The Lost Emperor

Глава 1: Новости приходят!

Звонит будильник. Кинай, не открывая глаз, амфибией шарит по тумбочке, нащупывает часы и отключает сигнал. Через пять минут будильник звонит снова, и Кинай опять его выключает. На третий раз его рука задевает часы, и те летят на пол. Теперь выключить их, не вставая с кровати, уже не получится. Приходится слегка приоткрыть глаза и найти часы на полу. Впрочем, благодаря высочайшему мастерству, ему удается удержать половину тела на кровати. А это значит, что сон еще не окончен, и после успешной операции по нейтрализации назойливого будильника можно спокойно вернуться в объятия Морфея. Не успевает он толком погрузиться в дрёму, как часы снова начинают трезвонить! Он амфибией ищет их рукой, но ничего не находит. Черт! Часы-то остались на полу. Приходится повторять невыполнимую миссию. На этот раз он мельком глядит на циферблат. 6:20 утра! Какой идиот заводит будильник на шесть утра в выходной?

На этот раз он не забывает вернуть часы на стол, под руку. Прежде чем снова уснуть, он проверяет следующие сигналы. Будильник заведен с интервалом в 5 минут! Это вызывает легкое недоумение.

«Так, стоп! Сегодня же вообще не выходной! О-о-о-х... Мне же в школу! Черт...»

Он выключает все будильники и с трудом поднимается с постели. С унылым видом смотрит на календарь, висящий над головой. Сегодняшняя дата — 18 мая — обведена жирным красным маркером. А рядом красуется гигантская стрелка, указывающая на надпись: «Сегодня твой день рождения, придурок!»

Несколько секунд он разглядывает эту надпись, сделанную собственным почерком. Его глаза округляются, он подпрыгивает от счастья и победно сжимает кулак: «Да! Да-а-а! Сегодня же выходной! К черту эту школу! Пусть все учителя и одноклассники идут лесом! Все до единого — в ад!»

Он снова прыгает на кровать, восторженно дрыгая руками и ногами. Глубоко вздыхает. На его лице расплывается широкая улыбка. Он переводит взгляд на следующую надпись в календаре: «Чек-лист подготовки к Священному празднованию дня рождения». Слово «Священное» выведено золотистым маркером. По закону, дни местных религиозных праздников считаются официальными выходными в местных школах. А день его рождения в этом доме — истинная святыня, так что сегодня законный выходной!

Он поднимается с кровати. Пора готовиться. На стене висит стикер с четким чек-листом предстоящих дел. На самом верху списка — покупка продуктов в магазине. Он срывает бумажку со стены и сует ее в карман черных брюк. Комната едва насчитывает двенадцать квадратных метров. В одном углу ютится его кровать, в другом — маленький письменный стол. На столе стоит семейная фотография в рамке — двое молодых родителей и четырехлетний мальчик. Кинай берет рамку и протирает с нее пыль. Прижимает фото к лбу и шепчет: «Мам... пусть он вернется домой целым и невредимым».

Он ставит фото на место и выходит из спальни. В коридоре есть еще одна комната, её дверь заперта. Кинай понимающе кивает. Еще не вернулся.

Он спускается по лестнице и направляется прямиком в ванную. Чистить зубы лень, поэтому он просто полощет рот водой. Приводит в порядок лицо и взъерошенные черные волосы, зачесывая их рукой налево. Идет к выходу. Останавливается перед ростовым зеркалом в прихожей. Меняет оранжевую футболку на синюю. Критично осматривает черные брюки: «И так сойдет!» Открывает дверцу встроенного шкафа, достает деньги из коробки, спрятанной за банными полотенцами и зимней одеждой, и выходит из дома. Маленький дворик вокруг дома зарос густой, высокой травой. Шагая к калитке, Кинай расплывается в улыбке и бормочет себе под нос: «Частный лес лорда Киная!»

В соседнем дворе миссис Маккарти постелила коврик и занимается йогой. Кинай приветствует ее лишь легким движением бровей. Похоже, женщины средних лет не особо жалуют, когда молодые люди здороваются с ними во время йоги, особенно на сложных асанах. Этот важнейший жизненный урок Кинай усвоил на собственном опыте за годы наблюдений. Не успевает он сделать и пары шагов, как миссис Маккарти громко произносит: «И вам доброго утра, молодой человек». Кинай останавливается, отвешивает ей вежливый поклон и отвечает: «Доброго утра, ваше величество Маккарти. Не хотел вам мешать». Затем продолжает свой путь. Вслед ему доносится шёпот: «Совершенно невоспитанный. Весь в отца!»

Он и сам не знает почему, но каждый раз, когда кто-то говорит, что он похож на отца, его распирает от гордости. Это же абсолютно нормально, когда ребенок похож на своего отца! Удивляться надо бы как раз обратному. Взять хотя бы некоторых его одноклассников — не будем тыкать пальцем, — которые вообще не похожи на своих отцов. A у некоторых и вовсе непонятно, кто отец! Наверное, люди просто завидуют и не способны понять, какое это счастье — иметь отца.

Погруженный в эти мысли, он проходит мимо нескольких подростков-сверстников в школьной форме. Те с удивлением смотрят на Киная, но ничего не говорят.

Спустя полчаса ходьбы он добирается до супермаркета «Эскобар». Когда-то этот магазин, вероятно, выглядел стильно, но сейчас напоминает знаменитую танцовщицу, которая не просто постарела и располнела, но и стала жертвой съехавших филлеров и неудачной пластики. Впрочем, кого волнует внешний вид супермаркета? Главное ведь то, что внутри. Кинай достает из кармана список и пробегает по нему взглядом. За исключением клубники, всё остальное можно купить прямо здесь. Он делает глубокий вдох, толкает дверь и входит.

Сделав пару шагов, он замечает Барбару — худую девушку-кассиршу. Та закатывает глаза, тяжело вздыхает, качает головой и снова утыкается в экран смартфона. Кинай бурчит под нос: «Я-то тут при чем!» — и направляется к продуктовым полкам, поочередно выбирая нужное и складывая в корзину. Когда он подходит к кассе, двое подростков покупают сигареты. Вообще-то это нелегально, но в их захолустном городке на законы всем плевать. Кинай прячется за стеллажом. Не потому, что боится этих двоих — вовсе нет! Просто ему не нужны неприятности. Чарли и Джон — школьные задиры, с которыми он уже несколько раз сцеплялся. В последний раз это было прямо здесь, в супермаркете, и во время драки они вывернули целую полку с консервами. Слава богу, не с стеклянными бутылками! А то пришлось бы до конца дней отдавать карманные деньги в счет возмещения ущерба. Сейчас Чарли протягивает Барбаре сигарету и подносит огонек. Ну да, у жизни свои законы, в которые Кинай предпочитает особо не вдаваться. Он глубоко вздыхает и ждет, пока эти два бесполезных куска мусора выметаются из магазина. Теперь можно спокойно пройти к кассе, как настоящий джентльмен.

Затягиваясь сигаретой, Барбара одной рукой проносит товары над сканером. Она несколько раз награждает Киная многозначительным взглядом. Похоже, обида всё ещё не утихла. С колкой иронией она бросает: «Твои дружки только что были здесь». В голове Киная проносится парочка отповедей. Например: «Вообще-то это скорее твои дружки» — и изобразить, будто он курит. Конечно, на ум приходят и куда более грубые варианты, но воспитанному молодому человеку не пристало опускаться до такого. В итоге он произносит: «Ты и сама знаешь, что я не виноват. Они как бешеные собаки. Начинаешь убегать — они еще сильнее преследуют и норовят цапнуть. Им нужно давать жесткий отпор, чтобы не мнили себя пупом земли».

Именно этому учил его отец, Джошуа. Когда Киная впервые избили в школе, отец сказал, что никогда нельзя бежать от драки с хулиганами, иначе станет только хуже. Достаточно дать бой пару раз — пусть даже получишь синяков, — чтобы задиры поняли: перед ними нелегкая добыча. И они отправятся искать жертву попроще. Таков закон мира хулиганов. Правда, чуть позже, когда Кинай стал приходить домой избитым каждые несколько дней, отцу пришлось обучить его приемам самообороны. Физически Кинай был крепче большинства сверстников, но ему не хватало дерзости и сноровки. Поэтому отец тратил всё свободное время на спарринги с ним, желая вырастить воина, а не труса. Живи они в Средние века, Кинай сошел бы за оруженосца рыцаря. Как бы то ни было, он так и не признался отцу, что его правила давно устарели, а современные задиры работают по совсем другим шаблонам. Об этом говорила мисс Шнайдер на уроках социализации. Кинай понимал: отец просто изо всех сил пытается вырастить из него настоящего мужчину. Самого факта, что они проводят время вместе, уже было достаточно. А чем именно заниматься — дело десятое.

Кинай так глубоко уходит в свои мысли, что его приводит в чувство громкое «Эй!» Барбары. Она держит пакет прямо перед его лицом и ждет. Слегка смутившись, Кинай забирает пакет и направляется к выходу. «А платить кто будет?» — окликает его Барбара. Заливаясь краской еще сильнее, Кинай достает из кармана 30 долларов, протягивает ей и, не глядя в глаза, бубнит: «Сдачи не надо». Он уже поворачивается к двери, когда Барбара чеканит: «С тебя 34 доллара и 56 центов, парень». Теперь он готов провалиться сквозь землю от стыда. Вытаскивает десятидолларовую купюру, сует ей и пулей выскакивает из магазина. Вдогонку доносится её короткое: «Псих». Какая же неблагодарная! Получила 5 долларов и 46 центов чаевых и всё равно обзывается! Современное поколение совсем страх потеряло. Хотя он и сам часть этого поколения... Да и какая разница? Грубость — она и в Африке грубость.

Что еще плохо — так это терять бдительность и забывать о потенциальной опасности из-за смущения перед девчонкой. Кинай совершенно выкинул из головы, что Чарли и Джон вышли из магазина всего пару минут назад и наверняка дымят где-то неподалеку. Он с уверенностью может сказать, что во всем виновата Барбара. Хотя логика подсказывает, что прямо сейчас абсолютно неважно, кто виноват, ведь эти два паразита общества уже направляются к нему со злорадными ухмылками. Быстрая оценка дистанции, скорости бега и рисков драки сразу с двумя отморозками подсказывает Кинаю единственный разумный выход: дёру в противоположную сторону, домой! Спустя пару секунд после начала этой серии «В мире животных» два хищника понимают, что им не догнать Киная, и переходят на словесный понос. И выкрикивают ровно то самое оскорбление, которое трогать не стоило: «Сукин сын!» На мгновение Киная будто пробивает током. Их последние несколько драк начинались именно с этой фразы. Смело можно сказать, что главными проигравшими в тех потасовках были именно эти два паразита, но жизнь их ничему не учит. Всему виной та дрянь, которую они курят, окончательно теряя человеческий облик. Вот она — стратегическая ошибка отца в анализе современных хулиганов. Это ведь не просто задиры, это буквально зомби в человечьем обличии. Кинай абсолютно уверен, что в рукопашной легко навалял бы им по полной, но это испортит ему день. А испорченный праздник в такой священный день — табу. Кинай делает выбор и прибавляет ходу. Не успевают они пробежать и одного перекрестка, как бумажные тигры выдыхаются, и Кинай стремительно уходит в отрыв.

Когда он добирается до дома, их второй сосед, мистер Джефферсон, увлеченно поливает клумбу с декоративными цветами. Он — отставной налоговый инспектор, который, похоже, переделал все важные дела в этой жизни и теперь не видит иного смысла в существовании, кроме выращивания цветов. Что, конечно, вполне благородная цель с точки зрения визуального искусства. Кинай как раз пробирается сквозь непроходимые джунгли из травы и сорняков, когда мистер Джефферсон окликает его: «Кинай! Как хорошо, что я тебя встретил. У меня к тебе важное дело».

Кинай готов поставить сотню долларов на то, что это «важное дело» самым непосредственным образом связано с тропическими зарослями на его участке. Выжав из себя подобие вежливой улыбки, он поворачивается на доброжелательный голос:

— Чем могу помочь, мистер Джефферсон?

— Мне кажется, у тебя совсем нет времени заниматься садом. Если хочешь, у меня на примете есть отличный садовник.

— А вам не кажется, что растения прекрасны в своей первозданной красоте? Зачем их стричь только ради того, чтобы ублажить чьи-то вкусы?

Мистер Джефферсон усмехается:

— Как говорят в старину: лентяи всегда изобретательны.

— Вы мне льстите.

— Садовник, о котором я говорю, — очень почтенная дама. Думаю, тебе стоит посоветоваться с отцом.

— Да-да, я обязательно поговорю с ним сегодня вечером. Большое спасибо.

Кинай вежливо наклоняет голову и шагает к двери дома. Его ужасно утомляет любопытство мистера Джефферсона. Какая ему вообще разница, красивый у них сад или нет? И что хуже всего — какое ему дело до того, что его отец до сих пор не женат? Соседи вечно из лучших побуждений пытаются сосватать отца. Если Кинай потеряет бдительность, в доме того и гляди появится мачеха. Только этого не хватало — стать Золушкой или Белоснежкой на старости лет. Они, конечно, были девочками, но какая разница? Разве равенство полов — не главная ценность современного общества? От собственных мыслей ему становится смешно.

Он опускает пакет с покупками на барную стойку в кухне. Достает из кармана брюк листок с планом на день. Тяжело вздыхает, ощущая легкий укол досады. Клубнику-то он купить забыл! Всё из-за тех двух кретинов. Ну да ладно. Праздничный торт может быть вкусным и без клубники. Он достает ингредиенты для выпечки и принимается за работу. Надевает наушники и включает любимый плейлист. В такт каждому треку меняется и ритм взбивания теста. Остается надеяться, что это не испортит конечный вкус. Через пару минут он с ужасом понимает, что напрочь забыл рецепт! Вчера ведь только смотрел на YouTube, и надо же — вылетело из головы. Похоже, он стремительно стареет и наживает Альцгеймер. Он ухмыляется. Как жаль, что рядом нет никого, кто мог бы оценить его шутки. Возможно, в будущем из него выйдет отличный стендапер. Но сейчас главное — испечь торт. Он открывает YouTube и запускает обучающее видео на двойной скорости. Там есть и соблазнительный вариант на 3x, но он горит серым! Кинай не намерен тратить деньги на подобную ерунду. Он старается следовать инструкции точь-в-точь. Ну, по крайней мере, очень старается! Нельзя же быть эдаким рабом собственного желудка! Торт — он и в Африке торт, какая разница, пышная у него текстура или нет? Главное — чтобы проскочил легко.

Отправив торт в духовку, он берется за десерт. Возможно, искушенные хозяйки не считают желе полноценным десертом, но в реестре Киная желе занимает самое законное и почетное место. Поэтому с аптекарской точностью он готовит порции, через пару минут убирает формочки в холодильник — и готово! Остается дождаться готовности бисквита. А праздничный ужин прибывает курьером из лучшей пиццерии города. Да и с какой стати молодой человек должен стоять у плиты? Это не мужское дело. Он очень надеется, что его воображаемая девушка не слышит этого монолога. На губах снова появляется улыбка. И снова жаль, что некому оценить его плоские шуточки.

Согласно чек-листу, теперь нужно прибраться в доме. Но делать он этого, конечно, не станет, ведь он не домохозяйка! А значит, все задачи выполнены с блеском, и можно со чистой совестью развалиться на диване и войти в состояние медитации. Согласно последним открытиям авторитетных ученых мира, покой ума крайне полезен для роста и успеха. A покой ума лучше всего достигается именно в горизонтальном положении на диване. Так что его пребывание на диване — это, по сути, признанный научный эксперимент! С чувством глубокого удовлетворения он вытягивается на диване, словно молодой Эйнштейн. Когда разум окончательно успокаивается, он берет телефон и открывает приложение с комиксами. Большинство платных комиксов и манг со всего мира здесь выложены совершенно бесплатно. Правда, все они переведены на испанский. Возможно, поэтому и бесплатные. Главное — читать без затрат! Знания должны быть доступны каждому. Идея платить за учебу — чистейшее зло. Деньги — слишком редкий ресурс, чтобы спускать их на чтение. К сожалению, свежий недельный выпуск манги, который он так ждал, еще не вышел. Он гасит экран и закрывает глаза.

В последних главах главный герой изо всех сил пытается поверить в себя. То есть поверить, что способен передвигать предметы силой мысли. Кинай уже видел подобное в «Матрице» и «Кунг-фу Панде». Вера во внутренний потенциал. Поверить, будто он может силой мысли шевельнуть штору на противоположном окне. Кинай протягивает руку и указывает на штору. Штора слегка колышется, и Кинай улыбается. Не будь этого легкого ветерка, гуляющего по дому, она бы и не шелохнулась. Но всё равно приятно. Вот так просто наставить руку на штору и заставить её двигаться своим волевым усилием. Как прямо сейчас. Кинай пытается угадать направление ветра и двигает рукой в такт. Будто штора подчиняется его воле. Он повторяет это движение несколько раз и тихо смеется. Ну и дурак же он. Зато какой забавный!

Он смотрит в потолок. Порой одиночество действительно накатывает слишком сильно. Может, и вправду стоит прислушаться к советам соседей и найти отца подходящую жену? Добрую, красивую, которая будет смеяться над его шутками! А если она еще и вкусно готовит — совсем идеальный вариант. Стоп, а зачем искать жену отцу? Нашел бы лучше себе! Он громко хохочет. Поворачивает голову и снова смотрит на окно. На окно, которое закрыто. На окно, сквозь которое никакой легкий ветерок просто не мог проникнуть в дом! Ну да... Очень интересно... Что?! Окно закрыто!

Кинай мгновенно подрывается и подбегает к окну. Оно действительно наглухо закрыто! Откуда тогда взялась вся эта игра с ветром и колыханием шторы? Он мчится к остальным окнам в гостиной. Все закрыты! Что за чертовщина? Ветер ведь должен был откуда-то дуть! Дом у них старый, но не настолько же, чтобы в стенах сквозили дыры. Он возвращается к первому окну, чтобы осмотреть его вблизи. Никаких щелей вокруг рамы. Неужели он и впрямь сдвинул штору силой мысли? Ему становится смешно. Боже, какая глупая мысль. Но никто ведь не мешает проверять эту глупую мысль сколько душе угодно! Он снова протягивает руку к шторе, концентрирует волю, желая, чтобы она шелохнулась... и, к его полному изумлению, штора сдвигается! Киная охватывает легкий ужас. Он повторяет это движение раз за разом, и штора послушно откликается каждый раз. Он отступает на пару шагов и пробует снова. Штора опять шевелится! Он указывает на дальние шторы — и они тоже начинают двигаться! Да что это за бред?! Указывает на пульт от телевизора, лежащий на столе. Пульт плавно сдвигается с места. Стакан с водой по соседству тоже медленно ползет в сторону! Теперь он указывает на сам телевизор, но ничего не происходит. Значит, легкие предметы он может перемещать лучше или хуже! А это означает только одно: он — невероятное, уникальное существо! Вот уж действительно — у него готов отличный сюрприз для отца.

Глава 2: День рождения станет поминками

Кинай всё так же развалился на диване, лениво теребя пальцами штору. Он никак не может вообразить реакцию отца. Тот явно прийдёт в полный восторг. Ну то есть, это же логично — радоваться, разве нет? Какой отец станет расстраиваться из-за того, что его сын невероятен? Разве что слишком завистливый и ничтожный. Но его отец никогда не был завистником и, насколько Канай знает, низостью вообще не отличается. Он точно будет гордиться Кинаем! Особенно когда увидит его по телевизору, в финале шоу талантов! Только представь! Разве бывает талант лучше этого? С такой уникальной способностью он точно станет чемпионом! Мнение зрителей тоже важно, да! Поэтому нужно немного поработать над выступлением. И слегка подтянуть навыки общения. Особенно с девушками и женщинами! В конце концов, среди судей всегда есть женщины. Нельзя же краснеть от смущения прямо перед ними! Вся страна будет смотреть и смеяться над ним. Нужно научиться вести себя перед девчонками стильно и хладнокровно.

Внутри него перемешались тревога и радость! Он больше не тот странный сумасшедший парень, с которым у всего класса проблемы! Теперь он может стать суперзвездой, за которой все бегают толпой. А может, есть и другие необычные люди? Как в «Мстителях» или в сериале «Пацаны»! Если он найдёт девушку-героиню вроде Звёздочки, будет просто отлично. О боже! Его жизнь разделится на две части: до семнадцати лет и после!

Звонок таймера на духовке разрывает ход его мыслей. Торт готов, пора доставать. Кинай с нетерпением ждёт возможности попробовать результат своего сегодняшнего кулинарного творчества. До духовки остаётся всего пара шагов, как вдруг он останавливается. Сможет ли он открыть дверцу духовки на расстоянии с помощью телекинетика? Стоит попробовать. Он вытягивает руку к духовке. Сначала нужно вдавить кнопку внутрь, а затем потянуть ручку на себя. Задача не должна быть сложной. Усилием воли он вжимает кнопку. Всё происходит чуть медленнее, чем он представлял, но процесс идёт. Теперь он плавно открывает дверцу. Это так весело! Ему ещё никогда не удавалось перемещать предметы с такой точностью! Он похож на японских женщин, проводящих чайную церемонию. Им нужно двигать чайник очень мягко и плавно, чтобы передать зрителю ощущение покоя, смирения, утончённости и всего такого. Теперь начинается самое сложное. Сможет ли он вообще сдвинуть форму с тортом? После нескольких неудачных попыток он получает ответ: нет!

Он надевает кухонные прихватки, достаёт торт и ставит его на стол. Восхитительный аромат торта смешивается с приятным теплом. На вид всё выглядит отлично, осталось только попробовать на вкус. Главный вопрос: где отрезать кусок, чтобы не испортить внешний вид? Торт на день рождения не должен выглядеть надкусанным. Хотя в Конституции США такого закона нет, верно? Так что, может, нет ничего страшного, если торт будет казаться слегка помятым? В конце концов, это его собственный день рождения, и шеф-повар тоже он сам, какое дело остальным? Хотя какими «остальным»? На празднике только он и отец. На самом деле даже лучше, что никого нет! Фруктовым ножом он отрезает маленький кусочек и, подув несколько раз, отправляет его в рот. Вкус не то чтобы потрясающий, но и не плохой. «Для первого раза неплохо». Он заготовил эту фразу заранее, потому что вероятность провала была высока! В любом случае, торт должен остыть, чтобы можно было украсить его кремом и убрать в холодильник.

Кинай оглядывает дом. Почти пустое пространство, в котором совсем не чувствуется атмосфера праздника. Возможно, немного украшений создадут более радостное настроение. На чердаке должно быть какое-то барахло. Он поднимается наверх и карабкается по чердачной лестнице. Он уже и не помнит, когда был здесь в последний раз. Везде пыль и паутина. Несколько насекомых, названий которых он даже не знает, быстро суетятся из стороны в сторону. Бедняги, они никогда не видели людей.

Кинай подходит к нескольким коробкам в углу комнаты. Ему приходится немного пригнуться, чтобы не удариться головой о потолок. На одной из коробок написано: «Праздничные украшения». Это не почерк его отца. Кинай садится рядом с коробкой и опускает на неё голову. На глаза навертываются слёзы. Немногочисленные воспоминания о матери хлынули в его голову. Он не хочет думать о них. Вытерев слёзы, он открывает коробку. Внутри лежат украшения для дня рождения. Воспоминания о последнем празднике с матерью всплывают в его памяти. Их немного. Мать обнимает его, и они вместе смеются. Отец корчит из себя клоуна и приплясывает с тортом. Кинай делает глубокий вдох. Психологи говорят, что нужно встречать детские травмы лицом к лицу. То есть он видел это в пару психологических видео на YouTube. Его детской травмой являются не эти сладкие воспоминания, а тихое кладбище. Нет-нет-нет, сегодня абсолютно не подходящий день для того, чтобы сталкиваться с детскими кризисами.

Он берет коробку с украшениями и направляется к выходу с чердака. Проходя мимо круглого окна, он бросает взгляд наружу. С этой точки видны дома нескольких соседей. Если бы хотя бы в одном из них жила молодая девушка, это место могло бы стать для Киная куда привлекательнее. Но все они — пенсионеры, приехавшие сюда, чтобы сбежать от суеты больших городов. Похоже, ни у кого из них нет красивых внучек, которые приезжали бы их наведать. Он улыбается и выходит с чердака.

Кинай занят развешиванием гирлянд и сам того не замечая, напевает под нос грустные мотивы. В его голове абсолютно пусто. В такие моменты голос, который всегда говорит с ним, затихает. Может быть, голос тоже наигрывает музыку или слушает её. Он не знает, сколько минут провёл в таком состоянии, но звонок в дверь приводит его в чувство. Отец вернулся домой раньше, чем он ожидал! Он оглядывает дом. Торт ещё не украшен кремом, и подготовка к празднику не закончена. Но это не так уж важно. Для отца и этого будет достаточно. Он всё поймёт. На самом деле отец всё понимает очень хорошо. Теперь Кинай чувствует вину за то, что не подталкивал отца к женитьбе. Тот действительно заслуживает большего. Но если он женится, вдруг он забудет о нём? Дурак! Что за мысли?

В коридоре по пути к двери он слышит треск полицейской рации. Он замирает на месте. Сквозь матовое стекло в центре двери он видит силуэты двух человек, стоящих на пороге. Хорошая новость в том, что отец ещё не пришёл домой, а плохая — к ним пришли полицейские. Впрочем, это не первый раз, когда сюда приходит полиция. Кинай делает глубокий вдох и открывает дверь. На пороге стоят два офицера средних лет, мужчина и женщина. Кинай много раз видел их в городе, но не знает их имён. Теперь его внимание привлекает третий человек, стоящий чуть позади, чья одежда отличается от первых двух. Он уже видел такую форму в фильмах и сериалах. Это ФБР. Женщина-офицер начинает говорить: