- -
- 100%
- +
© Макаров Валерий Викторович, 2017
© Летний сад, оформление, 2017
Плёс северного сиянья
Сага побега
Мудрость не ищет ни старых,Ни новых дорог.Мудрости нам не хватает,А поиск пути лишь предлог —Уйти, закружитьсяПоглубже в снегу, на ветру.Ты жизнью играешь?Ну что ж,Продолжаем игру!И всё же я верю,В том правда какая-то есть,Что мы не хотим сорнякамиЦепляться, царапать и лезть,Когда даже лучшие людиДо времени до порыПредпочитают ВладимиркуИ темя Голгофы-горы.За всех перед всемиХотел бы ответить я сам,Бичами гоните меняПо сгоревшим лесам.И если из пепла снеговПодниму я зелёным побег, —Значит, вечного в насНи пламя не выжжет, ни снег.1987«О, с этими цветами полевыми…»
О, с этими цветами полевымиНастолько я сроднился, как с тобой.Вот подступает волнами живымиИх медленно колеблемый прибой.Ни буйством красок, пестротой названий,Не увлекут души в нездешний сон.А между тем, без тихих их признанийТак не звучал бы солнцем небосклон.Так не клубилась бы гроза покровом синим,Когда б не стыли васильки среди полейОт красоты небес дориносимой,А пуще от сознания своей.Земля была бы хуже замарашки,Грубее домотканого холста,Когда б, как снегом, ворохом ромашкиВесна не обожгла её уста.Вдруг вспыхнула… Да нет, не рассмеётся!Но я твоё волнение пойму.Ведь полевой цветок едва качнётся,А бурю дарит сердцу моему.2007«Гроза надломленной сиренью…»
Гроза надломленной сиреньюРаспахивает небеса,Уже готовые к прочтеньюИ зазвучать на голоса.Я счастлив этой вспышкой краткой,Что на страницах бытияНе отцветающей закладкойЗаложена душа моя.Среди минутных озаренийТем легче нам читать с листа,Как этой молнией сирениВдруг загоралась береста.2011Первый снег
Я брошусь вдоль реки и буду продолжаться,И будут берега меня сопровождать.И будут, как в реке, во мне преображатьсяБерёзы в золото и в облака опять.Пусть солнце щурится с прохладцею во взгляде,Я для того любил негромкость этих вод,Чтоб в безымянной находить отрадеТо, чем душа несуетно живёт.Среди людей я прикоснулся к смерти.Под движущимся небом средь полейВсё безобразье ножевых моих отметинМне осень вызвездит алхимией своей.Без сожалений, но и без проклятийЯ, весь серебряный, здесь буду втоптан в грязь.С одним лишь небом я искал объятийИ, наконец, душа с ним обнялась.Я наравне теперь со всею этой ширью,Со всею этой высью наравне,И равноденствием взываю к перемирьюГрозу на небе и росу в стерне.2011«Так что же значишь ты, полночный соловей…»
Так что же значишь ты, полночный соловей?Какой бессмертный рай или смертельный адТы превозносишь песнею своей,Хотя бы к чёрту здесь летело всё подряд?!Зима замкнула наглухо окно.Но даже стужа не замкнёт души,Где много отцвело, а больше сожжено,А розы памяти всё так же хороши.2011«Здесь движется весна…»
Здесь движется веснаИ яблоневый сад,Едва восстав от сна,Расцвечивает взгляд.Неловок и нетвёрдВ движениях своих,Он чувствует аккорд,Что разрешится в них.В корявых пальцах рукВдруг зреет ураган,Как будто каждый сукИ флейта и орган.Изорвана кора,Изломанны стволы,Но в глубине нутраЖужжит душа пчелы.Достаточно щелчкаИ сжатое в комокПредчувствие цветкаПерерастёт в цветок.Зарозовел один,За ним зацвёл другой,Взрывая сон сединМладенческой игрой.И отступила спесьВсех трещин и заплат.О, как раскрылся весьВесенний звукоряд.2012«Так ясно в небесах…»
Так ясно в небесах!И вдруг на солнце ливень.Нет, мы живём не в снах,А где-то между ними.Зацепки нет прямой,Но жизнь – в моём сознанье —Обратный путь домой,Игра на узнаванье.Где всё до мелочей,Когда глядишь сквозь воду,Вдруг обнажит ручейБесстрашно, но по ходу.Всмотреться не успел,Уже иное зримо,Как призрачный прицелПроскальзывая мимо.И это без концаЗакручено с начала.Не узнаёшь лица,Пока не зазвучало.За голос всё отдашь,Родное узнавая,Поскольку голос нашЕсть речь души живая.Так пой же, говори,И я тебе отвечу.Задолго до зариМы справим нашу встречу.И уж не важно нам,Что мы идём наощупь.Стреляют по ногам,Но выживший – не ропщет.2014Осень Веласкеса
Теперь у нас испанская пора:В лесах горят лимоны, апельсины.И роскошь в грязь упавшего ковраВеласкесом подарена России.Ему и осень помогла сама:Где подмешала грусти, где задора,Особо расцветив игру его умаИ золотом расшитого камзола.Какая тонкость в этой пестроте,Какие всюду шали и браслеты.И как серебряно звенят браслеты те,Берёзам на запястия надеты.Рябины в бусах, в ожерельях ель,Ольха в кокошниках, в коронах клёны —Их понемногу разбирает хмельПод звук зимы чуть слышный, отдалённый.И вдруг сорвутся все и бросятся толпойПод мощные гитарные аккордыУзорами расписанной тропойТуда, где нет ни выхода, ни брода.Кто верховодит этим колдовством?Уже знобит от стука кастаньеты.Стаканы воздуха наполнены вином,В котором смешаны пейзажи и портреты.Вот живопись, достойная костра.Но где же все лимоны, апельсины?Со всею пышностью испанского двораТак осень догорает по России.2012Кошки (Зимний вальс)
Облаками, кораблямиВ зимнем небе наши сныПроплывают над краямиЧуть оснеженной луны.Трубниковский переулокЛёгким снегом окрылён, —Час и место для прогулокТех, кто юн и кто влюблён.Мы с тобой давно знакомы,Но в такие вечераМы, как прежде, беззаконны,Так же юны, как вчера.Сумасшедшие немножко,Спотыкаемся в шагу.Вдруг мы видим, кот и кошкаЗакружились на снегу.Что за дивные движенья,Что за ласковость во всём.Никакого напряженья,Если каждый невесом.Видно, что молодожёны,Ясно, что из-под венцаВ этот мир заворожённыйПринесли свои сердца.Как ночные крылья снегаМолодые души их.Дай им, Боже, оберегаОт напастей городских,От собаки, от потравы,От расправы дурака.Человеческие нравыНе исправились пока.Время быстро пролетает.Облака ли, корабли —Всё, что души окрыляет,Не зависит от земли.Трубниковский переулокОстаётся, как всегда,Нашим местом для прогулок,Нашим часом сквозь года.Но с тех пор, едва позёмка,Вспоминаем про себя:Два счастливые котёнкаВновь вальсируют, любя.Снег пушится, снег искрится.Кошка смотрит на кота.Если есть такие лица, —Есть на свете правота.2012У Синего Моста
Где-нибудь в Петербурге,У Синего Моста,Заблудиться не трудно,Закружиться так просто.Пожимая плечами,Не спеши улыбаться,Но, конечно, ночамиЛучше здесь не встречаться.С карнавальным пристрастьемК таинственным действамЗдесь с тенями злосчастьяБродят жертвы злодейства.Люди разного кругаСобираются вместе,Угощая друг другаДолжной порцией мести.Никому понарошкуСмерть здесь не поклонилась.Но зато на морошкуНикогда не скупилась.И шампанского тожеНе жалела с сивухой,Оттого здесь, похоже,Все немного под мухой.Для случайного гостяНет особого госта:Вечный проигрыш в кости,Вечно прыгаешь с моста.Без особой причиныНе ищи этих улиц.Мы с тобой без личины,Потому и вернулись.2013«Он, слава Богу, снова на плаву…»
Он, слава Богу, снова на плаву,Санкт-Петербург, наш город заповедный.Его двойник кровавый смыт в Неву,А этого вновь вывез Всадник Медный.2013«Смерть не заходит в гости…»
Смерть не заходит в гости,Не требует любви.Она играет в кости,В чужие, как в свои.Что выпадет, не ясно.Известно лишь одно:Усилия напрасныБыть с нею заодно.Тут действуй осторожно,На ощупь, на просвет.Когда она возможна,Тебя, возможно, нет.Она ведь только средствоКакого-то путиИ надо без последствийКруги его пройти.Не сбиться, не споткнутьсяИ совершив закон,Не то чтобы проснуться, —Преодолеть свой сон.Грехами, как цепямиОпутанный, спешиСвалить пещерный каменьС натруженной души.Все смертные сомненьяОтпрянут, как болезнь.И явишь ты СпасеньяИ Воскресенья весть.2013«Под гроздьями грозы, как будто сполупьяна…»
Под гроздьями грозы, как будто сполупьяна,Мы падали с тобой и посреди земли,Что было под рукой, хватали жадно, рьяноИ жажду утолить едва-едва могли.Огромный мир вставал, как лес мифотворенья.Нас оглушали дивьи голоса.И норовили сбить сердцебиеньеИные, не святые чудеса.Казалось это колдовским обрядомКаких-то обитателей чудных,Увенчанных плющом и виноградом,В обильной пене и парах пивных.Но фавнов и сатиров мы спугнули.Уж если были там рогатые друзья,То это всё олени да косули,Их в чародействе упрекнуть нельзя.А просто были мы тогда, как дети,Как первые созданья всех времён.И вот мы пережили бури эти,А голос жажды всё не утолён.2013Звезда Хлебного Дома
Всё то, что пронеслосьНад нашим домом,Не сон, но худшим сном сбылось,Судом, Содомом.Проломами оконОн смотрит непотребно.А звался прежде он,Был Домом Хлеба.Но совесть из людейПалач умело вынулИ выдал горсть гвоздейИ дал дубину.Пошёл народ бродить,С душою в корчах,Себе подобных битьИ всяких прочих.Но сквозь пустырь в окне,В глазных провалах,Как будто светит мнеСвет, как бывало.О светоносный Вифлеем!Ну что ж, как видно,Ты мне, как хлеб, который ем,Звезда Давида.Дабы смирить устаНародной злобе,Ты привела ХристаВ пастушьей робе.Свети же, не скупись,Тем, кто в потёмках,Свою курочит жизньИ жизнь в потомках.Кому гульба, комуКровавое застолье.Закваска есть в дому.Чем хлеб посолим?2013«Богатый не влезет сквозь ухо верблюда…»
Богатый не влезет сквозь ухо верблюдаИ что-то там вроде какого-то блудаС копейками и деловой шелухой:Торгующих в храме довольно с лихвой.Две лепты свои положила старуха,А мне чем делиться? Запечной трухой?Богат я, и то лишь присутствием духаОтчасти, поскольку приходится мнеПрисутствовать часто снаружи и внеПространства себя самого на земле,Которую я облетаю ночамиИ звёзды считаю на Божьем челе,Рискуя низвергнутым быть их мечамиЗа то, что я, нищий, кажусь богачом,Гораздо богаче печальной вдовицы.О, лишь бы душой для души не скупиться,А ухо и самый верблюд ни при чём.2010Деревня
Сохатые забредили из лесаБродить туда-сюда, вздымая прах.Какого лешего, какого интересаОни искали в этих деревнях?Да, сушь кругом. В домах просели крыши,Провисли окна, как укор судьбе.Нет никого, а если б кто и вышел,Смотрел бы только под ноги себе.Спросить его, пожаром, что ль ушибло?Не нужно и вопросов задавать.Пожар, чума, всё это здесь уж было.Похуже то, что стали забывать.Сперва село на карте потерялось,Потом и на погосте не нашлось.Шагреневая кожа жизни сжалась,Земли крестьянской надломилась ось.Там чехарда в столицах, врут витии,А здесь почти что не жилая полоса.Идут с хоругвями сохатые святые,Колебля не святые небеса.2013«Мы с тобой полетим высоко…»
Мы с тобой полетим высоко,Выше звёзд, выше чувств.Обопрись на меня, мне легко,Если я к тебе прикоснусь.Ни к чему нам премудрость минувших днейС вечным дьяволом в мелочах.Впереди гроза, при грозе виднейТо, что грезилось при свечах.Новым небом наполнятся наши глаза,Но мы с радостью глянем туда,Где над солнечной рябью мелькнёт стрекозаИ лазурью проблещет вода.2013«Ругали королей, смеялись над попами…»
Ругали королей, смеялись над попамиИ русского царя зарезали с детьми.Вот видимый прогресс, руководивший вами.С таким прогрессом мне не по пути.До Бога наконец-то донесли отцыПроклятья ваши и теперь у васЕсть в управителях бандиты, лихоимцыИ добровольное ярмо – чиновный класс.Нет места никому на их орбите.И мёртвые, в отличье от людей,Они покоятся на кладбищах закрытыхИ в мавзолеях, если поважней.Да кто ж они, вершители и судьи?Чем отличились, кроме воровства?А между тем, от них зависят судьбыПростых людей, поскольку жизнь проста.2013«Аргонавты! Куда поплывём…»
Аргонавты! Куда поплывём?Если мы овладеем пространством,Может, мы усладимся руном,Златорунным упьёмся багрянцем.Но увы, беспокойства не спрячем:Где Россию обрящем?Ту Россию, что хуже репья,Хуже грязи осенней и хвориВсё хватает за душу, хрипя,И – за горло в хмельном разговоре.Вот и грезится нам – то Колхида,То и вовсе иная планида.А потом мы и рыщем и плачем,Где Россию обрящем?2013«Боль – порожденье зла…»
Боль – порожденье зла.Ты – плод Всевышней воли,И плоть твоя прошла,Не причиняя боли.Пускай весь свет срамилТебя из фарисейства,Что ты родился в мир,Не нарушая девства, —Покинув райский сад,Ты не отринул мираИ даже в самый АдНе взял с собой секиры.Не допустил ни в чёмТы ни малейшей крови:Не исцелить мечомЛюдского нездоровья.Откуда ни взялоОно исток исходный, —Само вот это злоНе грех ли первородный?За то, что не входилС ним в обсужденье торга,Ты тоже кровь пролил.Но лишь свою. И Бога.2013Письмо в Рязань Петру Иванову, поэту
Как хороши, как свежи были грозы,Сводившие нас в юности с ума.А были мы красивы и серьёзныИ жизнь нам открывала закрома.Там было всё, о чём душа мечтает,Хотя и не доступное пока.Как первый снег к утру обычно тает,Наш первый сон боялся ветерка.Всё облетало яблоневым цветом,Бесплодным оставляя пустоцвет.И всё же были мы сродни кометам,Стремясь найти себя среди планет.Планеты нас манили незнакомымПредчувствием уютного угла.Но мы пьянели грозовым озоном,Грозя в полёте догореть дотла.Кто первый, кто последний в этой гонке,Значенья не имело никогда.А если кто и уцелел в сторонке,То лишь для покаянья и суда.Последний фавн повытоптал все лозы,С последним соловьём расправилась зима.Как хороши, как свежи были грозы,Сводившие нас в юности с ума!2012«Как полон светом окоём окна…»
Как полон светом окоём окна,Откуда клён протягивает ветку.Она ещё как будто зелена,Но осень уж набрасывает сетку.Морщинится и солнце сквозь листву,И этот блеск его перед закатомЛишь создаёт тревожную канву,Просеянную сквозь янтарный атом.И долго движется сиянье по стене,Где тени вечереющего клёнаТакую даль указывают мне,Которая страшит и отдалённо.А это ближе, чем желать я мог.И я спешу, чтобы не впасть в смятенье,Вновь погрузиться в световой поток,Что так расширил это средостенье.Я понимаю, это тоже сеть.Зато душа, уловленная ею,На этот миг забудет вдруг про смерть.О большем я и спрашивать не смею.2013Юность
О.В.М.
Всё тот же ветер вьёт песок,Листву швыряет на тропе.И каждый так же одинок.И я не различим в толпе.А ты проходишь, как весна.И светом твоего лицаВся улица озарена,И маки, маки без конца.1975Новинское
Вся жизнь была новым, новинским,Как снег перед самой зарёй,Как холст, что трудом материнскимБыл соткан вечерней порой.Как бабушкин сад, где роилисьВесёлые пчёлы в цвету.Как Днепр, чьи волны катилисьСквозь сад, словно сквозь дремоту.И то, что случилось позднее:Разор и погибель страны, —Нам тоже, хотя и беднее,Внушало новинские сны.И в эти-то сны я поверил,А были они наяву.Мороз нам все окна задебрил,Упрятав живую листву.Когда же гроза разразилась,Сквозь слёзы мои невпопад,Мне снился, скажи-ка на милость,Исчезнувший бабушкин сад.Казался он новым, новинским,С иголочки, можно сказать,Как холст, что трудом материнскимНам жизнь продолжал обновлять.2013«Мы идём за облаками…»
Мы идём за облаками,Облака идут за намиБез дороги, без пути.Мы друг друга понимаем,Приникаем, обнимаем,Исчезаем, не найти.Встань хоть с небесами вровень, —На земле, где час не ровен,Жмёт обувка, вяжет снег,Так ли, этак – с облакамиПоменяешься местамиИ летаешь без помех.Смотришь: чуть подует ветер,Женщины летят и дети,И дома и закрома.Ни опоры, ни зацепки,Мы летаем словно щепкиИ горим, как кострома.Но случается, проглянетСолнце поутру-поране,Ищет горе по уму.Где-то здесь мы жили-были.Мы забыли, нас забыли.Остальное ни к чему.Мало это или много?Над затопленной МологойНебо чистое пока.Вот бы где и отразитьсяНашим душам, нашим лицам!Отразились облака.2014«Пройдут и эти дни…»
Пройдут и эти дни,Пройдут и дни другие,Сигнальные огни,Намеренья благие.Как фосфорная нить,Мигнули и пропали.А чтобы их прожить,Мы их так долго ждали.И вот нет и следа.И память врёт, как сводня,Что жили мы тогда.Когда? – Вчера? Сегодня?Холодный всплеск зарницВдруг выхватит из тени:Здесь несколько страниц,Там некое мгновенье.И что же? Для чегоЯ в этот мир явился?Я видел сон егоИ я ему приснился.Есть чувство, что и тыИ я – здесь божедомы.Мы узнаём черты.А были мы знакомы?2014«Я войду в ладью, отправлюсь в море…»
Я войду в ладью, отправлюсь в море,Прямо в Ледовитый океан.Говорят, что Северное море – гореИ всегда готово на обман.Ну, так что же, я не знаю развеШторма слёз и глубины тоски?Словно рифы мелкие людские дрязгиДоведут до гробовой доски.Мы как будто ходим по земле, по суше,А качает нас, как на волнах.Зыбки наши связи, бедны душиИ штормит нас в четырёх стенах.Я привык ходить морской походкой,Ритм волненья мне давно знаком.Пригодится мне уменье править лодкой,Не сгибаясь на ветру морском.Изменить судьбу в одно касанье, —Всё равно, что лодку повернуть.Я мечтал о Северном сиянье!Вот – оно мне освещает путь.2009«Я вспомнил, наконец, о лете…»
Я вспомнил, наконец, о летеИ зимний сон стряхнув с ресниц,Спешу туда, где на рассветеДавно, давно не слышал птиц.Я растрепал воспоминаньяУже не юною рукойИ замелькали расстоянья,Слагая вёрсты на покой.Дорожное своё волненьеЯ спрятал в ледяной платок.Я еду в нужном направленье,Обратный делая виток.Но больно сознавать мне втайнеИ даже явно понимать,Что трудно будет узнаваньеТого, чего нельзя узнать.Имея это на примете,Я в сполохах ночных зарницСпешу туда, где на рассветеДавно, давно не слышал птиц.2009«Я первый между всеми…»
Я первый между всемиПочувствовал мотив:Я отклоняю время,Его преобразив.Не жму, не обгоняю,Не рву его, не мну.Я время отклоняю,Как свет или волну.Как отклоняют парус,Чтобы вольней дышать,Я времени стараюсьНи в чём не помешать.И время с ускореньемСтановится собой:Не просто измереньем,Но жизненной средой.Чуть отклоняя ветку,Я прохожу сквозь сад.И солнечную сеткуРасцвечивает взгляд.2014Посвящение
В счастливом городе с открытым взглядом в мореТы родилась из солнечных лучей,Не сказка, нет, но то, что в разговореМелькает утешением людей.И время долгое ты без жилья и бытаСкиталась по стране, – то Север, то Памир,И словно бабочка была ты колоритна,Как будто о тебе рассказывал Шекспир.И где-то на пути, среди мелькавших станций,Я чиркнул спичкою и вспыхнул образ твой.И мы с тобой не стали разлучаться, —Два дерева, но под одной листвой.2013Точка росы
«Смотри, как бьётся море в пене…»
Смотри, как бьётся море в пене,Совсем нагое, но в цепяхСвоих невольных преступленийИ покаяний второпях.Не радость в нём вскипает силой.Оно ярится оттого,Что став бездонною могилой,Оно не скроет ничего.Вот что рождает в нём стремленьеБежать от собственных твердынь.Ему сродни одно лишь времяЖестокостью своих седин.Ему хотелось бы обратноВ свои младенческие сны,Где на покое так приятноВсё созерцать из глубины.Но и в ракушечной постелиВ нём ни любви, ни божества.Его поверхность – слабый стебель.Его глубины – жернова.2014«И всё-таки море, и белый кораблик…»
И всё-таки море, и белый кораблик,И маленький птенчик, какой-нибудь зябликНа солнышке рано играет в песке.А где-то там парус и жизнь вдалеке.И время, которое здесь не считают,А просто, как чайки кричат и летаютНад белым ли камнем, над синей волной,Что плещется низкой басовой струнойИ мягким, почти колыбельным мотивомЛожится на берег отливом, приливом.2014Баллада о моём художнике
А мой художник – Рубенс.Дивитесь на него,Нептуновский трезубец,Вот – это кисть его.Не пишет он, а пышет,В избытке сил своих,Наяд и прочих пышек,Прекрасных и нагих.То пляской козлоногойВесь испестрит ковёр.А то молитвой строгойПотупит женский взор.Трубящие ТритоныЕдва не рвут холста.Вдруг тихий плач и стоны,И «Снятие с креста».Где тонко, там и рвётся.Вот маленький портрет.Здесь девочка смеётся,А смеха вовсе нет.Кровь живо озаряетИ щёки ей и лоб.Не слишком ли? Кто знает!Но чувствуешь озноб.Не жизнь с её игрою, —Тут близко к бытию:Он в кровь своих героевПодмешивал свою.На губы словно вишниУпало забытьё.Ей в кровь попал излишек,Смертельный для неё.Не потому ль под шляпой,Уж если брать с аза,Не ум он хитрый прятал,А грустные глаза.Он дочь назвал Сиреной,Она и уплыла,С морской смешалась пенойСиреневая мгла.Прощай, малышка Клара!И Вакх фламандских грёзНе избежал угараОт настоящих слёз.Ушли в хмельной обидеВолхвы и короли,Оставив в чистом видеПейзаж родной земли.Ни королевских лоджий,Ни голых сатиресс, —Рисует мой художникОсенний свет небес.Нам холодно. Но шуткаДаруется судьбой.И меховая «Шубка»Согреет нас с тобой.2014Гимн Новороссии
В веках Новороссия креплаНадёжностью рук трудовых.Едина со славою предковБессмертная доблесть живых.Виват, Новороссия наша!Народ Новоросский, виват!Гвардейскою лентой украшенКрылатой Победы наряд.Проходит она, как царица,И души погибших в бояхСнопами созревшей пшеницыЛежат у неё на руках.Мы тризну по ним совершилиС молитвой за волю и труд.И вот мы стоим на вершине,Знамёна свои развернув.Да здравствует честь и отвага,Чтоб реял над нами окрест,На поле багряного стягаСвященный Андреевский Крест.2014«Плач стихнул, откричался…»
Плач стихнул, откричался,Как ворон на трубе.А чёрный плащ осталсяНа память о тебе.Тем явственней кручинаВ отсутствии твоём, —Всё время различимаТвоя фигура в нём.Его старались спрятатьИ даже потерять.Но всё равно обратноОн приходил опять.Он шёл твоей походкойИ в складках поперёкС напористостью кроткойЧитался твой упрёк.Но так же, как в начале,Я видеть не готовОбвисших от печалиНе нужных рукавов.2014«Вот кульбит, от которого…»
Вот кульбит, от которогоСводит конечности.Расставались – до скорого.Расстались – до вечности.Чувство, близкое к панике,Не даёт и опомниться.Что останется в памятиКроме этой бессонницы?Всё равно несказанныИ бессмертны, наверное, —Золотые фазаны,Фазаны серебряные.Ты и сам был сначалаОленёнком волшебным.Повзрослел и умчалсяБез оглядки, бесследно.Разве были предчувствияИли знаменья?Всё равно отыщу тебя, —Человека, оленя…2014«Как бы ни украсить скромно…»
Как бы ни украсить скромно,Где б ни притулить её,Ёлка – целый мир огромный,Вольно нам вокруг неё.Здесь вчера казалось тесно,Угол – сразу от окна.А сегодня: сколько местаПодарила нам она!Мы под ней затеем прятки.Да смотрите, не дремать:Вдруг от волка без оглядкиНам придётся убегать!Дед Мороз без разговоров,Вслед за стрелкой на часах,Ёлку обошёл дозоромИ сказал о чудесах.Он в узорных рукавицахВьёт метельный серпантинИ зовёт нас прокатитьсяАж до самых до вершин.Здесь от пола до верхушки,Коль удержишься в санях,То увидишь все игрушкиПод ветвями, на ветвях.И прокатишься с размахом,И разведаешь к тому ж, —Как звенят в еловых лапахОтголоски наших душ.То не ватные пушинки!То упали, засверкав,Настоящие снежинкиНа Снегурочкин рукав.2015«Обойтись бы…»
Обойтись быМерцаньемСвечи и лампадки,Но, наверно, нельзя,ПосколькуОбычай таков:Все уляжемся мыВ аккуратные грядки,Чтоб нас дождьПоливалИ нежилСнежный покров.Но пройдут времена,А, возможно,Едино мгновенье,Ветер сдуетДолойОгородные нашиХолмы,И повыдует напрочьПоследние крохиСомненья,Что терзало когда-тоНаши сердцаИ умы.Ни того,Ни другогоНе будет ужеИ в помине.Да и незачем,ЕслиДаже могила пуста.Но покаСуть да дело,Пусть ИудаВисит на осинеИ горячие губыЛепечутО Воскресенье Христа.Ну, конечно,Другой,Не имевший обидыНа зренье,Что-то там разглядит,Не подвластноеДаже уму.Если естьНастоящееВ миреСмиренье,Это – знать,Что умрёшьИ тогда лишь поймёшь,Что к чему.2015«Вот лепестки цветка…»
Вот лепестки цветка,Разбросанные ветром.Не жизнь так коротка,А смерть быстра с ответом.Весна вернёт цветы:Господь всё побеждает.Но жаль мне красоты,Что лишь мгновенье знает.И всё ж зацепка естьВ житейской круговерти:О Воскресенье весть,А, значит, о бессмертье.2015Портрет Нарышкиной
(1799)
Портрет Нарышкиной в тениЕё умолкнувшего пеньяНапоминает мне те дни,Когда вся жизнь – одно мгновенье.А юность тем и хороша,Что и раскрыл Боровиковский.Её вспорхнувшая душаЕщё звучит в его наброске.Не cхвачена наверняка,Но и неявным очертаньемОна бессмертьем нам близкаИ сладострастным обаяньем.2015Крым
Крым – это Рубенс моря.Не пишет, пышет он,Горячим солнцем вторяСиянью синих волн.Не краски по приметам,Здесь жизни торжество.Закаты и рассветыВ палитре у него.А холст – да он повсюду,Весь мир на рубеже.Есть где явиться чудуИ явлено уже.Тут не искусство – что-то,Что ближе к бытию.Он в кровь своих полотенПодмешивал свою.Но это, как в сосудеНалитое вино:Всегда собою будет,Пока собой хмельно.2015