Королева бьёт первой!

Глава 1

***

– Валь, я дома, – кричу с порога.

Устала, как загнанная лошадь. Сегодня у меня был забег по всем возможным инстанциям, так как кто-то решил подпортить мне бизнес, и проверки пошли одна за другой. Спасибо папе и его старым знакомым за помощь, но всё же побегать пришлось.

Голова болит, и, написав Свете, моему секретарю, что я сегодня больше не приеду и что всё улажено, заехала в любимый ресторанчик, сделала заказ навынос и поехала домой приводить мысли в порядок и радовать мужа. Давно я не баловала нас ничем вкусненьким.

Прохожу по коридору и, войдя в нашу кухню-студию, замираю. Медленно моргаю и очень надеюсь, что мне всё только кажется. На столе стоят два бокала из-под шампанского, фруктовая, сырная и мясная нарезки. И как финал композиции – красные идеальные лодочки на шпильке. Размерчик явно не мой, слишком детский.

Ну нет, этого просто не может быть. Я же не в каком-то дешевом сериале? Делаю шаг обратно, наклоняю голову, проверяя, стоит ли обувь Вали на полочке в коридоре.

«Влада, ты дверь открывала, сигнализация была снята. Включи голову!» – вопит моё сознание.

Снова осматриваюсь, надеясь заметить хоть какие-то дополнительные вещи, чтобы разубедить себя в болезненном осознании происходящего. Мысли начинают клацать, как пальцы по механической клавиатуре, громко и раздражающе, пытаюсь проработать разные варианты, но вот чутьё меня подводило редко.

– Валь, – снова зову мужа и, развернувшись к лестнице, медленно направляюсь на второй этаж.

И чем выше я поднимаюсь, тем медленнее становятся мои шаги. Чувствую, как внутри что-то щелкает, как предохранители на счётчике. Если происходит перенапряжение, они быстренько срабатывают и не дают испортить технику в доме. Вот и мои предохранители сейчас срабатывают, отключая все эмоции.

Подхожу к двери нашей с мужем спальни, тихо открываю её и замираю. В комнате приглушенно играет какая-то музыка, на штативах с двух сторон от нашей кровати установлены камера и телефон Вали, а на самой кровати мой муж стоит над слишком знакомой дамочкой в красной ажурной маске и трахает её в зад.

– Да, да, о да, – попискивает наша соседка с закатанными глазами.

– Да, сучка, я тебя сейчас оттрахаю так, что сидеть не сможешь! – рычит мой муж, хватая Жанну за волосы на затылке, закидывая её голову и ускоряясь.

И тут наступает полный финиш – я слышу, как где-то звучит голос:

– Засунь ей пальцы в рот!

К горлу подступает тошнота, а в глазах немного плывёт, но я это переживу.

– Ну вы, как закончите, не забудьте всё выбросить к ебеням, причем вместе с собой, – говорю и сама удивляюсь, как безразлично-спокойно звучит мой голос.

– А-а-а-а! – орёт Жанна, начиная вырываться из захвата Вали, и, вероятно, делает ему больно, потому что за ней сразу начинает орать и мой дорогой супруг.

– А-а-а, да не дёргайся! Ты что здесь делаешь?! – а это уже в мою сторону прилетает злющий взгляд и крик от Вали.

Молча закрываю дверь и иду вниз. Спускаюсь и считаю ступеньки, стараясь почувствовать хоть что-то, но внутри пусто и темно. Даже странно. А как же все эти слёзы, истерики и так далее по списку? Но я не чувствую ничего, будто в один момент из меня высосали всё, за что я ещё держалась.

Зайдя на кухню, открываю холодильник и кривлюсь. Одна из полок занята протеином и белковыми коктейлями Вали. А я всё не понимала, с какого перепугу мой всегда полноватый муж решил удариться в тренировки да начал правильно питаться.

Но от осознания всей ситуации становится противно. Рассматриваю ассортимент крепких напитков – нужно как-то прийти в себя, но установка, что мне нельзя пить, срабатывает снова, и я, закрывая холодильник, отхожу к окну.

Смотрю на наш двор и пытаюсь вспомнить, зачем мы покупали такой большой участок и строили большой дом. Ах да, я мечтала о большой семье, минимум троих детках, собаке и барбекю по выходным в беседке за домом.

Но мечты, они на то и нужны, чтобы разбиваться. И я сейчас наяву слышу, как мои разлетаются на тысячи мелких осколков, будто в насмешку всех прожитых лет, впиваясь и раздирая до крови внутренности. Двенадцать лет семейной жизни в то самое место, куда Валя долбился только что.

Мимо окна пробегает Жанна. Босиком, но в мини-платье. Хоть жопу свою натруженную прикрыла.

– Влада, что это было? – на кухню заходит Валя в одних домашних штанах, через которые четко виднеется его до сих пор не опавший член.

– Какой замечательный вопрос, – разворачиваюсь к мужу. – Не хочешь первый ответить?

– И всё? – спрашивает снова муж. – Даже слезу не пустишь?

– От стыда?

– Не понял, – Валя хмурится, складывая руки перед собой.

Да, муж у меня стал очень хорош. Хотя теперь он вряд ли мой. Но внешность он свою проработал идеально. Вот только внешность – не душа.

– Слезу мне от стыда пустить? – переспрашиваю.

– Какая же ты сука! – выкрикивает Валя, а я не понимаю совершенно ничего. – Дрянь! Даже истерику закатить не можешь! Фригидная баба. Да у меня на тебя даже не стоит больше. Трахать тебя, что в бревно пихать.

– Перегибаешь, – пытаюсь остановить Валю.

– Да с тобой нет никакой разницы: перегибай, не перегибай, – он резко дёргается в сторону стола и одним ударом сносит всю посуду на пол. – Ты даже не смогла родить за столько лет!

А вот это удар ниже пояса. Отшатываюсь, как от звонкой пощёчины. В голове начинает шуметь, а руки – мелко подрагивать.

– Что застыла? Думаешь, ты одна такая невъебенная? Да я, знаешь, где тебя вертел? Работает она! Лучше бы дома сидела да мужа удовлетворять училась, – орёт Валя, а я иду на выход из кухни. – Куда пошла?

Он больно хватает меня за локоть. Резко вскидываю руку и бью Валю по щеке. Мне на лицо брызгает кровь, а Валя начинает орать ещё громче.

– Дура! Ты что наделала? – вопит он. – Скорую вызывай!

Смотрю на мужа, уже точно бывшего, поднимаю руки и понимаю, что снова крутила кольцо на пальце и оставила его бриллиантом внутри.

– Как-нибудь сам справишься, – отвечаю и выхожу из дома.

По-человечески, мне бы вернуться, помочь Вале. Ну или хотя бы почувствовать какую-то жалость. Но внутри всё так же пусто. Ничего. А ведь когда-то я не могла надышаться им. Ловила каждый его взгляд. И он был таким. Смотрел на меня слишком преданно. Что же с нами случилось?

Но последние слова мужа огнём горят в груди, не дают сделать нормальный вдох. «Не смогла родить»!

Выхожу за ворота, где не зря, выходит, оставила машину, и сталкиваюсь с нашим соседом, который как раз подъехал к дому.

– Приветствую, Владислава Викторовна, – громко здоровается со мной этот неплохо сохранившийся для своих пятидесяти лет мужчина.

– Приветствую, Павел Иванович, – киваю в ответ, а сама остервенело вытираю руку о свой пиджак.

– Что-то вы сегодня рано. Даже удивительно видеть вас дома, когда ещё светло на улице, – улыбается он.

Хороший мужчина. Обеспеченный. И детей вырастил, и жену молодую нашёл. Жаль только, шалашовка оказалась.

– Да, решила сделать сюрприз мужу, – отвечаю, открывая дверь машины, – но сюрприз сделали мне.

– Влада, у вас всё в порядке? – и так становится противно от его участи.

На языке так и крутится сказать, что нет, и у него тоже. Но это не моя семья и не моя жизнь. Мне бы со своей разобраться теперь.

– Нет, но это уже совершенно другая история, – отвечаю я. – Хорошего вечера вам, – киваю и, усевшись в машину, трогаюсь с места.

Ну что, Владислава Золотова, поздравляю тебя, ты окончательно подтвердила свой статус ущербной женщины.

Глава 2

– Марс, приём, я Юпитер, – перед глазами щёлкают пальчики с идеальным красным маникюром. – И долго ты здесь сидишь?

Поворачиваю голову и смотрю на сидящую рядом подругу. Дуся, как всегда, идеальная. Прическа, макияж, образ. Она всегда такая, будто только вышла из салона красоты. И я уже даже не помню, как мы подружились, с рождения, наверно. Да так и остались две подружки – Дуся и Владуся.

– Владуся, если ты сейчас не откроешь свой прекрасный ротик и не скажешь, что с тобой, я скорую вызову, – строго говорит Дуся, а я боюсь говорить.

Поднимаю руку и смотрю на часы. Половина одиннадцатого ночи, а приехала я сюда в пять. Только сейчас понимаю, что у меня затекло всё тело, а на улице уже темно.

– Владуся, – Дуся снова зовёт меня, а у меня даже губы не размыкаются. – Всё. Я звоню Вале. Пусть приезжает за тобой.

– Нет, – хриплю я севшим голосом. – Вале не до меня сейчас.

Дуся протягивает мне стаканчик с холодным чаем. Делаю несколько жадных глотков и чувствую, как к горлу подступают рыдания.

– А чем же занят твой ненаглядный? – спрашивает Дуся, заглядывая мне в глаза.

– Трахается, – отвечаю и, закрыв лицо руками, тихо всхлипываю.

– Ага, – даже Дуся в шоке, судя по её речи. – И явно не с тобой.

– Нет, – снова всхлипываю. – На камеру трахается.

– Ёб твою мать! – выкрикивает подруга, поднимаясь с лавочки. – Скажи, что ты пошутила? – просит она, а я только качаю головой. – Ну это называется: плыли, плыли, а на берегу обосрались.

– Дусь, тебе совершенно не идёт такая речь, – всхлипываю снова.

– А внешность часто обманчива, – отмахивается подруга. – Будь внешне красивой дурой, а внутри умной стервой, и мир сам покажет тебе гармонию.

– Ты бухгалтер, – вздыхаю я.

– И очень хороший, заметь, – поднимает она свой пальчик, и я согласна с этим. В компании, где она работает, её боятся, ненавидят и уважают – страшный коктейль. – Но это знать всем необязательно. Прекращай рыдать и рассказывай мне всё. Быстро! – дергает меня Дуся, присаживаясь снова на место, а мне от собственной ущербности становится так противно, что внутри возникает какая-то апатия.

– А рассказывать нечего, Дусь. Приехала домой, решила сделать мужу сюрприз и устроить романтический ужин. А там мой Валя с нашей соседкой трахаются на камеру, да ещё и онлайн, – снова вспоминаю всё и не понимаю, почему я действительно отнеслась ко всему так безразлично.

– Твою мать! – выкрикивает Дуся. – И что ты сделала?

– Ничего, – пожимаю плечами.

– В смысле? – непонимающе смотрит на меня подруга.

– Развернулась и ушла, – добавляю. – Хотя нет. Валя меня дёрнул за руку, пытаясь что-то доказать, а я влепила ему пощёчину и разорвала щеку кольцом.

– Владуся, ты дура? – пищит Дуся.

– Отстань, – отмахиваюсь от неё.

– Влада, да ты ему должна была оторвать все его пихательные органы! – рычит на меня подруга.

– А как ты узнала, где я? – спрашиваю у подруги.

– Так это же твоя лавочка «на подумать», – с умным видом заключает Дуся, а в её глазках пляшут искорки. – Ты либо на фабрике, либо на набережной.

– Евдокия, говори давай, как узнала, где я? – смотрю на подругу сощурившись.

– Да по геолокации, Влад, – улыбается та. – Мы же после отдыха так и не отключили наше сопряжение. Вот по нему и нашла.

Достаю телефон, а там просто полный капец: пропущенные от мамы, папы, Милаши, и даже несколько с неизвестных номеров. А вот от Дуси:

– Двадцать раз звонила, – улыбаюсь, поднимая взгляд на подругу.

– Жопкой своей чувствовала, что с тобой что-то не так, – отвечает Дуся и, обняв меня за плечи, притягивает к себе.

Так мы с ней и сидим, а я сжимаю в руке свою счастливую красную фигурку шахматной королевы. Она всегда мне помогала в трудную минуту, но только с семейной жизнью так и не помогла.

За столько лет я так и не смогла забеременеть. И самое ужасное, что все как один твердят, что мы с мужем, бывшим мужем, абсолютно здоровы. Но ничего не выходило.

В какой-то момент я даже стала готовиться к ЭКО, но Валя такой скандал закатил мне, что не пойдёт на то, чтобы воспитывать левого ребёнка.

Пытаюсь вспомнить, сколько раз я запихивала многие свои желанию куда подальше и делала так, как хотел Валя.

Отстояла только то, что не смогла переступить: фабрику по производству плетеной мебели, что досталась мне от папы, строительство дома по собственному проекту и свой благотворительный фонд.

Да, может, я и забила на мужа. Перестала уделять ему внимание. Но как его уделишь, если ему всё было не то и не так. А после того как Валя уволился из компании, где он работал с момента окончания университета, он стал снимать ролики и сделался блогером.

Я перестала лезть к мужу, понимая, что он в этом нашёл себя. Оказалось, что не просто нашёл.

– Я придумала, – неожиданно вскрикивает Дуся.

– Я не согласна, – сразу отвечаю я.

Так всегда начинаются у нас очередные приключения. Я сейчас точно не готова к ним.

– А у тебя никто и не спрашивает, – Дуся поднимается с места и тянет меня за собой. – Я же должна была идти завтра на конференцию по продвижению бизнеса, помнишь?

– Помню, – отвечаю подруге, совершенно не понимая, что она от меня хочет. – Я тебе и бронировала там место.

– Вот и отлично, – довольно заключает Дуся. – На конференцию пойдёшь ты, – гордо добавляет она.

– Дусь, ты явно не в себе, – пытаюсь воззвать к её разуму. – У меня муж порнозвезда, изменщик и истеричка. Я ущербная женщина, которая даже родить не может.

– Вот сейчас тебе лучше помолчать, – шипит на меня подруга, накрывая мой рот рукой. – Я тебе давно говорила, что нужно разок попробовать на стороне. Может, и вышло бы что-то.

– Дуся, – останавливаю подругу, – я никуда не пойду. У меня даже одежды нет подходящей.

– Конференция в двенадцать, так что мы успеем всё сделать, – не отступает она. – Завтра с утра в салон, а после – в бутик. Будешь у меня королевой.

– Красной, – горько улыбаюсь я.

– Да хоть белой, – отмахивается Дуся.

– Зачем?

– Чтобы ты наконец-то увидела, что мир вертится не только вокруг твоего Вали.

– Да я это и так знаю, – горько отвечаю.

– Да, знаешь, – соглашается Дуся. – Но забываешь, что он вертится и вокруг тебя. Ты шикарная женщина, которая просто забила на себя. Ты когда последний раз была в спа?

– Я тебя умоляю, – вздыхаю я. – Я о парикмахерской и маникюре не забываю только потому, что меня дёргает мой мастер. Ты что, забыла, какие мы проблемы последние два месяца разгребали?

– Вот! Ты взвалила на себя дело отца, совершенно забыв о том, что девочка, – всё это говорит мне Дуся, ведя к машине. – А девочки должны быть слабыми.

– Я не девочка уже давно, – и так горько от этих слов.

– Потому что чуть ли не всему миру орёшь, что: «Я всё могу сама», – тычет в меня Дуся.

– Но я же и правда могу.

– Так тебе никто и не запрещает, – вижу, как она уже злится. – Только моги это за закрытой дверью. – Хочу возразить подруге, но не успеваю. – Владусь, а ты знаешь, на каком сайте твой Валя трахается?

– Не поняла? – от её вопроса впадаю в шок.

– А давай поищем, а? – Дуся хитро заглядывает мне в глаза. – Ну я хоть посмотрю, на что же ты там повелась-то двенадцать лет назад.

– Какая же ты дурында, Дуська, – дергаю подругу за руку, но в ответ раздаётся её весёлый смех.

– Ну а что? – продолжает она. – Вдруг мы найдём на том сайте достойную замену твоему Вале.

Но я только улыбаюсь ей в ответ, пряча за улыбкой всю ту боль, что ест меня внутри.

Нет, я не из-за Вали страдаю сейчас. Страдаю больше от своего идиотизма. Столько лет потратить на то, чтобы в итоге узнать, что ты фригидная и даже на измену мужа не можешь среагировать достойно.

– Ладно, так и быть. Я пойду на конференцию завтра, только прошу тебя, замолчи, – останавливаю очередную гениальную идею Дуси.

– Ты не пожалеешь, – восторгается подруга, заключая меня в объятиях.

– Пожалею, но это будет потом, – вздыхаю, и мы усаживаемся в мою машину.

Хорошо, что я так и не согласилась продать нашу квартиру в городе. Хотя Валя настаивал на этом, особенно последние пару лет. Теперь понимаю, что даже здесь меня чуйка не подвела.

В кармане лежит моя красная королева, и я прошу у неё помощи. Хочу, чтобы всё у меня прошло и перестало болеть. В этот раз – не подведи.

Глава 3

***

– Сань, куда ты пялишься всё время? – слышу голос Юрки и только сейчас понимаю, что совершенно потерял нить разговора.

– Повтори, – прошу друга, а сам пытаюсь понять, что же она крутит в руках.

– Я не буду повторять, пока ты не вернёшься в этот мир, – Юрка злится, но что я могу поделать.

Мне скучно. Всё осточертело. И эта конференция, куда меня пригласили как спонсора – лишь очередной пиар-ход наших гениев, бля. Достало всё. Пресытился, вероятно.

Я здесь не один, кого представляли как представителя одной из ведущих компаний на рынке производства в самых разных сферах, но то, что все присутствующие рассматривают общение со мной из разряда «как бы урвать кусок, да побольше», надоело уже.

За много лет научился красиво и совершенно бесцеремонно отшивать тех, у кого в глазах скачут долларовые значки. Таких сразу видно. Научился многому, так как жизнь, не спрашивая, кроила из меня того, кто я есть сейчас.

– Саня, бля, – Юрка слишком громко ставит стакан на стол, привлекая внимание окружающих. – Ты достал!

– Слушай, мне кажется, что ты стал слишком пользоваться своим положением моего друга, – хмурюсь, разворачиваясь к Юрке.

– Что за выводы? – спрашивает он, откидываясь на спинку стула, а я отмечаю для себя, как нервно дёргается его кадык, и глаза начинают оглядываться вокруг.

– Как неприятно, когда с тобой разговаривают твоими же словами, согласись? – спрашиваю в ответ.

– Не понимаю, о чём ты, – отмахивается Юрка. – Но меня раздражает, что ты сейчас совершенно не смотришь проекты, которые представили участники.

– Я тебе говорил, что не собираюсь никого спонсировать, – холодно отвечаю.

Иногда я жалею, что начал работать вместе с Глажиным. Не всегда можно трезво оценить, друг перед тобой или партнёр.

– Здесь есть стоящие проекты, – снова начинает настаивать Юрка, а я начинаю злиться.

От дальнейшего общения с другом меня спасает объявление о перерыве. Перевожу взгляд в сторону, где ещё несколько минут назад сидела женщина, а её уже нет.

«Женщина», – мысленно повторяю про себя, пробуя на вкус это слово. Да, оно мне определённо нравится намного больше, чем то, к чему я привык.

– Ты куда? – спрашивает Юрка таким тоном, будто я его баба.

– Ты меня сегодня явно хочешь вывести из себя, Глажин, – рычу на него, смотря сверху вниз.

– Сань, так я же волнуюсь, – и снова дёрганые движения.

– Ты мне кто, Юр, напомни, – прошу друга.

– Друг, – сглатывает громко он.

– А ведёшь себя сейчас, как крыса, – сощуриваюсь я. – А ты помнишь, что я делаю с крысами?

– Слушай, не хотел идти – не нужно было, – зло огрызается Юрка.

– Бля, ты сейчас напоминаешь мне моих бывших, – хохотнув заключаю. – Разница только в том, что я тебя не трахаю.

– Мальчики, о чём разговариваете? – раздаётся елейно за спиной.

– Привет, Алевтина, – разворачиваюсь и, подставив щеку младшей сестре Юрки, даю себя поцеловать. – Составь компанию своему братцу, а то он сегодня включил режим «ревнивая баба».

– Да пошёл ты, – отворачивается от нас Юрка, что-то бурча себе под нос.

– Уже иду, а ты угомонись, – отвечаю другу. – А то я начинаю думать, что ты что-то мутишь.

– Сашунь, давай я лучше тебе составлю компанию, – Алевтина хватает меня под руку, а меня реально начинает бесить эта семейка сегодня.

– Алевтина, я иду подышать. Один. Без сопровождения, – выделяю каждое слово, чтобы меня услышали, и наконец-то срабатывает.

Поправил пиджак и выхожу из зоны для особых гостей, направляясь в сторону кафе, что находится рядом с конференц-залом. Почему-то уверен, что именно там и найду ту незнакомку.

Не знаю, в какой момент обратил на неё внимание, но последний час не мог отвести взгляд. Она одна из тех, кто пришёл на конференцию по продвижению, но всем видом показывает, что ей это совершенно не нужно. Она не показывала себя, не выделяла как-то, не бросала томных взглядов на возвышенность в зале, где и сидели многие спонсоры.

Она просто смотрела на спикеров так, будто они ничего нового ей не говорят. И она одна, у кого на коленях осталась папка с проектом.

А ещё меня удивило, что она записывала что-то в блокнот, а не в планшет или ноут. Ручкой записывала, а в другой крутила какую-то фигурку. И мне стало важно узнать, что это. А ещё я хочу рассмотреть её глаза.

Осматриваюсь в фойе и сразу замечаю её сидящей за самым дальним столиком. Даже шаг ускоряю, но вовремя останавливаю себя. Чернов, ты не мальчик, чтобы бегать за девками.

Но это же и не девка. Это женщина! Я таких давно не встречал.

Подхожу ближе и понимаю, что она крутит в руках шахматную фигурку королевы. И она красная. Я таких не видел, хотя сам любитель шахмат. На столике стоит чашка кофе с красным отпечатком губ. И идеальные ногти незнакомки покрыты красным лаком.

Всё в тон. Снова смотрю на шахматную фигурку, и в памяти что-то мелькает. Но я быстро отмахиваюсь от этих воспоминаний. Да нет, не может быть.

– Почему красная? – подхожу к её столику и сажусь на стул, который стоит ближе к ней, и тону в легком аромате диких цветов.

– Во-первых, вы не спросили, свободно ли здесь, – отвечает мне эта дама таким тоном, будто она по статусу не ниже этой самой королевы, а я – простой холоп. – Во-вторых, если вы решили таким способом найти себе даму для утех на вечер, то мы с вами в разных весовых категориях, – она поднимает взгляд на меня, и я зависаю. Я таких глаз ещё не встречал, вот только что-то в них не так. Но то, как она держится и с каким достоинством говорит – удовольствие чистой воды. – А ещё и в разных социальных категориях, – продолжает. – Ваш контингент находится левее.

Она кивает в сторону, где стайками сидят девушки, которые не прочь сорвать свой счастливый билет. И им совершенно неважно, на ночь или на неделю.

– Идеальная, – отвечаю восторженно, а внутри вою, как волчара, от наслаждения. Меня так не отшивали никогда, и в этом есть своя прелесть. – Но всё же вы не ответили – почему красная?

– Потому что бьёт первой, – с её губ срывается тяжёлый вздох.

Она поднимается с места и уходит, так и не допив свой кофе. А я смотрю на её спокойный шаг и совершенно ничего не понимаю, только внутри что-то скребёт. Она идёт спокойно, уверенно. Каждый шаг, как удар, но никакого виляния попой, а там есть на что посмотреть. Никаких лишних движений в привлечении внимания к себе.

– Мадам, вы прекрасны, – не знаю зачем, но для меня становится важно сказать именно это сейчас.

Но и на это она не реагирует, даже с шага не сбивается. Продолжает идти так, будто этот мир принадлежит ей.

За свою жизнь я знал много самых разных женщин, так что могу смело делить их на категории. Но такой я ещё не встречал. Вероятно, таких разбирают ещё в утробе матери.

Возвращаюсь с полной уверенностью, что она вернулась в зал. Тем более я прекрасно знаю, что организаторы неплохо заработали на этой конференции, и каждый билет оплачен. Но я не нахожу её в зале.

На том месте, где она сидела, пусто. Рядом о чём-то перешёптываются Юрка с Алевтиной, пытаясь привлечь моё внимание. Но спустя ещё час я больше не выдерживаю, и так долго проторчал здесь.

Поднимаюсь и молча ухожу из зала. Иду на выход, зная, что Фёдор ждёт на улице, так что можно не переживать, как добраться. Вот только мне нужен организатор. Хотя бы один из тех, кто организовал этот смотр.

– Саня, ты куда собрался? – слышу раздражённый голос Юрки.

– Где мне найти хотя бы одного из тех клоунов, что плясали перед нами, когда мы приехали сюда? – разворачиваюсь к другу.

– Какой клоун? Сань, да что с тобой сегодня? – рычит Юрка. – Срываешься на всех, уходишь из зала, когда самый важный этап впереди.

– Юра, ты что-то мутишь? – спрашиваю напрямую, делая резкий шаг к другу.

– Саня, ты совсем сбрендил, – отмахивается от меня Юрка. – Хочешь уходить, иди.

– Мне нужны организаторы, ты оглох, – теперь рычу я ему.

– Тебе нужно успокоиться, – отбивает Юрка. – Найди себе бабу. Трахни её хорошенько, дурь свою спусти, и легче станет.

– Тебя забыл спросить, – отвечаю безразлично. – Ладно, достань мне номер одного из организаторов. А лучше список всех тех, кто был сегодня здесь.

– Ты же сказал, что никого спонсировать не будешь, – огрызается Юрка.

– Передумал. Мне нужна информация о той, которая сидела во втором ряду, восьмая слева, – отдаю чёткое указание.

– И для чего? – сощурившись, спрашивает Юрка.

– Я же сказал, буду спонсировать её проект, – отвечаю безразлично. – Всё, я ушёл. До завтра.

– А Алевтина? – и снова по новой.

– Саня, запомни раз и навсегда: я и твоя сестра – несовместимы. То, что она мечтает залезть мне в штаны, мы знаем ещё с универа, – уже реально злюсь. Если раньше только Алевтина постоянно лезла со своими предложениями, то теперь и друг туда же. – А то, что она тебе рассказывает или пытается преподнести, фильтруй. Я не настолько конченый, чтобы трахать сестру лучшего друга. А на большее, уж прости, она не сойдёт.