Современные системные технологии в отраслях экономики. Учебное пособие

Таким образом, структура технологического уклада включает три элемента: базисные технологии, базовый комплекс отраслей и инфраструктуру.

Ю.В. Яковец [6,7], определяя технологический уклад как совокупность взаимосвязанных научно-технических направлений, выражающих ядро, генотип определенного этапа в развитии технической базы общества считает, что структура технологического уклада представляет собой научно-технические направления, охватывающие три основных элемента:

– ядро или базовые инновации, наиболее полно отражающие качественные признаки уклада;

– направления производственной техники, которые образуют основу перестройки сферы материального производства – орудий и средства труда, источников энергии, транспорта;

– направления непроизводственной техники, используемой в сфере услуг, в личном потреблении, а также в военном деле.

К ядру V технологического уклада он относит микроэлектронику, микропроцессорную технику; генную инженерию, биотехнологии; информатизацию первого уровня: компьютеризация, базы и сети данных.

В число производственных технологий соответственно входят: робототехника, гибкие системы; малоотходные технологии; энергосберегающие технологии, газ, АЭС; новые материалы, композиты, керамика, пластмассы; промышленные биотехнологии; телекоммуникации, космическая связь; базы данных, информационные системы.

Технологии непроизводственной сферы: компьютерная наука, САПР (система автоматизированного проектирования), АСУ (автоматизированная система управления), компьютеризация, лазерные технологии, биомедикаменты; коммерческие информационные системы, информационные услуги; информационные технологии в образовании и культуре; бытовая радиоэлектроника.

По данному прогнозу (табл.1.6) ядром VI технологического уклада, вероятнее всего, будут наноэлектроника, IT-технологии, фотоника, генная инженерия и биотехнология животных, а затем и человека; содержательные информационные системы глобального уровня (научные, экологические, образовательные, социокультурные). Что касается эпицентра волны базисных инноваций, то, скорее всего, лидеры пятой волны – США, Западная Европа, Япония и Австралия – в основном сохранят свое лидерство, но к ним будут приближаться и новые индустриальные страны – Южная Корея, Китай, Сингапур, Бразилия. На дальнейшей периферии технологического переворота будут находиться большинство стран африканской, мусульманской и латиноамериканской цивилизаций.

Таблица 1.6

Ядро VI технологического уклада

С.Ю. Глазьев, Д.С. Львов, Г.Г. Фетисов [8] в технологическое ядро V технологического уклада включает Японию, США, Германию, Швецию, страны ЕЭС, Канаду, Южную Корею, Австралию. К элементам V технологического уклада относятся следующие.

Ядро технологического уклада: электронная промышленность, вычислительная техника, программное обеспечение, авиационная промышленность, телекоммуникации, оптические волокна, роботостроение, информационные услуги, производство и потребление газа.

Ключевой фактор уклада: микроэлектронные компоненты.

Формирующееся ядро нового технологического уклада: биотехнологии, космическая техника, тонкая химия.

Основные преимущества по сравнению с предыдущим IV технологическим укладом: индивидуализация производства и потребления, повышение гибкости и расширение разнообразия, преодоление экологических ограничений на энерго – и материалопотребление на основе автоматизации производства, деурбанизация размещения производства и населения в малых городах на основе новых транспортных и телекоммуникационных технологий и др.

В.И. Маевский [8] структуру ядра технологического уклада рассматривает с позиций экономической генетики и трактует ее как «… набор машиностроительных и строительных отраслей, обладающих способностью, с одной стороны, своим совместным действием воспроизводить в натуре самих себя, с другой стороны, создавать орудия труда для других отраслей машиностроения (не участвующих в вещественном саморазвитии) и для всех отраслей хозяйства».

Ю.В. Перевалов [8] к специфическим характеристикам современных технологий относит следующие:

• узкая специализация;

• быстрая устареваемость;

• необходимость постоянного развития;

• высокая рискованность финансовых ресурсов;

• быстрая распространяемость по всему миру;

• разработка и внедрение «ноу-хау»;

• развитие при тиражировании;

• невозможность распространения только с помощью документации и др.

Эти свойства создают неопределенность и неравномерность НТП, постоянное появление «ниш», в которые могут встроится аутсайдеры, сложность сохранения позиций лидерства и монополизма в технологической сфере.

Используя разработанные в мире передовые технологии, отмечает Ю.В. Перевалов, можно перейти лишь на стадию инвестиционного развития. Стадия инновационного развития предполагает определенный технологический монополизм, получаемый в результате собственных разработок и изобретений.

Однако уже в начале XXI в. развитие науки и техники будет не целью, а средством социально-экономического развития стран.

Как отмечает Ю.Г. Волков [9], будущее человечества должно быть связано не с технотронным обществом, а с гуманистическим обществом, основанным на достоинстве, знаниях, свободе личности. Гуманист – это и есть достойный человек, стремящийся к знаниям, добру и красоте.

Важнейшей, определяющей основой гуманистического общества будет являться идеологическая структура – определенная система философских, научных, художественных, нравственных, правовых, политических, экономических, социологических знаний и ценностей о мире, о месте человека в нем, о смысле жизни и личности в мироздании

В процессе становления гуманистического общества должна осуществляться переориентация общества с производства материальных благ на производство духовных ценностей. Поэтому одной из главных задач общества гуманизма является производство знаний. Высшей целью общества является формирование и развитие личности.

Например, в промышленно развитых странах накопление человеческого капитала в конце XX в. в 3–4 раза превысило накопление капитала в материально-вещественной форме, значительно возросли расходы на строительство новых музеев, библиотек, театров, спортивных сооружений.

1.6. Россия в преддверии постиндустриальной информационной экономики

За последние годы Россия добилась успехов в макроэкономике. Профицит бюджета позволил увеличить золотовалютные резервы, создать стабилизационный фонд, сделать устойчивым курс рубля, с опережением платить долги России и бывших братских республик, хотя заводы и порты, построенные на эти деньги, находятся теперь за рубежом.

В 2007 г. ВВП России вернулась на уровень 1990 г. – года начала реформ. По расчетам Всемирного банка по размерам ВВП (582 млрд. долл.) Россия в 2004 г. была на пятнадцатом месте в мире (позади стран большой семерки, а также Китая, Испании, Индии, Южной Кореи, Мексики, Австралии и Бразилии) [4]. Если считать по паритету покупательной способности, экономика России – на 10-м месте в мире, впереди Канады. По темпам роста ВВП Россия опережает многие крупные страны (Россия – 6 %, США – 3 %, Франция, Италия и Германия – менее одного процента). По душевому ВВП (8,9 тыс. долл. в год) Россия занимает 86-е место среди 231 страны, опережая Казахстан (6,3), Беларусь (6,1), Украину (5,4) и другие страны СНГ. Россия лишь к 2008 г. вернулась по продукции обрабатывающей промышленности, инвестициям и НИОКР на уровень двадцатилетней давности, который другими странами давно пройден.

Основные черты постиндустриальной информационной экономики исследованы в работах отечественных и зарубежных авторов. Профессор Л.С. Бляхман [4] выделяет десять основных черт этой экономики:

1. Научная, техническая и производственная революции, что означает воздействие средств труда не на поверхностные свойства, а на физико-химическую, атомно-молекулярную и генную структуру предмета труда.

2. Глобализация – развитие мирового рынка информации и технологий, товаров и услуг, капиталов, рабочей силы, выбросов в окружающую среду на базе Интернета и электронной торговли.

3. Изменение качества экономического роста – переход на информационную экономику. Страны с такой экономикой получают более 80 % прироста ВВП за счет созданных ими новых знаний, воплотившихся в новые продукты, технологии, методы организации производства и управления.

4. Изменение структуры общественного богатства. Богатство это включает невоспроизводимые природные ресурсы, производственные активы, человеческий и управленческий капитал (см. раздел 1.2).

5. Изменение структуры общественных потребностей и мирового рынка. За последнее пятилетие доля рынка высоких технологий в общем объеме мировой торговли выросла с 20 до 25 %. Доминирующую роль на этом рынке (2,5 трлн. долларов) занимают США (39 %) и Германия (16 %), растет доля Южной Кореи, Китая, ставшего крупнейшим экспортером бытовой техники, Индии (программное обеспечение и компьютерные услуги) и других стран. Доля России на этом рынке за последние 15 лет резко сократилась и составляет менее 1 %. В России трудятся около 10 % научных работников мира, им принадлежит 7–8 % публикаций по естественным и техническим наукам, но эта информация бесплатно используется зарубежными компаниями. Россия экспортирует не только природное, но и научное сырье.

6. Превращение сферы услуг в основную (60–70 %) сферу занятости и производства ВВП. По оценке экспертов, если исключить эффект трансферных цен, доля сферы услуг в России составляет лишь 40 %, причем в ней преобладают торговые и посреднические, а не инжиниринговые и другие инновационные услуги.

7. Появление нового класса работников, управляющих знаниями (knowledge worker), – творческих, обладающих развитым интеллектом специалистов, способных к самостоятельному поиску и анализу огромных массивов информации, к самостоятельному обоснованию, принятию и реализации инновационных решений.

8. Основным звеном экономики становится не предприятие, специализированное на определенных видах продукции или стадиях технологического процесса, а транснациональные интегрированные бизнес-группы (ИБГ), а также предпринимательские сети.

9. Возрастание роли общественных благ и производящих их отраслей образования, здравоохранения, культуры, социальных услуг, которые относятся преимущественно к некоммерческому или государственному сектору экономики.

10. Основой конкурентоспособности стала собственность на нематериальные активы, которые часто невозможно отделить от их носителей и экспроприировать.

Постиндустриальную экономику нельзя противопоставлять индустриальной. До 2001 года ряд зарубежных авторов полагал, что «новая экономика» имеет совершенно иные законы и с кризисами покончено. В 2006–2010 гг. российский ВВП рос быстрее мирового (соответственно 5,5–6,0 и 4,3 %) за счет экспорта сырья (71 % общего экспорта) и вызванного этим потребительского спроса. Быстро расти (на 6–8 % в год) будут отрасли, не испытывающие влияния зарубежной конкуренции, – торговля (здесь развернутся зарубежные сети), транспорт и коммуникации, строительство, продажа и обслуживание недвижимости, пищевая промышленность (вслед за пивом и сигаретами и другие продукты в России будут производить иностранные компании). Рост добывающей промышленности замедлится, а в машиностроении останется в основном сборка иностранной техники.

Доказанных запасов нефти в России по оценкам экспертов хватит лишь на 18–20 лет, а разработка арктических запасов рентабельна лишь при сохранении нынешних цен, что маловероятно, учитывая бурное развитие водородной энергетики. По оценке Министерства природных ресурсов рентабельных запасов многих других видов сырья осталось на 10–15 лет. Инновационный потенциал – единственный способ сохранить роль России в Евразии. За последние 20 лет доля региональных объединений в мировом ВВП выросла с 27 до 75 %, а в экспорте – с 43 до 75 %. СН Г было инструментом цивилизованного развода, а теперь стало переговорной площадкой, но не полноценным экономическим союзом, СН Г не сцементируют льготные поставки газа: ФР Г платит за 1000 кубометров 160 долларов (правда, до недавнего времени две трети получали не производители, а перекупщики), страны Балтии – по 70–90, а ряд стран СН Г – по 40–60. Единственный способ навсегда связать нас (в хорошем смысле этого слова) – единая инновационно-образовательная система, предлагающая странам СНГ приспособленные к местным условиям нововведения, а их молодежи – нужную специальность в вузах, техникумах и ПТУ с правом последующей работы в России.

Эксперты ООН считают, что Россия не только должна, но и пока еще может создать инновационную экономику. Из 100 основных направлений науки по 17-ти Россия еще сохраняет лидерство, а по 22 может вернуть его за 5–7 лет. На Ганноверской выставке 2005 г. были представлены не имеющие мирового аналога биометрические и авиационные системы, фильтры для воды, микрочипы на основе нанотехнологий, базальтовое волокно для выпуска легких, жаропрочных и вечных труб и другие уникальные технологии.

По прогнозу Goldman Sachs к 2050 г. Китай, Индия, Россия и Бразилия опередят по совокупному ВВП шестерку нынешних постиндустриальных лидеров, Россия обгонит по уровню жизни Италию и Германию, а по размерам ВВП – также Францию и Великобританию. Но это произойдет лишь в том случае, если будет создана инновационная система. Велосипед российской экономики не имеет заднего хода и должен быстро двигаться вперед, чтобы не упасть.

1.7 Инновационная система как социальный институт

Инновационная система – организационно-экономический конкурентный механизм с соответствующей инфраструктурой, ориентирующий научные организации на достижение коммерческого и социального эффекта разработок, производственные организации – на постоянное обновление продукции, технологии, организации производства, труда и управления на основе использования этих разработок, а органы власти и гражданского общества – на развитие массовой инновационной активности.

Проблемы формирования и развития инновационной системы исследовали Л. Абалкин, Д. Львов, В. Маевский, Ю. Яковец, Б. Кузык [4] и ряд других авторов, в том числе Н. Бекетов, В. Семенов, В. Бузырев, А. Кот, С. Стрижков. Однако многие теоретические вопросы еще не разработаны. В индустриальной рыночной экономике инновационные системы создавались только на корпоративном уровне. У России нет особого опыта коммерциализации научных разработок. Яблочков создал электротехнику одновременно с Эдиссоном, но американец учредил корпорацию, привлек инвестиции, что позволило построить электростанцию и линию электропередачи. Попов опубликовал схему радиоприемника и передатчика раньше, чем Маркони, но итальянец запатентовал изобретение, выгодно продал патент созданной им компании, нашел рынок сбыта на британских судах, учредил дочерние фирмы по радиосвязи и производству оборудования в США. В итоге Нобелевскую премию получил Маркони и учредитель германского Телефункена, а о русском первопроходце никто не вспомнил.

В программе создания инновационной системы должны быть указаны ее цели, затраты и результаты, показатели динамики научного потенциала и эффективности его использования, необходимые институциональные и организационные преобразования. Цель системы – достижение и поддержание конкурентоспособности национальной и региональных экономик, предприятий и работников, т. е. их способности реализовать на мировом рынке товары и услуги, добавочная стоимость которых достаточна для обеспечения устойчивого экономического роста, обновления производства и повышения качества жизни народа. К сожалению, этими оценками до сих пор занимаются в основном зарубежные, а не российские центры. По данным The Global Competitiveness Report e World Economic Forum Россия занимала в2004 г. 59-е место среди 170 стран, она уступала Китаю (33) и Индии (46), хотя намного превосходит их по душевому ВВП, уровню жизни и образования населения. Низкие цены на российские экспортные продукты объясняются временными факторами – низкой оплатой труда, экономией на экологии и инвестициях, использованием результатов труда советских геологоразведчиков и конструкторов. В Индии в 2000–2004 гг. средняя зарплата проектных менеджеров выросла с 13,6 до 31,1 тыс. долл., программистов – с 4,1 до 6,6 тыс. долл. в год, при этом экспорт компьютерных программ и услуг вырос более чем в 5 раз (с 4,8 до 25,5 млрд. долл.), в Китае – в 76 раз (с 0,2 до 15 млрд. долл. – «Business Week» 14 августа 2005 г.). В России этот экспорт лишь к 2007 г. превысил 1 млрд долл.

1.8. Основные направления создания инновационной системы в России

1. Выбор 10–12 критически важных технологий (KBТ) в области энергетики, авиации и космонавтики, новых материалов, плазменных, лазерных, информационных, нано – и биотехнологий, которые государство обязуется всемерно поддерживать и пропагандировать, финансировать развитие инфраструктуры. Россия не может размазывать вложения по всем 50–55 признанным в мире КВТ (45–46 из них монополизировали 7 ведущих стран), не может разрабатывать и выпускать, как это было раньше, все типы летательных аппаратов. Нельзя также декретировать государственные инвестиции на 182 направления фундаментальных и 3700 – прикладных исследований, как это было до сих пор. В то же время по прорывным КВТ необходимо не копировать и догонять другие страны, а добиваться опережающего прорыва.

Так, в военной области планируется не только совершенствование боевых платформ (танков, судов, самолетов), но, прежде всего, оснащение их средствами бесконтактного боя, высокоточного дистанционного поражения с помощью радиоэлектронных и космических средств разведки, защиты, целеуказания и управления боем, квантовых и лазерных технологий. Учет расходов и доходов от передачи этих технологий в гражданские отрасли и экспорта оружия позволит уйти от принципа «пушки вместо масла» при перевооружении армии.

Космические и авиационные технологии, в которые уже вложены десятки миллиардов долларов и труд целых поколений, остаются национальным приоритетом. Прорывными здесь являются криогенные авиакосмические системы на основе сжиженного природного газа и жидкого водорода. Российские разработки в этой области при условии достаточного финансирования и использования композитных материалов позволяют резко повысить экономичность и экологичность авиации, а также могут быть использованы в энергетике, металлургии, химии, других видах транспорта.

Нанотехнологии позволяют не только революционным образом расширить номенклатуру материалов, и создать новую отрасль экономики, новую медицинскую и другую технику, открыть совершенно новые перспективы для малого инновационного бизнеса, избавив его от громоздкого оборудования и дорогостоящих зданий. Прорывные технологии в энергетике связаны прежде всего с водородными и метановодородными технологиями, топливными элементами, новыми способами использования солнечной, ветровой и приливной энергии.

2. Мониторинг инновационного развития. О динамике научного потенциала свидетельствуют показатели развития человеческого капитала, объема и структуры вложений в НИО КР, число публикаций и патентов, развитие информационных технологий и средств связи. Россия в 90-е годы потеряла 54 % (1 млн) исследователей, средний возраст оставшихся превысил 49 лет. Если в 1990 г. зарплата в этой сфере была на 12 % выше, то сейчас она намного ниже средней и в 40–50 раз ниже, чем в развитых зарубежных странах. Тем не менее, число исследователей в России на одну тысячу занятых в экономике практически такое же, как в странах ОЭСР (6,5 и 6,6). В России сохранились НИИ мирового класса, коллективы компетентных ученых и инженеров, хорошее качество школьного, а в ведущих вузах и высшего, естественного и математического образования.

В последние годы растут затраты на НИО КР, хотя доля частного сектора составляет всего 20 % (в странах ОЭСР – 55 %, в Японии – 70 %). По общей сумме затрат Россия находится на уровне Тайваня, Италии и Бразилии, намного уступая лидерам – США (282 млрд долл. в 2003 г.), Японии (104 млрд долл.), Китаю (60 млрд. долл), Германии (54 млрд долл.) и Франции (30 млрд долл.).

К ведущим экономикам, которые используют, в основном, собственные, а не заимствованные или скопированные технологии, относят те, где число патентов на 1 миллион жителей выше 15. К ним относятся США, Япония, страны ЕС, Канада, Австралия, Израиль, Швейцария. За последние годы в эту группу вошли Тайвань, Сингапур и Южная Корея, а Россия, напротив, переместилась в группу второстепенных по степени инновативности экономик. Доля России в мировом фонде публикаций сократилась с 19 до 8 %, хотя, если учитывать бывших россиян, которые работают за рубежом, это число даже увеличилось. Эти люди помогли создать вертолетостроение в Южной Корее, производство недорогих беспилотных самолетов, способных выследить и уничтожить террористов в Израиле. Они составляют четверть кадров в знаменитой Силиконовой долине. Ежегодные потери России от утечки мозгов оцениваются в 50 млрд. долл., между тем для модернизации российской науки, по оценке академика Д. Львова, достаточно 5 млрд. долл.

Об эффективности использования научного потенциала свидетельствует производительность труда, в том числе в высокотехнологичном секторе, доля научно-технического прогресса в приросте ВВП, а высокотехнологичной продукции – в общем производстве и экспорте, доля страны на мировом рынке высоких технологий, число предприятий, разрабатывающих и осваивающих нововведения. В России к их числу относятся всего 10–12 %, причем речь идет часто лишь о закупке бывшего в употреблении зарубежного оборудования, а в США и Японии – 80 % фирм.

3. Реформа российской науки, которая финансируется в основном из бюджета и практически отделена от производства. Коммерческой инновационной деятельностью в США занимаются 75 %, а в России только 6 % НИИ. Из 450 институтов РАН по оценке Министерства образования и науки эффективно работает не более 50. Предстоит ликвидировать разделение науки на академическую, вузовскую, отраслевую и заводскую, а организаций – на научные, конструкторские, проектные и технологические. Основным звеном новой системы станут комплексные организации, способные предложить заказчикам не научный отчет или техническую документацию, а реализацию проекта «под ключ», включая заказ и монтаж оборудования. Они будут выступать заказчиками или вступать в альянсы с автономными некоммерческими институтами и университетами. Акционирование многих государственных НИИ позволит им наряду с фундаментальными исследованиями на основе грантов легально выполнять коммерческие заказы. Средства при этом выделяются не учреждению на основе фиксированного штатного расписания, а конкретной научной группе во главе с признанным лидером за выполнение конкретного проекта.

За рубежом академические институты давно объединены с университетами. Инновационно-образовательные центры становятся основой региональных кластеров, наподобие Силиконовой долины в США, а фирмы ежегодно посылают туда своих сотрудников на обучение. В России за последние годы создано более 300 юридических (90 из них в Москве) и еще большее число экономических вузов и факультетов. Половина выпускников не находит и даже не ищет работу по специальности. Упорядочение сети вузов позволит найти средства для воссоздания разрушенного профтехобразования, без которого не заработает инновационная система.

Необходимо законодательно определить механизм передачи государственной интеллектуальной собственности малому инновационному бизнесу. Тогда специалисты не будут ожидать подачек от государства, а сами заработают деньги за счет развития и коммерческого использования этой собственности. Исчезнет поле деятельности для фирм, которые скупают и контрабандой увозят технические идеи.

Развитие малого инновационного бизнеса особенно важно в условиях, когда крупные торговые сети вытесняют частников из торгового, челночного и ресторанного бизнеса. Нужна программа переориентации малого бизнеса на инновации. Целесообразно освободить его на стартовый период от налогов, как это делается в Казахстане.

4. Стимулирование инновационной активности предприятий на базе реальной конкуренции, рыночного ценообразования и дифференцированного налогообложения. Самое слабое место российской рыночной системы – отсутствие конкуренции, обеспечивающей победу передовых технологий над отсталыми. «Широко процветает практика предоставления индивидуальных налоговых и других льгот, а также необоснованных преференций при распределении подрядов, финансовых и материальных ресурсов. За этим, как правило, стоят интересы конкретных чиновников», – эти слова В.В. Путина, сказанные в сентябре 2005 г., относятся не только к Южному федеральному округу, но и к другим регионам, где рынок монополизировали фирмы, принадлежащие родственникам, друзьям или спонсорам главы администрации. Свою лепту в подавление конкуренции вносят вертикально интегрированные и государственные компании, которые безо всяких инноваций имеют конкурентные преимущества перед обычным бизнесом.