Если бы я не встретила тебя

Mhairi McFarlane

IF I NEVER MET YOU

© Mhairi McFarlane 2020

© Крылова Е., перевод на русский язык, 2022

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

Моей сестре Лоре, воплощению Лизы Симпсон

1

Дэн

Как думаешь, во сколько сегодня вернешься? Примерно?

Лори

Не знаю. НАДЕЮСЬ, СКОРО.

Дэн

Надеешься?

Лори

Они кладут малину в «Просекко».

Дэн

А я думал, ты любишь «Просекко». И малину.

Лори

Люблю! Даже заказала бокал. Но это только доказывает, что такой «вечер с подружками» не для меня. Они называют все это «дерзкими пузырьками».

Дэн

Проблема в том, что другим нравится то же, что и тебе? Представить не могу, чтобы я когда-нибудь раскритиковал вечеринку за то, что «другие заказали такое же вино, как у меня».

Лори

…если не считать того раза, когда ты сказал, что ненавидишь мальчишники, которые начинаются с того, что в семь утра в «Гатвик Спунс» все заказывают по десять пинт «домашнего тирана»[1].

Дэн

Ты ни на минуту не перестаешь быть адвокатом, да?

Лори

Ха. Ты, наверное, хотел написать «ты поймала меня с поличным», Ло.

Дэн печатает

…

Дэн печатает

…

Последний раз в Сети сегодня в 21:18

Надо было лучше продумывать свой ответ. Лори выключила телефон и положила обратно в сумку.

Ее явно не волновали клише с претензией на остроумно едкую браваду – выпивка есть выпивка. Это сигнал бедствия. Лори будто очутилась в море, и телефон был чем-то вроде ниточки, соединяющей ее с берегом. Сегодняшняя вечеринка казалась ей каким-то нежелательным флешбэком, вернувшим ее на обеденную перемену в средней школе, ведь когда мама растит тебя в одиночку, то нет денег – нет веселья.

К этому моменту девушки уже успели обсудить плюсы цветовой коррекции бровей («Эшли из «Стаг Коммуникейшенс» стала похожа на Эдди Мюнстера[2]»), а также является ли Маркус Фэйрбрайт-Пейдж из КПМГ[3] мерзавцем, разбивающим сердца и кровати (на основе услышанного Лори поняла, что ответ – однозначное «да», но, судя по всему, в вердикте никто не нуждался). Говорили также и о том, сколько отжиманий можно осилить на занятии ВИИТ[4] в «Верджин Актив» (без понятия, ни одного?).

Все они такие гламурные, женственные, ухоженные, словно созданы для того, чтобы красоваться на публике. Лори чувствовала себя каким-то растрепанным голубем в клетке с чирикающими тропическими птичками.

Эмили и правда перед ней в долгу. Сегодняшний вечер был одним из тех, что случаются раз в три месяца – ее лучшая подруга, а также владелец пиар-компании умоляла Лори присоединиться к ним и сделать эту вечеринку «не такой жутко скучной, а то мы весь вечер будем обсуждать новые аккаунты». Эмили, как хозяйка и генеральный директор, сидела во главе стола и заносила все на кредитную карточку компании, а также передавала по кругу оливки «Ночеллара» и соленый миндаль. Лори, приехавшая последней, сидела в углу.

– Так кто это был? – спросила Сюзанн – соседка справа. У Сюзанн были красивые прямые волосы до плеч цвета заварного крема и взгляд таможенника.

Лори обернулась и постаралась скрыть раздражение за глупенькой улыбкой чревовещателя:

– Кто это был?

– У тебя в телефоне! Ты казалась такой напряженной. – Сюзанн закатила наивные глаза и продемонстрировала что-то вроде обезьяньего транса, водя руками по воображаемому телефону. Она взорвалась девчачьим смехом, подогретым алкоголем – такой нередко бывает жестоким.

– Мой парень, – ответила Лори.

«Слово «парень» – какое-то глупое, – подумала Лори, – а «партнер» звучит как-то сухо и официально». Она подозревала, что ее собеседница именно такой ее себе и представляет.

– О-о… начало отношений? – Сюзанн пальцами убрала сказочные, словно у принцессы, волосы за уши и поднесла ко рту соломинку.

– Ха-ха! Еще бы. Мы встречаемся с восемнадцати лет. Познакомились в университете.

– О боже! – сказала Сюзанн. – И сколько тебе лет?

Лори напрягла мышцы живота и ответила:

– Тридцать шесть.

– О боже! – снова гаркнула Сюзанн, да еще так громко, что привлекла всеобщее внимание. – И вы все это время были вместе? Без расставаний и интрижек? Ведь он же твой первый парень?

– Да.

– У меня бы так никогда не получилось. О боже! Ничего себе. И он был твоим первым… – Она понизила голос: – …то есть самым первым?

У Лори все сжалось внутри.

– Не слишком лично после пары бокалов, а?

Но Сюзанн было не остановить.

– Боже! Ну, нет! Гос-споди! – весело сказала она, будто просто шутила, а вовсе не осуждала и бестактно не совала нос не в свое дело. – Но вы же не женаты?

– Нет.

– А ты хотела бы?

– Не особо, – вздрагивая, ответила Лори, – я не за и не против брака.

– Может, когда у вас появятся дети? – добавила Сюзанн. О, как вежливо. Отвали.

– А ты-то замужем? – спросила Лори.

– Нет! – Сюзанн покачала головой, тряхнув прекрасными волосами. – Я хочу выйти замуж до тридцати, это точно. Осталось четыре года, чтобы найти мистера Совершенство.

– Почему до тридцати?

– Просто не хочу оказаться в старых девах. – Она замолчала. – Ничего личного.

– Конечно.

Лори ненадолго задумалась, не сказать ли: «Слушай, ты же знаешь, что это нереально грубо, да? И понимаешь, что просто добавить в конце «ничего личного» вовсе не меняет саму суть оскорбления?» А потом, по обычному британскому расчету, решила, что десять секунд торжества не стоят часов смущения и вражды.

– Где ты делаешь загар? Просто роскошный, – сказала Карли в блестящем топе, которая сидела по другую сторону от Сюзанн, и Лори чуть не фыркнула от недоумения. Что дальше? Где ты делаешь завивку?

Лори даже не знала, чему тут удивляться. Если бы каждый раз, когда кто-то открыто высказался насчет ее цвета кожи, она получала бы по фунту, то ипотека в Чорлтоне обходилась бы ей гораздо дешевле. Люди, которые крутятся в обществе как обыкновенные белые, нормального роста, со всеми конечностями, понятия не имеют, насколько резкие и прямые вопросы может услышать человек с любым явным физическим отличием, подумалось ей.

– Моя мама из Мартиники, – ответила Лори, ожидая увидеть на лице Карли тень ужаса от того, что она только что сказала.

И ждала, судя по всему, напрасно.

– Что?

– Мартиника! Моя мама из Мартиники! – резко ответила Лори, перекрикивая музыку и указывая на свое лицо. Неужели так сложно распознать темнокожего человека в искусственном освещении?

– Твою маму зовут МАРТИНИ ИК?

Черт.

– Видимо, я становлюсь старомодной, – сказала Лори, внезапно вставая. Думай, что хочешь.

А потом она увидела их – случайно, в толпе гостей. Лори невольно усмехнулась от постыдного восторга, когда неожиданно видишь кого-то, кого не должна была увидеть, уютно устроившимися на банкетке, в шести метрах от тебя.

Ее коллега, Джейми Картер, в компании прелестной девушки. Чему тут удивляться? Но дело в том, что это была вовсе не какая-то неизвестная красотка, а, в чем Лори была на девяносто девять процентов уверена, племянница их босса Ив, к которой еще за день до ее приезда ему лично строго-настрого запретили даже приближаться. Динамит офисных сплетен. А может, и расторжение трудового договора в придачу в зависимости от того, насколько рьяным защитником окажется мистер Солтер.

Предупреждение вызвало в офисе бурное веселье: Джейми и вправду был угрозой, от которой стоило «запирать» дочерей.

– Не удивлюсь, если он еще и снабдит Картера экшен-камерой, – рассмеялась она, – тайная жизнь соседского кота.

В тот момент Лори вытаскивала красные виноградинки без косточек из пакета, а по лицу стажерки Жасмин, невольно ставшему таким же красным, можно было с легкостью догадаться, что она в Картера влюблена.

И что бы ни говорили ему вышестоящие, это явно возымело катастрофический эффект. Всего за неделю Джейми добился того, что двадцатичетырехлетняя малышка, студентка юридического факультета, без сопровождающих потягивала в его компании «Гавана Клаб».

Лори невольно восхитилась его храбростью. И наверняка не только она.

Помимо весьма рискованного выбора спутницы, «Приют» был тем самым местом, где ожидаешь увидеть такого, как Джейми, в пятничный вечер. В зале звучала песня Chic Goodtimes, а прямо над их головами черно-белыми плитками была выложена мозаика: заводские трубы на горизонте и надпись «МАНЧЕСТЕРСКИЙ ГЛАМУР». Они с Ив идеально подходили под это описание.

Сверкающий роскошный бар в отеле девятнадцатого века находился всего в пятнадцати минутах ходьбы от их офиса в Динсгейте. Не то чтобы Джейми был под глубоким прикрытием. Но зачем так рисковать?

Может, он просто поспорил, что никто из старых сплетников или местных интриганов среди коллег его здесь точно не поймает? Да, наверное, так и было, ведь, судя по тому немногому, что Лори знала о Джейми, он любил рисковать. И вероятность того, что он заметит ее на своем наблюдательном пункте в толпе женщин на другом конце зала, была очень маленькой по многим причинам.

Джейми явно находился в своей стихии: его красивое лицо оживилось во время разговора, в какой-то момент он театрально хлопнул ладонью по лбу, чтобы подчеркнуть тревогу или стыд. Ив с каждой минутой влюблялась в него все больше и больше. Ее глаза буквально превратились в звездочки, как у эмодзи (разве, он обычно не носит очки? Ха, тщеславие.).

В этом Джейми – эксперт, опытный хищник в своей естественной среде обитания. А вот знает ли Ив, что она антилопа на выходные, уже другой вопрос.

У него были короткие темные волосы, немного волнистые, а скулы острые, как обувные колодки. Они пришли сюда прямо из офиса, он в белой рубашке. А Ив… хмм, Ив знала об этом походе заранее, потому что на ней был синий брючный костюм в полоску, без пиджака, а также красная шелковая блузка, длинные сережки, остроносые туфли на шпильках цвета кетчупа, в том же стиле. Практичные лодочки на время с девяти до пяти, без сомнения, лежали в этой вместительной сумочке (не «Биркин», случайно? Вот что значит богатый дядя!).

Лори вздрогнула от восхищения тем, как хорошо Джейми и Ив вписывались сюда, в шум и суету всех этих прекрасных юных созданий, с их брачными играми, выпендрежем и дерзкой самоуверенностью.

Представь, каково это, быть одинокой, подумала она. Когда от тебя ожидают того, что ты вернешься домой и разденешься перед первым встречным. Ужас. И заниматься этим в качестве хобби, как у Джейми Картера, было ей чуждо. Слава богу, у нее есть Дэн. Слава богу, она вернется домой к тому, кто уже будет дома.

И, ожидая у барной стойки в окружении четырех человек, она задумалась о феномене Джейми Картера.

Его приезд вызвал оживление с первой же рабочей недели на ее юридической фирме, чего и можно было ожидать от появления неоспоримо красивого мужчины, а также от офисных работников, проводивших большую часть времени «взаперти», как в зоопарке, живя подобными событиями. Лори заметила, что перекур в наши дни заменило просматривание профилей в соцсетях в поисках материала для сплетен. Лори постоянно благодарила судьбу за то, что ее жизнь была слишком скучной для того, чтобы привлечь чье-то внимание.

Сначала у кулера в адвокатской конторе «Солтер & Роусон» был слышен взволнованный шепот о том, что кто-то настолько привлекательный, как Джейми, был при этом не женат и был ли он завидными женихом, как будто из романа Джейн Остин. И, как сказала Диана, у него не было «багажа», что всегда казалось Лори очень грубым названием для бывших жен и детей.

Спустя какое-то время взволнованно шептались уже о том, что Джейми, судя по всему, не заинтересован в серьезных отношениях, но иногда, вечером, его замечали с X или Y. (Эти X и Y, как и Ив, обычно были красивыми стажерками или подругами коллег.) Лори казалось, что такое могло удивить только того, кто еще никогда не встречал мужчину с кучей возможностей и нулем обязательств.

Сколько ему, тридцать? Он жаждал не только многочисленных свиданий, но и карьерного роста, если верить второму слою перешептываний.

Единственной отличительной чертой репутации Джейми как хитрого бабника было то, что он выбирал цель с умом. Стажерки уже точно прошли стажировку, друзья друзей никогда не были близкими друзьями, да и того, что называется компроматом, было очень мало. Поэтому, несмотря на то что о нем говорили как о покорителе сердец, его никогда не обвиняли в разбивании этих самых сердец, а обиженные женщины никогда не отзывались плохо о его сексуальных способностях. Джейми Картер никогда не попадал в неприятности. Во всяком случае, до сегодняшнего дня.

2

– Привет, – где-то поблизости послышался мужской голос.

– Привет, – ответила Лори, вздрогнув от появления предмета своих размышлений, как будто специально его позвала. Она вдруг почувствовала приступ не-обоснованной вины за то, что шпионила и думала о нем.

– Вечеринка? – спросил Джейми. Он хорошо это скрывал, но Лори все равно заметила его тревогу. На работе они никогда не разговаривали и знали друг друга только в лицо. Он не имел о ней ни малейшего понятия и не ожидал помощи.

Оба они были адвокатами: она знала все стадии его мыслительного процесса вплоть до того, как он решил к ней подойти. Джейми ее увидел, а значит, есть большая доля вероятности, что она увидела его с Ив. Лучше подойти к ней напрямую и вести себя так, будто он не сделал ничего неправильного, чем оставить Лори без надзора, со свежей сплетней.

– Ага. Тусуюсь с фирмой подруги. А ты?

– Зашел выпить после работы.

Хе-хе, ну прямо. Ей захотелось спросить «с кем?», но она была слишком пьяна, чтобы рассудить, не чересчур ли это.

– Что тебе заказать? Если меня вдруг обслужат первым, – спросил он.

Взятка, вот что.

– «Олд фешен».

– И все? Ты стоишь в очереди за одним коктейлем? Где ты сидишь?

Лори указала на обеденную зону.

– Эти столики обслуживаются официантами, ты не знала?

– Захотелось сменить обстановку, – ответила Лори. – А ты где сидишь?

Да, она тоже умеет играть в интеллектуальные игры. Конь против ладьи!

– Вот и мне тоже, – сказал Джейми, – в прошлый раз официантка слишком задержалась. Просто хаос какой-то.

Хмм. Значит, он ее увидел, запаниковал и придумал предлог, чтобы подойти.

Пока он говорил, Лори заметила, что его резцы немного выступают вперед, как у несовершенного вампира. Наверное, в этом и кроется подлинный секрет его удивительной привлекательности – умышленный изъян в четком узоре ковра Навахо. Иначе бы он был слишком идеальным, откровенно красивым. В то же время его зубы наводили на плотские мысли.

Они прервали разговор, чтобы прорваться к освободившемуся месту у барной стойки и привлечь внимание бармена. Лори обслужили первой, и она предложила купить что-нибудь для Джейми, но он отказался.

Ей показалось, что это не проявление рыцарства, а попытка скрыть от нее, что он заказал лагер и «Просекко» с плавающей малинкой, ведь тогда его свидание станет слишком очевидно. Лори все равно услышала, как Джейми сделал заказ бармену. Приготовление ее коктейля заняло довольно много времени – они успели вернуться на свои места одновременно, по пути обменявшись неловкими отрывистыми замечаниями о том, как тут полно народу. Когда они подошли к столику Лори, он остановился и наклонился к ней, чтобы спросить сквозь децибелы the Motown:

– Можно попросить тебя кое о чем?

Лори ощутила легкий запах мужского пота и дорогого лосьона после бритья. Она старалась сохранить нейтральное выражение лица, будто не знает, что будет дальше.

– Да?

– Можешь не упоминать об этом на работе? О том, с кем я? – Он указал на Ив за их столиком, которая в тот момент изучала себя в зеркальце. У нее была «кошачья» красота, волосы прилизаны и собраны в длинный высокий хвост. Похожа на сексуальную убийцу. Лори прищурилась и притворилась, будто до нее наконец-то дошло, о ком речь.

– О, почему нет? – спросила она с притворной невинностью.

– Это очень не понравится Сталтеру и Уолдорфу[5].

«Сталтер и Уолдорф» были давними прозвищами Солтера и Роусона. Лори знала, почему он решил пустить в ход такие междусобойные, словно сближающие их, прозвища.

– Почему?

– Не думаю, что Солтер хочет, чтобы его племянница общалась с кем-либо из нас.

Лори улыбнулась. Если бы ей не было так грустно и не хотелось как можно дольше не возвращаться к Сюзанн, несмотря на несколько выпитых коктейлей, она бы, наверное, не стала его подстрекать. Но это было не так…

– Под «общаться» ты подразумеваешь «секс», а под «кем-либо из нас» – себя?

– Ну, – Джейми пожал плечами, явно озадаченный и слегка растерянный, – кто знает, что взбредет в голову этому старому козлу. У него спроси.

– Ладно, – сказала Лори.

– Спасибо, – выдохнул Джейми.

– …спрошу!

Она подождала, пока шутка сработает. Она сработала и привела Джейми в ужас.

– Ха-ха-ха!

– Черт, – Джейми изобразил смесь робости и раздражения. Он хотел расположить ее к себе и притвориться очень уязвимым, потому что знал, что прямо сейчас она может решить ему навредить – в этом Лори не сомневалась.

– Я не поклонница офисных сплетен, – сказала Лори, – и ничего не скажу. Но не морочь ей голову, ладно?

– Все совсем не так, не думай, – сказал Джейми, – мы говорим о бизнесе.

– Ах, – сказала Лори и снова посмотрела в сторону Ив, которая приподняла подбородок и сложила губки бантиком перед зеркальцем.

Лори с ужасом вернулась за свой столик и с радостью увидела, что рядом с ней сидела Эмили, тогда как все остальные собрались на другом конце стола и визжали над чем-то в телефоне одной из девушек. О, блаженное освобождение! Учитывая громкость музыки вдали, они могли бы с такой же вероятностью отправиться в Иран.

– Я на гуманитарной миссии. Сюзанн тебя достала? – спросила Эмили, когда Лори села рядом с ней на место Сюзанн.

– Ага.

– Она просто конченая стерва, да?

«Олд фешен» пошел Лори не в то горло, когда она поперхнулась от приятной неожиданности. Эмили сильно хлопнула ее по спине.

Когда к Лори вернулся голос, она сказала:

– Сюзанн дала мне понять, что я старая дева и вообще какая-то странная монашка с моей непримечательной личной жизнью.

– Вот дура! Я тут недавно слышала, что она спала с Маркусом из КПМГ, а у него корпоративный член, так что теперь ее никто не слушает.

Лори снова поперхнулась коктейлем:

– Что?

– Ну знаешь, все им пользуются. Свободный доступ. Гражданский ресурс.

Лори прекратила смеяться и успела добавить:

– А еще Карли спросила, кто делает мне загар, как в Сен-Тропе.

Она провела вниз-вверх по руке и помахала на себя воображаемым веером.

– Что?! Она что, слепая или расистка? Или слепая расистка? Боже, Ло, извини. Клиенты их любят, так что я в тупике. Почему плохие люди хорошо делают свою работу?

Лори засмеялась и вспомнила, почему так часто говорила Эмили «да». Все-таки в том, что близкая дружба – это нереализованный роман, есть доля правды. Эмили – амбициозный лидер, пускающийся в авантюры в «Тиндере», а еще королева случайных связей, тогда как Лори – серьезная, со стабильным и налаженным бытом, – и только благодаря этим различиям они не переставали восхищаться друг другом.

Все же у них было чувство юмора, встроенный детектор чуши и много общих приоритетов.

Эмили развернула папиросную бумагу «Ризла», положила на стол и рассыпала изящными пальчиками тонкую струйку табака. Эмили курила самокрутки еще с их первой встречи, высовываясь из окна спальни Лори в коридор с бутылкой «Смирнофф Москоу Мул» в другой руке.

– Она спросила, чья работа, – сказала Эмили.

– Работа? – переспросила Лори.

– Работа. – Эмили убрала руки от изготавливаемой сигареты, подняла щеки и надула губы.

– Что за… Ты не выглядишь так, будто делала пластику!

Это правда, хотя внешность Эмили всегда восхищала Лори. Крошечная, с золотистой кожей (в ее случае действительно усилиями профессионалов), с лицом куклы «Блайз» или героини манги: широко расставленными глазами, крошечным носиком, широким пухлым ртом. И все это вводило в заблуждение, никто не ожидал услышать, что она ругается как сапожник и ест как пират. Мужчин буквально каждую неделю охватывала заранее обреченная страсть.

– Ага. Буквально через месяц после своего прихода. Хотелось уволить ее прямо на месте. Но ведь тогда она пошла бы по другим агентствам со словами: «Эмили Кларк уволила меня за то, что я намекнула на ее пластику», и то, что я уволила ее, только подтвердило бы то, что я слишком тщеславная для таких насмешек.

– Что за стерва!

– Не говори! И такая, «нет-нет, я просто хотела сказать, что все сделано очень естественно, со вкусом». Сначала я подумала, что она просто не умеет себя вести, а теперь начинаю подозревать, что она конченая социопатка.

– Они ходят среди нас, – кивнула Лори и включила телефон. Дэн не ответил. Он постоянно твердил, что ей надо почаще куда-то ходить, а потом вдруг начинал нервно спрашивать: «Когда вернешься?» На языке пар, состоящих в долгосрочных отношениях, это было намеком на «не опаздывай и не напивайся» во избежание ссоры, которая возникла бы, скажи он это напрямую.

– Ты знаешь это лучше всех, с твоей работой.

– Кто знает, может, она права и я все пропустила. Откуда мне знать? Ведь это как раз и значит пропускать, – сказала Лори в порыве философствования, который зачастую накатывает на людей после пятого бокальчика.

– Поверь мне, это не так. Я решила отдохнуть от приложений для знакомств, – сказала Эмили, дернув за подол платья, который врезался ей в бедро, – слишком много ложных пикселей на дюйм. Последний парень, с которым я встречалась, на картинке походил на Джейсона Стэйтема, а на свидании скорее напомнил чувака из «Уильяма нашего, Шекспира»[6].

Лори захохотала:

– Тебя там все еще зовут Тильда? Никто еще не догадался? Ты правда никогда не раскрываешь им своего настоящего имени?

– Ага. Если мы идем ко мне, то проверяю, чтобы никаких счетов нигде не валялось. Я же не хочу, чтобы какой-то тридцатисемилетний Клайв, персональный тренер из Лафборо, любитель креативных эротических игрушек, нашел меня на LinkedIn.

– Не-е-ет.

– Не обращай внимания на Сюзанн. Да и вообще на всех тут. – Эмили обвела рукой обеденную зону. – Все они мечтают о том, что у тебя есть. Каждая.

Ха, подумала Лори. Она была уверена в том, что знает как минимум одного человека, который не мечтает о том, что у нее есть, но оценила заботу.

– Ты – нет! – сказала Лори.

Утилитарный подход Эмили к сексу всегда озадачивал Лори. Может, ей следует встретиться с Джейми Картером и тогда произойдет взрыв эмоций?

– Неправда, мечтаю. Просто я реалист и понимаю, что, скорее всего, этому не бывать, вот и перебиваюсь между тем. Знаешь ли, такое, как у тебя, не так уж и часто случается. Не каждая Лори встречает своего Дэна и наоборот, – сказала Эмили, – вас двоих поразило молнией, той ночью в «Бар СаВа».

– А я-то думала, что это текила со вкусом печеной фасоли.

Уходя, Лори заметила пустой столик, за которым раньше сидели Джейми с Ив. Наверняка он решил ускользнуть, пока Лори была увлечена разговором с Эмили, чтобы она не заметила, как они ушли вместе.

Разговор о бизнесе, ну конечно. Будто он решил рискнуть карьерой, чтобы рассказать ей о своем курсе юридической практики в Честере. Будто рискнул карьерой ради чего-либо меньшего, чем, собственно, повезти ее к себе домой.

Джейми, наверное, считает, что Лори совсем наивная или глупая. Проблема всех врунов, подумала она, опираясь на свое глубокое исследование в профессиональной области, в том, что они считают остальных глупее себя.

3

Лори вылезла из такси навстречу тяжелому и туманному летнему воздуху и приятной тишине своей улочки, с осознанием того, что, пока ее чувства заглушает опьянение, соседские семьи лежат в кроватях и проклинают какофонию, то есть кого-то, выходящего из такси.

Гул мотора, мелодичная беседа, стук тяжелой двери, цокот высоких каблуков по мостовой.