Дневники Чарльза Одиннела. Сериал

© Александр Макушенко, 2022

ISBN 978-5-4498-7332-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Небо было закутано серо зеленоватыми облаками, которые лишь недавно были столь же плотным туманом. Казалось, он и не собирался развеиваться, а лишь поднялся высоко над нами. Мачты и оснастка мерно поскрипывали, ветра же почти не было. Зато был запах. О боже, что за запах! Эта был страшный запах, словно от выброшенного на берег кита, который пролежал там не меньше недели и протух похуже любого яйца.

Я молча отхлебнул из фляги. Жидкость прокатилась по горлу холодным пламенем, но легче не стало. Плаванье длилось уже месяц, и уже успело порядком надоесть. Как такое можно запить?

В принципе, запах появился лишь недавно, примерно неделю назад. Примерно в то же время небо затянуло серо зелеными облаками, сквозь которые едва проступал солнечный свет. До этого небо было вполне себе синего цвета и обычными облаками. И, главное, не было никакого запаха. Вообще. Что ж, надеюсь, капитан знал, куда направлял свой корабль.

Я оглянулся назад. Вот и он, собственной персоной, стоит на мостике и вглядывается вдаль через подзорную трубу. Я привычно потянулся за навигатором, который по своему обыкновению носил на поясе, не обнаружил его, и коротко выругался. Навигатор, как и почти все остальное, оставался в багаже. Да он и ничего бы не показал. Я был почти уверен в этом. На орбите этой полудикой планеты не было ни одного спутника, а те немногие маяки, которые я предусмотрительно закопал на берег Айярла, портового городка, из которого, собственно, и направлялся корабль, давно уже скрылись из зоны видимости сенсоров моей аппаратуры. Собственно, от навигатора все равно было мало толку. Те немногие карты экзопланет, что человечество успело сделать за время своего пребывания в космосе, были слишком неточны и туманны, и мы к тому же уже неделю как вошли в ту самую зону, что с орбиты не просматривалась. Хрипы и писки аппаратуры – вот, что получил я, вместо точных наводок по картографическим обществам, которые посоветовали мне отречься от своего пути, говоря, что там нет ничего пристойного и привлекательного, в специальной комнате для людей. Зал ожиданий, а не планета, говорили мне эксперты ожидания.

Один сумасшедший только знает, как ориентировался в этом кошмаре капитан со своей командой. Он было из местных и уже привык пользоваться странным прибором, который напоминал допотопный компас. Но… Хрустальной шар с плавающей в нем песчинкой… Напоминать то напоминал, вот только на планете, столь изобилующей магнитными аномалиями, как Ххарн, от него было толку мало было бы, если бы он работал по принципу обычного компаса, реагирующего на магнитосферу земного типа. С орбиты было мало что рассмотреть. И дело даже не в облаках, которые не пропускали практически никаких магнитных излучений и лучей сканера, но и в том, что единственное место в атмосфере, где можно было сравнительно безопасно спускаться, было как раз над этим самым Айярлом.

Мимо протопал полусонный моряк. Он подошел к стоящей на палубе бочке и, зачерпнув оттуда черпаком протухшую от зловонного утреннего тумана воду, залпом выпил ее. Меня слегка передернуло и вновь устремил свой взгляд в горизонт. Берега не было видно, и когда он появиться было сложно предугадать даже капитану. Как он сам признавался еще в Аярле, последний раз был в этих краях лет двадцать назад, будучи юнгой. Я не жаловался – он был единственным моряком города, который вообще бывал здесь, и, согласно собственным утверждениям, был способен доставить в Темные Края.

На палубу вышли еще несколько моряков и кое как направились к зловонной бочке. Они были поросшие красновато коричневым мехом и в них без труда угадывались истинно Ххарнские черты. Впрочем, ххарнский народ отличался не только волосатостью. Мутаций на этой планете было вообще довольно много. Сам же капитан практически не отличался от обычного человека, за исключением разве что кой каких тонкостей. Но в принципе каждый был вполне доволен своей внешностью, за исключением тайных существ, которых пока никого не видели. О них ходили предания, но в них мало кто верил… и… собственно говоря, поэтому я туда и полез, на эту планету. Она была странная… это привлечет многих…

Я поднялся к капитану на мостик. Тот молча протянул мне подзорную трубу и указал вперед пальцем. Я принял трубу, но ничего, кроме темной у горизонта воды не увидел. Так я и сказал ему.

– Погодите-ка минутку, – сказал он мне, отобрал трубу, покрутил многочисленные регулировочные кольца на ней и вернул ее мне.

Я послушно посмотрел в нее, и теперь увидел далекий берег. Он пророс пышной растительностью. Кое где виднелись серые скалы, он их размывала легкая дымка.

– Берег как берег, – сказал я, – и почему их все называют Темными Краями?

– Потому что о них ходят немало темных слухов, – пожал плечами капитан. – поэтому то сюда практически никто и не ходит. Разве что мой отец порою сюда захаживал. Так и в последнее плаванье он направлялся сюда. И не вернулся.

– Соболезную. – Ответил я.

– Незачем. Он знал, на что шел.

Я посмотрел в ту же сторону, но уже без подзорной трубы, но не увидел там ничего, кроме зеленоватой дымки. Странная все таки техника у местных. С виду вроде примитивная, но со своими секретами.

За подобными секретами я сюда и прилетел.

Во всей обозримой вселенной на генетические эксперименты были в свое время наложены довольно строгие ограничения. Лишь местами народ баловался подобными научными изысканиями, а местами ими же баловалась и сама природа. Ххарн принадлежал к тем планетам, на которых природа повеселилась от души, наплодив таких тварей, что к ним и описания то не подобрать. Впрочем, о них слухов было мало, потому что и о самой планете мало кто знал. Ххарн был тем еще захолустьем, в которое никто из галактики в здравом уме не совался. Даже среди ученых эта зона галактики была не в почете. Слишком уж темные были места, забытые не только людьми, но и богом. Лишь местами встречались первопоселенцы со старой Земли. Я был среди них. Потом я удрал. Теперь возвращаюсь снова, вооруженный до зубов. Одни спичечные коробки чего стоят.

На компас я давно уже не обращал никакого внимания. Далеко не все местные могли понимать его безумные показания. Навигационные приборы показывали не менее безумные данные, но капитан по ним как то ориентировался. Звезд за облаками было не видно.

На следующий день корабль вынырнул из облаков и оказался под темно-синим небом, на котором горело багрово-красное солнце. Оно было невероятно огромным, и если бы не было таким тусклым, то давно бы уже сожгло эту планету вместе со всеми ее обитателями. Тем не менее, было довольно светло. Вместе с солнцем на берегу показался и берег, который было видно уже невооруженным взглядом. Но самое приятное было то, что тошнотворный запах наконец то развеялся.

К берегу мы подплыли ближе к вечеру. Огромное солнце скрывалось за горизонтом, пока матросы на лодке переправляли на берег меня и мои пожитки. На песчаном берегу кое-где виднелись кости и черепа животных. Но время, волны и солнце так поработали над ними, что сказать что то определенное по их внешнему виду было сложно. Живых животных же пока не было видно. Берег выглядел пустым и вымершим.

Капитан выглядел невозмутимым, матросы же заметно нервничали. Причалив у берегу, они быстро выгрузили мои пожитки, забрались обратно в лодку и отплыли на безопасное расстояние. Вместе со мной остался только капитан и еще один матрос. Ветра почти не было, поэтому мы решили заночевать под открытым небом.

НА следующее утро, на месте капитана и матроса я обнаружил записку, в которой капитан сообщал, что отправился искать местных и советовал никуда не уходить, дожидаясь их.

Я решил последовать этому совету. Кроме того, надо было зарыть на берегу радиомаяки, по которым можно было бы ориентироваться вместо компаса. Так я и сделал, зарывая их на расстоянии примерно в тридцать метров от кромки воды.

Зарывая последний маяк, я услышал из лесу негромкий гул. Это возвращались капитан с матросом. За ними, на некотором расстоянии шли бледные, словно призраки, местные. Они вели за собой старомодную гравиплатформу, которая парила над землей на высоте примерно в полфута.

Я хотел было поприветствовать их, но капитан жестом остановил меня и я умолк на полуслове. Те молча стали грузить ящики с моим оборудованием и пожитками на гравиплатформу. На это у них ушло примерно пару минут. Двигались они как то замедленно, но так плавно и грациозно, что я невольно загляделся.

Все так же не произнеся ни слова мы двинулись в путь. Метрах в пятистах от того места, где мы останавливались на ночлег между деревьев показалась малозаметная тропинка, как раз такой ширины, чтобы на ней поместилась гравиплатформа, которая все так же негромко гудела. Белесые аборигены шли впереди, а мы с капитаном и матросом – позади платформы.

Шли мы довольно долго, пока, наконец, не вышли на небольшой поселок, выстроенный из дерева и костей. Мой интерес оживился, когда я увидел нескольких животных, похожих на огромных оленей, которые паслись на окраине поселка. Гравиплатформа остановилась возле крайнего здания, и тут местные впервые за все время нарушили молчание.

– Здесь вы будете оставаться до завтрашнего рассвета. Тогда мы проводим вас к нашему вождю. Выходить из хижины строго запрещено. Ваши спутники станутся вместе с вами до рассвета, потом должны будут покинуть поселение.

В хижине было четыре кровати, стулья и стол. И больше ничего. Даже окон не было, поэтому пришлось достать светильник. Ближе к вечеру ветер поднялся почти до шторма. Из за облаков быстро стемнело и мы решили лечь спать, не дожидаясь заката.

На рассвете мы быстро перекусили, после чего мои спутники покинули хижину, я же остался ждать указаний от местных. Они пришли примерно через полчаса и кивком дали знать, чтобы я шел за ними.

В самом поселке почти никого не было видно. Временам попадались большие животные, похожие на коров, один раз мы разминулись с гигантским оленем. Местных жителей же почти не было. Видимо, все еще спали.

Так мы и шли, по направлению к большому зданию в центре поселка. Все здания были беловато-серого цвета, и одно лишь центральное здание было металлического оттенка. По мере приближения становилось ясно, что это здание было сделано целиком из какого то белого металла. Неожиданная технология для этой планеты, на которой здания обычно строили из дерева и камня. По крайней мере, так дело обстояло в Айярле. Что касается других городов, то о них было мало что известно, так как своих космопортов у них не было.

Мои спутники оказались неразговорчивыми. Двое из них шли по бокам от меня, а еще двое шли спереди и сзади. Лишь подойдя к металлическому зданию один из них, тот, что шел спереди, сказал:

– ВЫ должны снять обувь и все оружие.

– Но у меня нет с собой оружия!

– Ладно. Но в любом случае вам придется снять с себя обувь.

Я заметил, что остальные тоже снимаю с себя сапоги и повиновался. Дальше мы все шли босиком. Металл неприятно холодил ноги, но делать было нечего. Таковы были местные обычаи. Забавно, что в Айярле такого обычая не было. Но ведь и этот город – далеко не Айярл. Да и вообще, есть же правило, что чудить не надо. Так что поделать было нечего.

Мы шли по длинным извилистым коридорам, довольно ярко освещенным местами факелами, а местами – мерцающими блеклым светом пластинами. Надо сказать, что здесь это, по видимому, было вполне в порядке вещей – смешение архаичного и современного. Технологии шли рука об руку с каменным веком. Ну ладно, с железным – мои стражники хотя и сняли бластеры при входе (странно было уже то, что на этой планете было столь продвинутое оружие, и в такой глухомани), но вот копья с металлическими наконечниками оставили при себе. Символы. Что-ж, наверное, это было лишь ритуальное оружие.

Наконец мы вошли в просторный тронный зал. Он был ярко освещен синевато белым светом, идущий от потолка, отделанным все теми же мерцающими пластинами, что мы встречали по пути сюда.

На троне восседал старик. Он имел довольно крепкое телосложение, но лицо было изборожденными такими глубокими морщинами, что было ясно, что тому уже много лет.

Мы остановились посреди зала. Мои стражники выстроились по обеим сторонам от меня и, став по стойке смирно, замерли.

Какое то время старик смотрел на нас, не произнеся ни слова, словно взвешивая что-то. Наконец, он произнес.

– Это правда, что вы прибили сюда с другой планеты?

– Да, конечно, – ответил я.

– Мои слуги доложили мне, что вы хотите исследовать здешние земли. Не слишком ли вы далеко забрели, милостивейший? Что вы вообще здесь забыли? Здесь места дикие и не всякому слабаку, вроде вас, справится с местными условиями.

– Дело в том, о господин, – учтиво поклонился я, – что я исследователь и мое дело как раз в том и состоит, чтобы забираться в самые разнообразные дали, а еще лучше, так это туда, куда еще не ступала нога человека. Я изучаю растения и животных, а также разнообразные особенности ландшафта.

– Уж не считаете ли вы нас животными? – саркастически поинтересовался старик. – вряд ли наши земли можно назвать теми, на которые не ступала нога человека.

– Отнюдь, – мигом отреагировал я, – но ваши земли лежат в недоступности, и поэтому знания, полученные мною в результате изысканий, были бы очень кстати для пополнения знаний Центрального Университета Альянса, на который я, собственно, и работаю.

– Допустим, – снисходительно произнес старец, – ваш Университет и получит какую либо выгоду от ваших изысканий. Но нам то какое до этого дело. Какой нам смысл пускать вас в наши земли? Тем более, что вам никто не разрешит разгуливать везде, где вам только вздумается.

– Я могу помочь организовать торговлю с остальной частью галактики. Причем, практически всем, чем пожелаете: оружие, медикаменты, наркотики, технологии….

– Нас ничто из этого не интересует, – прервал меня тот, хотя по стражникам было видно, что те немного оживились.

– Сейчас, возможно, да, – я постарался быть как можно более тактичным, но с надо было как то преодолевать возражение. – а вот как быть через несколько лет? Наверняка вы передумаете, когда сможете по достоинству оценить те блага цивилизации, что приобрела галактика за тысячи лет своего развития. Я, правда, практически ничего с собой не взял. Вот, можете попробовать сами…

И я протянул ему пару капсул, которые я в свое время нашел во время своих странствий по космосу. Это вещество было не вреднее кофе, но относилось к куда более могучим препаратам.

– Что это?

– Одно редкое лекарство. Не совсем стимулятор, но действует похоже, полностью снимает усталость и придает хорошее настроение. Кто угодно не будет спать несколько дней и при этом не будет чувствовать усталости.

Тот посмотрел на меня из под полуспущенных век, и несколько секунд не говорил ни слова. Наконец, он жестом подозвал себе одного из слуг, что стояли у стены. Тот понял сразу, что от него требовалось. Он подошел ко мне, и взял с моей ладони одну капсулу, после чего нерешительно поднес ее ко рту и проглотил. И с немым вопросом посмотрел мне в глаза.

– Скоро подействует, – заверил я его. За слугу я не беспокоился. Сам уже сколько раз принимал я эту штучку, когда для работы, когда просто для экспериментов, уже и не счесть.

Старец все еще смотрел на нас, не говоря ни слова. Его взгляд стал несколько отстраненным, и я даже подумал, что он уже и забыл про меня.

– Ладно, – произнес он наконец, – думаю, от того что кто то станет изучать животных и растения ничего плохого не случится. Вам что-то нужно?

– Я был бы рад¸ если бы вы дали мне двоих носильщиков.

– Исключено, – последовал категорический ответ.

– Тогда, – несколько замялся я, – не могли бы вы дать мне то устройство для перевозки вещей, что я видел накануне. Ну то, каким мне перевозили мой багаж.

– Разве что, – хмыкнул он.

– Я хотел бы выступить на рассвете, если вы будете не против.

– Пусть будет так, – кивнул тот, и сделал жест, чтобы мы уходили. Я уже развернулся и собирался было идти, как он меня окликнул:

– А у вас есть что-нибудь против этого? – спросил он¸ и, расстегнув застежки своей верхней одежды показал мне белесого цвета ожог на груди. – появилось несколько лет назад и с тех пор уже не проходит. Вы сказали, что у вас есть лекарства. Они смогут справится с этим?

– Вполне возможно, надо проверить, – моментально отреагировал я, нащупывая на поясе походную аптечку. Слуги насколько насторожились и выставили вперед копья, когда я мерным шагом двинулся было к старику, но тот сделал успокаивающий жест рукой и меня пропустили к нему.

Взяв аптечку, я активировал ее и прижал к груди старца. Раздался негромкий щелчок и тот вздрогнул, когда ему в кожу впились иглы анализатора. Затем аптечка зажужжала, синтезируя нужный антибиотик и раздался второй щелчок, когда иглы впрыснули лекарство под кожу.

– Надо подождать несколько часов, – сказал я ему. – Обычно лекарства действуют довольно быстро, но иногда нужно подождать. Результат будет виден уже скоро, возможно завтра.

Тот кивнул и не сказал ни слова. Я решил, что пора бы уже и удалится в свою хижину, и примерно о том же подумали и мои стражники. В хижину мы вернулись без происшествий.

На следующее утро, когда я собирал было багаж, ко мне в хижину вошли двое стражников и велели идти за ними. Я думал было, что они решили понадежней выпроводить меня из города, но я ошибался. Мы пошли уже знакомым мне маршрутом, которым мы шли раньше. У входа во дворец нас ожидала уже знакомая процедура снятия обуви, и мы пошли дальше. Я уж было подумал, что с правителем что – то случилось, что-то нехорошее. Может, лекарство не подошло. Но, когда мы вошли в тронный зал, я не сразу узнал сидящего на троне человека. Из старика он превратился в мужчину средних лет, практически без морщин и со свежим цветом лица.

– Как ваше имя, спаситель мой? – радостно произнес тот.

– Чарльз. Чарльз Одинелл.

Тот расстегнул верхнюю одежду и показал мне то место на груди. Зияющая рана значительно затянулась, и белесый цвет сменился куда более здоровым оттенком.

– Меня зовут Асс. Я даю вам не только добро на ваши изыскания, но и возможно вы сможете заинтересовать наш народ этими чудесными лекарствами, вроде тех, что вы дали мне и моему слуге. Как вы и говорили, он до сих пор не спит и чувствует себя превосходно. Скажите, – Асс несколько понизил тон, – а это не опасно?

– Не очень, – ответил я.

Асс казался возбужденным случившимся за эту ночь. И исцеление было действительно быстрым, вполне можно было понять его чувства.

– Вы никуда не пойдете, – решительно произнес он. Это заявление было для меня полной неожиданностью, но я даже не успел ничего особо полезного и подумать в свое оправдание, как он продолжил, – Вы никуда не пойдете. Вас ждет пир в вашу честь, и в честь моего выздоровления. В свой поход вы пойдете позже, когда мы закончим пировать. А сейчас можете идти и переодеться в царскую одежду. Мои слуги вас проведут в зал для пиршеств, когда все будет готово.

Я только учтиво поклонился. Перемена с тем, кто называл себя Асс, была разительной. В нем больше не было той мрачной суровости, что была вчера. Казалось, даже освещение замка стало более ярким и жизнерадостным, хотя конечно вряд ли что-то серьезно переменилось.

Все те же стражники, что привели меня во дворец, провели меня в оббитую тканью комнату. Там одна девушка быстро сняла с меня мерки и торопливо удалилась, а меня оставили одного в комнате. Я оглянулся. Комната была довольно просторной, с окном во всю противоположную стену. За окном открывался замечательный вид на город. Замок был высок и потому панорама была довольно впечатляющей.

За окном дул свежий ветерок, который легко касался моих волос, и, казалось, ласкал их нежно и заботливо, словно руки девушки. Правда, что думать по поводу своего положения я пока не знал. С одной стороны, я был безусловно рад за Асса, но с другой стороны, я не знал сколько времени мне оставалось на этой планете. Корабль, который ждал меня на орбите, должен был послать челнок примерно через пару-тройку месяцев, и то, если бы мне удавалось надежным способом связаться с ним. Ну что, пока не оставалось ничего другого, как предаваться ничегонеделанью. Отдых. Я презирал отдых.

Посреди комнаты был столик с фруктами, которые лежали на серебряном блюде. Я взял оттуда какой то малознакомый фрукт и осторожно понюхал его. Что ж, пахнул он вполне аппетитно, да и выглядел так же. Все с той же опаской я откусил кусочек: в Аярле я таких фруктов и в глаза не видел.

Интересно, как там капитан? На случай, если у меня не получится связаться с поверхности планеты с космическим кораблем, у меня оставался шанс связаться с кораблем морским, но шансов на это было ровно столько же. Не факт, что они вообще останутся вообще ждать меня. На то у нас договоренности были, но капитан предупредил, что перед тем сходит в пару тройку других рейсов, чтобы не терять зря времени. И вообще, все это предприятие было довольно рискованным. Примерно то же мне говорил и профессор Харвитц, когда я с ним обсуждал возможность такого путешествия.

– Не глупите, Чарльз. – он был весьма серьезен. – Это дикие и опасные места. Нет никакой гарантии, что вы вообще вернетесь. Кроме того, на этой планете, если я только правильно помню, проблемы с адекватной навигацией. Вы просто не сможете приземлиться там, где захотите. А уж местные аборигены и вовсе непредсказуемы. Ххарн непредсказуемая планета и оттуда возвращалось не так уж и много путешественников. В такие дали космоса забираются разве только космические пираты и прочие авантюристы в поисках приключений, но никак не уважающие себя граждане.

– И, как следствие, мало кто из них мог что либо внятное рассказать о природе этой чудной планеты?

– Вот именно, – кивнул он седой головой, на которой блеснул розоватый глянец. – и не только планеты, но вообще этой части галактики. Кроме того, стоимость такой экспедиции будет зашкаливать все разумные пределы, и мало кто согласится лететь туда с вами.

– Я лечу сам, – уверенно ответил я.

Профессор только покачал головой и посмотрел на меня, как на умалишенного. Что ж, вполне возможно он был прав. Далеко не все энциклопедисты вообще знали, что есть планета такая, Ххарн. Это была заброшенная часть галактики, в которой вообще редко кто бывал, да и надо сказать по существу – не зря. Немалое количество кораблей просто не вернулось из полета в эту часть космоса. Многие ученые уверенно считали ее мифом переселенцев, как энное число других планет. Короче говоря, на карте галактики белых пятен было предостаточно, как никогда.

Вечер списывать со счетов было трудно. В той комнате я ожидал не меньше часа, но зато за это время мне успели пошить костюм на манер местной одежды. Оригинальная одежда получилась, надо сказать. Сам ужин оказался торжественным, словно прием королевского двора. По видимому, так оно и было. Асс был доволен и не ограничивал себя в возлияниях вина, его придворные старались не отставать. Ну а что оставалось делать мне? Вот так и получилось, что на следующее утро, я довольно плохо помнил все те многочисленные тосты, произнесенные за вечер.

На утро меня ожидал сюрприз. Антигравитационныйт коврик – транспортер мне не дали. Вместо него мне, по приказу Асса, выдали вполне функциональный вездеход, на все тех же антигравитационных подушках. Царь выходить проводить меня не стал, да впрочем, я этого не особо то и ожидал. Голова у меня тоже шумела, хотя я выпил намного меньше того, кого я считал незадолго до этого немощным седовласым старцем. Хотя мне то везло больше: пару дополнительных таблеток, и шум как рукой сняло, а вот как быть с Ассом? На свой страх и риск я подозвал того из слуг, которому я давал тот самый стимулятор и приказал принести правителю пару капсул. Соответствующие инструкции я ему дал, так что беспокоится вроде бы было не о чем. Хотя, кто тут его знает. Слуга по секрету признался, что уже вторые сутки не спит, но ест все больше и больше. Я его утешил, что это временно, да и то, скорее всего, от скуки, а не от голода и пошел дальше паковать вещи.

Вездеход был довольно вместительным. В него поместились не только все мои пожитки, но и осталось довольно много месте под образцы геологический пород. Хотя последние я хотел помещать в мультипликатор, который с лихвой вмещался в рюкзаке за плечами. Несколько маячков я закопал еще на берегу, один закопал прямо в хижине. Теперь навигатор хоть как то, но работал. Это уже радовало.

На соседнее кресло сел следопыт, одетый в лохматые звериные шкуры и сказал, что покажет дорогу до гор. Штурман, стало быть. Это было невероятно любезно со стороны аборигенов. Насколько я понимал, одной из основных задач штурмана должно было быть убедиться в том, что я точно покинул город, и как можно дальше. Конечно, после событий последнего вечера расклад несколько изменился, но все же…