либо устранить, потерявших ощущение реальности зарвавшихся руководителей определенных государств вместе с их тайными советниками. А чтобы не наступил в этих государствах очередной хаос, или не пришли к власти неуправляемые безумцы, нами будут подготовлены соответствующие кандидатуры, которых в первую очередь устраивают их собственные народы, и которые незамедлительно сменят своих одиозных правителей. В большинстве стран такие кандидатуры уже ждут своего часа, и усиленно готовятся к переменам. То есть, речь идет о том, чтобы в принудительном порядке избавиться от тех глав государств, от которых исходит реальная угроза развязывания войны с применением оружия массового уничтожения. Да, учти, еще, сынок, Китай не входит в это число. Договориться с их агентами у нас пока не получилось хотя, думаю, что это вопрос времени. Однако мне уже достоверно известно, что после наших нескольких неудачных попыток, хотя бы обговорить с ними вопросы своего проекта, они устроили наглую и откровенную охоту за нашими сотрудниками. Они поставили своей целью, во что бы то ни стало выяснить, что за мировой заговор зреет за их спинами, и к каким последствиям для их государства он может привести. Как тебе известно, их представители в нашей стране чувствуют себя довольно вольготно, но в то же самое время они ощущают неподдельный страх за свою