Царство пустоты

Найдя приют под тенью огромного полосатого зонта, я огляделась. Все довольно стандартно. Дорогой отель у самой кромки морского побережья. За фасадом горы, а у подножья море. Фасад пятиэтажного здания обнесен террасой, где расположился ресторан. За одним из столиков я в данный момент и коротала время.

Официант принес мой заказ. Кубики льда весело позвякивали в высоком бокале. Отбросив бумажный зонтик, я сделала несколько глотков имбирного лимонада. Блаженно прикрыла глаза.

Температура давно перевалила за тридцать даже в тени. Постояльцы отеля плавились на частном пляже, что раскинулся сразу за террасой. Морские волны дружелюбно шуршали, окатывая теплой водой заходящихся в восторге гостей городка.

С тех пор как мой самолет приземлился в местном аэропорту, не прошло и часа. Но в отель я прибыла сразу после огромной группы туристов, оккупировавших ресепшен и прилегающее к небу лобби. Не желая толкаться, я предпочла подождать свою очередь в ресторане. Лениво обдумывая свои планы на остаток дня, я присматривалась к незнакомому местечку и его обитателям.

Сонную южную негу внезапно нарушил красный, как пожарная машина, «Порш». Кабриолет нагло въехал на мощеную пешеходную дорожку, что разделяла отель и пляж. При этом музыка, что громогласно ревела из колонок кабриолета, сумела пробудить даже совершенно растаявших на шезлонгах туристов. Недовольно морщась, они смотрели на машину и вновь укладывали помятые лица на пушистые полотенца с логотипом «Морской бриз». Тот же логотип, к слову, был напечатан и на салфетке, что я машинально вертела в руке. Оно и не мудрено, раз это название отеля, где мне доведется провести ближайшие дни.

Тем временем из кабриолета выпорхнула девица. Музыка стихла столь же внезапно, как и загремела. В наступившей тишине стук шпилек хозяйки «Порше» казался громоподобным.

Девица была совсем юной, едва ли не вчерашней школьницей. Но по неведомой причине свой возраст не терпела и всячески пыталась накинуть себе лишний десяток лет. Яркий густой макияж (несмотря на жару), дорогущее платье (едва прикрывавшее пятую точку) и максимально подчеркнутый силиконовый бюст (тройка, не меньше), видимо, были призваны осуществить сию задумку.

Но неуклюжесть походки, присущая подросткам, сережки с бриллиантами в пупке и в носу и волосы, выкрашенные в ярко-голубой с синими переливами цвет, все же непрозрачно намекали, что с детскими шалостями барышня еще не простилась.

Взяв курс на столик в углу террасы, за которым восседали три очень похожие на ее собственный типаж девицы, она прибыла туда чуть позже официантов. А было их сразу двое и вытянулись они перед дорогой гостьей, будто солдаты на смотре. Впрочем, гостьей синевласая явно не была, оттого и случился всплеск трудолюбия у персонала.

– Дина? – оторвавшись от созерцания дивной картины, я обнаружила подле себя девушку в форме отеля.

Бейдж на ее груди гласил, что зовут барышню Галина и трудится она на ресепшен. Ее приветливая улыбка стоила щедрых чаевых, но объяснялась вовсе не желанием их заработать. По пути от стойки регистрации до террасы она дважды успела забыть и вспомнить мое имя. И радовалась, что не позабыла его вновь и даже не перепутала. Ее радость я понимала и разделяла всецело, ведь и сама с большой тщательностью пыталась его не забыть и в идеале вовремя откликнуться.

Оттого, растянув губы в не менее широкой улыбке, я спросила:

– Уже можно?

– Группа расселилась по номерам, теперь ты можешь и ваш ключик выдать.

– Замечательно, – кивнула я и поднялась.

Следуя за Галиной, я катила свой небольшой чемоданчик и старалась быть как можно более незаметной. Широкополая плетеная шляпа и очки на пол-лица были призваны помочь мне в этом.

И все же не заметить меня было сложно, а часто и вовсе практически невозможно. Иногда это было даром, чаще – проблемой. И с тем, и с другим я давно научилась жить с пользой для себя.

Огненно-рыжие волосы, как и крошечная родинка над чуть пухлыми вишневыми губами, достались мне от мамы. А темно-зеленые глаза с пушистыми черными ресничками– от папы. Кому обязана характером судить не берусь. Скорее всего, обоим – оттого и вышла столь гремучая смесь.

Тяжелая, туго затянутая, рыжая коса спускалась по спине до самой поясницы по белоснежному простому сарафану. Плетеные сандалии без каблука и сумка на цепочке через плечо дополняли мой скромный образ. Но все же скромности не хватило. Заходя в прохладное лобби отеля, я чувствовала на себе чужие взгляды. И не могу сказать, что меня это радовало.

Получив заветный ключик, я поднялась на пятый этаж и без особого труда нашла свой номер. Перевидав за годы странствий множество гостиничных номеров, я утратила всякое любопытство к их интерьерам. Удивить же были способны лишь единичные отели, и «Морской бриз» в их число явно не входил (разве что ценой).

Номер тянул максимум на европейскую тройку, но стоил на все десять звезд. Впрочем, вряд ли кто-то способен объяснить цены на курортах российского юга. Скорее уж проще доказать существование внеземной цивилизации или полностью извести коррупцию в родном отечестве.

Распределив одежду по полкам и плечикам, я призадумалась. Простора для фантазии номер, как и отель в целом, не предоставлял. Пришлось действовать по старинке. Взобравшись на стул, что дремал подле туалетного (он же служил как письменный) столика, я легко дотянулась до потолка и отодвинула одну из плит. В открывшемся пространстве уместились пистолет и пачка патронов к нему. Средних размеров косметичка, забитая стодолларовыми купюрами, также замерла рядом.

Приведя плиту в изначальное состояние, я спустилась на пол и осмотрела потолок. Следов чужого вмешательства не наблюдалось, но тайник от этого более безопасным не стал.

Посоветовав себе меньше думать о плохом и стремиться к позитиву, я определила по пачке долларов и пятитысячных в сейф отеля, туда же положила свой новенький паспорт. Опустевший чемодан был отправлен в шкаф.

Распахнув тяжелые шторы, я прихватила из мини-бара ледяной «Спрайт» и вышла на балкон. Открывшийся вид был вовсе не так уж и плох, и я улыбнулась приветливо и искренне морю и солнцу.

Особых развлечений сей милый южный городок предложить мне не мог. Я не была туристкой, пытающейся впитать в себя каждый лучик солнца, чтобы увести его с собой в родные просторы. Посему пляж манил меня не слишком. Особо интересными экскурсионными маршрутами здешние места не славились. А книжку, что я купила перед полетом, я дочитала еще вчера.

Посему, не придумав ничего лучше, я спустилась в лобби и спросила у администратора:

– Где здесь можно арендовать машину?

– Я приглашу нашего менеджера по прокату, – ответила любезная девушка и принялась куда-то звонить.

Я же, от нечего делать, разглядывала вначале брошюрки экскурсионных агентств, а затем афиши предстоящих мероприятий. Последние были развешаны в ряд у самой стойки регистрации.

Один из плакатов привлек мое внимание. С него на меня смотрела красивая брюнетка, в чьих венах явно текла греческая кровь. На это намекал профиль, доставшийся от далеких предков и темные вьющиеся волосы, ниспадавшие на плечи. Сидя к зрителю вполоборота, она бережно придерживала пальцами струны гитары и таинственно улыбалась.

– Катарина, – с нескрываемым восхищением произнес невысокий паренек, объявившейся за моей спиной. – У нее невероятный голос. Вам очень повезло, что она выступает у нас.

– Вот как?

– Еще как! Она просто соловей, честное слово!

– Верю, – кивнула я. – И что же, редко залетает в ваши края?

– Она родилась в нашем городе, – простодушно вещал паренек. – В сезон выступала практически во всех ресторанах и отелях на побережье. Только в хороших, конечно.

– Конечно.

– И в казино еще. Там ее обожали. А потом…

– Алексей, – неожиданно нервно перебила его администратор и посмотрела по сторонам в испуге. – Лучше про машины расскажи.

– Ага, – закивал паренек заметно смутившись. Но все же не удержался от совета. – Сходите ее послушать, не пожалеете! Ее почти пять лет в городе не было и вот…вернулась!

– Наверное, билетов уже не достать, – пригорюнилась я. Но администратор, на чье личико вернулись все краски, сказала добродушно. – Вам и не нужно. Ваше проживание включает увеселительную программу.

– Мне повезло, – широко улыбнулась я. – Не пропущу.

Сменив тему, я пораспрашивала Алексея о прокате. Сегодня ничем особым он меня порадовать не мог, ибо к тому моменту как я покинула номер, практически все машины разобрали. Но в чем-то особенном я и не нуждалась. Получила ключи от умеренно потрепанного «Форда», включила кондиционер на максимум и ринулась прямиком в горы.

Против ожиданий прогулка оказалась довольно увлекательной. Окрестности, особенно в тех местах, где туристов было поменьше или не было вовсе, были прекрасны. На обратном пути я несколько раз свернула не туда и изрядно поплутала. Оттого время на часах стремительно приближалось к двум, и тьма по обе стороны дороги стала непролазной.

Проехав километра три вниз по дороге, я самым неожиданным образом оказалась в эпицентре кипучей ночной жизни. Горы неожиданно расступились, и показалась маленькая деревушка с амбициями Нью-Йорка. В деревушке этой была всего одна улица, а огней едва ли не больше, чем в Большом яблоке.

Приблизившись, я сбавила скорость и огляделась. Повсюду бродили нарядно одетые люди, играла музыка, и то и дело взлетали пробки от шампанского и раздавался громогласный хохот. Каждое здание было увешано яркими вывесками, мерцающими и сверкающими огнями и огоньками, живыми цветами и часто даже статуями как у входа, так и по фасаду.

Я усмехнулась. Все встало на свои места. Полистав накануне путеводитель, что валялся в моем номере, я без труда смогла узнать место, где мне довелось быть.

Городок, куда меня занесло северными ветрами, был двулик. У побережья, на самой кромке моря, жизнь кипела днем, даря покой и сладостную леность туристам, прибывшим набраться сил. Но выше, уже в горах, городок был совсем иным. Он оживал, когда загорались огни зданий. Надежно опоясанные высокими горами домики предлагали своим гостям массу развлечений: азартные игры, ночные клубы, доступная любовь и прочие приключения на любые вкус и цвет.

Миновав второе по счету казино, я неожиданно поняла, что чертовски проголодалась. Днем было слишком жарко, чтобы есть. Я пила воду бутылку за бутылкой, но из еды за весь день мне выпал лишь круассан за завтраком в отеле. И это никуда не годилось.

Вспомнить работает ли в это время ресторан отеля я не смогла. Но сильно в этом сомневалась. Как не была уверена и в том, что смогу найти даже пакетик чипсов в благонравной части городка. Да и искать, если честно, не хотелось.

От злачных мест я с некоторых пор воздерживалась, посему на очень маленькой скорости, старательно объезжая то и дело выбегавших (или выпадавших) на дорогу гуляк, я искала подходящее место. Это оказалось не так уж и просто. Но мне повезло.

В череде казино, клубов и ресторанов на углу одного из домиков приткнулась крошечная кофейня. Сверкая всеми окнами, она будто звала меня на огонек.

Колокольчик приветливо звякнул, едва я вошла. Девушка за высоким прилавком приятно улыбнулась.

– Я очень голодна, – призналась я. Девушка хитро прищурилась и заговорщицки прошептала:

– Наш сэндвич с курицей вас спасет. Он здесь самый вкусный. Честно.

–Давайте, – в тон ей, ответила я.

Отчаянно хотелось крепкого обжигающего кофе. Но сомнения в том, что здешний мне понравится, были слишком сильны. И я заказала чайничек «Эрл Грея».

Разместившись за столиком возле огромного окна, я с удовольствием принялась за слегка прожаренный сэндвич. Он и правда оказался очень и очень хорош. Подумывая заказать второй, я напомнила себе, что где-то на планете уже обеденное время, а значит, уплетать за обе щеки в два часа ночи вовсе не преступление.

Но едва я собралась позвать официантку, как внимание мое привлек звонкий женский смех. Машинально посмотрев в окно, я не без удивления обнаружила синевласую девицу, которую заприметила в отеле вчера.

Синевласка держалась на ногах только благодаря верзиле, что придерживал ее то за талию, то за плечи, попутно умудряясь облапать где можно и нельзя. Но ее, похоже, это ничуть не смущало. Она заливалась звонким смехом и уже не пыталась удержаться на высоких каблуках. И все бы ничего, да верзила был не один. С ним были еще двое дружков. И в машину с номерами чужого региона они загрузились вчетвером.

Я нахмурилась. Старательно напомнила себе, что чужие проблемы – не мои проблемы. Но гостеприимная кофейня разом потеряла всякую привлекательность. Оставив щедрые чаевые, я поспешно покинула заведение. А вслед за ним и горящую огнями улицу.

Разрезая темноту, я спускалась вниз к побережью. Машин ни в одну, ни в другую сторону не встречалось. Это было понятно: одни мирно спали, слушая шептания волн, другие вовсю кутили высоко в горах.

Стоявший на обочине джип я заметила издалека. Еще толком не приблизившись, уже поняла, что он именно тот, что отчалил с Синевлаской от кофейни. Сжав зубы, я прошептала зло:

– Это не твое дело. Не твое дело…

Но стоило поравняться с машиной, как я резко нажала на тормоз. Визг раздался страшный. Кажется, его можно было услышать в обоих частях городишки.

Тут же поднялась какая-то возня. Вцепившись в руль, я наблюдала за происходящим в зеркало. Из трех качков, что грузились в джип, на дороге стоял только один. До моего прибытия он с задором наблюдал за тем, что творится на обочине.

В этой части пути по одну сторону дороги стояли горы, а по другую текла река. В это время года жара значительно осушила русло, но темная вода все же теплилась в ее венах. Спуск к ней от обочины был довольно пологим, хоть и протяженным. Там ребята и принялись терзать свою жертву. И правда, зачем мудрствовать? Все равно в этот час здесь никого и даже звать на помощь нет никакого смысла. Никто не услышит. Никто не поможет.

Заприметив мою машину, парень заметно напрягся, но не шелохнулся. Он не видел кто за рулем и пока не решался что-то предпринять. Неожиданно кто-то громко выругался. Раздался и сразу же стих женский крик. Не удивлюсь, если Синевласка на долю секунды смогла вырваться. Но ее шалость быстро пресекли. Где это видано, чтобы зверь свою добычу из зубов добровольно выпускал?

Не глуша мотор, я вышла из машины и сказала, по-дурацки улыбаясь:

– Привет. Не подскажите, где здесь консерватория?

Едва увидев меня, парень заметно расслабился. На его физиономии расплылась похабнейшая улыбка. Направившись ко мне вразвалочку, он улыбался все больше, и глаза его смотрели сально и мерзко. А алкоголем разило за три версты.

– Я тебя провожу, деточка.

– Спасибо, дяденька.

От души поблагодарила я. Резко выкинула правую руку, попав в солнечное сплетение. Затем добавила коленом. И прошлась ребром аккурат по шее. Верзила рухнул, как подкошенный, ровнехонько у моих ног. На ближайшие десять-двадцать минут он был потерян для общества. Если, конечно, когда-либо представлял для него ценность.

– Человеку плохо, – заголосила я.

Горы эхом разнесли мой голос по округе. Подобный шум качкам, понятно, не понравился. Вновь пришлось прерваться. Один из них приподнялся. Сразу же заприметил лежавшего у моих ног товарища (читай: подельника). Матерно выругался и бросился на меня.

На дорогу он смог выбраться беспрепятственно, но дальше вышла незадача. Натягивая на ходу штаны, он не удосужился застегнуть их как следует. Одеяние соскользнуло с голого зада, и парень самым глупым образом рухнул на асфальт. Причем, ударился лбом и довольно сильно.

Признаться, я озадачилась. Подобного я все же не ожидала. Поверженный собственными штанами антигерой взвыл, как гиена. Однако мужественно попытался подняться.

Но прежде чем ему это удалось, на волю вырвалась Синевласка. Воспользовавшись моментом, она ударила своего обидчика и со скоростью ракеты, мчащейся в космос, вылетела на шоссе. Не растерявшись, она ринулась к моей машине, запрыгнула на переднее сиденье и рявкнула:

– Погнали!

Идея пришлась мне по душе. Сев за руль, я рванула вперед. Джип качков был явно мощнее моего «Форда» и при желании нагнать нас было не трудно. Но о гонках на серпантине я знала не только из кино, а они…навряд ли.

К счастью для них самих преследовать нас качки не стали. Едва показались сонные огни городка, как я сбавила скорость. Синевласка посмотрела с опаской.

– Здесь пост ГАИ. Я по дороге в горы видела.

Помолчав секунду, она кивнула согласно. Вскоре показалась и полицейская машина. Опасаться больше нечего.

– Отвезти тебя домой?

– Нет, – шмыгнув носом, сказала она. – Предки вопросами задолбают.

– А если ты домой не явишься ночью не задолбают?

– Они приученные.

– Круто.

Синевласка посмотрела с вызовом, но тут же задор в ее глазах поутих. Всю дорогу до городка она непрестанно размазывала по лицу слезы и кровь. По сути ей повезло отделаться испугом и нескольким увесистыми тумаками. И похоже, она отлично понимала меру своего везения.

– Можно я у тебя переночую?

– Нет.

– Но ты же не можешь оставить меня…

– Могу. И обратно отвезти могу тоже.

Девица нервно дернулась и притихла, судорожно соображая. Я не мешала чужому мыслительному процессу, отлично зная, что через несколько поворотов будет мой отель и, хочет она того или нет, мы разойдемся кто куда.

– Ты в «Морском бризе» живешь? – подала голос моя пассажирка. – Я видела тебя. Вчера.

– И что?

– Ничего…Просто…Тебя трудно не заметить.

Проигнорировав ее слова, я повернула к морю. Синевласка заметно занервничала. Облизнув разбитые губы, сказала:

– Слушай, это отель моих родителей. Я могу заночевать там. Но меня не должны видеть…такой. Понимаешь?

– Понимаю. Дальше что?

– Ты могла бы…провести меня незаметно?

– В чемодане?

Синеглазка моргнула, судорожно пытаясь сообразить, что я имею в виду. Сжалившись, я сказала:

– Что ты предлагаешь?

– Я позвоню и забронирую для себя номер. В отеле всегда есть несколько номеров, которые держат про запас. Сейчас все битком, но они все равно свободны. Мне дадут. Только нужно ключ забрать у администратора и…

– Незаметно пройти к лифту.

– Да, – закивала она, смотря с превеликой надеждой. – Ты могла бы его забрать и как-то отвлечь…

– Могла бы, – легко согласилась я. – Но у меня условие.

– Я заплачу, – судорожно принялась заверять девица. Я усмехнулась.

– Без надобности.

– Тогда чего ты хочешь?

– Ты меня не видела. Ни в отеле, ни на дороге. Этой ночи не было. Договорились?

– Да, – радуясь, что так легко отделалась, попыталась улыбнуться она. – Да, конечно!

– Отлично. Звони.

– Я…

Девица заметно смутилась, а потом и вовсе собралась зареветь. Я спросила грозно:

– Что еще?

– Телефон потеряла…

Отсоединив от зарядки, я протянула ей свой. Мобильному было всего два дня, как и номеру, и беспокоиться о чужих звонках было незачем.

В столь поздний час отвлечь внимание администратора было проще, чем отнять игрушку у спящего ребенка. С превеликим трудом улыбаясь, уже другая девушка протянула мне ключ, не поняв и половины моих объяснений. Судя по всему, Леся, а именно так звали Синевласку, позвонила ей, когда девица спала сладким сном. И не вдаваясь в подробности, ночной администратор просто выполнила все, что ей велела хозяйская дочь.

По стечению обстоятельств номер Леси оказался на том же этаже, что и мой. Придерживая на груди разорванное платье, напоминая пощипанного крошечного цыпленка, она пошлепала босыми ногами по ковровой дорожке коридора. Кровь по ее лицу и коленкам уже не струилась, но обработать их все же стоило.

Задержав взгляд на ее худенькой фигурке, я приказала себе идти своей дорогой. Что и сделала, рассудив, что с царапинами она и без меня в состоянии справиться.

Встретиться с вновь приобретенными знакомцами я не боялась. Но помня о данном самой себе слове быть благоразумной, я предпочла провести день в тени огромного зонта на плетеном шезлонге. Собственное решение меня радовало, особенно после того, как открыв в соседнем с отелем доме книжный магазин, я закупилась пухлыми томами на ближайшую неделю.

И так было до тех самых пор, пока на соседний шезлонг не приземлилась Леся. Появление ее меня ничуть не удивило, ибо я нисколько не сомневалась в том, что об обещании своем она забудет, едва закончив его произносить.

Но все же к общению с Синевлаской не стремилась и продолжала сосредоточенно читать.

Выгнув шею по-жирафьи, она изучала обложку. Громко фыркнула и вытянулась на шезлонге.

Последующие пятнадцать минут ее не существовало, но на большее непоседливой Леси не хватило.

– Знаешь, в наш город приезжают вовсе не для того чтобы читать заумные книжки. Здесь надо веселиться!

– Как ты?

– Нет, – поморщилась она и машинально коснулась ссадины на губе. – Как я, лучше не надо. А такой занудой, как ты, тем более.

– Занудство заразно. Осторожнее.

– У меня иммунитет, – широко улыбнулась она.

Я равнодушно перелистнула страницу. Леся прищурилась и спросила:

– Тебе реально пофиг, что на пляже нет ни одного мужика, у которого бы челюсть при виде тебя не выпала?

– Я не стоматолог. Чужие дентальные вопросы волнуют меня мало. Точнее, не волнуют совсем.

– А кто ты? – тут же вцепилась Леся. Послать ее захотелось еще сильнее. Но я обещала себе быть терпеливой.

– Я – это я. А ты?

Леся повалилась на шезлонг и нахмурилась. Сказала с неожиданной злостью:

– А я хочу свалить из этого города как можно скорее.

– В чем проблема? Сюда ходят поезда и летают самолеты.

– Конечно, – хмыкнула она зло. – Еще бы денег кто подсыпал.

– Такой вариант как заработать самой не рассматривается?

– Я похожа на дуру?

– Скорее, на русалку.

Леся лучисто улыбнулась и уставилась в купол пляжного зонта:

– Все мои друзья уехали как только школу закончили. В основном в Москву или Питер. Но одна в Дрезден. Коза, всегда считала себя умной…

– А тебе кто помешал?

– Родители не пустили, – поморщилась она. – Отец говорит, я должна перенимать бизнес.

– И ты перенимаешь?

– Похоже? – хмыкнула она.

– Не очень.

– У меня два старших брата, вот они перенимают. Пыжатся, пыжатся, а простого не поймут – папаня их к своим делам ни в жизнь не допустит.

– Это нормально. Любому делу вначале надо научиться.

– Ты не знаешь, о чем говоришь.

Я равнодушно пожала плечами и вновь вернулась к книге. Но Лесе не молчалось:

– Как тебя занесло в наши края?

– Самолетом.

– Да я не об этом! В смысле… Почему сюда? Такая как ты меньше Монако не заслуживает!

– Я скромна в своих запросах.

– Ой, да ладно.

– Прохладно.

– Тебе три года?

– Нет, почти двадцать восемь. А это значит, что в подружки я тебе по старости никак не гожусь.

– Меня всегда тянуло к старшим.

– Хамка.

– Ладно тебе, – перевернувшись на бочок и подложив ладошку под щеку, сказала она. – Непременно должна быть какая-нибудь история. Колись.

– Офис. Усталость. Нехватка витамина D3.

– Должно быть что-то еще, – прищурилась она и, помолчав, спросила хитро. – Как его зовут?

Книга в моих руках дрогнула. От внимательных хитрых глаз Синевласки это не ускользнуло. И торжествующая улыбка тут же появилась на ее губах.

Я ответила сухо:

– Прошлое. Его зовут Прошлое.

– Вот как? А я думала…

В чем состояла ее мысль поделиться Леся не успела. Напоролась на мой взгляд и сразу же притихла. Я же взяла коктейль, что стоял на столике между нашими шезлонгами. Увы, он нагрелся на солнце и был совершенно ни на что не годен.

– Ой, это я сейчас исправлю, – обрадовалась Леся и, будто по мановению волшебной палочки, рядом с нами тут же очутился официант.

– Мне «Колу», а моей подруге…

– Апельсиновый сок. Номер…

– За счет заведения, – царским жестом, махнула она рукой. Официант расплылся в улыбке и едва ли не бегом помчался к бару.

– Благодарствую.

– Хочешь, я покажу тебе наш город?

– Я его уже осмотрела.

– А с моря?

– Нет, – была вынуждена признать я.

– О, тогда я тебе покажу! У нас есть катер и…

– Это излишне, честно, – заверила я, еще больше сожалея, что связалась с болтливой девицей.

Пропустив мой комментарий мимо ушей, Леся минут пятнадцать распиналась о чудесах морской прогулки. Я не слушала. Пила свой сок и размышляла над тем уйти ли сейчас или еще потерпеть.

Неожиданно у наших шезлонгов появились двое мужчин. Оба одеты в светлые брюки и белые рубашки с короткими рукавами. Но схожесть вкусов в одежде – единственное, что объединяло их.