Чечня и власть Советов. 100-летний юбилей Чеченской автономии

«Революция и горец» №6—7, 1931 год. Халид Ошаев.

Забытый эпизод. (Воспоминание очевидца). В августе текущего года исполняется пятнадцать лет со дня так называемого «возмущения осетинского дивизиона». Это событие является ярким эпизодом горской революционной истории, эпизодом горской революционной истории, эпизодом борьбы горцев против царской колонизаторской политики. Случай жестокого и кровавого подавления попытки отказа осетинского дивизиона идти на империалистическую войну, насколько мне известно, в литературе о горцах не описан, хотя для характеристики отношения горцев к империалистической войне, обрисовки общеполитического наступления горцев во время войны, этот случай представляет немаловажный интерес. С другой стороны, эпизод этот интересен и для истории Осетии. Настоящий набросок не ставит своей целью дать развернутый анализ событий – задачей нашей является описать факты, как они сохранились в памяти автора, и тем самым дать нить исследователю для изучения события и отношения горцев к империалистической войне. Т. Кокиев, изложивший в своем труде основные моменты истории Осетии, к сожалению, не отметил этого факта.

Царское правительство не привлекало горцев к всеобщей воинской повинности. Это объясняется, конечно, не «гуманными» соображениями или особым вниманием к горцам. Царские сатрапы боялись дать оружие в руки горцев – это оружие в трудную минуту легко могло бы быть повернутым против него. Части пресловутой «дикой дивизии» комплектовались по принципу «вольного найма». Комплектование по составу производилось, главным образом, из элементов горской деревни, которым «некуда» было девать руки, или же из элементов деклассированных. В этих целях даже амнистировались участники абреческих шаек, скрывающиеся от власти уголовные элементы и т. п. Этим самым правительство добивалось целей: с одной стороны – очистки территории проживания горцев от «неспокойного», «нежелательного элемента», который во время войны мог бы причинить много хлопот (как, например, «зелимхановщина»), и с другой стороны – чтобы комплектование горских частей проходило безболезненно.

Низший командный состав частей набирался в «дикую дивизию» по строго классовому отбору из детей помещиков, дворян, князей, буржуазии, кулаков. Однако, пополнение дикой дивизии после первых лет войны шло туго. За время войны с 1914—17 года «дикая дивизия» в ее горской части пополнялась совершенно заново около трех раз. Эти обстоятельства заставляли царское правительство подумывать о введении обязательной службы среди горцев. В японскую войну был случай, когда почти целая сотня чеченцев, тоже укомплектованная по вольному найму, отказалась идти в наступление. Пришлось выставить против возмутившихся пехоту и артиллерию. Произошло цело сражение, в результате которого все поднявшие возмущение были до единого убиты. Вопреки установившемуся мнению, что горские части в дикой дивизии составляли самое дисциплинированное ядро, нужно сказать обратное – в дикой дивизии было развито сильное дезертирство, ибо принципы наемности в эпоху империализма не одно и то же.

В упоминаемый нами осетинский дивизион набор был произведен путем мобилизации по призыву. Факт комплектования осетинского дивизиона нужно расценивать, как попытку зондирования почвы по вопросу о введении воинской повинности среди горцев, как пробный шар для выяснения отношения горцев к войне и к повинности. Набранная летом 1916 г. в осетинский дивизион пешая сотня была направлена для обучения в Чечню, в бывшую слободку Воздвиженскую.

Сл. Воздвиженская, расположенная в центре Чечни (быв. укрепление Воздвиженское), являлась базой, где сосредоточены были всегда значительные войсковые части, долженствовавшие обеспечивать «мирное» настроение и спокойствие умов в Чечне. В Воздвиженской постоянно находились три батареи 21 артиллерийской бригады, Ахульгинский батальон пехоты, отдельный саперный батальон и части Апшеронского полка. Сюда постоянно со всех концов Руси «сгонялись» серые деревенские Ваньки да Митьки для муштры и обучение службе «царю и отечеству». Сюда же «пригнали» и осетин. Командование в сотне прибывших осетин состояло исключительно из осетин. С первых же дней, как осетины начали проходить строевое обучение за казарменным валом, ежедневно можно было видеть по нескольку неподвижно стоящих фигур в черкесках и бешметах, с кирпичами в мешке за спиной, жарящихся на солнце «под винтовкой» за недисциплинированность. Команда при обучении подавалась на русском языке, и ее поэтому не все осетины понимали. Жертвы, не понявшие команду, попадали обыкновенно в отдельную группу, в которой каждому за пояс по бокам затыкали по пучку соломы и сена и команда издевательски подавалась: «На сено, направо, на солому, налево». Издевательство особенно усиливалось офицерками – прапорами из среды самих осетин, желавшими во что бы то ни стало выслужиться перед начальством.

Обучение сотня проходила в той же самой одежде, в которой она была набрана из аулов – в бешметах, рубахах и черкесках. У всех были кинжалы. После двух-трех недель обучения, командование сотней решило одеть осетин в гимнастерки и выдать шинели – по-солдатски. Это вызвало сильное брожение и недовольство среди сотни.

Несколько раз в казарме стихийно собирался митинг для обсуждения положения. Мнение сотни склонялось к тому, чтобы потребовать от воинских властей посадить сотню на лошадей, отказавшись служить в пехоте. Но основным мотивом брожения было нежелание идти на империалистическую бойню.

В слободе ходили слухи, что огнестрельное оружие Осетинам не дают в силу именно такого настроения. В один из дней, вечером, вся сотня собралась на плацу. Мотивом собрания служило, как говорили, приготовление ужина в котле, в котором днем варили обед из свинины. Мусульмане-осетины категорически отказались есть, вслед за ними вышли все остальные. Явившемуся дежурному осетины заявили, что служить в пехоте они не будут. Об этомслучае было сообщено телеграфно военному генерал-губернатору Терской области Степанову. К утру из Грозного прибыл батальон пехоты. По-видимому, начальник гарнизона сл. Воздвиженской не особенно полагался на гарнизон, вверенный ему. Из Осетии для уговаривания прибыли «почетные» люди. К вечеру на плацу сотня опять собралась для обсуждения положения. Из обнесенного высокой стеной укрепления Воздвиженского спешным маршем прошла рота солдат из вызванного батальона, держа направление к верхним казармам, где была расположена осетинская сотня. Рота имела по два подсумка патронов. Преодолевая страх, который мне внушало возможное побоище, я побежал поближе к казармам и увидел следующую картину. На казарменном плацу, расположенном на довольно крутом обрыве, спускающемуся к долине реки Аргун, стояла толпа осетин, ожесточенно жестикулировавших и горячо обсуждавших что-то по-осетински. Из-за угла одного из корпусов казарм показалась рота виденных мною солдат и вмиг стала вздвоенными рядами с винтовками на перевес. От роты отделился офицер и, не дойдя шагов двадцать до собравшихся, крикнул что-то резко и отрывисто. Говорили ли офицер по-осетински или по-русски, я не знаю, так как сам я стоял «на почтительном расстоянии».

От роты до собравшихся расстояние составляло шагов 300. В ответ на слова офицера толпа заревела, и вдруг в толпе сверкнули кинжалы. Толпа с криком «ура» и ревом лавиной хлынула на солдат с вынутыми кинжалами. Все это произошло в одно мгновение, так что даже трудно было запомнить подробности. Помню офицерика, который, путаясь шашкой между ногами, неловко побежал обратно к солдатам. Толпа не успела добежать и до середины расстояния, отделявшего ее от солдат, как вдруг резкий залп рванул воздух. Толпа пришла в замешательство, крики усилились, крики превратились в рев, но передние продолжали бежать. После короткого замешательства толпа с криком «ура» опять стремительно побежала – залп был сделан в воздух. И заглушая хаос гортанных криков, раздалась частая дробь выстрелов. Упало несколько человек впереди. Толпа замешалась вновь. Только один впереди продолжал еще бесстрашно бежать вперед с высоко поднятым над головой сверкающим кинжалом. Не добежав до солдат и десяти шагов, споткнувшись несколько раз, он упал ничком, молнией сверкнув выпущенным из руки кинжалом. Послышались ужасные крики, стоны, ругательства – толпа рванулась обратно к обрыву. Солдаты продолжали расстреливать бегущих. Люди кричали, падали, поднимались и вновь падали. Из шеренги солдат отделилось отделение и частым шагом побежало прямым направлением к круче. Подойдя к круче, начали стрелять сверху вниз. Часть бегущих осетин бросилась врассыпную через вал в слободу. Большая часть сбежавших с 15-саженной кручи бросилась по направлению к сел. Старые Атаги, находившемуся в одной версте расстояния от сл. Воздвиженской. Рассыпавшиеся по слободе Воздвиженской забегали в чеченские дома и прятались по сараям, сеновалам и чердакам. Старо-атагинцы отнеслись к беглецам сочувственно.

В ту же ночь многие на арбах и фургонах по предгорию Чечни через Ингушетию уехали в Осетию. На второй день незначительная часть беглецов явилась в казармы. По сел. Старые Атаги пошли обыски, правда, не давшие никакого результата.

Всего, как мне помнится, было убито 12 человек. Из убитых пятеро похоронены (как мусульмане) на кладбище в сел. Старые Атаги. Могилы эти знают до сих пор многие атагинцы, так как они обложены кирпичом. Другие похоронены (как христиане) на кладбище в сл. Воздвиженской. Несколько трупов родственники-осетины увезли в Осетию. Что стало со многими ранеными, мне неизвестно. В связи с возмущением осетинского дивизиона были арестованы двое атагинцев – Мурда Хамидов и Джабраил Толгаев – по обвинению в подстрекательстве к восстанию. Оба они живы и сейчас живут в сел. Старые Атаги. Арестованных Мурда Хамидова и Джабраила Толгаева приговорили к смертной казни и заключили в петровскую тюрьму, где они ожидали приведения приговора в исполнение. Грянувшая Февральская революция освободила их. Мною могли быть допущены в этом наброске ошибки в сроках события, причинах, а также в отношении числа убитых и т. п., так как по своему возрасту в то время я не вдумывался в причины и суть факта. В частности о том, что событие произошло в августе 1916 года, я определяю следующим образом. Упомянутые чеченцы Мурда Хамидов и Джабраил Толгаев сидели в Петровске 6—7 месяцев и освободила их из тюрьмы февральская революция. Отсчитывая от этого срока, я нахожу, что событие произошло примерно в августе 1916 года. Что стало с мобилизованными позже осетинами, мне неизвестно.

Осетинскому научно-исследовательскому институту следует заняться подробным изучением этого события. Исследователю нужно разыскать материалы в военно-историческом архиве в Тифлисе, в горском архиве во Владикавказе, опросить чеченцев Толгаева и Хамидова, найти в архивах их дело и дело тех осетин, которые, несомненно, были осуждены.

Затем необходимо в Осетии опросить живых участников осетинского дивизиона, достать фотографии убитых, если они сохранились, зафотографировать могилы убитых и т. п. Очерк этого события может дать интересный материал и выдвинуть новые моменты и проблемы в истории горцев Северного Кавказа.

Революционные в Грозненской прессе

«Терский край» №4, 1917 г. Приказ №1 по Грозненскому району. 11-го сего июня в гор. Грозном сформировался Грозненский Районный Исполнительный Комитет из представителей всех революционных организаций, действующих в гор. Грозном. В состав Комитета входит: представители Совета Рабочих, Солдатских и Казачьих Депутатов, Гражданского Комитета, Чеченского Комитета, Казачьего Комитета, Гарнизонного Комитета, Грозненского и Гудермесского железнодорожных Комитетов и партии социалистов-революционеров и социал-демократов. Комитет в своем лице объединяет для Грозного, Грозненской станицы, промыслов с их хуторами и поселками, фабрик и заводов на городской и станичной землях всю полноту гражданской власти с подчинением себе всей милиции указанного района. Революция властно требует стойкого единения и контакта между всеми силами общества, а потому Грозненской Районный Комитет, как революционная организация, приложит все старания и силы свои к тому, чтобы были сглажены все трения, возникшие между общественными организациями, чтобы было достигнуто взаимное доверие и уважение, при наличии коих лишь и возможно вывести страну из тупиков анархии и успешно привести к Учредительному Республиканскому строю. Всемирное поддержание всего и всех ведущих к этим высоким идеалам и энергичное, решительное пресечение всяких реакционных и контр-революционных попыток, как-то: провокации и прочее, будут составлять основной тон и направление деятельности комитета. Граждане! Комитет защитит революцию, свободу и законность. Пусть знают все, что Комитет решительно обеспечивает всем гражданские свободы: слова, совести, печати, союзов и неприкосновенность личности и не допустить противозаконного на них посягательства. Однако, Граждане, помните, что Комитет также не допустит распространения непроверенных слухов, сеющих недоверие, смуту и тем разъединяющих общественные силы в ущерб делу свободы и революции. Комитет просит чинов милиции района неослабно следить за порядком, а начальствующих лиц милиции требовать от подчиненных им чинов исключительной деликатности и предупредительности в обращении с гражданами свободной России. Председатель Грозненского Районного Исполнительного Комитета Мутушев. Секретарь Комитета Бродский. 16 июня 1917 г., гор. Грозный.

«Терский край» 28 июня 1917 года. Циркуляр А. Мутушева. Председатель чеченского комитета А. Мутушев циркулярно сообщил комиссару Грозненского округа что из Тифлиса командированы контрольные роты для отбирания огнестрельного оружия по станциям железной дороги. В связи с этим предлагается объявить населению чтобы не появлялись на станциях железной дороги с огнестрельным оружием во избежании недоразумения.

К назначению Т. Эльдарханова. В виду состоявшегося назначения народного просвещения Т. Эльдарханова на должность инспектора народных чеченских училищ 3-го района, заместителем его на посту комиссара Грозненского округа назначен Дени Арсанов.

Избрание А. Мутушева. Чеченская молодежь образовала Союз «Нисона Накъоста». Почетным председателем союза единогласно избран А. Мутушев.

В чеченском комитете. На состоявшемся 28 июня заседании Чеченского Исполнительного комитета обсуждалось предложение Грозненского Совета рабочих солдатских и казачьих депутатов и относительно пожелания о немедленной организации правильного демократического самоуправления чеченского народа. Совет рабочих и Солдатских депутатов предлагал для этой цели свою помощь. Комитет постановил с благодарностью отклонить это предложение с тем, чтобы в будущем, в случае надобности, обратиться к Совету.

Съезд Чеченского народа. 12 июля в Грозном состоится учредительный съезд Чеченского народа. Программа съезда вырабатывается президиумом Исполнительного Чеченского комитета.

Газета «Терский край» Среда, 5 июля. Воззвание Союза Чеченской молодежи. («Нисон-Накъост»). К Чеченской молодежи. Когда в февральские дни дружным напором демократии были разбиты рабские оковы, в которых задыхались народы России, мы получили, наконец, возможность устроить нашу жизнь на новых началах. Там, где в народные массы были брошены крупинки научных идей, света и познаний, там, где элементы были подготовлены к общественной организации, работа оказались сравнительно легкой. У таких народов с первых же дней переворота создались мощные общественные организации, закипела лихорадочная работа по переустройству, страстно заговорили политические партии. Но там, где народ волею самодержавия пребывал в вековом невежестве, там где малочисленные идейные представители не сумели или не смогли дать ему хотя бы смутного представления о лучших формах жизни, там нынешнее переустройство встречает огромные трудности. Исключительное положение в этом отношении занимает Чечня. Темные массы народа, не достаточно знакомые с происшедшими в России событиями, имея превратные представления о революции, равенстве и братстве, создают благоприятную почву для контр-революционных, провокационных выступлений. Наш трудовой рабочий класс не знает еще, что наступил час, когда его интересны должны быть выдвинуты на первый план. Свет науки еще встречает препятствия в своем проникновении в Чечню. Наш долг понести горы труда на очищение «живой воды» от грязной тины. «Ищите правду от колыбели до могилы, приобретайте знание, ибо оно освещает путь к небу, служит проводчиком к счастью, поддерживает нас в несчастии» – говорит пророк Магомет. В пламенном и посильным служении нашему обездоленному народу, целям революции, в пламенной борьбе за демократические идеи, за завоеванные революцией права личности и народов мы видим цель нашей жизни. Подготовка к Учредительному Собранию, культурно-просветительная деятельность, организация в Чечне экономических учреждений, необходимых населению, устранение всяких недоразумений с соседями и мирное сожительство с ними. Разрешение аграрного вопроса в интересах трудового земледельца, всемерная поддержка пролетариата в его священной борьбе.

Телеграмма Чеченскому комитету. Командир Чеченского полка, находящегося на фронте, прислал Грозненскому Чеченскому комитету следующую телеграмму: «Счастлив и горд, что стал во главе славного, беззаветно храброго Чеченского конного полка, который в эту мировую войну показал себя достойным сыном тех, кто составляет блестящую конницу Имама Шамиля. Клянусь Аллахом принести себя в жертву за славу и процветание доблестного полка; я уверен, что поддержку в этом найду среди представителей, управляющих Чеченским народом, и среди убеленных сединой стариков Чечни. Аминь. Полковник Мисалаев.

«Терский край» №24, 14 июля 1917 года. Чеченский съезд. 12 июля в с. Старые Алды состоялся чеченский съезд. Присутствовало свыше 5000 человек. Председателем Съезда был избран Мутушев. Основным вопросом явился вопрос о грабежах. Ряд ораторов чеченцев говорил о необходимости решительной борьбы с растущими грабежами, изъявлял готовность на самые крайние меры. В свою очередь указывалось, что солдаты очень неосторожно задевают мирных чеченцев, насильно их обезоруживают и этим вызывают столкновения, которые всегда кончаются печально, особенно для туземцев. На съезде выступили Мутушев, Эльдарханов, Абдулкадыров и много других видных представителей чеченского народа. В самой категорической форме было заявлено, что чеченский народ желает мирного сожительства, и хочет рука об руку с русским народом работать для закрепления свободы. На съезде выступали также председатель Совета Рабочих и Солдатских депутатов Богданов, председатель гарнизонного комитета Марченко, и. д. дежурного генерала при главнокомандующем кавказской армией полковник Моисеев и другие. Съезд выделил комиссию, в которую вошло около 150 человек; комиссии поручено переизбрать Чеченский комитет, учредить конную стражу и вообще разработать меры для решительной борьбы с разбойниками.

«Терский край» №71, 16 сентября 1917 г. Насилие над А. Мутушевым. Факт гнусного насилия, учиненного над председателем местного чеченского комитета А. Мутушевым его единоверцами-мусульманами, привел нас к мысли осветить этот прискорбный инцидент со слов самого пострадавшего. Мы застали гражданина Мутушева еще не оправившимся от пережитого нравственного потрясения и физических болей. Он считает себя жертвой происков со стороны своих политических противников, в лице некоторых авантюристов, эксплуатирующих фанатизм чеченской массы, которым он неугоден, как беззаветный борец за революционные идеи. Усилия его по проведению в Чечне выборного начала на четырех-степенной основе, по словам Мутушева, встречают резкое противодействие со стороны упомянутых лиц, которым такие выборы угрожают низвержением с пьедестала. Г-н Мутушев думает, что является верным выразителем чаяний подавляющего сознательного большинства своего народа. По существу инцидента, пострадавший допускает, что ему была устроена заранее подготовленная ловушка, рассчитанная на то, чтобы убийством его, покончить с революционными завоеваниями Чечни. Только в этих видах и мог быть пущен злонамеренный слух о том, что им, якобы, собрано с нефтепромышленных фирм, для расплаты с милиционерами 120000 рублей. Между тем, никак таких денег к Мутушеву не поступало. Это, однако, не помешало клевретам его противников разжигать страсти, каковые и вылились в приглашении Мутушева на объяснение с милиционерами, имевшем место на ярмарочной площади. Здесь-то подонки милиционеров и наметили осуществить свой позорный замысел. Началу насилия положил милиционер, ударивший Мутушева плетью. Не имея под руками револьвера, избиваемый прибег к помощи своей палки, которой жестоко избил хулигана. Но не дремали и другие. Они наносили Мутушеву удары ружейными прикладами в спину. Зверское насилие вспыхнувшее внезапно, было остановлено лучшими представителями чеченцев, ставших стеною между избиваемым и нападавшими. Одновременно, легко пострадали и два товарища председателя Курумов и Арсанукаев. Пострадавшего посетило очень много представителей Чечни принесших ему свое горячее соболезнование и выражение такого же негодования по адресу насильников. Мутушев считает происки несознательного элемента Чечни опасным симптомом, с которым должно бороться путем внедрения в сознание масс революционных начал. Исчерпав все возможные средства нравственного воздействия, Мутушев поставлен был в необходимость организации экспедиционного отряда из милиционеров, для активной и решительной борьбы с все усиливающимися в Веденском округе грабежами и разбоями. В этом отряде и обнаружилось брожение, подогреваемое агитаторами – ставленниками политических противников Мутушева. Последний уверен, что содеянное над ним вызовет резкий протест во всей Чечне и уже приняты шаги к предотвращению возможного кровопролития. Офицеры милиции, по словам Мутушева, – вне всякого упрека и выше всякой похвалы. Ввиду протеста, по поводу произведенного милиционерами насилия, они отказались от несения должностей службы в милиции. А. Мутушев формулирует свою роль в Чечне таким образом: Он углубляет завоевания революции, демократизирует управление Чечней, культуртрегерствует, борется с темным фанатичным элементом и устанавливает самые дружеские отношения между соприкасающимися национальностями. Никакого содержания за работу он не получает, во имя ее, совершенно забросил свою обширную адвокатскую практику и вообще несет большой материальный ущерб.