Посещение

Судьба стучится в дверь

Пот из-под банданы катился по лбу. Свисал капельками на бровях. Анатолий Дмитриевич помотал головой, чтобы их стряхнуть, и раздраженно фыркнул. Если пот попадет в глаза, тогда начнутся проблемы. Он вытер рукавом пот со лба и посмотрел на ручные часы. Было еще достаточно рано, но солнце уже пекло. Прохлада шурфа, в котором он орудовал кисточкой, уже не спасала. Несколько культурных слоев, снятых в этом шурфе, не принесли сколь-нибудь значимых результатов. И тут наконец-то, похоже, фортуна повернулась лицом к Анатолию Дмитриевичу. Сердце екнуло, под кистью мелькнуло нечто достойное внимания археолога. Интуиция часто затренькала – оно, оно, ОНО! Анатолий Дмитриевич еще раз тряхнул головой, сбрасывая капли пота, и тихо пробурчал:

– Спокойно, спокойно. Не спешить и не нервничать. Главное, чтобы опять не оказалась ерундой.

Он уперся взглядом в стенку шурфа:

– Господи, помоги. Пусть хоть эта экспедиция не пройдет даром.

Его кисть сметала пыль и песок, а интуиция радостно попискивала – нашел, нашел, нашел. Это было не просто творение рук человеческих, это было творение рук древнего мастера.

Анатолий Дмитриевич почуял давно ожидаемую добычу и речитативом нараспев забормотал:

– Слава тебе, Господи. Слава тебе. Не оставляешь мя своим вниманием.

Теперь он уже мог отчетливо разглядеть, что это было женское украшение из бронзы и кости.

Азарт заставил его забыть и о поте и жаре. Именно в этот момент сверху с легким шорохом в шурф ссыпалась струйка песка. Анатолий Дмитриевич инстинктивно поднял взгляд вверх. На краю шурфа, закрывая собой солнце, расположилась человеческая фигура. Разглядеть человека мешал солнечный ореол вокруг его силуэта. По худому телу было не понять, мужчина или женщина уселся на краю шурфа. Скорее угадывался возраст обладателя силуэта. Молодой парень или девушка. Одежда незнакомца была унисекс. Футболка, джинсовая куртка, широкополая ковбойская шляпа и предположительно джинсы. Тип штанов угадать было затруднительно. Незнакомец или незнакомка сидел на краю шурфа, скрестив под собой ноги. Он невозмутимо наблюдал за Анатолием Дмитриевичем. Раздражение археолога медленно нарастало:

– Явилось, чучело. Буравит спину зенками. Задолбали аборигены своим непроходимым идиотизмом.

Здравый ум принялся успокаивать:

– Главное – не раздражаться. Терпение и еще раз терпение. Спокойствие. Ну сидит, ну смотрит. Какое тебе до него дело?

Кисть сноровисто заходила в руке Анатолия Дмитриевича. Но… Разочарования, как и удары судьбы, всегда неожиданны. Привыкнуть к нему невозможно. Везение заканчивается, не успев толком начаться. Три фрагмента то ли браслета, то ли ожерелья, похоже, были всем, чем судьба сегодня решила порадовать археолога. Дальнейшие усилия Анатолия Дмитриевича в течение следующего часа не принесли успеха. Апатия сменила разочарование. Требовалось принимать решение. Продолжить работу или послать на сегодня все к чертовой бабушке. На одной чаше весов неуверенно толклись вера и надежда на успех. На другую чашу тяжелым грузом уселось предчувствие неудачи и растущее раздражение. Одно дело работать на виду у других людей, когда сопутствует удача. Все спорится, на душе весело, спокойно. Чувствуешь себя хозяином ситуации. Совсем другое дело, когда неудача положила руку на плечо. Анатолий Дмитриевич откинул археологическую кисть в сторону и на несколько минут погрузился в размышления в позе бездельника. Раздраженно сплюнул и стал накрывать мятым куском полиэтилена свое рабочее место. Разгладив и разровняв полиэтилен ладонями, он, покряхтывая, встал на ноги и посмотрел на незваного гостя из-под руки, приставленной ко лбу. Теперь было ясно, что перед ним молодой человек, причем значительно моложе его самого. Незнакомец вальяжно потягивал сигарету, держа ее между указательным и средним пальцами правой руки. Анатолий Дмитриевич саркастически усмехнулся:

– Что, и тебе тоже слава Шлимана не дает покоя?

Молодой человек наморщил лоб и удивленно переспросил:

– Шлимана?

Его глаза недоуменно поблуждали из стороны в сторону, и рот растянула добродушная улыбка:

– А-а-а. Понял. Это который Трою откопал?

Археолог насмешливо хмыкнул:

– Начитанный.

Незнакомец небрежно стряхнул пепел с кончика сигареты:

– Не, я не по этому делу.

Ехидство послышалось в словах археолога:

– Понятно! Вам сразу золото подавай и другие монетизируемые ценности.

Молодой человек невозмутимо разглядывал археолога, выбирающегося из шурфа. Анатолий Дмитриевич, покряхтывая, продолжил нравоучения:

– Я уже затрахался вам всем объяснять. Нет здесь золота и быть не может. А горшки и черепки и другая бытовая утварь вас же не интересует. Я правильно понимаю?

Археолог встал на краю шурфа и похлопал ладонь о ладонь, стряхивая с них грязь. Парень уже стоял на ногах. За спиной у него болтался модный рюкзачок. На тираду археолога он отреагировал добродушной улыбкой:

– Не, эта лабуда меня точно не интересует. У меня к вам деловое предложение.

Анатолий Дмитриевич с пренебрежительной усмешкой уставился на пришельца в ожидании очередной глупости. При этом для себя он отметил, что говор пришельца заметно отличается от говора местного населения. В выговоре угадывался по крайней мере человек городской, если не столичный. Настроение не располагало к общению. Тем более с человеком, принесшим с собой неудачу. Но врожденная вежливость не позволяла просто грубо послать незнакомца по известному адресу. Правда, вынужденная щепетильность не запрещала демонстрировать недовольство усталым и пренебрежительным видом. Молодой человек, видимо, не был из разряда толстокожих и отреагировал адекватно. Он удрученно вздохнул и смущенно потер рукой подбородок и щеку:

– Я понимаю, что посторонние зрители вам надоели. Но, мне кажется, мое предложение вас заинтересует. На первый взгляд, оно не совсем обычное.

Анатолий Дмитриевич горестно выдохнул:

– Ну, началось. Опять двадцать пять.

Он неторопливой походкой двинулся к лагерю, видневшемуся чуть в стороне. Незнакомец семенил рядом с ним и уже более непринужденно болтал:

– Предложение взаимовыгодное. Вам ведь интересно, как жили здесь раньше люди? Что делали? Чем занимались?

Анатолий Дмитриевич на слова незнакомца дежурно кивал головой. А тот забежал чуть вперед и заглянул в глаза археолога:

– Так вот. Вы мне предоставляете череп из ваших раскопок, а я вам, в свою очередь, предоставляю фильм про обладателя этого черепа. Ну, желательно, конечно, кроме черепа и другие кости скелета, особенно позвоночник.

Теперь молодой человек шел спиной вперед, чтобы видеть лицо своего визави.

Анатолий Дмитриевич, не сбавляя шага, скучающе кивал головой и печально усмехнулся:

– Ах, вон оно в чем дело. Новое поветрие. Теперь слава Герасимова не дает дилетантам покоя.

Молодой человек недоуменно отклонил голову к плечу и искоса посмотрел в глаза археолога:

– Герасимова?

– Михаил Михайлович Герасимов. Антрополог. Провел реконструкцию облика Тамерлана по его черепу. Что, не слышали?

Анатолий Дмитриевич решил расставить точки над i и поинтересовался:

– У вас какое образование, молодой человек? Что-то медицинское? Анатомия? Физиология?

Лицо молодого человека вытянулось. Он явно был поставлен в тупик вопросом Анатолия Дмитриевича и хмуро ответил:

– Да нет. Я в общем-то технарь. Программист, электронщик. А что?

– Да так. Ничего, – отрешенно выдохнул Анатолий Дмитриевич.

В свою очередь, незнакомец поинтересовался:

– Антрополог – это что за специальность?

Анатолий Дмитриевич сунул пальцы под бандану и неуклюже почесал голову.

– Антропология – это наука о человеке. Куда вы лезете, молодой человек, не зная прописных истин.

Незнакомец не выглядел удрученным:

– Надо будет почитать. Это интересно. Так что насчет моего предложения?

Археолог недовольно буркнул:

– Какого еще предложения?

– Ну я же сказал. Вы мне предоставляете череп, а я вам кино про хозяина черепа.

Незнакомец снова вышагивал рядом с Анатолием Дмитриевичем и самоуверенно продолжил:

– Вы не волнуйтесь. Череп мне нужен будет только на время, а потом я его вам верну.

Археолог устало вздохнул и промолчал. Они уже были рядом с лагерем археологов. Молодой человек приотстал и крикнул в спину удаляющемуся от него археологу:

– Надеюсь, мы еще к этому вопросу вернемся. Вы подумайте хорошенько. Я не спешу!

Анатолий Дмитриевич, не оборачиваясь, саркастически хмыкнул и двинулся к импровизированной столовой.

Усади гостя за свой стол

Столовая была единственным сооружением в лагере, сделанным по уму и с любовью. Конструкция состояла из четырех столбов, скрепленных между собой поверху досками. Поверх досок был натянут полинявший артиллерийский брезент. Конструкция надежно укрывала расположенный внутри стол и две длинные скамьи от палящего солнца и непогоды. Вокруг этой конструкции на небольшом расстоянии беспорядочно гнездились палатки с провисшими верхами и морщинистыми боками. Чуть поодаль от палаток притулился потрепанный ГАЗ-69 с облупившейся и полинявшей краской и выгоревшим на солнце брезентовым верхом. Рядом со столом виднелся импровизированный погреб с двускатной крышей. Высота крыши позволяла заползать в него только на четвереньках. За столом сидел всего лишь один человек – начальник археологической экспедиции Александр Степанович Лобов. Рядом деловито хозяйничала повариха Ирина, девица лет тридцати – тридцати пяти. Под столом нашла себе приют большая алюминиевая фляга с квасом. Они оба молча наблюдали за приближением Анатолия Дмитриевича. Археолог устало плюхнулся на скамейку с противоположного от начальника края стола. Покряхтывая, он стал устраивать под столом ноги. Лобов был живым воплощением руководящего начала местного значения. Суровое выражение лица и строгие глаза в нем гармонично сочетались с товарищескими интонациями в голосе. Выждав, когда археолог устроится за столом, он живо поинтересовался:

– Как дела, Дмитрич? Что-то ты сегодня рано.

Археолог скорчил недовольную физиономию и обреченно махнул рукой:

– Сначала вроде повезло. Вот посмотри.

Анатолий Дмитриевич двинул по столу в направлении начальника свою находку и добавил:

– А потом как сглазило. Солнце палит. Но это вроде дело привычное. Потом этот тип нарисовался. Короче, визит-эффект. Торчит над душой, ну я и закруглился. Солнце из зенита уйдет – пойду еще попытаю счастья.

Александр Степанович большого интереса к находке не выказал. Сидел, облокотившись на стол, и рассматривал ее издалека. Настороженно, но сдержанно поинтересовался:

– Что за человек с тобой пришел?

Раздражение уже выплескивалось из археолога:

– Да черт его знает. Возник как из-под земли. Лезет с дурацкими предложениями.

Ирина поставила перед Анатолием Дмитриевичем глубокую алюминиевую тарелку с окрошкой и рядом положила бумажную салфетку с хлебом и ложкой. Археолог поднял на нее глаза и печально улыбнулся:

– Спасибо, Ира.

Александр Степанович продолжил свой допрос:

– Что за предложения? Опять находки предлагает скупить?

Археолог проглотил первую ложку окрошки и посмотрел на начальника:

– Если бы. У него запросы похлеще будут.

Анатолий Дмитриевич умоляюще посмотрел на начальника:

– Степаныч, дай поесть спокойно. Народ-то когда на обед приползет?

Начальник повел плечами:

– Попозже будут. Им там сейчас комфортно, не то что у тебя. Они же с теневой стороны кургана.

Александр Степанович разглядывал незнакомца, сидящего спиной к столовой метрах в пятидесяти от нее. Тот беззаботно расположился на самом солнцепеке. Начальник недовольно поморщился:

– Надо бы его сюда позвать. А то не по-людски как-то получается.

Анатолий Дмитриевич скосил взгляд на незнакомца и, пережевывая, невнятно буркнул:

– Не дергайся. Там он скорее лыжи отсюда навострит. А прикормишь его здесь – он вообще не отвяжется.

Начальник экспедиции поднялся со своего места:

– Может, ты и прав, конечно, но я так не могу. Извини, не приучен.

Он поправил накинутую на плечи штормовку и направился к молодому человеку. Тот сидел с электронным планшетом в руках и читал статью с заголовком «Антропология».

Александр Степанович сверху заглянул молодому человеку через плечо:

– Не жарко здесь сидеть?

Незнакомец повернул к нему голову и посмотрел из-под ладони:

– Ну, как сказать? Терпимо.

Лобов строго смотрел на незнакомца:

– Может, к нам присоединитесь? Пообедаете с нами. Приглашаю.

На беззаботном лице незнакомца проступило легкое смущение:

– А это удобно? Я вас не сильно стесню? Понимаете. Мне бы только водой разжиться. В смысле…

Александр Степанович безапелляционно прервал его:

– Ничего. Все нормально. Пойдемте, пойдемте.

Начальник направился к столовой. Молодой человек неуверенно поднялся на ноги, поправил рюкзачок и двинулся за ним, смущенно опустив голову.

Обстановка в столовой дышала спокойствием и домашним уютом. Анатолий Дмитриевич сосредоточенно ел окрошку, не обращая внимания на появление своего знакомца. Ирина изучающе рассматривала новичка. Александр Степанович направился на свое место, по пути со значением кивнув головой поварихе. Та загремела алюминиевыми тарелками и стала наполнять одну из них окрошкой. Молодой человек подошел к столу с растерянным лицом и смущенным голосом произнес:

– Здравствуйте, приятного аппетита.

Анатолий Дмитриевич дежурно кивнул головой, не поднимая глаз на пришедшего. Ирина уже шла с тарелкой в руках к незнакомцу. Тот выложил из рюкзака на стол несколько пакетиков и виновато посмотрел на Ирину:

– Мне бы только воды. У меня с собой субпродукты имеются.

Ирина вопросительно посмотрела на начальника. Александр Степанович твердо поставил точку в намечавшейся дискуссии:

– Не чудите, молодой человек. Желаете нас выставить жлобами?

Ирина поставила тарелку перед молодым человеком. Он, в свою очередь, начал смущенно оправдываться:

– Спасибо, конечно, но я тоже не хочу выглядеть нахлебником. Не собираюсь вас объедать.

Он с надеждой посмотрел в лицо Ирины и придвинул к ней свои пакетики:

– Возьмите, это хорошая штука, пригодится. Субпродукты. В них только воды добавить. И все готово.

Ирина молча посмотрела на начальника, тот согласно кивнул головой. Повариха двинулась к своим тарелкам, прижимая к себе нежданное приобретение, молодой человек облегченно вздохнул, снял свою ковбойскую шляпу и принялся за еду.

После небольшой паузы начальник поинтересовался:

– Как вам наши разносолы?

Незнакомец часто закивал головой:

– Классно. Прямо как дома. По жаре окрошка вообще песня.

Начальник осторожно продолжил:

– Гостей нетактично расспрашивать, кто они и откуда. Но все-таки хотелось бы знать, как вас звать-величать, молодой человек. Тем более, я слышал, у вас к нам есть какие-то к нам предложения. Я вот лично начальник экспедиции, Александр Степанович Лобов.

Он выжидательно уставился на гостя. Тот подскочил со своего места и потянулся рукой в карман своей джинсовой куртки:

– Извините, что не представился. Задумался. Константин. Мне, собственно, скрывать нечего. Вот мой паспорт.

Красная обложка легла на стол. Начальник неторопливо двинулся к гостю, развернул документ и сообщил:

– Константин Александрович Хворостов. Москва.

Александр Степанович окинул быстрым взглядом присутствующих и вернул паспорт на стол:

– Так что вы нам хотите предложить, Константин Александрович?

Константин положил ложку на стол и, морщась, потер себе рукой за ухом:

– Мое предложение может показаться странным и вздорным.

Он оценивающе посмотрел на начальника. Александр Степанович с независимым видом кивнул головой:

– Говорите, мы послушаем.

– Мне нужен череп древнего человека. На время. Потом я его верну. Взамен я вам предоставлю документальный фильм о его предыдущей жизнедеятельности.

Насмешки судьбы

На лице Александра Степановича расплылась ехидная улыбка:

– И как же вы собираетесь такой фильм сотворить? Метнетесь на машине времени с кинокамерой и снимете?

Начальник насмешливо хмыкнул:

– А череп вам поведает, где нужно снимать?

Константин, видимо, был готов к такому повороту разговора и непринужденно затараторил:

– Я понимаю ваш скепсис. Начитался чудак фэнтези и решил все испробовать самостоятельно. Ваш коллега тоже не воспринял мое предложение всерьез. На самом деле все нет так. Понимаете, череп – довольно надежное хранилище мозга. В мозге протекают химические реакции. Органические химические реакции. Эти реакции не проходят бесследно для внутренней поверхности черепа. На ней остаются некоторые продукты этих реакций, переносимые цереброспинальной жидкостью. Главное, чтобы они не успели подвергнуться воздействию атмосферного кислорода и окислиться. У меня с собой есть необходимая аппаратура, чтобы зарегистрировать продукты подобных химических реакций. И еще есть баллончик со сжатым воздухом, из которого удален кислород. Так что есть надежда, что если череп своевременно поместить в бескислородную среду, то все получится. Аппаратура считает характер и порядок расположения белковых соединений. И по этой информации воссоздаст визуальную картину зрительных образов хозяина черепа. Так что никаких фантазий. Хотя полностью гарантировать результат я не берусь.

Константин с надеждой воззрился на начальника экспедиции и с оптимизмом дернул плечами:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.