Победительница

Глава 1

Громкий раздражающий лай, доносящийся с заднего двора их величественного семейного поместья, подтвердил самые ужасные опасения Калеба Фейрчайлда. Его бабушка всерьез увлеклась своими собаками. Тихо выругавшись, он нажал кнопку дверного звонка. Восхитительная симфония колокольного звона перекрыла надоедливый лай собак. Не Моцарт и не Бах. Его бабушка, Гертруда Фейрчайлд, попросила одного знаменитого нью-йоркского композитора сочинить эту мелодию на заказ. Она вместе с его покойным дедушкой создала косметическую компанию, производящую средства по уходу за кожей. Сегодняшним визитом Калеб надеялся покончить с ее нездоровой, по его мнению, привязанностью к лучшим друзьям человека. Он должен позаботиться о том, чтобы их семейная компания «Чистый образ» оставалась успешной и приносила доходы.

Входная дверь распахнулась, и он почувствовал дуновение прохладного ветерка, передающего тонкий цветочный аромат духов бабушки. А вот и она сама. Ее белокурые короткие локоны задорно подпрыгивали при каждом ее движении. Бабушка выглядела на пятьдесят с лишним лет, и все благодаря десятилетиям использования созданной ею же самой косметики по уходу за кожей. На самом деле ей уже было семьдесят семь.

– Калеб! Я заметила через систему видеонаблюдения, как подъезжала твоя машина, и сказала миссис Харрисон, что сама открою дверь. – Бабушка говорила быстро и возбужденно, она была явно безумно рада его видеть. – Что привело тебя сюда? Твой личный помощник сказал, что на этой неделе у тебя много работы и ты не сможешь выбраться. Поэтому я и отправила тебе образцы продуктов для ухода за собаками по почте.

Калеб совсем не ожидал, что его бабушка будет так рада его визиту. Он поцеловал ее в щеку:

– У меня всегда найдется время для тебя.

В ее чистых светло-голубых глазах искрилось счастье.

– Ты сделал мне такой приятный сюрприз своим приходом.

Калеб почувствовал, как пот проступил на спине, и он даже не мог винить в этом жаркий июльский день. Он поправил свой желтый галстук и провел руками по воротнику пиджака. Но как бы профессионально он не выглядел, бабушке в любом случае не понравится то, что он собирался ей сказать.

– Я пришел сюда не как твой внук, а как главный исполнительный директор «Чистого образа».

– Ох, дорогой… – Любовь и теплота в ее голосе только заставили его чувствовать себя еще хуже. – Ты всегда будешь в первую очередь моим внуком.

Ее слова застали Калеба врасплох. Он был обязан ей… всем.

Бабушка распахнула дверь пошире:

– Заходи же. Давай пройдем на веранду и поболтаем.

Калеб стал осматриваться. Чего-то явно не хватало. Произведения искусства, достойные музеев, все так же висели на стенах. А вот резиновые мячики и потрепанные мягкие игрушки, разбросанные по наполированному паркетному полу, были ему в новинку. Но витрин, которые он ожидал увидеть дальше, не было на их законном месте.

Калеб почувствовал ком в горле.

– А где… – начал он.

– В гостиной комнате.

Калеб зашел за угол и наконец заметил трехфутовую модель американского авианосца «Рональд Рейган», размещенную в новой витрине.

– Я произвела некоторые изменения в этом доме. – За его спиной донеся голос его бабушки. – Подумала, что они достойны находиться в каком-нибудь более подобающем месте, нежели в прихожей.

Калеб повернулся к ней:

– Дедушке бы это понравилось.

– Я тоже так решила. Ты уже обедал?

– Я успел перекусить по дороге сюда.

– Тогда ты не откажешься от десерта. У меня есть пирог, я испекла его сама. – Она прикоснулась своей хрупкой, покрытой выпирающими венами рукой к плечу Калеба. – Морковный, к сожалению, не шоколадный, но все равно он очень аппетитный.

Бабушка всегда остро чувствовала необходимость накормить его. Калеб понимал, что она не успокоится, пока он не съест хотя бы немного.

– Хорошо, я попробую кусочек твоего пирога.

Ее покрытые нежным перламутровым блеском губы растянулись в довольной улыбке. По крайней мере, один из них был счастлив.

Пройдя обратно в прихожую, Калеб пнул теннисный мяч, валявшийся на полу.

– Это просто чудо какое-то, что ты еще не упала и не сломала себе бедро со всеми этими игрушками для собак, разбросанными повсюду.

– Я, может быть, и старая, но все еще шустрая. – Бабушка посмотрела на него с теплом во взгляде. – Боже мой. Каждый раз, когда я на тебя смотрю, ты все больше напоминаешь мне своего отца. Царство ему небесное.

В животе у Калеба что-то неприятно перевернулось. Он изо всех сил старался никак не походить на своего никчемного отца, человека, который не желал участвовать в работе их семейной компании, но с безумной страстью и упорством успевал тратить ее доходы. Его отец вместе со своей любовницей погиб в катастрофе на своей яхте, на Лазурном Берегу.

Бабушка внимательно осмотрела его с ног до головы, затем категорично щелкнула языком:

– Тебе пора уже перестать одеваться как высококлассный гробовщик.

– Только не начинай. – Калеб приподнял подбородок и последовал за ней из прихожей. – Была бы твоя воля, я бы одевался как отчаянный и рисковый герой приключенческих фильмов. И вероятнее всего, ходил бы с обнаженным торсом, если судить по фотографиям, которые ты выкладываешь на Фейсбуке.

Они прошли через огромную гостиную комнату, где две замысловатой формы хрустальные люстры висели над искусно сделанным дубовым столом, рассчитанным на двадцать гостей.

– Ты очень красивый молодой мужчина, – продолжала бабушка. – Покажи все свои достоинства.

– Я – главный исполнительный директор компании. Мне нужно всегда поддерживать свой профессиональный образ.

– Я уже не говорю о твоих костюмах. – Она указала рукой на его грудь. – Твой галстук слишком невзрачный. Красный символизирует силу. Нам стоит пойти вместе по магазинам. Девушки в наше время пошли очень требовательные. Им нужен мужчина со стильной прической и с отменным вкусом в одежде.

«Еще не хватало одеваться по советам своей бабушки».

Они зашли на кухню. На мраморной поверхности разделочного стола стояла большая корзина с фруктами и накрытый пирог на подставке.

Что-то шипело на плите. Воздух наполнился запахом шафрана. Все казалось таким привычным, таким нормальным, но Калеб не мог забыть причины, по которой сегодня вернулся домой.

– Женщинам интересно только состояние моего банковского счета, – заметил он.

– Некоторым, но не всем. – Бабушка подошла ближе, взяла его за руку и сжала ее. – Ты найдешь женщину, которой будешь интересен ты сам.

– Мне нравиться быть холостым.

– Ты наверняка предпочитаешь отношения на одну ночь, или у тебя есть друзья с привилегиями.

Калеб поморщился:

– Ты слишком много времени проводишь на Фейсбуке.

В его голове появилась совершенно неожиданная мысль. Обсуждать сексуальные отношения со своей бабушкой, возможно, гораздо проще, чем говорить с ней о линии средств по уходу за собаками.

Бабушка с возмущением положила руки на бока:

– Я хочу, чтобы у меня появились правнуки тогда, когда я еще буду в состоянии играть с ними. Ты думаешь, почему я создала линию натуральной детской косметики?

– Да все в компании знают, как сильно ты хочешь правнуков.

– Что еще женщина в моем возрасте может хотеть? – Она подняла руки ладонями вверх. Многочисленные золотые браслеты звонко загремели. – Ты и твоя сестра не спешите подарить мне правнуков, пока я еще жива.

– Ты вообще можешь представить Кортни в роли матери?

– Ей просто нужно немного подрасти, – спокойно заметила бабушка, в ее голосе не было ни тени упрека или разочарования. Она прошла в комнату отдыха с удобными кожаными диванами, огромным плазменным телевизором и стеллажами, от пола до потолка заставленными книгами. – По крайней мере, ты хотя бы попытался – сделал предложение этой мисс Загребущие Руки.

Калеба тут же охватили неприятные воспоминания, и сердце отдалось болью.

– Кассандра.

Они познакомились на официальном ужине. Кассандра была невероятно привлекательной и хитрой, она знала, как себя вести, чтобы стать центром его вселенной. Она позволила ему чувствовать себя настоящим воином, а не просто бизнесменом. Калеб никогда не задумывался о браке, но, когда она поставила ему ультиматум, он тут же романтично сделал ей предложение и вручил шикарное обручальное кольцо с бриллиантом в три карата, и только потом узнал ее истинную сущность, только потом понял, что их отношения были фарсом, ложью.

– Мисс Загребущие Руки подходит идеально. – Бабушка начала загибать пальцы. – Первое – отказалась подписывать брачный договор. Второе – все это время изменяла тебе. И наконец, наняла адвоката по разводу еще до свадьбы. Совершенно неудивительно, что ты теперь боишься серьезных отношений.

Калеб ссутулил плечи:

– Я не боюсь отношений.

Он просто старался быть… осторожным.

После того как Кассандра отказалась подписывать брачный договор, он тут же отменил свадьбу и расстался с ней. Она умоляла его дать ей еще один шанс, и надо признать, что какое-то время он обдумывал такую вероятность, но все закончилось тем, что частный детектив, которого он нанял, смог доказать, что Кассандра оказалась такой же искательницей наживы, как и его мать.

– Мне не стоило напоминать тебе о ней.

Калеб еще легко отделался, если не считать потерянного достоинства и разбитого сердца. В отличие от своего отца, который остался с двумя детьми, которых никогда не хотел.

Бабушка направилась во двор через стеклянные французские двери комнаты отдыха. Калеб последовал за ней и заметил на веранде новую мебель: деревянный стол, окруженный удобными креслами, и несколько шезлонгов, укрытых зонтами. Солнце беспощадно палило. Он выдвинул для бабушки кресло, она села за стол.

– Так что же ты думаешь о моей новой линии средств по уходу за собаками? – спросила Гертруда.

Не было слышно чириканья птиц. Даже сверчки, казалось, куда-то пропали. Калеб предпочел бы оказаться сейчас в своем офисе, разбирать квартальные отчеты. Да кого он обманывает? Он хотел бы быть где угодно, но не здесь.

– Очень интересные образцы, – ответил он. – Приятный запах и консистенция.

Гертруда присвистнула:

– Подожди, пока ты увидишь результаты их действия.

Из-за угла появилась группа собак, бегущих к ним на полной скорости. Серая, коричневая и черная остановились в ногах у Гертруды, высунув языки и радостно виляя хвостами.

– Кожа собак такая же чувствительная, как и у человека. Именно поэтому косметическим компаниям необходимо использовать натуральные, органические ингредиенты. Никаких химикатов или добавок.

Не обращая внимания на серую собаку, которая терлась об его ногу, Калеб поднял руку, чтобы остановить свою бабушку:

– Наша компания не производит косметику для животных.

Она продолжала улыбаться:

– Пока не производит, но будет. Я и моя помощница протестировали эти продукты. Мы использовали их на моих собаках.

– Я не знал, что ты наняла помощницу.

– Ее зовут Бекка. Тебе она должна понравиться.

Калеб очень сильно в этом сомневался. Большинство помощниц волновала только сумма их ежемесячного чека. Ему нужно будет проверить компетентность этой Бекки.

– Ты ведь понимаешь, что компания «Чистый образ» занимается производством косметики для ухода за кожей. Человеческой кожей.

– Кожа или шерсть. Две ноги или четыре ноги. Изменения… нововведения очень важны для дальнейшего успеха компании.

– Да, но не в этом случае. – Ему нужно быть осторожным, чтобы не обидеть бабушку. – Мы направили все ресурсы компании на продвижение линии натуральной детской косметики. Сейчас не время брать на себя еще больший риск.

Герти сжала губы:

– Твой дедушка сильно рисковал, когда только создал нашу компанию. Иногда просто необходимо отважиться на изменения.

– Я не могу рисковать. Я отвечаю за благополучие тысячи ста тридцати трех сотрудников.

– Я не прошу тебя идти на необоснованный риск. Формулы продуктов уже готовы к производству. Просто начни работу над их продвижением, и этого будет достаточно.

– Бабушка, все не так просто. «Чистый образ» – это транснациональная компания. Нам нужно будет провести дополнительные тестирования, чтобы оградить себя от возможных судебных исков. – Калеб говорил медленно, вкрадчиво и убедительно, но в его словах не было и капли эмоций. Бабушка была самой умной женщиной, которую он когда-либо знал, и она привыкла добиваться своего. – Я не хочу, чтобы компания выходила на незнакомый ей рынок.

Герти тяжело вздохнула, этот вздох ему был знаком, в последний раз он слышал его, когда Кортни потеряла паспорт в Праге, когда должна была быть на самом деле в Милане.

– Иногда мне так хочется, чтобы ты больше походил на своего отца и не был таким чопорным и правильным.

Калеб почувствовал, как напряжение в его плечах распространяется по всему его телу.

– Это не дело личного характера. Я не могу позволить себе совершить ошибку, а тебе стоит наконец начать наслаждаться жизнью после ухода на пенсию и прекратить работать в своей лаборатории.

– Я химик. Это то, что мне нравиться делать. И у тебя не было никаких замечаний, когда я создавала натуральную косметику для детей. – В каждом ее слове явно слышалось раздражение. – Я поняла, в чем дело. Тебе просто не нравятся мои средства для ухода за собаками.

– Я никогда этого не говорил.

– Но это абсолютная правда. – Бабушка стала внимательно на него смотреть, как будто пытаясь найти доказательства своей гипотезы.

Калеб попробовал найти к ней другой подход. Он придвинул свое кресло к ней поближе.

– Помнишь дедушкин слоган для нашей компании?

«Для самого прекрасного лица…»

– Его слова все еще отражают главную идею. А уже прошло пятьдесят лет. – Калеб склонился к своей бабушке, стараясь хоть как-то облегчить для нее эту неприятную новость. – Мне очень жаль, но косметика для собак, какой бы она ни была натуральной и органической, не будет производиться нашей компанией.

– Это все еще моя компания, – четко произнесла Герти, выпрямив спину.

– Я знаю, но это не только мое решение.

Над их головами пролетел самолет. Одна из собак тут же залаяла. Затем наступила продолжительная напряженная тишина. Калеб собрался с силами, чтобы сказать своей бабушке то, зачем пришел сегодня.

– Я провел встречу с начальниками отделов, прежде чем прийти к тебе. Показал им твои образцы продукта. Представил бизнес-план. Описал расходы.

– И?…

– Все ожидают огромного успеха от твоей линии детской косметики, – сказал он, – но согласились, что производство косметики для животных негативно отразится на репутации компании.

Калеб ожидал увидеть ее бурную реакцию, услышать возражения. Но бабушка продолжала молчать, крепко прижимая маленькую собачку к своей груди.

– Все начальники отделов думают так?

Он просто кивнул.

На ее лице отразилось неверие. Она выглядела точно так же, когда впервые узнала, что у дедушки обнаружили болезнь Альцгеймера. Но затем в ее глазах загорелся огонь.

– Что ж, тогда все понятно. Тебе лучше знать, что хорошо для нашей компании. – В голосе Герти не было ни капли огорчения или разочарования. – Мы с Беккой придумаем что-нибудь другое.

– Придумаете что-нибудь другое? Как это понимать?

Глаза Герти потемнели до темно-синего цвета.

– Производство. Ты и эти белые воротнички из компании сильно ошибаетесь. Существует огромный рынок для моей косметики.

Бекка Тейлор чувствовала тепло ярких солнечных лучей на своей щеке. Доносился нежный аромат роз. Она прошлась по убранной лужайки на заднем дворе дома Герти с двумя собаками – Морисом и Сноуи.

Обе собаки обнюхивали траву в поисках, возможно, упавшего кусочка собачьей еды или же подходящего места, чтобы справить нужду. Бекка положила телефон в передний карман шорт.

– Не отвлекайтесь, ребята. Герти уже ждет нас на веранде.

Бекка не имела ни малейшего понятия, что ее работодательница задумала на этот раз, да и ей было все равно. Герти приютила ее точно так же, как и многих дворняжек, которые жили в ее поместье.

Морис приподнял уши.

– Ты услышал голос Герти? – спросила Бекка.

Обе собаки тут же метнулись в сторону веранды. Бекка поспешила за ними. Когда она завернула за угол, сразу заметила Герти в компании какого-то мужчины, сидящими за столом под тенью зонта. Пять собак бегали вокруг них, пытаясь привлечь их внимание. Герти помахала ей рукой. Мужчина, сидящий с ней, тут же повернулся.

Бекка подошла на веранду. Мужчина тут же поспешил встать. По телу Бекки прошла волна мурашек. Большинство мужчин, которых она знала, не вставали в присутствии женщины. Также они не открывали для них двери, не выдвигали стулья.

Он вышел из-за стола. Деловой костюм в тонкую полоску был искусно сшит и подчеркивал широкие плечи и статность фигуры. Он двигался с грацией атлета, и это заставляло ее думать о том, что скрывалось под тканью. Казалось, все в незнакомце идеально, кроме, пожалуй, его волос. Такую донельзя короткую деловую прическу носили почти все бизнесмены в Бойсе. Ему бы стоило отрастить волосы подлиннее, немного растрепать их, чтобы придать им сексуальный, беззаботный вид.

Герти отвлеклась от собак, кружащихся у ее ног.

– Бекка, я хотела бы тебя кое с кем познакомить.

Мужчина был высоким, выше шести футов ростом. Бекка доставала ему только до подбородка. Она сделала два шага к нему навстречу:

– Здравствуйте.

Его зеленые глаза напоминали нефриты, немного холодные, но никто не идеален. А вот ресницы у него были длинные, темные и густые.

Она вытерла свою ладонь о шорты, затем протянула ему руку:

– Бекка Тейлор.

Его рукопожатие было сильным. По телу Бекки тут же растеклось приятное тепло, ее пульс участился.

– Калеб Фейрчайлд. – Томный низкий голос напомнил ей о горячем шоколаде.

Подождите-ка минутку. Фейрчайлд. Так, значит, он…

– Мой внук, – объявила Герти.

Мужчина, от которого зависело, сможет ли Бекка наконец-то реализовать свою мечту и стать вожатой для собак на постоянной основе. Если линия косметических средств по уходу за собаками будет успешно продаваться, как предполагает Герти, Бекка сможет путешествовать и участвовать в различных собачьих выставках, и ей не нужно будет работать по совместительству где-то еще, чтобы прокормить себя.

Калеб Фейрчайлд. Она не могла поверить, что он здесь. Что ж, теперь она даже не может просто тайно пускать по нему слюни. Он являлся главным исполнительным директором компании «Чистый образ» и был невероятно богатым. Настолько богатым, что, даже если ей повезет выиграть в лотерее, ее финансовое состояние все равно никак не сравнится с его.

– Приятно познакомиться. – Как только Бекка поняла, что все еще держит его за руку, она тут же его отпустила. – Я многое о вас слышала.

Калеб скучающе бросил на ее взгляд, в котором читалось, что он оценил ее и понял, что она не стоит его времени.

– А я ничего о вас до сегодняшнего дня не слышал.

Его чопорному заносчивому тону мог бы позавидовать мистер Дарси. Не было и тени сомнения в том, что мистер Фейрчайлд посчитал ее недостойной своего внимания.

– Расскажите мне о себе, – попросил он. – Сухой деловой тон приводил ее в бешенство, но она не могла это никаким образом показать.

– Я очень люблю собак.

– Я думал, вы работаете помощницей.

Помощницей? Бекка попыталась придумать подходящий ответ, но ей не удалось.

– Я… я…

– Бекка консультант по собакам, – объявила Герти. – Она находит общий язык с животными. Ее навыки ветеринара очень помогли в разработке наших средств. Я даже и не знаю, что бы без нее делала. – Герти осуждающе посмотрела на Калеба: – Если бы ты навещал меня чаще, то давно бы узнал обо всем этом.

Калеб растянул губы в улыбке, полной очарования. Не то чтобы Бекка как-то поддавалась на его чары. Собакам он явно нравился, но она не спешила с выводами.

– Мы обедаем вместе каждое воскресенье в загородном клубе. – В голосе Калеба нельзя было не слышать любовь к своей бабушке. – Ты просто никогда не говоришь о себе.

Герти пожала плечами, но Бекка увидела, как на ее лице на мгновение отразилась боль.

– Просто обычно мы говорим про тебя и Кортни.

– Что ж, сегодня я здесь с тобой, – ответил он.

Герти положила руку на сердце и закрыла глаза:

– Да, пришел, чтобы разрушить все мои надежды и мечты.

– Что это значит? – спросила Бекка.

Калеб прикоснулся к руке Герти:

– Просто моя бабушка драматизирует.

Открыв глаза, она произнесла:

– Имею на это полное право. Ты не хочешь заниматься нашей косметикой для собак.

Нет, нет, нет. Если это правда, то рухнут все ее планы. Герти не будет продвигать линию косметики по уходу за собаками без поддержки своей компании.

Бекка постаралась заставить себя дышать ровно:

– Я ничего не понимаю.

Герти только покачала головой:

– Мой внук, главный исполнительный директор, и его недальновидные коллеги думают, что производство косметики для собак подпортит репутацию нашего бренда.

– Это глупо и необоснованно, – тут же выпалила Бекка.

Калеб посмотрел на нее, словно она была неприятной надоедливой букашкой, которую нужно раздавить.

– Смелое заявление для… простой помощницы.

– Но не для вожатой собак. – Слова, сорвавшиеся с ее губ, прозвучали намного резче, чем Бекка ожидала, но, если ей не удастся повлиять на решение Калеба, ей придется вернуться к проживанию в трейлере по соседству с Отто. Отто был давним соседом ее родителей, он всегда носил камуфляж, а его любимым занятием было разделывание белок. – Вы знаете, сколько денег в год люди тратят на своих питомцев?

– Миллиарды.

– Больше пятидесяти миллиардов долларов. Большая часть этих денег уходит на покупку еды и оплату услуг ветеринара, но по статистике свыше четырех миллиардов долларов отводится на средства по уходу за животными. Косметика, которую создала Герти, просто замечательная. Намного лучше тех средств, которые сейчас есть на рынке.

Герти согласно закивала.

Калеб нахмурился, не желая снова возвращаться к обсуждению этого вопроса.

– «Чистый образ» и так на пути развития. У нас есть хорошо продуманные планы на будущее.

Бекка из всех сил старалась побороть желание швырнуть чем-нибудь в него.

– Так поменяйте свои планы.

– Когда вы успели получить бизнес-образование?

– Я не занималась бизнесом. У меня есть лицензия ветеринара, но самый полезный опыт я получила в школе жизни.

А точнее, в женской исправительной колонии штата Айдахо.

– Как я уже объяснил своей бабушке, решение о том, что компания не будет производить косметику для ухода за собаками, принято не только мной.

Спокойный вежливый тон Калеба удивил Бекку, но ничто не могло смягчить ее огорчение.

– А если бы решение зависело только от вас?

Он холодно посмотрел ей прямо в глаза:

– Я бы все равно не стал ее производить.

Его слова были для Бекки настоящим ударом. Она неосознанно сделала шаг назад. Но она не могла так просто сдаться:

– Как вы можете так поступить со своей бабушкой?

Калеб открыл рот, чтобы ей ответить.

Герти положила руку ему на плечо:

– Я поговорю с Беккой, и она все поймет.

Калеб тихо пробормотал «спасибо».

– Это решение принято, учитывая интересы нашей компании. – Голос Герти прозвучал на удивление спокойно. – Все хорошо.

Глава 2

Несколько минут Бекка провела у стеклянных французских дверей, выходящих на веранду. Она стояла спиной к Калебу и Герти, не желая, чтобы они увидела, как ей грустно. Собаки тяжело дышали, высунув языки, в ожидании, когда она снова бросит для них мячик. Так она могла отвлечься от печальных мыслей.

– Посиди с нами, – позвала Герти.

Кожа Бекки покрылась испариной, но, несмотря на жаркий день, она задрожала.

Состояние Калеба насчитывало десятки миллионов. Герти – сотни миллионов. У Бекки же были восемь тысяч четыреста двадцать восемь долларов на счете. Ей не нужно было многого, просто иметь крышу над головой, любимую собаку и шанс доказать себе и всем, что она настоящая профессиональная вожатая собак. Разве это много? Но этим ее мечтам не суждено было сбыться, а все благодаря Калебу Фейрчайлду.

– Пожалуйста, Бекка. – В голосе Герти звучала мольба. Возможно, она была гораздо больше расстроена тем, что ее собственная компания не хочет производить ее новые продукты, чем она показывает.

Бекка повернулась, натянула фальшивую улыбку и направилась к веранде.

– Конечно, я могу немного посидеть с вами.

Калеб все еще стоял, возвышаясь над столом, напоминая Бекке, как легко он может разрушить все ее планы на светлое будущее. Приблизившись, она старалась не обращать на него никакого внимания.