Толкование книг Нового Завета. Послание к галатам

© Moody Bible Institute of Chicago, 1987

© Перевод на русский язык. «Библия для всех», 2006

Предисловие

К развернутому комментарию материалов Нового Завета я отношусь как к благодатному, ниспосланному свыше занятию. Моей целью всегда было поддержание тесного общения с Господом для понимания Его Слова и как следствие – объяснения Его народу, что означает тот или иной отрывок. По словам Неем. 8:8, я стараюсь «внятно» толковать Слово, чтобы он мог действительно услышать, что говорит Бог, и исходя из этого отвечать Ему.

Божий народ, несомненно, нуждается в понимании Его, а это требует знания Его слова истины (2 Тим. 2:15) и предоставления ему возможности обильно вселяться в нас (Кол. 3:16). Поэтому основной смысл моего служения заключается в оказании помощи Его народу, чтобы живое Божье Слово становилось ясным для него. Это – вселяющая уверенность перспектива.

Эта цель объяснения и применения Писания находит отражение в данном сборнике комментариев Нового Завета. Одни комментарии – преимущественно лингвистические, другие – в основном богословские, а третьи – большей частью гомилетические. Этот конкретный комментарий по сути своей толковательный. В нем нет особой лингвистической специфики, но лингвистические данные используются, когда это необходимо для более ясного истолкования. Он не охватывает большого числа богословских вопросов, но обращается к основным вероучительным догматам при рассмотрении каждого отрывка для демонстрации его соотношения с Писанием в целом. Он не гомилетический по своему характеру, но каждый смысловой блок обычно рассматривается в отдельной главе с ясным схематическим очертанием и логическим обоснованием. Большинство истин иллюстрируется в привязке к другим частям Писания. Установив конкретный контекст отрывка, я стараюсь следовать развитию мысли и аргументации автора.

Молюсь о том, чтобы каждый читатель смог в полном объеме понять, что говорит Святой Дух в этой части Его Слова, чтобы Его откровение вселилось в умы верующих и привело к послушанию и верности на более высоком уровне во славу нашего великого Бога.

Введение

Послание к галатам удостаивается таких характеристик, как Великая хартия духовной свободы, боевой клич Реформации и провозглашение христианской независимости. Его вполне можно рассматривать как хартию духовной свободы, данную Святым Духом тем, кто принял Иисуса Христа Господом и Спасителем.

Многие историки церкви полагают, что основание Реформации было заложено в комментарии Мартина Лютера, посвященном галатам. Великий немецкий реформатор сказал: «Послание к галатам – это мое послание. Я как бы состою с ним в браке. Послание к галатам – это моя Екатерина [имя его жены]». Именно из тщательного и смиренного рассмотрения Писания, особенно Послания к галатам, Лютер вывел Божий план спасения благодатью чрез веру, полностью противоположный тысячелетнему католическому учению спасения делами.

Меррилл Тенни писал о Послании к галатам: «Если бы оно не было написано, христианство могло стать просто еще одной иудейской сектой, а мышление западного мира могло бы оставаться по сути языческим. Послание к галатам олицетворяет основополагающее учение о христианской свободе, отделившее христианство от иудаизма и поставившее его на путь миссионерского служения. Оно стало краеугольным камнем протестантской Реформации, поскольку заключенное в нем учение о спасении только благодатью было основной темой проповеди реформаторов» (Galatians [Grand Rapids: Eerdmans, 1957], p. 15).

Послание к галатам – это послание о христианской духовной свободе, освобождении Христом от рабства греха и религиозного легализма. Это послание имеет особое значение в наши дни, поскольку личной свободе уделяется много внимания в бесчисленных философских учениях как внутри, так и за пределами христианского мира.

В силу того, что Павел придавал большое значение вопросу о благодатном спасении во Христе и яростным нападкам иудействующих на Евангелие, Послание к галатам – единственное из его посланий, в котором не содержится ни слова похвалы в адрес читателей. После краткого приветствия апостол сразу приступает к рассмотрению проблемы, побудившей его к написанию послания: «Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатию Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое, впрочем, не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово» (Гал. 1:6–7). С этого места вплоть до завершающего благословения (Гал. 6:18) стиль послания напоминает блистающий меч в руках человека с горячим сердцем.

На первый взгляд кажется странным, что Павел находит слова похвалы в адрес мирских, склонных к раздорам, аморальных и незрелых верующих в Коринфе и ничего подобного не говорит о святых в Галатии. Коринфянам он писал: «Непрестанно благодарю Бога моего за вас, ради благодати Божией, дарованной вам во Христе Иисусе, потому что в Нем вы обогатились всем, всяким словом и всяким познанием, – ибо свидетельство Христово утвердилось в вас, – так что вы не имеете недостатка ни в каком даровании, ожидая явления Господа нашего Иисуса Христа» (1 Кор. 1:4–7). Церквам же в Галатии апостол не воздает такой хвалы.

Разница заключается в том, что при всей сложности ситуации в Коринфе основная проблема там (за примечательным исключением воскресения; см. 1 Кор. 15) была связана не столько с чистотой учения, сколько с чистотой жизни. В галатийских же церквах лжеучителя подрывали само основание Евангелия. Евангелие благодати попиралось и подменялось Евангелием дел, представляющим собой вовсе не Евангелие, а искажение Божьей истины (Гал. 1:6–7), ведущее к проклятию, а не к спасению (Рим. 3:20).

Послание к галатам – не беспристрастный богословский трактат, а глубоко личное письмо, написанное с печалью в сердце благочестивым человеком своим духовным детям, чья вера и жизнь подрывались лжеучителями. Он от всего сердца взывал к галатам: «Итак стойте в свободе, которую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства» (Гал. 5:1).

Павел проявлял особую заботу о верующих в Галатии, и его серьезно беспокоили угрожавшие им вероучительные опасности. Иудейские лидеры, побившие Павла камнями в Листре, несомненно, продолжали запугивать и преследовать обращенных из числа иудеев в Галатии. Они были заклятыми врагами Евангелия и использовались сатаной для возбуждения смятения и разногласий в этих и многих других молодых церквах.

Но еще более серьезную опасность представляли иудеи, не полностью принявшие Христа, а затем вернувшиеся к иудаизму и стремившиеся превратить христианство в дополнение своей традиционной системы праведности делами. Подобно лжеучителям, о которых Павел предупреждал ефесских пресвитеров, иудействующие вырастали в самой церкви и говорили «превратно, дабы увлечь учеников за собою» (Деян. 20:30).

Иудействующие вызывали большое смущение в церквах и серьезно искажали «благовествование Христово» (Гал. 1:7). Они учили, что язычники должны стать иудеями через обрезание, прежде чем стать христианами, и что все христиане – как иудеи, так и язычники – праведны пред Богом, только если они остаются связанными Моисеевыми законами, постановлениями и обрядами (см. Гал. 2:3–5, 11–14; 3:3–5; 4:8-11, 21–31; 5:1–4; 6:12–13). Эта опасность угрожала, по-видимому, церквам еще в бытность Павла в Галатии и, несомненно, возросла после его отъезда. «Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю, – напоминал апостол верующим, – кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема» (Гал. 1:9; ср. Гал. 1:6–8).

Лжеучителя не только проповедовали необходимость обрезания и соблюдения закона Моисея, но и нападали лично на Павла, стремясь подорвать его авторитет и тем самым его учение. Поэтому он старался подтвердить свои апостольские полномочия. В начале послания он называет себя «Апостолом, избранным не человеками и не чрез человека, но Иисусом Христом и Богом Отцом» (Гал. 1:1). В первых двух главах он продолжает отстаивать свою богоданную власть апостола Иисуса Христа, равного во всех отношениях Двенадцати, в том числе Петру (см. Гал. 1:12, 15–17; 2:2, 7–9).

Тема Послания к галатам занимает центральное положение во всем Новом Завете и выражается в том, что истинная свобода приходит только через Иисуса Христа. В этом послании Павел рассматривает духовную свободу с двух сторон. Первая сторона (главы 3–4) – это спасение, благодаря которому Христос освобождает человека от рабства греха и закона. В Послании к римлянам апостол провозглашает: «Закон духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти» (Рим. 8:2). Вторая сторона (главы 5–6) – это освящение, свобода, которую Бог дает Своим детям, чтобы жить в вере и подлинной праведности свободными от власти греха и бремени закона.

Название Галатия связано с галльскими, или кельтскими, племенами, поселившимися в Малой Азии после нескольких веков набегов на Греческую и Римскую империи. При римской власти район собственно Галатии вошел в состав обширной провинции под тем же названием в центральной части Малой Азии (современная Турция), занимавшей территорию в 250 миль с севера на юг и 175 миль с востока на запад.

Во времена Павла название Галатия относилось как к изначально небольшой территории, так и ко всей провинции. Во время первого миссионерского путешествия Павел и Варнава создали четыре церкви в южной части провинции, в городах Антиохия, Икония, Листра и Дервия (Деян. 13:14–14:23), и эти церкви, по всей видимости, образовали костяк местных верующих. В Послании к галатам не говорится о конкретных местных церквах, но это были церкви, в которых Павел лично служил (Гал. 4:13–15). Тот факт, что в книге Деяний упоминаются четыре церкви, созданные Павлом на юге Галатии, и нет упоминания ни об одной из них в других частях провинции, делает вероятным предположение, что послание было адресовано в первую очередь южным церквам.

В Галатии Павел чуть не лишился жизни, когда его побили камнями и оставили полумертвым враждебно настроенные иудеи, следовавшие за ним из Антиохии и Иконии до Листры (Деян. 14:19–20). Основав церковь в Дервии, Павел и Варнава вернулись в первые три города, «утверждая души учеников, увещавая пребывать в вере» (Деян. 14:22). Во время второго путешествия Павел посетил церкви в Галатии с Силой, и «они предавали верным соблюдать определения, постановленные Апостолами и пресвитерами в Иерусалиме. И церкви утверждались верою и ежедневно увеличивались числом» (Деян. 16:4–5).

Павел, которого первоначально звали Савлом, был родом из Тарса, города на юго-востоке Малой Азии, неподалеку от южной Галатии. Он вырос в иудейской семье, придерживающейся строгих взглядов, и воспитывался в духе традиционного иудейского легализма. Учился он у известного раввина Гамалиила и досконально изучил иудейский закон (Деян. 22:3). Он был «обрезан в восьмой день, из рода Израилева, колена Вениаминова, Еврей от Евреев, по учению фарисей, по ревности гонитель Церкви (Божией), по правде законной – непорочный» (Флп. 3:5–6). До обращения он «преуспевал в Иудействе более многих сверстников в роде моем, будучи неумеренным ревнителем отеческих моих преданий» (Гал. 1:14).

Несмотря на строгое следование закону и преданиям, Савл не выглядел религиозным лицемером, как многие другие фарисеи. Он был духовно слепым и враждебно настроенным к Богу и Его народу, но он не был лицемером. Он искренне верил в традиционный иудаизм и считал его Божьим путем для избранного народа. Как многие иудеи того времени, Павел по-настоящему любил закон и искренне стремился соблюдать любую заповедь, исполнять любые обряды и приносить любые жертвы, установленные заветом Моисея. Он был легалистом в самом строгом смысле слова, но он честно пытался угодить Богу, выполнить все, что он считал волей Бога, при этом не старался произвести впечатление на других своей религиозностью.

Защищаясь перед синедрионом, апостол заявил: «Мужи братия! я всею доброю совестью жил пред Богом до сего дня» (Деян. 23:1). Хотя к тому времени Павел уже много лет был христианином, судя по контексту, это его заявление о доброй совести пред Богом распространяется и на жизнь до обращения. Когда он гнал христиан, обрекая многих из них на тюремное заключение и на смерть (Деян. 22:4–5; 26:10–11), он, без сомнения, делал это с искренней убежденностью в исполнении Божьей воли (см. Деян. 22:3). Хотя он «прежде был хулитель и гонитель и обидчик», тем не менее он был «помилован потому, что так поступал по неведению, в неверии» (1 Тим. 1:13). Задолго до того, как Савл из Тарса стал ревностным и убежденным легалистом, Бог «избрал [его] от утробы матери [его] и призвал благодатию Своею» (Гал. 1:15).

Павел говорил о легализме на основании собственного опыта и о благодати – на основании собственного опыта, так же, как и об откровении. Он более любого другого апостола понимал значение рабства закона и свободы благодати.

Личные мотивы: Апостольская власть Павла (Гал. 1–2)

Приветствие и введение (Гал. 1:1–9)

Апостольские полномочия (Гал. 1:10–24)

Апостольская поддержка (Гал. 2:1-10)

Апостольская уверенность (Гал. 2:11–21)

Вероучительные мотивы: Спасение только благодатью чрез веру (Гал. 3–4)

Подтверждение опытом (Гал. 3:1–5)

Подтверждение Писанием (Гал. 3:6–4:31)

Практические мотивы: Жизнь в христианской свободе (Гал. 5–6)

1

Приветствие (Гал. 1:1–5)

Павел Апостол, избранный не человеками и не чрез человека, но Иисусом Христом и Богом Отцом, воскресившим Его из мертвых, и все находящиеся со мною братия – церквам Галатийским: благодать вам и мир от Бога Отца и Господа нашего Иисуса Христа, Который отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас от настоящего лукавого века, по воле Бога и Отца нашего; Ему слава во веки веков. Аминь (Гал. 1:1–5)

Один из путей отрицания какого-либо утверждения состоит в отрицании авторитетности того, кто его высказывает. Галатийская церковь получила от Павла истинное благовестие благодати и верила в него до тех пор, пока после его отъезда не появились лжеучителя. Они выступили с нападками на надежность не только возвещения, но и того, кто его передал. По всей видимости, иудействующие убедили некоторых членов церкви, что Павел – самозваный апостол, не обладающий никакими данными свыше полномочиями. Поэтому в начале послания Павел обходится без обычных личных приветствий и сразу приступает к обоснованию подлинности своей апостольской власти, которое затем (Гал. 1:11 – 2:21) он развивает более подробно.

В этом кратком приветствии Павел утверждает свои полномочия (свое право высказываться), смысл своего послания (истину, которую он высказывает) и свои мотивы (причины, по которым он высказывается).

Павел Апостол, избранный не человеками и не чрез человека, но Иисусом Христом и Богом Отцом, воскресившим Его из мертвых, и все находящиеся со мною братия – церквам Галатийским (Гал. 1:1–2)

Следуя обычаям времени, Павел начинает послание с четкого определения своего имени – Павел. Затем он заявляет о своей апостольской власти – сначала на основании своего права на звание «апостол», затем на основании того, как он был избран, и наконец на основании своих взаимоотношений с братьями верующими.

ЗВАНИЕ АПОСТОЛ

Апостол (Гал. 1:1а)

Апостол («отправленный с поручением») был доверенным лицом, представителем или послом, избранным и подготовленным Иисусом Христом в качестве Своего эмиссара для донесения Его истины в первые годы существования церкви, когда она находилась в стадии становления. В своем основном и строго формальном значении слово относилось к первым двенадцати, избранным в начале земного служения Иисуса (Мк. 3:14; Лк. 6:13) и отделенным для заложения основания ранней церкви в качестве проводников Божьего откровения (Деян. 2:42; Еф. 2:20). Они были также наделены силой совершать исцеления и изгонять бесов как знаком полученной свыше власти (Деян. 2:43; 2 Кор. 12:12; Евр. 2:3–4). Следует отметить, что незадолго до Пятидесятницы Иуда был заменен Матфием (Деян. 1:26).

В более широком смысле слово «апостол» используется в отношении таких людей, как Варнава (Деян. 14:14), Сила и Тимофей (1 Фес. 1:1; 2:6) и других выдающихся лидеров (Рим. 16:7). Такие люди называются также сотрудниками (apostoloi) церквей (см. 2 Кор. 8:23; Флп. 2:25), тогда как Двенадцать и Павел были «апостолами Иисуса Христа». Ни одна из этих групп не восполнялась. За исключением Иуды, в Новом Завете нет упоминаний о замене апостола первой или второй группы после смерти.

Поскольку Павел не принадлежал к числу изначальных двенадцати, ему в отличие от них приходилось отстаивать свое апостольское звание. Одно из требований заключалось в необходимости быть свидетелем воскресения Христа (Деян. 1:22), поэтому Павел писал церкви в Коринфе, что в период между воскресением и вознесением Иисус сначала «явился Кифе [Петру], потом двенадцати; потом явился более нежели пятистам братий в одно время… потом явился Иакову, также всем Апостолам; а после всех явился и мне» (1 Кор. 15:5–8). Павел стал единственным в своем роде свидетелем воскресшего Христа. Он направлялся в Дамаск, чтобы арестовать там христиан и заключить их в темницу, когда «внезапно осиял его свет с неба; он упал на землю и услышал голос, говорящий ему: Савл, Савл! что ты гонишь Меня? Он сказал: кто Ты, Господи? Господь же сказал: Я Иисус, Которого ты гонишь» (Деян. 9:3–5). Через благочестивого Ананию в Дамаске Господь объявил этому бывшему врагу Евангелия, что он должен стать Его «избранным сосудом, чтобы возвещать имя Мое пред народами и царями и сынами Израилевыми» (Деян. 9:15). Таким образом, «Содействовавший Петру в апостольстве у обрезанных содействовал и мне у язычников» (Гал. 2:8).

О последующих явлениях Господа Павлу упоминается в Деян. 18:9; 22:17–21; 23:11; 2 Кор. 12:1–4 (ср. 1 Кор. 9:1).

избранный не человеками и не чрез человека, но Иисусом Христом и Богом Отцом, воскресившем Его из мертвых (Гал. 1:1б)

Поскольку лжеучителя обвиняли Павла, что он был незаконным, самозваным апостолом, не имевшим полномочий учить церкви и управлять ими, Павел подчеркивает, что он действует не по поручению людей, что он избран не человеками. Он не сам поставил себя и даже не был поставлен чрез человека. С его апостольским поручением не было связано никакое человеческое вмешательство. Его апостольское призвание исходило не из какого-то человеческого источника, совершилось не благодаря какому-либо человеческому обряду или возложению рук какой-либо группой в Иерусалиме, Антиохии или где-то еще, хотя пресвитеры в Антиохии принимали участие в отправке его с особым евангелизационным поручением (Деян. 13:1–3).

Апостольское призвание Павел получил прямо от Иисуса Христа и Бога Отца, воскресившего Его из мертвых. Иисус призвал Павла и отделил его, прежде чем он вступил в контакт с кем-то из других апостолов. После нескольких лет подготовки (см. Гал. 1:17–18) Святой Дух послал его начать работу среди язычников, и возложение поручения именно Им признавалось лидерами церкви в Антиохии (Деян. 13:2–3). Свою власть Павел получил не от людей и не присвоил ее сам, но от Бога, и его право учить галатийских верующих основывалось на этой богоданной прерогативе.

Павел никогда не упускал случая упомянуть о воскресении, без которого Евангелие выглядело бы бессильным. Апостолом Павла избрал Бог Отец, воскресивший Своего Сына из мертвых.

Павел, несомненно, выполнял более ответственное поручение по сравнению с проповедовавшими лжеучение самозваными иудействующими, вводившими галатов в смущение и стремившихся подчинить их своей власти.

Частое упоминание апостолом Бога и Отца в связи с Иисусом Христом в Новом Завете имеет особое значение, которое нельзя упускать из виду. Цель состоит в том, чтобы показать Бога не как нашего Отца (хотя эта истина находит отражение в Гал. 1:4), а как Отца в смысле Его роли в Троице, в частности Его отношения к Сыну. Тем самым подчеркивается сущностная природа отношений между первым и вторым лицами Троицы. В этой характеристике выражается божественное равенство между двумя, Отцом и Сыном, разделяющими одну и ту же природу (ср. Мф. 11:27; Ин. 5:17–18, 22; 10:29–33; 14:9; 17:1–5; Рим. 15:6; 2 Кор. 1:3; Еф. 1:3; 1 Пет. 1:3; 2 Ин. 3). Доказано, что Иисус Христос обладает той же природой, что и Бог, и что истинный Бог есть Отец Иисуса Христа.

и все находящиеся со мною братия – церквам Галатийским (Гал. 1:2)

Третье основание власти Павла подразумевается в его ссылке на своих сотрудников того времени как на братьев в противоположность собственному положению апостола.

Либеральные библеисты и богословы утверждают, что апостолы были не более выдающимися или вдохновенными, чем другие свидетели Иисуса Христа, жившие во время Его земного служения. Их учение и писания основываются на человеческом разумении и понимании, не обладают божественной непреложностью и ни к чему не обязывают других верующих как в те времена, так и позднее. У каждого верующего свой собственный опыт понимания Христа.

По римско-католическому догмату, Библия написана церковью, которая обладает более высоким авторитетом, чем Библия. Поэтому церковь может вносить добавления или изменять Писание по своему усмотрению, и ее официальные заявления имеют ту же духовную и нравственную силу, как и Писание, даже если они явно противоречат библейскому учению.

Павел воспротивился бы этому всей душой. Если он и другие новозаветные апостолы не были богодухновенными в абсолютно уникальном и истинном смысле, они были самыми что ни на есть самонадеянными людьми – ведь они смело и недвусмысленно утверждали, что говорят и пишут от имени Бога. В качестве апостолов они обращались к церкви, а не от имени церкви. Церковь восприняла учение от апостолов, которые в свою очередь получили его прямо от Бога (Еф. 3:5). О них никогда не говорится как об апостолах церкви, но всегда как об апостолах Иисуса Христа.

Иисус сказал Двенадцати: «Истинно, истинно говорю вам: принимающий того, кого Я пошлю, Меня принимает; а принимающий Меня принимает Пославшего Меня» (Ин. 13:20). Вскоре после этого Он сказал им: «Сие сказал Я вам, находясь с вами. Утешитель же Дух Святой, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам» (Ин. 14:25–26).

Коль скоро учение апостолов исходило напрямую от Господа, писания Павла, Петра, Иоанна и других столь же богодухновенны и авторитетны, как и слова, которые говорил Иисус во время Своего земного служения. Поэтому выборочное чтение Библии может быть неоправданным, если оно основывается на предпосылке, что слова, сказанные Иисусом во время Его трехлетнего земного служения, в какой-то мере более богодухновенны и ценны, чем другие части Писания. Павел ясно сказал Тимофею: «Все Писание богодухновенно» (2 Тим. 3:16), ибо Бог есть автор каждого слова, сказанного пророками, Господом Иисусом Христом или апостолами.

Коль скоро Библия есть Слово Божье, следовать Богу – значит следовать Библии. Это не амальгама человеческих мнений, а сокровищница Божьей истины.

Как отмечалось во Введении, церкви южной Галатии располагались в городах центральной Малой Азии: Антиохии Писидийской, Иконии, Листре и Дервии, в которых Павел проводил служение во время первого и второго миссионерских путешествий (Деян. 13:14–14:23; 16:1–5). Тот факт, что Павел основал эти церкви, давал ему определенную власть над ними (ср. 1 Кор. 4:14–21, где Павел пользуется своим правом вразумлять коринфян в качестве их духовного отца).

Упоминание об этих церквах краткое и безличное и подчеркнуто лишено любезности, присущей обычно посланиям Павла. Возмущение их отходом от Евангелия побудило его отказаться от какой бы то ни было похвалы или личных замечаний и просто поприветствовать их формально, прежде чем перейти к обличению.

Благодать вам и мир от Бога Отца и Господа нашего Иисуса Христа, Который отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас от настоящего лукавого века (Гал. 1:3–4)

Ниже в послании Павел пишет, что возвещаемое им Евангелие «не есть человеческое; ибо я принял его и научился не от человека, но чрез откровение Иисуса Христа» (Гал. 1:11–12). Два самых показательных слова, связанных с этим богоданным Евангелием, – благодать и мир. В благодати выражается мысль об отношениях, а в мире – о практических последствиях, и оба эти понятия исходят от Бога Отца чрез Его Сына и нашего Спасителя, Господа Иисуса Христа.