Невероятная история миссис Индия в Гоа

Мусульманка

Башар заранее готовил меня к тому, что, связав с ним свою жизнь, я должна буду принять мусульманство. Меня такая перспектива нисколько не пугала, после восемнадцати лет индуизма и христианства хотелось попробовать что-нибудь новое.

Переехав к Башару, я стала свидетелем ежедневно совершаемых религиозных обрядов. Пять раз в день совершался намаз, плюс утренняя «сала», то есть молитва и множество праздников. В среде Башара было много друзей и родственников – сплошь мусульмане. Все близкие мужского пола очень тепло приняли меня, поздравляя Башара с чудесным выбором. Все близкие женского пола испытали зависть к моей красоте и отказались принимать меня близко в свой круг, называя «неверной».

Мне нравились друзья Башара, но не нравился статус «неверной». Я сама вызвалась носить паранджу. Башар подарил мне очень элегантную паранджу из Саудовской Аравии, лицо в ней можно было закрывать или оставлять открытым. При взгляде на меня в парандже с открытым лицом друзья Башара восхищенно раскрывали глаза, охали и ахали, называя прекраснейшим творением Аллаха.

Башар подарил мне Коран сначала на английском, а потом и на арабском языке. Вместе мы принялись изучать эту книгу, заучивая каждое слово. Я с детства обладала феноменальной памятью. Стоило мне прочитать текст хоть один раз, как я запоминала его дословно, с каждой точкой и запятой.

Мусульманство требует от правоверных точного заучивания каждой буквы Корана, что я с успехом и делала. Вскоре я уже знала весь Коран наизусть на английском языке. Но и этого мне было мало. Я начала учить арабский язык и очень быстро продвинулась в этом направлении. Спустя всего пару месяцев, я уже читала Коран по-арабски.

На самом деле я все еще была ребенком, которому нравилось играть во что-то новое. В ту пору я совершенно не задавалась вопросами о глубинных различиях между индуизмом, христианством и мусульманством. Мне было просто интересно познавать то, что я еще не знала, без всякого фанатизма.

Но мое окружение приняло все всерьез. Башар торжественно предложил мне перейти в лоно ислама. Я легко согласилась. Больше всего мне нравилась грядущая церемония и подарки. Церемония действительно получилась очень праздничной и красивой. Меня принимали в ислам так, словно спасенную душу чествовали в раю. В итоге я получила новое имя – Асфура, что в переводе с арабского означает птица.

С этого момента Арчена-Рича-Асфура стала полноправной мусульманкой. Пять раз в день я исполняла намаз, а утром читала «сала». Вместе с новой общиной я соблюдала пост в священный месяц Рамадан и праздновала Идаль-Фитр, более знакомый российским мусульманам под названием Ураза-байрам.

Не могу сказать, что с принятием мусульманства моя жизнь сильно изменилась, каких-либо явных перемен я не заметила. Паранджа оказалась удивительно удобной одеждой, я носила ее с удовольствием, впервые в жизни я могла спокойно пройти по улице, не раздражаясь от бесчисленных взглядов мужчин и женщин, рассматривающих меня, как инопланетянку.

Паранджа позволяет женщинам оставаться нетронутой грязными взглядами, сохранять покой, комфорт и безопасность. Мне очень понравилась паранджа! Пятиразовый ежедневный намаз мне также пришелся по душе, это помогает дисциплинировать жизнь, вести ее в правильном направлении. Так что с мусульманством у меня никаких проблем не возникло.

Второй Гоа

В расцвете отношений Башар подарил мне романтическое путешествие, поездку в Гоа. Мы провели в Гоа две недели. Жили в простеньком гест-хаусе в Арамболе. Но волшебная магия Гоа не открылась мне и со второго раза.

В 2001 году в Арамболе были открыты всего несколько гест-хаусов и пляжных кафе. Каждый вечер немногочисленные хиппи собирались на пляже у костров и устраивали импровизированные концерты. Но культура и музыка хиппи были бесконечно далеки от меня, я скучала в Арамболе. О существовании транс-пати в Анджуне и Вагаторе я тогда ничего не знала.

Я наблюдала океан, кокосовые деревья, скалы – все это, конечно, было интересно и не похоже на мир, в котором я жила. Но в ту пору красота природы очень мало значила для меня, я ощущала себя частью большого города и была уверена в том, что живу в самом прекрасном месте на земле. Возможно поэтому, второе пребывание в Гоа мне почти не запомнилось. Я без сожаления вернулась в родной Бангалор, где меня ждали любимые клубы.

Опасные удовольствия

Главной моей страстью продолжали оставаться клубы. В клубах меня любили и знали, я была Звездой номер один клубной жизни Бангалора в 2001 – 2006 годах. Моя фотография появлялась на обложке популярного в Бангалоре журнала о клубной жизни. Я регулярно давала интервью различным телеканалам, снимающим ролики о клубной жизни Бангалора. Меня снимали на переднем плане в массовках к различным фильмам, эпизоды которых по сюжету происходили в клубах. Меня знала вся богема Бангалора, и я знала почти всех. Сотни мужчин сходили от меня с ума, и мне это очень нравилось.

Мужчины приходили в клубы в стильных костюмах и рубашках, из под расстегнутых воротников которых сияли на груди золотые цепи, а их пальцы украшали массивные перстни. Между мужчинами шла бесконечная конкуренция, но, в отличие от женской, она выражалась не в соперничестве вещами, а в том, с кем в клуб пришла самая красивая девушка. Уже после девушки по значению шла марка автомобиля, на котором мужчина приехал в клуб и все остальное.

Поскольку я всегда была самой красивой в любом клубе, на меня обрушивалось столько внимания мужчин, что нередко это заканчивалось драками и даже массовыми побоищами. Меня это очень забавляло. Я охотно устраивала мужчинам розыгрыши, поражаясь, до какой степени идиотизма и безумия доходит «сильный» пол, волочась за юной красавицей.

Любимым моим развлечением было позвонить среди ночи одному из богатых поклонников и сказать, что прямо сейчас я решилась поехать с ним на свидание. Мужчина мгновенно срывался из дома, в котором подчас оставлял жену и детей, и мчался по ночному Бангалору к моему дому. Я велела мужчине ждать в машине, после чего отключала телефон и ложилась спать.

Это была одна из моих невиннейших шалостей, порой, я шутила над мужчинами гораздо хуже. Но ни один поклонник ни разу не посмел даже выразить мне возмущение, все они готовы были стоически выносить любые унижения и оскорбления, лишь бы не потерять хрупкую надежду на то, что однажды на них снизойдет благодать в виде раскрывшей свои объятия красавицы. Возможно, такая терпимость индийских мужчин объясняется тем, что красивых девушек в Индии гораздо меньше, чем долларовых миллиардеров и обладание ими гораздо дороже, чем любые блага, которые можно приобрести.

Но риск мести от одного из фанатичных поклонников был даже не самым большим для меня. В Индии действует множество религиозных групп, которые самыми варварскими способами уничтожают малейшие проявления женской свободы.

Толпы религиозных фанатиков врываются в клубы, ловят женщин и избивают их. Участники «Шивсена» и других подобных им группировок таким образом «борются» за чистоту своей веры и традиций. Для этого им не всегда даже нужно врываться в клуб, они нападают на женщин посреди бела дня на улицах городов, в том числе, в столице Дели. Причиной побоев становятся обычные джинсы, которая посмела надеть женщина.

Побои снимаются на камеру, выкладываются в интернет. Порой, рядом присутствует полиция. Но до ареста воинствующих хулиганов с религиозным оттенком дело так и не доходит, ведь формально фанатики защищают национальные ценности.

Обуза

Поначалу Башар повсюду сопровождал меня, но вскоре он стал напрягать. Мне нравилось находиться в клубах в статусе свободной девушки, так я была в центре внимания, моя красота привлекала множество мужчин, среди которых были интересные личности: режиссеры, продюсеры, бизнесмены, влиятельные политики. Все они старались очаровать яркую красавицу, хвастались передо мной своими достижениями, делились новыми проектами, приглашали в них поучаствовать. Перспективы меня окрыляли.

В присутствии Башара такие контакты становились невозможны. Он ревновал, как и полагается в таких случаях влюбленному. Но чем больше он ревновал, тем больше меня раздражал. Все чаще я становилась с ним злой и грубой. Я находила причину, чтобы поссориться с Башаром накануне похода в клуб. Цель ссор для меня заключалась в том, чтобы отправиться в клуб в одиночку, не сообщив Башару, куда иду и когда вернусь.

Башар сносил все стоически. Больше всего на свете он боялся меня потерять, а потому был со мной невероятно мягок, предупредителен и нежен. Но это не могло спасти меня от скуки, Башар мне быстро надоел. Чем больше он старался вести себя со мной исключительно хорошо, тем большую скуку вызывал. Спустя несколько месяцев после начала совместной жизни, я уже не понимала, что интересного находила в этом человеке и зачем к нему переехала.

Как все влюбленные, Башар верил, что его возлюбленная испытывает к нему такие же глубокие и сильные чувства. Но это было не так, для меня он был просто одним из этапов раннего развития. Этап этот быстро завершился, а вместе с ним исчез интерес к Башару. Я не видела никаких причин обманывать себя, делать то, что не хочется и быть с тем, кто не интересен. Поэтому без всякого сожаления я порвала отношения с Башаром и заодно с мусульманством и переехала обратно домой.

Башар был уничтожен горем. Целый год после этого он повсюду следовал за мной, как тень. Сутками напролет он жил под моим окном, спал на асфальте, ничего не ел, плакал и постоянно грозился покончить с собой. Башар молил вернуться, обещал дать мне полную свободу, превратить мою жизнь в сказку, осыпать миллионами из нефтяных скважин Саудовской Аравии. Все тщетно. Родня и близкие Башара прокляли меня.

На самом деле мое сердце в ту пору еще даже не знало, что такое любовь. Башар стал жертвой собственных иллюзий, винить он должен был только себя. Мужчина, который выбирает в любовницы красивую, яркую, игривую, свободолюбивую восемнадцатилетнюю девушку, должен знать, что обрекает себя на ад. В таком возрасте девушка еще только играет, она не знает, что такое любовь. Все в ее жизни изменится много раз, в том числе, изменится и представление о мужчине рядом с ней. Что такое настоящая любовь женщина узнает только ближе к двадцати пяти годам, а зрелость для серьезных отношений наступает у женщины ближе к тридцати, только тогда она по-настоящему готова к замужеству.

Мужчина до тридцати также пребывает в поиске, чувства его незрелы, смысл жизни еще только предстоит понять. Если развитие идет верным путем, без разрушения личности криминалом или пагубными зависимостями, то глубокая осознанность происходит в жизни мужчины в районе лишь после тридцати. Только тогда он становится по-настоящему готов для глубоких отношений. А без осознанности и зрелости глубокие чувства и долгая, счастливая любовь невозможны.

Башар, конечно же, всего этого не знал, вряд ли он был дружен с психологией. Не понимал он и того, что сбежавшая из дома от насилия отца девушка является эмоциональным инвалидом, в котором из-за пережитой агрессии перекрыт канал гармонии со всем мужским началом, и она просто не способна любить. Требовалось много времени, обломанных копий, разорванных судеб, растоптанных надежд, гигабайтов боли, огромной работы над собой, прежде чем нанесенные в детстве раны зарубцуются. До этой поры все мужчины, полагавшие, что заполучили в моем лице сладкий клад любви, обречены были падать в пекло адских мук.

Топ-модель

Когда мне исполнилось девятнадцать лет, захотелось заняться чем-то интересным. На одной из вечеринок в клубе со мной познакомился владелец крупнейшего в Бангалоре сервисного салона для иномарок – Инаят. С ним приключилась та же история, что с сотнями мужчин до него и после, – он влюбился в меня с первого взгляда.

Инаят стал ухаживать за мной, но никакой ответной реакции не получил. Впрочем, это не помешало мне принять его предложение о работе. Лучший друг Инаята владел крупнейшим в Бангалоре модельным агентством. С этого момента для меня открылась дорога к тому, о чем я мечтала с самого детства – сцене, выступлениям и съемкам. Я стала профессиональной моделью.

С первых же проб стало ясно, что я рождена для этой работы, все мне давалось легко, органично и красиво. Обучать меня этой профессии не пришлось. Быть моделью – было моей мечтой с детства. Юной девушкой я часами просматривала кабельный канал Fashion TV (Фэшен ТВ), копировала движения моделей, выражения лиц, манеру держать себя, стиль общения. В результате к девятнадцати годам я была самим воплощением идеальной модели.

В самом начале модельной карьеры со мной произошел забавный случай. По рекомендации Инаята, я пришла в ведущее рекламное агентство Бангалора, оттуда меня отправили на бесплатную стажировку в лучшую школу моделей. Когда я туда, там как раз проходили занятия. Учителя приняли меня за профессиональную модель и попросили продемонстрировать студентам правильную походку и умение держать себя на подиуме. Я охотно подыграла экзаменаторам. Учителя были в восторге!

– Смотрите! Учитесь! Каждое движение этой девушки, каждый шаг – совершенны! – говорили преподаватели студентам. Они еще долго потом не могли поверить, что я пришла к ним на первый урок, который, впрочем, оказался и последним. Научить меня там ничему не могли. В профессии модели я была гением.

Статусные люди

Мой новый покровитель принадлежал к одной из самых влиятельных семей не только в Бангалоре, но и во всей Южной Индии. Чтобы понять возможности отца Инаята достаточно привести такой факт. Однажды я опаздывала на самолет, который должен был унести меня к выступлениям на подиуме в другом городе. Выход на посадку был закрыт, от самолета убрали трап. В этот момент я позвонила Инаяту. Инаят позвонил отцу. Тот позвонил своему знакомому. В итоге уже выруливающий на взлетную полосу самолет остановили, вернули к нему трап, к которому меня доставили на специальной машине.

Отец Инаята был политиком. Сам же он владел крупнейшим в Бангалоре автомобильным салоном иномарок. У Инаята был «Мерседес», которых в Бангалоре начале XXI века можно было пересчитать по пальцам. Их было даже меньше, чем в Москве времен СССР. Объясняется это, в первую очередь, сверхвысокими, пошлинами на ввоз иномарок в Индию, существовавшими в то время и небольшим количеством долларовых миллионеров в стране.

Двадцатисемилетний Инаят был мечтой для множества девушек в клубах Бангалора, а ему нужна была только я. Но, несмотря на все его многочисленные достоинства, долгое время я не принимала его ухаживаний. После истории с Башаром я вообще не хотела никаких отношений ни с одним мужчиной. Я слишком дорожила своей свободой и клубной жизнью. С мужчинами мне нравилось дружить.

Инаят проявлял недюжинное терпение, упорство и галантность. Он даже согласился быть для меня просто другом, лишь бы иметь возможность видеться со мной и оказывать поддержку. Главным для меня был путь к славе и успеху на подиуме. Ближайший его друг оказался одной из ведущих персон в шоу-бизнесе Бангалора. С его помощью Инаят организовал мне очень быстрый путь наверх.

Мне не пришлось участвовать в массовках для того, чтобы меня заметили. Я никогда не выступала за маленькие гонорары, которые получают обычные модели в Индии. Я даже никогда не переодевалась в общих гримерных. Я сразу получила статус суперзвезды, высокие гонорары и персональное обслуживание.

Все происходящее в жизни я воспринимала, как должное, потому что, сколько себя помнила, всегда ощущала себя королевой. Помощь Инаята я тоже принимала, как само собой разумеющуюся. Он же прекрасно понимал, что если будет настаивать на благодарной любви, то потеряет меня навсегда. И поэтому он достаточно долго довольствовался ролью друга.

Но молодая красивая девушка, ведущая свободный образ жизни, не может долго оставаться одной, также как не мог долго оставаться один молодой успешный Инаят. Однажды его ухаживания достигли цели, он стал для меня мужчиной. Но, помня горький опыт с Башаром, я отказалась переезжать из родительского дома к Инаяту. Мы встречались лишь на «нейтральной территории», обычно в пятизвездочных отелях, когда это не мешало моей работе и клубной жизни, которые оставались для меня главным смыслом существования.

Деловая и успешная

Я стала первой девушкой в Бангалоре, выкрасившей волосы в светлый цвет. Для того чтобы осветлить ярко-черные от природы пряди, понадобилось несколько процедур. И даже после этого корни волос надо было постоянно подкрашивать. Все это было очень дорого и хлопотно, а главное – в результате отравления волос избыточной химией я потеряла треть своей густой шевелюры. И все это ради того, чтобы выглядеть яркой, не такой как все остальные модели. Впрочем, для этой цели мне вовсе не требовалось красить волосы в белый цвет, я и без того была самой яркой звездой в Бангалоре.

Я обожала свою профессию, работала порой без выходных, по четырнадцать часов в сутки. Я вкладывала в работу душу. Очень быстро я заработала репутацию идеальной модели. Меня приглашали на съемки, выступления и показы из крупнейших городов и разных штатов Южной Индии. Объем рынка Южной Индии колоссален, население южных штатов составляет четыреста пятьдесят миллионов человек, это примерно как три России. Так что спрос на мою работу мог расти практически безгранично.

Я демонстрировала на подиуме платья, снималась в рекламе торговых домов по продаже драгоценностей, рекламировала импортную косметику на телевидении, участвовала в корпоративных праздниках – в общем, делала все то, что делают модели во всем мире.

Моя жизнь закрутилась в водовороте выступлений, съемок, поездок в другие города, высоких по индийским меркам гонораров и еще более высоких трат. Я никогда даже не представляла, сколько зарабатываю в месяц, потому что все заработанные деньги сразу же тратила на покупку дизайнерской одежды, дорогую косметику и салоны красоты.

Работа модели стала делом, которое захватило меня целиком. Даже любимые клубы отошли на второе место, хотя они тесно переплетались с этой профессией, ведь именно в клубах я встречалась с заказчиками и «нужными» людьми, проводила деловые переговоры и заключала контракты.

Число моих поклонников зашкаливало все мыслимые пределы. Меня узнавали и обожали повсюду. Мужчины соревновались в том, кто произведет на меня больший эффект своими деньгами, подарками, проектами, связями и прочими атрибутами успеха. Восхищенных мужчин было так много, что я не могла запомнить не только их имен, но даже лиц. Мужчины в ту пору вообще мало меня интересовали, гораздо больше голова кружилась от успешной карьеры, независимости и ощущения, что весь мир вращается вокруг меня.

Я испытывала мощный драйв от успешной карьеры. Я превратилась в занятую с утра до ночи бизнес-леди. Нрав мой стал настолько крутым, что меня побаивались даже окружающие мужчины, которых я могла в любой момент осадить или пришпорить резким словцом. У меня появилось ощущение, что я полностью контролирую свою жизнь и люди вокруг подвластны мне. Я ощущала себя всемогущей. В любой момент любого дня и ночи я могла отправиться одна в любой город, в любой район, не испытывая никакого страха.

Но вскоре я обнаружила, что обретенная сила и независимость вовсе не делают меня счастливой. Чем сильнее я становлюсь, тем меньше радости ощущаю. Со мной произошел тот же кошмар, который случается обычно с бизнес-леди: обретая силу мужчины, она теряет счастье женщины. Чем могущественнее и успешнее становится женщина в бизнесе, тем более одинокой и несчастной оказывается в личной жизни. Происходит это потому, что счастье женщины – вовсе не в силе, а в любви.

Бизнес развивает в женщине не свойственные ей мужские качества. Женщина становится властной, требовательной, гневливой, расчетливой. Мужчин такая женщина начинает оценивать, как потенциальных конкурентов. Незримо это приводит к полному дисбалансу женской энергии. Подсознательно мужчина ощущает в бизнес-леди иного мужчину. Нормального мужчину не может притягивать другой мужчина. Даже если внешне женщина очень притягательна и на первых порах вызывает в мужчине страсть, сближаясь с ней, он сталкивается с воином, который посылает ему вызов. В итоге вместо любви такие отношения оборачиваются войной, с взаимным разрушением обеих сторон.

На самом деле женщинам нужна для счастья вовсе не сила, в современном мире им не хватает энергии невинности, энергии тонкой женщины, которая может позволить себе опереться на сильного любящего мужчину.

Я чувствовала себя загнанной лошадью. Я все время куда-то бежала, чего-то доказывала, кого-то побеждала. Но чем быстрее я бежала, тем стремительнее ускользало от меня ощущение счастья. Это было очень похоже на беготню белки в колесе. Выхода из этого круговорота я тогда не видела. Казалось, что это и есть жизнь.

«Колючая» мечта

Успех на подиуме радовал меня, но мечтала я о большем. С детства главной моей мечтой было стать кинозвездой. Я хотела сниматься в главных ролях в кино, получать высокие гонорары, вызывать восторг людей на улицах, иметь роскошную виллу с бассейном и автомобиль, охрану, путешествия, съемки по всему свету, обожание и почитание поклонников.

Я оплатила изготовление профессионального портфолио и разослала фотографии по местным киностудиям в Бангалоре. Мои изображения заинтересовали многих деятелей кино: продюсеров, режиссеров, администраторов. Меня вызывали на собеседование. Правда, всякий раз собеседование назначалось либо в клубах, либо в отелях. Скоро выяснилась причина.

Каждый раз при встрече со мной продюсер или режиссер начинал с того, что рассыпался в восторгах по поводу моей неземной красоты и глубины актерского дарования. Далее обрисовывал мне перспективы радужного будущего, славы и успеха. Но заканчивалось все одним и тем же: сообщением о том, что для продвижения на Олимп мне надо переспать с этим продюсером или режиссером.

Вернее, переспать – это слишком громко сказано. Все индийские продюсеры и режиссеры, как заговоренные требовали одного и того же – отсосать их член. Это был у них, как пароль для попадания в профессию актрисы. Для кандидатов-мужчин требования могут быть заменены на связь через задний проход. Только с этого начинается карьера в индийской киноиндустрии, без этого никуда.

До такой грязи я опуститься не могла, я выросла в хорошей семье и обладаю неприкосновенным внутренним достоинством. Скорее уж я умерла бы с голоду, чем стала бы спать с мужчинами, ради достижения целей, то есть, по сути, проституировать.

С рождения я обладаю достоинством, которое нельзя воспитать или заслужить, оно либо есть, либо нет. И, если есть, то не продается ни за какие деньги. Это качество выделяло меня из многих других красоток. Поклонники чувствовали, что меня нельзя купить, моего расположения очень трудно добиться, а именно о такой женщине мечтает мужчина. Поэтому все они звали меня замуж или к серьезным отношениям, но я в ту пору искала совсем другого.

Я терпеливо встречалась с одним кинодеятелем за другим, но к ужасу своему обнаружила, что среди них нет ни одного исключения. Все до единого индийские продюсеры и режиссеры требовали для получения роли сосать их члены. Они удивлялись моей стойкости, потому как хорошо знали, что по законам бизнеса, в котором они существуют, путь актрисы наверх может быть только через отсос и никак иначе. Они даже возмущались.

– Чем ты лучше других?! У меня на роль тысячи кандидаток, готовых сосать мой хер! Не хочешь, проваливай!

На одном из таких «прослушиваний» в гостиничном номере я нарвалась на самого настоящего сексуального маньяка. Он пытался изнасиловать и задушить меня. Только чудом мне удалось вырваться, спасла предусмотрительно не закрытая входная дверь. Маньяк навалился на меня всем весом своего жирного тела и принялся душить. Мои крики привлекли внимание людей в гостиничном коридоре. Напуганный голосами насильник ослабил хватку, я смогла вырваться и убежать.