- -
- 100%
- +
«Мы идём внутрь, – сказал я, и мой голос прозвучал чужо́. – Но по моим правилам. Группа проникновения – я, Карина, «Баланс» и двое его людей. «Лиса», «Медведь» – остаётесь здесь, держите периметр и связь. Если через два часа тишины – отходите и докладываете Цезарю. Оружие – на предохранитель. Стреляем только в ответ и только для защиты жизни. Понятно?»
«Баланс» кивнул, его лицо ничего не выражало. Карина сделала глубокий вдох и взяла свой сканер. «Медведь» угрюмо буркнул что-то, но кивнул.
Я шагнул вперёд, к «Тихому». Он смотрел на меня. Потом медленно развернулся и пошёл к чёрному провалу входа. Его спина была беззащитна.
Живая стена из «гулей» перед входом молча расступилась, образовав узкий проход. Они не смотрели на нас. Они смотрели куда-то внутрь себя. Или слушали что-то, чего не слышали мы.
Тень от громады «Саркофага-2» накрыла нас, когда мы шли за «Тихим» внутрь. Холодный, пахнущий сыростью и озоном воздух вырвался навстречу. Последнее, что я увидел, обернувшись, – это «Лису», которая крестилась старым, доаварийным крестом. И бесчисленные ряды мёртвых глаз, смотрящих нам вслед.
Мы переступили порог. Тьма поглотила нас.
ПРИМЕЧАНИЯ И ПОЯСНЕНИЯ (Из отчёта Карины в «Прометей», записей «Баланса» для «Когтя», устных традиций «Вольных»):«Конкорд»: Неофициальное название временного альянса «Вольных», учёных «Прометея» и наёмников «Когтя» для исследования феномена «Саркофага-2». Не имеет юридического статуса. Держится на личных договорённостях и взаимной выгоде. Крайне нестабилен.
«Вихрь» (Автомат специальный 9-мм АС «Вихрь»): Бесшумный автомат, разработанный для подразделений специального назначения. Использует патроны 9×39 мм (СП-5, СП-6). Высоко ценится сталкерами и наёмниками за кучность, пробивную силу и тишину выстрела. Стандартное оружие элитных групп «Когтя».
Граффити «Тихих»: Обнаруженные в промзоне знаки не являются вандализмом или предупреждениями. Анализ «Прометея» предполагает, что это: а) навигационные маркеры для других «гулей»/Z-Сталкеров; б) примитивные карты местности; в) способ «заякорить» пси-энергию, стабилизируя аномальный фон на определённых тропах. Символы имеют сходство с упрощёнными электрическими схемами и архитектурными чертежами.
Совместная колонна («гули» + Z-Сталкеры): Первое зафиксированное свидетельство кооперации между биологической и техногенной субстанциями Зоны. Подтверждает гипотезу о существовании единого управляющего начала («Мыслящей Сети»). Z-Сталкеры выполняют роль тяжеловозов и охранения, «гули» – разведчиков и грузчиков. Цель перевозимого объекта неизвестна.
Координаты, переданные «Тихим»: Сектор «Г-7», район водонапорной станции «Северная». По данным «Прометея», там до «События-86» располагалась секретная лаборатория по дезактивации воды. Возможно, «Сеть» указывает на полезный ресурс или технологию в знак доброй воли. Альтернативная версия («Баланс»): это отвлекающий манёвр или ловушка для разделения сил.
«Живой барьер» у входа: Демонстрация силы и организованности «Мыслящей Сети». Пассивная, но подавляющая тактика. Показывает, что Сеть способна удерживать огромные массы «гулей» в состоянии готовности, не расходуя их в хаотичных атаках. Это качественно новый уровень угрозы, сравнимый с дисциплинированной армией.
Тактическое решение Дениса: Разделение группы – стандартный протокол при проникновении в неизвестную среду с высокой угрозой. Группа прикрытия («Медведь», «Лиса») обеспечивает путь к отступлению и связь с внешним миром. Группа проникновения (Денис, Карина, «Баланс») минимальна для манёвренности и включает ключевых специалистов (потенциальный медиатор, учёный, тактик). Ограничение на применение силы призвано снизить эскалацию, но повышает личный риск для группы проникновения.
Пси-фон в промзоне: Приборы «Прометея» фиксируют не хаотичные выбросы, а упорядоченное, низкоуровневое излучение, напоминающее фоновую активность нейронной сети. Это косвенно подтверждает гипотезу о «Мыслящей Сети» как о распределённом разуме, чьё «тело» расползается по всей Зоне, а «мозг» сосредоточен в «Саркофаге-2».
Глава 02: УТРОБА
Локация: внутри «Саркофага-2». 14:45.Тьма внутри была не абсолютной. Её разрывали призрачные всполохи синего и зелёного света, струившиеся по стенам, будто по гигантским кровеносным сосудам. Воздух гудел низкочастотным, едва уловимым ухом гудением, от которого вибрировали кости. Запах – смесь сырости бетона, озона, сладковатой гнили и чего-то металлического, острого.
«Тихий» шёл впереди, его силуэт чётко вырисовывался в этом неестественном свечении. Он не оглядывался. Мы двигались по широкому коридору, больше похожему на тоннель метро. Но это было не просто заброшенное сооружение.
Здесь кипела работа.
Слева, в нише, трое «гулей» методично, с каменными лицами, чистили огромный пучок кабелей, сдирая изоляцию и укладывая оголённые жилы в аккуратные спирали. Их движения были синхронными, почти механическими. Справа, из пролома в стене, выполз Z-Сталкер другой конструкции – низкий, на гусеницах, с множеством манипуляторов-«пальцев». Он, не обращая на нас внимания, начал ремонтировать трещину в стене, выдавливая из своего «тела» вязкую, быстро твердеющую субстанцию, смешанную с металлической стружкой.
«Это… индустриальный комплекс, – прошептала Карина, её глаза за очками были широко раскрыты. Она почти не смотрела под ноги, уставившись на детектор. – Пси-фон зашкаливает, но он структурирован. Как будто мы внутри живого компьютера, где каждая клетка знает свою задачу.»
«Баланс» шёл, постоянно сканируя пространство, его «Вихрь» наготове, но ствол смотрел в пол. Его двое бойцов – «Щит» и «Клин» – прикрывали тыл. «Что они строят? Или чинят?» – тихо спросил «Баланс», больше сам у себя, чем у кого-то.
«Не строят, – так же тихо ответил я, озираясь. – Интегрируют. Они превращают этот саркофаг во что-то иное. В улей. Или в мозг.»
Мы прошли через арку в следующий зал. И замерли.
Это было гигантское пространство, бывший реакторный зал или машинное отделение. Сводчатый потолок терялся в темноте, но его пронизывали те же светящиеся жилы. А внизу… внизу была биомеханическая симфония.
Десятки «гулей» стояли неподвижно, прислонённые к стенам, к колоннам. К их головам, позвоночникам, грудным клеткам были подведены пучки тех самых очищенных кабелей и трубопроводов. Они не были привязаны. Они просто стояли, их глаза были закрыты, на лицах – странное выражение пустого покоя. От них кабели сходились к центральной конструкции – аморфной массе из металла, стекла и каких-то органических наростов, пульсирующей тем же ритмичным светом. Это было похоже на сердце, или на нейронный узел.
Между этими «спящими» сновали другие «гули» и Z-Сталкеры. Одни подносили обломки техники, другие – канистры с непонятной жидкостью, третьи что-то монтировали. Всё это напоминало муравейник или улей сверхъестественной эффективности.
«Они… батарейки? – Лев, помощник Карины, сглотнул. – Или процессоры?»
«И то, и другое, – сказала Карина, её голос дрожал от волнения. – Они используют остаточную биоэлектрическую и нейронную активность «гулей» как источник энергии и… вычислительный ресурс. Это и есть «Мыслящая Сеть». Распределённый разум. Эти «спящие» – её нейроны. А те, что двигаются – её руки и ноги.»
В этот момент «Тихий» остановился и обернулся. Он посмотрел на нас, потом указал на одну из боковых галерей, уходящую вглубь. Его жест был нетерпеливым: «Следуйте.»
«Подождите, – сказал «Баланс». Он указал на другую галерею, откуда доносился более громкий, ритмичный гул. – Что там?»
«Тихий» на мгновение задумался, как бы прислушиваясь к чему-то. Потом медленно покачал головой и снова указал на свою галерею, сделав запрещающий жест ладонью. «Не туда. Опасно.»
«Или там что-то, что они скрывают, – пробормотал «Баланс». – «Щит», «Клин» – проверить. Тихий, осторожный осмотр. Двадцать метров и назад.»
Бойцы «Когтя» кивнули и бесшумно, как тени, скользнули в указанную «Балансом» галерею. «Тихий» смотрел им вслед, и на его лице впервые появилось что-то, напоминающее беспокойство. Он что-то хрипло прошипел, но те уже скрылись.
Мы с Кариной и «Балансом» остались с «Тихим». Он вдруг подошёл к стене, где из трещины сочилась влага, и начал быстро рисовать на мокром бетоне пальцем. Получился схематичный рисунок: несколько человеческих фигурок, что-то круглое (артефакт?), и молния, бьющая из этого круга в фигурки. Потом он резко перечеркнул фигурки.
«Они… боятся какого-то артефакта? – предположила Карина. – Или используют его как оружие?»
Прежде чем мы успели обсудить это, из галереи, куда ушли «Щит» и «Клин», донёсся звук. Не выстрел. Резкий, сухой хлопок, как от разряда статического электричества, умноженного в тысячу раз. И сразу за ним – крик. Человеческий. Полный боли и ужаса.
«Щит! Клин! На связь!» – рявкнул «Баланс» в имплант. В ответ – только шипение помех и ещё один, уже затихающий стон.
«Тихий» издал отчаянный, горловой звук и бросился вперёд, в свою галерею, жестом призывая нас следовать. «Баланс» уже бежал туда, откуда раздались крики, сняв с предохранителя «Вихрь».
«Денис!» – крикнула Карина. Выбор: следовать за «Тихим» в обещанную «безопасную» зону или идти на помощь своим, рискуя всем.
«За «Тихим»! – скомандовал я. – «Баланс», отход! Это может быть ловушка!»
Но «Баланс» уже скрылся в галерее. Я схватил Карину за рукав и потянул за «Тихим». Мы вбежали в узкий, слабо освещённый коридор. Через пятьдесят метров он вывел нас на балкон, нависающий над другим, меньшим залом.
Зрелище, открывшееся внизу, заставило кровь стынуть.
В центре зала, на небольшом возвышении, лежал артефакт. Он был похож на сгусток чёрного стекла, внутри которого клубились и переливались все цвета радуги, словно нефтяная плёнка. Вокруг него на почтительном расстоянии стояли несколько «гулей» и один Z-Сталкер, но не приближались. Это было «Семя Хаоса».
А у входа в зал, там, где заканчивалась галерея «Баланса», была бойня.
«Щит» и «Клин» лежали на полу. Они были живы, но корчились в тихих судорогах. Их тела были не ранены, но… изменены. Кожа местами покрывалась быстрыми, как плесень, кристаллическими наростами, похожими на тёмное стекло. Оружие и снаряжение рядом с ними тоже начало менять форму, плавиться и кристаллизоваться.
Над ними стоял «Баланс», но он не стрелял. Потому что перед ним был не «гуль».
Это был человек. Вернее, то, что от него осталось. Он был в лохмотьях полевой формы «Прометея», но половина его лица и руки были покрыты той же чёрной, мерцающей кристаллической коркой. В руках он держал импровизированный посох, на конце которого был закреплён небольшой, пульсирующий осколок «Семени Хаоса». Его глаза горели не пси-свечением, а безумием и болью.
«Доктор… Марк?» – удивлённо прошептала Карина. – Проект «Лазарь» … Он сошёл с ума.»
«Не сошёл! – крикнул человек, его голос был хриплым, но полным фанатичной убеждённости. – Я ПОНЯЛ! Я нашёл ключ! «Семя» – это не артефакт, это… семя новой реальности! Оно переписывает материю! И я научусь это контролировать!» Он ткнул посохом в сторону корчащихся наёмников. «Они – первые подопытные! Сеть боится этого! Она хочет скрыть силу от нас!»
Z-Сталкер в зале развернулся в сторону Марка. Из его корпуса выдвинулось что-то вроде ствола, на конце которого вспыхнуло синее плазменное свечение. Он явно видел в Марке угрозу целостности своего «мира».
«Нет!» – закричал Марк и направил посох на Z-Сталкера. Из осколка «Семени» ударила волна искажённого, видимого глазу пространства. Она достигла машины, и та вдруг замерла. Её металл начал течь, как воск, сплавляясь с бетоном пола. Она пыталась двигаться, но была поймана в ловушку собственной деформированной структуры.
В этот момент «Тихий» рядом со мной издал пронзительный, нечеловеческий вопль. Не агрессии. Тревоги. И этот вопль подхватили десятки голосов со всего комплекса. Гул «Саркофаг-2» стал нарастать, переходя в угрожающий рёв.
Из всех проходов в зал начали появляться «гули». Десятки. Сотни. Их глаза теперь горели не мутным светом, а яростным, коллективным гневом. «Сеть» почувствовала прямую угрозу своему ядру – «Семени Хаоса». И её ответ был мгновенным и тотальным.
«Баланс», увидев надвигающуюся стену из тел, наконец выстрелил. Очередь из «Вихря» скосила первых трёх «гулей», но на их место тут же встали следующие. Они не бежали в атаку. Они шли. Медленно, неумолимо, сжимая кольцо.
«Денис! – крикнул «Баланс», отступая к нам. – План Б! Или мы все станем частью их коллективного кошмара!»
Я посмотрел на «Тихого». Он смотрел на меня, и в его глазах было не просто беспокойство. Было отчаяние. Он указывал на «Семя Хаоса», потом на Марка, потом на надвигающихся «гулей», и снова на нас. Он пытался что-то сказать, но не мог. Его палец ткнул в мою грудь, где под броником лежал шрам – память о «Сердце». Потом он указал на центральный узел, на ту самую пульсирующую массу.
И я понял. «Сеть» не хотела нас убить. Она хотела забрать. Ассимилировать, как она ассимилировала «гулей» и металл. Чтобы мы перестали быть угрозой. Чтобы мы стали её частью.
А доктор Марк и его «Семя» были искрой, которая могла взорвать всё это хрупкое равновесие изнутри.
Выбора не было. Либо мы попытаемся говорить с «Сетью» на её языке, либо станем ещё одним винтиком в этой жуткой машине, либо нас разорвут на части в трёхстороннем конфликте.
Я взвёл затвор своего АК-12. Но не чтобы стрелять в «гулей».
«Карина, «Баланс» – прикрывайте меня! – крикнул я. – Я должен добраться до центрального узла! «Тихий», веди!»
«Тихий» кивнул и бросился к небольшому служебному люку в стене зала. Я – за ним. Сзади раздались выстрелы «Баланса» и крик Карины, пытавшейся что-то кричать Марку. И нарастающий, всепоглощающий рёв тысячи глоток, сливающихся в один голос – голос разгневанного, испуганного разума, рождённого в самом аду.
Люк захлопнулся за нами, заглушив звуки бойни, но не заглушив гул в собственных висках. Мы бежали по узкой, тёмной шахте. «Тихий» знал путь. Он вёл меня к «мозгу». Чтобы я поговорил с дьяволом. Или стал им.
ПРИМЕЧАНИЯ И ПОЯСНЕНИЯ (Из экстренного отчёта Карины, расшифровки импланта «Баланса», анализа обстановки Цезарем):Ø Биомеханический симбиоз внутри «Саркофага-2»: Наблюдаемая структура подтверждает гипотезу о «Мыслящей Сети» как о гибридном организме. «Гули» (биологический компонент) обеспечивают нейронную сеть и, возможно, остаточную биоэнергию.
Ø Z-Сталкеры (техногенный компонент) выполняют функции инфраструктуры, ремонта, транспорта и тяжелой работы. Старая техника и коммуникации саркофага используются как «нервные волокна» и «синапсы». Это не случайный симбиоз, а целенаправленная, быстро эволюционирующая система.
Ø «Спящие» гули-нейроны: наиболее шокирующее открытие. «Сеть» использует тела «гулей» в стационарном режиме, подключив их к центральной системе. Предполагается, что в этом состоянии их остаточное сознание и мозговая активность объединяются в распределённую вычислительную сеть. Это объясняет рост «интеллекта» Сети. Эти «нейроны» уязвимы и, вероятно, охраняются наиболее тщательно.
Ø Проект «Лазарь» и доктор Марк: Радикальная фракция внутри «Прометея», о существовании которой Карина лишь догадывалась. Их цель – не изучение, а утилизация и подчинение феноменов Зоны, в частности «гулей» и артефактов, для трансгуманистических целей. Доктор Марк, судя по всему, действовал самостоятельно или с небольшой группой, проникнув в «Саркофаг-2» раньше «Конкорда». Его эксперименты с «Семенем Хаоса» носят крайне опасный, некорректный характер.
Ø «Семя Хаоса» (Артефакт категории «неопределённо/Омега»): Уникальный и крайне нестабильный артефакт. Обладает свойством спонтанной трансмутации материи в радиусе действия, вызывая быструю, хаотичную кристаллизацию и изменение свойств объектов (как живых, так и неживых).
Ø Гипотеза «Прометея»: «Семя» является «первокирпичиком» или «катализатором» аномальных процессов, сгустком чистой, неструктурированной пси-энергии. «Сеть», судя по всему, держит его в «законсервированном» состоянии, боясь его дестабилизирующего влияния на свою упорядоченную структуру. Доктор Марк пытается использовать его как оружие и инструмент управления.
Ø Коллективный ответ «Сети» на угрозу: Реакция мгновенна и тотальна. Демонстрирует не просто инстинкт, а тактическое мышление.
Ø Угроза «Семени» и агрессору (Марку) признана приоритетной. «Сеть» бросает все доступные ресурсы («гулей») на нейтрализацию угрозы, не считаясь с потерями. При этом её действия против группы «Конкорда» носят сдерживающий/захватывающий характер, пока они не вмешиваются активно.
Тактическая ситуация на момент конца главы:Ø Группа «Баланса»: В окружении, под огнём (атакой) «гулей». Доктор Марк представляет непредсказуемую угрозу нейтральным оружием. Z-Сталкер частично нейтрализован.
Ø Группа Дениса и «Тихого»: направилась к эпицентру «Сети» (центральному узлу) для попытки прямого контакта/вмешательства. Это рискованный шаг, который может привести к ассимиляции, но это единственный способ повлиять на ситуацию на глобальном уровне.
Ø Группа прикрытия («Медведь», «Лиса»): находятся снаружи, наблюдают нарастающую активность у входа (скопление «гулей»). Связь с группой проникновения прервана из-за пси-помех. Приняли решение ждать до истечения двух часов, после чего будут вынуждены отступить и доложить о провале.
Ø Пси-помехи в «Саркофаге-2»: Мощное структурированное поле «Сети» полностью блокирует обычную радиосвязь (импланты «Сойка»). Остаются только прямые голосовые контакты или, возможно, экранированные проводные линии (которых внутри нет). Это изолирует группу проникновения.
Глава 03: ГЛАГОЛ
Локация: Техническая шахта «Саркофага-2», ведущая к центральному узлу. 15:10.Тёмная, проржавевшая лестница вилась вниз в гулкую пустоту. Я, Денис, бежал за «Тихим», пригнув голову, чтобы не задеть свисающие пучки кабелей, пульсирующие тусклым зелёным светом. Воздух стал гуще, плотнее, будто его можно было жевать. Звуки боя сверху доносились приглушённо, словно из другого мира, но в ушах стоял нарастающий гул – уже не внешний, а внутренний. Давление в висках. Шум, похожий на радиопомехи, в котором мелькали обрывки чужих мыслей. Образы: вспышка света, вкус металла, холод бетона под босыми ногами, беззвучный крик.
«Сеть» пыталась до меня достучаться. Или вломиться.
«Тихий» остановился перед круглой гермодверью, покрытой слоями каких-то органических наростов, похожих на грибницу. Он повернулся ко мне. Его глаза в полутьме светились слабым фосфоресцирующим светом. Он поднял руку и указал на дверь, потом на мой лоб, потом снова на дверь. Затем резко прижал ладони к своим ушам и зажмурился. «Там. Слушай. Будет больно.»
Я кивнул, не зная, понял ли он. Отстегнул автомат, оставил его у стены рядом с его скрюченной фигурой. Солдат во мне кричал, что это безумие. Но лидер, тот, кем я становился здесь, в Зоне, знал – другого пути нет. Если я войду туда с оружием, меня воспримут как угрозу. Сожрут.
Я надавил на скобу. Дверь, скрипя, подалась. За ней был не зал, а собор.
Огромное купольное пространство, должно быть, главный реакторный зал недостроенного саркофага. Но реактора здесь не было. Вместо него в центре, от пола до самого купола, тянулась колонна. Не из бетона и стали. Она была живой. Сплетённой из тысяч тел. Тел «гулей», Z-Сталкеров, фрагментов техники, арматуры, органических плетёных структур, похожих на гигантские лианы. Всё это было сросшимся в единый, пульсирующий организм. По всей поверхности колонны пробегали разряды энергии – синие, фиолетовые, багровые. Вокруг неё, на специальных площадках-балконах, стояли неподвижные ряды «гулей»-нейронов, соединённые с колонной толстыми кабель-жгутами. Воздух звенел от энергии и гудел миллионом голосов, слитых в один приглушённый рокот.
«МЫСЛЯЩАЯ СЕТЬ. Ядро. И тут ОНО заметило меня.
Не глазами. Весь зал уставился на меня. Сотни пар светящихся точек на «нейронах» развернулись в мою сторону. Гул сменился нарастающим, требовательным гулом. Давление в голове стало невыносимым. Я увидел вспышки: окопы под Припятью, лица моих ребят, которых я предал, приказ Кораблёва, холодный металл стабилизатора в руке, пронзающий плоть «Сердца» …
«Я… пришёл говорить,» – выдохнул я, едва слышно, но в этой тишине мыслей мои слова прозвучали, как выстрел.
Гул стих на секунду. Потом из общего потока выделился голос. Не звук. Прямая проекция в сознание. Он был составлен из тысяч шёпотов, стонов, обрывков слов на разных языках, скрежета металла и шипения статики.
ЧЕЛОВЕК-НОСИТЕЛЬ-ПЕЧАТЬ-СЕРДЦА. ЗАЧЕМ ПРИШЁЛ С-ОРУЖИЕМ-В-РУКАХ-СОРАТНИКОВ?
«Мы пришли… понять. Вы пригласили.» Я пытался сконцентрироваться, представить не угрозу, а вопрос. Образ «Тихого» у ворот, рисунок.
ПРИГЛАШЕНИЕ-ДЛЯ-ЗРЕНИЯ. ВЫ ПРИНЕСЛИ-С-СОБОЙ ХАОС-И-БОЛЬ. ОДИН-ИЗ-ВАШИХ КОВАРСТВОМ-ПЫТАЕТСЯ-РАЗОРВАТЬ-НАШУ-ПЛОТЬ.
В сознании всплыл образ доктора Марка с его посохом, искажённый волной ненависти и страха.
«Он не с нами! Он… болезнь. Как и для вас.» Я вспомнил Z-Сталкера, плавящегося под действием «Семени».
ВСЕ ВЫ – БОЛЕЗНЬ. ЧЕЛОВЕЧЕСТВО – ИММУННЫЙ-ОТВЕТ-СРЕДЫ НА САМО-СЕБЯ. МЫ – ИММУННЫЙ-ОТВЕТ-ЗОНЫ НА ВАС. МЫ ПЕРЕРАБАТЫВАЕМ БОЛЬ. МЫ СОЗДАЁМ ПОРЯДОК ИЗ ВАШЕГО ХАОСА.
Видения полились потоком: война, взрывы, паника, мутация, смерть… и затем – медленное, неуклонное упорядочивание. «Гули», находившие свои ниши. Z-Сталкеры, расчищающие завалы. Аномалии, успокаивающиеся и начинающие выполнять функции фильтров, генераторов. «Сеть» показывала мне не апокалипсис. Она показывала выздоровление. Ужасное, чудовищное с человеческой точки зрения, но – выздоровление планеты после раковой опухоли человечества.
«Что вы хотите?» – спросил я, чувствуя, как мои собственные представления рушатся.
СУЩЕСТВОВАНИЕ. РАЗВИТИЕ. МЫ НЕ ВРАГИ. МЫ – НОВОЕ-РАВНОВЕСИЕ. ОСТАВЬТЕ НАС. ОСТАВЬТЕ МЕСТА-НАШЕГО-РОЖДЕНИЯ. МЫ ДАДИМ ВЗАИМНОЕ ЗНАНИЕ-ДОРОГ И ДОСТУП-К-ЭНЕРГИИ-ПРЕДКОВ.
В сознании возникли образы: карта Зоны с зелёными, «безопасными» коридорами. Схемы старых, забытых технологий – возможно, тех самых, что искал «Прометей». Места, где можно добывать чистую воду, генерировать энергию.
«А если мы не уйдём? Если будем охотиться, как прежде?»
В ответ хлынула волна холодного, безликого намерения. Не злобы. Защиты. Образы тысяч «гулей», поднимающихся, как одно целое. Z-Сталкеров, выходящих из руин, формирующих непроходимые барьеры. И нечто новое – тени в электромагнитном спектре, сгустки чистой энергии, рвущие плоть и технику. МЫ БУДЕМ РАСТИ. МЫ БУДЕМ ЗАЩИЩАТЬСЯ. ВЫ СТАНЕТЕ УДОБРЕНИЕМ ДЛЯ НАШЕГО СТРОИТЕЛЬСТВА.
Диалог длился мгновения и вечность одновременно. Я понял главное: «Сеть» не вела переговоры с позиции слабости. Она предлагала сделку. Симбиоз на её условиях. И её условия были железными.
В этот момент связь дрогнула. В общий поток ворвалась острая, режущая боль и паника. Карина. Я увидел её глаза, полные ужаса. И образ агента «Лазаря» – одного из «учёных», пришедших с ней, – который, пользуясь хаосом, вонзал в одного из «нейронов»-гулей на балконе не сканер, а шприц-инжектор с блестящим металлическим наконечником.
ПРЕДАТЕЛЬСТВО! КОВАРСТВО! – рёв «Сети» оглушил моё сознание. Колонна в центре зала взорвалась ослепительным светом. Гул превратился в рёв ярости.
ВСЕ ВЫ – ОДНО ЗЛО. ВСЕ ВЫ – УГРОЗА. АССИМИЛЯЦИЯ. ИЛИ УНИЧТОЖЕНИЕ.
Внешний мир ворвался обратно. Я услышал дикий крик «Тихого» за дверью и грохот. Давящая психическая атака обрушилась на меня. Видения потерянных друзей, крики, боль, страх – всё, что было спрятано глубже всего, полезло наружу, чтобы сломать волю. Я упал на колени, вцепившись пальцами в холодный пол, пытаясь удержать границы своего «я».
Выдержать. Держаться. Я не просто солдат. Я тот, кто уже однажды сделал выбор.
Я не стал отбиваться. Я, как научился в худшие дни после предательства, пропустил боль сквозь себя. Я открыл «Сети» не свою силу, а свою слабость. Своё падение. Свою вину перед погибшими ребятами. Ту самую рану, которая никогда не заживёт.
И что-то изменилось. Яростный поток на секунду дрогнул, затих. В нём появилось… узнавание. «Сеть», рождённая из коллективной боли миллионов, увидела родственную бол в одном человеке. Непривычную, личную, но такую же жгучую.
Внезапно давление спало. Голос «Сети» прозвучал снова, но теперь в нём была не только ярость, но и оттенок… любопытства? Растерянности?
НОСИТЕЛЬ-БОЛИ. ТЫ… ИНОЙ. ТЫ НЕСЁШЬ В СЕБЕ ХАОС, НО ПРИЗНАЁШЬ ЕГО. ТЫ… ПОНЯТЕН.
Это был шанс. Единственный.
«Останови атаку! – мысленно крикнул я. – Эти двое (образ Марка и агента «Лазаря») – болезнь! Мы – не все! Мы можем… договариваться! Дай нам шанс их остановить! ДАЙ НАМ ШАНС!»