Период полураспада. В ядерном аду

– Эй, вы! Вы кто такие? – обратился Буза уже непосредственно к ребятам.

Тон заданного вопроса не понравился Пашке, и он промолчал, демонстративно положив руку на рукоять «стечкина». Сейчас он жутко жалел, что они с Владиком, отправляясь на прогулку по городу, оставили в доме автоматы. Заметив его жест, сосед Бузы толкнул локтем невежу и спросил более вежливо:

– Добрый вечер, незнакомцы! Что привело вас в наш чудный город-сад?

– Мы сопровождаем в поездке Сему Моряка. Он прибыл для переговоров с вашим князем, – неожиданно соврал Владик. Покосившись на него, Пашка сообразил, что напарник изрядно трусит, потому и решил давануть авторитетом деда.

– Ух ты! Того самого Моряка? – переспросил кто-то из толпы.

Пашка кивнул, подтверждая слова Владика. Если ложь поможет избежать конфликта, то что же…

– А мне насрать, что эти щенки сопровождают Моряка! – визгливо провозгласил Буза. – Они не ответили на мой вопрос и должны за это ответить!

Окружающие громко рассмеялись над нежданным каламбуром. Но Буза, решив, что смеются над ним, рассвирепел окончательно. Он сделал шаг к Пашке, но сразу несколько человек вцепились в него и оттащили подальше.

– Ты это… прости, браток! Буза парень неплохой, только отмороженный на всю голову! – миролюбиво обратился к Пашке невысокий худой мужичок в засаленном армейском кепи. – А тут еще и бухой вдобавок. Кстати, может, накатим за знакомство? Самогонка здесь неплохая!

Остальные бредуны громко присоединились к приглашению. Пашку с Владиком буквально потащили в кабак, сопровождая «насилие» дружеским похлопыванием по плечам. Но не успели они переступить порог, как от импровизированной стойки к ним шагнул Буза. Он, видимо, принял еще стаканчик, поэтому совершенно не обращал внимания на попытки собутыльников образумить его. Рука Бузы скользнула за отворот куртки… Увидев этот жест, бредуны, толкаясь локтями, поспешили отступить от Пашки. Владик тоже последовал их примеру.

Периферическим зрением Скорострел отметил все перемещения, происходившие вокруг него, и сделал соответствующий вывод – похоже, что драки не избежать. На него снова накатило типичное предбоевое состояние – мандраж совершенно прошел, голова прояснилась, в руки словно закачали жидкую энергию. Не отрываясь, Паша смотрел на Бузу, замечая малейшие телодвижения. Он видел, что, несмотря на бродящий в крови алкоголь, Буза опасный противник, частенько участвующий в кабацких перестрелках накоротке, где все решает не меткость, а быстрота. Это действительно был явный отморозок, настоящий дикий бредун, убивающий не за интересы клана, а просто ради убийства. Вот и сейчас вовсе не внезапная неприязнь руководила поступками Бузы. Просто ему подвернулся подходящий случай. В данный момент убийство являлось для него развлечением. Вполне возможно, он уже забыл предлог для ссоры.

Сам Павел, хоть и родился в бредунском клане, никогда не понимал таких людей. Нет, конечно же, он не считал убийство человека чем-то омерзительным. Но для такого дела всегда требовался достаточно весомый повод. Вот, например, как сейчас – какая-то мразь пытается его прихлопнуть. Просто так, чтобы повеселиться или показать свою крутизну, как давешний придурок из Мухосранска. Ублюдков, покушающихся на его жизнь, Пашка мочил без всякого сожаления. Но чтобы напасть самому без всякого повода? На это Скорострел был не способен.

А между тем противник, словно что-то учуяв, явно медлил. Секунда тянулась за секундой, сложившись в целую минуту, а ничего не происходило. Вокруг послышались перешептывания и смешки. Это и послужило катализатором дальнейших действий.

Рука Бузы, засунутая под куртку, поползла назад. Сначала очень медленно, но затем все быстрее и быстрее… Вот уже на свет показался зажатый в ладони пистолет, вот…

Бах!

Звук выстрела в замкнутом, набитом людьми помещении ударил по ушам. Еще пару мгновений Буза стоял прямо, пытаясь направить свое оружие на противника. С его губ сорвалось короткое ругательство.

Бах!

Вторая дырка образовалась в груди Бузы тремя сантиметрами левее первой. И эта пуля точно попала в сердце. Ноги отморозка подогнулись, и он рухнул на заплеванный пол. Тишина продержалась в кабаке всего несколько секунд. Толпящиеся бредуны вдруг заговорили разом, обсуждая произошедшее. Быстрота, с которой Пашка выхватил свой «стечкин» и произвел выстрел, была оценена этими битыми волками по достоинству. На мертвого Бузу уже никто не обращал внимания. Тело за ноги вытащили за порог, а минуту спустя в руки Пашке сунули законный трофей – вытертый до белизны ПММ, неполный запасной магазин и длинный нож в вышитых бисером кожаных ножнах.

Тот самый, вежливый мужичок в армейском кепи, довольно улыбаясь, словно сам только что проявил немалую ловкость, проводил Пашку до стойки и жестом велел кабатчику наполнить «бокалы».

– Меня зовут Юра, позывной Вратарь, – представился он, когда они накатили по первой под приветственные крики окружающих. – Здорово ты его уделал!

– Пашка, позывной Скорострел, – ответил парень. – Я смотрю, никто по нему не заплакал…

– Это по Бузе-то? – усмехнулся Юра. – Да он тут достал уже всех своими выебонами. Погоди-ка! Как ты сказал, твой позывной? Скорострел? А не ты ли неделю назад устроил в Мухосранске дуэль с местным «папуасом» и завалил того навскидку с пятидесяти метров?

– Я, – не стал отрицать «подвиг» Пашка. – Только я дуэль не устраивал – это покойник нарывался.

– Да ты опасный человек, Павел! – рассмеялся Вратарь. – Впрочем, других, я думаю, Моряк с собой не берет.

Скорострел не стал объяснять новому знакомому, что совершенно случайно попал в компанию к Моряку. Как раз в этот момент к ним протолкался Владик, на которого тоже упали лучи славы напарника, выразившиеся в виде бесплатной выпивки. Раскрасневшись от пары стаканчиков действительно неплохого самогона, Владислав со всей дури хлопнул Пашку по спине, выражая таким незамысловатым образом свою благодарность. В ответ Паша только внутренне улыбнулся. Паренек явно сдрейфил в данном инциденте, но… молодой ведь еще совсем, шестнадцать всего, да и не попадал, похоже, никогда в такие ситуации. Простительно… для первого раза.

Похоже, что все присутствующие в кабаке задались целью лично угостить виновника небольшого торжества – чтобы поднести ему стаканчик и непременно чокнуться, образовалась небольшая очередь. А напиваться Паша не планировал – хрен его знает, может, уже завтра придется отсюда сваливать. Или прорываться с боем. Поэтому Скорострел постарался забраться в самый дальний угол барака. Вместе с ним туда проследовал и Вратарь, не забывший прихватить со стойки подарочно-призовую выпивку. Это было на руку Паше – он намеревался хорошенько расспросить Юру о здешнем житье-бытье. Владика кто-то отвлек, и он мгновенно скрылся в водовороте гуляющих на всю катушку бредунов.

Вдвоем они нашли пустующий столик, заваленный окурками и объедками. Юра, недолго думая, смахнул мусор на пол и грохнул по столешнице стаканами. Уселись на табуретки, больше напоминающие небольшие пеньки.

– Закуришь? – предложил Вратарь, доставая из кармана потертой кожаной куртки кисет с махоркой. – Хороший самосад, духовитый и горло не дерет совсем.

– Нет, спасибо, – вежливо отказался Пашка. Это не значит, что он вообще не курил (он баловался табаком с четырнадцати лет), просто не видел никакого кайфа в пускании дыма через рот. Вот добрая самогонка – другое дело, когда хочешь хорошенько оттянуться. А еще лучше – веселая девчонка. Интересно, а как здесь с этим? Так он и спросил своего нового знакомца.

– Ну, не фонтан! – покачал тот головой. – Получше, чем в клановых лагерях, но много хуже торговых городков. Блядей практически нет, да и те, что есть, – дороги! По три «пятерки» за час дерут, сучки! Конкуренция низкая, что ты будешь делать!

Пашка осуждающе кивнул. Да, три «пятерки» за час – это беспредел! В том же Мухосранске проститутки брали за час «любви» всего один патрон.

– Я вижу, ты спокоен, как удав! Вроде только что человека завалил и даже руки не дрожат! – отметил Юра, набивая трубку. – Давно воюешь?

– С детства! – удивился вопросу Пашка. Словно кто-то в этом мире мог не знать, что бредуны держат в руках оружие с самого юного возраста.

– А лет-то тебе сколько, богатырь? – продолжал спрашивать Юра.

– Восемнадцать, – не понимая причины таких расспросов, ответил Паша.

– Так ты небось из клановых? – уточнил Вратарь. – То-то я и смотрю… Вроде молодой еще, а к оружию привычен. Среди крестьян, да и диких бредунов пацанам-то стволы практически и не дают.

– А чего так? – заинтересовался Пашка.

– Да дорого ведь! Стволы-то хорошие – дефицит! – пояснил Юра. – На каждого мальчишку и не напасешься. Это у вас в кланах всегда запас имеется, а у диких только то, что на себе. Вот убьют кого – тогда ствол к новому хозяину и переходит.

– Вот как! – С этой стороной жизни Пашка был не знаком. – А ты, я смотрю, Юра, еще довоенные времена помнишь!

– С чего ты так решил? – усмехнулся сквозь клубы едкого махорочного дыма Вратарь.

– Словечки у тебя выскакивают… Удав, богатырь, дефицит…

– Да, прав ты, Паша! Подловил старика! – рассмеялся Вратарь. – Это я на вид сорокалетним выгляжу, потому что худой. А так-то мне уже за полтинник перевалило, и приход Большого Песца я хорошо запомнил. Когда на нас боеголовки посыпались, я в Рязанском училище ВДВ курсантом был. Да, второй курс… Повезло, что в тот момент моей роты в городе не было. Жив остался. Хотя… может, тем браткам, что в одночасье в казармах сгорели, повезло больше. Потому как разве это жизнь?

Вратарь покачал головой и залпом выпил стакан самогона. Пашка никогда не слышал про Рязанское училище, но знал, что ВДВ – это самые крутые войска довоенной России. Круче них только спецназ ГРУ и какие-то «краповые береты». Сам он не встречал ни тех, ни других, ни третьих – старшие товарищи по клану рассказывали. Но вот сидящий напротив худой мужик никак на легендарного бойца не походил.

– Вот с тех пор и мотаюсь по этой выжженной земле, – продолжил Вратарь, делая глубокую затяжку. – Хотел было на родину податься, сам-то я из Омска в Рязань учиться приехал, но, видно, не судьба. То одно мешает, то другое… Эх!

И бредун махнул еще стакан крепкого пойла, занюхав рукавом. Пашка посмотрел на него сочувственно, но ничего не сказал. Для него самого жизнь среди развалин была делом привычным, и он не понимал, как можно переживать из-за ее недостаточного качества.

– А вы здесь какими судьбами? – снова спросил Юрий, перекурив и, видимо, отогнав грустные мысли. – Неужели в банду Бритвы решили вступить?

– Ну… да, – кивнул Пашка, не желая особо распространяться на эту тему.

– Ох и врешь ты, Скорострел, ох и врешь! – рассмеялся бывший курсант. – Я много лет болтаюсь среди всякого отребья, видел сотни людей, которым до БП и руки бы не подал. И в гвардию этого пустозвона Бритвы не для удовольствия вступил. Здесь таких, как я, – сотни, если не тысяча, беглецов из кланов и просто диких бредунов. Большинство из них, конечно, дрянь людишки. Но такие и не живут долго. Вы, я вижу, не из них! Да и странно было бы ожидать от самого Семы Моряка вступления в ряды этакого сообщества.

– Понимаешь, Вратарь… – тщательно подбирая слова, сказал Пашка. – Есть у нас определенные причины…

– Не хочешь говорить? – лукаво подмигнул Юрий. – Ну и правильно! Здесь никому нельзя доверять! Контингент еще тот подобрался.

– Расскажи поподробнее, если не в лом! – попросил Пашка, пододвигая Вратарю полный стакан.

Юра с улыбкой проследил за неловкой Пашиной манипуляцией, но кивнул и начал говорить:

– Это княжество с недавних пор стало прибежищем для отщепенцев со всех окрестных земель. Бритва берет всех подряд. Если бы не постоянные драки с поножовщиной, то банда бы здорово разрослась. Однако есть и свои особенности – Бритва, может, и любит потрындеть, но дело знает. Кто он и что делал после Войны, здесь почти никто не ведает. Но, сдается мне, опыт командования шайкой у него есть, и немалый. Его дружина состоит из выходцев со всех концов Подмосковья, и это тертые ребята, можешь мне поверить. Они живут в достатке, с нами, простыми бредунами, почти и не пересекаются. Откуда у них берутся патроны, оружие, снаряга – держат в тайне. И дисциплинка среди дружинников железная. Так что если реально хотите стать подданными князя Бориса, то проситесь в дружину. Ну, или, на худой конец, в гвардию. Там похуже, но тоже неплохо кормят! – После этих слов Вратарь хихикнул, словно сказанное было некой шуткой.

– Я слышал из достоверных источников, что до Войны Бритва работал аспирантом в одном из московских институтов! – сказал Пашка, не желая раскрывать, что всеми его достоверными источниками служил дядя Толя Нахамсон.

– Вот как! Ученый, значит, – кивнул Юрий. – Как ты сейчас смешно сказал: работал аспирантом. В аспирантуре учатся, а не работают. Впрочем, что нынче проку от таких нюансов. А в каком институте, гуманитарном или техническом?

– В какой-то Бауманке, – слабо представляя, что такое «гуманитарный институт», ответил Пашка.

– В какой-то! – с улыбкой передразнил Вратарь. – Это, брат, один из лучших технических вузов страны… был. Там «головастики» со всей России собирались. Спасибо за инфу, Паша! Теперь мне многое понятно… Однако что он делал после Войны – так и остается загадкой.

– А мне вот интересно – чем Бритва удерживает всех этих людей вокруг себя? – задал самый животрепещущий вопрос Паша. – Дружину эту свою и гвардию, да и остальных… Нас ведь сюда отнюдь не гвардейцы привели – патруль из обычных бредунов состоял. Но они и помыслить не могли приказ хозяина не выполнить!

– Да ответ-то, в общем, прост – деньги! Или то, что их заменяет в нашем теперешнем положении – боеприпасы! Он платит всем, и платит очень неплохо! Даже ребята, вышедшие из крупных кланов, говорят, что никогда не получали такого количества патронов на свою долю. А тем, кто не выполняет его приказы, он соответственно платить перестает. А в этой «столице» все только за патроны: еда, вода, одежда, ремонт техники и оружия. Это тебе, брат, не клановая коммуна, где все обслуживание бесплатно. Вот народец и старается, иначе быстро протянешь ноги с голодухи.

– А откуда у него патроны? Неужели повезло на какой-нибудь склад набрести? Так их все вроде бы еще в первое десятилетие после Войны расчихвостили?

– Да наверняка на склад наткнулся. Повезло придурку. Причем склад из чистой зоны. Мы выданные патроны радиометром не раз проверяли – норма. И еще… Маркировка на патронах… не наша, не российская. А какая – сами понять не можем.

Тут у стойки вспыхнула драка, и разговор временно прервался. Сначала два мордоворота мутузили друг друга кулаками. Потом один, получив чувствительный удар, схватился за нож и порезал другому руку и бок. А порезанный выхватил пистолет и пристрелил обидчика. На этом все закончилось – труп вынесли из кабака, порезанного наскоро замотали тряпками, народ снова вернулся к прерванным занятиям – пить и курить.

– Да у вас тут каждый день по трупу, что ли? – немного удивился спокойствию гуляк Пашка.

– По трупу в день? Шутишь? – криво улыбнулся Юрий. – Не меньше десятка! Просто вечер только начинается… Сейчас еще игроки соберутся, вот тогда настоящее веселье пойдет – только выноси!

– Так это еще не самый разгул? – ошарашенно спросил Пашка, оглядывая заполненный народом под завязку барак.

– Ну что ты… Здесь где-то меньше половины сейчас! – просветил Вратарь.

Тут к их столику пробился взмыленный Владик.

– Вот ты где! – радостно заорал он Паше. – Я тебя обыскался! Тут сейчас какой-то мужик сказал, что видел, как Моряк из дворца выходил! Пошли скорей в гостиницу – узнаем новости!

– Пошли! – Скорострел встал и протянул руку Вратарю. – Прощай, Юрий!

– До свидания! – ответил тот, пожимая Пашке руку. – Мне почему-то кажется, что мы еще увидимся. Если что – по вечерам я всегда здесь. Просто спроси у любого прохожего заведение «Пятое колесо».