ШУМ. Книга первая. Замок и ключ

Империя сжигает колонии, чтобы двери оставались закрытыми. Но кто-то уже поёт им по эту сторону. Бастард Илья Громов — пилот, которого Империя списывает в расходный материал: эфирная глухота, считавшаяся уродством, — единственное, что оставляет его в рассудке, когда Шум шепчет остальным. На стерилизованном Эридане-9, среди поющих кристаллов и сплавившихся машин, он находит Тасю — каторжную девочку с обритой головой и клеймом, «ключ» с чистотой девяносто девять процентов, за которой охотятся три силы: Инквизиция, Совет Двенадцати и серые аналитики Девятого управления, открывающие двери пеплом детей. Илья — «замок». Тася — «ключ». За дверью — унисон, укравший их колыбельную, и мать, двадцать лет державшая дверь с той стороны. Цена открытия выведена на детском теле: седая прядь, кристаллическая метка, срок. Космоопера о песне, открывающей двери, и о людях, закрывающих их звуками дома: ржавчина и пурпур, самовар в часовне князя, пёс, стерегущий буксир, и тишина между песнями.