СООБЩЕСТВО ЖИВЫХ ТЕНЕЙ. Книга первая. Каролина

– Девчонки, миленькие, не подскажете, где здесь можно поесть?

А они все дружно захихикали, стали переглядываться друг с дружкой, а потом, молча, пожали плечами. Но одна из них вдруг повернулась ко мне лицом и говорит:

– Вообще – то, сейчас уже довольно поздно, сэр, и вряд ли вы найдете здесь, что – нибудь подходящее, разве что какие – то ночные бары.

Затем, будто сжалившись, она пристально посмотрела на меня, и спросила:

– А вы действительно голодны, или ищете повод познакомиться с нами?

Я ответил, что реально голоден, и никаких поводов для знакомства ни с кем не ищу

и, если она подскажет, где я могу снять эту проблему, то буду ей безмерно благодарен.

– Ну, тогда идемте со мной, – скомандовала она, тонким ангельским голоском, и махнув рукой в сторону своих подруг, предупредила их, что вернется через пару минут, и повела меня к себе. Мы поднялись на лифте на восьмой этаж, и зашли в двухместный номер, который был отведен для нее с подругой – капитаном команды. Она открыла свою большую спортивную сумку, что стояла у ее кровати, и стала доставать из нее всевозможные напитки и соки в бумажных бутылочках, и продуктовые деликатесы в герметичных упаковках. Чего там только не было! – Колбаса, сыры, салаты, шоколад, финики, изюм и еще много чего…! От этого продуктового изобилия у меня закружилась внезапно голова, и в глазах появились искорки. Однако меня охватила в этот момент какая – то робость, что я даже попятился было назад от смущения.

– Прошу вас, мистер, берите, не стесняйтесь, пожалуйста, – сказала она, все тем же ангельским голоском, заметив мою явную нерешительность. А потом, не дождавшись моей реакции на свое настойчивое предложение, взяла в руки большой бумажный пакет, и стала сама складывать в него весь этот богатый съестной набор.

– Вы не переживайте, мистер нам каждый день обновляют продуктовые запасы, а на сегодня мы уже достаточно сыты, и ущерба нам от этого никакого не будет, – заверила она меня, и буквально всучив мне этот пакет, вежливо улыбнулась, и проводила до двери. Я был тронут отношением этой девушки к себе, и ее неутомимым желанием помочь своему ближнему. Я искренне поблагодарил ее за доброту и великодушие, прижал этот большой бумажный пакет к своей груди, и спустился к себе в номер на пятый этаж. Мне было откровенно неловко получить такой подарок от девушки, но чувство голода, терзавшее меня на протяжение всего дня, взяло верх, и я наелся той ночью до отвала. Следующий день у меня был свободным, вплоть до самого вечера, и я позволил себе поспать до десяти утра, хотя, не зазвони в тот час мой телефон, то наверняка, продолжал бы спать и дальше. Я ответил на звонок шефа, а потом, тщательно побрившись, принял горячую ванну, неторопливо оделся в джинсовый костюм, и спустился в ресторан отеля, чтобы выпить чашку кофе, а затем прогуляться по тихому уютному городу. Благо, времени на отдых в тот день у меня было предостаточно. Я вошел в зал ресторана, и увидел свою вчерашнюю спасительницу, которая сидела за столом, и аппетитно завтракала со своими подругами. И только сейчас я как следует разглядел ее. Она была невероятно красива и стройна, с коротко стриженными белыми волосами, перламутровыми, словно виноградинки, глазами небесного цвета, со слегка вздернутым вверх маленьким носиком и ямочками на розовых щечках. А фигура, какая! Высеченная статуя! В общем, после долгого одиночества я вдруг почувствовал, что это та самая, единственная, которая по-настоящему зацепила мое сердце, истосковавшееся по женскому теплу и ласкам. Я подошел к ней, представился, вновь искренне поблагодарил за вчерашнее спасение голодающего, и в знак благодарности пригласил ее в ресторан. Она сначала замешкалась, призадумалась на несколько секунд, оценивающе оглядела меня с головы до ног, и как бы нехотя дала свое согласие. Но тут же с улыбкой на милом лице предупредила, что освободится в этот день только в восемь вечера. Я был безмерно счастлив. Пожелал ей и ее подругам приятного аппетита, вышел из отеля, и отправился на прогулку по городу. Весь день я просто горел желанием поскорее увидеться с нею, частенько поглядывал на часы, и очень жаждал, чтобы время ускорилось. Вечером, ровно в восемь, закончив к тому времени все свои дела, мы встретились с ней в фойе отеля, и я повез ее в один из лучших ресторанов города. Она была просто чудо. Я не мог налюбоваться ею. Ингрид была одета в тот вечер в красное платье с широким белым воротом и такого же цвета поясом вокруг тонкой талии. На ней были белоснежные туфли на низком каблуке и с мягкой подошвой, и когда она шла рядом со мной, то казалось, что совсем не слышно ее шагов. Она была выше меня на пять – шесть сантиметров, поэтому и предпочла обувь, которая почти уравнивала наш рост. Мы лакомились в тот вечер лобстерами и мидиями, пили по маленькому глоточку белое полусладкое французское вино, наслаждались живой фортепианной музыкой, и увлеченно беседовали, перебирая различные истории из своей жизни. Нам было хорошо и весело вдвоем, и симпатии наши, к счастью, оказались взаимными. После ужина, мы еще долго бродили по улицам города, совершенно не обращая внимания на время, и получили истинное, непередаваемое удовольствие друг от друга. Я был безумно влюблен в это неотразимое божественное создание, которое так внезапно, и так кстати ворвалось в мою одинокую жизнь, что я совершенно утратил в тот вечер ощущение реальности.

Он вдруг прервал свой душевный романтический рассказ, посмотрел на задумавшегося и тоскливого Джейсона виноватым взглядом, и по – дружески похлопал его по плечу.

– Прости, что так надолго занял твое внимание, – произнес он, тихим голосом, – но так хотелось отвлечь тебя от грустных мыслей, что решил поведать тебе счастливую историю своей любви, и похоже, что немного увлекся.

Но мысли влюбленного Джейсона были только о великолепной Каролине. Он слушал Курта без эмоций, даже не моргая, и сидя рядом с ним на лавочке, лишь безучастно кивал

головой, а огромное сердце и нежные чувства его были совершенно в другом месте.

– Все в норме, Курт, – ответил он, не задумываясь, – просто вспомнил, что нам еще предстоит сегодня ехать по делам, а так не хочется, такая вдруг леность напала.

– Ладно, воздыхатель, успокойся, и не терзай впустую свою душу, – произнес Курт, с улыбкой, – пошли в дом, выпьем с тобой по чашке крепкого кофе, взбодримся, и посмотрим по телевизору последние новости. У нас с тобой еще целый час до выезда. После своих официальных мероприятий определимся, чем заняться вечером.

За столом он показал своему другу несколько фотографий, где голеньким, улыбающимся и в разных позах был запечатлен его родной и единственный сын Маркус.

– Вот он, сыночек мой любимый, – промолвил он, тяжко и с грустью в совершенно притихшем голосе, протянув ему снимки, – правда, славный мальчишка?

Джейсон бережно взял в руки слегка пожелтевшие от времени, и изрядно потрепанные от частых касаний черно – белые фотографии, и стал внимательно разглядывать их.

– А что это за странное, большое темное пятно на его спине? – спросил он, вдруг, остановив свой пристальный взгляд на одной из них, и указав на него пальцем.

– Не обращай внимания. Ерунда! Это у него родимое пятно такое, почти по середине позвоночника, ближе к правой лопатке. Оно такое большое, что мы с Линдой вначале очень испугались, когда увидели его. Но наши опытные врачи заверили, что оно абсолютно безвредно для здоровья мальчика, и мы сразу же успокоились, – ответил Курт, и внезапно повеселев, аккуратно сложил фотографии, и убрал их снова в ящик стола.

В назначенное время к воротам дома полковника Райнера подъехал автомобиль все с тем же водителем за рулем, что возил их накануне. Услышав снаружи шум мотора, друзья схватили свои кейсы, вышли вместе из дома, и заперев на ключ двери, сели в машину, и уехали в Вашингтон, на очередное совещание комиссии НАТО.

Во второй день заседания обсуждалась проблема несвоевременных платежей новых стран – участниц североатлантического альянса и пути решения сложившейся проблемы. Вся работа комиссии продлилось около трех часов с двумя перерывами на кофе, хотя и на этот раз ничего нового не было озвучено. После ее окончания молодой офицер Пентагона объявил делегатам о времени проведения следующего совещания, сухо пожелал всем доброго и успешного дня, и покинул строевым шагом переполненный зал.

Курту и Джейсону предстояло теперь добираться до места проведения второй закрытой встречи будущих членов тайного сообщества живых теней. Они быстро расписались во всех протокольных документах, убрали выданные им копии бумаг в свои кейсы, отметились в журнале посещений, и одними из первых покинули зал заседаний. Перед выходом из здания офицеры сняли с себя бэйджики и идентификационные карты, забрали свою верхнюю одежду, и направились ускоренным шагом к парковке, где за рулем служебного автомобиля Райнера их терпеливо дожидался водитель – капрал, Энди Смит.

Едва машина вырулила из места стоянки, и отъехала на пару сотен метров, как вдруг раздался пронзительный звонок телефона Курта, которого тот держал все еще в руке.

– Слушаю вас, господин генерал, – произнес он, отрывистым голосом, и попросив водителя остановиться у обочины, вышел из автомобиля, и отошел в сторонку. Он говорил ровно минуту, и закончив разговор, обратился через окошко к Джейсону:

– Это звонил мой шеф, – сказал он, полушепотом, – нам поменяли адрес новой встречи. Теперь мы все будем встречаться по отдельности. Нас разделили на группы по три – четыре человека, и мы с тобой сейчас поедем в аэропорт Далласа, а оттуда в Гринсборо, штат Северная Каролина. В аэропорту к нам присоединятся еще два человека, которые вошли в нашу группу, а дальше, полетим вместе на частном самолете.

Джейсон лишь улыбнулся в ответ, кивнул утвердительно головой, и глубоко вздохнул.

– Меняем направление, Энди! Быстро разворачивайся, и двигай прямо в аэропорт, у тебя ровно один час! – скомандовал Курт водителю, громким голосом и опустившись снова на заднее сиденье рядом с Джейсоном, резко захлопнул дверцу.

Когда добрались через час до аэропорта, они отправили Энди назад, и двинулись к справочному бюро, где должны были встретиться с другой половиной своей вновь сформированной группы. Ждать будущих соратников и компаньонов пришлось недолго. Спустя всего пару минут, к ним подошли двое незнакомых людей с военной выправкой, в сопровождении офицера Пентагона Билла Стентона, которого Курт хорошо знал еще по аналитическому центру. Офицер вытянулся перед Райнером в струнку, отдал честь, и вежливо поздоровавшись с обоими за руку, представил им их новых коллег и партнеров. Это были полковник ФСБ России, с трудно произносимой для англо говорящего человека фамилией Воскобойников, но более привычным и приятным на слух именем Алексей, и майор госбезопасности республики Беларусь, Виктор Горобец. После того, как все познакомились, и пожали друг другу руки, офицер Стентон попросил их следовать за ним, и пошел впереди группы. Не предъявляя никаких документов, и нигде не регистрируясь, они беспрепятственно миновали все посты и кабинки для паспортного контроля, спустились по лестнице вниз, и вышли через аварийный выход к стоящему неподалеку небольшому самолету Сессна. Стентон подвел группу к самому трапу, вежливо пожелал им приятного полета, и сделав два шага назад, вытянулся вновь в струнку, и отдал честь. Он держал руку у виска до тех пор, пока за таинственными пассажирами Сесны не закрылся люк, и только после этого опустил ее, и уверенно зашагал в обратную сторону.

Легкий самолет сразу же вырулил на взлетную полосу, пробежал не более двухсот метров по взлетной полосе, и плавно оторвавшись от земли, стал стремительно набирать высоту.

Полет прошел при полном и гнетущем молчании всех членов новой группы, и за все время, что они провели в тесном салоне, ни один из них так и не проронил ни единого слова. Каждый из офицеров думал о своем, и старался, не смотреть на своего соседа. Спустя два часа комфортного, но скучного и удручающего полета, Сессна совершил мягкую посадку на незнакомом, даже для всезнающего Курта маленьком аэродроме, с одной единственной полосой для взлета и посадки, в какой – то неизвестной местности. Внизу их уже ждали. Выйдя из салона самолета, они пересели в микроавтобус «Форд» темно – зеленого цвета, и в сопровождении грозного военного Хаммера покинули

аэродром. Путь до места назначения занял чуть более пятнадцати минут, после чего они въехали в небольшой поселок рядом с лесным массивом на холмистой местности, и остановились напротив серого, мрачного трехэтажного бетонного строения. Дверь микроавтобуса отворилась, и показавшийся в проеме человек в военной форме без знаков отличия, поздоровался с ними зычным голосом, и вежливо попросил их следовать за ним.

Группа безропотно подчинилась, вошла вслед за ним в дом, поднялась на второй этаж, и очутилась в большом просторном и уютном кабинете с двумя большими сейфами,

столами и креслами, расставленными полукругом, и большим американским флагом под портретом президента США. Сопровождавший гостей офицер, предложил им занять удобные для себя места, и вышел из кабинета. В тот же момент дверь кабинета снова отворилась, и в помещение вошел немолодой уже человек, возраст которого трудно было определить сразу. Офицер был в военной форме цвета хаки, но также без знаков отличия. Он представился генералом Брайаном, пожал всем руки, и сел за стол напротив.

– Я надеюсь, господа, что вы неплохо себя чувствуете после полета? – спросил он, громким голосом, окинув суровым взглядом всех четверых.

– Благодарю вас, сэр, полет прошел просто превосходно, – ответили члены группы чуть ли не в унисон, будто сговорившись между собой.

– Приятно слышать, – сказал Брайан, не меняя тона разговора, в котором, казалось, сквозило вначале некоторым недоверием к своим гостям, – Что ж, господа, давайте знакомиться, раз пожаловали ко мне.

Он оттянул плечи назад, выпрямил спину, оглядел всех четверых, пристально всматриваясь в глаза каждого, и задержал свой взгляд на русском полковнике.

Тот встал, выпрямил спину, вытянул руки по швам, и громко представился:

– Полковник, Алексей Воскобойников. ФСБ, Россия, сэр.

– Очень приятно, коллега, – ответил Брайан, кивнув ему головой, и сделав отметку в своей папке, посмотрел на его соседа.

– Майор, Виктор Горобец, сэр. КГБ, Республика Беларусь, – также, поднявшись резко из-за стола, и по-военному четко отрапортовал бравый белорус.

– Рад знакомству с вами, майор, – ответил Брайан, и сделав в папке очередную запись, повернул голову в сторону Джейсона.

– Полковник, Джейсон Коллинз, секретная служба Ее Величества. Великобритания, господин генерал, – представился он, и стараясь не уступать русскому и белорусскому коллегам в бравой выправке, вытянулся во весь рост.

– Рад видеть вас в гостях, полковник, хотя, какой же вы гость, вы всегда здесь, как у себя дома, – произнес генерал, с удовлетворением, и перевел взгляд на Курта.

– А вас мне не надо представлять, полковник, Курт Райнер, слишком хорошо и довольно давно вас знаю, хотя мы с вами ни разу и не встречались, – добавил он, – и тем не менее, добро пожаловать в святая святых моего царства, господин полковник!

После знакомства с гостями, Брайан сделал какие – то записи в своем толстом журнале, стал вводить их данные в компьютер, но тут же вдруг резко одернул руку от клавиатуры, стукнул себя по лбу, и с досадой покачав головой, весело усмехнулся.