Космическая одиссея разведчика. Записки сотрудника госбезопасности

Глава 2

Экономическая война объявлена

Целесообразность – это сила, которая превращает возможность в действительность.

…Каждый понимал, насколько ответственно и необходима для нашего государства разведывательная деятельность.

Случилось так, что некая справка была приобщена к материалам комиссии по расследованию факта нарушения японской фирмой запретов КОКОМ. А сам факт нарушения стал достоянием японских и американских властей в результате предательства сотрудника японской торговой фирмы – многолетнего посредника между Россий и Западом в «щепетильного» характера делах с разведкой.

А чтобы пригрозить другим фирмам, которые могли или сотрудничали с Союзом на «поле эмбарго», сам факт такого разоблачения был предан гласности на Западе, а затем в Союзе.

Но на Западе понимали, что «щепетильными» делами Россия занимается не спроста: злосчастное эмбарго отравляло торговые отношения с Россией не только соцлагерю, но и многим странам мира и даже тем, кто был членом КОКОМ.

История ХХ столетия – это революционное преобразование всех сторон жизни человечества в условиях беспримерной борьбы двух идеологий и экономических систем.

Факторы «экономической войны»

Как уже говорилось, холодная война породила такое явление в отношениях Запада к Востоку, как экономическая и психологическая войны. Но если психологическая война привела к массе тайных операций между Западом и Востоком, то ее родная сестра – экономическая война создала беспрецедентные в истории человеческих отношений между нациями запреты на использование достижений в области науки и техники.

Строжайшим эмбарго была объявлена продажа передовых технологий в страны Восточного блока. США вовлекли в систему КОКОМ десятки государств на всех континентах. В середине 80-х годов список товаров эмбарго перевалил за 100 тысяч позиций. Особенно этот список стал пополняться после 79-го года, когда наступил очередной виток конфронтации двух Великих Держав. В список входили как оборудование для очистки воды, так и вертолеты последних моделей.

Середина семидесятых годов ознаменовалась потеплением в отношениях между СССР и США. На самом «верху» в среде «кремлевских старцев» было принято решение о начале широкомасштабного торгово-экономического сотрудничества с американцами. Автор в это время работал под «крышей» Минвнешторга в Москве в одном из крупнейших импортных машинно-технических торговых объединений. Работал на уровне профессиональных внешнеторговцев, ибо имел торговый опыт в Японии, Канаде и здесь, в Москве.

Указание сверху об ориентации на США профессионалы Внешторга встретили настороженно – американский рынок был не только дорогим, но и далеко не всегда конкурентоспособным по сравнению с традиционным для Союза западноевропейским и японским рынками. Большой помехой была правовая сторона, связанная с арбитражными судами, – он явно склонялся в пользу американской стороны (дело в том, что арбитраж представляли американцы в тех местах, где зарегистрированы были их фирмы). А указание «сверху» было до нелепости странным: прекратить все конкретные торговые переговоры с фирмами Европы и Японии – традиционными партнерами Союза и отдать предпочтение американцам.

Заигрывание «кремлевских старцев» с США дорого обошлось стране. Выделенных «триадой» – ЦК, Совмином и Верховным Советом – средств на закупки за океаном не хватало. «Триада» распорядилась заключать контракты с американскими фирмами на выгодных для них, а не для России условиях. Это означало переплату на 15–50 процентов по сравнению с контрактами, заключенными в Европе и Японии.

Автор был свидетелем и участником протеста внешнеторговых профессионалов против такого значительного расходования государственных средств в валюте и без того нищающего народа. Тогда в торговом машинно-техническом объединении, в котором работало около четырехсот человек, прошло бурное открытое партийное собрание с резолюцией-обращением к правительству: переплата американский стороне будет огромной. В нем говорилось, что американская администрация в любой момент «перекроет кран» поставкам в нашу страну, и потери на традиционном рынке в Европе и Японии при восстановлении старых переговоров так же будут иметь место.

Протест-рекомендация с хорошо аргументированными выкладками был направлен в партком Минвнешторга, который пытался подавить «бурю в стакане воды», но получил от сотрудников объединения отказ. Цена этому – замена секретаря мятежной парторганизации. Думается, письмо-протест за пределы стен министерства не вышло.

Последовавшая в конце семидесятых годов новая конфронтация Штатов с Россией привела к расторжению американской стороной всех торговых сделок в Внешторгом. Правда, американская сторона убытки своим фирмам компенсировала. А Советская Россия понесла в масштабах Внешторга ущерб в миллиарды долларов: он вынужден был восстанавливать деловые отношения со старыми партнерами, причем уже в новых, более дорогих для советской стороны, ценах.

Кроме финансовых убытков, потеряно было время по вводу в стране новых импортных производственных мощностей (прим. автора: более всего пострадали машинно-технические объединения; так объединение автора потеряло около миллиарда инвалютных рублей при годовом объеме закупок в 4 млрд; а весь бюджет Внешторга составлял всего 50 млрд).

Справка. Казалось бы, торгово-экономическое братание с заокеанским «другом» после Хельсинских соглашений (1975) шло полным ходом. Но даже появления на столе у «кремлевских старцев» американского проекта-меморандума для стран НАТО об ужесточении курса в отношении СССР как способа экономического давления и шпионажа с привлечением открытых и тайных акций не заинтересовала советские верха и не возымело действия.

В этом документе реалии взаимоотношений выглядели так: «акции против советских лиц и фирм», «акции против смешанных обществ», «черные списки КОКОМ», «сокращение помощи народам с тоталитарным режимом»… Наконец, прямо указывалось на необходимость втягивания советской внешней торговли в русло американо-советских отношений, замена закупок в Европе на закупки в США, особенно машин и оборудования. И далее в проекте-меморандуме была заложена «экономическая бомба»: «.по рекомендации Службы экономической обороны в госдепе США найти предлог в политических ошибках России и запретить торговлю с СССР».

Таким образом этот план-проект-меморандум предусматривал, и так оно и случилось, дезорганизацию работы советского Внешторга по времени и расходам. Специально созданная при посольствах США СЭО стала организатором новых правил торговли с Восточным блоком. Фактически это была контрразведывательная служба не только против стран соцлагеря, но и против союзников Америки по НАТО, нарушающих эмбарго КОКОМ.

К этому следует добавить, что, как это часто случается в Штатах, это новое подразделение госдепа с функциями полицейского надзора укомплектовывалось в основном кадровыми и бывшими сотрудниками ЦРУ и РУМО – военной разведки.

«Так оно и случилось…». Последовавшая конфронтация принесла Внешторгу убытки в масштабах кратных чуть ли не четверти всего его бюджета на международном рынке?!

Вот и напрашиваются, как минимум два вывода: во-первых, ни один агент влияния западных спецслужб в нашем правительстве, если таковой там был бы, не смог бы нанести указанный выше столь огромный вред собственному Отечеству (прим. автора: это случилось в восьмидесятые и девяностые годы, когда произошло «братание с трагическими слезами на глазах», при герострате Горби и Борисе-непредсказуемом) и во-вторых, подобными шагами Запад сам себя «приговорил» к широкомасштабным акциям научно-технической разведки советской госбезопасности.

На международную арену, где господствовали санкции против Восточного блока, вышел «снаряд» в лице НТР, который победил «броню» КОКОМ.

«Кремлевские старцы» все более теряли голову, зациклившись на братание с Западом. Эту особенность – потакание противнику подметили советники Белого дома и фактически подловили Москву на «некомпетентном желании привязать США к Союзу», втянув Штаты в торговые отношения.

Лицемерие в отношениях России со стороны американской администрации не знало границ. То, что она залежалый товар поставляла в новую Россию Горбачева и в новейшую Россию Ельцина, не требует доказательств. Одни «ножки Буша» чего стоят…

Но ведь ситуацию упреждала наша разведка, ибо в Кремле и у Горбачева и у Ельцина находились документы американского сената, в которых говорилось: «русские не обладают способностью приспосабливаться и проводить внутренние реформы, чтобы остаться на высоте положения в XXI веке…». Или: «в международном плане США извлекут выгоду из того факта, что Западный союз окажется более прочным и стабильным, чем его советский аналог в восточно-европейском блоке.».

После, мягко говоря, ошибок младореформаторов девяностых годов, «авгиевы конюшни» пришлось разгребать новому премьеру в 2000-х.

тот монстр КОКОМ

Созданная в 1951 году в тот момент насчитывала 2000 запрещающих позиций, а ко времени «послабления» работы КОКОМ в отношении новейшей России (1995) перечень запретов ее составлял 100 000 позиций.

Но если КОКОМ – это система Запада против Востока, то наша НТР (в том числе и в соцстранах) – это «орудие взлома» строгого эмбарго на поставку в Союз передовых технологий так называемого «двойного назначения» – для мирных и военных целей. В условиях международного разделения труда, носящих уродливые формы доступа к его результатам, всеобъемлющая деятельность КОКОМ «уравновешивалась» работой всепроникающей НТР. Как говорили на Западе: «в промышленном шпионаже КГБ в мире нет равных…» (глава французской разведки Марион).

Как в конце XIX века гений электричества Никола Тесла и начале ХХ века автомобиль вызвал бурный рост в мире всех отраслей промышленности, создав индустрию электротехники и автостроения, так авиация породила новые технологии для создания многоцелевой авиатехники.

С середины сороковых годов Советский Союз серьезно занимался атомной проблематикой. Вершиной наступления на монопольное владение «ядерной дубинкой» в руках Америки стало 29 августа 1949 года, когда была взорвана первая советская атомная бомба.

В цепочке «электричество-автомобиль-авиация-а-том-космос» событие в тот судьбоносный год и последующих лет емко определено академиком Евгением Велиховым, который не понаслышке знает, что такое атомный либо ядерный взрыв: «Мы же, благодаря работе над ядерным оружием, сумели развить нашу науку, сделать ее достижения конкурентоспособными на международном рынке. Без атомной бомбы мы были бы второстепенной державой!».

Еще в годы Великой Отечественной войны в недрах внешней разведки началось формирование основных направлений в работе НТР: операция «Энормоз» – по атомной проблематике, «Воздух» – по авиаракетной, «Радуга» – по электронике, «Зелье» – по взрывчатым веществам, «Парфюмерия» – по защите от химбакоружия. В послевоенный период, и с момента создания Комитета государственной безопасности в 1954 году, ядерная, авиакосмическая, электронная и другие проблематики стали основополагающими в работе НТР на многие десятилетия. Именно эти области науки и техники напрямую способствовали укреплению оборонной мощи Союза, его экономического и народнохозяйственного потенциала.

Чтобы лучше представить, как формировалась разведывательная работа НТР, в частности, с территории Союза, следует кратко рассмотреть взаимосвязь некоторых явлений в экономической жизни Запада и Востока. К ним относятся: научно-технический прогресс и внешняя торговля, КОКОМ-ВПК-НТР или НТР-КОКОМ, НТР – МВТ – эмбарго и, наконец, «космические» задания для разведки (где ВПК-Военно-промышленная комиссия, МВТ – Минвнешторг).

Задание – заданием, а источники информации? Вот один из примеров, когда разведывательная информация приобрела реальный интерес научно-технической разведки. Речь идет о перспективном «подключении» сил и средств НТР к японской «трубе промышленного шпионажа».

Японская развединформация

Страна восходящего солнца, позднее других индустриально развитых стран пришла на мировой рынок, и вынуждена была (автор не ошибся: именно «вынуждена», чтобы не отставать от мирового разделения труда!) создать эффективную систему добывания коммерческой и научно-технической информации у зарубежных конкурентов японских корпораций.

Весьма характерно, но в Японии нет разведывательного органа, подобно ЦРУ, РУМО, СИС, СВР и так далее. Это не предусмотрено конституцией страны. Существующее Исследовательское бюро (ИИБ) при кабинете министров (так называемое «японское ЦРУ») состояло в семидесятые годы всего из 120 человек, причем 30 из них прикомандировывались к ИИБ из других министерств. И что весьма не характерно для разведывательного органа, не обнаружены резидентуры ИИБ за рубежом. Политическую информацию добывают дипломаты, а недостающую часть Япония получает от спецслужб западных партнеров – ЦРУ, СИС и других.

Токио опередило Запад в системном получении экономической информации в борьбе с их конкурентами. Успех заключается в тесном взаимодействии японских государственных ведомств, например, МИТИ (министерство промышленности и торговли) и частного сектора. Орган в системе МИТИ, оказывающий помощь японским корпорациям, является Джетро – Организация японский внешней торговли. Вот она-то и добывает коммерческую информацию, необходимую для расширения внешней торговли.

По данным семидесятых годов Джетро – это 84 отделения в Японии и 78 в 57 странах. В ней работает 900 человек (300 – иностранцев и 300 – японских подданных за рубежом). В их задачу входит сбор информации о тенденциях на рынке, экономике, промышленности, технике, новым товарам… Любая информация о новых технологиях становится объектом интереса сотрудников Джетро. И не столь важно, откуда она впервые поступает: из открытой печати либо на конференциях или от частных лиц-специалистов.

Завершая главу о научно-техническом прогрессе и внешней торговле и искусственно созданных санкциях Запада против Востока, хотелось бы заметить об одном из успехов Союза против пресловутого монстра в лице КОКОМ:

«….В обход КОКОМНТР Советов осуществило в 198085 годах несколько успешных операций по добыванию технологических линий, современных образцов техники и документальных материалов.

Так, в 1983 году советская НТР организовала изготовление в странах Запада и секретную доставку в Россию роботизированного комплекса для обработки гребных винтов. Высокая точность обработки позволила повысить скорость подводных лодок советских военно-морских сил и существенно уменьшить их шумность.

По оценке Пентагона поставка этого оборудования в Россию нанесла американской стороне миллиардный ущерб».

Из справки ЦРУ президенту США.

Глава 3

С чего начиналась «русская НТР»?

…Война в условиях мира – таково истинное определение роли разведывательной службы.

Ей нельзя нанести удар разоружением.

Тысячелетний период становления России в Великую Державу – это особенности развития русской, российской и советской государственности. Причем в условиях широкой сферы ее деятельности на международной арене в отстаивании ее интересов при постоянной угрозе извне.

Бок о бок с дипломатическими успехами России шла постоянная работ ее разведки. И если были цели у нашего государства за рубежом, то многогранные задачи разведки соизмерялись с интересами страны во внешних делах.

Государству необходимо было знать о жизни зарубежных партнеров и противников для успешного развития политических и торгово-экономических отношений либо для упреждения событий на случай военной угрозы. На тропу тайной войны вышли разведчики и их негласные помощники – информаторы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.