Экономика витальности

Автор выражает особую благодарность В.А.Павлову за помощь и сотрудничество, а также признательность В.Ф.Гальцеву, Н.В.Смагиной, А.Д.Ростоцкой, А.А.Лазаренко, В.В.Сербину за участие в семинарах, посвященных проблематике исследования.

I. Введение в проблематику исследования

И живые позавидуют мертвым

Р.Л. Стивенсон «Остров сокровищ»

Гипотеза

Экономика витальности базируется не на ресурсах, не на капитале и не на товарах или рыночных отношениях, а на способностях и сверхспособностях человека особенно в отношении энергии, понимаемой как творческая сила индивидуального и коллективного сознания. Энергия эта направляется на трансформацию окружающего мира, и чем более осознанно это делается, тем мощнее креативный импульс. Мир при этом представляется как единство синхронных, синфазных, синкосмических и синпроцессуальных явлений в живом четырехчленном комплексе их духовной, душевно-эмоциональной, эфирно-жизненно-энергетической и материально-физической ипостасей.

Аннотация

Ситуация в мире близка к катастрофической, и ответственность за этот кризис во многом лежит на науке. Коллапс неизбежен, но ученые, вооруженные старой парадигмой, не могут предложить современной цивилизации ни адекватных решений по преодолению кризиса, ни способов устройства жизни после него. Одним из таких решений должна стать экономика витальности, подразумевающая смену сознания человечества и его отношения к хозяйству, социальному и духовному устройству, включая представления об экономике, политике, культуре, религии и т.п. Для этого уже сейчас необходимо разрабатывать теорию витальности, в рамках которой создавать работоспособные экономические модели, способные действовать и в переходное время, когда старые модели начнут изрядно пробуксовывать: и в момент цунами мировых экономических и социально-политических катастроф, и в постапокалиптическую эпоху.

Сегодня мы живем в ситуации квазиэкономики, редуцированной до денег, при этом уникальные смыслы человеческого существования неизбежно теряются, а все вокруг выжигается каленым железом, словно никакого завтра не будет, и надо успеть прожить все в один миг.

Господствующие воспроизводственные контуры конкурируют друг с другом во всемирном масштабе в силу невозможности остановиться в своем расширении, которое, по сути, является их имманентным свойством. Центры порождений смыслов и прорывов к бытию как социальные институты, подобные храмовой организации, которая в допотопные времена задавала меру обменов не из экономических соображений, а каких-то иных (культовых, мистериальных и т.п.), более не существуют.

Назрела живейшая необходимость осмысления векторных способов порождения и продвижения смыслов, а также их носителей как экономических акторов, или институций, задающих пропорции реальных хозяйственных обменов. Экономика должна стать эзотеричной.

Настоящее исследование призвано не столько решить эту проблему, сколько наметить начало процесса. Базируясь на понимании устройства человека и общества, на знании морфологии сознания как личностного, так и массового, и просто на здравом смысле, экономика витальности предлагает практический путь спасения человеческой цивилизации и указывает на конкретные шаги этого пути.

1. Белка в колесе. Рефлексия опыта человечества

Классическая экономическая теория базируется на стремлении человека получать максимум из существующих ресурсов, которые, как известно, ограничены, чтобы при этом он мог осуществлять контроль и управлять процессом преобразования этих ресурсов в необходимые продукты, а затем – в товары и услуги, позволяющие наилучшим образом удовлетворять желания и постоянно растущие потребности. При этом видение и понимание истории человечества сводится к достаточно плоским представлениям о том, что цивилизация развивалась, развивается и будет развиваться путем совершенствования умения выжимать максимум пользы из ограниченных ресурсов, совершенствования связки производительных сил и производственных отношений, наращивания эффективности этого процесса и снижения его затратности усилиями науки, производств, современных технологий, перманентно совершенствующихся машин, IT-технологий, искусственного интеллекта и всех прочих «благ» научно-технического прогресса.

Сюда же можно отнести и стремление постоянно создавать новые ресурсы из того, что ранее ресурсами не считалось, например, – время, труд, квалификация работников, здоровье, законы общества, нормы, информация, мода и т.п. И делается это исключительно для расширения рубежей освоения и эксплуатации этих самых ресурсов, хотя и маскируется зачастую вполне пристойными целями: развитием цивилизации, общественным благом, демократией, культурой.

К этому же конгломерату следует присовокупить рынок, а точнее, то что мы привыкли по инерции называть рынком, плюс финансовые инструменты и – наша любимая вишенка на торте – деньги, вожделенные деньги, ставшие для человечества одновременно и главной целью в жизни, и средством по ее достижению, что по своему духовно-душевному накалу равновелико стяжанию власти, жажде собственности и ее накопления.

Иными словами, в приоритете современной экономики находятся любые действия, ведущие к повышению того, что в физике называют КПД – коэффициент полезного действия – как характеристика эффективности системы в отношении преобразования или передачи энергии, которая определяется отношением полезно использованной энергии к суммарному количеству энергии, полученному системой.

Такой подход создает порочный замкнутый круг, ведь ничто, кроме круга, в данном случае получиться не может, особенно, если пытаться конечное превратить в бесконечное. Метафизически круг для этого идеален, поскольку при своей материальной конечности – не имеет ни конца, ни начала. А мы ведь постоянно стремимся конечные ресурсы преобразовать в бесконечный процесс их перераспределения путем купли и продажи, отъема и захвата, разведки и освоения новых источников, изобретения принципиально иных типов ресурсов. Но из той же физики мы знаем, что если нечто переместить пусть и с величайшими усилиями по сложнейшей траектории на то же место, где оно изначально находилось, то «работа равняется нулю» – такова мистика замкнутого круга.

Вышеописанному научно-техническому прогрессу вкупе с социально-политическим развитием мы обязаны не только повышением качества потребительской жизни – как его трактует материалистическое сознание и эгоцентрическая буржуазная этика, – но и всем гигантским ворохом проблем, кризисов и, в конце концов, полному мировому коллапсу, который ожидает человечество в недалеком будущем. По нашим прогнозам, это случится через 30 – 50 лет и в итоге примет глобальный характер.

Этот коллапс, грозящий крахом современного мировоззрения и гибелью цивилизации, не преодолеть изнутри, находясь в системе, бешено вращающейся на месте. Для этого не годится ни старое сознание, ни старое мышление. Нельзя изменить ситуацию, вооружившись обветшалыми допотопными средствами. Мир так и будет крутиться, словно белка в колесе, лишь наращивая обороты, пока не взорвется, или же наоборот зачахнет от изнеможения и бессмысленности. Духовных сил на то, чтобы остановить это колесо и обрести свободу у него нет. Чтобы достичь этого, необходимо пронизать свое примитивное эго силами высшего «Я», как его понимают антропософы и христианские эзотерики, и, не утратив накопленного знания о материи, рассматривать мир как сложно организованный конгломерат физических, жизненных, душевных и духовных сил, действующих одновременно в каждой вещи, в каждом явлении и событии видимого внешнего мира.

Хозяйству будущего в этом комплексном жизнеустройстве отводится почетная треть наряду с духовной и социальной составляющими.

Здесь было бы уместно сказать несколько слов о высшем «Я», чтобы было понятно, что далее по тексту мы подразумеваем под этим термином. В соответствии с духовнонаучным представлением о человеке и его устройстве высшее «Я» является пока еще недовоплощенным членом духовной сущности человека. В далеком будущем наступят времена, когда оно полностью воплотится и сольется со всем остальным существом, но пока в большинстве случаев «Я» пребывает в горних сферах Девахана, имея тесную связь со «своим человеком», но все же за его «пределами». В индуистской традиции его имя Манас. В теософской или антропософской эзотерике его называют Самодухом. Христианскому оккультизму сущность высшего «Я» известна как Ангел-Хранитель. Употребляя термин «высшее “Я”», или «Я-сознание» мы подразумеваем все вышеперечисленные культурно-исторические формы и пользуемся ими, как синонимами.

Вывод: назрела острейшая необходимость создания ортогонального внесистемного метамировоззрения, способного обеспечить жизнь и развитие человечества после вероятного катаклизма.

2. Проблемное пространство. Понятийно-терминологическое поле

Главная проблема состоит в несформированности человеческого сознания, его неготовности к восприятию истин более высокого порядка, нежели позволяет субъект-объектная парадигма современной науки. Мир сложнее и шире, чем его материалистическая матрица, и мы о нем совершенно ничего не знаем.

Потребуются тысячелетия для прорастания такого сознания естественным образом. Грядущая же катастрофа резко поставит цивилизацию перед выбором: реформировать былое метамировоззрение, или срочно выращивать новое. И если зачатки нового не создавать уже сейчас, то скорее всего победит первый подход. Мы снова погрязнем в войнах, и это будут еще более ожесточенные битвы за владение остатками ресурсов, только сражаться уже придется не гиперзвуковыми ракетами и лазерами, а дубинами и копьями.

Парадокс состоит в том, что даже с учетом всех проблем, пунктирно намеченных выше, человечество все-таки развивается правильно, поскольку ему в определенное историческое время было жизненно необходимо пройти через опасную пропасть эгоизма, иначе невозможно взрастить и сформировать свободное сознание более высокого уровня. Вопрос лишь в том, что этот этап развития цивилизации, начавшийся в XIV веке, близится к своей кульминации и завершению. Однако старое сознание добровольно никогда не сдастся перед новым и, конечно же, будет защищать свои убеждения и достижения до последней капли крови.

Для обозначения проблемного пространства и выяснения, как и в какую сторону смещается понимание базовых истин, воспользуемся понятийно-терминологическим полем или матрицей, которая опирается на определенные вехи, сформировавшиеся в языке. Ведь язык сам по себе является принципиальной основой и культуры, и мышления. В качестве основы матрицы взяты элементарные понятия, в первую очередь всплывающие в сознании, когда речь заходит об экономике и хозяйствовании.

Возьмем для этого три языка:

древнегреческий – как язык перехода человечества от прошлой культурной эпохи античности к нашей сегодняшней реальности. В нем понятия и термины более чистые, емкие, не замутненные и не извращенные представлениями современной цивилизации;

латынь – как основу современных языков европейской культурной эпохи. И хотя латынь считается вымершим языком, на самом деле она все еще жива, ибо лежит в корне всей европейской цивилизации, включая ее многочисленные метастазы на американском, африканском, австралийском и азиатском континентах;

русский – как язык будущей культурной эпохи, который призван дать ростки для формирования новой ойкумены. Под русским в данном случае мы понимаем конгломерат всех славянских языков и наречий, отчасти включающий даже германские и прусские диалекты.

Представленная таблица не претендует на полноту, однако в любом случае, она полезна для медитативных размышлений на тему экономики и хозяйства, поскольку своими реперными точками довольно полно очерчивает понятийно-проблемное пространство.

Оставим эту таблицу без комментариев, хотя даже при поверхностном рассмотрении видно, насколько сильно представленные понятия трансформировались за 2.5 тысячелетия развития цивилизации в сторону рафинирования человеческого эго и личностно-мыследеятельностного подхода. Например, цель как одна из важнейших характеристик свободной активности человека начала формироваться только в период завершения эпохи античности в lingua Latina. В древнегреческом языке цели как таковой – в ее современном понимании, – по-видимому, не существовало. Индивидуальные цели скорее всего замещались задачами, поставленными деятелю кем-то авторитетным извне. И только правители и герои могли позволить себе такую роскошь – быть целеустремленными. Но это не значит, что древние греки не ведали свободы. Их свобода в отличие от римлян и более поздних молодых варваров была бездеятельностной.

3. Понятие витальности. Экономика витальности vs экономика капитализма, социализма и коммунизма

Чтобы понять, что такое витальность, достаточно представить себе человека буквально «в чем мать родила», помещенного на нашу прекрасную, но полную опасностей планету. Что ему потребуется для поддержания жизни? Перечень этих реальных потребностей не так уж и велик. Он-то и составляет некую первичную основу витальности – или того, что человеку действительно жизненно необходимо, без чего он просто-напросто не сможет существовать.

Очевидно, ему потребуется еда, одежда, жилище, защита от врагов. Также ему потребуются медицина для поддержания здоровья и образование для воспитания потомков. Этот перечень витальных элементов можно продолжить, но он не бесконечен – хватит пальцев обеих рук. Каждую потребность необходимо рассматривать с нескольких сторон – как минимум четырех – физическая ипостась, жизненно-эфирная, душевная и духовная.

При этом важно понять и сразу отдельно отметить, что человеку не нужны ресурсы для производства всего необходимого. Прочувствуйте это! Ему требуется само содержание необходимого, его сложно устроенная сущность, а как это необходимое будет получено: чудом ли, трудом ли, даром ли – его на самом деле не очень беспокоит.

Это важнейший момент, требующийся для правильного выбора точки отсчета в дальнейших построениях. – Заострим на нем внимание. Голод должен быть утолен, тело должно быть прикрыто в холодное время года и т.п. Однако, из чего будет сделана еда, и как возникнет теплая одежда – вопрос другой, и он требует от сознания совершенно иных процедур, включая мыслительные, коммуникативные и деятельностные. Но как только в нашем уме происходит подмена первого на второе, и мы начинаем рассуждать не о корне витальности, а о том, что человеку якобы «на самом деле» нужны мясо, овощи, металл, уголь, огонь, лук со стрелами и все такое прочее, мы перескакиваем из одного проблемного поля в другое, совершая логическую ошибку.

Экономика витальности принципиально не должна строиться на ресурсах! Она должна строиться на природе человека и его способностях, в частности способности жить и выживать, приспосабливаясь к внешним условиям, каковые формируются во всех четырех ипостасях, а не только в физическом мире. Правильно будет сказать, что человек работает, чтобы жить, а не живет, чтобы работать. Это же касается и всего остального, что составляет основу витальности: человек ест, чтобы жить, а не живет, чтобы есть; одевается чтобы жить, а не живет, чтобы одеваться и т.п.

Сразу заметим, что в этих формулах скрыт один парадокс, являющийся важным штрихом в проблемном поле экономики витальности, но об этом мы поговорим чуть позже – в следующей главе.

При капитализме ресурсный подход процветает, будучи сдобренным стремлением к увеличению богатства и повышению уровня жизни. К нему сразу же прирастает идея частной собственности. Таким образом ресурсы (читай материализм) и собственность (читай эгоизм) управляют жизнью как отдельных людей, так и общества в целом. А поскольку ни ресурсов, ни собственности на всех поровну не хватает, возникает дефицит. Дефицит – фундаментальный и неизбежный феномен, который создает потребность в экономической теории, основанной на ресурсах. Без дефицита времени, дефицита полезных ископаемых, дефицита информации, дефицита потребительских товаров, дефицита мира на земле и доброй воли наша цивилизация ни в чем не нуждалась бы, поскольку все вышеперечисленное лежит за пределами витальности и обеспечивается лишь вожделениями невоспитанной, своевольной и капризной человеческой души – астральности. Цель всей этой вакханалии – максимальное удовлетворение потребностей с привлечением таких «объективных» средств регулирования как баланс спроса и предложения, свободный рынок, конкуренция, разделение труда и т.п.

Битвы за прибыль, возникновение монополий, олигархическое правление миром, создание империй и панимперий, равно как и прочие разновидности глобализации строятся вовсе не на истинных потребностях человека, а на потребностях, культивированных его неуемным эго, которому всегда всего мало. Однако скоро все это рухнет в одночасье в момент апокалипсиса, особенно если эго, не облагороженное высшим «Я», так и не научится отделять истинное и важное от несущественного и наносного.

Но пока нашим актуальным миром правит миф о том, что эгоизм может содействовать общественному благу.

Так Адам Смит (1723 – 1790 г.г.), один из отцов современной экономической науки, верил, что если общество устроено правильно, то люди, стремящиеся получить личное удовлетворение, так же и другим предоставят возможность быть счастливыми. В своей книге «Исследование о природе и причинах богатства народов» (1776) он пишет: «Мы можем рассчитывать на обед не потому, что мясник, пивовар или пекарь хорошо к нам относятся, а потому, что они при этом преследуют собственные интересы».

Мясник, мол, пивовар и пекарь готовят нам продукты за наши красивые глаза и не из-за симпатии к нам, но потому, что тем самым они реализуют свою корысть и при этом им нужны только наши деньги. В итоге очень скоро деньги становятся единственной целью, затмевающей все остальные смыслы, присущие хозяйству. Обогащение любой ценой становится идеей фикс и путеводной целью для подавляющего большинства «цивилизованных» жителей планеты.

Об этот же камень преткновения споткнулась и экономика социализма. И хотя частная собственность как крайнее проявление эгоизма была заменена в ней на общественную, а точнее – государственную, общая нацеленность на ресурсность и удовлетворение потребностей сохранялась и развивалась. Во что превратились социалистические страны после гибели СССР мы сейчас прекрасно видим на примерах Китая, Кубы, Северной Кореи. Там процветает та же борьба и эксплуатация, только уже не капиталисты эксплуатируют рабочих, но государственные структуры, наполненные вполне конкретными людьми, что для витальности ничуть не легче.

Про экономику коммунизма даже и говорить не приходится. Она так и осталась в виде эскизных набросков на бумаге и в головах идеалистов-утопистов. Но, думается, если бы ей и суждено было реализоваться, это произошло бы настолько же криво и ущербно, как и все остальное, поскольку коммунизм должен базироваться на новом сознании, однако именно это идеологи коммунизма как раз и отвергали, ибо не сознание у них определяло бытие, а ровно наоборот.

Вывод: из всех имеющихся экономических теорий, а также моделей экономики ни одна не может претендовать на валидную в условиях постапокалипсиса.

В этом плане у экономики витальности нет конкурентов.

4. Философия витальности и новые уровни сознания

Мы придерживаемся принципа сознания, определяющего бытие. Следовательно, прежде чем строить теоретико-экономические конструкции, нам необходимо разработать философские основы витальности. Некоторые из них мы уже вчерне наметили:

расширение ойкумены до горизонтов душевной и духовной жизни,

правильное воспитание эгоизма и вожделеющей души (коррекция эгоизма под воздействием высшего «Я» человека),

соотнесение этого процесса с глобальными целями и задачами развития человечества,

отказ от идеологии потребления,

изменение сознания и вместе с ним норм общежития.

Однако многие принципы еще предстоит открыть и проработать, из которых основополагающим можно уже сейчас считать принцип четырехчленности физического или материального, жизненно-эфирного, а также душевного и духовного миров. В каждой вещи, в каждом явлении надо научиться видеть проявления всех четырех ипостасей.

Рассмотрим теперь вышеупомянутый парадокс: жить, чтобы работать vs работать, чтобы жить. Как бы странно это ни прозвучало, но в духовной ипостаси человек именно живет, чтобы работать – в первую очередь над своим духовным совершенствованием в ключе правильного развития человечества. К сожалению, эта формула в эпоху дикого эгоистического сознания умирающей европейской культурной эпохи была неправильно усвоена людьми и трансформировалась в «жить, чтобы работать» лишь на уровне материально-физического. В этом и состоит главная ошибка и подмена, ибо в мире материи необходима инверсия формулы: работать, чтобы жить. Однако это справедливо только для физического плана. На уровне, где осуществляется душевный баланс, формула превращается в «жить, чтобы жить, и работать, чтобы работать»; на жизненно-эфирном уровне между жизнью и работой нет принципиального различия, однако осуществляется эта жизнеработа не на человеческом уровне, а на уровне элементарных существ или стихий и энергий, изучение которых требует от исследователя особых методов и подходов.

Вывод: новый уровень сознания должен обеспечить деятельное понимание сосуществования четырех ипостасей – физической, эфирной, душевной и духовной – одновременно в каждом явлении мира.

Именно на этом зиждется экономика витальности, поскольку и сама жизнь воспринимается как жизнь материи, жизнь эфира, жизнь души и жизнь духа.

5. Системы и внесистемность: путь и векторность как альтернатива целевому развитию

Разрабатывая экономику витальности, мы отказываемся от целевого подхода, поскольку сама жизнь бесцельна. Точнее, ее истинные цели лежат за пределами привычного мышления и деятельности человеческого индивида, отдельного человеческого сообщества и даже всего мира в целом. И тут важно помнить, что именно мышление и деятельность привели современную цивилизацию к краху, и в своем современном виде они просто-напросто вредны!

Как это происходит? Каков механизм?

Человек по своему духовному положению является творцом, ибо создан по образу и подобию Бога, Создателя всего, что нас окружает – видимого и невидимого. И тут встает вопрос: в отличие от Отца Небесного, ведает ли человек, что творит? Нет, ему это неведомо. Он может думать, что ведает, может обманываться сам и обманывать всех вокруг, но это не так. Ибо в реальности всё всегда происходит по-другому, абсолютно иначе, нежели человек представлял или замышлял. Последствия его творческих актов разнообразны и непредсказуемы, особенно если рассматривать их в больших временных диапазонах и масштабах. Например, последствия Великой октябрьской социалистической революции, до сих пор накрывают нас, жителей бывшего СССР, как, впрочем, и всего мира, своими неожиданностями, и еще будут накрывать многие годы, десятилетия, а может быть – столетия. Хочется спросить: это ли задумывалось революционерами? Сомнительно…

Так создаются организованности, которые вопреки воле создателей начинают жить собственной жизнью и перемалывают самих горе-демиургов и их последователей в нерафинированную массу, превращая их всех в рабов систем. Никто, будучи рабом системы, не может с ней ничего поделать: ни изменить, ни развить, ни бороться с ней, ни сломать, ни выстроить на ее месте новую. В этом и состоит парадокс творца, не ведающего, что творит, равно как и парадокс системы, им созданной.